Дело № 1-61/2019 УИД № 32RS0010-01-2019-000234-55

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

20 августа 2019 года г. Жуковка Брянской области

Жуковский районный суд Брянской области в составе председательствующего судьи Орехова Е.В.,

при секретаре Абрамовой И.В.,

с участием государственных обвинителей Каргина С.В., ТарасовааО.Л., Максимовой Н.П.,

подсудимого ФИО3, 

защитника подсудимого - адвоката негосударственной некоммерческой организации «Брянская областная коллегия адвокатов» ФИО4, представившей удостоверение № и ордер № от 15.05.2019 года, 

потерпевшей ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО3, 

<

данные изъяты>, несудимого, 

задержанного в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ 27 января 2019 года, содержащегося под стражей с 28 января 2019 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

26 января 2019 года в период времени с 22 час. 00 мин. до 22 час. 30 мин. ФИО3, находясь жилом доме, расположенном по адресу: 

<

адрес>, в ходе ссоры с ФИО2, а также после противоправных действий последней, выразившихся в том, что ФИО2 требовала у него приобрести спиртные напитки, а после отказа в этом взяла в руки нож и, демонстрируя его ФИО3, спровоцировала конфликт, ФИО3 схватил сидевшую рядом с ним на кровати ФИО2 правой рукой, прижав к себе и ограничил ее движения, при этом ФИО3 взял в левую руку со стоящей рядом с кроватью табуретки кухонный нож хозяйственно-бытового назначения и, удерживая ФИО2, другой рукой приставил клинок данного ножа к передней поверхности шеи ФИО2 слева. Поскольку ФИО2 продолжала конфликт, после угроз и оскорблений последней ФИО3, из неприязненных отношений к ней, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя наступление общественно опасных последствий в виде смерти ФИО2, умышленно надавил на рукоять ножа, тем самым введя клинок ножа в переднюю поверхность шеи ФИО2 слева, причинив ей слепое колото-резаное ранение передней поверхности шеи слева с повреждениями по ходу раневого канала левой сонной артерии и вены с кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани, относящееся по степени тяжести вреда здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения к тяжкому вреду здоровью, повлекшее за собой острую кровопотерю, которая и явилась непосредственной причиной смерти потерпевшей ФИО2. В результате возникшей острой кровопотери, вследствие причиненного ФИО3 вышеуказанного колото-резаного ранения ФИО2, последняя скончалась на месте происшествия.

Подсудимый ФИО3 свою вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ не признал и показал, что ФИО2 явилась его сожительницей, ранее они состояли в зарегистрированном браке, проживали совместно по адресу: 

<

адрес>. 26 января 2019 года около 22 часов он находился дома, спал. ФИО2 пришла домой пьяная, разбудила его, стала требовать, чтобы он сходил за спиртным. На его отказ она стала кричать, что сейчас «позвонит блатным, приедут, убьют», стала угрожать, схватила с табуретки нож, начала им махать. Сидя на кровати слева от ФИО2, он взял второй нож, лежавший там же, в свою левую руку, а правой рукой обхватил ФИО2 вокруг шеи и стал удерживать ее правую руку с ножом. При этом нож в его руке находился на уровне его груди, острием вверх. Пытаясь заблокировать движения ФИО5, он подтянул ее к себе, в результате чего клинок оказался вблизи ее шеи слева. В ходе потасовки ФИО5 вырывалась, «болталась» из стороны в сторону и в какой-то момент наскочила на нож. После этого из ее шеи началось обильное кровотечение. ФИО2 успела сказать только: «Что ты наделал?». Он ей ответил: «Ты сама этот сделала». После чего он встал, вышел в кухню, где бросил нож в таз с водой, а также обмыл руки от крови. Когда входил в кухню, то услышал, как ФИО2 упала, когда он вернулся, последняя уже лежала на полу. С какой целью взял нож в руки, пояснить не может, предполагал, что он может быть использован как орудие и причинить вред, однако умысла на причинение смерти ФИО2 у него не было, смерть причинил по неосторожности, т.к. ФИО2 сама наскочила на нож. После случившегося пошел к участковому 

<

данные изъяты>, а поскольку того не оказалось дома, пошел к своему знакомому ФИО6, чтобы позвонить в полицию. Поскольку тот ему не поверил, он пришел к своему знакомому 

<

данные изъяты> и там рассказал, что зарезал ФИО2. Потом зашел к соседям 

<

данные изъяты>, оттуда и позвонил в полицию.

В связи с противоречиями в показаниях ФИО3 в суде, оглашены показания подозреваемого и обвиняемого ФИО3, данные в ходе предварительного следствия. 

Из оглашенного в судебном заседании протокола допроса подозреваемого ФИО3 от 27.01. 2019 года следует, что 26.01.2019 года около 22 час. он спал дома, когда пришла ФИО2, и разбудив его, потребовала, чтобы он сходил и купил ей самогон. Когда он ответил ей, что у него нет денег, ФИО2 села справа от него на кровати, схватила со стоявшей напротив кровати табуретки нож с пластиковой рукояткой в свою левую руку, при этом закричав: «Зарежу». Он схватил левой рукой остававшийся на табурете нож с деревянной рукояткой, а ФИО2 схватил за туловище правой рукой, при этом прижимая ее к себе, чтобы она его не пырнула, начал ее дергать, сказав: «да я сам тебя» и, поставив нож острием вверх на кровати, вновь дернул ФИО2 на себя, после чего та упала шеей на нож. После этого у ФИО2 началось сильное кровотечение. Затем ФИО2 встала с кровати, при этом переложила нож из левой руки в правую и, пройдя несколько шагов в сторону, упала на живот и перестала подавать признаки жизни.

Из оглашенного в судебном заседании протокола допроса обвиняемого ФИО3 от 29 января 2019 года следует, что 26.01. 2019 года около 22 час. в ходе конфликта с ФИО2 последняя, сидя справа от него на кровати, схватила в левую руку один из ножей, находившихся на табуретке, а именно нож с пластиковой рукояткой, при этом закричав: «зарежу, сейчас блатным позвоню, приедут…». Он также схватил нож с деревянной рукоятью, остававшийся на табурете, в левую руку, при этом схватил ФИО2 за правое плечо, и прижимая к себе, чтобы она его не пырнула, сказал: «да я сам тебя», и нанес ей удар в область шеи. После этого у ФИО2 началось сильное кровотечение и она скатилась на пол. Он же прошел в кухню, бросил нож в таз с водой и вымыл руки. Убивать ФИО2 не хотел, был зол на ее поведение и потому тоже схватил нож и «ткнул» ей в область шеи. Осознавал, что нанося удар ножом ФИО2, мог причинить ей смерть, однако не думал об этом.

Согласно оглашенным показаниям обвиняемого ФИО3, допрошенного 23.04. 2019 года, тот показал, что в ходе ссоры с ФИО2, сидя на кровати, схватил ее за правое плечо правой рукой и прижимая к себе, чтобы она не ударила его ножом, находившимся в ее левой руке, приставил нож к левой части шеи ФИО2, и поскольку та продолжала оскорблять его и угрожать, его данные высказывания разозлили и он, сказав ей: «да я сам тебя», стал подвигать тело ФИО2 к себе, а клинок ножа стал вводить в шею ФИО2. При этом ФИО2 пыталась вырваться, и в ходе того как она «дергалась», клинок ножа вошел в шею на незначительное расстояние. Убивать ФИО2 не хотел, был на нее зол, хотел напугать. У него была возможность нанести ей удар, загнав клинок в шею ФИО2 по рукоять, однако он этого не сделал. Осознавал, что нанося удар ножом ФИО2, мог причинить ей смерть, однако не придавал на тот момент этому никакого значения. При этом показал, что, вероятно, перепутал, что нож находился у ФИО2 в левой руке, поскольку нож не перекладывался. 

Относительно противоречий в показаниях в суде и показаниях на предварительном следствии подсудимый ФИО3 показал, что нож у ФИО2 находился в правой руке постоянно, как во время конфликта, так и после того, как она упала на пол. Того, чтобы она перекладывала нож в другую руку, он не видел. Показания как в качестве подогреваемого, так и обвиняемого давал в присутствии защитника, знакомился и подписывал их, давления какого-либо со стороны следователя на него не было. То, чтобы он высказывался в адрес ФИО2 в ответ на ее действия: «да я сам тебя», такого не помнит. Кроме того, не наносил удар и не вводил клинок ножа в шею ФИО2 сознательно.

Несмотря на то, что ФИО3 не признал вину в преступлении, предусмотренном ч.1 ст. 105 УК РФ, виновность подсудимого ФИО3 в совершении указанного преступления подтверждается следующими доказательствами. 

Потерпевшая ФИО1 показала суду, что ФИО2 приходилась ей родной сестрой. О том, что 26.01. 2019 года ФИО3 «зарезал» ее сестру, ей стало известно на следующий день утром от участкового. ФИО3 с ФИО2 проживали вместе длительное время, ранее состояли в браке. Между ним бывали ссоры, как и в каждой семье, по поводу драк между ними ей ничего не известно. ФИО2 может охарактеризовать нейтрально, вместе с тем, если ее задеть она могла вести себя агрессивно. Скандалы возникали, в т.ч. по поводу того, что ФИО3 нигде не работал и не приносил заработок в семью.

Свидетель 

<

данные изъяты> показал суду, что 26 января 2019 года около 24 часов к нему домой пришел ФИО3, который сказал, чтобы он вызывал полицию, так как он убил ФИО2. Конкретно он ему ничего не пояснял, сказал: «Вызывай полицию, я завалил «Лопариху». «Лупариха» – это прозвище ФИО2. Он не поверил, так как ФИО3 характеризуется как спокойный уравновешенный человек, хотя и злоупотребляет спиртным. Знает, что ФИО3 с ФИО2 вместе злоупотребляли спиртными напитками, у них часто происходили скандалы, драки. ФИО2, особенно в состоянии алкогольного опьянения, могла быть агрессивной. ФИО3 напротив, даже выпивший, был спокоен, на конфликты не шел. 

Свидетель 

<

данные изъяты> показал суду, что поздно вечером в конце января 2019 года к нему домой пришла ФИО2, которая находилась в состоянии сильного алкогольного опьянения, позвала его к себе домой выпить спиртного. Находилась она у него около 5-10 минут. После того как она ушла, через 20-30 минут пришел ФИО3, который сказал: «Все, нет Наташи. Я ее убил». Также ФИО3 сказал, что лежал на диване, ФИО2 пришла домой, устроила скандал, пошла на него с ножом. На табуретке лежал еще один нож, он махнул им ей в шею, пошла кровь. Он встал и сразу ушел, а она осталась в доме. ФИО3 ему сказал, что пойдет сдаваться, и ушел. ФИО2 может охарактеризовать, как человека агрессивного, особенно после употребления алкоголя. Она неоднократно выгоняла ФИО3 из дома, однако потом он к ней возвращался. 

Свидетель 

<

данные изъяты> показала суду, что 26 января 2019 года, около полуночи находилась дома со своей сестрой 

<

данные изъяты> В это время к ним пришел ФИО3 который сказал, что убил тетю Наташу и попросил их вызвать полицию. Также он рассказал, что спал дома, а ФИО2 пришла домой пьяная, начала его выгонять, и у них случился конфликт. Также он сказал, что ударил ей по горлу ножом, хотел отмахнуться и попал по горлу. Тогда они с сестрой не поняли, то ли он взял нож, то ли он у нее выхватил. Они позвонили в полицию, и ФИО3, взяв трубку, сказал, что убил женщину. ФИО2 при жизни всегда характеризовалась как человек, вступающий в конфликты. ФИО3, напротив, характеризует как спокойного, доброго, неконфликтного человека.

В судебном заседании оглашены показания свидетеля 

<

данные изъяты>, данные в ходе предварительного следствия, из которых следует, что ФИО3 рассказал 

<

данные изъяты>, что в ходе конфликта с ФИО2, последняя схватилась за нож и попыталась ударить его, после чего ФИО3 также схватился за нож, и в ходе драки с ФИО2 ударил последнюю в шею ножом, из-за чего та умерла.

Правдивость данных показаний свидетель 

<

данные изъяты> подтвердила в судебном заседании.

Свидетель 

<

данные изъяты> показала суду, что поздно вечером 26 января 2019 года, к ним домой пришел ФИО3 Он сразу попросил вызвать полицию, пояснив, что убил свою сожительницу. Рассказал, что она пришла домой пьяная, начала выгонять его, у них произошла драка. ФИО2 со всеми конфликтовала, ФИО3, напротив, всегда был спокойным. ФИО3 позвонил в полицию, сказал фамилию, назвал адрес, сказал, что он убил ее и ушел.

Свидетель 

<

данные изъяты> показал суду, что на тот момент работал участковым, 26.01. 2019 года из полиции ему поступила информация о том, что ФИО3 убил свою сожительницу. Не доходя до дома последнего, он встретил ФИО3, который сказал, что его «можно забирать» и что он убил сожительницу. Они вместе прошли в его дом, где он действительно обнаружил ФИО2 мертвой. Он сообщил в дежурную часть, что информация подтвердилась, стал дожидаться следственной группы. ФИО3 сказал ему, что в ходе выяснения отношений ударил ФИО2 ножом непреднамеренно. А когда начались следственные действия, то ФИО3 стал пояснять, что в ходе драки между ним и ФИО2 они упали на кровать, и последняя наткнулась на нож.

Из показаний свидетеля 

<

данные изъяты>, оглашенных в судебном заседании, следует, что она проживает с 

<

данные изъяты> 26.01.2019 года около 23 час. к ним пришел ФИО3, который живет по соседству. Он был очень взволнован, сказал, что «Лупарихи» больше нет, сказал, что он ее «порешил», то есть она поняла, что ФИО3 убил ФИО7 После чего ФИО3 сказал, что пошел сдаваться полиции, и ушел.

В ходе осмотра места происшествия был осмотрен жилой дом по адресу: 

<

адрес>, где обнаружен труп ФИО2 с ножевым ранением в области передней поверхности шеи слева. С места осмотра изъяты в т.ч. нож в тазу с водой в помещении кухни; нож, обнаруженный в правой руке трупа ФИО2; четыре ножа, обнаруженные в помещении кухни, одежда ФИО2 с пятнами красного цвета, похожими на кровь, свитер серого цвета с пятнами красного цвета, похожими на кровь, в котором, как пояснил ФИО3, он находился в момент борьбы с ФИО2 и который потом снял и бросил на пол, иная одежда ФИО3, надетая на него (т. 1 л.д. 8-30).

В ходе судебно-медицинской экспертизы трупа, проводившейся 28.01. 2019 года, у ФИО2 были обнаружены следующие телесные повреждения: слепое колото-резаное ранение передней поверхности шеи слева, с повреждением по ходу раневого канала левой сонной артерии и вены, с кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани, обычно у живых лиц относящиеся к тяжкому вреду здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения; данное телесное повреждение причинено колюще-режущим предметом, который имел относительно достаточную заточку и острие. 

Слепое колото-резаное ранение передней поверхности шеи слева, с повреждением по ходу раневого канала левой сонной артерии и вены, с кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани в данном случае повлекло за собой развитие острой кровопотери, которая и явилась непосредственной причиной смерти ФИО2. Между причиненным слепым колото-резаным ранением передней поверхности шеи слева с повреждением по ходу раневого канала левой сонной артерии и вены, с кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани и непосредственной причиной смерти потерпевшей имеется прямая причинно – следственная связь, через осложнение. При судебно-химическом исследовании крови и почки от трупа ФИО2 обнаружен этиловый спирт в концентрации: в крови – 2,36%, в почке – 0,98% смерть ФИО2 наступила в срок до 1-2 суток до начала судебно –медицинской экспертизы (т. 1 л.д. 48-57).

Исходя из вышеуказанного заключения эксперта слепое ранение передней поверхности шеи слева составляет не менее 3,5 см в глубину.

Допрошенный в судебном заседании эксперт 

<

данные изъяты>, проводивший экспертизу трупа ФИО2, показал, что причинение данного телесного повреждения возможно как при резком ударе, так и при надавливании. При этом для глубины данной раны (3,5 см), учитывая, что рана ровная, ее стенки и края, причинение данного телесного повреждения при падении на нож фактически исключается. В данном случае причинение такой раны возможно при ударе или надавливании с незначительной силой. При этом при любом механизме причинения данного телесного повреждения, - локальный удар в область шеи, -надавливание на нож, нож должен быть плотно фиксирован возле шеи. При этом не исключается случайное причинение телесного повреждения, когда движение тела осуществляется в строну ножа, но опять же, если нож удерживается крепко непосредственно в области шеи. Если нож свободно удерживается в руке, то подобной раны, скорее всего, не могло быть, так как ткани шеи имеют определенную упругость, и нож, вероятнее всего, отскочил бы от тела. Также причинение телесного повреждения могло иметь место как при размахивании ножом, так движении шеи на нож. С точки зрения медицины механизм удара тела о предмет, в данном случае удар шеей о нож, плотно фиксированный в руке, также возможен. 

Из рапорта оперативного дежурного МО МВД России «Жуковский» следует, что 27.01.2019 года в 00 часов 11 минут в дежурную часть полиции поступило сообщение от ФИО3 о том, что он убил свою сожительницу ФИО2. (т.1 л.д. 71).

Из протокола осмотра трупа следует, что 28.01.2019 года в помещении морга ГБУЗ 

<

данные изъяты> был осмотрен труп ФИО2, у которой на передней поверхности шеи слева в средней трети определяется щелевидная рана. Края раны ровные, кровоподтечные, раневой канал имеет направление спереди назад, снизу вверх, слева направо, при условии нормально физиологического расположения тела потерпевшего, глубина раневого канала 3,5 см (т. 1 л.д. 73-75).

Согласно заключению эксперта № от 06.02.2019 года (экспертиза вещественных доказательств), на футболке, штанах, свитере, носках, тапках ФИО2, штанах ФИО3, свитере (сером) (№ 2), простыне, пододеяльнике, изъятых в ходе осмотра места происшествия, обнаружена кровь человека, происхождение которой возможно за счет ФИО2. (т.1 л.д.96-101). 

Согласно заключению эксперта № от 12.02.2019 года, нож, представленный на экспертизу, изъятый из таза с водой в кухне дома № по 

<

адрес>, имеет рукоять из материала, похожего на дерево, длину клинка 96 мм, наибольшую ширину 24 мм. На клинке представленного на экспертизу ножа кровь и пот не обнаружены, обнаружены единичные эпителиальные клетки, установить генетические признаки которых не представляется возможным. На рукояти ножа обнаружена смесь крови и пота, содержащего эпителиальные клетки, которая произошла в результате смешения генетического материала от ФИО2 и двух или более неизвестных лиц, в том числе и мужского генетического пола, и не произошла от ФИО3 (т. 1 л.д.117-121).

В ходе исследования вещественных доказательств по делу, ФИО3 подтвердил, что именно данный нож находился у него в левой руке в ходе борьбы с №

Кроме того, в ходе экспертизы вещественных доказательств № 036-2019 от 26.03.2019 года препарата кожи от трупа ФИО2 установлено, что на препарате кожи передней поверхности шеи имеется одно сквозное повреждение, которое было причинено одним колюще-режущим предметом. Конструктивные особенности представленных на исследование ножей, условно обозначенных №№1-6, не исключают возможность причинения колото-резаного повреждения тела ФИО2 клинком представленного на исследование ножа № 1 (на который в ходе судебного следствия указал ФИО3 как на нож, находившийся у него в руке) и исключают возможность причинения колото-резаного повреждения тела ФИО2 клинками представленных на исследование ножей №№2-6 (т. 1 л.д. 166-175).

Таким образом, сопоставляя заключения экспертиз № от 12.02.2019 года и № от 26.03.2019 года с показаниями ФИО3, суд приходит к выводу, что нож, который использовал ФИО3 в ходе конфликта с ФИО2, является ножом №1 (с рукоятью из материала, похожего на дерево).

Согласно заключению эксперта № от 12.02.2019 года, на клинке представленного на экспертизу ножа, обнаруженного в руке трупа ФИО2, обнаружена смесь крови и эпителиальных клеток, которая произошла в результате смешения генетического материала от ФИО3 и ФИО2. На рукояти представленного на экспертизу ножа обнаружен пот, содержащий эпителиальные клетки, который произошел в результате смешения генетического материала от ФИО3 и ФИО2 (т. 1 л.д. 129-133). В ходе исследования вещественных доказательств по делу, ФИО3 подтвердил, что данный нож находился в правой руке ФИО2 как в ходе конфликта, так и после того, как последняя упала на пол, он остался у нее в правой руке.

Из заключения эксперта от 28.01.2019 года № следует, что у ФИО3 каких-либо телесных повреждений не установлено (т.1 л.д.88).

Протоколами осмотра предметов от 15.04.2019 года осмотрены и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств: нож, обнаруженный в тазе с водой в помещении кухни дома № по 

<

адрес>; нож, обнаруженный в правой руке трупа ФИО2; футболка, штаны, носки, тапки, свитер ФИО2; штаны, шерстяной и трикотажный свитеры ФИО3; простыня с кровати, пододеяльник; препарат кожи с трупа ФИО2. (т. 1 л.д. 205-226).

Исходя из протокола проверки показаний на месте от 31.01.2019 года и фототаблицы к нему ФИО3 показал, каким образом произвел удар, т.е. ввел нож в переднюю поверхность шеи слева ФИО2. (т.1 л.д. 145-156). Каких-либо замечаний к протоколу ФИО3 не высказал, в судебном заседании подтвердил, что нож по отношению к шее ФИО2 находился в положении согласно фотоиллюстрациям к протоколу. 

Все вышеперечисленные доказательства суд принимает как допустимые, поскольку они собраны в соответствии с УПК, их совокупность суд признает достаточной для признания подсудимого виновным в совершении им деяния, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ. 

Показания, данные ФИО3 в качестве подозреваемого о том, что ФИО2 упала шеей на нож, какого-либо объективного подтверждения не нашли и были опровергнуты показаниями эксперта о том, что характер и глубина раны исключают ее причинение при падении.

Версию подсудимого и его защитника о том, что смерть ФИО2 наступила в результате действий самой потерпевшей, а именно: в ходе борьбы с ФИО3, ФИО2, вертя головой, наткнулась на лезвие ножа, - суд считает также несостоятельной, так как данная версия появилась у подсудимого только в ходе судебного разбирательства. Несмотря на то, что допрошенный судом эксперт не исключил удар ФИО2 шей о нож, данные обстоятельства не нашли своего подтверждения ни в ходе предварительного следствия, ни в заключении эксперта, в котором лишь указано, что слепое колото-резанное ранение причинено от локального воздействия острого колюще-режущего предмета. В суде же экспертом высказано лишь предположение, которое не исключает иных версий. Учитывая, что подсудимый ФИО3 в суде изменил показания, ранее указанную версию не приводил, суд считает ее недостоверной, полагая, что она является избранным им способом защиты, и такие показания даны суду с целью уйти от ответственности за содеянное.

Ввиду изложенного, доводы стороны защиты о том, что действия ФИО3 следует квалифицировать по ч. 1 ст. 109 УК РФ, т.е. как причинение смерти по неосторожности и ввиду небрежности ФИО3, надуманны и объективного подтверждения не нашли.

Напротив, из показаний ФИО3, допрошенного в качестве обвиняемого, следует, что вину он признавал частично, указывал, каким образом удерживал ФИО2 и наносил удар ножом (вводил клинок ножа в шею), а также то, что осознавал последствия своих действий в виде смерти ФИО2, однако не придавал этому значения. Такие же показания ФИО3 давал в ходе проверки показаний на месте.

Данные обстоятельства подтверждаются заключением эксперта № от 28.01.2019 года (экспертиза трупа), согласно которому глубина раневого канала телесного повреждения ФИО2 составляет 3,5 см, т.е. является незначительной по отношению к длине клинка (9,6 см). При этом данное ранение (по показаниям эксперта) могло быть причинено с приложением незначительной силы, что согласуется с показаниями обвиняемого ФИО3, что он, ограничив движения ФИО2 и подвигая ее к себе, фиксируя клинок ножа у шеи ФИО2, ввел его в шею последней на незначительную глубину. 

Таким образом, показания ФИО3, данные им при допросах в качестве обвиняемого и в ходе проверки показаний на месте в присутствии защитника, суд кладет в основу приговора, поскольку они являются последовательными и согласуются с другими исследованными в суде доказательствами. Сведения об обстоятельствах преступления, которые в ходе следствия сообщил ФИО3, не могли быть навязаны ему, и в последующем получили свое объективное подтверждение.

На то, что убийство ФИО2 было совершено ФИО3 умышленно, указывает способ и орудие преступления (нож достаточной заточки), локализация раны в жизненно важном органе – шее, имеющей крупные кровеносные сосуды. Вместе с тем незначительная глубина раны и незначительное приложение силы при его введении, а также показания обвиняемого ФИО3 о том, что он имел возможность ввести нож по рукоять, однако не сделал этого, свидетельствует о том, что в данной ситуации подсудимый ФИО3 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти потерпевшей, не желал, но сознательно относился к ним безразлично.

Суд считает, что мотивом совершения преступления являлись неприязненное отношение ФИО3 к ФИО2. Так, в суде ФИО3 не смог определенно высказаться, с какой целью он взял в руки нож. Однако, при допросах в ходе предварительного следствия указывал, что был зол на ФИО2 ввиду ее поведения. Предшествующие преступлению взаимоотношения ФИО3 и ФИО2 также характеризовались частыми ссорами, в т.ч. ввиду конфликтности ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения, на что указывают показания допрошенных судом свидетелей. Ввиду этого показания ФИО3 в качестве обвиняемого о том, что он схватил нож, т.к. «был очень разозлен, поскольку ему надоело, что ФИО2 постоянно его избивает и оскорбляет», суд находит правдивыми и позволяет прийти к выводу, что возникшая неприязнь послужила мотивом убийства ФИО2, а поводом – неправомерное поведение последней.

Поведение ФИО3, который в ходе ссоры не покинул место конфликта, а напротив, воспользовался ножом в ответ на угрозы ФИО2, при этом, будучи допрошенным в качестве как подозреваемого, так и обвиняемого, последовательно указывал, что словесно высказывал ФИО2: «да я сам тебя», в совокупности указывает на то, что действия ФИО3 были умышленными. Также суд учитывает, что ФИО3 сразу же после этого покинул помещение дома, не пытался выяснить состояние потерпевшей, а также возможность оказания ей какой-либо помощи.

Таким образом, суд исходит из того, что подсудимый в ходе ссоры со своей сожительницей ФИО2 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел наступление последствий своих действий в виде смерти ФИО2, однако, относясь к ним безразлично, умышленно подставил к шее ФИО2 нож, имеющий достаточную заточку, надавил на него, тем самым введя его острие в переднюю поверхность шеи ФИО2 слева, причинив данными действиями телесное повреждение, относящееся по степени тяжести вреда здоровью в момент причинения к тяжкому, что повлекло за собой острую кровопотерю, которая и явилась непосредственной причиной смерти потерпевшей ФИО2.

Рассмотрев и исследовав доказательства по делу, суд приходит к выводу, что виновность подсудимого ФИО3 в совершении вышеуказанного преступления доказана, и квалифицирует его действия по ч. 1 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

При назначении вида и размера наказания подсудимому суд, руководствуясь ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, обстоятельства, смягчающие наказание, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного.

Подсудимый ФИО3 совершил умышленное преступление, отнесенное законом к категории особо тяжких преступлений против личности (ч.5 ст.15 УК РФ).

Из характеризующих личность подсудимого ФИО3 данных следует, что он по месту жительства и со стороны участкового уполномоченного полиции характеризуется удовлетворительно, при этом не работает, склонен к употреблению спиртных напитков, судимости не имеет, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит.

Согласно заключению судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов) от 01 марта 2019 года № однородной амбулаторной первичной судебно-психиатрической экспертизы, ФИО3 

<

данные изъяты>. В применении принудительных мер медицинского характера он не нуждается и может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания, а также осуществлять свои процессуальные права и обязанности (т. 1 л.д. 108-109).

У суда нет оснований сомневаться в выводах заключения судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов) однородной амбулаторной первичной судебно-психиатрической экспертизы, оно обоснованно, составлено в соответствии с требованиями закона, содержит аргументацию и мотивировку сделанных экспертами выводов. Обстоятельств, вызывающих сомнение в психическом здоровье подсудимого ФИО3, судом не установлено, в судебном заседании он вел себя адекватно. Суд считает, что подсудимый ФИО3 осознавал фактический характер и общественную опасность своих действий и руководил ими в период совершения преступления, в связи с чем признает подсудимого ФИО3 вменяемым.

