Дело № ***

46RS0№ ***-18

П Р И Г О В О Р

 

Именем Российской Федерации

г. Железногорск 16 июля 2025 года 

Железногорский городской суд Курской области в составе:

председательствующего судьи Политаевой А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Кочетовой Ю.А.,

с участием:

государственных обвинителей -

ст. помощников Железногорского межрайонного 

прокурора Карпова А.С., ФИО1,

помощника Железногорского межрайонного прокурора Артемова Д.В.,

потерпевшего А.Е.,

подсудимого ФИО2,

защитника адвоката Кучерук Л.В., представившей удостоверение № *** от **.**.** и ордер № *** от **.**.**, 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении 

ФИО2, **.**.** года рождения, уроженца *** Курской области, гражданина РФ, зарегистрированного по адресу: Курская область, ***, проживающего по адресу: Курская область, г. Железногорск, ***, имеющего среднее профессиональное образование, не состоящего в браке, имеющего двоих малолетних детей (**.**.** и **.**.** годов рождения), работающего слесарем по обслуживанию и ремонту оборудования участка ремонта карьерного оборудования АО «Михайловский ГОК им. Варичева А.В.», военнообязанного, судимого:

- **.**.** Железногорским городским судом Курской области по ч. 1 ст. 111 УК РФ (с учетом апелляционного определения Курского областного суда от **.**.**), к окончательному наказанию на основании ч. 5 ст. 74, ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров (с частичным присоединением неотбытого наказания по приговору мирового судьи судебного участка № *** судебного района г. Железногорска и *** Курской области от **.**.** по ч. 1 ст. 112 УК РФ в виде лишения свободы сроком 6 месяцев, судимость по которому погашена) в виде лишения свободы сроком 2 года 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима; освобожденного от отбывания наказания **.**.** на основании постановления Льговского районного суда Курской области от **.**.** условно-досрочно на 4 месяца 17 дней, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ,

у с т а н о в и л:

ФИО2 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, при следующих обстоятельствах.

22 ноября 2024 года, в период с 01 час. 00 мин. до 03 час. 30 мин., ФИО2, будучи в состоянии алкогольного опьянения, вместе со своим знакомым К.М. и В.Ю. находился в гостях у А.Е. и его сожительницы К.А. в *** г. Железногорска Курской области, где совместно с ними распивал спиртные напитки. 

В ходе распития спиртного в указанное время между ФИО9, находившимися в состоянии алкогольного опьянения, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений произошла ссора, в ходе которой они, находясь в коридоре вышеуказанной квартиры, начали наносить друг другу удары руками по различным частям тела, после чего К.А. и К.М. разняли их, и драка между ФИО9 прекратилась. 

ФИО2, будучи в состоянии алкогольного опьянения, испытывая по отношению к А.Е. личную неприязнь из-за произошедших между ними ссоры и драки, по-прежнему в указанное время находясь в коридоре названной квартиры, решил причинить тяжкий вред здоровью А.Е., с применением ножа, используемого в качестве оружия. 

Реализуя свой преступный умысел, ФИО2, будучи в состоянии алкогольного опьянения, **.**.**, в период с 01 час. 00 мин. до 03 час. 30 мин., прошел из коридора на кухню вышеуказанной квартиры, где взял в руку нож, лежавший в неустановленном в ходе предварительного следствия месте на кухне, после чего, удерживая нож в руке, прошел с ним в коридор квартиры, где стоял А.Е., и, осознавая, что нанесение клинком ножа в область брюшной полости человека, где расположены жизненно важные органы, причинит тяжкий вред здоровью А.Е., применяя нож, используемый им в качестве оружия, умышленно нанес один удар его клинком в область брюшной полости А.Е.

В результате своих умышленных преступных действий ФИО2 причинил А.Е. физическую боль и телесные повреждения туловища в виде колото-резаного ранения живота, проникающего в брюшную полость, осложнившегося внутрибрюшным кровотечением, компонентами которого являются: колото-резаная рана туловища по передней подмышечной линии в проекции 9 межреберья; ранение большого сальника по левому контуру с признаками кровотечения; проникающее колото-резаное ранение брюшной полости квалифицируется как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (п. **.**.**. Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека – Приложение к приказу МЗ и соц. развития РФ от **.**.** № *** н).

Подсудимый ФИО2 свою вину в совершении инкриминируемого ему деяния фактически признал частично, не отрицая факт причинения ножевого ранения А.Е., в судебном заседании высказывал версии об отсутствии у него умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, а также причинении такого вреда по неосторожности в результате противоправных действий самого потерпевшего. По обстоятельствам дела показал, что **.**.**, после 22 часов, они встретились с К.М., предварительно созвонившись, и направились к развлекательному центру «Витязь», расположенному по *** г. Железногорска, где встретили его знакомую и В.Ю. Поговорив, он, К.М. и В.Ю. решили поехать в магазин «Александрия», расположенный по *** г. Железногорска, где приобрести спиртные напитки и распить их. Они остановили мимо проезжающий автомобиль такси и доехали до магазина. В магазине они познакомились с К.А. и А.Е., который пригласил их к себе домой, сообщив, что он проживает неподалеку. Купив спиртное, они направились в гости к А.Е., который проживает в *** г. Железногорска Курской области, на первом этаже. В квартире находилась девушка, которую А.Е. представил им как свою дочь. Находясь на кухне квартиры, они начали распивать спиртное. Во время распития спиртных напитков между ним и А.Е. произошел конфликт, в ходе которого последний оскорбил его и нанес удар рукой по затылку. К.М. и К.А. успокоили А.Е., и они продолжили распивать спиртное и отдыхать. В.Ю. ушел в зал квартиры, так как был сильно пьян. Между ним и А.Е., по инициативе последнего, вновь произошел конфликт, в ходе которого они высказывали взаимные оскорбления и вышли в коридор квартиры, где подрались. В ходе драки он только оборонялся, отбивался от ударов А.Е. К.М. и К.А. разняли их. В этот момент, находясь в коридоре квартиры, он решил уйти домой, позвал К.М. и В.Ю. с собой, и попросил А.Е. передать ему телефон, который находился на кухонном столе, но тот отказался. Они начали взаимно оскорблять друг друга, после чего А.Е., взяв телефон на кухне квартиры, бросил его ему в лицо, после чего нанес удар кулаком в область лица, от чего у него из носа пошла кровь. Он прошел на кухню и в раковине, где находилась грязная посуда, в том числе и нож, начал умываться. К нему сзади подошел А.Е. и нанес ему два удара рукой в затылок и удар между ног своей ногой сзади, причинив сильную боль. В этот момент он решил причинить телесное повреждение А.Е. и, взяв в левую руку нож, который находился в раковине, таким образом, что его рукоять смотрела в сторону его большого пальца, а клинок ножа - в сторону мизинца той же руки, резко развернулся и во время разворота нанес удар ножом в область живота А.Е., но причинять тяжкий вред его здоровью не хотел. Во время нанесения телесного повреждения А.Е. был одет в шорты черного цвета и был с голым торсом. От удара А.Е. закричал и ушел в совмещенный санузел. Он (ФИО2,) крикнул К.А., чтобы та вызвала скорую помощь и, бросив нож в раковину, совместно с К.М. и В.Ю. покинул квартиру. Впоследствии подсудимый изменил свои показания и стал утверждать, что ножевое ранение А.Е. нанес рефлекторно, по неосторожности, в результате противоправного поведения потерпевшего, нанесшего ему два удара рукой в затылок и удар между ног своей ногой сзади, причинив сильную боль, когда в ответ на действия последнего развернулся в его сторону с целью оттолкнуть, при этом в руках удерживая нож, имея намерения убрать его из раковины, чтобы не запачкать кровью, которая текла у него из носа. Осознав, что причинил ножевое ранение потерпевшему, при указанных выше обстоятельствах покинул квартиру. В содеянном раскаивается.

Несмотря на изложенную подсудимым позицию, высказанные им в судебном заседании версии произошедшего, вина ФИО2 в совершении данного преступления при обстоятельствах, указанных в описательной части приговора, доказана полностью и подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств. 

Так, из оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний потерпевшего А.Е., данных последним в ходе предварительного расследования по делу **.**.** и **.**.** (т. 1, л.д. 50-52, 53-54), следует, что в период с 00 часов **.**.**, находясь дома, совместно со своей сожительницей К.А., а также тремя мужчинами Александром, Юрием и Максимом, с которыми познакомился незадолго до этого при покупке спиртного в магазине «Александрия», расположенном по адресу: Курская область, г. Железногорск, ***, и которых пригласил в гости, в кухне квартиры распивал спиртное. В какой-то момент его сожительница взяла с кухонного стола грязную посуду и положила ее в раковину (мойку) на кухне. В период с 02 часов 30 минут до 03 часов 30 минут во время распития спиртных напитков между ним и Александром возник словесный конфликт, в ходе которого они вышли из кухни в коридор, где напротив санузла начали драку. Из-за чего возник конфликт, который перерос в драку, он точно не помнит. В ходе драки он и Александр начали наносить друг другу удары по туловищу, лицу и голове. Их разнял Максим и К.А. Он и Александр пошли в совмещенный санузел, чтобы умыться, но между ними вновь начался словесный конфликт, который перерос в драку. Кто кому в тот момент наносил удары и куда именно, он не помнит. Закончив драку, Александр попросил его пройти на кухню квартиры, чтобы забрать телефон. Он согласился и пропустил его. Александр прошел на кухню квартиры, что-то взял и начал возвращаться обратно. Когда Александр проходил мимо него, он (А.Е.), находясь напротив санузла в коридоре квартиры, почувствовал острое жжение в левой части живота, но сначала не понял, что произошло. В тот момент он был одет в шорты черного цвета и олимпийку с капюшоном черного цвета. После этого Александр, Максим и Юрий ушли. После ухода мужчин ему стало плохо, и он увидел, что у него из живота идет кровь, а потом потерял сознание. В себя он пришел в больнице. От врачей ему стало известно о том, что ему было причинено проникающее ножевое ранение передней брюшной стенки. Он понял, что острое жжение, которое он почувствовал в коридоре у санузла квартиры, это было ножевое ранение, которое ему нанес Александр. 

В судебном заседании потерпевший А.Е. вышеизложенные показания поддержал, объяснив наличие противоречий давностью произошедших событий и желанием поскорее забыть случившееся. Также пояснил, что в ходе его дополнительного допроса **.**.** год он давал более точные показания, так как первые показания им были даны **.**.**, то есть через несколько часов после проведенной ему операции и он плохо помнил произошедшие события.

Вышеизложенные показания также подтверждены потерпевшим А.Е. в ходе очной ставки, проведенной между ним и ФИО2 **.**.** (т. 1, л.д. 78-82).

Показания потерпевшего А.Е. согласуются с показаниями допрошенной в судебном заседании в качестве свидетеля К.А., показавшей, что после полуночи **.**.**, находясь в квартире по месту проживания, совместно с сожителем А.Е. и ФИО3, с которыми познакомились накануне при покупке спиртного в магазине «Александрия», расположенном по адресу: Курская область, г. Железногорск, ***, и которых пригласил в гости А.Е., в кухне квартиры распивали спиртное. В ходе распития спиртных напитков они нарезали продукты питания ножом, который находился на кухонном столе. В какой-то момент В.Ю. ушел в зал квартиры, где прилег на диван. Во время распития спиртных напитков между А.Е. и ФИО2 неоднократно происходили конфликты, в ходе которых они выходили из кухни в коридор и дрались, при этом наносили удары друг другу. Она и К.М. каждый раз разнимали дерущихся. Причины конфликтов ей не известны. Когда между ними в очередной раз произошла ссора и, находясь в коридоре квартиры, те подрались, ФИО2 сказал, что уходит домой и попросил разрешения пройти на кухню, чтобы забрать свой телефон. ФИО2, прошел на кухню, а она, А.Е. и К.М. остались в коридоре квартиры. В это время в коридор вышел ФИО10 А.Е,, зайдя на кухню квартиры, что-то взял и, пройдя мимо А.Е., вышел из квартиры, а вслед за ним вышли К.М. и В.Ю. Проводив гостей, она вошла в совмещенный санузел, где увидела кровь на полу, а также на руках и животе у А.Е., который стоял на коленях, облокотившись на ванну. Она вызвала скорую помощь. В коридоре квартиры, в тот месте, где стоял А.Е., когда мимо него проходил ФИО2, возвращаясь из кухни квартиры перед уходом, она увидела нож, который отнесла на кухню и бросила в раковину. 

Из оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 6 ст. 281 УПК РФ показаний несовершеннолетнего свидетеля К.Л., данных ею в ходе предварительного следствия по делу **.**.** (т. 1, л.д. 65-67), следует, что она проживает с мамой К.А. и ее сожителем А.Е. по адресу: Курская область, г. Железногорск, ***. **.**.**, в период с 00 часов 00 минут до 01 часа 00 минут, мама и ее сожитель вернулись домой в компании трех ранее не известных ей мужчин и прошли на кухню. После их прихода она зашла к себе в комнату и закрыла за собой дверь. Через какое-то время она услышала громкий звук, как будто кто- то упал на диван в зале квартиры, и голос А.Е., и поняла, что тот отвел кого-то из мужчин в зал квартиры на диван. В период с 02 часов 00 минут до 04 часов 00 минут она, находясь в комнате квартиры, услышала звук падения, грохот и мужские крики. Открыв дверь своей комнаты, она вышла из нее и увидела, как в коридоре квартиры, расположенном между ванной комнатой и кухней, А.Е. и один из мужчин дерутся, а другой мужчина и мама пытаются их разнять. Она испугалась увиденного и вернулась к себе в комнату. Кто и кому в тот момент наносил удары, она не обратила внимания, так как испугалась. Примерно через минуту шум прекратился. Она поняла, что драка прекратилась, и дерущихся разняли. Примерно через 5 минут после первого конфликта и драки вновь услышала мужские крики. Открыв дверь и выйдя из комнаты, она увидела, как трое мужчин вышли в коридор квартиры и быстро ушли из нее, забрав с собой верхнюю одежду. Как выглядели данные мужчины, она не помнит, так как их не рассматривала и видела короткий промежуток времени. Она заглянула в ванную комнату квартиры и увидела, что А.Е. склонился над ванной, а рядом с ним на полу была кровь. Туловище А.Е. по руки было в ванне, а оставшаяся часть тела была перед ванной, он стоял на коленях. Осмотрев визуально А.Е., она увидела, что у него в районе живота имеется рана. При каких обстоятельствах А.Е. было причинено телесное повреждение, она не знает и не видела. После этого в ванную комнату квартиры вошла мама и, увидев А.Е., вызвала сотрудников скорой медицинской помощи. 

