Дело № 2-3479/2017г.

Р Е Ш Е Н И Е

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

30 ноября 2017г.

Орджоникидзевский районный суд г.Уфы Республики Башкортостан

В составе судьи Попеновой Т.В.

При секретаре Галимовой А.А.

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 об устранении препятствий в осуществлении права собственности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 об устранении препятствий в осуществлении права собственности, указывая следующее.

ФИО1 является собственником земельного участка площадью 724 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГг. Кроме того, на данном земельном участке находится жилой дом с надворными постройками, который находится в ее собственности, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГг. В указанном доме она постоянно проживает со своей дочерью, зятем и внуками. По соседству по адресу: 

<

адрес> проживает ФИО2, во владении которого находится также земельный участок. Примерно в начале 90 годов ФИО2 со своими, тогда еще живыми родителями, прямо на границе их земельных участков построил самовольно, без получения надлежащего разрешения два сарая. При том, крыша одного из сараев выступает к истцу на земельный участок на 50 см, и весь снег с водой от дождя скатывается на ее земельный участок. Кроме того, из под обоих сараев также на ее земельный участок течет вода. Кроме того, ФИО2 для стока воды вывел через свой двор дождевую канализацию (дренажную трубу диаметром 200 мм)., которая заканчивается на земельном участке истца, в результате чего вся вода с земельного участка ответчика, оказывается на ее земельном участке. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась с письменным заявлением о содействии по устранении указанных нарушений Главе Администрации Орджоникидзевского района городского округа г. Уфы. Согласно письма Администрации Орджоникидзевского района городского округа г. Уфы № от ДД.ММ.ГГГГ., в ходе проверки соседу ФИО2, проживающему по адресу: 

<

адрес> рекомендовано привести дворовую и прилегающую территорию в соответствии с существующими нормами в области пожарной безопасности и в соответствии со статьей 4 Закона Российской Федерации от 24.12.1992г. № «Об основах федеральной жилищной политики. Однако до настоящего времени ответчик ФИО2 допущенные нарушения не устранил. В указанном письме также рекомендовано в случае не выполнения ФИО2 указанных рекомендаций, обратится ФИО1 в суд. Хозяйственные постройки следует размещать от границ участка на расстоянии менее 1 м (п.2.12, СНиП ДД.ММ.ГГГГ-89). При этом, скат крыши должен быть организован так, чтобы не заливать соседний участок. Кроме того, пожарные разрывы ответчиком не соблюдены. На основании изложенного, просила устранить препятствия в осуществлении ФИО1 права собственности на земельный участок по адресу: 

<

адрес>; Обязать ФИО2 своими силами и за свой счет снести две самовольные постройки - сарай, расположенные по адресу: 

<

адрес>; Обязать ФИО2 своими силами и за свой счет демонтировать дождевую канализацию, находящую на земельном участке ФИО2 по адресу: 

<

адрес>, выходящую на земельный участок по адресу: 

<

адрес>; Взыскать с ФИО2 в пользу истца в счет компенсации морального вреда 50 000 рублей; расходы по оплате госпошлины.

В ходе рассмотрения дела истица представила заявление об уточнении исковых требований, в соответствии с которым, руководствуясь ст. 39 ГПК РФ, считает необходимым частично отказаться от исковых требований, в части взыскания морального вреда и обязании ответчика демонтировать дождевую канализацию. Последствия отказа известны и понятны. В остальной части исковые требования поддержала, просила обязать ФИО2, устранить нарушения права пользования ФИО1 принадлежащим ей на праве собственности земельным участком с кадастровым номером 02:55:030209:6, расположенным по адресу: 

<

адрес>; Обязать ответчика. ФИО2, своими силами и за свой счет снести постройки: сарай Литер Г, навес Литер Г1, расположенные на земельном участке с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>; Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы по оплате юридических услуг в размере 30 000 (Тридцать тысяч), расходы на оплату судебной экспертизы в размере 15 000 (Пятнадцать тысяч) рублей и госпошлины в размере 300 рублей

Истица ФИО1 в суд не явилась, о дне и времени слушания дела была извещена, просила дело рассмотреть без ее участия.

Представитель истца ФИО1 – ФИО3, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ. за №, исковые требования поддержала и дополнительно показала, что правом требовать сноса самовольной постройки наряду с собственником, субъектом иного вещного права на земельный участок, законным владельцем земельного участка, на котором возведена самовольная постройка, обладают и иные лица, права и охраняемые законом интересы которых нарушает сохранение самовольной постройки. В соответствии с заключением судебного эксперта постройке - сарай (литер Г), расположенной на земельном участке по адресу: 

<

адрес>, при оценке прочности характерных материалов присвоена категория ограниченноработоспособное техническое состояние, постройке - навес, литер Г1, расположенной по тому же адресу, присвоена категория аварийного технического состояния. Эксперт пришел к выводу, что обе постройки, литеры Г, Г1 не соответствуют градостроительным и строительным нормам и правилам, требованиям пожарной безопасности, в том числе не соблюдены противопожарные разрывы, предусмотренные действующими нормативами. Обнаруженные нарушения являются существенными и неустранимыми, создают угрозу жизни и здоровью лицам, проживающим по адресу: 

<

адрес>. Считает, что спорные постройки являются самовольными в силу того, что они обладают одним из признаков, поименованных в ст. 222 ГК РФ, а именно созданы с нарушением градостроительных и строительных норм и правил. Сохранение этих построек создает угрозу жизни и здоровью истицы. В связи с выводом эксперта о существенности и неустранимости выявленных нарушений, единственным соразмерным способом защиты права истицы является предъявление требований о сносе построек ответчика, в целях исключения угрозы жизни и здоровья истицы. На основании вышеизложенного, просила удовлетворить заявленные требования ФИО1 об обязании ответчика устранить нарушения права пользования истице принадлежащим ей на праве собственности земельным участком с кадастровым номером №, расположенным по адресу: 

<

адрес>, обязании ответчика, ФИО2, своими силами и за свой счет снести постройки: сарай Литер Г, навес Литер Г1, расположенные на земельном участке с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>. Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы по оплате юридических услуг в размере 30 000 рублей и госпошлины в размере 300 рублей.

Ответчик ФИО2 в суд не явился, о дне и времени слушания дела был извещен, просил дело рассмотреть без его участия.

Представитель ФИО2 – ФИО4, действующая по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ. за №, иск не признала и показала, что Ответчик ФИО2 является собственником жилого дома и надворных построек, а также земельного участка с кад.номером № по адресу 

<

адрес> на основании свидетельства о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ., решения Орджоникидзевского районного суда г.Уфы от ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о ГРП от ДД.ММ.ГГГГ., свидетельством о ГРП от ДД.ММ.ГГГГ. Первоначальным собственником домовладения по указанному адресу был ФИО5 на основании Договора о бессрочном пользовании земельным участком № от ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ отец ответчика ФИО6 приобрел данное домовладение по договору купли № у ФИО5 После смерти ФИО6 Собственником стала мать ответчика ФИО7, а после смерти матери, собственником домовладения и земельного участка в порядке наследования стал ответчик. Спорные постройки - сарай и навес - не являются самовольными постройками. Согласно карточке технической инвентаризации домовладений от ДД.ММ.ГГГГ., первоначальным собственником ФИО5, по границе своего земельного участка был возведен сарай и уборная. Впоследствии, отец ответчика после приобретения дома, пристроил к сараю навес. Данные постройки имеются в технической инвентаризации домовладений от ДД.ММ.ГГГГ и в техническом паспорте от ДД.ММ.ГГГГ. Матерью истца, гр. ФИО7, после вступления в наследство после смерти своего мужа ФИО6, на основании решения Исполнительного комитета Орджоникидзевского района Совета народных депутатов № от ДД.ММ.ГГГГ. «Об узаконении пристроев к индивидуальному жилому дому, надворных построек, гаража по 

<

адрес>», спорные постройки, обозначенные в техническом паспорте под Литерой Г-сарай и литерой Г1- навес были узаконены. Данные спорные постройки входят в основное домовладение, на которое имеется свидетельство о праве собственности. Таким образом, требования истца в отношении сноса сарая и навеса являются незаконными, поскольку данные постройки не являются самовольными. Кроме того, определением суда от 25.09.2017г. по данному делу была назначена строительно-техническая экспертиза. С выводами, содержащимися в экспертном заключении, ответчик ФИО2 не согласен по следующим причинам: Отсутствуют сведения, а именно, свидетельство о государственной поверке средств измерений, используемых при инструментальном обследовании и обмерных работах, что нарушает требования Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 102-ФЗ (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "Об обеспечении единства измерений" (ст.9). В экспертизе отсутствует протокол замеров, подтверждающий аварийность спорных конструкций. В связи с чем, невозможно понять, по каким критериям экспертом был сделан вывод, что данные спорные сооружения являются аварийными. То есть в экспертизе не приведены результаты замеров, нет сравнения с эталонными или допустимыми значениями, чтобы достоверно определить имеется ли отклонение у спорных сооружений от нормы. Из представленного заключения не ясно, на каком основании и по каким критериям сделан вывод, что конструкция угрожает жизни и здоровью людей. Таким образом, по экспертизе можно сделать вывод, что результаты ничем не подкреплены, голословно сделан вывод что исследуемые конструкции находятся в аварийном состоянии. Ответ эксперта о том, что постройки: сарай (Литера Г) и навес (Литера ГГ) не соответствуют градостроительным и строительным нормам и правилам, требованиям пожарной безопасности, не должно иметь решающего значения для суда в силу того, что Ответчик ФИО2 является собственником жилого дома и надворных построек, в том числе сарая (Литера Г) и навеса (Литера Г1), а также земельного участка с кад.номером № по адресу 

<

адрес> на основании свидетельства о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ., решения Орджоникидзевского районного суда г.Уфы от ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о ГРП от ДД.ММ.ГГГГ., свидетельством о ГРП от ДД.ММ.ГГГГ Спорные постройки - сарай и навес - не являются самовольными постройками. Согласно карточке технической инвентаризации домовладений от ДД.ММ.ГГГГ., первоначальным собственником ФИО5, по границе своего земельного участка был возведен сарай и уборная. Впоследствии, отец ответчика после приобретения дома, пристроил к сараю навес. Данные постройки имеются в технической инвентаризации домовладений от ДД.ММ.ГГГГ., и в техническом паспорте от ДД.ММ.ГГГГ. Матерью истца, ФИО7, после вступления в наследство, на основании решения Исполнительного комитета Орджоникидзевского района Совета народных депутатов № от ДД.ММ.ГГГГ. «Об узаконении пристроев к индивидуальному жилому дому, надворных построек, гаража по 

<

адрес>», спорные постройки, обозначенные в техническом паспорте под Литерой Г-сарай и литерой Г1- навес были узаконены. Данные спорные постройки входят в основное домовладение, на которое имеется свидетельство о праве собственности. В указанном решении от ДД.ММ.ГГГГ имеются необходимые согласования с ГлавУАиГ, РайСЭС, СВПЧ-3, соответственно данные постройки соответствуют градостроительным и строительным нормам и правилам, и требованиям пожарной безопасности. В заключении эксперт руководствуется законами и нормативными актами, правилами принятыми после вынесения решения об узаконении построек. Таким образом, Истцом не представлено доказательств нарушения ответчиком её права пользования земельным участком. По смыслу положений ст.2, 3 ГПК РФ, обращение в суд допускается в случае нарушения права либо законного интереса лица, обращающегося за защитой. Защита прав, нарушения которых возникнет в будущем, указанными нормами не предусмотрена. Считаем, что обращение истца ФИО1 с заявленными требованиями являются преждевременными, поскольку её права действиями ответчика не нарушены. В соответствии со ст. 59 ГПК РФ, суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела. Считает, что истцом не доказаны обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих исковых требований.

Выслушав представителей сторон, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно п. 1 - 2 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно ст. 222 ГК РФ самовольной постройкой является жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество, созданное на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами, либо созданное без получения на это необходимых разрешений или с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил (пункт 1).

В соответствии со ст. 263 Гражданского кодекса РФ собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам.

Статьей 263 ГК РФ на собственника земельного участка также возложена обязанность возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о целевом назначении земельного участка.

В данном случае возведение спорного строения в зоне минимально допустимых расстояний магистрального газопровода не соответствует требованиям соответствующих строительных норм и правил.

В силу п. 2 ч. 1 ст. 40 Земельного кодекса РФ собственник земельного участка имеет право возводить на нем жилые, производственные, культурно-бытовые и иные здания, строения, сооружения в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием с соблюдением соответствующих правил и нормативов.

В соответствии с п. 1 ст. 43 Земельного кодекса РФ граждане и юридические лица осуществляют принадлежащие им права на земельные участки по своему усмотрению, если иное не установлено настоящим Кодексом, федеральными законами. В соответствии со ст. 42 ЗК РФ собственники земельных участков и лица, не являющиеся собственниками земельных участков, обязаны соблюдать при использовании земельных участков требования градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов, выполнять иные требования, предусмотренные настоящим Кодексом, федеральными законами.

В силу ст. 304 Гражданского кодекса РФ, собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В соответствии с п. п. 45 - 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке либо ином объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца. При рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта. Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.

Следовательно, иск о сносе постройки может быть удовлетворен на основании ст. 222 ГК РФ в том случае, если постройка возведена с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил, ее наличие нарушает права третьих лиц: постройка нарушает права владельца смежного земельного участка, либо постройка угрожает его жизни и здоровью, при этом нарушение его прав может быть устранено лишь путем сноса данной постройки.

Указанная правовая позиции отражена в п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 22 от 29.04.2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в котором обращается внимание на необходимость выяснения при рассмотрении споров того, нарушает ли сохранение самовольной постройки права и охраняемые законом интересы других лиц, создает ли постройка угрозу жизни и здоровью граждан. При этом, допущенное при строительстве объекта нарушение градостроительных и строительных норм и правил должно иметь существенный характер.

В силу ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с ч. 5 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, при оценке документов или иных письменных доказательств суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такие документ или иное письменное доказательство исходят от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, подписаны лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств.

Установлено, что ФИО1 является собственником земельного участка площадью 724 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГг. 

Кроме того, на данном земельном участке возведен жилой дом с надворными постройками, который находится в собственности ФИО1, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГг. 

Ответчик ФИО2 является собственником жилого дома и надворных построек, а также земельного участка с кадастровым номером № по адресу 

<

адрес> на основании свидетельства о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ., решения Орджоникидзевского районного суда г.Уфы от ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о ГРП от ДД.ММ.ГГГГ., свидетельством о ГРП от ДД.ММ.ГГГГ 

Первоначальным собственником домовладения по указанному адресу был ФИО5 на основании Договора о бессрочном пользовании земельным участком № от ДД.ММ.ГГГГ. 

ДД.ММ.ГГГГ отец ответчика ФИО6 приобрел данное домовладение по договору купли № у ФИО5

После смерти ФИО6 собственником стала мать ответчика ФИО7, а после смерти матери, собственником домовладения и земельного участка в порядке наследования стал ответчик. 

Согласно карточке технической инвентаризации домовладений от ДД.ММ.ГГГГ., первоначальным собственником ФИО5, по границе своего земельного участка был возведен сарай и уборная. 

Впоследствии, отец ответчика после приобретения дома, пристроил к сараю навес. 

Данные постройки имеются в технической инвентаризации домовладений от ДД.ММ.ГГГГ., и в техническом паспорте от ДД.ММ.ГГГГ 

Матерью истца, гр. ФИО7, после вступления в наследство после смерти своего мужа ФИО6, на основании решения Исполнительного комитета Орджоникидзевского района Совета народных депутатов № от 04.09.1991г. «Об узаконении пристроев к индивидуальному жилому дому, надворных построек, гаража по 

<

адрес>», спорные постройки, обозначенные в техническом паспорте под Литерой Г-сарай и литерой Г1- навес были узаконены. 

Данные спорные постройки входят в основное домовладение, на которое имеется свидетельство о праве собственности.

Таким образом, спорные постройки - сарай и навес - не являются самовольными постройками.

Более того, признание либо непризнание указанных строений самовольными постройками не влияет на права и охраняемые законом интересы истца, поскольку спорные строения возведены на земельном участке, принадлежащем ответчику на праве собственности, а в соответствии с пунктом 3 части 17 ст. 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации выдача разрешения на строительство не требуется в случае строительства на земельном участке строений и сооружений вспомогательного использования, какими являются спорные сарай и навес.

При этом, в силу п. 1 ст. 222 ГК РФ самовольной постройкой является, в том числе объект, созданный с нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

Определением Орджоникидзевского райсуда г. Уфы от ДД.ММ.ГГГГ. по делу была назначена судебная строительно-техническая экспертиза, производство которой поручено Независимому центру судебных экспертиз ООО «Компания Проект Центр».

Согласно заключению экспертизы № производство которой начато ДД.ММ.ГГГГ. окончено ДД.ММ.ГГГГ., эксперт пришел к следующему выводу:

Постройки: сарай (Литера Г), навес (Литера Г1), расположенные на земельном участке с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, не соответствуют градостроительным и строительным номам и правилам, требованиям пожарной безопасности.

По результатам проведенного обследования сарая (Литера Г), расположенного на земельном участке с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, оценки прочностных характеристик материалов, примененных при возведении и правилам оценки технического состояния — объекту обследования присвоена категория ограничено-работосиособное технического состояния подразумевающие под собой: категория технического состояния, при которой имеются крены, дефекты и повреждения, приведшие к снижению несущей способности, но отсутствует опасность внезапного разрушения, потери устойчивости или опрокидывания, и функционирование конструкций и эксплуатация здания или сооружения возможны либо при контроле (мониторинге) технического состояния, либо при проведении необходимых мероприятий по восстановлению или усилению конструкций и (или) грунтов основания и последующем мониторинге технического состояния (при необходимости).

По результатам проведенного обследования навеса (Литера Г1), расположенного на земельном участке с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, оценки прочностных характеристик материалов, примененных при возведении и правилам оценки технического состояния - объекту обследования присвоена категория аварийного технического состояния подразумевающие под собой: категория технического состояния сооружения в целом, включая состояние грунтов основания, характеризующаяся повреждениями и деформациями, свидетельствующими об исчерпании несущей способности и опасности обрушения и характеризующаяся кренами, которые могут вызвать потерю устойчивости объекта.

Руководствуясь Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 123-ФЭ (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности», эксперт определил: жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес> - степень огнестойкости – IV; сарай (Литера Г), расположенный на земельном участке с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес> - степень огнестойкости жилого дома — I V; навес (Литера ГI), расположенный на земельном участке с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес> - степень огнестойкости жилого дома - V;

Отсюда следует, что противопожарные разрывы должны составлять: от жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес> до сарая (литера Г) не менее 15м, фактическое расстояние - 6,46м; от жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес> до навеса (литера Г1) не менее 15м, фактическое расстояние – 7,02м.

С учетом поставленных вопросов, эксперт пришел к выводу, что постройки: сарай (Литера Г), навес (Литера Г1), расположенные на земельном участка с кадастровым номером № создают угрозу жизни здоровью лицам, проживающим по адресу: 

<

адрес>.

В процессе натурного исследования на смежной границе участков был обнаружен оголовок погруженной в грунт металлической трубы круглого сечения, диаметром 300мм. На момент исследования полость трубы была заполнена грунтом. Данная труба не отвечает признакам дренажа, т.к. полость трубы заполнена грунтом, который препятствует отводу вод и как правило, для устройства дренажа используется асбестоцементные и пластмассовые перфорированные трубы, также глубина залегания трубы не позволяет создать требуемый уклон для отвода грунтовых и поверхностных вод с участка ответчика ФИО2 

В ходе рассмотрения дела, учитывая заключение эксперта по вопросу погруженной в грунт металлической трубы, истца от данных требований отказалась, как отказалась и от требований в части компенсации морального вреда.

Отказ от данных требований отражен в заявлении истицы об уточнении исковых требований и принят судом, как не противоречащий действующему законодательству и не нарушающий прав и законных интересов третьих лиц.

Суд признает несостоятельным довод представителя ответчика о том, что экспертом голословно сделан вывод, что исследуемые конструкции не соответствуют градостроительным и строительным нормам и правилам, требованиям пожарной безопасности, находятся в аварийном состоянии, так как в экспертизе не приведены результаты замеров, нет сравнения с эталонными или допустимыми значениями, чтобы достоверно определить имеется ли отклонение у спорных сооружений от нормы. Из представленного заключения не ясно, на каком основании и по каким критериям сделан вывод, что конструкция угрожает жизни и здоровью людей. 

Однако, судебная строительно-техническая экспертиза по настоящему делу поручена эксперту ФИО8, который до начала проведения указанной экспертизы предупрежден об уголовной ответственности, подтвердил наличие у него высшего образования по специальности инженер-строитель в области промышленно-гражданского строительства и имеющему сертификат судебного эксперта.

Эксперт, при проведении экспертизы проводил визуальное, детальное (инструментальное) обследование, обмерные работы с применением измерительных инструментов.

При оценке экспертного заключения суд приходит к выводу, что оно составлено в соответствии с требованиями ст. ст. 84, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Заключение отвечает требованиям относимости и допустимости, оснований сомневаться в достоверности изложенных в нем выводов не имеется, равно, как и не усматривается наличие какой-либо заинтересованности эксперта, который был предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Доказательств, опровергающих выводы эксперта, ответчиком не предоставлено.

В судебном заседании ответчик не заявлял ходатайство о вызове эксперта либо о назначении повторной экспертизы, соответственно не представлено ответчиком доказательств безопасности возведенных строений.

Исходя из представленных сторонами доказательств, фотографий, приобщенных к материалам дела, заключения эксперта, суд приходит к выводу об обоснованности требований истицы о сносе строений под Литерой Г и Г1, расположенных на земельном участке с кадастровым номером №, поскольку указанные строения создают угрозу жизни и здоровью лицам, проживающим по адресу: 

<

адрес>

Учитывая, что за проведение экспертизы, истица выплатила сумму в размере 15000руб., перед экспертом было поставлено 6 вопросов, на один из которых для истца был дан отрицательный ответ, суд полагает с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы за экспертизу в размере 12500руб.

В силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года N 28 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ).

Разрешая вопрос о размере расходов на оплату услуг представителя суд руководствуется приведенными выше нормами права и разъяснениями, принципами разумности и справедливости, и, исходя из объема проделанной представителем работы (составление искового заявления, претензии, участие в судебных заседаниях), сложности дела, характера спора, объема и качества оказанной юридической услуги, признает расходы на оплату услуг представителя в размере 10000 рублей разумным размером. 

Поскольку суд пришел к выводу об обоснованности заявленных требований, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по госпошлине в размере 300руб. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194, 198, 220-221 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Обязать ФИО2, устранить нарушения права пользования ФИО1 принадлежащим ей на праве собственности земельным участком с кадастровым номером 02:55:030209:6, расположенным по адресу: 

<

адрес>, путем возложения на ФИО2 обязанности, своими силами и за свой счет снести постройки: сарай Литер Г, навес Литер Г1, расположенные на земельном участке с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>;

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы по оплате юридических услуг в размере 10 000 (десять тысяч), расходы на оплату судебной экспертизы в размере 12 500 (двенадцать тысяч пятьсот)) рублей и госпошлины в размере 300 рублей. Всего 22800 (двадцать две тысячи восемьсот)рублей.

Производство по делу в части обязания ФИО2 своими силами и за свой счет демонтировать дождевую канализацию, находящую на земельном участке ФИО2 по адресу: 

<

адрес>, выходящую на земельный участок по адресу: 

<

адрес> взыскании с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 50 000 рублей, прекратить.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Башкортостан в течение месяца через Орджоникидзевский райсуд г.Уфы

Судья: Т.В. Попенова