Дело №2-185/2024

УИД: 42RS0005-01-2023-005115-41

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Кемерово 2 февраля 2024 год 

Заводский районный суд г. Кемерово в составе

председательствующего судьи Быковой И.В.

при секретаре Вакуленко Я.В.,

с участием прокурора Заводского района г.Кемерово Сухих А.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 

гражданское дело по иску ЕльН.й Н. Н.евны к индивидуальному предпринимателю ФИО1, Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Кемеровской области - Кузбассу, Государственной инспекции труда в Кемеровской области – Кузбассе, администрации г.Прокопьевска, Территориальной организации г.Прокопьевска и Прокопьевского района Российского независимого профсоюза работников угольной промышленности (РОСУГЛЕПРОФА), Обществу с ограниченной ответственностью «Промышленный Альянс», Обществу с ограниченной ответственностью «Разрез «Березовский» об оспаривании акта о несчастном случае, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

Первоначально ФИО2, ФИО3 обратились в суд с иском к ИП ФИО1, ОСФР по Кемеровской области – Кузбассу, Государственной инспекции труда в Кемеровской области – Кузбассе, администрации г.Прокопьевска, Территориальной организации г.Прокопьевска и Прокопьевского района Российского независимого профсоюза работников угольной промышленности (РОСУГЛЕПРОФА), ООО «Промышленный Альянс», ООО «Разрез «Березовский» об оспаривании акта о несчастном случае, компенсации морального вреда.

Требования обоснованы тем, что ФИО4 с ДД.ММ.ГГГГ состоял в трудовых отношениях с ИП ФИО1 в должности водителя. ДД.ММ.ГГГГ в период нахождения на вахте на территории ООО «Разрез «Березовский» с ФИО4 произошел несчастный случай, приведший к его смерти. По данному факту проведено расследование и несчастный случай, произошедший с ФИО4, признан связанным с производством, о чем составлен акт № от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно акту о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ несчастный случай произошел с ФИО4 в результате 

<

данные изъяты>. Также актом установлено, что ФИО4 нарушил трудовой распорядок и дисциплину труда, выразившееся в 

<

данные изъяты>. В действиях погибшего ФИО4 комиссией установлена грубая неосторожность в размере 

<

данные изъяты>%. Погибший ФИО4 приходился сыном ФИО2 и братом ФИО3 Истцы указывают, что акт № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве в части установления в действиях ФИО4 грубой неосторожности в размере 

<

данные изъяты>% является незаконным и подлежит отмене, поскольку возможной причиной смерти ФИО4 является 

<

данные изъяты>, об этом свидетельствует 

<

данные изъяты>. Причинами, способствовавшими совершению преступления, стало несоблюдение работодателем требований по охране труда, поскольку ИП ФИО1 не обеспечила контроль за ходом выполнения работы, соблюдением производственной и трудовой дисциплины. Истцы считают, что причиной несчастного случая, произошедшего с ФИО4, является отсутствие контроля за обеспечением безопасного производства работ со стороны работодателя. Об отсутствии вины пострадавшего в несчастном случае на производстве свидетельствует и особое мнение 4 членов комиссии по расследованию несчастного случая. Также указывают, что смерть ФИО5 стала для его матери ФИО2 и его сестры ФИО3 невосполнимой утратой, привела к разрыву семейной связи между матерью и сыном, сестрой и братом. Погибший для ФИО2 являлся единственным сыном, который оказывал ей материальную и моральную поддержку ее, всегда был рядом. Смерть сына стала для ФИО2 огромной потерей, от которой она не оправилась до настоящего времени. Для ФИО3 погибший был любящем братом, который всегда был на связи и готов прийти на помощь, поддержать. Между ними были близкие, родственные отношения. Несмотря на то, что они проживали в разных городах, погибший навещал свою сестру и мать, поддерживал связь с ними по телефону, помогал по хозяйству, поздравлял с праздниками, дарил подарки, так как он работал вахтой то на работу и с работы по пути заезжал к матери. Причиненный моральный вред ФИО2 и ФИО3 с учетом установленного законом принципа разумности и справедливости оценивают в 3 000 000 рублей каждому.

Истцы просили суд:

- признать недействительными выводы комиссии по расследованию несчастного случая на производстве, оформленные актом о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ в части установления в действиях погибшего ФИО4 степени грубой неосторожности в размере 

<

данные изъяты>%;

- взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу ЕльН.й Н. Н.евны компенсацию морального вреда в размере 3000000 рублей;

- взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 3000000 рублей.

Определениями Заводского районного суда г.Кемерово от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено ОСФР по Новосибирской области, старший государственный инспектор ГИТ в КО, отдела федерального государственного надзора в городах Киселевск, Прокопьевск ФИО6

Определением Заводского районного суда г.Кемерово от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу в отношении ФИО3, умершей ДД.ММ.ГГГГ прекращено.

Истец ФИО2 в судебном заседании доводы, изложенные в исковом заявлении, поддержала в полном объеме. 

Представитель истца ФИО7, действующая по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ сроком на ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании поддержала своего доверителя. Также суду пояснила, что смерть ФИО4 не находится в причинно-следственной связи и 

<

данные изъяты>. Он являлся обычным водителем, поведение которого при исполнении трудовых обязанностей в полной мер должна контролироваться работодателем. Нарушений в действиях погибшего правил и норм об охране труда и безопасности проведения работ, в действиях ФИО4 комиссией не установлено. Смерть ФИО4 стала для его матери ФИО2 невосполнимой утратой, привела к разрыву семейной связи между матерью и сыном. В настоящее время других детей у истицы не имеется.

Ответчики – ИП ФИО1, администрация г.Прокопьевска, ООО «Промышленный Альянс», третье лицо – старший государственный инспектор ГИТ в КО, отдела федерального государственного надзора в городах Киселевск, Прокопьевск ФИО6 извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились, не представили причин уважительности своей неявки, не просили рассмотреть дело в их отсутствие.

Представитель ответчика ИП ФИО1 – ФИО8, действующая по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ сроком на ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании исковые требования не признала, возражала против их удовлетворения, а в случае их обоснованности, просила взыскать справедливую и соразмерную сумму компенсации морального вреда. 

Представитель ответчика ООО «Разрез Березовский», ФИО9, действующая по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ сроком до ДД.ММ.ГГГГ извещена своевременно и надлежащим образом, в судебное заседание не явилась, просит рассмотреть дело в их отсутствие с учетом раннее представленных возражений на исковое заявление, в котором указывает, что расследование по факту о несчастном случае на производстве было проведено в соответствии с действующим законодательством, оснований для отмены, изменения акта о несчастном случае не имеется. Комиссия верно пришла к выводу о наличии в действиях пострадавшего ФИО4 вины в форме грубой неосторожности. Стороной истца не представлено достаточных доказательств отсутствия со стороны погибшего грубой неосторожности. Также указывает, что в действиях ООО «Разрез Березовский» отсутствует вина в произошедшем несчастном случае. ИП ФИО1 в силу положений ст. 151 ГК РФ является самостоятельным обязанным лицом по компенсации морального вреда и выплате иных компенсаций, предусмотренных локальными актам работодателя ФИО4 (при их наличии). Однако, заявленный стороной истца размер компенсации морального вреда является завышенным и подлежащим снижению.

Представитель ответчика ОСФР по Кемеровской области – Кузбассу ФИО10, действующая по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ сроком до ДД.ММ.ГГГГ в судебное заседание не явилась, просит рассмотреть дело в их отсутствие с учетом раннее представленных возражений на исковое заявление, в котором указывает, что в акте о несчастном случае на производстве указаны лица, допустившие нарушение требований охраны труда: ФИО1 - индивидуальный предприниматель, ФИО4 - водитель 

<

данные изъяты>. Комиссия по расследованию несчастного случая на производстве, установила, что степень вины ФИО4 составляет 

<

данные изъяты>%. В соответствии с пунктом 1.5.12 Инструкции по охране труда для водителя, утвержденной ИП ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, водителю автомобиля запрещено употреблять алкогольные, наркотические, токсические или иные запрещенные вещества на рабочем месте и на всей территории работодателя. С данной инструкцией ФИО4 был ознакомлен, прошел первичный инструктаж на рабочем месте, проходил проверку знаний требований охраны труда по профессии. Законодательство Российской Федерации предусмотрено, что ответственность за своевременно и надлежащее расследование, оформление, регистрацию и учет несчастных случаев н производстве, а также реализацию мероприятий по устранению причин несчастных случаев на производстве возлагается на работодателя, то есть на ИП ФИО1 Также указывает, что процент вины в несчастном случае на производстве, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ комиссией по расследованию установлен обоснованно и в соответствии с требованиями ст.ст.227-231 ТК РФ, а также в соответствии с приказом Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №.

Представитель ответчика Территориальной организации г.Прокопьевска и Прокопьевского района Росуглепрофа извещен своевременно и надлежащим образом, в судебное заседание не явился, в ранее представленном письменном ходатайстве просит рассмотреть дело в их отсутствие, удовлетворение исковых требований оставляет на усмотрение суда.

Представитель ответчика Государственной инспекции труда в Кемеровской области – Кузбассе извещен своевременно и надлежащим образом, в судебное заседание не явился, в письменном ходатайстве просит рассмотреть дело в их отсутствие.

Представитель третьего лица ОСФР по Новосибирской области ФИО11, действующий по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ сроком на три года, извещен своевременно и надлежащим образом, в судебное заседание не явился, в письменном отзыве на исковое заявление указывает, что в связи с отказом от выплаты ФИО2 (матери) ДД.ММ.ГГГГ в ОСФР по Новосибирской области подано заявление о назначении единовременной страховой выплаты супруге ФИО4 – ФИО12 На основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ № 

<

данные изъяты> назначена единовременная страховая выплата в сумме 2 млн. рублей. Оспаривание акта Н-1 в части установления степени вины, не понесет для лиц, получивших страховое обеспечение, никаких правовых последствий. Также указывает, что компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена.

На основании ст. 167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, считая их извещенными надлежащим образом.

Выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетеля, а также заключения прокурора Заводского района г.Кемерово, полагавшей необходимым исковые требования удовлетворить частично, исследовав письменные материалы дела, дав оценку собранным доказательствам в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. 

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. 

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. 

Согласно пункту 2 статьи 1083 указанного Кодекса, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права ( например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина. 

В соответствии с пунктом 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию ( нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). 

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда"). 

В пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием ) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда"). 

Согласно пункту 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. 

Согласно пункту 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. 

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон ( статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. 

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ (абзац 3 пункта 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33). 

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абзац 4 пункта 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33). 

Судом установлено, что ФИО4 с ДД.ММ.ГГГГ состоял в трудовых отношениях с ИП ФИО1 в должности водителя, что не оспаривалось участниками в судебном заседании.

ДД.ММ.ГГГГ в период нахождения на вахте на территории ООО «Разрез «Березовский» с ФИО4 произошел несчастный случай, приведший к его смерти, что подтверждается свидетельством о смерти №№ от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 35).

Согласно акту о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ несчастный случай произошел с ФИО4 в результате 

<

данные изъяты> (л.д. 29-32).

Вышеуказанным актом также установлено, что ФИО4 нарушил трудовой распорядок и дисциплину труда, выразившееся в нахождении в состоянии опьянения (статьи 21 и 215 ТК РФ). В действиях погибшего ФИО4 комиссией установлена грубая неосторожность в размере 

<

данные изъяты>%.

Заключением эксперта межрайонного отдела по обслуживанию г.Прокопьевска и Прокопьевского муниципального округа (дислокация г.Прокопьевск) ЭКЦ ГУ МВД России по Кемеровской области – Кузбассу 

<

данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что строка 

<

данные изъяты> в бланках путевого листа грузового автомобиля № от ДД.ММ.ГГГГ № от ДД.ММ.ГГГГ. подвергалась монтажу (наложению листа бумаги с текстом 

<

данные изъяты> с последующим копированием на копировально-множительном устройстве. Подписи от имени ФИО4 в путевом листе грузового автомобиля № от ДД.ММ.ГГГГ в путевом листе грузового автомобиля № от ДД.ММ.ГГГГ, в трудовом договоре № от ДД.ММ.ГГГГ., выполнены, вероятно, не ФИО4, а другим лицом. Подписи от имени ФИО4 в протоколе № от ДД.ММ.ГГГГ, протоколе № от ДД.ММ.ГГГГ, протоколе № от ДД.ММ.ГГГГ, протоколе № от ДД.ММ.ГГГГ, журнале инструктажа на рабочем месте, выполнены, вероятно, не ФИО4, а другим лицом (л.д. 152-165).

Судом также установлено, ДД.ММ.ГГГГ в ОСФР по Новосибирской области подано заявление о назначении единовременной страховой выплаты супруге ФИО4 – 

<

данные изъяты> На основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ № 

<

данные изъяты> назначена единовременная страховая выплата в сумме 2 млн. рублей.

Также установлено, что ФИО4 приходился сыном ФИО2, что подтверждается свидетельством о рождении №№ от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 33).

Допрошенный в судебном заседании свидетель 

<

данные изъяты> пояснила, что ФИО4 был ее мужем. С ФИО2 она тесно общалась при жизни погибшего. ФИО4 помогал матери с ремонтом батарей, со светом, решал бытовые проблемы по дому, у них была тесная связь, как матери и сына. ФИО2 смерть сына переживает очень тяжело, вспоминает о нем, ждет его с работы и до настоящего времени она еще не отошла от смерти сына. При проведении почерковедческой экспертизы было установлено, что все подписи на документах не принадлежали ФИО4 Экспертизой установлено, что самостоятельно ФИО4 

<

данные изъяты>. В заключениях эксперта содержатся противоречия относительно произошедшего, в связи с чем, нет оснований доверять данным заключениям. Также суду пояснила, что на разрезе работники были предоставлены сами себе, никакого контроля со стороны работодателя не было, путевые листа выдавались работодателем ФИО4 при следовании на вахту, на трассе, поэтому состояние 

<

данные изъяты> ФИО4 она не оспаривает. 

Анализируя собранные по делу доказательства, судом бесспорно установлено, что обязанность ИП ФИО1 как работодателя по обеспечению безопасных условий труда исполнена в отношении ФИО4, допустившего в свою очередь грубую неосторожность ненадлежащим образом, что явились причиной несчастного случая на производстве, повлекшего смерть, и является основанием для компенсации морального вреда.

Из п. 10 акта № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что причиной несчастного случая стали 

<

данные изъяты>.

Пунктом 11 акта № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что лицом, допустившим нарушения являются 

<

данные изъяты>. 

В соответствии с частью 1 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.

В соответствии со статьей 231 Трудового кодекса Российской Федерации разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем (его представителем) факта несчастного случая, отказа в проведении расследования несчастного случая и составлении соответствующего акта, несогласия пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), а при несчастных случаях со смертельным исходом - лиц, состоявших на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лиц, состоявших с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного контроля (надзора) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, решения которых могут быть обжалованы в суд. В этих случаях подача жалобы не является основанием для невыполнения работодателем (его представителем) решений государственного инспектора труда.

Разрешая требования истца, являющейся матерью ФИО4, суд учитывает, что актом о несчастном случае № установлены многочисленные нарушения трудовой дисциплины со стороны работодателя, а именно, 

<

данные изъяты>. В ходе судебного заседания установлено, что представленные на разрешение лиц, проводивших расследование несчастного случая подписи в путевых листах № от ДД.ММ.ГГГГ, путевые листы № от ДД.ММ.ГГГГ, протоколе № от ДД.ММ.ГГГГ, протоколе № от ДД.ММ.ГГГГ, протоколе № от ДД.ММ.ГГГГ, протоколе № от ДД.ММ.ГГГГ, журнале инструктажа на рабочем месте, выполнены, вероятно, не ФИО4, а другим лицом, что свидетельствует об увеличении нарушений со стороны работодателя, который при допуске ФИО4 к работе не провел проверку знаний требований охраны труда по профессии.

Доводы истца об отсутствии вины самого пострадавшего не могут быть приня ты судом.

С учетом разъяснений, изложенных в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Понятие грубой неосторожности применимо лишь в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействия, приведшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят.

Согласно экспертному заключению №, выданному Министерством здравоохранения Кузбасса ГБУЗ ОТ ККБСМЭ, справки о смерти № из Органа ЗАГС № Кемерово и Кемеровского района Кузбасса от ДД.ММ.ГГГГ причиной смерти ФИО4 явились 

<

данные изъяты>. 

Суд полагает, что в случае нахождения 

<

данные изъяты> ФИО4 имел бы возможность правильно оценить ситуацию при нахождении в кабине автомобиля 

<

данные изъяты>, тем самым избежать неблагоприятных для себя последствий в виде 

<

данные изъяты>. 

При таком количестве выявленных нарушений требований охраны труда и безопасности, допущенных работодателем, а также при определении комиссией вины самого ФИО4 в причинении вреда здоровью в форме грубой неосторожности в размере 

<

данные изъяты>%, что отражено в акте №, суд полагает возможным удовлетворить требования истца о снижении степени вины ФИО4 в причинении вреда здоровью до 

<

данные изъяты>%, поскольку процент вина работника, установленный членами комиссии не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Из части первой ст. 21, части второй ст. 22, части первой ст. 210, части первой и абзаца второго части второй ст. 212, части первой ст. 219, части первой ст. 237 ТК РФ в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве право на такое возмещение вреда имеют названные в законе лица, которым причинен ущерб в результате смерти кормильца. Моральный вред работнику, получившему трудовое увечье, и, соответственно, членам семьи работника, если смерть работника наступила вследствие несчастного случая на производстве, возмещает работодатель, не обеспечивший работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В результате несчастного случая с ФИО4 на производстве, повлекшим его смерь, истец бесспорно испытывала физическую боль и нравственные страдания, что негативно отразилось на ее привычном образе жизни. Истец указывает, что смерть сына повлекла для нее глубокие нравственные страдания в виде переживаний, полученного стресса, чувства потери и горя, невосполнимой утраты родного человека. ФИО4 и ФИО2 много времени проводили друг с другом, ФИО4 постоянно навещал мать, помогал ей в хозяйственных делах, поддерживал ее материально, до настоящего времени истец не может оправиться от случившегося. 

Разрешая спор о компенсации морального вреда, причиненного гибелью близкого родственника ( сына) вследствие несчастного случая на производстве, суд с учетом норм Гражданского кодекса Российской Федерации о компенсации морального вреда (ст. ст. 150, 151, 1101) и положений Трудового кодекса Российской Федерации об охране труда (ст. ст. 22, 210, 212) исходит из того, что несчастный случай с ФИО4 произошел при исполнении им должностных обязанностей, в результате неудовлетворительной организации производства работ со стороны работодателя ИП ФИО1, что подтверждено актом о расследовании несчастного случая на производстве со смертельным исходом. Установлено, что водитель ФИО4 был допущена к выполнению работы по должности водитель без прохождения инструктажа на рабочем месте, без прохождения обязательного периодического ( предсменного, послерейсового) медицинского осмотра, освидетельствования, отсутствии контроля работодателя на соблюдением требований правил безопасности в период нахождения ФИО4 на вахте.

Суд приходит выводу о том, что ИП ФИО1 как работодатель ФИО4, смерть которого наступила в результате несчастного случая на производстве, должна возместить истцу компенсацию морального вреда.

Суд полагает, что с учетом фактических обстоятельств по делу, переживания истца по факту гибели близкого человека являются нравственными страданиями, а преждевременная гибель близкого родственника ( сына) подтверждает такие страдания, что является основанием для компенсации морального вреда. 

Материалами дела подтверждается, что смерть ФИО4 наступила кроме того при использовании источника повышенной опасности - автомобиля - в связи с чем компенсация морального вреда подлежит взысканию вне зависимости от наличия вины ответчика.

Суд полагает, что размер компенсации морального вреда в размере 3 000 000,00 рублей, заявленный истцом, является завышенным.

Исходя из глубины, продолжительности и характера страданий истца ФИО2, принимая во внимание, что смерть сына явилась для истца тяжелым потрясением, необратимым по своим последствиям, учитывая тесную связь между матерью и сыном, что утрата сына повлекла состояние сильного эмоционального расстройства, нарушает неимущественное право истца на семейные связи, индивидуальные особенности истца, ее возраста, в соответствии с требованиями разумности и справедливости, с учетом баланса интересов сторон, принимая во внимание, что выплата компенсации морального вреда является единовременной, суд полагает возможным определить компенсацию морального вреда в размере 1250 000,00 рублей, полагая что данный размер отвечает требования разумности и справедливости, не является завышенным.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с пользу ФИО2, суд исходит из конкретных обстоятельств данного дела, обстоятельств несчастного случая, степени вины ФИО4 в размере 

<

данные изъяты>%, установленных судом, характера физических и нравственных страданий истца, ее индивидуальных особенностей, преклонного возраста, учитывая, что гибель сына является невосполнимой утратой для матери, в соответствии с требованиями разумности и справедливости, с учетом баланса интересов сторон, принимая во внимание, что выплата компенсации морального вреда является единовременной, суд полагает возможным определить подлежащий взысканию компенсации морального вреда в размере 1000 000,00 рублей, полагая что данный размер отвечает требования разумности и справедливости, не является завышенным. В соответствии с пунктом 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Стороной ответчика не представлено каких-либо относимых и допустимых доказательств тяжелому материальному положению ИП ФИО13, которое препятствовало или делало бы невозможным возмещение вреда.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Учитывая указанные обстоятельства и вышеприведенные нормы закона, суд полагает необходимым взыскать с ответчика ИП ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ЕльН.й Н. Н.евны к индивидуальному предпринимателю ФИО1, Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Кемеровской области - Кузбассу, Государственной инспекции труда в Кемеровской области – Кузбассе, администрации г.Прокопьевска, Территориальной организации г.Прокопьевска и Прокопьевского района Российского независимого профсоюза работников угольной промышленности (РОСУГЛЕПРОФА), Обществу с ограниченной ответственностью «Промышленный Альянс», Обществу с ограниченной ответственностью «Разрез «Березовский» об оспаривании акта о несчастном случае, компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Установить в действиях ФИО4, умершего ДД.ММ.ГГГГ, степень грубой неосторожности в размере 

<

данные изъяты>%.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу ЕльН.й Н. Н.евны компенсацию морального вреда в размере 1 000 000, 00 рублей.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в доход местного бюджета расходы на оплату государственной пошлины в размере 300,00 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд через Заводский районный суд г.Кемерово в течение месяца с даты изготовления мотивированного решения.

Председательствующий И.В. Быкова 

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ

Копия верна: