РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

01 августа 2017 года

Советский районный суд г. Владивостока Приморского края

в составе судьи Юлбарисовой С.А.

при секретаре Морозовой О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «А» о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с вышеназванным иском к ООО «А», в обоснование которого указал следующее. 

<

дата> произошло ДТП с участием двух автомобилей: «Freightliner», государственный регистрационный знак 

<

номер>, с прицепом «Trailmobile P239D», государственный регистрационный знак 

<

номер>, под управлением Ш.О.А. и «Toyota Crown Hybrid», государственный регистрационный знак 

<

номер>, под его (истца) управлением. Виновником ДТП явился водитель «Freightliner» – Ш.О.А., который при перестроении не пропустил транспортное средство, движущееся попутно без изменения направления движения, и совершил столкновение с его автомашиной. В результате ДТП его автомобиль получил многочисленные повреждения и восстановлению и ремонту не подлежит. Автомобиль, которым управлял виновник ДТП, принадлежит на праве собственности ООО «А». Он (истец) обратился в страховую компанию виновника ДТП – ПАО СК «Р1» – с заявлением о выплате страхового возмещения, однако, даже при максимальной выплате страховой суммы – 

<

данные изъяты> – ее не хватило, чтобы возместить и половину ущерба. Согласно экспертному заключению независимой технической экспертизы транспортного средства от 

<

дата> 

<

номер>, выполненной Центром экспертизы и оценки ИП Б.Д.В., стоимость восстановительного ремонта транспортного средства на дату ДТП составила 

<

данные изъяты>, стоимость транспортного средства до повреждения на дату ДТП составила 

<

данные изъяты> Поскольку стоимость восстановительного ремонта автомобиля превышает его стоимость на дату ДТП, имущество считается полностью утраченным, а сумма возмещения потерпевшему определяется в размере действительной стоимости имущества на день наступления страхового случая за вычетом стоимости годных остатков. Стоимость годных остатков транспортного средства на дату ДТП составила 

<

данные изъяты> Итого выплате подлежит сумма 

<

данные изъяты> Таким образом, сумма ущерба, не покрытая страховкой, составила 

<

данные изъяты> За проведение независимой технической экспертизы им было уплачено 

<

данные изъяты> 

<

дата> в адрес ответчика была направлена претензия с требованием в течение десяти дней с даты ее получения возместить ему сумму ущерба, не покрытую страховкой, в размере 

<

данные изъяты>, а также стоимость независимой экспертизы в размере 

<

данные изъяты> До настоящего времени ответ на претензию не дан. На основании изложенного просит взыскать с ответчика в его пользу: сумму ущерба, не покрытую страховкой, в размере 

<

данные изъяты>; расходы на проведение независимой оценки в размере 

<

данные изъяты>; расходы на представителя в размере 

<

данные изъяты>; расходы по уплате государственной пошлины в размере 

<

данные изъяты>

<

дата> в ходе судебного заседания судом были приняты уточненные исковые требования (л.д. 135). ФИО1 просил взыскать с ответчика расходы по эвакуации автомобиля «Toyota Crown Hybrid» после ДТП в размере 

<

данные изъяты> (л.д. 127).

В судебном заседании истец ФИО1 иск поддержал по доводам и основаниям, в нем изложенным. Подтвердил пояснения, ранее данные им в ходе судебного разбирательства.

В судебном заседании истец, представитель истца на основании доверенности – ФИО2 – настаивали на уточненных исковых требованиях по доводам, изложенным в иске. Дополнительно указали, что, как следует из материалов дела об административном правонарушении, водитель автомобиля «Freightliner» нарушил пункты 8.1, 8.4 Правил дорожного движения. Автотехническая экспертиза подтвердила нарушение указанных пунктов Правил дорожного движения. Сумма причиненного истцу ущерба составила 

<

данные изъяты> Также истцом были понесены расходы на составление экспертного заключения в размере 

<

данные изъяты>, расходы на представителя – 

<

данные изъяты>, расходы на уплату государственной пошлины в размере 

<

данные изъяты>, расходы по эвакуации автомобиля в размере 

<

данные изъяты>

Директор ООО «А» – Пенязь П.В. в судебном заседании возражал против удовлетворения иска, полагая, что вина водителя автомобиля «Freightliner» в причинении ущерба истцу не доказана.