Смягчающими наказание обстоятельствами суд, на основании ч.2 ст.61 УК РФ, учитывает признание ФИО3 вины частично, того факта, что его действия повлекли смерь ФИО2, раскаяние его в этом.

Поскольку ФИО3 осуществил звонок в полицию о совершенном преступлении, что подтверждается соответствующим рапортом полиции, кроме того, сам явился к участковому полиции непосредственно после совершения преступления, суд расценивает его действия как явку с повинной и учитывает смягчающим обстоятельством согласно п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Кроме того, судом установлена противоправность поведения потерпевшей, явившаяся поводом для совершения преступления, что согласно п. «з» ч.1 ст. 61 УК РФ учитывается как смягчающее наказание подсудимому обстоятельство.

Суд не усматривает в поведении подсудимого ФИО3 в период предварительного следствия активного способствования раскрытию и расследованию преступления, поскольку его участие в производстве по делу не выходило за рамки совершаемых процессуальных действий, обычно проводимых с участием подозреваемых и обвиняемых в таких случаях, кроме того, ФИО3 в ходе следствия давал противоречивые показания.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, а также существенно уменьшающих степень их общественной опасности, дающих основание для применения ст.64 УК РФ, равно как и оснований для применения ч.6 ст.15 УК РФ, суд не усматривает.

Обсудив вопрос о виде и сроке наказания, суд, учитывая общественную опасность совершенного преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и обстоятельства его совершения, личность виновного и личность потерпевшей, спровоцировавшей ссору, суд, с учетом тяжести совершенного преступления, несмотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств, в целях восстановления социальной справедливости и предупреждения совершения новых преступлений, полагает назначить наказание подсудимому ФИО3, исходя из целей наказания, предусмотренных ст.43 УК РФ, в виде реального лишения свободы, так как его исправление и перевоспитание возможно только в условиях изоляции от общества.

Суд считает, что оснований для применения ст. 73 УК РФ при назначении наказания подсудимому ФИО3 не имеется.

Данные о личности подсудимого, его возрасте и состоянии здоровья позволяют суду не назначать ему дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

В силу п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывать назначенное наказание ФИО3 надлежит в исправительной колонии строгого режима, поскольку он совершил особо тяжкое преступление и ранее не отбывал лишение свободы.

Срок наказания подсудимому ФИО3 надлежит исчислять с момента вступления приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО3 под стражей с 27 января 2019 года по день вступления приговора в законную силу (включительно) подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, с учетом положений, предусмотренных ч. 3.3 ст. 72 УК РФ.

Судьба вещественных доказательств разрешается судом по правилам, предусмотренным ст.81 УПК РФ, в частности нож, как орудие преступления; нож, обнаруженный в правой руке трупа ФИО2, простыня и пододеяльник с кровати; препарат кожи с трупа ФИО2, образцы крови ФИО3 и ФИО2, футболку, штаны, носки, тапки, свитер ФИО2 уничтожить. Штаны, шерстяной и трикотажный свитеры ФИО3, хранящиеся при уголовном деле, также подлежат уничтожению, как не востребованные ФИО3, на уничтожении которых он также настаивал.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.303-304, 307-310 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 7 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения осужденному ФИО3 оставить прежней в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу.

Срок наказания осужденному ФИО3 исчислять с момента вступления приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО3 под стражей с 27 января 2019 года по день вступления приговора в законную силу (включительно) зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, с учетом положений, предусмотренных ч. 3.3 ст. 72 УК РФ.

По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства по уголовному делу: нож, обнаруженный в тазе с водой в помещении кухни дома № по 

<

адрес>; нож, обнаруженный в правой руке трупа ФИО2, простыня с кровати, пододеяльник; препарат кожи с трупа ФИО2, образцы крови ФИО3 и ФИО2; футболку, штаны, носки, тапки, свитер ФИО2; штаны, шерстяной и трикотажный свитеры ФИО3, хранящиеся при уголовном деле, - уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Брянский областной суд через Жуковский районный суд Брянской области в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

О своем желании участвовать в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции осужденный должен указать в своей апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции защитника либо поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику или ходатайствовать перед судом о назначении защитника. 

Председательствуюший судья Е.В. Орехов. Приговор вступил в законную силу 17.09.2019 г.