Дело №

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ

Центральный районный суд 

<

адрес>, в составе: 

председательствующего судьи Марковой И.Г., 

при секретаре Куликовой О.А., 

с участием прокурора Копцовой О.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по ФИО6 

<

адрес> о компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ он задержан правоохранительными органами по подозрению в совершении преступлений, ДД.ММ.ГГГГ в отношении него избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. ДД.ММ.ГГГГ он осужден Уральским окружным военным судом по 11 преступлениям к лишению свободы. Этим же приговором он оправдан по четырем преступлениям, в связи с чем, за ним признано право на реабилитацию. Обстоятельства обвинения его в совершении четырех преступлений, по которым он впоследствии был оправдан, стало сильным моральным потрясением, он постоянно испытывал стресс, находясь в изоляции от общества в отдельной камере, моральные переживания, сильное душевное волнение, вследствие оказания психического воздействия со стороны правоохранительных органов, испытывал чувства унижения и стыда, неудобства перед родственниками, знакомыми. Информация об обвинении в особо тяжких преступлениях стала известна третьим лицам путем размещения в средствах массовой информации. За период нахождения его под стражей, у него умерли единственные родственники – брат и бабушка, которые не вынесли морального напряжения, связанного с обвинением его (ФИО1) в совершении особо тяжкий преступлений против малолетних детей. 

Просит взыскать с Министерства финансов РФ за счет казны РФ в его пользу 5 000000 руб. в качестве компенсации морального вреда.

Истец ФИО1, участвуя в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, поддержал исковые требования в полном объеме, полагал, что обвинение в преступлениях, по которым он оправдан, могли значительно повлиять на избранную в отношении меру пресечения, которая была бы не столь сурова, как заключение под стражу. 

ФИО6 истца ФИО2 о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие. 

ФИО6 ответчика Министерства Финансов Российской Федерации, в лице Управления Федерального казначейства по ФИО6 

<

адрес> ФИО3 в судебном заседании просила в удовлетворении исковых требований отказать, поскольку истец при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу подозревался в иных особо тяжких преступлениях, за которые в последствии был осужден к лишению свободы, в связи с чем, оснований полагать, что обвинением в ряде иных преступлений ему причинены нравственные страдания, не имеется. 

ФИО6 третьего лица – Следственного Управления Следственного комитета РФ по ФИО6 

<

адрес> ФИО6, предоставив письменный отзыв (том 2 л.д. 46-55), возражала против удовлетворения исковых требований. Суду пояснила, что в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу по подозрению в совершении особо тяжкого преступления, по которому он в последствии осужден к длительному сроку лишения свободы. При решении судом вопроса о продлении меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 четыре раза в 2015 году и трижды в 2016 году, тот против удовлетворения ходатайства следователя не возражал, ходатайств об изменении меры пресечения на иную, не связанную с изоляцией от общества, не заявлял. Отдельные меры процессуального принуждения в отношении ФИО1 по составам преступлений, по которым он оправдан приговором суда, не применялись. В период срока действия меры пресечения в виде заключения под стражу ФИО1 не обращался с заявлениями по поводу ненадлежащих условий его содержания в следственном изоляторе, оказания на него психологического воздействия со стороны сотрудников правоохранительных органов. 

ФИО6 

<

адрес> Копцова О.В. против удовлетворения заявленных требований возражала, считает требования необоснованными, поскольку доказательств того, что ФИО1 в период содержания его под стражей по ряду особо тяжкий преступлений, за большую часть из которых он осужден к длительному сроку лишения свободы, испытывал физические и нравственные страдания, не представлено.

Суд, выслушав истца, ФИО6 ответчика, третьих лиц, исследовав письменные материалы дела, оценив и проанализировав их по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, на основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и находит иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Статья 46 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому судебную защиту прав и свобод. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело в отношении ФИО1, по признакам преступления, предусмотренного п.«б» ч. 4 ст.132 УК РФ по факту совершения насильственных действий сексуального характера в отношении малолетнего ФИО6 (том 2 л.д.63-64).

В порядке ст. 91 УПК РФ ФИО1, по подозрению в совершении указанного преступления задержан в этот же день ДД.ММ.ГГГГ. (том 2 л.д.137-143).

ДД.ММ.ГГГГ гола ФИО1, предъявлено обвинение под данному преступлению. (том 2 л.д. 144-147)

Постановлением Магнитогорского районного суда 

<

адрес> ФИО6 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на основании обвинения в совершении преступления, предусмотренного п.«б» ч. 4 ст.132 УК РФ по факту совершения насильственных действий сексуального характера в отношении малолетнего ФИО6 При этом ФИО1, против указанной меры пресечения не возражал. (том 2 л.д.202-203). 

С данным уголовным делом были соединены в одно производство ряд уголовных дел по аналогичным преступлениям, возбужденным в отношении ФИО1 (21 эпизод), а также иные особо тяжкие преступления, в том числе преступления по фактам причинения смерти (убийства ФИО6, ФИО6, ФИО6) на основании поданных ФИО1, в органы предварительного расследования явок с повинными. 

Обвинение ФИО1 предъявлялось неоднократно (ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ окончательное обвинение по п.п. «б», «в», «д» ч. 2 ст. 146, п.«а» ст. 102 УК РСФСР, п.п. «а», «в», «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ, 21 преступление по п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ, 2 преступления по п. «а» ч. 3 ст. 132, ч. 1 ст. 151 УК РФ), в разных редакциях, в связи с расследованием новых эпизодов преступной деятельности, вместе с тем, в каждом постановлении о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого, ему предъявлялось обвинение, наряду с остальными по п.«б» ч. 4 ст.132 УК РФ по факту совершения насильственных действий сексуального характера в отношении малолетнего ФИО6, по подозрению в совершении которого он был задержан и в отношении него избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, которая вплоть до вынесения приговора ФИО1, не изменялась. (том 1 л.д.152-238, том 2 л.д. 57-213)

Приговором Уральского окружного военного суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 оправдан по двум преступлениям, предусмотренным п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ по эпизодам в отношении потерпевших ФИО6 и ФИО6, по преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 151 УК РФ за отсутствием в деянии состава преступления на основании п. 1 ч.2 ст. 302 УПК РФ. Этим же приговором ФИО1, оправдан по преступлению, предусмотренному п. «а», «в», «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство ФИО6 и ФИО6) в связи с непричастностью к совершению преступления на основании п.2 ч.2 ст. 302 УПК РФ. В соответствии со ст.134 УПФ РФ за ФИО1 признано право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием. 

Этим же приговором ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ст. 102 УК РСФСР, восьми преступлениях, предусмотренных п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ одно из которых в отношении потерпевшего ФИО6, и двух преступлениях, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 132 УК РФ. В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ ФИО1 по совокупности преступлений назначено наказание в виде лишения свободы сроком 16 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. (том 1 л.д. 9-72) 

Апелляционным определением Верховного суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ приговор Уральского окружного военного суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставлен без изменения. (том 1 л.д. 73-85)

В соответствии с п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, ФИО6 и суда в порядке, установленном законом.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (ст. 133 - 139, 397 и 399).

Исходя из содержания данных статей право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования). При этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ст. 136 УПК РФ).

Привлечение ФИО1 к уголовной ответственности за совершение преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ (2 эпизода), п. «а», «в», «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ, которые отнесены к категории особо тяжких, и преступления, предусмотренного ч. 1 ст.151 УК РФ, которое относится к категории средней тяжести, по которым он приговором суда оправдан, является основаниями для возникновения права на реабилитацию, и, следовательно, права на компенсацию морального вреда.

Суд считает, что в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности по преступлениям, по которым ФИО1 оправдан, истцу причинены нравственные страдания, поскольку уголовное преследование по преступлениям, которые он не совершал, осуществлялось в отношении него длительный период времени, с производством ряда следственных и процессуальных действий. 

Сам факт уголовного преследования в отношении ФИО1 без законных оснований является существенным нарушением прав и свобод истца.

Согласно п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 17 «О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» право на реабилитацию имеет не только лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по делу в целом, но и лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по части предъявленного ему самостоятельного обвинения. 

При таком положении дела, то обстоятельство, что этим же приговором суда истец, помимо оправдания по части самостоятельных эпизодов, был осужден за совершение ряда особо тяжких преступлений, не умаляет права истца на реабилитацию, а, соответственно, на денежную компенсацию морального вреда.

В силу положений п.21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 17 при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Так, суд, исходя из требований разумности и справедливости, обеспечению баланса частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан, учитывает обстоятельства понесенных истцом нравственных страданий, когда мера пресечения в виде заключения под стражу избрана в отношении ФИО1 в связи с обвинением в совершении особо тяжкого преступления в отношении потерпевшего ФИО6, за которое истец осужден приговором суда к длительному сроку лишения свободы; неоднократно продлевалась на основании обвинения в этом же преступлении, а в последствие и по рядку иных особо тяжких преступлений. При этом ФИО1 в ходе рассмотрения судом ходатайств об избрании и продлении меры пресечения в виде заключения под стражу, не возражал против содержания его в условиях изоляции от общества, об избрании иной, белее мягкой мере пресечения, не заявлял. Оснований полагать, что в случае отсутствия у ФИО1 обвинения в совокупности особо тяжких преступлений, по части которых в последствии оправдан, в отношении него судом мера пресечения была бы изменена на более мягкую, у суда не имеется, такие доказательства истцом не представлены. 

Нашел подтверждение факт публикации в новостной ленте сети Интернет сообщений о обвинении ФИО1 в совершении преступлений против детей, что естественно вызвало отрицательное общественное мнение читателей и не могло не причинить ФИО1 определенные нравственные страдания, поскольку он был оправдан приговором суда по части эпизодов. (том 1 л.д. 86-88) Вместе с тем, после оглашения приговора опубликованы новости, где сообщено об оправдании ФИО1 в части убийства двоих детей. (том 1 л.д. 89-91) Однако комментарии читателей остались негативными, в связи с тем, что вина ФИО1 в большей части особо тяжких преступлений в отношении несовершеннолетних нашла свое подтверждение, что исходя из моральных и нравственных качеств человека и общепризнанных норм поведения в обществе, не могло повлечь положительной реакции, а, напротив, негатив в отношении осужденного ФИО1

Доводы истца о том, что в результате уголовного преследования ухудшилось состояние его психического здоровья, суд во внимание не принимает, поскольку они безосновательны и бездоказательны. Судебно психолого-сексолого-психиатрической экспертизой, проведенной в рамках уголовного дела в отношении ФИО1, наличие у него расстройства зафиксировано, в том числе на момент совершения им преступлений, за которые он осужден, в связи с чем, приговором ему назначено помимо наказания в виде лишения свободы принудительные меры медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях. Нервно-эмоциональное состояние ФИО1 безусловно вызвано в период предварительного расследования и судебного следствие самим фактом осуществления в отношении него уголовного преследования, обстоятельствами того, что его преступные действия раскрыты, вне зависимости от того, по скольким эпизодам преступной деятельности он в последствие осужден. 

Оснований полагать, что в отношении ФИО1 не соблюдались требования ст. 32, 33 Федерального закона РФ № 103-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» у суда не имеется. Содержания в следственном изоляторе лица, обвиняемого в совершении особо тяжких преступлений в отношении несовершеннолетних, связанные с насильственными действиями сексуального характера, согласно нормам вышеуказанного Федерального закона может протекать в одиночной камере, что направлено в первую очередь на безопасность самого лица, а также иных, содержащихся в следственном изоляторе лиц. При этом суд учитывает, что ФИО1 обвинялся в ряде аналогичных преступлений, по части которых оправдан, однако по таким же категориям и специфики преступлений осужден, что не исключает его содержание в аналогичных условиях и в случае отсутствия уголовного преследования по той части преступлений, по которой он оправдан. 

Оснований полагать, что между обвинением ФИО1, и смертью его родственников – бабушки, брата, имеется причинно-следственная связь, у суда не имеется, подтверждающих документов суду не представлено. 

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения лица за перенесенные страдания.

В связи с изложенным, суд полагает, что заявленная ФИО1 сумма в 5000000 рублей, не доказана, не будет отвечать принципу соразмерности и справедливости, в связи с чрезмерно завышенным её размером, и, полагает, что моральный вред ФИО1 компенсирует в полном объеме сумма в размере 10000 рублей. При этом суд, применив положения ст. 1101 ГК РФ, исходил не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения истца.

Поскольку моральный вред был причинен истцу в результате уголовного преследования, осуществлявшегося органами следствия, финансируемыми из федерального бюджета, суд приходит к выводу о том, что обязанность по возмещению причиненного истцу морального вреда должна быть возложена на Министерство финансов РФ за счет казны Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда удовлетворить частично. 

Взыскать в пользу ФИО1 с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 10 000 (десять тысяч) рублей.

В удовлетворении остальных требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда - отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в ФИО6 областной суд через Центральный районный суд 

<

адрес> в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы.

Председательствующий п/п Маркова И.Г. 

Решение в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ 

Председательствующий п/п Маркова И.Г. 

Копия верна. Решение не вступило в законную силу.

Судья И.Г. Маркова

Секретарь О.А. Куликова