Представитель ООО «А» на основании доверенности – ФИО3 – в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований. Указал на необоснованность заключения эксперта К.С.А., проводившего назначенную судом автотехническую экспертизу, отсутствие документов, подтверждающих квалификацию эксперта. Просил отнестись критически к пояснениям истца, которые были даны в ГАИ, в которых он указал, что при движении его на путепроводе неожиданно возник грузовой автомобиль, ударил его в переднюю часть автомобиля. Полагает, что эти пояснения противоречат действительности, поскольку такой автотранспорт не может совершать данный маневр. Считает, что истец нарушил скоростной режим, не контролировал дорожную ситуацию. Отсутствие тормозного пути свидетельствует о том, что ФИО1 не предпринимал мер, согласно пункту 10.1 Правил дорожного движения, к торможению вплоть до остановки транспортного средства. Вина водителя автомобиля «Freightliner» подлежит доказыванию на общих основаниях, поскольку необходимо установить причинно-следственную связь между действиями водителя и наступившими последствиями. Сам факт нарушения требований ПДД водителем автомашины «Freightliner» не подтверждает виновности его действий. Возражал против удовлетворения требований о взыскании расходов на оплату услуг представителя, на эвакуацию автомашины истца, полагая, что эти расходы не подтверждены.

Выслушав пояснения участников процесса, исследовав материалы дела, давая оценку всем доказательствам в их совокупности в соответствии с положениями статьи 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему выводу.

Судом установлено, что 

<

дата> в 23 часа 15 минут в районе: г. Владивосток, 

<

адрес>, произошло дорожно-транспортное происшествие (столкновение двух автомашин) с участием автомобиля «Freightliner», государственный регистрационный знак 

<

номер>, с полуприцепом «Trailmobile P239D», государственный регистрационный знак 

<

номер>, под управлением Ш.О.А. и автомобиля «Toyota Crown Hybrid», государственный регистрационный знак 

<

номер>, под управлением ФИО1

Указанное обстоятельство подтверждается справкой о дорожно-транспортном происшествии (л.д. 8, 193).

Судом установлено и сторонами не отрицалось, что автомобиль «Toyota Crown Hybrid» принадлежит на праве собственности истцу, а автомобиль «Freightliner» принадлежит на праве собственности ответчику.

В силу пункта 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т. п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т. п.).

В соответствии с пунктом 3 статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Согласно пункту 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Таким образом, при причинении вреда имуществу владельцев источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях, то есть по принципу ответственности за вину.

Для возникновения обязанности возместить вред необходимо как установление факта причинения вреда воздействием источника повышенной опасности, причинной связи между воздействием и наступившим результатом, так и установление вины. 

Из содержания представленного в ответ на запрос суда административного материала от 

<

дата> 

<

номер> (л.д. 95) следует, что по факту произошедшего ДТП инспектором ДПС ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Владивостоку 

<

дата> было возбуждено дело об административном правонарушении, предусмотренном статьей 12.24 КРФоАП «Нарушение Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение легкого или средней тяжести вреда здоровью потерпевшего» (л.д. 12).

Постановлением старшего инспектора группы по ИАЗ ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Владивостоку от 

<

дата> производство по указанному делу об административном правонарушении, предусмотренном статьей 12.24 КРФоАП, было прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения (л.д. 178).

<

дата> старшим инспектором группы по ИАЗ ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Владивостоку было вынесено определение, которым установлено, что 

<

дата>, примерно в 23 часа 15 минут, в районе 

<

адрес> в г. Владивостоке, водитель Ш.О.А., управляя автомашиной «Freightliner», государственный регистрационный знак 

<

номер>, с полуприцепом «Trailmobile P239D», государственный регистрационный знак 

<

номер>, при перестроении не пропустил транспортное средство, движущееся попутно без изменения направления движения, и совершил столкновение с автомашиной «Toyota Crown Hybrid», государственный регистрационный знак 

<

номер>, под управлением ФИО1 (л.д. 11). При этом, данным определением должностное лицо ГИБДД УМВД России по г. Владивостоку отказало в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении Ш.О.А. в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности.

Таким образом, поскольку действующие положения КРФоАП не предусматривают возможности обсуждения вопросов виновности лица при отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, вопрос о виновности водителя автомобиля «Freightliner» Ш.О.А. подлежит выяснению в ходе настоящего дела.