Вышеприведенные показания потерпевшего и свидетелей, положенные в основу приговора, в целом согласуются между собой, взаимно подтверждают, уточняют и дополняют друг друга, не содержат каких-либо противоречий, позволяющих усомниться в их достоверности, оснований не доверять им у суда не имеется. Какой-либо заинтересованности в исходе дела с их стороны, оснований для оговора подсудимого, не установлено.

Из оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля К.М., данных им в ходе предварительного следствия по делу **.**.** (т. 1, л.д. 72-74), следует, что он более 20 лет знаком с ФИО2, с которым поддерживает дружеские отношения. **.**.**, в период с 23 часов 00 минут до 24 часов 00 минут, во время приобретения спиртного в магазине «Александрия», расположенном в *** г. Железногорска Курской области, они познакомились с мужчинами, которые представились как Евгений и Юрий, и женщиной по имени Мария. В ходе разговора Евгений пригласил их к себе домой для распития спиртного, на что они согласились и направились в дом, расположенный возле бассейна «Нептун». Дома у Евгения находилась девушка, которую тот представил им, как свою дочь. Они прошли на кухню квартиры и начали распивать спиртные напитки. Во время распития спиртных напитков, в период с 02 часов 30 минут до 03 часов 30 минут, между Евгением и ФИО2 возник словесный конфликт, в ходе которого они вышли из кухни в коридор и начали драку, при этом наносили друг другу удары по туловищу, лицу и голове. В ходе обоюдной драки Евгений и ФИО2 упали на пол. Он и ФИО4 разняли дерущихся. Разняв Евгения и ФИО2, он и ФИО4 пошли на кухню и сели обратно за стол, а Евгений и ФИО2 пошли в совмещенный санузел. Он услышал, как из комнаты вышла дочь Евгения и М-ны и крикнула маме о том, что папа опять дерется. Он и ФИО4 сразу же прошли в санузел, где он увидел, как Евгений дерется с ФИО2 В санузле больше никого не было. На лицах у Евгения и ФИО2 были ссадины и кровь. В тот момент он не обратил внимания, была ли у Евгения одежда в крови, имелись ли на ней повреждения. Кроме того, он не видел, был ли у ФИО2 в руках нож, так как не обратил на данный факт внимания, и он сам находился в состоянии сильного алкогольного опьянения. Они вывели из совмещенного санузла Евгения, а ФИО2 остался в нем. Он сказал всем присутствующим, что уходит, и вышел в большой коридор квартиры, чтобы одеться. Когда он обувался и одевался в квартире, к нему подошел ФИО2 и сказал, что он тоже уходит. После этого они оделись и ушли. Перед уходом он не слышал, чтобы Евгений жаловался на что-либо. Выйдя от Евгения, они пошли в гости к его сыну К.Г., чтобы поздравить того с днем рождения. Поздравив сына, они легли спать. **.**.**, в послеобеденное время, к его сыну домой приехали сотрудники полиции и доставили его и ФИО2 в МО МВД России «Железногорский» для разбирательства. Находясь в МО МВД России «Железногорский» он от сотрудников полиции узнал о том, что Евгению, с которым они совместно отдыхали и распивали спиртные напитки, причинено телесное повреждение в виде проникающего ножевого ранения. В ходе общения с ФИО2 ему стало известно, что когда у него с Евгением произошел конфликт, он достал из раковины нож, которым нанес Евгению один удар. Куда именно и как именно ФИО2 нанес Евгению удар ножом, он не спрашивал, а тот ему сам не рассказывал.

В судебном заседании свидетель К.М. не отрицал, что добровольно давал вышеуказанные показания следователю, после его предупреждения об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, подписи в протоколе принадлежат ему, однако **.**.**, когда он был доставлен в отдел полиции, находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, поэтому обстоятельства произошедшего излагал не в полном объеме, с протоколом не знакомился.

Обоснованность вышеуказанных доводов свидетеля К.М. проверялась в судебном заседании путем допроса ст. следователя СО МО МВД России «Железногорский» В.А., в производстве которого находилось данное уголовное дело, по обстоятельствам проведения допроса К.М. **.**.** в ходе предварительного следствия по данному уголовному делу, показавшего, что свидетель К.М. был им допрошен в указанную дату в ходе расследования уголовного дела, свидетелем К.М. показания давались добровольно, без какого-либо принуждения, после разъяснения ему прав, обязанностей и ответственности; текст протокола допроса записывался со слов допрашиваемого лица, после составления протокола К.М. знакомился с текстом протокола его допроса, замечаний к содержанию протокола не имелось, после чего он удостоверил правильность содержания протокола допроса своей подписью. В ходе допроса свидетель К.М. на состояние здоровья не жаловался, находился в адекватном состоянии.

Суд критически оценивает показания свидетеля К.М., данные им в судебном заседании, в части обстоятельств имевших место конфликтов между ФИО9, якобы происходивших по инициативе А.Е. и в ходе которых именно он наносил удары ФИО2, душил его, поскольку считает их вымышленными, данными с целью уменьшить степень вины ФИО2, с которым длительное время (более 20 лет) поддерживает дружеские отношения. К тому же, вышеуказанные показания противоречат показаниям допрошенных в судебном заседании потерпевшего А.Е., свидетеля К.А., являвшейся очевидцем произошедшего и лично разнимавшей дерущихся потерпевшего и подсудимого.

При таких обстоятельствах суд кладет в основу настоящего приговора приведенные выше показания свидетеля К.М., данные им в ходе предварительного следствия **.**.**, поскольку они более последовательны и логичны, получены с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства и в условиях, исключающих нарушение прав и свобод свидетеля; нарушений норм УПК РФ при их получении не допущено.

Кроме того, данные показания свидетеля К.М. объективно подтверждаются другими доказательствами по делу и согласуются с показаниями как потерпевшего А.Е., так и свидетелей К.А. и К.Л.

Имеющиеся незначительные противоречия в показаниях потерпевшего А.Е. и вышеуказанных свидетелей, положенных в основу приговора, относительно обстоятельств происходивших событий, по мнению суда, обусловлены индивидуальными особенностями каждого из них, их памятью, способностью к восприятию и воспроизведению сведений об интересующих обстоятельствах, состояния в конкретный момент времени, о котором они давали показания, условиями восприятия и сами по себе не ставят под сомнение доказанность вины ФИО2 в указанном преступлении, и не являются основанием для его оправдания.

Существенных противоречий в исследованных доказательствах, которые могли бы повлиять на решение вопроса о виновности ФИО2 в содеянном, суд не усматривает.

Показания допрошенного в судебном заседании свидетеля В.Ю., в ночь с 21 на **.**.** совместно с ФИО5, распивавшего спиртное в квартире последнего, об обстоятельствах увиденного им конфликта между ФИО9, в ходе которого последний, уже имея ножевое ранение в области живота, наносил удары ФИО2, а после того, как дерущихся разняли, на просьбу ФИО2 передать ему телефон, бросил его тому, после чего они покинули квартиру, суд оценивает критически, принимая во внимание, что данные показания противоречат показаниям потерпевшего А.Е. и свидетелей К.М., К.А., являвшихся очевидцами произошедших событий, положенным в основу приговора. Давая оценку показаниям вышеуказанного свидетеля, суд учитывает, что в момент происходивших событий В.Ю. находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, спал в зале квартиры, что подтвердили допрошенные потерпевший и свидетели; давая показания в судебном заседании он не смог воспроизвести последовательно происходившие события, с уверенностью ответить на поставленные вопросы, используя предлог «вроде». Показания свидетеля В.Ю. в судебном заседании суд расценивает, как попытку помочь ФИО2 избежать уголовной ответственности, о факте знакомства с которым до встречи с А.Е. тот умолчал.

Показания потерпевшего А.Е., свидетелей К.А., К.Л., К.М., положенные в основу приговора, объективно удостоверяются следующими доказательствами.

Так, согласно справке и.о. начальника МУ «УГОЧС» г. Железногорска К.Р. на систему «112» г. Железногорска **.**.**, в 03 часа 01 минуту, поступил вызов по адресу: ***, о колото - резаном ножевом ранении (т. 1, л.д. 170, 171).

Из протокола осмотра места происшествия от **.**.** и фототаблицы к нему следует, что осмотрена *** г. Железногорска Курской области. На холодильнике, расположенном в кухне квартиры, обнаружены следы рук; на столе кухонного гарнитура, расположенного рядом с раковиной, обнаружен нож; на кухонном столе обнаружены три бутылки: из-под виски «FOWLERS» объемом 0,5 литра, из-под пива «Балтика мягкое № ***» объемом 0,9 литра, из-под виски «Ballantines FINEST» объемом 0,75 литра, а также три стеклянные стопки и пять окурков в пепельнице. На газовой плите, установленной в коридоре квартиры, обнаружен телефон «Honor»; на полу в коридоре квартиры - пятна вещества бурого цвета, похожего на кровь; на поверхности двери в санузел, коробке данной двери и на полу в санузле - сгустки вещества бурого цвета, похожего на кровь. Обнаруженные предметы изъяты с места происшествия. Кроме того, участвующая в осмотре К.А. выдала телефон, принадлежащий А.Е., который также был изъят с места происшествия (т. 1, л.д. 15-18, 19-24).

То обстоятельство, что в ходе осмотра места происшествия следователем не были изъяты с места происшествия смывы вещества бурого цвета, обнаруженного на кухне квартиры, не является основанием для признания данного протокола недопустимым доказательством по делу. Сам факт наличия следов вещества бурого цвета, на кухне квартиры, вопреки утверждениям стороны защиты, не может с достоверностью свидетельствовать о том, что следы данного вещества являются следами крови и преступление было совершено в указанном месте, принимая во внимание, что пятна вещества бурого цвета, похожего на кровь, также обнаружены на полу в коридоре квартиры, а на поверхности двери в санузел, коробке данной двери и на полу в санузле - сгустки вещества бурого цвета, похожего на кровь.

Согласно заключению судебной экспертизы холодного и метательного оружия № *** от **.**.**, нож, изъятый в ходе осмотра места происшествия **.**.** – *** г. Железногорска Курской области, представленный на экспертизу, являются хозяйственно-бытовым ножом, и не относится к категории холодного оружия – соответствует требованиям ГОСТ Р 51015-97 «Ножи хозяйственные и специальные. Общие технические условия». Данный нож изготовлен промышленным способом (т. 1, л.д. 102-104).

Как следует из заключения судебной дактилоскопической экспертизы № *** от **.**.**:

1. Следы рук размерами 92х52 мм, 48х60 мм, изъятые с поверхности холодильника, в ходе осмотра места происшествия от **.**.** по адресу: Курская область, г. Железногорск, ***, пригодны для идентификации и оставлены левой и правой ладонной поверхностями рук А.Е., **.**.** года рождения;

2. След руки размерами 42х64 мм, изъятый с поверхности холодильника, в ходе осмотра места происшествия от **.**.** по адресу: Курская область, г. Железногорск, ***, пригоден для идентификации и оставлен ладонной поверхностью левой руки К.М., **.**.** года рождения.

3. След руки размерами 43х61 мм, изъятый с поверхности стеклянной бутылки в ходе осмотра места происшествия от **.**.** по адресу: Курская область, г. Железногорск, ***, пригоден для идентификации и оставлен безымянным пальцем левой руки ФИО2,, **.**.** года рождения (т. 1, л.д. 147-149, 150-157).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от **.**.** и фототаблицы к нему, осмотрена ординаторская ОБУЗ «Железногорская городская больница» КЗ КО в *** г. Железногорска Курской области. В ходе осмотра места происшествия были изъяты принадлежащие А.Е. вещи: темная олимпийка с повреждением на левой стороне, трусы, шорты, кроссовки (т. 1, л.д. 28-31, 32). 

Из заключения судебной трасологической экспертизы № *** от **.**.** следует, что на олимпийке, изъятой в ходе осмотра места происшествия **.**.** - ординаторской ОБУЗ «Железногорская городская больница» КЗ КО по адресу: Курская область, г. Железногорск, *** - на ее левой лицевой стороне - на расстоянии 140 мм и 135 мм от центральной застежки типа «молния» и 100 мм и 145 мм от низа имеются два линейных повреждения длиной 30 мм и 45 мм, расположенные под углом к нитям основы, по механизму образования являющееся колото-резанными. На поверхности трусов, шорт, кроссовок, изъятых в ходе осмотра места происшествия **.**.** - ординаторской ОБУЗ «Железногорская городская больница» КЗ КО по адресу: Курская область, г. Железногорск, ***, каких - либо повреждений не имеется. 

Повреждения на олимпийке могли быть образованы как клинком ножа (его частью), представленного на экспертизу (нож, изъятый в ходе осмотра места происшествия **.**.** по адресу: Курская область, г. Железногорск, ***), так и другим подобным ножом (предметом), имеющим схожие размерные и конструктивные характеристики рабочей части. Ответить на данный вопрос в категорической форме не представляется возможным в виду отсутствия на следовоспринимающей поверхности (материале олимпийки) отображения каких-либо индивидуальных особенностей следообразующего объекта (т. 1, л.д. 112-115).

Допрошенный в судебном заседании старший эксперт экспертно-криминалистического отделения МО МВД России «Железногорский» В.В. разъяснил данное им заключение судебной трасологической экспертизы № *** от **.**.**, указав, что образование двух повреждений на представленной для проведения экспертизы олимпийке возможно в результате одного динамического удара клинком ножа или другим подобным предметом при наложении ткани, учитывая, что данные повреждения на олимпийке являются колото-резанными, схожими по основным характеристикам, форме и механизму их образования. 

Как следует из протокола осмотра предметов от **.**.** изъятые в ходе вышеуказанных осмотров мест происшествия **.**.** предметы, а именно: нож, представляющий цельную металлическую конструкцию из клинка и рукояти длиной 321 мм, длина клинка 191 мм, длина рукояти 130 мм; стеклянная бутылка из-под виски «FOWLERS» объемом 0,5 литра; стеклянная бутылка из-под виски «Ballantines FINEST» объемом 0,75 литра; полимерная бутылка из-под пива «Балтика мягкое № ***» объемом 0,9 литра; 3 стеклянные стопки; телефон «Redmi 13C»; телефон «Honor» с чехлом; вещество красно-бурого цвета, похожее на кровь, изъятое на ватную палочку; 5 фрагментов от сигарет (окурков); трусы; шорты; кроссовки; олимпийка, на лицевой стороне которой имеются два линейных повреждения длиной 30 мм и 45 мм, были осмотрены (т. 1, л.д. 174-178) и на основании постановления от **.**.**, за исключением стеклянной бутылки из-под виски «Ballantines FINEST» объемом 0,75 литра, полимерной бутылки из-под пива «Балтика мягкое № ***» объемом 0,9 литра, 3 стеклянных стопок, телефона «Redmi 13C», трусов, шорт и кроссовок, признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (т. 1, л.д. 179).

В ходе осмотра в судебном заседании вещественного доказательства – олимпийки, изъятой в ходе осмотра места происшествия **.**.** - ординаторской ОБУЗ «Железногорская городская больница» КЗ КО по адресу: Курская область, г. Железногорск, ***, на ее левой лицевой стороне обнаружены следы вещества бурого цвета, похожие на кровь.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № *** от **.**.**, у А.Е. имелись следующие телесные повреждения:

(1) А.Туловища: 

1. Колото-резаное ранение живота, проникающее в брюшную полость, осложнившееся внутрибрюшным кровотечением, подтверждающимся в ходе операции («В брюшной полости до 300 мл жидкой крови больше по левому фланку»). Компонентами ранения являются:

1.1. Колото-резаная рана туловища по передней подмышечной линии в проекции 9 межреберья, с острыми углами и мягкими ровными краями, размерами 4x2 см, с подтеканием свежей крови (по данным осмотра врача-хирурга **.**.**);

1.2. Ранение большого сальника по левому контуру 2,5 см с признаками кровотечения (по данным протокола операции от **.**.**);

Направление раневого канала - слева направо и сверху вниз, проникая в брюшную полость.

2. Принимая во внимание колото-резанный, проникающий характер ранения, наличие острых углов раны и ровных краёв, можно полагать, что повреждение, указанное в п.1 «Выводов», могло образоваться от травматического воздействия острого предмета, обладающего колюще-режущими свойствами, либо от контакта о таковой.Индивидуальные особенности травмирующего предмета (предметов) в медицинской документации не описаны, а значит, идентифицировать его (их) не представляется возможным.

3. Наличие подтекания крови из раны, а также наличие жидкой крови в брюшной полости позволяют сделать вывод о том, что ориентировочная давность колото-резаного ранения туловища находится в интервале от нескольких десятков минут до нескольких единиц часов относительно момента обращения А.Е. в лечебное учреждение **.**.**, в 03:40 часов.

4. На теле А.Е. обнаружена 1 (одна) зона травматизации, находящаяся на туловище – область передней брюшной стенки, о чём свидетельствует наличие телесных повреждений в данной анатомической зоне.

5. Проникающее колото-резаное ранение брюшной полости, указанное в п.1, квалифицируется как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (п. **.**.** Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека – Приложение к приказу МЗ и соц. развития РФ от **.**.** № *** н) (т. 1, л.д. 90-94).

Из заключения судебной трасологической экспертизы № *** от **.**.** следует, что телесное повреждение на теле А.Е., **.**.** года рождения, могло быть образовано как клинком ножа (его частью), изъятого в ходе осмотра места происшествия от **.**.** по адресу: Курская область, г. Железногорск, ***, так и другим подобным ножом (предметом), имеющим схожие размерные и конструктивные характеристики рабочей части. Ответить на данный вопрос в категорической форме не представляется возможным, так как согласно заключению эксперта № *** от **.**.**, в телесном повреждении А.Е. не отображены индивидуальные особенности травмирующего предмета (т. 1, л.д. 165-166).

Согласно протоколу явки с повинной, оформленному ФИО2 **.**.** в присутствии защитника адвоката Кучерук Л.В., ФИО2 добровольно, собственноручно указал, что, находясь в квартире у мужчины по имени Евгений, в ходе конфликта нанес ему один удар ножом в область живота (т. 2, л.д. 6).

При проведении анализа доказательств судом установлено, что все вышеприведенные доказательства добыты с соблюдением норм действующего законодательства, каких - либо процессуальных нарушений при получении данных доказательств не выявлено, они являются допустимыми и непосредственно относятся к исследованным по уголовному делу обстоятельствам и согласуются между собой, оснований ставить под сомнение вышеуказанные доказательства у суда не имеется.

Показания потерпевшего и вышеуказанных свидетелей, положенные в основу приговора, согласуются между собой, взаимно подтверждают, уточняют и дополняют друг друга, не содержат каких-либо противоречий, позволяющих усомниться в их достоверности, объективно подтверждаются фактическими данными, содержащимися в исследованных в судебном заседании и приведенных выше доказательствах. 

Убедительных сведений, указывающих на то, что потерпевший и свидетели К.А., К.Л. каким – либо образом заинтересованы в исходе рассмотрения настоящего уголовного дела, стороной защиты не приведено и не представлено, утверждения о том голословны. Оснований сомневаться в достоверности их показаний у суда не имеется.

Протоколы допросов потерпевшего, свидетелей составлены в соответствии со ст. 190 УПК РФ, ход и результаты допроса отражены в соответствующих протоколах, которые составлены в соответствии со ст.ст. 166, 167 УПК РФ, допрашиваемые лица ознакомлены с соответствующими протоколами. В связи с чем, оснований признавать недопустимыми доказательствами вышеуказанные протоколы допросов потерпевшего и свидетелей у суда не имеется.

Действия органов предварительного расследования, направленные на закрепление доказательств, и соответствующие процессуальные акты, включая протоколы осмотров и приобщение к уголовному делу вещественных доказательств, выполнены без нарушений норм уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации.

У суда отсутствуют основания не согласиться с приведенными заключениями экспертиз, либо ставить их под сомнение. Экспертизы проведены с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства экспертами, имеющими соответствующую квалификацию. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений. Все вопросы, необходимые для выяснения существенных обстоятельств, которые могли быть установлены экспертными исследованиями, освещены экспертами в заключениях. Все материалы, необходимые для экспертного исследования, были предоставлены экспертам и исследованы ими. В заключениях содержатся обоснованные, мотивированные выводы относительно поставленных перед экспертами вопросов.

Оценив каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все исследованные доказательства в их совокупности с точки зрения их достаточности для разрешения настоящего уголовного дела, суд приходит к выводу о доказанности события преступления и виновности ФИО2 в совершении вышеуказанного преступления.

Судом установлено, что преступные действия в отношении А.Е. совершены подсудимым при обстоятельствах, указанных в описательной части приговора.

Оценивая показания подсудимого ФИО2 об обстоятельствах причинения им ножевого ранения А.Е., отсутствие у него умысла на причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего, неосторожном причинении такого вреда, рефлекторном нанесении удара ножом в область живота потерпевшего в результате его противоправного поведения, суд приходит к выводу, что они носят противоречивый и недостоверный характер, в связи с чем суд относится к ним критически и считает их избранным способом защиты подсудимого от предъявленного обвинения, способом реализации подсудимым предоставленного ему п. 3 ч. 4 ст. 47 УПК РФ права возражать против обвинения и желанием избежать должной ответственности за совершение тяжкого преступления, поскольку такие показания ФИО2 противоречат фактическим обстоятельствам, с достоверностью установленным в ходе судебного следствия, и опровергаются приведенными выше и положенными в основу приговора доказательствами, которые согласуются между собой и дополняют друг друга, в том числе: показаниями потерпевшего А.Е. о получении им ножевого ранения в коридоре квартиры после имевших место ссоры и конфликта с ФИО2; показаниями свидетеля К.А., являвшейся очевидцем происходивших событий, утверждавшей, что ФИО2, после конфликта с А.Е., зайдя на кухню квартиры, что-то взял, прошел мимо А.Е. и вышел из квартиры, после чего в совмещенном санузле она обнаружила А.Е. в крови, а в коридоре квартиры, в тот месте, где стоял А.Е., когда мимо него проходил ФИО2, возвращаясь из кухни квартиры перед уходом, - нож; показаниями свидетелей К.Л. и К.М. об имевших место конфликтах между ФИО9 в ходе распития спиртных напитков в квартире последнего. 

Вышеуказанные показания потерпевшего и свидетелей объективно подтверждаются протоколами осмотра мест происшествия, заключениями судебной экспертизы холодного и метательного оружия, дактилоскопической, трасологической и судебно-медицинской экспертиз, а также иными доказательствами по делу.

Кроме того, показания подсудимого относительно обстоятельств причинения телесных повреждений потерпевшему на кухне квартиры являются абсолютно не логичными, если учесть, что сразу после полученного подсудимым удара кулаком в область лица, от чего у него из носа пошла кровь, агрессивного отношения к нему со стороны последнего, вместо того, чтобы покинуть жилое помещение, с целью умыться он направляется в кухню квартиры, миную при этом ванную комнату, проходя мимо потерпевшего А.Е. в узком коридоре, который, как следует из показаний подсудимого, и нанес ему указанный удар. Вразумительно объяснить причину такого поведения подсудимый в судебном заседании не смог.

Следует обратить внимание и на то обстоятельство, что в ходе предварительного следствия по делу, будучи допрошенным в качестве подозреваемого **.**.** (т. 2, л.д. 15-18) и обвиняемого **.**.** (т. 2, л.д. 23-25), ФИО2 указывал о причинении телесных повреждений А.Е. в помещении совмещенного санузла; предложение различных версий происходивших событий суд расценивает, как попытку ФИО2 выставить себя в более выгодном положении, уменьшить степень своей вины.

Вместе с тем, из вышеуказанных показаний ФИО2 в качестве подозреваемого **.**.** (т. 2, л.д. 15-18) и обвиняемого **.**.** (т. 2, л.д. 23-25) ясно и точно следует, что ножевое ранение А.Е. было причинено им умышленно.

Так, будучи допрошенным в качестве подозреваемого ФИО2 показал, что «решил причинить телесное повреждение Евгению… **.**.**, в период с 02 часов 30 минут до 03 часов 30 минут, взял нож в левую руку и решил им нанести один удар Евгению. Нож удерживал таким образом, что его рукоять смотрела в сторону моего большого пальца, а клинок ножа смотрел в сторону мизинца той же руки. Далее я резко развернулся и во время разворота с силой нанес 1 удар ножом в левую область живота Евгения».

Аналогичное усматривается и из показаний ФИО2, данных им в ходе предварительного следствия в качестве обвиняемого **.**.** (т. 2, л.д. 23-25).

Показания ФИО2 в указанной части суд признает достоверными и правдивыми, поскольку они даны в присутствии защитника, то есть с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства и в условиях, исключающих нарушение прав и свобод ФИО2; данные показания ФИО2 последовательны, логичны и непротиворечивы; нарушений норм УПК РФ при их получении не допущено, следовательно, указанные доказательства являются допустимыми и могут быть положены в основу приговора.

Кроме того, данные показания ФИО2 объективно подтверждаются другими вышеуказанными доказательствами по делу. 

Доводы ФИО2 о том, что при даче данных показаний в ходе предварительного следствия он плохо себя чувствовал, следователь излагал его показания в нужной ему (следователю) интерпретации, опровергнуты допрошенным в судебном заседании ст. следователем СО МО МВД России «Железногорский» В.А., в производстве которого находилось данное уголовное дело, производившего допросы ФИО2 в качестве подозреваемого и обвиняемого, показавшего, что при допросах ФИО2 разъяснялись права, в том числе право, предусмотренное ст. 51 Конституции РФ, не свидетельствовать против самого себя, его допросы производились в установленном уголовно-процессуальным законом порядке, с участием его защитника, что само по себе исключает возможность оказания неправомерного воздействия на допрашиваемого, который не был каким-либо образом ограничен в свободе выбора давать любые показания в свою защиту по существу подозрения и обвинения либо отказаться от дачи показаний, чем он воспользовался в полной мере, на состояние здоровья в ходе вышеуказанных допросов не жаловался.

Противоречивые показания ФИО2 в судебном заседании относительно наличия у него умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего вызывают у суда существенные сомнения в их правдивости. 

Мотивом совершения преступных действий ФИО2 являются возникшие личные неприязненные отношения к А.Е., обусловленные наличием конфликта и произошедшей дракой. 

При этом утверждения подсудимого ФИО2 о противоправности поведения А.Е., явившегося поводом для совершения преступления, опровергаются показания потерпевшего А.Е., свидетелей К.Л. и К.М., положенными в основу приговора, подтвердившими, что в ходе имевших место конфликтов до момента получения А.Е. ножевого ранения, и потерпевший, и подсудимый, находясь в состоянии алкогольного опьянения, взаимно оскорбляли друг друга и наносили удары друг другу.

Доводы ФИО2 о нанесении ему А.Е. удара кулаком в область лица, а также двух ударов рукой в область затылка и удара ногой в область промежности, от чего он испытал сильную физическую боль, у него возникло сотрясения головного мозга, был сломан нос, неубедительны для суда, поскольку они противоречат фактическим обстоятельствам, с достоверностью установленным в ходе судебного следствия, и опровергаются вышеперечисленными доказательствами, в том числе, показаниями потерпевшего А.Е. и свидетеля К.А., утверждавших, что удар ножом ФИО2 был причинен А.Е. в момент, когда он находился в коридоре квартиры после произошедшего между ним и ФИО2 конфликта, в ходе которого они взаимно оскорбляли друг друга и наносили удары друг другу, отрицавших нанесение вышеуказанных ударов потерпевшим ФИО2 при указанных им обстоятельствах, которые суд считает достоверными и правдивыми, поскольку они в целом последовательны, согласуются между собой и другими материалами дела. Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства при получении этих доказательств не допущено, потерпевший А.Е. в ходе предварительного следствия и свидетель К.А. в судебном заседании были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, следовательно, данные доказательства являются допустимыми и могут быть положены в основу обвинительного приговора.

Как следует из ответа МО МВД России «Железногорский» от **.**.** № ***, согласно журналу медицинских осмотров (рег. № ***) изолятора временного содержания подозреваемых и обвиняемых МО МВД России «Железногорский» ФИО2 поступил для содержания в качестве подозреваемого **.**.**, телесных повреждений не выявлено. **.**.** ему вызывалась скорая медицинская помощь с жалобами на ЗЧМТ и сотрясение головного мозга, установлен окончательный диагноз: ГБ 2 ст. (головная боль), назначен прием лекарственных препаратов (т. 3, л.д. 51).

Согласно ответу ОБУЗ «КОССМП» от **.**.** **.**.** был осуществлен выезд бригады скорой медицинской помощи к ФИО2, которому по результатам осмотра установлен диагноз: вторичная гипертензия неуточненная, а также **.**.** установлен диагноз: врутричерепная травма неуточненная (т. 3, л.д. 38-40). 

Сам факт установления ФИО2 вышеуказанного диагноза при выезде скорой медицинской помощи **.**.** не свидетельствует о том, что данная травма была причинена ФИО2 А.Е,.; доказательств, подтверждающих указанные обстоятельства, стороной защиты суду не представлено. Кроме того, сам термин «травма неуточненная» означает, что у пациента есть травма, но ее точный характер, локализация и степень тяжести не определены либо диагноз не установлен; данный диагноз не нашел своего подтверждения при последующих осмотрах врачами-специалистами ФИО2

Так, согласно медицинскому заключению о наличии (отсутствии) тяжелого заболевания, включенного в перечень тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений от **.**.** при осмотре врачами-специалистами ФИО2 наличие у ФИО2 телесных повреждений, сотрясения головного мозга, зафиксировано не было, жалоб со стороны ФИО2 на состояние здоровья не поступало, необходимость в проведении дополнительных обследований отсутствовала (т. 2, л.д. 14).

При поступлении в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курской области **.**.** жалоб на состояние здоровья не предъявлял, обследован лабораторно и инструментально, консультирован врачами-специалистами (т. 3, л.д. 3).

Вопреки утверждениям ФИО2 о нахождении его на лечении в период содержания под стражей в связи с установлением у него диагноза: Сотрясение головного мозга, представленные суду сведения свидетельствуют о том, что с **.**.** по **.**.** ФИО2 действительно находился на лечении в терапевтическом отделении филиала «Больница» ФКУЗ МСЧ-46 ФСИН России, но с иным диагнозом. 

По каким причинам не обратился в больницу сразу после получения им указанных травм, если они действительно имели место быть, в том числе сотрясение головного мозга, перелом костей носа, ФИО2 вразумительно ответить не смог.

Доводы подсудимого о наличии следов крови на его одежде, которые образовались после того, как А.Е. разбил ему нос и у него потекла кровь, и ссылка при этом на показания свидетеля Б.Н., допрошенной в судебном заседании по ходатайству стороны защиты, утверждавшей, что обнаружила дома одежду ФИО2 испчканную кровью, опровергаются положенными в основу приговора показаниями потерпевшего А.Е., свидетелей К.А., К.М., которые следов крови на одежде ФИО2 не видели, а также показаниями самого ФИО2 в качестве подозреваемого и обвиняемого, показаниями свидетеля К.М., утверждавшими, что после того, как они вышли из квартиры А.Е. сразу направились в гости к сыну последнего, где и были обнаружены сотрудниками полиции.

Судом установлено, что в ходе совместного распития спиртных напитков, потерпевший и подсудимый конфликтовали и ругались, потом мирились, вновь продолжали распивать спиртное, вели себя свободно, находились в общей компании без принуждения, характер их взаимоотношений и общения был приемлем для обоих.

Таким образом, доводы защиты о противоправности поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, отклоняются судом, поскольку противоречат установленным фактическим обстоятельствам дела, предшествующим совершению преступления.

Судом установлено, что потерпевший А.Е. в момент получения им ножевого ранения не применял к подсудимому насилия, не посягал на жизнь или здоровье ФИО2, не предпринимал активных действий к достижению этого, не высказывал непосредственной и наличной угрозы применения такого насилия, что следует как из показаний потерпевшего А.Е., так и свидетеля К.А.

С учетом оценки представленных и исследованных доказательств, судом установлено, что в момент совершения преступления подсудимый ФИО2 находился в состоянии алкогольного опьянения, удар клинком ножа в область живота потерпевшего А.Е. был нанесен им целенаправленно после произошедшего между ними конфликта, что не было связано с неосторожными действиями подсудимого, либо необходимой обороной.

Из анализа совокупности вышеперечисленных допустимых доказательств у суда не вызывает никаких сомнений тот факт, что телесные повреждения А.Е., квалифицированные как причинившие тяжкий вред здоровью потерпевшего, образовались именно от умышленных действий ФИО2, а не при иных обстоятельствах. Оснований полагать, что кто-либо еще, кроме ФИО2, причастен к нанесению А.Е. вышеуказанных телесных повреждений у суда не имеется.

Действия ФИО2, выразившиеся во внезапном для потерпевшего целенаправленном нанесении удара клинком ножа в область живота, то есть в область локализации жизненно-важных органов, а также избранное орудие преступления - нож, обладающий большой поражающей способностью, объективно и неоспоримо свидетельствуют о наличии прямого умысла на причинение тяжкого вреда здоровью А.Е.

Указанное свидетельствует о том, что, нанося удар потерпевшему, ФИО2 не мог не осознавать общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего и желал их наступления, что нашло подтверждение в судебном заседании совокупностью исследованных доказательств. 

Таким образом версии подсудимого об отсутствии у него умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, неосторожном причинении такого вреда, рефлекторном нанесении удара ножом в область живота потерпевшего в результате его противоправного поведения не нашли своего подтверждения в ходе судебного следствия.

На основе анализа вышеприведенных доказательств, у суда не вызывает никаких сомнений тот факт, что телесные повреждения у А.Е. в виде проникающей колото-резаной раны брюшной полости с ранением большого сальника, образовались именно от травматических воздействий ФИО2, использовавшего для нанесения телесных повреждений нож, а не при иных обстоятельствах.

Учитывая, что исходя из заключения судебно-медицинской экспертизы о механизме образования телесных повреждений, тяжкий вред здоровью А.Е. мог образоваться от воздействия острого предмета, обладающего колюще-режущими свойствами, к категории которых относится нож, квалифицирующий признак «с применением предмета, используемого в качестве оружия» инкриминирован ФИО2 обоснованно и нашел свое подтверждение. 

Между действиями ФИО2 по нанесению удара клинком ножа в область живота А.Е. и наступившими последствиями, в виде причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни потерпевшего, имеется прямая причинно-следственная связь, что подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств, в том числе заключением судебно-медицинской экспертизы № *** от **.**.**.

Давая правовую оценку действиям подсудимого, суд исходит из установленных приведенными выше доказательствами обстоятельств дела, согласно которым ФИО2, испытывая личную неприязнь к потерпевшему А.Е., обусловленную произошедшим между ними конфликтом и дракой, с целью причинения тяжкого вреда здоровью умышленно нанес ФИО7 один удар клинком ножа, используемого в качестве оружия, в область брюшной полости, где расположены жизненно важные органы, причинив в результате потерпевшему тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека. ФИО2 сознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность общественно опасных последствий и из чувства личной неприязни желал их наступления.

При таких данных суд квалифицирует действия ФИО2 по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия. 

Оснований для иной квалификации действий подсудимого ФИО2, вопреки утверждениям стороны защиты, суд не усматривает, ввиду вышеизложенного. 

Обстоятельств, исключающих преступность и наказуемость деяния ФИО2, не имеется. Обстоятельств, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания подсудимого, по уголовному делу нет.

Поведение ФИО2 в суде было адекватно обстановке, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит (т. 2, л.д. 58). У суда не возникло сомнений в его вменяемости, способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела.

При определении вида и размера наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимого, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи. 

Подсудимый ФИО2 частично признал свою вину, факт причинения телесных повреждений потерпевшему не отрицал, оформил явку с повинной, сообщив об обстоятельствах совершенного им преступления (т. 2, л.д. 6), принес свои извинения потерпевшему, имеет двоих малолетних детей (**.**.** и **.**.** годов рождения), принимает участие в воспитании и содержании несовершеннолетней дочери своей бывшей супруги - Б.О. (**.**.** года рождения), что суд, наряду с состоянием здоровья подсудимого (т. 3, л.д. 3), признает смягчающими наказание обстоятельствами.

Исходя из исследованных по делу доказательств, суд приходит к выводу о том, что потерпевшим не было совершено противоправных действий, которые могли бы послужить поводом для совершения преступления по смыслу, придаваемому таким обстоятельствам п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Учитывая конкретные обстоятельства дела, выразившиеся в совершении ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения умышленного тяжкого преступления, отличающегося повышенной степенью общественной опасности, а также, принимая во внимание данные о личности подсудимого, который в судебном заседании не отрицал, что непосредственно перед совершением преступления он употреблял алкоголь, суд приходит к выводу, что именно состояние опьянение повлияло на поведение ФИО2 в момент совершения преступления, то есть способствовало снижению его способности к самоконтролю, облегчило открытое проявление агрессивности во внешнем поведении и явилось одной из причин совершения им данного преступления, а потому в силу ч. 1.1 ст. 63 УК РФ суд признает обстоятельством, отягчающим ФИО2 наказание, совершение им преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Поскольку ФИО2 имеет непогашенную судимость за ранее совершенное умышленное тяжкое преступление, за которое был осужден к реальному лишению свободы, и вновь совершил умышленное тяжкое преступление, в его действиях в силу п. «б» ч. 2 ст. 18 УК РФ имеется опасный рецидив преступлений; наличие в действиях ФИО2 рецидива преступлений суд в силу п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ признает обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого. 

Несмотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств, оснований для назначения ФИО2 наказания по правилам ч. 3 ст. 68 УК РФ суд не усматривает и считает правильным назначить ему наказание в соответствии с ч. 2 ст. 68 УК РФ – не менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление, но в пределах санкции статьи.

Совершенное ФИО2 преступление относится к категории умышленных тяжких преступлений. При этом с учетом наличия в действиях подсудимого отягчающих наказание обстоятельств отсутствуют основания для применения к нему положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, а также отсутствуют основания для изменения категории совершенного им преступления на менее тяжкую в соответствии с правилами ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Также суд принимает во внимание, что ФИО2 на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит (т. 2, л.д. 58); по месту жительства УУП ОУУП и ПДН МО МВД России «Железногорский» характеризуется удовлетворительно (т. 2, л.д. 64); к административной ответственности не привлекался (т. 2, л.д. 65); в браке не состоит, трудоустроен, имеет постоянный источник дохода.

Допрошенная в судебном заседании ФИО8 - бывшая супруга ФИО2, охарактеризовала последнего с положительной стороны, как заботливого отца, занимающегося воспитанием и содержанием детей, в том числе ее дочери Б.О., оказывающего и ей материальную помощь; ранее ФИО2 привлекался к уголовной ответственности за причинение телесных повреждений ей и ее матери, но в последнее время пытался исправиться, наладить отношения, вновь создать семью.

Санкция ч. 2 ст. 111 УК РФ не предусматривает альтернативных лишению свободы наказаний. С учетом изложенного, принимая во внимание характер совершенного преступления, относящегося к категории умышленных тяжких и отличающегося повышенной степенью общественной опасности, поскольку совершено против личности, учитывая все обстоятельства по делу, суд приходит к выводу, что достижение целей наказания, предусмотренных ст. 43 УК РФ, невозможно без изоляции ФИО2 от общества и реального лишения его свободы, что будет способствовать восстановлению социальной справедливости, а также целям исправления осужденного и предупреждению совершения новых преступлений. 

Оснований для применения к ФИО2 положений ст. 73 УК РФ у суда не имеется в силу положений п. «в» ч. 1 ст. 73 УК РФ.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением ФИО2 до и после совершения преступления, других обстоятельств, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности преступления, судом не установлено, поэтому оснований для применения ст. 64 УК РФ, не имеется. 

При этом, учитывая характер, степень общественной опасности, обстоятельства совершенного подсудимым преступления, совокупность смягчающих и отягчающие наказание обстоятельства, данные, характеризующие личность подсудимого, совершение им преступления после отбывания реального наказания в местах лишения свободы также за совершение преступления против личности, с целью установления контроля за поведением ФИО2 после его освобождения из мест лишения свободы, суд полагает правильным назначить ФИО2 дополнительное наказание, предусмотренное санкцией ч. 2 ст. 111 УК РФ, в виде ограничения свободы.

На период отбывания наказания в виде ограничения свободы суд считает правильным установить ФИО2 следующие ограничения: не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где он будет проживать после отбытия лишения свободы, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, а также возложить на него обязанность являться в указанный орган один раз в месяц для регистрации.

Не подлежит применению в отношении ФИО2, предусмотренное ч. 2 ст. 111 УК РФ, дополнительное наказание в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, поскольку совершение ФИО2 преступления не связано с определенной должностью или профессиональной деятельностью последнего.

В силу п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ ФИО2 надлежит отбывать наказание в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания ФИО2 в виде лишения свободы надлежит исчислять со дня вступления приговора в законную силу; срок отбывания дополнительного наказания в виде ограничения свободы - со дня освобождения осужденного из исправительного учреждения.

Суд полагает необходимым до вступления приговора в законную силу оставить ФИО2 ранее избранную в отношении него меру пресечения в виде заключения под стражу, исходя не только из его осуждения к реальному лишению свободы, но и, главным образом, из обстоятельств, оправдывающих его содержание под стражей: в целях предотвращения совершения им новых преступлений, воспрепятствования скрыться от правосудия и обеспечения надлежащего обращения к исполнению приговора.

Оснований, препятствующих содержанию ФИО2 под стражей, в том числе по состоянию здоровья, в судебном заседании не установлено.

В силу ст.ст. 91, 92 УПК РФ ФИО2 был задержан по настоящему уголовному делу **.**.**. **.**.** в отношении ФИО2 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. 

Следовательно, с учетом положений п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО2 под стражей с **.**.** до дня вступления приговора суда в законную силу следует засчитать в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Разрешая в соответствии со ст. 81 УПК РФ вопрос о вещественных доказательствах, суд полагает необходимым: нож, стеклянную бутылку из-под виски «FOWLERS» объемом 0,5 литра, вещество красно-бурого цвета, 5 фрагментов от сигарет (окурков), хранящиеся при уголовном деле, - уничтожить; олимпийку, хранящуюся у А.Е., - оставить по принадлежности А.Е.; телефон «Honor» с чехлом, хранящийся при уголовном деле, - возвратить по принадлежности ФИО2 или его доверенному лицу.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд 

п р и г о в о р и л:

ФИО2, признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 5 (пять) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на срок 1 (один) год. 

Установить ФИО2 на период отбывания наказания в виде ограничения свободы следующие ограничения: не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где он будет проживать после отбытия лишения свободы, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Возложить на ФИО2 обязанность являться в указанный орган для регистрации один раз в месяц.

Срок отбывания наказания ФИО2 в виде лишения свободы исчислять со дня вступления приговора в законную силу; срок отбывания дополнительного наказания в виде ограничения свободы исчислять со дня освобождения осужденного из исправительного учреждения.

Меру пресечения в отношении ФИО2 до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю – заключение под стражу, содержать ФИО2 до вступления приговора в законную силу в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курской области.

Засчитать в срок лишения свободы ФИО2 время содержания его под стражей с **.**.** до дня вступления настоящего приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Вещественные доказательства: нож, стеклянную бутылку из-под виски «FOWLERS» объемом 0,5 литра, вещество красно-бурого цвета, 5 фрагментов от сигарет (окурков), хранящиеся при уголовном деле, - уничтожить; олимпийку, хранящуюся у А.Е., - оставить А.Е.; телефон «Honor» с чехлом, хранящийся при уголовном деле, - возвратить ФИО2 или его доверенному лицу.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Курский областной суд через Железногорский городской суд Курской области в течение 15 суток со дня его провозглашения, а осужденным ФИО2, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. 

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий А.В. Политаева