Гражданское дело № 2-2581/2018

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 июля 2018 года город Белгород

Свердловский районный суд города Белгорода в составе:

председательствующего судьи Чернышовой О.П.,

при секретаре Акиншиной В.Е.,

с участием прокурора г. Белгорода Михайловой М.И., истца ФИО5, его представителя ФИО6, представителя ответчика ФИО7, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к ООО «Металл-групп» о взыскании компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО5 является работником по трудовому договору в ООО «Металл-групп». Осуществлял трудовую деятельность в должности 

<

...>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 находился в шахте на комбайне и осуществлял крепление горной выработки. В этот момент на него упал фрагмент горной породы и ударил в область 

<

...>, в результате чего он упал с комбайна. На машине скорой помощи он был доставлен в ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ».

В результате несчастного случая на производстве им получена травма согласно коду МКБ-10 Т02.80 «

<

...>. Степень тяжести травмы-тяжелая.

По факту несчастного случая был составлен акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1 № от ДД.ММ.ГГГГ. 

ФИО5 обратился с иском в суд, ссылаясь на вину работодателя в получении им производственной травмы, на утрату профессиональной трудоспособности в 

<

...>%, на невозможность дальше продолжать трудовую деятельность по специальности, на нарушение 

<

...>, 

<

...> боли, боли в 

<

...>, на невозможность полноценно отдыхать, что приводит к 

<

...> состояниям и настроениям, просил взыскать компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 руб.

В судебном заседании истец и его представитель иск поддержали.

Представитель ответчика иск не признал.

Исследовав обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, выслушав стороны, заключение прокурора, полагавшим иск обоснованным в части, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что ФИО5 являясь работником ООО «Металл-групп» осуществлял трудовую деятельность в должности 

<

...>.

ДД.ММ.ГГГГ с ФИО5 произошел несчастный случай на производстве.

Согласно акту Н-1 № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 вместе со своим напарником ФИО1 по указанию горного мастера ФИО2 приступили к затяжке и забутовке последней рамы АПК. При укладке бревен произошло отслоение горной массы с левой верхней части свода выработки. Отслоившейся горной массой ФИО5 был сбит с полка на почву выработки.

Согласно Медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени тяжести от ДД.ММ.ГГГГ №, диагноз травмы ФИО5: «

<

...>». Указанное повреждение относится к категории тяжелых несчастных случаев на производстве.

В ходе расследования установлено, что причинами несчастного случая явились: некачественная обработка заколов на высоте более 3.5м, без применения самоходной машины МТГП-1,5 предусмотренной «Проектом организации работ при подготовке горной выработки с применением комбайна избирательного действия», утвержденного главным инженером шахты ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ; отсутствие в данном проекте мер безопасного производства работ, а также требований об определении места нахождения рабочих при выполнении работ по затяжке и забутовке рам арочной податливой крепи; неудовлетворительная организация производственного контроля со стороны юридического лица ООО «Металл-групп», выразившаяся в необеспечении средствами индивидуальной защиты машиниста горных выемочных машин 5 разряда (костюм х/б, белье нательное, сапоги резиновые, респиратор, портянки и т.д.), недостаточном контроле руководителей специалистов за безопасным ведением работ при проходке очистной заходки №В блок № гор.-370м. 

Указанные причины привели к нарушению требований ст.9 ч.1, ч.2 Федерального Закона №116 «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», п.10, п.25, п.32 «Правила безопасности при ведении горных работ и переработке твердых полезных ископаемых», п4 «Межотраслевых правил обеспечения работников спецодеждой, спецобувью и другими СИЗ» № 290н от 01.06.2009, ст.ст. 212,221 ТК РФ.

Также установлены лица, допустившие нарушение требований охраны труда – ООО «Металл-групп», горный матер – ФИО2, начальник восточного горнопроходческого участка шахты ООО «Металл-групп» - ФИО3, главный инженер шахты ООО «Металл-групп» - ФИО4

Вина ФИО5 в произошедшем несчастном случае на производстве ДД.ММ.ГГГГ не установлена. 

Размер компенсации морального вреда законом не определен. В каждом конкретном случае он определяется судом с учетом обстоятельств дела, степени вины причинителя вреда, принимается во внимание объем и характер причиненных физических и нравственных страданий, другие заслуживающие внимания доводы.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд принимает во внимание разъяснения в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", согласно которых суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора, а также разъяснения п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Учитывая степень и характер физических и нравственных страданий истца, связанных с его индивидуальными особенностями, конкретные обстоятельства данного дела, а также установленные фактические обстоятельств дела (недостаточный контроль за соблюдением безопасных условий труда, безопасностью работников), степени вины ответчика и отсутствие вины в произошедшем истца, характера физических и нравственных страданий истца, вызванных физической болью и процессом лечения, необходимость в дальнейшем лечении, установление истцу утраты профессиональной трудоспособности 

<

...>%, требования разумности и справедливости, учитывая поведение ответчика, которым ФИО5 произведена выплата в размере трех среднемесячных заработков, что подтверждается платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 89 974,72 руб., суд считает необходимым взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 510 025,28 руб. (600 000 руб. – 89 974,72 руб.).

Доводы ответчика, что работодатель выполнил обязательства перед истцом, выплатив в его пользу денежную сумму согласно ч.2 п. 8.2.15 коллективного договора, что свидетельствует о выполнении ответчиком перед истцом обязательств по компенсации морального вреда, в связи с чем отсутствуют обязательства ответчика о выплате компенсации морального вреда, не убедительны.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в соответствии с частью 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции от 6 февраля 2007 г.).

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере. (Постановление Президиума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 6-ПВ16)

Изложенная ответчиком правовая позиция о том, что работник не вправе требовать, а суд не вправе взыскивать компенсацию морального вреда в размере, большем, чем это установлено отраслевым соглашением или коллективным договором, противоречит приведенным нормам материального права и разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

На основании ст. 103 ГПК РФ с ответчика в пользу местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194- 199 ГПК РФ, суд 

решил:

иск ФИО5 к ООО «Металл-групп» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить в части.

Взыскать с ООО «Металл-групп» в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 510 025,28 руб.

В удовлетворении остальных требований отказать.

Взыскать с ООО «Металл-групп» в доход муниципального образования городской округ «Город Белгород» в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Свердловский районный суд г. Белгорода.

Мотивированный текст решения составлен – 23.07.2018.

Судья