Председательствующий: Зыкова О.С. № 33-482/2026 (33-8126/2025)

55RS0008-01-2025-000425-79

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Омск 28 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда в составе:

председательствующего Сковрон Н.Л.,

судей областного суда Калининой К.А., Перфиловой И.А.,

при секретаре Ахметвалееве И.М.,

с участием прокурора Марченко Т.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3129/2025

по апелляционной жалобе истца ФИО1, апелляционному представлению прокурора Ленинского административного округа г. Омска

на решение Ленинского районного суда г. Омска от 24 октября 2025 года

по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании убытков, компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Сковрон Н.Л., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском ФИО2 о взыскании убытков, компенсации морального вреда.

В обоснование требований указала, что 08 августа 2024 года ФИО2, управляя личным автомобилем Nissan Cube, совершил наезд на ее мать, ФИО3, которая в результате полученных телесных повреждений скончалась 07 октября 2024 года. В возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 было отказано в связи с отсутствием состава преступления. В период нахождения ФИО3 в больнице с 08 августа 2024 года по 

<

...> истец приобретала для нее необходимые медикаменты и средства ухода на сумму 112 657 руб. 78 коп., которые в медучреждении отсутствовали. В связи с потерей матери ей были причинены нравственные страдания, которые оценивает в 1 000 000 руб. Также она понесла расходы на оплату юридических услуг в размере 20 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 14 015 руб.

С учетом изменений просила взыскать с ответчика в счет возмещения материального ущерба 112 657 руб. 78 коп., расходы на услуги сиделки в размере 122 500 руб., расходы на погребение 27 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб., расходы на оплату юридических услуг в размере 20 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 14 015 руб.

Истец ФИО1 в судебном заседании измененные исковые требования поддержала.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании участия не принимал, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом.

Представитель ответчика ФИО2 ФИО4, действующий на основании устного ходатайства, в судебном заседании полагал требования о возмещении компенсации морального вреда завышенными и не соответствующими требованиям разумности. Дополнительно указал, что потерпевшая переходила дорогу в неположенном месте, не в зоне видимости водителем. Ответчик не мог предотвратить ДТП. Относительно расходов на лечение, полагал, что они подлежат возмещению за счет страховой компании, как и расходы за услуги сиделки. Сумму расходов на представителя также полагал завышенной.

Третьи лица ФИО5 (сын), ФИО6 (внучка), ФИО7 (брат), ФИО8 (брат), ФИО9 (сестра) в судебном заседании участия не принимали, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

Третьи лица АО «Страховая компания «Астро-Волга», БУЗОО «ГК БСМП № 1» в судебное заседание своих представителей не направили, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

Помощник прокурора Ленинского административного округа г. Омска Рамбиевская М.М. в судебном заседании полагала требования подлежащими удовлетворению с учетом принципов разумности и справедливости.

Судом постановлено решение, которым исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

С ФИО2, 

<

...> года рождения, в пользу ФИО1, 

<

...> года рождения, взысканы компенсация морального вреда 50 000 руб., расходы на погребение 27 000 руб., расходы на приобретение средств ухода 11 160 руб. 32 коп., расходы на оплату юридических услуг 10 000 руб., государственная пошлина 4 291 руб.

В удовлетворении остальной части требований отказано.

ФИО1 возвращена из бюджета г. Омска государственная пошлина в размере 2150 руб.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит решение суда первой инстанции отменить, удовлетворить исковые требования в полном объеме. Полагает размер компенсации морального вреда необоснованно заниженным, определенным без учета степени нравственных страданий истца в связи со смертью матери, сложившихся межу матерью ФИО3 и дочерью ФИО1 близких родственных отношений.

Указывает, что суд не обоснованно отказал ей во взыскании с ответчика расходов на приобретение медикаментов. Отмечает, дорогостоящие медицинские препараты приобретались по рекомендации медицинского персонала, лечащего врача, все чеки предоставлены.

Считает также необоснованным отказ во взыскании расходов на оплату услуг сиделки, указывая, что сиделка её матери с учетом ее тяжелого состояния здоровья была необходима, а в БУЗОО «ГК БСМП № 1» всего одна санитарка на 80 пациентов.

Полагает размер взысканных судом судебных расходов на оплату юридических услуг не обосновано заниженным.

В апелляционном представлении исполняющий обязанности прокурора Ленинского административного округа г. Омска просит решение суда отменить в части отказа во взыскании расходов на оплату услуг сиделки, указывая, что судом не принято во внимание состояние здоровья пострадавшей ФИО3, свидетельствующие о ее нуждаемости в оказании посторонней помощи, доказательства несения расходов.

Вывод суда о том, что расходы, понесенные истцом на приобретение лекарственных препаратов подлежат возмещению медицинским учреждением, противоречит нормам действующего законодательства, предусматривающего возможность возмещения расходов на лекарственные препараты страховой организацией, а при недостаточности выплаченной суммы с владельца источника повышенной опасности.

В возражениях на апелляционную жалобу истца, на апелляционное представление прокурора представитель ответчика ФИО2 ФИО4, действующий на основании доверенности, просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу истца, апелляционное представление прокурора – без удовлетворения.

Изучив материалы дела, заслушав пояснения истца ФИО1, ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО4, действующую на основании доверенности, обсудив доводы апелляционной жалобы, апелляционное представления, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения решения суда.

Согласно ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Нарушения норм материального и процессуального права, являющихся в соответствии с положениями ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены (изменения) судебного постановления, судом первой инстанции допущены не были.

В соответствии с положениями п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

По общему правилу, установленному п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу пункта второго данной статьи лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинён здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В силу ч. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст. ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

Из материалов дела следует, что 08 августа 2024 г. около 11 час. 15 мин. в районе строения №16 на ул. 1-го Мая с Азово Азовского немецкого национального района Омской области произошел наезд автомобиля «NissanCube», государственный регистрационный знак 

<

***>, под управлением ФИО2, двигавшегося со стороны ул. Комсомольская в направлении ул. Советская на ФИО3, переходившую проезжую часть в неустановленном месте. В результате наезда автомобиля ФИО3 были причинены телесные повреждения.

ФИО3 была госпитализирована в БУЗОО «ГК БСМП №1», где находилась на лечении вплоть до 

<

...>

В результате дорожно-транспортного происшествия пешеход ФИО3 получила телесные повреждения, которые согласно заключению эксперта № 3498 от 08 октября 2024 г. квалифицируются как 

<

...>

В период с 08 августа 2024 г. по 

<

...> 

<

...> находилась на стационарном лечении в БУЗОО «ГК БСМП № 1».

Согласно свидетельству о смерти № 

<

...>, ФИО3, 

<

...> года рождения, умерла 

<

...>

Собственником транспортного средства «NissanCube», государственный регистрационный знак № 

<

...> на момент дорожно-транспортного происшествия являлся ФИО2

Гражданская ответственность ФИО2 была застрахована по полису ОСАГО № № 

<

...> сроком страхования с 26 июля 2024 г. по 25 июля 2025 г.

Постановлением следователя СО ОМВД России по Азовскому немецкому национальному району Омской области от 22 мая 2025 г. в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 отказано на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ ввиду отсутствия в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Из представленных в материалы дела копий свидетельства о рождении, свидетельств о заключении брака усматривается, что ФИО10 является дочерью ФИО11

Обращаясь в суд, ФИО1 настаивала на причинении ей нравственных страданий смертью матери.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции установил, что ФИО2 являлся законным владельцем транспортного средства «NissanCube» при управлении им в момент дорожно-транспортного происшествия. При этом пришел к выводу, что ответчик ФИО2, являясь владельцем транспортного средства, то есть источника повышенной опасности, должен возместить вред независимо от отсутствия вины близким родственникам потерпевшего.

Данные выводы суда первой инстанции сторонами не оспариваются.

Определяя размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда, суд первой инстанции принял во внимание отсутствие вины водителя ФИО2, совершившего наезд на пешехода, внезапно возникшего на проезжей части, неосторожные действия самой потерпевшей ФИО3, переходившей дорогу в неположенном месте, что способствовало возникновению вреда, и проявившей неосмотрительность.

Суд первой инстанции учел, что в результате смерти близкого родственника для истца наступили необратимые последствия в виде утраты родственных и семейных связей, изменения привычного образа жизни, учел близость родственных связей между дочерью ФИО1 и погибшей ФИО3, отсутствие вины ответчика в ДТП, который не имел технической возможности предотвратить ДТП, наличие в действиях потерпевшего грубой неосторожности, переходившей дорогу в неположенном месте, наличие родственников, которые могут претендовать на возмещение компенсации морального вреда в связи с гибелью потерпевшей, требования разумности и справедливости.

В такой ситуации районный суд пришел к выводу о том, что разумной и справедливой суммой компенсации морального вреда будет являться сумма в размере 50 000 руб. в пользу истца.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.

Согласно п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33) моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (ст. 1101 ГК РФ).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).

Согласно п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).

Согласно п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Как разъяснено в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из изложенного следует, что право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст. ст. 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего), размер возмещения вреда подлежит уменьшению.

Обжалуя решения суда, истец указывают на заниженный размер взысканной компенсации морального вреда.

При проверке в апелляционном порядке решения суда в пределах доводов жалобы, судебная коллегия отмечает необходимость установления вышеуказанных юридически значимых обстоятельств, которые необходимо учитывать при определении размера компенсации морального вреда.

Из медицинской карты № 

<

...> пациента ФИО3, выданной БУЗОО «БСМП № 1», следует, что 08 августа 2024 г. пострадавшая была госпитализирована в травматологическое отделение БУЗОО «Азовская ЦРБ», затем была переведена в БУЗОО «БСМП № 1» в 

<

...> Дальнейшее лечение получал в условиях ОГСР, 16 августа 2024 г. была переведена в 

<

...>, 01 октября 2024 г. была переведена в 

<

...>, где проводила комплексная консервативная терапия. 

<

...> произошло ухудшение состояния 

<

...> была констатирована биологическая смерть ФИО3

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы 

<

...> от 08 октября 2024 г., по результатам судебно-медицинской экспертизы основной причиной смерти ФИО3 следует считать 

<

...>, что подтверждается секционными и судебно-гистологическими методами исследования.

Весь комплекс обнаруженных повреждений образовался в короткий промежуток времени незадолго до поступления в стационар (до 6 часов) от травматических воздействий тупыми твердыми предметами с большой кинетической энергией, не исключается получение травмы в условиях дорожно-транспортного происшествия при ударах выступающими частями транспортного средства и последующим отбрасыванием его на дорожное покрытие, что не противоречит обстоятельствам: «08.08.2024 в 10:00 сбита белым легковым автомобилем в с. Азово Азовского немецкого национального района около здания администрации.»

Учитывая один механизм причинения данные повреждения отдельной оценке не подлежат, квалифицируются как причинившие 

<

...> и находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти (л.д. 29-48 тома 1).

Как следует из материалов дела, в результате проведенной ОМВД России по Азовскому немецкому национальному району проверки по факту дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 08 августа 2024 г. (наезд на ФИО3), установлено, что в действиях водителя транспортного средства NissanCube, государственный регистрационный знак № 

<

...> ФИО2 вины, как и нарушений эксплуатации транспортного средства не установлено, в связи с чем в возбуждении уголовного дела было отказано.

При этом из объяснений ФИО2, пострадавшей ФИО3, данных в рамках проверки, схемы ДТП, усматривается, что пешеход ФИО3 переходила проезжую часть в неустановленном месте в зоне видимости перекрестка.

Абзацами 1 и 3 пункта 4.3 Правил дорожного движения Российской Федерации предусмотрено, что пешеходы должны переходить дорогу по пешеходным переходам, в том числе по подземным и надземным, а при их отсутствии – на перекрестках по линии тротуаров или обочин. При отсутствии в зоне видимости перехода или перекрестка разрешается переходить дорогу под прямым углом к краю проезжей части на участках без разделительной полосы и ограждений и там, где она хорошо просматривается в обе стороны.

В соответствии с пунктом 4.5 Правил дорожного движения Российской Федерации на нерегулируемых пешеходных переходах пешеходы могут выходить на проезжую часть (трамвайные пути) после того, как оценят расстояние до приближающихся транспортных средств, их скорость и убедятся, что переходят будет для них безопасен. При переходе дороги вне пешеходного перехода пешеходы, кроме того, не должны создавать помех для движения транспортных средств и выходить из-за стоящего транспортного средства или иного препятствия, ограничивающего обзорность, не убедившись в отсутствии приближающегося транспортного средства.

Таким образом, погибший ФИО3, имея возможность безопасно перейти проезжую часть автомобильной дороги, пренебрегая правилами дорожного движения, переходила дорогу в неустановленном для этого месте, не убедившись в безопасности своих действий, полагая, что успеет перейти проезжую часть при том, что видела движущееся транспортное средство.

Согласно заключению эксперта ЭКЦ УМВД России по Омской области № 51 от 11 марта 2025 г. по результатам проведения автотехнической экспертизы, водитель автомобиля NissanCube, при движении со скоростью 40 км/ч, при максимально разрешенной скорости на данном участке дороги 60 км/ч, не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода путем применения экстренного торможения в момент возникновения опасности для движения.

В такой ситуации суд первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда верно учел отсутствие вины ФИО2 в гибели ФИО3 и наличие грубой неосторожности самой потерпевшей, которая непосредственно способствовала возникновению вреда.

Ответчик в момент дорожно-транспортного происшествия не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода путем применения экстренного торможения в момент возникновения опасности для движения.

Ссылки на постановление о частичном удовлетворении жалобы от 24 ноября 2025 года, в котором указано на отмену постановления об отказе в возбуждении уголовного дела не может повлечь отмену решения суда. Более того, в постановлении указано на отсутствие оснований для возбуждения уголовного дела.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции о размере взысканной компенсации морального вреда у судебной коллегии не имеется.

Судом первой инстанции было принято во внимание, что истцу ФИО1, как дочери погибшей, ее ближайшему родственнику, был причинен вред, выразившийся в страданиях, связанных с гибелью близкого человека - матери.

При определении суммы компенсации морального вреда судебная коллегия принимает во внимание, что смерть близкого человека во всяком случае влечет за собой тяжелейшую потерю, глубокие нравственные страдания и переживания.

Также следует учитывать наличие иных близких родственников ФИО3

Подателем жалобы не приведены обстоятельства, которые не были учтены районным судом при определении размера компенсации морального вреда.

Истцом также были заявлены требования о взыскании расходов на приобретение медицинских препаратов и средств ухода, затрат на оплату услуг сиделки.

Объем и характер возмещения вреда, причиненного повреждением здоровья, определены в статье 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежат утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В подпункте «б» пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что в случае причинения вреда здоровью гражданина расходы на его лечение и иные понесенные им дополнительные расходы, вызванные повреждением здоровья, подлежат возмещению такому гражданину (потерпевшему) причинителем вреда или иным лицом, на которого в силу закона возложена такая обязанность, при одновременном наличии следующих условий: нуждаемости потерпевшего в этих видах помощи и ухода, отсутствии права на их бесплатное получение, наличии причинно-следственной связи между нуждаемостью потерпевшего в конкретных видах медицинской помощи и ухода и причиненным его здоровью вредом.

Таким образом, к обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения спора об объеме подлежащих возмещению потерпевшему расходов на его лечение и иных понесенных им дополнительных расходов в связи с причинением вреда его здоровью, обязанность доказать которые законом возложена на истца (потерпевшего), относятся: наличие расходов на лечение и иных дополнительных расходов, связанных с восстановлением здоровья, отсутствие права на бесплатное получение этих видов медицинской помощи либо невозможность их получения качественно и в срок, а также наличие причинно-следственной связи между понесенными потерпевшим расходами и вредом, причиненным его здоровью.

Согласно ответу БУЗОО «ГК БСМП № 1» от 30 сентября 2025 г. ФИО3 находилась на стационарном лечении, в том числе на лечении 

<

...> в период с 08 августа 2024 г. по 16 августа 2024 г. и с 23 сентября 2024 г. по 25 сентября 2024 г. Уход за пациентами в отделениях реанимации осуществляется только медицинским персоналом БУЗОО «ГК БСМП №1», посторонние лица в отделения реанимации не допускаются. В исключительных случаях возможно кратковременное посещение находящихся на лечении в отделениях реанимации пациентов родственниками. В период с августа по октябрь 2024 года укомплектованность средним медицинским персоналом, оказывающим медицинскую помощь и уход за пациентами в стационарных условиях, с учетом кадровых изменений в запрашиваемый период позволяла обеспечить надлежащий уход за пациентами, как в обычных палатах, так и в палатах интенсивной терапии и реанимации.

Согласно медицинской документации ФИО3 назначались и применялись следующие указанные в запросе лекарственные препараты: 

<

...>. Информация о назначении и применении иных лекарственных препаратов, указанных в запросе суда, в медицинской документации отсутствует. Кроме того, медицинская документация не содержит информацию о наличии у ФИО3 показаний к применению лекарственных препаратов типа иммодиум

<

...> БУЗОО «ГК БСМП №1» возможно возмещение расходов на покупку лекарственных препаратов, назначенных и использованных при лечении ФИО3 в случае обращения ее родственников с соответствующим заявлением и кассовыми документами, подтверждающими указанные расходы.

Отказывая в удовлетворении требования о взыскании расходов на приобретение лекарственных препаратов, суд первой инстанции, принял во внимание вышеуказанный ответ БУЗОО «ГК БСМП № 1» от 30 сентября 2025 г., и пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований в указанной части, поскольку препараты, которые были назначены для лечения ФИО3 согласно указанному выше ответу подлежат возмещению медицинским учреждением, необходимость приобретения иных лекарственных препаратов, указанных в представленных истцом платежных документах, документально не подтверждена, в медицинской карте сведений о назначении данных лекарств не имеется.

Судом первой инстанции расходы на приобретение средств ухода (одноразовых пеленок и памперсов), которые подтверждены товарными чеками на общую сумму 11 160 руб. 32 коп., были признаны необходимыми и взысканы с ответчика в полном объеме.

Отказывая во взыскании расходов на услуги сиделки, суд первой инстанции принял во внимание ответ БУЗОО «ГК БСМП № 1», в котором указано, что оно было полностью укомплектовано персоналом и обеспечивало надлежащий уход за пациенткой, в том числе в отделениях реанимации, куда доступ посторонних лиц ограничен. При этом привлечение сиделки суд расценил как личную инициативу истца.

Суд первой инстанции отказал во взыскании транспортных расходов на посещение медицинского учреждения истцом, указав, что данные расходы не отнесены законом к расходам, подлежащим возмещению причинителем вреда. Отметил, что представленные доказательства не подтверждают и экономическую целесообразность данных затрат.

При разрешении требований о взыскании расходов на погребение, суд первой инстанции на основании пункта 1 статьи 1094 ГК РФ, принимая во внимание кассовый чек от 07 октября 2024 г., которым подтверждается общая сумма затрат в 52 000 руб., и выплаченную страховой компанией сумму 25 000 руб., признал заявленные в указанной части требования обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Согласно части 1 статьи 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) под страховым случаем следует понимать наступление гражданской ответственности владельца транспортного средства за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства, влекущее за собой в соответствии с договором обязательного страхования обязанность страховщика осуществить страховое возмещение.

В соответствии с частью 1 статьи 6 Закона об ОСАГО объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации.

Подпунктом «а» статьи 7 Федерального закона от 25.04.2002 г. N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) определено, что страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, в части возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью каждого потерпевшего, составляет 500 000 рублей.

Согласно пункту 2 статьи 12 Закона об ОСАГО страховая выплата, причитающаяся потерпевшему за причинение вреда его здоровью в результате дорожно-транспортного происшествия, осуществляется в соответствии с указанным законом в счет возмещения расходов, связанных с восстановлением здоровья потерпевшего, и утраченного им заработка (дохода) в связи с причинением вреда здоровью в результате дорожно-транспортного происшествия.

Размер страховой выплаты за причинение вреда здоровью потерпевшего определяется в соответствии с нормативами и в порядке, которые установлены Правительством Российской Федерации, в зависимости от характера и степени повреждения здоровья потерпевшего в пределах страховой суммы, указанной в подпункте «а» статьи 7 данного закона.

Согласно положениям пункта 6 Закона об ОСАГО в случае смерти потерпевшего право на возмещение вреда имеют лица, имеющие право в соответствии с гражданским законодательством на возмещение вреда в случае смерти кормильца, при отсутствии таких лиц - супруг, родители, дети потерпевшего, граждане, у которых потерпевший находился на иждивении, если он не имел самостоятельного дохода (выгодоприобретатели).

Согласно п. 7 ст. 12 Закона об ОСАГО размер страховой выплаты за причинение вреда жизни потерпевшего составляет 475 тысяч рублей - выгодоприобретателям, указанным в пункте 6 настоящей статьи и не более 25 тысяч рублей в счет возмещения расходов на погребение - лицам, понесшим такие расходы.

Правилами расчета суммы страхового возмещения при причинении вреда здоровью потерпевшего, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 15 ноября 2012 года N 1164, установлен порядок определения суммы страхового возмещения (страховой выплаты) при причинении вреда здоровью потерпевшего, а также для определения суммы компенсации в счет возмещения вреда, причиненного здоровью потерпевшего, исходя из характера и степени повреждения здоровья, путем суммирования нормативов и умножения полученной суммы на страховую сумму.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» по смыслу пункта 4 статьи 12 Закона об ОСАГО, если дополнительные расходы на лечение и восстановление поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия здоровья потерпевшего и утраченный им заработок (доход) превышают сумму осуществленной страховой выплаты, рассчитанную в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 15 ноября 2012 г. № 1164 «Об утверждении Правил расчета суммы страхового возмещения при причинении вреда здоровью потерпевшего», страховщик обязан выплатить разницу между совокупным размером утраченного потерпевшим заработка (дохода) и дополнительных расходов и суммой осуществленной страховой выплаты. Общая сумма страховой выплаты за причинение вреда здоровью потерпевшего не должна превышать предельный размер, установленный подпунктом «а» статьи 7 Закона об ОСАГО.

В силу пункта 2 Правил расчета суммы страхового возмещения при причинении вреда здоровью потерпевшего, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 15 ноября 2012 г. № 1164, сумма страхового возмещения (страховой выплаты) при причинении вреда здоровью потерпевшего по договору обязательного страхования гражданской ответственности перевозчика за причинение вреда жизни, здоровью, имуществу пассажиров или по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте, а также сумма страховой выплаты в части возмещения необходимых расходов на восстановление здоровья потерпевшего по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств рассчитываются страховщиком путем умножения страховой суммы, указанной по риску причинения вреда здоровью потерпевшего на одного потерпевшего в соответствии с законодательством Российской Федерации, на нормативы, выраженные в процентах.

Из системного толкования положений пунктов 2, 4 статьи 12 Закона об ОСАГО, разъяснений, содержащихся в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. N 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», следует, что в случае причинения потерпевшему вреда здоровью потерпевшему выплачивается страховая выплата за причинение вреда здоровью в части возмещения необходимых расходов на восстановление здоровья потерпевшего исходя из характера и степени повреждения здоровья.

Вместе с тем, в случаях, предусмотренных пунктами 3 и 4 статьи 12 Закона об ОСАГО, если дополнительные расходы на лечение и восстановление поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия здоровья потерпевшего превышают сумму осуществленной страховой выплаты, рассчитанную в соответствии Правилами расчета суммы страхового возмещения при причинении вреда здоровью потерпевшего, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 15 ноября 2012 г. № 1164, страховщик обязан выплатить разницу между совокупным размером утраченного потерпевшим заработка (дохода) и дополнительных расходов и суммой осуществленной страховой выплаты.

Согласно материалам выплатного дела по факту ДТП, произошедшего 08 августа 2024 г., представленному АО «СК «Астро-Волга», гражданская ответственность ФИО2 была застрахована по полису ОСАГО № 

<

...> сроком страхования с 26 июля 2024 г. по 25 июля 2025 г.

12 мая 2025 г. ФИО1 обратилась в АО «СК «Астро-Волга» с заявлением о страховом возмещении по полису обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств № 

<

...> в связи с причинением вреда жизни ФИО3 в результате ДТП от 08 августа 2024 г.

29 мая 2025 г. АО «СК «Астро-Волга» была произведена страховая выплата в размере 475 000 руб., что подтверждается платежным поручением № 

<

...>

11 августа 2025 г. в адрес АО «СК «Астро-Волга» от ФИО1 поступило заявление о возмещении расходов на погребение.

11 августа 2025 г. АО «СК «Астро-Волга» была произведена страховая выплата в размере 25 000 руб., что подтверждается платежным поручением № 

<

...>

Заявленные истцом ко взысканию расходы на приобретение лекарственных препаратов и на оплату услуг сиделки не превышают полученной истцом суммы страховой выплаты в размере 475 000 руб.

В суде апелляционной инстанции истец подтвердила, что понесенные ею расходы не превысили сумму полученной истцом страховой выплаты.

Вопреки доводам жалобы, апелляционного представления оснований для отмены решения суда и удовлетворения требований о взыскании имущественного ущерба в полном объеме, не имеется.

Указания в апелляционной жалобе, апелляционном представлении прокурора на нуждаемость пострадавшей в приобретении лекарственных препаратов и на оплату услуг сиделки, с учетом вышеизложенных положений Закона об ОСАГО, правового значения не имеют.

В силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из толкования ст. 100 ГПК РФ следует, что разумность пределов, являясь оценочной категорией, определяется судом с учетом особенностей конкретного дела.

При оценке разумности заявленных расходов суд учитывает сложность, характер рассматриваемого спора и категорию дела, продолжительность подготовки к рассмотрению дела, объем доказательственной базы по данному делу, количество судебных заседаний, характер и объем помощи, степень участия представителя в разрешении спора.

В целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст. 2, 35 ГПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (п. 11 постановления Пленума от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Поскольку оценка обоснованности требований о возмещении судебных издержек осуществляется по общим правилам гражданского процессуального законодательства, результаты оценки доказательств суд обязан отразить в судебном акте, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (ч. 4 ст. 67 ГПК РФ).

В подтверждение понесенных расходов истцом представлено соглашение на оказание юридических услуг от 17 марта 2025 г., заключенное между ФИО1 (заказчик) и ФИО12 (исполнитель), по которому заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательство оказать юридическую помощь в объеме и на условиях, предусмотренных настоящим соглашением.

В соответствии с п. 1.2 в объем услуг входит: устная консультация, подготовка искового заявления о взыскании убытков, подготовка ходатайства об истребовании доказательств, подготовка заявления об увеличении исковых требований, устные консультации в рамках гражданского дела.

Стоимость услуг по соглашению определена в размере 20 000 руб. Факт оплаты указанной суммы подтверждается распиской от 14 апреля 2025 г.

С учетом частичного удовлетворения заявленных истцом требований, исходя из требований разумности и справедливости, суд первой инстанции пришел к выводу о взыскании с ответчика ФИО13 в пользу истца ФИО1 расходов по оплате юридических услуг в размере 10 000 руб.

Судебная коллегия не усматривает оснований для увеличения размера взысканных расходов на оплату юридических услуг, поскольку он соответствуют объему оказанных услуг (составление искового заявления, изменений исковых требований, ходатайств), конечному результату рассмотрения настоящего спора, отвечает требованиям разумности и справедливости.

Оснований для иной оценки разумности данной суммы у судебной коллегии не имеется.

В остальной части решение сторонами не обжалуется, поэтому в силу положений ч. 2 ст. 327.1 ГПК РФ проверке на предмет законности и обоснованности в апелляционном порядке не подлежит.

На основании изложенного, решение суда является законным и обоснованным, оснований для его отмены по доводам апелляционных жалоб сторон не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда г. Омска от 24 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу, апелляционное представление – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения, путем подачи кассационной жалобы через Ленинский районный суд города Омска.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 11 февраля 2026 года.

Председательствующий:

Судьи: