Председательствующий в суде первой инстанции судья Еремин Д.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№22-23/2017

город Североморск

07 апреля 2017 года

Северный флотский военный суд в составе: председательствующего – судьи Волчка В.Г.,

при секретаре Дели С.М.,

с участием военного прокурора отдела военной прокуратуры Северного флота подполковника юстиции ФИО1, осужденного ФИО2, его защитника – адвоката Притчина С.С., потерпевшей ФИО3 (с применением видеоконференц-связи),

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе осужденного ФИО2 на приговор Гаджиевского гарнизонного военного суда от 20 февраля 2017 года, согласно которому бывший военнослужащий войсковой части № старший матрос запаса

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ года в 

<

адрес>, гражданин РФ, со средним профессиональным образованием, несудимый, холостой, проходивший военную службу по контракту с ноября 2014 года по декабрь 2016 года, проживающий по адресу: город Мурманск, 

<

адрес>, 

осужден по ч.4 ст.264 УК РФ к трем годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью. связанной с управлением транспортными средствами, сроком на два года. В качестве денежной компенсации морального вреда с осужденного в пользу потерпевшей ФИО3 – вдовы погибшего ФИО4 – взыскано в удовлетворение гражданского иска 

<

данные изъяты> рублей,

установил:

ФИО2 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем и находящимся в состоянии алкогольного опьянения, Правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека. Это преступление, как указано в приговоре, он совершил при следующих обстоятельствах.

В 4-м часу 10 июля 2016 года в районе 15-го километра автомобильной дороги Кола – Верхнетуломский – КПП «Лота» Кольского района Мурманской области ФИО2, управляя в состоянии алкогольного опьянения автомобилем «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, в нарушение пунктов 1.3, 2.7, 10.1, 10.3, требований знака 3.20 «Обгон запрещен» и в зоне действия знака 1.12.2 «Опасные повороты» Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23 октября 1993 Года №1090 (далее – ПДД), двигаясь со скоростью, превышающей установленное ограничение на данном участке дороги (около 95 км/ч), совершил обгон движущегося впереди в попутном направлении автомобиля «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, из-за чего, не справившись с управлением, допустил съезд в левый кювет по ходу движения автомобиля с последующим его опрокидыванием. В результате этого дорожно-транспортного происшествия пассажиру автомобиля «

<

данные изъяты>» ФИО4 причинены тяжелая тупая сочетанная травма головы, туловища и ног со значительными повреждениями головного, спинного мозга, костей черепа, разрывом атлантоаксиального сочленения, т.е. тяжкий вред здоровью. От полученных телесных повреждений ФИО4 скончался на месте происшествия.

В апелляционной жалобе ФИО2, полагая приговор несправедливым, чрезмерно суровым, не соответствующим тяжести совершенного им преступления и данным о его личности, просит его изменить, назначив ему наказание, не связанное с лишением свободы, а также снизить размер денежной компенсации морального вреда, присужденной ко взысканию в пользу потерпевшей ФИО3

В обоснование своей просьбы осужденный, ссылаясь на нормы ч.3 ст.60, ч.1 и 2 ст.61 УК РФ, указывает на несправедливость приговора суда первой инстанции, поскольку он в содеянном раскаялся, вину в совершении инкриминируемого ему преступления признал полностью, активно способствовал раскрытию и расследованию преступления, ранее ни в чем предосудительном замечен не был, по военной службе характеризуется положительно.

По мнению ФИО2, суд при вынесении обжалуемого приговора не учел в качестве смягчающих наказание ряд обстоятельств, а именно совершение им впервые преступления средней тяжести вследствие случайного стечения обстоятельств, принесение своих извинений потерпевшей, его тяжелое материальное положение, а также частичное возмещение им потерпевшей ФИО3 причиненного морального вреда путем перечисления ей 10000 рублей.

Анализируя п.10.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09 декабря 2008 года №25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», осужденный считает, что суду следовало также признать смягчающим наказание обстоятельством передачу ему в нарушение требований ПДД потерпевшим ФИО4, знавшим о нахождении его в состоянии алкогольного опьянения, управления автомобилем «

<

данные изъяты>».

Не согласен он с приговором суда и в части решения по гражданскому иску Ссылаясь на п.32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», ФИО2 указывает, что суд не учел в должной мере обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно родственникам погибшего физических или нравственных страданий в результате его действий? что повлекло неверное определение размера компенсации морального вреда. 

По мнению осужденного, размер компенсации морального вреда в связи со смертью ФИО4 определен судом без учета характера и объема причиненных потерпевшей нравственных страданий и без доказательств причинения такого вреда.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель по делу - помощник военного прокурора – войсковая часть № капитан юстиции ФИО5 полагает, что оснований для изменения приговора не имеется, поскольку назначенное осужденному наказание не является чрезмерно суровым, оснований для признания указанных в жалобе обстоятельств, смягчающими наказание не имеется, размер присужденной потерпевшей компенсации морального вреда отвечает требованиям разумности и справедливости, поэтому просит оставить его без изменения, а апелляционную жалобу осужденного – без удовлетворения. 

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный и его защитник доводы апелляционной жалобы поддержали.

Потерпевшая ФИО3, возражая против удовлетворения апелляционной жалобы ФИО2, пояснила, что оснований для изменения назначенного осужденному наказания не имеется, размер присужденной ей компенсации морального вреда определен судом правильно, просила учесть, что не работает и одна воспитывает ребенка.

Рассмотрев материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе и в возражениях на неё, выслушав объяснения осуждённого и его защитника в поддержание жалобы, потерпевшей, возражавшей против её удовлетворения, а также мнение военного прокурора, полагавшего необходимым приговор суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения, флотский военный суд не находит оснований для её удовлетворения.

Вывод суда о виновности ФИО2 в совершении преступления, за которое он осужден, основан на исследованных в судебном заседании и изложенных в приговоре доказательствах, среди которых показания свидетелей ФИО22., ФИО23., ФИО24 ФИО25., ФИО26 протоколы осмотра места ДТП и предметов, заключения экспертов, проводивших судебно- медицинскую, автотехническую и криминалистическую судебные экспертизы, справка о результатах химико-токсикологических исследований, вещественные доказательства. Перечисленным доказательствам суд дал надлежащую оценку, признав их допустимыми, достоверными и в совокупности подтверждающими виновность ФИО2 в совершении указанного преступления.

Действия ФИО2 правильно квалифицированы судом по ч.4 ст.264 УК РФ.

Вопреки утверждению осужденного, наказание ему назначено с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о его личности и конкретных обстоятельств дела.

При назначении наказания ФИО2 суд признал в качестве смягчающих наказание обстоятельств его активное способствование раскрытию преступления, раскаяние в содеянном, то, что ранее он ни в чем предосудительном замечен не был, по военной службе характеризуется положительно. Кроме того, суду были известны и учтены при рассмотрении дела принятие осужденным частичных мер по возмещению морального вреда потерпевшей и принесение им извинений потерпевшей в зале судебного заседания.

Является необоснованным довод апелляционной жалобы о том, что при вынесении приговора судом не была учтена правовая позиция Верховного Суда РФ, изложенная в п.10 постановления Пленума от 09 декабря 2008 года №25. Так, в данном пункте разъяснено, что если суд на основании исследованных доказательств установит, что указанные в ст.264 УК РФ последствия наступили не только вследствие нарушения лицом, управляющим транспортным средством, правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, но и ввиду несоблюдения потерпевшим конкретных пунктов правил (например, переход пешеходом проезжей части с нарушением требований пункта 4.3 Правил), эти обстоятельства могут быть учтены судом как смягчающие наказание, за исключением случаев, когда водитель, виновный в совершении дорожно-транспортного происшествия, не выполнил свои обязанности по обеспечению безопасности пассажиров (п.2.1.2 ПДД).

Вопреки мнению в жалобе, указанное осужденным обстоятельство (передача ФИО4 управления автомобилем ФИО2, находившемуся в состоянии алкогольного опьянения) не может быть признано смягчающим наказание осужденному, поскольку действия ФИО4 никак не связаны с допущенными непосредственно водителем автомобиля ФИО2 нарушениями ПДД при управлении автомашиной и наступившими последствиями.

Не усматривается достаточных оснований и для признания смягчающими наказание ФИО2 и других указанных им в жалобе обстоятельств.

Таким образом, наказание осужденному назначено в соответствии с требованиями Общей и Особенной частей УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, личности виновного, его имущественного положения, поэтому оснований признать его несправедливым вследствие чрезмерной суровости не имеется. 

Правильным является приговор суда и в части разрешения гражданского иска потерпевшей ФИО3 о компенсации причиненного ей морального вреда, поскольку такое решение в полной мере соответствует нормам статей 151 и 1101 ГК РФ. При принятии решения суд обоснованно учел юридически значимые обстоятельства по делу, влияющие на размер компенсации морального вреда: последствия преступления в виде смерти близкого родственника потерпевшей, отражение этого на её эмоциональном состоянии, правильно установил факт причинения ей нравственных страданий, а также учел степень вины ФИО2, его имущественное положение, что, вопреки мнению в жалобе, полностью соответствует разъяснениям, содержащимися в п.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда». 

Необходимо отметить, что смерть ФИО4 бесспорно причинила супруге в связи со смертью мужа глубокие нравственные страдания, необратимо нарушила семейные связи, относящиеся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом неимущественных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения, поэтому размер присужденной потерпевшей компенсации является соразмерным причиненным нравственным страданиям и отвечает требованиям разумности и справедливости.

При таких данных ссылка в жалобе на положения абз.2-4 п.32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» является необоснованной. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, флотский военный суд

постановил:

Приговор Гаджиевского гарнизонного военного суда от 20 февраля 2017 года в отношении ФИО2 оставить без изменения, а его апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий (подпись)

Верно: