Судья 1 инстанции Пусева А.А. № 22-236/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

22 января 2025 года г. Иркутск 

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Штыренко О.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ермаковой М.И., 

с участием прокурора Пашинцевой Е.А., 

обвиняемого ФИО1, путем использования систем видео-конференц-связи,

защитников-адвокатов Афанасьева Г.Н., Пустогородской Т.Д.,

переводчика ФИО2, 

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе защитников обвиняемого ФИО1 – адвокатов Афанасьева Г.Н., Пустогородской Т.Д. на постановление Ангарского городского суда Иркутской области от 26 декабря 2024 года, которым в отношении 

ФИО1, (данные изъяты) не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ,

- продлен срок содержания под стражей на 1 месяц 24 суток, а всего до 6 месяцев 00 суток, то есть по 25 февраля 2025 года включительно.

Изложив содержание апелляционной жалобы, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

3 августа 2024 года возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ.

26 августа 2024 года ФИО1 задержан в порядке ст.ст. 91-92 УПК РФ, основанием задержания явилось то, что очевидцы указали на него, как на лицо, совершившее преступление, 

27 августа ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ.

28 августа 2024 года постановлением Ангарского городского суда Иркутской области ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 1 месяц 6 дней, то есть по 2 октября 2024 года включительно.

Срок предварительного следствия и срок содержания ФИО1 под стражей продлевался в установленном законом порядке.

19 декабря 2024 года срок предварительного следствия по делу продлен руководителем следственного органа – врио начальника ГСУ ГУ МВД России по Иркутской области до 7 месяцев 00 суток, то есть по 3 марта 2025 года включительно.

Постановлением Ангарского городского суда Иркутской области от 26 декабря 2024 года срок содержания ФИО1 под стражей продлен на 1 месяц 24 суток, а всего до 6 месяцев 00 суток, то есть по 25 февраля 2025 года включительно.

В апелляционной жалобе защитники обвиняемого ФИО1 – адвокаты Афанасьев Г.Н., Пустогородская Т.Д. просят постановление отменить, избрать в отношении ФИО1 в качестве меры пресечения домашний арест в соответствии с требованиями ст. 107 УПК РФ. 

В обоснование указывают, что мера пресечения в виде домашнего ареста в полной мере обеспечит интересы органа предварительного следствия и исключит со стороны ФИО1 возможность скрыться, продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелю и иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства и иным путем воспрепятствовать производству по делу.

Полагают, что решение вынесено без надлежащей, полной и всесторонней проверки судом доводов органа следствия и сведено к формальной ссылке об обоснованности продления срока следствия и о том, что отсутствуют основания для изменения действующей меры пресечения.

Ссылаясь на Постановление Пленума Верховного Суда РФ №41 от 19 декабря 2013 года, ч. 1 ст. 109 УПК РФ, отмечают, что сторона защиты в ходе судебного заседания обращала внимание суда на отсутствие сведений, подтверждающих полномочия должностного лица, давшего 25 декабря 2024 года следователю согласие на возбуждение перед судом ходатайства о продлении ФИО1 срока содержания под стражей на срок до 6 месяцев 8 суток, а также на то, что постановление от 24 декабря 2024 года не содержит признаков, свидетельствующих о его прохождении в соответствии с существующим порядком документооборота, предусмотренного инструкцией о порядке делопроизводства в системе МВД РФ, утвержденной приказом МВД РФ от 20 июня 2012 года №615. Указывают, что данные доводы оставлены судом без надлежащей проверки и оценки.

Обращают внимание, что собственник квартиры, в которой проживал ФИО1, не возражает против нахождения последнего по данному адресу на мере пресечения в виде домашнего ареста. Указывают, что свидетель ФИО6 по указанному адресу никогда не проживал, зарегистрирован по иному адресу. Данные сведения установлены судами первой и апелляционной инстанции по рассмотрению ходатайств следователя по избранию и продлению срока содержания под стражей в отношении ФИО1 При этом считают, что суд, отказывая в удовлетворении ходатайства об исследовании протоколов судебных заседаний по указанным выше материалам, нарушил принцип состязательности сторон, лишил обвиняемого ФИО1 права предоставления доказательств и права защищаться любым не запрещенным законом способом, дав им юридическую оценку, указывая, что они имеют отношение только к тем ходатайствам, при рассмотрении которых производились судебные заседания.

Апеллянты выражают несогласие с выводами суда о том, что стороной защиты не представлено материалов, свидетельствующих о необходимости изменения обвиняемому меры пресечения на более мягкую, а также о том, что стороной защиты не представлено документов, подтверждающих факт согласия собственника жилого помещения для исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста. Полагают, что такие действия относятся к грубым нарушениям уголовно-процессуального закона, являются недопустимыми, порочат законность принятого решения и влекут его безусловную отмену.

В судебном заседании обвиняемый ФИО1, его защитники - адвокаты Афанасьев Г.Н., Пустогородская Т.Д. доводы апелляционной жалобы поддержали, просили об отмене обжалуемого постановления, изменении меры пресечения на домашний арест.

Прокурор Пашинцева Е.А. возражала против удовлетворения апелляционной жалобы, полагала судебное решение законным и обоснованным.

Проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 109 УПК РФ, содержание под стражей при расследовании преступлений не может превышать 2 месяца. В случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев суд при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения может продлить этот срок в порядке ст. 108 УПК РФ до 6 месяцев. 

Согласно ст. 110 УПК РФ, мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ.

Как видно из представленных материалов требования вышеприведенных норм закона при решении вопроса о продлении ФИО1 срока содержания под стражей, соблюдены.

Удовлетворяя ходатайство следователя о продлении срока содержания под стражей в отношении ФИО1, судья мотивировал свои выводы. 

Мера пресечения в виде заключения под стражу была избрана в отношении ФИО1 с учетом личности обвиняемого, тяжести предъявленного обвинения, оснований и обстоятельств, предусмотренных ст.ст. 97, 99 УПК РФ. При избрании меры пресечения судом проверялась законность задержания ФИО1 Постановление об избрании в отношении последнего меры пресечения в виде заключения под стражу от 28 августа 2024 года вступило в законную силу и не отменено.

Основания, учтенные судом при избрании меры пресечения, на момент рассмотрения ходатайства о продлении срока содержания под стражей были вновь проверены судом. Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда о том, что на момент рассмотрения ходатайства указанные основания не утратили своей актуальности. Новых обстоятельств, свидетельствующих о необходимости изменения меры пресечения на не связанную с лишением свободы, по материалу не имеется.

Материалы, представленные суду в подтверждение необходимости продления в отношении ФИО1 срока содержания под стражей, являются достаточными для вывода об обоснованности подозрения в причастности ФИО1 к преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 111 УК РФ.

Характер инкриминируемого ФИО1 деяния, относящегося к категории тяжких, направленного против жизни и здоровья, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на длительный срок, а также полные данные о личности ФИО1, обстоятельства, предусмотренные ст. 99 УПК РФ, позволили суду первой инстанции при решении вопроса о продлении избранной в отношении обвиняемого меры пресечения прийти к выводу о наличии оснований полагать, что, находясь на свободе, обвиняемый ФИО1, под тяжестью предъявленного обвинения может скрыться от органов предварительного следствия и суда, поскольку устойчивых связей на территории РФ не имеет, регистрации на территории РФ также не имеет, является гражданином другого государства, до задержания проживал в арендованной квартире, соответственно может покинуть территорию РФ, чем воспрепятствует производству по уголовному делу; может оказать давление на свидетелей, с целью изменения изобличающих его показаний последними, в частности оказать давление на свидетеля ФИО8, данные о месте проживания которого ему известны.

В связи с этим, тяжесть предъявленного ФИО1 обвинения не является единственным основанием, обосновывающим выводы суда о невозможности изменения обвиняемому меры пресечения, в том числе на предложенные стороной защиты - домашний арест, залог, поскольку они не смогут в полном объеме обеспечить достижение целей, предусмотренных ст. 97 УПК РФ.

О наличии у обвиняемого места жительства, отсутствии намерений скрываться и оказывать давление на свидетелей, было известно суду, и данные обстоятельства учитывались судом при решении вопроса о продлении срока содержания под стражей. При этом сами по себе данные обстоятельства, как каждое в отдельности, так и в совокупности, не предопределяют необходимость отмены избранной меры пресечения, с учетом наличия установленных обстоятельств, предусмотренных ст.ст. 97, 99 УПК РФ. 

Установленные судом основания, послужившие поводом для продления срока содержания обвиняемого под стражей, вопреки доводам апелляционной жалобы, соответствуют фактическим обстоятельствам, надлежаще подтверждаются представленными материалами, соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, не противоречат разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий». 

Доводы о незаконности и необоснованности выводов суда о наличии обстоятельств, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, фактически сводятся к переоценке доказательств. Вместе с тем, оснований для иной оценки доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется.

Отсутствие оснований для изменения или отмены меры пресечения судом в достаточной степени мотивировано.

Срок содержания под стражей обвиняемого установлен в пределах срока предварительного расследования, который продлен уполномоченным на то должностным лицом. 

Вопреки доводам жалобы, при решении вопроса о продлении обвиняемому меры пресечения суд первой инстанции проверил ходатайство следователя о том, что закончить предварительное расследование по уголовному делу не представляется возможным, в связи с необходимостью проведения процессуальных действий. 

Фактов волокиты и несвоевременного проведения следственных действий, а также других обстоятельств, свидетельствующих о необоснованном продлении в отношении ФИО1 сроков содержания под стражей, не установлено. Доводы о том, что по делу длительное время следователем назначаются экспертизы, сводятся к несогласию с тактикой проводимого расследования. При этом, суд апелляционной инстанции учитывает, что ход и порядок расследования уголовного дела определяется следователем самостоятельно.

Оснований полагать, что срок содержания обвиняемого под стражей продлен для выполнения одних и тех же следственных и процессуальных действий, указанных в предыдущих ходатайствах следователя, у суда апелляционное инстанции не имеется. Из представленного материала следует, что в пределах ранее установленного срока содержания обвиняемого под стражей следователем выполнен ряд следственных и процессуальных действий, и с учетом фактических обстоятельств предъявленного обвинения и объема, собираемых по делу доказательств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что причины, по которым следствием своевременно не окончено расследование уголовного дела, являются объективными. Принимая во внимание стадию досудебного производства по делу и необходимость проведения того объема следственных и процессуальных действий, который запланирован следователем и указан в ходатайстве, суд апелляционной инстанции полагает, что испрашиваемый следователем срок продления обвиняемому срока содержания под стражей является необходимым и разумным.

Каких - либо документов, свидетельствующих о наличии у ФИО1 заболеваний, препятствующих содержанию его в условиях следственного изолятора, в материалах дела не содержится, суду первой инстанции и суду апелляционной инстанции они не представлены. 

Таким образом, оснований для отмены судебного решения по доводам стороны защиты, суд апелляционной инстанции не находит. Также не находит оснований для изменения обвиняемому меры пресечения на иную, не связанную с изоляцией от общества, в том числе, на домашний арест по иному адресу, на залог, поскольку на данной стадии уголовного судопроизводства только мера пресечения в виде заключения под стражу обеспечит надлежащее поведение обвиняемого. Несмотря на то, что риск ненадлежащего поведения обвиняемого уменьшается по мере течения срока содержания под стражей, однако, в настоящий момент нельзя прийти к выводу, что этот риск уменьшился в той степени, которая исключала бы необходимость дальнейшего содержания под стражей ФИО1 с учетом всех сведений о личности обвиняемого, стадии судопроизводства, иных исследованных судом обстоятельств в их совокупности.

Судебное заседание по рассмотрению ходатайства следователя о продлении в отношении ФИО1 срока содержания под стражей проведено полно и объективно, с соблюдением всех требований уголовно-процессуального закона, нарушений прав обвиняемого не допущено.

Доводам стороны защиты об отсутствии полномочий должностного лица, давшего 25 декабря 2024 года следователю согласие на возбуждение перед судом ходатайства о продлении ФИО1 срока содержания под стражей, о том, что постановление от 24 декабря 2024 года не содержит признаков, свидетельствующих о его прохождении в соответствии с существующим порядком документооборота, предусмотренного инструкцией о порядке делопроизводства в системе МВД РФ, утвержденной приказом МВД РФ от 20.06.2012 №615, судом первой инстанции была дана оценка, с ней соглашается суд апелляционной инстанции. 

Законность, обоснованность и справедливость обжалуемого постановления судом апелляционной инстанции проверены в полном объеме, в соответствии с положениями ст. 38919 УПК РФ. 

Постановление суда соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ. Ссылка суда в описательно-мотивировочной части постановления на избрание обвиняемому ФИО1 меры пресечения 26 августа 2024 года вместо 28 августа 2024 года, суд апелляционной инстанции признает технической ошибкой, не влияющей на существо принятого решения.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение постановления, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы защитников обвиняемого ФИО1 – адвокатов Афанасьева Г.Н., Пустогородской Т.Д. не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Ангарского городского суда Иркутской области от 26 декабря 2024 года в отношении обвиняемого ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитников обвиняемого ФИО1 – адвокатов Афанасьева Г.Н., Пустогородской Т.Д., – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 471 УПК РФ, непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово).

В случае обжалования обвиняемый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении кассационной жалобы судом кассационной инстанции. 

Судья: подпись О.В. Штыренко

Копия верна, судья