№ 

Дело № 2-95/2021

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

16 марта 2021 года Кировский районный суд города Перми в составе: председательствующего судьи Ершова С.А., при секретаре Карлышевой К.П., с участием представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО3- ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ООО «СК «Согласие» к ФИО3, ФИО2 о взыскании убытков в порядке суброгации по долгам наследодателя,

УСТАНОВИЛ:

С учетом уточненных в порядке ст. 39 ГПК РФ исковых требований, предметом рассмотрения являются требования истца ООО «СК «Согласие» к ФИО3, ФИО2, являющихся наследниками после смерти Б., о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 691 316 руб., госпошлины в размере 10 113 руб..

В обоснование иска указано, что 22.06.2019 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием двух автомобилей М., под управлением водителя Л. и автомобиля М.1., под управлением Б. Указанное дорожно-транспортное происшествие произошло в результате нарушения Правил дорожного движения РФ водителем М.1., Б. Поврежденное транспортное средство М., застраховано в ООО «СК «Согласие» по договору добровольного комплексного страхования транспортных средств ПАО «.......» от 08.02.2016 в соответствии с Правилами страхования от 27.04.2016, (период страхования с 21.10.2016 по 20.12.2019). 01.07.2019 страховщиком ООО СК «Согласие» произведен осмотр поврежденного транспортного средства, составлен акт осмотра, случай признан страховым, 02.12.2019 выплачено страховое возмещение в размере 1 091 316 руб. (без учета износа). На момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность водителя Б. была застрахована в АО «.......», которым произведена оплата страхового возмещения в добровольном порядке в размере 400 000 руб. с учетом износа, в пределах лимита ответственности по договору ОСАГО. После смерти Б. к его наследникам переходят обязательства по возмещению причиненного ущерба в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества. Таким образом, ООО СК «Согласие» приобрело право требования к ответчикам в размере 691 316 руб. (1 091 316 – 400 000 = 691 316).

Представитель истца СК «Согласие» в судебном заседании на удовлетворении исковых требованиях настаивала в полном объеме, дополнительно указав, что 01.07.2019 СК «Согласие» выдало потерпевшему направление на осмотр транспортного средства к экспертную организацию «.......», в этот же день транспортное средство было осмотрено экспертом ГК «.......», составлен акт осмотра транспортного средства №. Проведение независимой экспертизы равно как и извещение ответчиком об осмотре транспортного средства условиями заключенного договора страхования не предусмотрено. 

Ответчик ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признала, указав, что является наследником Б., умершего ДД.ММ.ГГГГ, приняла наследство в размере ....... доли в праве собственности на жилое помещение по 

<

адрес>, кадастровая стоимость доли составляет ....... руб., что значительно меньше, чем заявленный истцом размер убытков. Полагает, что доказательств осмотра транспортного средства материалы дела не содержат, ответчик не был приглашен на осмотр, экспертиза в отношении автомобиля не производилась, соответственно фактическая стоимость ремонта поврежденного автомобиля истцом не доказана. Дата договора страхования указанная в направлении на ремонт указана 21.10.2016, истец же ссылается в иске на договор страхования от 08.02.2016. Срок доверенности представителя истца (31.01.2021) истек. 

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного заседания извещена надлежащим образом. 

Представитель ответчика ФИО3 - ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признал, пояснив, что АО «.......» возместило истцу убытки в размере 400 000 руб., с ущербом, превышающим данную сумму ответчик не согласен. В дорожно-транспортном происшествии усматривается обоюдная вина водителей, согласно автотехнической экспертизе в действия водителя Л. установлено превышение скорости. Степень вины водителя Л. истцом при расчете ущерба не учтено. В действиях Л. усматриваются нарушения пунктов 10.1 и 10.3 Правил дорожного движения, в части выбора скорости движения Л. должен был двигаться со скоростью 70 км/ч, а фактически двигался со скоростью 81 км/ч, в связи с чем Л. лишился возможности предотвратить столкновение с автомобилем под управлением Б. Водитель Л. направил свой автомобиль на встречную полосу, где и остался после дорожно-транспортного происшествия согласно схеме ДТП от 22.06.2019. Уточненный иск был направлен ответчику Прикамским региональным филиалом (

<

адрес>), однако такой филиал у истца отсутствует. Договор страхования от 08.02.2016, на который ссылается истец в материалах дела отсутствует, вместо него истцом представлен полис страхования, датированный 21.10.2016, где выгодоприобретателем в случае «Угон» указан страхователь ПАО «.......», в случае «Ущерб» - ИП К., тогда как с заявлением о выдаче направления на ремонт № обратилось ПАО «.......». Подпись эксперта С. в заявлении отсутствует. Подпись страхователя в направлении отсутствует, согласие страхователя с объемом работ не отражено. По мнению представителя ответчика заявление о наступлении события, имеющего признаки страхового случая от 01.07.2019, поданное в интересах страхователя ИП К. его представителем А. не должно было повлечь возникновение страховых правоотношений по следующим причинам: по доверенности от 06.03.2015, А. не уполномочен представлять доверителя К. в страховых компаниях, в том числе в ООО «СК «Согласие», реализовывать субъективные права и юридические обязанности доверителя в страховых правоотношениях; в заявлении, поданном А. в п. 1 указан номер полиса - №, без даты полиса, в то время как полис страхования транспортных средств имеет серию 0002810 № от 21.10.2016; адрес физического или юридического лица в заявлении не указан; статус заявителя А. определил как лизингополучатель, в то время как он являлся доверенным лицом страхователя; место происшествия указано с ошибками: «...

<

адрес>»; в п.5 заявления А. указал трех участников дорожно-транспортного происшествия, вместо двух; признаки исправлений надлежащим образом не удостоверены; в п. 6 заявления в перечне повреждений указаны: ветровое стекло, две фары, радиатор и передний бампер, данный перечень повреждений даже с учетом замены на новые не может стоить 1 091 316 руб.; в п. 7 заявления указана ложная информация о том, что транспортное средство не может передвигаться своим ходом, в то время как из 

<

адрес> в 

<

адрес> транспортное средство прибыло своим ходом, 01.07.2019 оно уже было на осмотре в .......; в качестве причины ущерба указаны действия Б., который при развороте задел транспортное средство, под управлением Л., на самом деле, по мнению представителя ответчика, грубая неосторожность Л., превысившего допустимую скорость не позволила ему справиться с управлением и он допустил выезд на встречную полосу движения. В акте осмотра транспортного средства № группы компаний ....... осматриваемого автомобиля указан №, а предметом страхования является автомобиль с VIN №; в направлении от 01.07.2019 на проведение технической экспертизы указано время 18:00, а в акте осмотра от 01.07.2019 13:43, тогда как по мнению представителя ответчика с начала, должно быть направление, а потом акт осмотра. Акт осмотра оформлен на бланке «.......», а заверен печатью другой организации «.......».В направлении на ремонт № указано: «Дефектовка...согласно акту осмотра № от 01.07.2019, однако указанного акта в деле нет, акт осмотра, проведенного в этот день, имеет другой номер - №. Заказ - наряд № от 22.11.19, подписанный мастером- консультантом Л.1. не может служить достоверным источником информации о размере ущерба клиента - 1 106 316 рублей, поскольку выдан заинтересованным в увеличении объемов работ лицом и клиент не ознакомлен с перечнем выполненных работ и запасных частей. В Счете № от 22.11.2019 за оказание услуг по ремонту, предоставленном истцу ООО «СК «Согласие» той же Л.1., как руководителем и главным бухгалтером предприятия, указана сумма - 1 091 316 рублей. ООО «СК «Согласие» не было ознакомлено и не давало согласия с перечнем выполненных работ и запасных частей на такую сумму, акта сдачи - приема автомобиля под счетом № от 22.11.2019 в материалах дела нет. Доверенность №, выданная водителю Л. уполномочивает последнего исключительно на получение автомобиля после ремонта, полномочия по оплате стоимости работ в размере 15 000 руб. согласно заказ-наряду № от 22.11.2019, акту № сдачи-приемки выполненных работ в доверенности отсутствуют, более того указанная доверенность, по мнению представителя ответчика подложна, изготовлена значительно позже. Факт того, что автомобиль был получен Л. после ремонта по страховому случаю не доказан. В акт приема - сдачи выполненных работ от 22.11.2019 содержится ссылка на договор на проведение работ от 18.04.2018 №, который в материалах дела отсутствует, указанный акт ООО «СК «Согласие» не подписан, подписан неуполномоченным лицом Л.

Суд, исследовав материалы дела, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, приходит к следующему.

Согласно ч. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Статьей 1082 ГК РФ предусмотрено, что удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

В силу п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

В силу ст. 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно. Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества. При солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга (ст. 323 вышеназванного Кодекса).

Согласно статье 965 Гражданского кодекса Российской Федерации к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования (суброгация).

При суброгации происходит перемена лица в обязательстве на основании закона (статья 387 Гражданского кодекса Российской Федерации), поэтому перешедшее к страховщику право осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем и ответственным за убытки лицом.

Таким образом, страховщик, выплатив страховое возмещение, занимает место потерпевшего в отношениях, возникших вследствие причинения вреда, и вправе требовать возмещения ущерба.

На основании ст.56 ГК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Материалами дела установлено, что 22.06.2019 около 21:06 на прямом участке автомобильной асфальтированной проезжей части дороги, ведущей из поселка 

<

адрес>, со стороны 

<

адрес> в сторону автодороги 

<

адрес>, вне населенного пункта, у остановочного комплекса «.......», расположенного на расстоянии около 350 метров от дома № по 

<

адрес>, Б., на принадлежащем ему автомобиле М.1., находясь в состоянии алкогольного опьянения, в условиях дождливой погоды и мокрой дороги, не включив указатель левого поворота и не убедившись в безопасности, при выполнении разворота влево с места, с правой обочины, в неустановленном для этого месте, пересекая линии сплошной разметки полос движения, выехал на проезжую часть, на полосу движения перед двигавшимся в попутном направлении грузовым автомобилем М., находящимся в аренде у ООО ГК «.......», под управлением водителя Л., работающим по трудовому договору в вышеуказанной организации, допустив с ним столкновение. В результате дорожно-транспортного происшествия Б., от полученных травм скончался на месте дорожно-транспортного происшествия. 

Согласно материалу проверки, зарегистрированному в КУСП № от 22.06.2019 при судебно-химическом исследовании в крови и моче от трупа Б. обнаружен этиловый спирт. Концентрация этилового спирта в крови составила - ....... %о, в моче - ....... %о, что соответствует сильной степени алкогольного опьянения. Согласно акту медицинского освидетельствования на состояние опьянения № от 23.06.2019 состояние опьянение у Л. не установлено.

Постановлением от 24.09.2019 в возбуждении уголовного дела в отношении Л. по ....... УК РФ по факту дорожно-транспортного происшествия, в результате которого Б. от полученных травм скончался, отказано за отсутствием в деянии состава преступления.

Из содержания указанного постановления следует, что опрошенный Л. пояснил, что управлял автомобилем М. и двигался по 

<

адрес>, по направлению автодороги 

<

адрес> Не доезжая до остановочного комплекса «.......» на мокром покрытии дороги с обочины резко перед ним выехал налево для разворота автомобиль М.1., в результате чего произошло столкновение. 

Осмотром видеозаписи с автомобильного регистратора автомобиля М., выданного водителем Л., установлено, что просматривается полностью проезжая часть в направлении движения. Дорожное покрытие мокрое, идет небольшой дождь, видимость хорошая. Слева и справа от проезжай части находится лесной массив. Справа с обочины начинает движение легковой автомобиль темного цвета с включенной аварийной сигнализацией «Лада-Калина» темного цвета, который затем с обочины выполняя разворот влево выезжает на полосу движения по которой движется автомобиль М..

Согласно заключению эксперта № от 30.06.2019 (судебная видеотехничская экспертиза) временной промежуток времени (по временному маркеру видеорегистратора) от начала выезда автомобиля М.1., под управлением Б., на полосу движения автомобиля М. под управление Л. до момента столкновения транспортных средств определялся по временной шкале СПО «Видеоцифра» и составил 1,9 с.

Из заключения эксперта № от 30.08.2019 (автотехническая судебная экспертиза) следует, что в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, для обеспечения безопасности движения водитель автомобиля М.1. Б. должен был руководствоваться требованиями п. 1.3, 8.1 абзац 1, 9.2 и 9.7 Правил дорожного движения; водитель автомобиля М. Л. - требованиями пунктов 10.1. и 10.3 Правил дорожного движения. Водитель Л. в момент возникновения опасности не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем М.1.. Постановка вопроса о технической возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия в отношении водителя автомобиля М.1. не имеет практического смысла. Данный вопрос ставится в отношении того водителя, который имеет преимущественное право на движение и для которого, в результате действий других участников дорожного движения создается ситуация, требующая незамедлительного реагирования путем снижения скорости. Для водителя автомобиля М.1. не возникло внезапной опасности от участников движения, перед которыми он имел преимущество. Опасная ситуация была создана действиями самого водителя автомобиля М.1., т.е. для предотвращения происшествия водителю автомобиля М.1. достаточно было действовать в соответствии с требованиями пунктов 1.3, 8.1 абзац 1, 9.2 и 9.7 Правил дорожного движения. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, действия водителя автомобиля М.1., с технической точки зрения, не соответствовали требованиям пунктов 1.3, 8.1 абзац 1, 9.2 и 9.7 Правил дорожного движения. Действия водителя автомобиля М. в части выбора скорости движения своего транспортного средства 81,0 км/ч, не соответствовали требованиям пунктов 10.1. и 10.3 Правил дорожного движения. В действиях водителя автомобиля М. с технической точки зрения, несоответствий требованиям пунктов 10.1 абзац 2 Правил дорожного движения не усматривается. Имеющее превышение значения фактической скорости движения автомобиля М. с полуприцепом над значением максимально разрешенной скорости движения (81,0 км/ч >70 км/ч) не находится в причинной связи с данным дорожно-транспортным происшествием (фактом столкновения), так как при движении с максимально разрешенной скоростью70 км/с, так и при фактической скорости движения водитель М. не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем М.1.. 

Таким образом, в ходе проведенной проверки установлено, что причиной дорожно-транспортного происшествия, явились нарушения Правил дорожного движения, допущенные водителем автомобиля М.1. Б., нарушившим требования п. 1.3, 2.7, 8.1 абзац 1, 9.2 и 9.7 Правил дорожного движения РФ. 

В результате дорожно-транспортного происшествия автомобилю М. были причинены механические повреждения.

Согласно сведениям о водителях и транспортных средствах, участвовавших в дорожно-транспортном происшествии (л.д.31) собственником автомобиля М.1. является Б., повреждения автомобиля не зафиксированы, в действиях последнего усматривается нарушение правил повлекших за собой дорожно-транспортное происшествие (ст........ УК РФ). Автомобилем М. управлял водитель Л., в действиях которого признаком административного правонарушения не установлено, указанный автомобиль принадлежит на праве собственности К. (л.д.31). 

Согласно договору лизинга от 13.10.2016 (л.д.54, 62) ПАО «.......» (лизингодатель) и обязуется приобрести в собственность предмет лизинга ( автомобиль М.) и предоставить лизингополучателю во временное владение и пользование для предпринимательской деятельности. 

Из представленного полиса страхования транспортных средств серия № от 21.10.2016 (л.д.17) следует, что договор добровольного страхования заключен между СК «Согласие» (страховщик) и ПАО «.......» (страхователь) в отношении транспортного средства М.. Выгодопреобретателями по договору страхования являются: в случае угон транспортного средства и при конструктивной гибели последнего - ПАО «.......», в части риска «Ущерб» - лизингополучатель ИП К. ( договор лизинга № от 13.10.2016), который также является плательщиком по полису страхования. Период страхования с 21.10.2016 по 20.12.2019. Способ определения ущерба: по калькуляции страховщика или СТОА, выбранная Страховщиком. Условиями указанного договора страхования проведение независимой экспертизы, извещение ответчика об осмотре транспортного средства не предусмотрено. 

