Дело № 2-1186/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 ноября 2018 года г. Орск 

Советский районный суд г.Орска Оренбургской области в составе 

председательствующего судьи Федоровой А.В.,

при секретаре Корнелюк Е.Ю.,

с участием конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Торгово-промышленная компания «Алекс-М» ФИО1, представителя ответчика ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Торгово-промышленная компания «Алекс-М» к ФИО3 о применении последствий ничтожности сделки, истребовании имущества из чужого незаконного владения,

установил:

конкурсный управляющий ООО ТПК «Алекс-М» ФИО1 обратился в суд с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения. В обоснование иска указал, что в ходе проведения мероприятий по розыску имущества ООО ТПК «Алекс-М» им установлено местонахождение принадлежащего указанному юридическому лицу имущества, а именно: колонки топливораздаточной **, заводской №, ДД.ММ.ГГГГ выпуска, колонки топливораздаточной **, заводской №, ДД.ММ.ГГГГ выпуска, колонки топливораздаточной **, заводской №, ДД.ММ.ГГГГ выпуска, по адресу: 

<

адрес>. Указанное имущество является залоговым (залогодержатель – ПАО «Сбербанк») по договору залога от 05 мая 2012 года №. 

Топливораздаточные колонки находятся на территории АЗС, принадлежащей ФИО3 На претензию от 21 марта 2018 года с требованием передать имущество, направленную в адрес ответчика, ФИО3 не реагирует.

Просил суд истребовать у ответчика имущество: колонку топливораздаточную **, заводской №, ДД.ММ.ГГГГ выпуска, колонку топливораздаточную **, заводской №, ДД.ММ.ГГГГ выпуска, колонку топливораздаточную BMP **, заводской №, ДД.ММ.ГГГГ выпуска.

Впоследствии истец увеличил исковые требования. Считал, что сделка от 13 августа 2017 года, в результате которой ФИО3 приобрела спорное имущество в составе комплекса АЗС у ООО «**», ничтожна, поскольку имущество находилось в залоге у ПАО Сбербанк по договору от 05 мая 2012 года, заключенному с ООО ТПК «Алекс-М». При этом залогодержатель не давал согласия на заключение данной сделки. Ответчик ФИО3, приобретая имущество, должна была знать, что оно находится в залоге у банка, поскольку данные сведения находятся в общем доступе на сайте нотариата.

Просит суд применить последствия ничтожности сделки купли-продажи АЗС от 13 августа 2017 года в части продажи трех топливораздаточных колонок. Истребовать у ответчика имущество: колонку топливораздаточную **, заводской №, ДД.ММ.ГГГГ выпуска, колонку топливораздаточную **, заводской №, ДД.ММ.ГГГГ выпуска, колонку топливораздаточную **, заводской №, ДД.ММ.ГГГГ выпуска.

В судебном заседании конкурсный управляющий ООО ТПК «Алекс-М» ФИО1 исковые требования поддержал. Дополнительно пояснил, что в ходе мероприятий по розыску имущества должника он осмотрел автозаправочные станции, к которым когда-либо имел отношение учредитель ООО ТПК «Алекс-М» В.А.В., и установил нахождение топливораздаточных колонок, указанных в иске, на АЗС, принадлежащей ответчику. На колонках были заводские номера, он их сфотографировал. Впоследствии данные номера были демонтированы. Предполагает, что это было сделано ответчиком в целях сокрытия имущества. В настоящее время на колонках указаны только инвентарные номера. Пояснил, что при передаче ему, как конкурсному управляющему, документации ООО ТПК «Алекс-М» паспорта или иные документы на спорное имущество ему переданы не были. В балансе юридического лица данное имущество также не отражено. Вместе с тем, имеется договор залога от 05 мая 2012 года, заключенный между ООО ТПК «Алекс-М» и ПАО Сбербанк, по которому указанное имущество, принадлежащее залогодателю, передано в залог банку.

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО2, действующий на основании доверенности, в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований. Пояснил, что ФИО3 является собственником сооружения – автозаправочной станции с операторской, включающей в себя все инженерное оборудование и сети инженерно-технического обеспечения, предназначенные для его эксплуатации по адресу: 

<

адрес>. Указанное имущество, в состав которого входили 3 топливораздаточные колонки, было приобретено ответчиком у ООО «**» на основании договора купли-продажи от 13 августа 2017 года, заключенного по результатам публичных торгов, организованных и проведенных в рамках процедуры банкротства продавца при реализации имущества, входящего в конкурсную массу. В договоре купли-продажи от 13 августа 2017 года содержится информация о том, что до момента продажи имущество находилось в залоге в пользу ПАО «Сбербанк» по договору ипотеки от 04 октября 2012 года №, заключенному с ООО «**». В силу п. 1.4. договора купли-продажи право залога прекращено. Каких-либо других ограничений и обременений имущество на момент его покупки ответчиком не содержало. Кроме того указал, что истцом не представлено доказательств того, что топливораздаточные колонки, которые заявлены в иске, когда-либо были собственностью ООО ТПК «Алекс-М». Также не представлено доказательств того, что на АСЗ, принадлежащей ФИО3, установлены именно те колонки, которые являются предметом спора. Между тем, ответчиком представлены доказательства того, что топливораздаточные колонки, установленные на АСЗ в 

<

адрес>, имеют другие номера, а также иной год выпуска.

Представитель третьего лица ПАО «Сбербанк», извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился. В предыдущих судебных заседаниях представители третьего лица – ФИО4 и ФИО5, действующие на основании доверенностей, считали исковые требования подлежащими удовлетворению. Пояснили, что факт принадлежности имущества, являющегося предметом спора, ООО ТПК «Алекс-М» подтверждается вступившим в законную силу решением Кувандыкского районного суда Оренбургской области от 20 апреля 2016 года, а также определением Арбитражного суда Оренбургской области от 21 апреля 2017 года. Также указали, что при передаче имущества в залог банк проводит проверку по вопросу, не является ли имущество, передаваемое в залог, заложенным по другому договору. Предположили, что ФИО3 приобрела у ООО «**» автозаправочную станцию без топливораздаточных колонок, а колонки были приобретены позже.

Представитель третьего лица ООО «Альтернатива», извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился. 

Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд считает иск не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям. 

Согласно ст. 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Истребование имущества из чужого незаконного владения, то есть виндикация, является вещно-правовым способом защиты права собственности.

Как разъяснено в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», применяя статью 301 Гражданского кодекса Российской Федерации, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении.

Соответственно, с помощью виндикационного иска может быть истребовано индивидуально определенное имущество (вещь), имеющееся у незаконного владельца в натуре.

В п. 36 названного выше постановления разъяснено, что лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика. Доказательством права собственности на недвижимое имущество является выписка из ЕГРП. При отсутствии государственной регистрации право собственности доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

Таким образом, по делу об истребовании имущества из чужого незаконного владения юридически значимой и подлежащей доказыванию является одновременная совокупность следующих обстоятельств: наличие у истца права собственности на имеющуюся в натуре вещь (имущество), а также незаконность владения ответчиком имуществом.

В случае недоказанности одного из перечисленных выше обстоятельств иск об истребовании имущества из чужого незаконного владения удовлетворен быть не может.

В силу ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом.

Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В обоснование своих требований конкурсный управляющий ООО ТПК «Алекс-М» ФИО1 указал, что названному юридическому лицу на праве собственности принадлежало следующее имущество: колонка топливораздаточная **, заводской №, ДД.ММ.ГГГГ выпуска, колонка топливораздаточная **, заводской №, ДД.ММ.ГГГГ выпуска, колонка топливораздаточная **, заводской №, ДД.ММ.ГГГГ выпуска.

В качестве доказательства наличия права собственности ООО ТПК «Алекс-М» на указанное имущество, истец сослался на договор залога от 05 мая 2012 года, заключенный между ОАО «Сбербанк России» и ООО ТПК «Алекс-М», по которому топливораздаточные колонки переданы банку в залог.

Между тем, в вышеназванном договоре залога от 05 мая 2012 года не указано, что имущество, передаваемое в залог, принадлежит ООО ТПК «Алекс-М» на праве собственности. Также в договоре отсутствует ссылка на документы, подтверждающие право собственности ООО ТПК «Алекс-М» на указанное имущество. Имеется указание на место нахождения предмета залога: 

<

адрес>.

Истцом не представлены документы, на основании которых ООО ТПК «Алекс-М» приобрело указанное имущество в собственность (договор купли-продажи и др.), а также документы на указанные топливораздаточные колонки (паспорта, акты поверок и др.). Из представленной в материалы дела бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО ТПК «Алекс-М» за 2015 год видно, что в разделе «Основные средства» отсутствует такое имущество как топливораздаточные колонки.

Из показаний ФИО6, работавшей в период с 2012 года по 2014 год бухгалтером в ООО ТПК «Алекс-М», допрошенной в качестве свидетеля в судебном заседании, три топливораздаточные колонки, являющиеся предметом спора, приобретались в кредит ООО «**», учредителем которого также был В.А.В., для установки на АЗС в 

<

адрес>.

Согласно пояснениям представителя третьего лица ПАО Сбербанк, данным в судебном заседании, при принятии банком имущества в залог представитель банка осматривает данное имущество, о чем составляется акт. Кроме того составляется отчет об оценке имущества.

Вместе с тем, по запросу суда ПАО Сбербанк не были представлены отчет об оценке имущества, заложенного по договору от 05 мая 2012 года, а также документы, подтверждающие право собственности залогодателя на предмет залога.

Судом не принимается довод представителя третьего лица ПАО Сбербанк о том, что вступившие в законную силу решение Кувандыкского районного суда Оренбургской области от 20 апреля 2016 года, определение Арбитражного суда Оренбургской области от 21 апреля 2017 года имеют преюдициальное значение при разрешении настоящего спора, поскольку указанными судебными постановлениями не подтверждается факт наличия права собственности ООО ТПК «Алекс-М» на спорное имущество.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено достаточных доказательств, что на момент предъявления иска ООО ТПК «Алекс-М» являлось собственником топливораздаточных колонок, являющихся предметом спора.

В качестве доказательства того обстоятельства, что топливораздаточные колонки **, ДД.ММ.ГГГГ выпуска, заводские номера №, находятся на АЗС, принадлежащей ФИО3, истцом представлены фотографии. 

Оценив представленные фотографии, суд не находит их надлежащим доказательством по делу, поскольку на них изображен общий вид АЗС, а также топливораздаточные колонки, на которых не видны заводские номера. На фотографиях с изображением металлических табличек с номерами №, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска, не видно, на каких объектах находятся данные таблички. Кроме того, на фотографиях не указаны даты, когда производилась съемка.

Акт проверки заложенного имущества от 21 декабря 2015 года, на который ссылается истец как на документ, подтверждающий фактическое наличие и сохранность имущества, находящегося в залоге в обеспечение кредитного договора №, заключенного с ООО ТПК «Алекс-М», а именно топливораздаточных колонок, по адресу: 

<

адрес>, также не является допустимым доказательством по делу в виду следующего.

Как видно из указанного акта, он был подписан представителем залогодателя ФИО6, которая указана директором ООО ТПК «Алекс-М». Вместе с тем, согласно показаниям ФИО6, допрошенной в судебном заседании в качестве свидетеля, она подписала этот акт, находясь у себя дома, по просьбе учредителя ООО ТПК «Алекс-М» В.А.В. и сотрудника ПАО Сбербанк. При этом по адресу, указанному в акте, она не выезжала, колонки не осматривала. Кроме того пояснила, что на момент составления акта она в ООО ТПК «Алекс-М» не работала. Данное обстоятельство подтверждается представленной в материалы дела копией трудовой книжки ФИО6, согласно которой она ДД.ММ.ГГГГ была уволена из ООО ТПК «Алекс-М».

Согласно пояснениям представителя ФИО3 – ФИО2 у ответчика в собственности находится сооружение – автозаправочная станция с операторской, включающая в себя все инженерное оборудование и сети инженерно-технического обеспечения, предназначенные для его эксплуатации, в состав которого входят три топливораздаточные колонки ДД.ММ.ГГГГ года выпуска, серии **, инвентарные номера №. 

Указанные доводы представителя ответчика подтверждаются представленными в материалы дела паспортами колонок топливораздаточных серии **, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска, инвентарные номера №. 

Суд критически относится к доводу истца о том, что ФИО2 представлены паспорта от колонок, возможно принадлежащих ответчику, но находящихся по другому адресу. Так, из паспортов видно, что колонки 07 августа 2018 года прошли поверку ФБУ «**». Из ответа ФБУ «**» от 24 октября 2018 года № видно, что поверка топливораздаточных колонок типа ** (инвентарные номера №) проводилась 07 августа 2018 года по заявке ООО «Альтернатива» на территории 

<

адрес>. 

Таким образом, в судебном заседании не нашел подтверждения факт нахождения топливораздаточных колонок типа **, ДД.ММ.ГГГГ выпуска, заводские номера №, на АЗС, принадлежащей ФИО3, находящейся по адресу: 

<

адрес>. 

Из материалов дела видно, что 13 августа 2017 года были проведены торги по продаже недвижимого имущества ООО «**». Победителем торгов, согласно протоколу, признана ФИО3, предложившая наибольшую цену.

По договору купли-продажи от 13 августа 2017 года ООО «Оазис» (Продавец) в лице конкурсного управляющего должника С.Д.Е. обязалось передать в собственность ФИО3 (Покупателя) принадлежащее ООО «**» недвижимое имущество: сооружение (автозаправочной станции с операторской, включающей в себя все инженерное оборудование и сети инженерно-технического обеспечения, предназначенные для его эксплуатации), площадью ** кв.м, находящееся по адресу: 

<

адрес>; земельный участок, разрешенного использования: для строительства автозаправочной станции, находящийся по адресу: 

<

адрес>.

Из представленных в материалы дела квитанции к приходному кассовому ордеру № от 13 августа 2017 года и платежного поручения № от 17 августа 2017 года видно, что ФИО3 произвела оплату ООО «**» по договору купли-продажи от 13 августа 2017 года.

Согласно п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо (п. 3 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Заявляя требование о применении последствий недействительности договора купли-продажи от 13 августа 2017 года, истец указал на ничтожность данной сделки в части приобретения ФИО3 топливораздаточных колонок. При этом конкурсный управляющий ФИО1 **.М. указал, что данное имущество не принадлежало продавцу ООО «**», поскольку принадлежало ООО ТПК «Алекс-М» и находилось в залоге у ПАО Сбербанк по договору, заключенному с ООО ТПК «Алекс-М».

Указанные доводы истца опровергаются материалами дела.

Так, согласно п. 1.2. договора от 13 августа 2017 года передаваемые по нему объекты недвижимого имущества принадлежат должнику ООО «**» на основании свидетельства о государственной регистрации права №, выданного 23 апреля 2013 года Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Оренбургской области, а также свидетельства о государственной регистрации права №, выданного 03 октября 2012 года Управлением Федеральной регистрационной службы по Оренбургской области.

В п. 1.3. договора от 13 августа 2017 года указано, что покупателю известно, что до момента продажи недвижимое имущество находилось в залоге в пользу ПАО Сбербанк по договору ипотеки от 04 октября 2012 года №.

В связи с продажей недвижимого имущества право залога на недвижимое имущество в момент подписания настоящего договора прекращено (п. 1.4. договора от 13 августа 2017 года).

Из договора ипотеки от 04 октября 2012 года, заключенного между ООО «**» и ПАО Сбербанк, следует, что предметом залога является объект незавершенного строительством – АЗС традиционного типа, расположенный по адресу: 

<

адрес>, назначение: сооружение, площадь застройки здания операторной ** кв.м, степень завершенности 78 %, навес – площадь застройки ** кв.м, степень завершенности 67 %, резервуарный парк – площадь застройки ** кв.м, степень завершенности 85 %, общественный туалет – площадь застройки ** кв.м, степень завершенности 52 %, включая все инженерное оборудование и сети инженерно-технического обеспечения, предназначенные для его эксплуатации. Также предметом залога является земельный участок разрешенного использования: для строительства автозаправочной станции, находящийся по адресу: 

<

адрес>. (т.1 л.д. 145-148).

Дополнительным соглашением № от 26 сентября 2013 года к договору ипотеки № от 04 октября 2012 года п.1.2 указанного договора ипотеки с 26 сентября 2013 года изложен в следующей редакции: предметом залога является: объект недвижимости: сооружение, назначение: сооружение, общая площадь ** кв.м, адрес (местонахождение) объекта: 

<

адрес>; земельный участок, разрешенного использования: для строительства автозаправочной станции, находящийся по адресу: 

<

адрес> 

Довод представителя ПАО Сбербанк о том, что в состав приобретенной ФИО3 по договору купли-продажи от 13 августа 2018 года автозаправочной станции не входили топливораздаточные колонки, опровергается имеющимся в материалах дела Отчетом № об определении рыночной стоимости автозаправочной станции с земельным участком, расположенной по адресу: 

<

адрес>, из которого следует, что в состав оцениваемой АЗС входят, в том числе 3 топливораздаточные колонки. Оценка АЗС производилась в 2016 году по договору с конкурсным управляющим ООО «**» С.Д.Е. для ее реализации при процедуре банкротства. В отчете имеются сведения о том, что указанное имущество находится в залоге (ипотека в силу закона).

Оценив в совокупности представленные доказательства, суд приходит к выводу, о том, что в судебном заседании не нашел подтверждения и факт незаконного владения ФИО3 топливораздаточными колонками. 

На основании изложенного суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Торгово-промышленная компания «Алекс-М» к ФИО3 о применении последствий ничтожности сделки, истребовании имущества из чужого незаконного владения отказать.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Советский районный суд г. Орска в течение месяца со дня составления в окончательной форме.

Судья подпись А.В. Федорова

Мотивированное решение составлено 12 ноября 2018 года