В справке о ДТП инспектором ДПС было отражено, что водителем автомобиля «Freightliner» Ш.О.А. был нарушен пункт 8.4 Правил дорожного движения.

Сразу после произошедшего ДТП у его участников, а также свидетелей были отобраны объяснения, которые были приобщены к административному материалу от 

<

дата> 

<

номер>.

ФИО1 в своих объяснениях, данных им 

<

дата>, указал, что 

<

дата>, около 23 часов 10 минут, он управлял автомобилем «Toyota Crown», государственный регистрационный знак 

<

номер>. Во время движения на его автомобиле был включен ближний свет фар. Он двигался по пр-ту 100 лет Владивостоку за город. Был сухой чистый асфальт, дорожная разметка присутствовала. Движение осуществлял со скоростью около 50-70 км/час на расстоянии около трех метров от правого края проезжей части дороги. Двигаясь по крайней правой полосе, он получил сильный удар в переднюю левую часть своего автомобиля по причине того, что водитель «длинномера», двигающегося по крайней левой полосе, совершил резкое перестроение, не убедившись в безопасности маневра. Удар пришелся в заднюю правую часть «длинномера» (л.д. 189).

Указанные объяснения согласуются с теми пояснениями относительно обстоятельств произошедшего ДТП, которые были даны истцом ФИО1 в ходе судебного заседания 

<

дата>. В частности, он указал, что двигался по крайней правой полосе, примерно в 23 часа 30 минут, по «второреченскому» путепроводу в сторону остановки «Заря». Асфальт был сухой. Двигался он со скоростью 60-70 км/час. В машине были он и Б.В.П.. По крайней левой полосе двигались два автомобиля «Freightliner». Он их видел. В конце «второреченского» путепровода «Freightliner», ехавший первым, начал совершать маневр по перестроению в правую полосу движения. ФИО4 перестроилась, и, когда перестраивался прицеп, он (ФИО1) оказался ближе к задней части прицепа. Левая передняя часть его транспортного средства и правая задняя часть прицепа столкнулись. Уйти влево на вторую полосу он не мог, поскольку там двигался второй «Freightliner». Он (ФИО1) пытался затормозить, подал звуковой сигнал, но это не помогло. Вправо он не мог уйти, поскольку там был высокий бордюр, который указывает на край съезда с моста. Он ехал с включенными фарами и габаритами. ДТП произошло тогда, когда он поравнялся со второй машиной на мосту. Когда произошло ДТП, водитель грузовика еще находился на мосту (л.д. 117-121).

Свидетель Б.В.П. в своих объяснениях, данных им 

<

дата> после произошедшего ДТП, указал, что находился в машине «Toyota Crown», был пассажиром на переднем левом сидении. За рулем был ФИО1 Они двигались с ФИО5 в сторону «Зари» по «второреченскому» мосту в крайнем правом ряду. Водитель «фуры» (прицеп с гос.номером 

<

номер>) не убедился в безопасности маневра и перестроился из крайней левой полосы в правый ряд, маневр совершил резко без указателей поворота. Его прицеп (крайняя права сторона) врезался в их машину (в левую часть). Они двигались в городском допустимом режиме (л.д. 190).

В ходе рассмотрения настоящего гражданского дела, Б.В.П., допрошенный в качестве свидетеля, указал следующее. 

<

дата> они (ФИО1 и Б.В.П.) двигались по «второреченской» эстакаде в сторону остановки «Заря». Он (Б.В.П.) был впереди на левом пассажирском сидении. Был вечер, осадков не было. Они двигались по правой полосе, по левой стороне рядом двигались два «большегруза» – один за другим. Под конец эстакады водитель первого «большегруза» начал резкое перестроение направо, без включения указателей поворота. ФИО1 не смог избежать столкновения, поскольку справа были бетонные блоки, слева – второй «большегруз». Между ними не было других машин. В результате перестроения произошло столкновение. Их зажало именно прицепом. ФИО1 остановился. В результате ДТП он (Б.В.П.) получил вред здоровью, а именно – почувствовал боль в спине. Самые серьезные повреждения пришлись на левое крыло, левую стойку лобового стекла, фару, решетку радиатора, сильно была повреждена левая часть автомобиля. ДТП произошло ближе к 23 часам. На улице уже было темно. По его ощущениям, автомобиль, в котором он ехал, двигался со скоростью 60-70 км/час, на спидометр он не смотрел. ФИО1, чтобы избежать ДТП, нажал на тормоз, но, поскольку расстояние было минимальным, столкновения избежать не удалось. Первый «большегруз» и автомобиль, в котором он ехал, двигались, приблизительно, с одной скоростью. Видимость была хорошей, были включены лампы. Дорожных работ не было (л.д. 142-145).

Водитель автомобиля «Freightliner» Ш.О.А. в своих объяснениях, данных им после ДТП 

<

дата>, указал, что 

<

дата>, около 23 часов 15 минут, управлял автомашиной «Freightliner», государственный регистрационный знак 

<

номер>. Двигаясь из Владивостока по пр-ту 100 лет Владивостоку в г. Артем в районе путепровода «2-я речка» по левой крайней полосе, убедившись, что справа нет машин, включил правый «поворот» и стал перестраиваться, затем почувствовал сильный удар в полуприцеп сзади. Легковая автомашина двигалась на большой скорости. Он (Ш.О.А.) предпринял экстренное торможение. Асфальт был сухой, разметка присутствовала (л.д. 192).

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля Ш.О.А. пояснил, что ДТП произошло, примерно, в промежуток с 23 часов 10 минут до 23 часов 15 минут. Уже было темно. Он двигался в г. Артем. В момент ДТП он двигался по «второреченскому» путепроводу по крайней левой полосе, поскольку правая полоса была вся в ямах. Пройдя путепровод, он убедился, что нет помехи справа. Сзади на правой полосе тоже никого не было. Он включил правый «поворотник» и перестроился в правый ряд, после этого почувствовал сильный удар в заднюю часть полуприцепа, остановился почти сразу, включил сигнал аварийной остановки, вышел и увидел, что автомобиль «Toyota Crown» откинуло в правую полосу, а шел он по средней полосе. Он стоял чуть выше 

<

адрес> (л.д. 117-121).

Также после ДТП были отобраны объяснения у свидетеля П.С.А., который пояснил, что он 

<

дата> двигался из г. Владивостока в г. Артем по путепроводу «2-я речка» в крайнем левом ряду на автомобиле «Scania», государственный регистрационный знак 

<

номер>. Увидел, как его на высокой скорости по правому ряду обогнал автомобиль «Crown», и через мгновение увидел удар в заднюю часть прицепа автомобиля «Френч». Легковой автомобиль отлетел на правую часть проезжей части, а грузовой остановился на проезжей части. Автомобиль «Френчлайнер», государственный регистрационный знак 

<

номер>, двигался впереди него по путепроводу в крайнем левом ряду. Как он перестраивался в правый ряд он (П.С.А.) не заметил (л.д. 191).

Принимая во внимания указанные объяснения П.С.А., суд, вместе с тем, учитывает, что они не опровергают пояснений истца и свидетеля Б.В.П., поскольку перестроения автомобиля «Freightliner» он не заметил, пояснения о высокой скорости движения автомобиля истца, с учетом субъективного восприятия, не могут в полной мере свидетельствовать о нарушении ФИО1 скоростного режима.

В связи с возникновением вопросов, требующих специальных познаний, судом по ходатайству стороны ответчика была назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ФБУ Приморская ЛСЭ Минюста России (л.д. 146-147).

Вопросы, поставленные судом перед экспертом, были предложены ответчиком, откорректированы сторонами.

Перед экспертом была поставлена задача определить скорость автомобилей «Freightliner» и «Toyota Crown Hybrid» во время ДТП; пункты ПДД, которыми должен был руководствоваться водитель автомобиля «Freightliner» в условиях, при которых произошло ДТП; пункты ПДД, которыми должен был руководствоваться водитель автомобиля «Toyota Crown Hybrid» в условиях, при которых произошло ДТП; наличие технической возможности у водителя автомобиля «Freightliner» избежать ДТП; наличие технической возможности у водителя автомобиля «Toyota Crown Hybrid» избежать ДТП.

По результатам проведения указанной экспертизы экспертом К.С.А. было составлено заключение эксперта от 

<

дата> 

<

номер> (л.д. 152-158).

В данном заключении изложены следующие выводы.

Зафиксированному в протоколе ОМП и схеме ДТП к нему, следуторможения 13,7 м автомобиля Фрейтлайнер соответствует расчетнаявеличина его скорости, равная 45-48 км/час.

Фактическая величина скорости автомобиля Фрейтлайнер могла быть несколько больше его расчетной величины, то есть более 45-48 км/час.

Определить фактическую скорость автомобиля не представляется возможным по причине невозможности учесть дополнительные ее потери на всем протяжении снижения скорости автомобиля от места столкновения до его полной остановки.

По данным осмотра места ДТП следов торможения автомобиля Тойота-Краун-Гибрид на дороге не имеется, что исключает возможность определения его скорости экспертным путем, по расчетной формуле.

В исследовании по третьему вопросу экспертом установлены отдельные элементы механизма столкновения автомобилей, с целью проверки версий водителей, о которых они показывают по материалам дела в своих объяснительных и в протоколе судебного заседания.

Исследованием установлено, что в момент столкновения и непосредственно перед этим моментом оба автомобиля двигались по путепроводу, по проезжей части одного направления в сторону ул. Маковского, с двумя раздельными попутными полосами. Автомобиль Тойота-Краун-Гибрид двигался по путепроводу по крайней правой полосе дороги, автомобиль Фрейтлайнер двигался попутно по крайней левой полосе.Столкновение указанных автомобилей произошло в процессе выполнения маневра перестроения из крайней левой полосы в крайнюю правую полосу дороги водителем автомобиля Фрейтлайнер.

Место столкновения относительно ширины полос дороги определяется экспертом локально на крайней правой полосе дороги, по которой до ДТП двигался автомобиль Т.Краун.

Относительно протяженности дороги место столкновения располагалось перед началом зафиксированной в схеме ДТП обширной осыпи осколков, то есть, располагалось на окончании путепровода, перед уширением с двух до трех полос дороги данного направления.

В данной вышеуказанной дорожной ситуации водитель автомобиля Фрейтлайнер должен был руководствоваться требованиями правил безопасности маневрирования: частью 1 пункта 8.1 и пунктом 8.4 ПДД.

В действиях данного водителя имеются несоответствия указанным требованиям части 1 пункта 8.1 и пункта 8.4 ПДД.

В данной дорожной ситуации по критерию возникновения опасностидля движения автомобиля Т.Краун, водитель данного автомобиля долженбыл руководствоваться требованиями части 2 статьи 10.1 ПДД.

По причине невозможности решить вопрос о технической возможности у водителя ФИО1 предотвратить столкновение, эксперт сообщает о невозможности указать на соответствие или несоответствие действий данного водителя требованиям части 2 пункта 10.1 ПДД.

В данной дорожной ситуации водитель автомобиля Фрейтлайнер имел возможность не создавать условий для опасной ситуации на дороге путем надлежащего выполнения требований части 1 пункта 8.1 и пункта 8.4 ПДД.

Другими словами, данный водитель имел техническую возможность предотвратить столкновение обычными действиями по управлению автомобилем, но в рамках предписаний части 1 пункта 8.1 и пункта 8.4 ПДД.

В материалах гражданского дела отсутствует необходимый объем исходных данных, необходимых для решения вопроса о технической возможности (или невозможности) предотвратить столкновение у водителя автомобиля Т.Краун. Решить вопрос не представляется возможным.

У суда нет оснований не доверять заключению эксперта ФБУ Приморская ЛСЭ Минюста России от 

<

дата> 

<

номер>, поскольку оно является полным, содержащим все необходимые сведения. Квалификация эксперта отражена в подписке эксперта, приложенной к заключению (л.д. 151). Эксперт К.С.А. был предупрежден судом об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.

Таким образом, доводы представителя ответчика о необоснованности заключения эксперта К.С.А. не принимаются судом во внимание. Суд, в соответствии с положениями статей 67, 86 ГПК РФ, принимает заключение эксперта ФБУ Приморская ЛСЭ Минюста России от 

<

дата> 

<

номер> в качестве надлежащего доказательства по делу.

В соответствии с пунктом 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 №1090 (далее – Правила дорожного движения), перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны – рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

В силу пункта 8.4 Правил дорожного движения при перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения. При одновременном перестроении транспортных средств, движущихся попутно, водитель должен уступить дорогу транспортному средству, находящемуся справа.

Совокупность исследованных доказательств позволяет суду прийти к выводу о том, что автомобиль «Freightliner» двигался по крайней левой полосе движения, после чего внезапно перестроился на правую полосу движения, не пропустив, при этом, транспортное средство, движущееся попутно без изменения направления движения, и совершив столкновение с автомашиной «Toyota Crown Hybrid» под управлением ФИО1

Таким образом, суд приходит к выводу, что водитель автомобиля «Freightliner» в результате маневра создал опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

В данном случае в действиях водителя автомобиля «Freightliner» Ш.О.А. судом усматривается нарушение Правил дорожного движения, а именно, пунктов 8.1 и 8.4 Правил дорожного движения.

Изложенное позволяет сделать суду вывод о наличии причинно-следственной связи между вышеуказанными нарушениями водителем автомобиля «Freightliner» Ш.О.А. требований Правил дорожного движения и ущербом, причиненным истцу.

Доводы представителя ответчика о том, что водитель автомобиля «Freightliner» не мог избежать столкновения, своего подтверждения в ходе судебного заседания не нашли. 

Суд считает, что столкновение двух автомобилей возможно было избежать в случае, если бы водитель автомобиля «Freightliner» перед перестроением убедился в безопасности для движения других участников дорожного движения. 

Как установлено в ходе судебного заседания, водитель автомашины «Toyota Crown Hybrid» двигался не меняя направления движения по крайней правой полосе дороги, следовательно, водитель автомобиля «Freightliner», соблюдая ПДД, должен был уступить дорогу транспортному средству, находящемуся справа, и только убедившись в безопасности маневра, подать сигнал световыми указателями поворота соответствующего направления, и совершить перестроение с левой полосы дороги на правую.

Также как не нашли своего подтверждения доводы стороны ответчика о нарушении истцом требований пункта 10.1 ПДД, выразившегося в превышении установленного скоростного режима.

Кроме того, судом учитывается следующее. Согласно положению пункта 2 статьи 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Вместе с тем, ответчик не доказывал факта отсутствия вины водителя автомобиля «Freightliner» в произошедшем ДТП. Представители ответчика в ходе рассмотрения дела стремились доказать факт наличия вины истца в произошедшем ДТП. Однако указанное обстоятельство, по смыслу приведенного положения ГК РФ, не подлежало выяснению в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела. Встречные требования ответчиком не заявлялись.

Судом установлено, что в справке о ДТП были отражены полученные транспортным средством «Toyota Crown Hybrid», государственный регистрационный знак 

<

номер>, повреждения, а именно: поврежден капот, левое переднее крыло, крыша, левая передняя и задняя двери, передний бампер, задняя стойка крыши, переднее левое колесо, решетка радиатора, панель приборов, лобовое стекло, левое зеркало заднего вида, левое стекло передней двери, левая фара, левая «противотуманка».

<

дата> ИП Б.Д.В. на основании заявления/договора 

<

номер> на оказание услуг независимой технической экспертизы транспортного средства было составлено экспертное заключение независимой технической экспертизы ТС 

<

номер> в отношении транспортного средства «Toyota Crown Hybrid», государственный регистрационный знак 

<

номер> (л.д. 14-59). Согласно указанному заключению стоимость восстановительного ремонта транспортного средства на дату ДТП (события) 

<

дата> составляет 

<

данные изъяты> Стоимость транспортного средства до повреждения на дату ДТП (события) 

<

дата> составляет 

<

данные изъяты> Стоимость годных остатков транспортного средства на дату ДТП (события) 

<

дата> составляет 

<

данные изъяты> (л.д. 27).

У суда нет оснований не доверять экспертному заключению ИП Б.Д.В. от 

<

дата> 

<

номер>, поскольку оно является полным, содержащим все необходимые сведения. Квалификация эксперта подтверждается дипломом о профессиональной переподготовке (л.д. 58). Б.Д.В. включен в государственный реестр экспертов-техников (регистрационный 

<

номер>) (оборот л.д. 58).

Фиксация характера и объема технических повреждений, причиненных транспортному средству истца, была произведена в акте осмотра транспортного средства от 

<

дата> 

<

номер> (л.д. 28-53).

В связи с изложенным, суд, в соответствии со статьями 67, 86 ГПК РФ, принимает в качестве надлежащего доказательства по делу, подтверждающего размер ущерба, причиненного истцу, заключение эксперта ИП Б.Д.В. от 

<

дата> 

<

номер>.

Стороной ответчика размер ущерба не оспаривался.

В силу статьи 1082 ГК РФ, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, причиненных гражданам и юридическим лицам нарушением их прав, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

По смыслу подпункта «б» пункта 18 статьи 12 Федерального закона от 25.04.2002 №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в случае полной гибели имущества потерпевшего размер подлежащих возмещению страховщиком убытков определяется в размере действительной стоимости имущества на день наступления страхового случая за вычетом стоимости годных остатков. Под полной гибелью понимаются случаи, при которых ремонт поврежденного имущества невозможен либо стоимость ремонта поврежденного имущества равна стоимости имущества на дату наступления страхового случая или превышает указанную стоимость.

Как было указано судом, эксперт ИП Б.Д.В. в своем заключении независимой технической экспертизы ТС от 

<

дата> 

<

номер> пришел к выводу, что стоимость восстановительного ремонта транспортного средства на дату ДТП составляет 

<

данные изъяты>, а стоимость транспортного средства до повреждения на дату ДТП составляет 

<

данные изъяты> Таким образом, стоимость ремонта автомобиля истца превысила стоимость автомобиля на дату наступления страхового случая, что свидетельствует о том, что в рассматриваемом случае имеет место полная гибель имущества, принадлежащего истцу.

В исковом заявлении ФИО1 было указано, что им в качестве страхового возмещения от ПАО СК «Р1» было получено 

<

данные изъяты> Указанное обстоятельство подтверждается представленной в материалы дела информацией по карточному счету 

<

номер>, открытому на имя истца в ПАО «Р2» (л.д. 9).

В соответствии с положениями статьи 15, статьи 931, пункта 1 статьи 935, статьи 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего, в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию разница между произведенной страховой выплатой (

<

данные изъяты>) и реальным ущербом, рассчитанным в соответствии с положениями подпункта «б» пункта 18 статьи 12 Федерального закона от 25.04.2002 №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (

<

данные изъяты> – 

<

данные изъяты> = 

<

данные изъяты>), в размере 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты> – 

<

данные изъяты>)

Также в счет убытков с ответчика ООО «А» в пользу ФИО1 подлежат взысканию расходы, понесенные на оплату услуг эвакуатора, в размере 

<

данные изъяты> Факт несения указанных расходов подтверждается заказом-нарядом от 

<

дата> 

<

номер> (л.д. 128), квитанцией от 

<

дата> серии 

<

данные изъяты> 

<

номер> (л.д. 129).

В соответствии с частью 1 статьи 98 ГПК РФ, стороне в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (часть 1 статьи 88 ГПК РФ).

Из содержания статьи 94 ГПК РФ следует, что к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в частности, расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно чеку-ордеру от 

<

дата> ФИО1 при подаче иска была уплачена госпошлина в размере 

<

данные изъяты> (л.д. 4). При уточнении заявленных требований истцом была доплачена госпошлина в размере 

<

данные изъяты> (л.д. 126).

Таким образом, с учетом приведенных выше положений ГПК РФ, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в общем размере 

<

данные изъяты>

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», перечень судебных издержек, предусмотренный ГПК РФ, АПК РФ, КАС РФ, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления иска в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Поскольку составление экспертного заключения от 

<

дата> 

<

номер> было необходимо для определения стоимости восстановительного ремонта и, соответственно, для определения суммы, подлежащей взысканию с ответчика, суд признает расходы, понесенные истцом на изготовление указанного экспертного заключения судебными издержками.

Расходы на проведение экспертизы составили 

<

данные изъяты> и были оплачены истцом в полном объеме, что подтверждается квитанцией серии 

<

данные изъяты> 

<

номер> от 

<

дата> (л.д. 10).

Таким образом, с ООО «А» в пользу ФИО1 подлежат взысканию расходы за проведение независимой экспертизы в размере 

<

данные изъяты>

В соответствии с частью 1 статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как следует из материалов дела, 

<

дата> между ФИО1 (заказчик) и ФИО2 (исполнитель) был заключен договор на оказание юридических услуг, в соответствии с условиями которого заказчик поручил, а исполнитель принял на себя обязательство подготовить и подать в Советский районный суд г. Владивостока исковое заявление к ООО «А» о взыскании ущерба, а также представлять интересы в Советском районном суде г. Владивостока по указанному иску. Заказчик оплачивает услуги исполнителя из расчета 

<

данные изъяты> (л.д. 62).

Довод представителя ответчика о том, что в деле отсутствуют доказательства несения истцом расходов на оплату услуг представителя опровергается представленной в материалы дела распиской в получении денежных средств от 

<

дата>, которой подтверждается факт получения ФИО2 от ФИО1 денежной суммы в размере 

<

данные изъяты> по договору на оказание юридических услуг от 

<

дата> (л.д. 60).

В судебном заседании установлено, что ФИО2, представляя интересы ФИО1 на основании нотариально удостоверенной доверенности от 

<

дата> (л.д. 85), подготовила исковое заявление (л.д. 5-7), представила суду дополнительные документы во исполнение требований определения об оставлении иска без движения (л.д. 63), принимала участие в проведении подготовки к судебному разбирательству 

<

дата> (л.д. 98), участвовала в судебном заседании 

<

дата> (л.д. 117-121), подготовила и подала заявление об уточнении исковых требований (л.д. 127), знакомилась с материалами дела (л.д. 137, 168), подготовила заявление по вопросу о назначении экспертизы (л.д. 138-139), принимала участие в судебном заседании 

<

дата> (л.д. 142-145), участвовала в настоящем судебном заседании.

Таким образом, суд приходит к выводу, что ФИО1 доказан факт несения судебных расходов на оплату услуг представителя, а также доказано, что указанные расходы были понесены именно в связи с рассмотрением настоящего гражданского дела.

Вместе с тем, суд считает, что заявленная к взысканию сумма судебных расходов по оплате услуг представителя в размере 

<

данные изъяты> завышена, и, принимая во внимание правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в Определении от 21.12.2004 №454-О, согласно которой обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым – на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации; а также руководствуясь разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», учитывая принцип разумности и справедливости, суд считает необходимым снизить сумму судебных расходов на оплату услуг представителя до 

<

данные изъяты> Указанная сумма, по мнению суда, соответствует объему проделанной юридической работы и степени сложности гражданского дела.

Также в рамках рассматриваемого дела в суд поступило заявление ФБУ Приморская ЛСЭ Минюста России о возмещении расходов по экспертизе, в котором указано, что расходы при производстве судебной автотехнической экспертизы 

<

номер> по гражданскому делу 

<

номер> составили 

<

данные изъяты> Расчет стоимости экспертизы произведен исходя из количества часов, затраченных на производство судебной экспертизы в соответствии с ее видом, категорией сложности и объемом решаемых вопросов. ФБУ Приморская ЛСЭ Минюста России просит взыскать с ООО «А» расходы по экспертизе 

<

номер> в размере 

<

данные изъяты> (л.д. 159).

Представитель ответчика в судебном заседании пояснил, что проведение судебной экспертизы оплачено не было.

По смыслу части 2 статьи 85 ГПК РФ в случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной.

Согласно акту от 

<

дата> 

<

номер>, счету-фактуре от 

<

дата> 

<

номер> стоимость проведения судебной автотехнической экспертизы, выполненной ФБУ Приморская ЛСЭ Минюста России, составила 

<

данные изъяты> (л.д. 160, 161).

При этом определением суда от 

<

дата> о назначении судебной автотехнической экспертизы расходы по проведению экспертизы были возложены на ответчика ООО «А» (л.д. 146-147).

Ответчиком оплата экспертизы не произведена.

С учетом изложенного, с ООО «А» в пользу ФБУ Приморская ЛСЭ Минюста России подлежат взысканию расходы на проведение экспертизы в размере 

<

данные изъяты>

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-197 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ООО «А» о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «А» в пользу ФИО1 ущерб в размере 

<

данные изъяты> в виде разницы между произведенной страховой выплатой и реальным ущербом; убытки, понесенные на восстановление нарушенного права: 

<

данные изъяты> – оценка ущерба; 

<

данные изъяты> – расходы на эвакуатор; 

<

данные изъяты> – расходы по уплате госпошлины; 

<

данные изъяты> – расходы на представителя.

Взыскать с ООО «А» в пользу ФБУ Приморская ЛСЭ Министерства юстиции России расходы на проведение экспертизы в размере 

<

данные изъяты>

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд через Советский районный суд г. Владивостока в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 

<

дата>.

Судья С.А. Юлбарисова