01.07.2019 А., действующий по доверенности от имени К., уполномоченный представлять К. во всех компетентных органах с правом подачи и подписи от его имени различного рода заявлений (л.д.27), обратился в ООО СК Страхование с заявлением о наступлении события, имеющего признаки страхового случая (л.д.25) в отношении транспортного средства М. получившего повреждения 22.06.2019 в результате дорожного транспортного происшествия.

01.07.2019 СК «Согласие» выдало А. направление на проведение технической экспертизы № (л.д.37) с целью проведения осмотра транспортного средства М., в экспертной организации ........

16.08.2019 направление на ремонт на СТОА: ФИО6 «Согласие» выдано ПАО «.......» (л.д.38). 

Согласно заказ-наряду ООО «.......» от 22.11.2019 (л.д.40-42) общая стоимость ремонтных работ автомобиля М., составила 1 106 316 руб. 

Согласно акту о страховом случае по добровольному страхованию транспортных средств от 26.11.2019 (л.д.45) вышеуказанное дорожно-транспортное происшествие было признано страховым случаем, размер страховой выплаты определен - 1 091 316 руб. (1 106 316 – 15 000 (франшиза) = 1 091 316 руб. ). 

Платежным поручением № от 02.12.2019 СК «Согласие» оплатило ООО «.......» услуги по ремонту автомобиля М., в размере 1 091 316 руб. (л.д. 46). 

На момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность водителя Б. была застрахована в АО «.......», которым согласно платежному поручению № от 15.01.2020 (л.д.102) произведена оплата страхового возмещения в добровольном порядке в размере 400 000 руб. с учетом износа, в пределах лимита ответственности по договору ОСАГО.

Таким образом, наступление страхового случая и размер причиненного истцу ущерба - 691 316 руб. (1 091 316 – 400 000 = 691 316) подтверждены совокупностью исследованных судом вышеуказанных доказательств.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, 

По существу доводы ответчиком сводятся к оспариванию обстоятельств дорожно-транспортного происшествия и стоимости восстановительного ремонта автомобиля М., вместе с тем в порядке ст.56 ГПК РФ доказательств подтверждающих свои доводы и опровергающих доказательства истца, ответчиками в материалы дела не представлено, ходатайство о проведении по делу судебной автотехнической экспертизы ответчиками не заявлялось. 

Доводы ответчиков в части неверного указания VIN транспортного средства - № вместо VIN №, являющегося предметом страхования, в акте осмотра транспортного средства № группы компаний ....... (л.д.51) нашли свое подтверждение, однако суд расценивает данное обстоятельство как допущенную при заполнении акта описку. В совокупности с иными представленными в материалы дела вышеуказанными доказательствами по страховому случаю, в том числе фотографиями на CD-диске, оснований сомневаться, что осмотр был произведен именно автомобиля М., с пробегом 336103 км, а не иного транспортного средства у суда не имеется.

По доводам ответчика в части неверного указания даты договора страхования следует отметить, что при признании дорожно-транспортного средства страховым истец руководствовался полисом страхования от 21.10.2016, в иске в указании даты допущена описка. 

Из представленной доверенности (л.д.27) следует, что А., действующий по доверенности от имени К. уполномочен представлять последнего во всех компетентных органах с правом подачи и подписи от его имени различного рода заявлений, в связи с чем доводы ответчика в указанной части также несостоятельны. 

Иные доводы ответчиков правого значения для рассмотрения дела не имеют, размер причиненного ущерба не опровергают, основанием для освобождения ответчиков от возмещения ущерба не являются. 

Пунктом 1 статьи 418 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без личного участия должника либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью должника.

Из материалов дела установлено, что Б. умер ДД.ММ.ГГГГ (л.д.87). 

