Дело № 2-164/2018 26 сентября 2018 года

29RS0004-01-2018000256-75

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Виноградовский районный суд Архангельской области в составе председательствующего Мой А.И., при секретаре Алекберовой В.В., с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, ответчика ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании в пос. Березник гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 и ФИО4 о признании распространенных сведений, порочащими честь и достоинство, и взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 о защите чести и достоинства, деловой репутации и компенсации морального вреда, в обосновании иска указав, что в сообщении, написанном ответчиками в сети Интернет социальной сети «

<

данные изъяты>» в группе «

<

данные изъяты>», содержатся сведения, несоответствующие действительности и порочащие её честь и достоинство. Просит суд: признать распространенные ФИО3 в группе «

<

данные изъяты>» в социальной сети «

<

данные изъяты>» 19 декабря 2017 года не соответствующими действительности, порочащими её честь и достоинство; о понуждении ответчика к публикации опровержений данных сведений в отношении её в группе «

<

данные изъяты>» в социальной сети «

<

данные изъяты>»; взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей и в возврат государственной пошлины в размере 300 рублей.

Определением Виноградовского районного суда от 08 мая 2018 года к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО4.

Истец и его представитель в судебном заседании исковые требования поддержали, считают, что указанные в сети Интернет сведения не соответствуют действительности и порочат честь, достоинство истца.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании с требованиями истца не согласилась, пояснив, что в размещенной по ее просьбе ФИО4 на ее странице в сети «

<

данные изъяты>» в группе «

<

данные изъяты>» информации, отражена ее позиция и мнение по возникшей 

<

адрес> проблеме, связанной с закрытием участковой больницы и деятельности ФИО1 в должности руководителя 

<

данные изъяты>.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежаще.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика ФИО4

Суд, заслушав явившиеся стороны, исследовав письменные материалы дела, пришел к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени.

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации предписано, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Статья 1 Закона Российской Федерации "О средствах массовой информации" закрепляет в качестве отраслевого принципа свободу массовой информации, гарантированную статьей 29 (часть 5) Конституции Российской Федерации.

Из этих конституционных положений следует, что при разрешении спора о защите чести, достоинства и деловой репутации должны обеспечиваться равновесие между правом граждан на защиту чести, достоинства, а также деловой репутации, с одной стороны, и иными гарантированными Конституцией Российской Федерации правами и свободами - свободой мысли, слова, правом свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, с другой стороны.

В соответствии с п. 1 ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине или другим аналогичным способом.

Согласно п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Именно при доказанности этих фактов в силу закона презюмируется (предполагается существующим) факт недействительности распространенныхс ведений, а на ответчиков могла быть возложена обязанность доказывания соответствия их действительности.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В п. 9 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации указано, что в силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Таким образом, объективными критериями для признания судом порочащего характера распространенных сведений служат действующие юридические нормы, принципы общечеловеческой и профессиональной морали, обычаи делового оборота. Порочащие утверждения о нарушениях этих норм и принципов обычно представляют собой сообщения о совершении гражданином конкретных недостойных поступков.

Как следует из материалов дела, поводом для обращения в суд явилась публикация информации ДД.ММ.ГГГГ в социальной сети «

<

данные изъяты>» группе «

<

данные изъяты>» сети Интернет следующего содержания: 

<

данные изъяты>

Факт написания и публикации ответчиками указанной информации подтверждается материалами дела и не оспаривается ими.

По смыслу статьи 152 ГК РФ сведение - утверждение о факте, которое можно проверить на предмет соответствия его действительности. В противоположность этому во мнении выражается соответствие оцениваемого факта не действительности, не объективному миру, а субъективным понятиям и представлениям отдельного человека, выражающего мнение.

По ходатайству истца, судом по делу назначена лингвистическая экспертиза.

Согласно заключению эксперта, информация, размещенная в группе «

<

данные изъяты>» социальной сети «

<

данные изъяты>» в сети Интернет, содержит негативную информацию, поскольку содержит отрицательную характеристику личности ФИО1 и ее действий. Информация выражена в форме оценочного суждения, автором использовано слово «диверсант», заключенное в кавычки, что указывает на использование его в несвойственном, переносном значении, то есть ФИО1 не занимается в прямом смысле слова «разрушением, выведением из строя объектов». Указывая на отсутствие культуры у ФИО1, автор использует слова с оценочными номинациями. Информация в отношении супругов ФИО1 и И.Е.П. употреблено слово «вредители», заключенное в кавычки, со значением тот, кто умышленно вредит кому-,чему-л. В данном случае, так же как и в определении цели действий ФИО1 и ее мужа- унижение и изгнание врача из 

<

адрес>, Пенденен высказывает свое собственное мнение. Информация о последствиях грубого и наглого поведения ФИО1, как должностного лица представлена в форме предположения.

На основании исследования текста эксперт пришел к выводу, что информация, размещенная ответчиками, выражена в форме мнения и предположения, оценочного суждения и не может быть проверена на соответствие/несоответствие действительности (л.д.83-89).

Суд принимает заключение эксперта в качестве относимого и допустимого доказательства, так как выводы обоснованны, экспертиза проведена экспертом в порядке, предусмотренном законом, эксперт предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, имеет необходимый опыт работы и квалификацию.

Представитель истца и истец в судебном заседании с выводами эксперта о том, что информация, размещенная в сети Интернет ответчиками содержит только оценочные суждения, мнения и предположения не согласились, пояснив, что размещенный текст содержит утверждение о том, что ФИО1 настраивает сотрудников больницы против врача, то есть информацию о конкретных действиях истца, которые могут быть проверены. Так же есть противоречие в заключении, а именно, в описательной части на странице 6 эксперт пришел к выводу о наличии утверждения высказанного автором текста о событиях с участием истца, в своих выводах указывает только на то, что Пенденен высказывала мнение и предположения. 

С данными доводами суд не согласен, находит их необоснованными. Обоснование противоречий в заключении связано с тем, что отдельная часть текста вырвана из контекста всего заключения эксперта. 

Исходя из анализа текста, информации, заключения эксперта, объяснений ФИО3, в данном случае имеет место оценка событий публичного характера, происходящих в населенном пункте, где проживают стороны, касающихся работы МБУК «

<

данные изъяты>» и 

<

данные изъяты>, и связанных с этим действий (поведения) руководителя МБУК «

<

данные изъяты>» и депутата Собрания депутатов муниципального образования «Виноградовский муниципальный район» ФИО1

В абзаце 3 пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года N 3, содержатся разъяснения, согласно которым в соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Согласно разъяснению, содержащемуся в абзаце 6 этого же пункта Постановления, если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статья 130 Уголовного кодекса Российской Федерации, статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В своих объяснениях ответчик ФИО3 пояснила, что она разместила в сети Интернет социальной сети «

<

данные изъяты>» на странице своей дочери данную информацию, так как переживала за то, что участковую больницу в 

<

адрес> преобразуют в ФАП, а врач К. будет вынужден уехать из поселка, поэтому люди в поселке останутся без надлежащей медицинской помощи. У нее сложилось мнение, что ФИО1 поддерживает закрытие участковой больницы, а также настраивает сотрудников больницы против врача К., у которого возник конфликт с ее супругом И.. Данная оценка деятельности ФИО1 у нее сложилось из того, что ФИО1, участвуя при встрече руководителей органов здравоохранения с населением по вопросу закрытия 

<

данные изъяты>, поддержала главу поселения М. о закрытии участковой больницы. Так же она возмущена тем, как ФИО1 организована работа Дома Культуры 

<

адрес>.

Таким образом, оценочные суждения об истце, даже если они носят обидный или негативный характер, являются выражением субъективного мнения и не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности, в связи с чем распространение таких сведений в сети Интернет не может служить основанием для удовлетворения иска о защите чести, достоинства или деловой репутации. О каких-либо конкретных фактах, событиях, ФИО3 в размещенном в сети Интернет тексте не приводит. 

Кроме того, то обстоятельство, что изложенные в сообщении сведения могут не найти своего подтверждения, не является основанием для привлечения ответчиков к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьей 152 ГК РФ, если соответствующее выражение своего мнения обусловлено ее попыткой реализовать свои конституционные права, имеющие выраженную публичную направленность, в целях привлечения внимания к общественно значимой проблеме. Иное означало бы привлечение лица к гражданско-правовой ответственности за действия, совершенные им в пределах предоставленных ему конституционных прав, а равно при исполнении им своего гражданского долга.

Как установлено в судебном заседании, ФИО1 является 

<

данные изъяты>», директором МБУК «

<

данные изъяты>», следовательно, ее деятельность носит публичный характер.

Европейский Суд по правам человека, в частности в Постановлении по делу "Федченко (Fedchenko) против Российской Федерации" от 11 февраля 2010 г., указал, что в отношении государственных служащих, действующих в официальном качестве, как и политиков, рамки допустимой критики шире, чем в отношении частных лиц.

На основании изложенного, суд, проанализировав содержание оспариваемых высказываний, размещенных ответчиками в социальной сети, исходит из того, что высказывания, опубликованные ответчиками, носят оценочный характер и не содержат фактических сведений, соответствие которых действительности может быть проверено, высказывания, имеют обобщенный характер, представляют собой субъективное мнение ФИО3, ее суждения о личности истца, передаваемая в них негативная информация имеет субъективно-оценочный характер и выражена не в форме утверждения о каких-либо фактах, а в форме мнения лица, описывающего события, о характере поведения истца при излагаемых ответчиком событиях, в силу чего данные высказывания не могут быть ни объективно подтверждены, ни опровергнуты и не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ.

Истец и представитель истца указывают на то, что информация, размещенная ответчиком в сети Интернет выражена в оскорбительной форме, так как содержит такие слова как диверсант и вредители.

Суд считает данные доводы не обоснованными, как было указано в заключении эксперта, слова диверсант и вредители автором были заключены в кавычки, что указывает на использование его в несвойственном, переносном значении.

Таким образом суд не находит оснований для компенсации морального вреда, так как в тексте отсутствуют высказывания в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца.

При таких обстоятельствах, заявленный иск удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

в удовлетворении требований ФИО1 по иску к ФИО3 и ФИО4 о признании распространенных сведений, порочащими честь и достоинство, и взыскании компенсации морального вреда - отказать.

Решение может быть обжаловано в Архангельском областном суде в течение месяца с момента вынесения решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Виноградовский районный суд.

Мотивированное решение изготовлено 01 октября 2018 года. 

Судья А.И. Мой