Статья 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что в случае смерти гражданина его имущество в порядке универсального правопреемства переходит к наследникам. В состав наследства входят не только вещи и иное имущество, но и имущественные права и обязанности, принадлежащие наследодателю на момент смерти. Наследство открывается со смертью гражданина (пункт 1 статьи 1112, статья 1113 Кодекса).

Согласно положениям статьи 1112 Гражданского Кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается настоящим Кодексом или другими законами. Не входят в состав наследства личные неимущественные права и другие нематериальные блага.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1152 Гражданского Кодекса Российской Федерации, для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось.

Согласно статье 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации каждый из наследников, принявший наследство, отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества (пункт 1). 

Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества (пункт 2).

Из положений статьи 418 Гражданского Кодекса Российской Федерации следует, что смерть должника влечет прекращение обязательства, если только обязанность его исполнения не переходит в порядке правопреемства к наследникам должника или иным лицам, указанным в законе.

В соответствии с пунктами 58, 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» под долгами наследодателя, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника (статья 418 Гражданского кодекса Российской Федерации), независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства. При отсутствии или недостаточности наследственного имущества требования кредиторов по обязательствам наследодателя не подлежат удовлетворению за счет имущества наследников и обязательства по долгам наследодателя прекращаются невозможностью исполнения полностью или в недостающей части наследственного имущества (пункт 1 статьи 416 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Таким образом, после смерти должника к его наследникам переходят имущественные обязательства умершего по выплате материального ущерба, однако объем таких обязательств, с учетом требований статьи 418, статей 1112, 1113, пункта 1 статьи 1114, части 1 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации, за который отвечают наследники в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества, подлежит определению на момент смерти наследодателя.

Как следует из материалов наследственного дела № к имуществу Б., наследниками, принявшими наследство по закону, являются ФИО3 (мать), ФИО5 (дочь). Ф. (супруга) отказалась от причитающегося наследства. 

Наследственное имущество состоит из:

- ....... 

Таким образом, общая сумма подлежащего взысканию ущерба не превышает стоимость перешедшего к ответчикам наследственного имущества.

Руководствуясь ст. ст. 1112, 1153, 1075, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, на основании оценки представленных доказательств, суды приходит к выводу об обоснованности требований страховой компании «Согласие» о взыскании с ответчиков суммы ущерба в размере 691 316 руб., превышающей лимит ответственности страховщика гражданской ответственности Б., поскольку они, как наследники виновного в дорожно-транспортном происшествии лица, обязаны возместить истцу ущерб в порядке суброгации в пределах стоимости принятого наследственного имущества.

Доводы ответчика ФИО2 в части ограничения ее ответственности только в размере принятой ею доли в размере ....... доли в праве собственности на жилое помещение по адресу

<

адрес>, стоимость которой составляет ....... руб. не имеют правового значения, так как в силу ст. 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно. Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества. При солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга (ст. 323 вышеназванного Кодекса).

На основании изложенного, суд считает, что исковые требования СК «Согласие» о взыскании в солидарном порядке с ФИО3 ФИО2 в счет возмещения ущерба в порядке суброгации денежных средств, в размере 691 316 руб. являются обоснованными и подлежат удовлетворению. 

В соответствии со ст. 88, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение, подлежат взысканию с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

При обращении в суд истец произвел оплату государственной пошлины в размере 10 113 руб. согласно платежному поручению № от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем с ответчиков в солидарном порядке в пользу истца подлежат взысканию понесенные расходы по оплате государственной пошлины в размере 10 113 руб.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать солидарно с ФИО3, ФИО2 в пользу ООО «СК «Согласие» денежные средства в размере 691 316 руб. в пределах и за счет стоимости наследственного имущества, перешедшего после смерти Б..

Взыскать солидарно с ФИО3, ФИО2 в пользу ООО «СК «Согласие» расходы по уплате государственной пошлины в размере 10 113 руб.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Кировский районный суд города Перми в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме. 

Судья С.А.Ершов