Гр. дело №2-1047/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

21 ноября 2017 года п.Ува УР

Увинский районный суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Шаклеина А.В.,

при секретаре судебных заседаний ФИО1, 

с участием представителя истца ФИО2 (доверенность №*** г.), ответчика ФИО3 и его представителя ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ООО «Ува-молоко» к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного работником работодателю недостачей имущества, 

у с т а н о в и л:

ООО «Ува-молоко» обратилось в суд с иском к ФИО3, как к бывшему работнику предприятия (водитель – экспедитор) о взыскании материального ущерба в размере 783 614 руб. 28 коп. и судебных расходов. Требование обосновано тем, что в результате совершенного по его вине дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 30.05.2017г. при исполнении служебных обязанностей, был поврежден вверенный автомобиль МАЗ *** и частично утрачен груз (молоко). 

Причиной ДТП явилось то, что ФИО3 не справился с рулевым управлением и на 5 км. автодороги Удугучин - Ува совершил выезд на встречную полосу движения и съезд в кювет с опрокидыванием автомобиля. В результате противоправных действий ФИО3, который проигнорировал требования ст.10.1 ПДД и допустил утрату контроля над транспортным средством, двигался по встречной полосе и легкомысленно отнесся к выбору скорости, истцу причинен материальный ущерб в виде стоимости утраченного груза- молока на сумму 165 251 руб. 86 коп. и затрат по восстановлению транспортного средства на сумму 618 362 руб. 23 коп. 

Так как ответчик являлся материально-ответственным лицом, с которым при приеме на работу был заключен договор о полной материальной ответственности, товарно-материальные ценности в виде автомобиля МАЗ и груза, он получил по разовому документу, учитывая, что вина работника была установлена проводимым работодателем служебным расследованием, с него подлежит взысканию причиненный ущерб в полном размере на основании п.2 ч.1 ст.243 ТК РФ.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 настаивал на удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на те же вышеприведенные доводы. Пояснил, что в данном случае разовым документом по смыслу ст.243 ТК РФ работодателем определены в совокупности: акт *** от *** о передаче специализированного автомобиля ФИО3 для исполнения им трудовых отношений; товарно-транспортная накладная от ***, по которой он получил для работодателя груз- молоко в количестве 11 352 кг.; доверенность *** от *** на получение грузов. Пояснить, в чем конкретно заключалось нарушение п.10.1 ПДД в действиях водителя ФИО3 затруднился. 

Ответчик ФИО3 иск не признал. Факт ДТП не оспаривает, однако утверждает, что опрокидывание автомобиля произошло не по его вине. *** он на автомобиле МАЗ двигался из *** в ***, перевозил в цистерне молоко. Дорога имела асфальтовое покрытие с неровностями и вздутиями, поэтому двигался с небольшой скоростью, около 50 - 60 км. час. Сзади него двигался другой груженый молоком автомобиль ООО «Ува-молоко» под управлением водителя ***5 Примерно на 5 км. данной автодороги при наезде на неровность взорвалась покрышка на левом переднем колесе, после чего автомобиль резко потянуло влево на встречную полосу и вынесло в кювет, где он и опрокинулся. ФИО3 пытался вырулить, но автомобиль управлению не поддавался. О случившемся он сразу сообщил в полицию и диспетчеру. 

Выслушав объяснения сторон, проверив материалы дела и исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему: 

В соответствии со статьями 233 и 241 Трудового кодекса Российской Федерации работник несет материальную ответственность за ущерб, причиненный по его вине, в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случаях: когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей; недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу; причинения ущерба в результате административного проступка, если таковой установлен соответствующим государственным органом.

Согласно п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Как установлено в суде, *** ФИО3 был принят на работу ООО «Ува-молоко» водителем- экспедитором автомобиля (молоковозная техника) с прицепом. С ним был заключен трудовой договор *** от *** Для осуществления трудовой деятельности, по акту *** от ***, ему, в числе других водителей, был передан автомобиль МАЗ 6303А5 с прицепом (гос. рег. знак 

<

***>).

***, около 15 час. водитель ООО «Ува-молоко» ФИО3, находясь при исполнении трудовых обязанностей, на 5 км. автодороги Удугучин - Ува, управляя указанным автомобилем МАЗ, из-за лопнувшего переднего левого колеса и последующей потери управляемости автомобиля, допустил съезд автомобиля в левый кювет с последующим опрокидыванием. В результате ДТП истцу причинен материальный ущерб в виде стоимости утраченного груза (перевозимого молока) и затрат на восстановление транспортного средства. При этом факт причинения ФИО3 ущерба работодателю в результате административного проступка, установлен не был.

Вышеперечисленные обстоятельства подтверждаются объяснениями ФИО3, не оспариваются представителем истца в части установленного факта повреждения переднего левого колеса при ДТП на указанном автомобиле. Кроме того, эти обстоятельства подтверждаются: Приказом *** от *** о приеме на работу (л.д.111); Трудовым договором *** (л.д.5-6); Справкой о ДТП со схемой и фотографиями дорожного покрытия (л.д.130-131,134-135), где отмечены неровности на дороге и траектория резкого съезда автомобиля; Актом ГИБДД от ***, согласно которому на участке дороги, где произошло данное ДТП, на проезжей части выявлены дефекты-неровности в несоответствие с ГОСТ Р50597-93 (л.д.133); объяснениями водителя ФИО3, зафиксированными сотрудниками ГИБДД при административном производстве (л.д.13), который пояснял, что при движении почувствовал хлопок спереди слева и автомобиль резко потащило влево с последующим съездом в кювет и опрокидыванием; объяснительной ФИО3 от *** на имя директора ООО «Ува-молоко» (л.д.78), где он так же сообщает о лопнувшем «на выстрел» переднем левом колесе и стаскивании после этого автомобиля на обочину и в кювет.

Вступившим в законную силу Решением Увинского районного суда УР от *** (л.д.28), которым отменено Постановление ГИБДД о привлечении ФИО3 к административной ответственности за нарушение правил расположения т/с на проезжей части дороги и совершения съезда в кювет с последующим опрокидыванием, ввиду отсутствия состава административного правонарушения. 

Свидетель ***5 (очевидец ДТП) в суде пояснил, что *** он и ФИО3 загрузились молоком в *** и поехали обратно в ***. Первым двигался ФИО3 на автомобиле МАЗ, за ним на расстоянии 30-40 метров, двигался Логинов на автомобиле КАМАЗ. Ехали с одинаковой скоростью, примерно 40- 50 км/ч, так как разогнаться было невозможно ввиду плохого состояния асфальта. Примерно на 5 км. свидетель увидел как из-под левого переднего колеса автомобиля ФИО3 пошла пыль. Его сразу резко потащило в левую сторону в кювет, он опрокинулся. Логинов остановился и побежал к ФИО3, который в тот момент уже вылез из кабины и проверял люки цистерн, пытался закрыть их, чтобы молоко не убежало. По утверждению свидетеля, такой характерный выброс пыли из-под колеса в момент движения автомобиля возникает только при взрыве покрышки, так как там большое давление. У него тоже не раз взрывались покрышки, только задние. О случившемся ДТП он так же доложил на проходной предприятия в тот же день, когда приехал в ***. В дальнейшем об обстоятельствах ДТП его никто не спрашивал.

Свидетель ***6 (начальник автопарка ООО «Ува-молоко») в суде пояснил, что *** он выезжал на место ДТП, которое произошло около ***. Прибыв туда еще до сотрудников ГИБДД, увидел молоковоз МАЗ, лежащим на боку в кювете. Из двух цистерн молоко уже вылилось на землю, из третьей сочилось. Переднее левое колесо было полностью спущено, была бескамерная покрышка. Повреждений на ней он не увидел. Водитель ФИО3 пояснял, что на ходу лопнуло колесо и автомобиль занесло в кювет. Когда приехали сотрудники ГИБДД, они так же осмотрели авто, проверяли колеса, претензий по ним к ФИО5 не было. Когда после оформления ДТП автомобиль подняли, колесо заменили, а эту покрышку установили на место запаски. 

Впоследствии ФИО5 проводил служебную проверку по факту причинения ущерба и в своем заключении посчитал, что виновен в ДТП сам водитель ФИО3 Основывался как на предположениях, высказанных сотрудниками ГИБДД о том, что водитель мог уснуть за рулем и съехать в кювет, а так же по траектории движения МАЗа и следам. По мнению ФИО5, имелся планомерный выезд на обочину, затем планомерное движение по обочине и съезд в кювет. Версию ФИО3 о взорвавшейся покрышке он не принимает, так как выбоины на дороге там были незначительные и, если бы произошел взрыв, он бы сразу опрокинулся, а не планомерно съехал в кювет и только потом опрокинулся. О том, что очевидцем ДТП был другой водитель ООО «Ува-молоко» ***5, свидетелю ФИО5 было известно. 

Оценив все представленные доказательства в совокупности с вышеприведенными нормами Трудового Кодекса РФ, исходя из конкретных обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, в результате которого был причинен материальный ущерб, суд приходит к выводу о том, что истец не представил допустимых и достоверных доказательств причинения ему материального ущерба виновными противоправными действиями или бездействием ответчика ФИО3 

Вина данного работника в ДТП, противоправность его поведения и причинная связь между противоправным поведением работника и наступившим ущербом не установлена. Так же не представлено суду доказательств того, что в момент ДТП ФИО3 нарушил скоростной режим, не учел интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия.

Доводы представителя истца о доказанности противоправного поведения ответчика показаниями свидетеля ***6 и его служебной запиской (л.д.79) судом не принимаются, поскольку в части установления обстоятельств ДТП и вины водителя ФИО3 они основаны не на фактах, а на его личных предположениях и мнениях иных лиц, не являвшихся ни очевидцами ДТП, ни специалистами и экспертами. Кроме того, к его показаниям в части планомерного съезда автомобиля суд относится критически, поскольку они противоречат справке ДТП и схеме, составленной должностными лицами ГИБДД, где таких сведений не имеется. Материалы административного дела не содержат сведений и об участии ***6 при производстве проверки по факту ДТП сотрудниками ГИБДД. 

При таких данных, принимая во внимание то обстоятельство, что дело об административном правонарушении в отношении ФИО3 прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения, отсутствуют основания для возложения на ФИО3 материальной ответственности, как в полном размере причиненного ущерба, так и в пределах его среднего месячного заработка.

По мнению суда, истцом не представлено доказательств необходимости возложения на ответчика полной материальной ответственности по ущербу от повреждения автомобиля, другим убыткам (утрате груза), в порядке ст.242, 243 ТК РФ в связи со следующим: 

Согласно условиям договора о полной материальной ответственности, заключенного с ответчиком ***, ФИО3 принял на себя полную материальную ответственность за получение и надлежащее использование вверенного ему автопогрузчика и материальных ценностей, а так же ущерб, связанный с возмещением работодателем ущерба иным лицам. На иные категории ущерба (убытки), причиненные работником работодателю при исполнении трудовых обязанностей, применение полной материальной ответственности не распространяется. 

Представленными истцом в суде Договором о полной материальной ответственности и Трудовым договором не подтверждено надлежащее вверение под полную материальную ответственность ответчика конкретного имущества - автомобиля МАЗ *** и перевозимого на этом конкретном автомобиле груза. 

Передача ответчику автомобиля по акту приема-передачи для исполнения им своих трудовых обязанностей не свидетельствует сама по себе о возникновении у работодателя права требовать с ответчика возмещения ущерба в полном размере.

В данном случае управление автомобилем входило в круг служебных обязанностей ответчика. В этой связи по смыслу п. 2 ч. 1 ст. 243 ТК РФ указанный акт приемки-передачи автомобиля не являлся разовым документом, а передача автомобиля - вверением ценности, за недостачу которой наступает полная материальная ответственность.

Так же суд полагает, что материальная ответственность на ответчика в полном размере не может быть возложена ввиду утраты (порчи) груза (молока), полученного им по товарно-транспортной накладной от *** для перевозки, поскольку, исходя из толкования п. 2 ст. 243 ТК РФ, полная материальная ответственность по данному основанию может наступить только в случае недостачи ценностей, полученных работником по разовому документу. При рассмотрении настоящего спора был установлен факт утраты (порчи) молока в результате опрокидывания транспортного средства под управлением ответчика при дорожно-транспортном происшествии, что в силу действующего законодательства не является основанием для возложения на работника полной материальной ответственности. То есть рассматриваемый случай причинения ущерба не является «недостачей» имущества, применительно к которой возможно производство полной материальной ответственности работника, при надлежащем вверении имущества в подотчет, и относится к неосторожному повреждению, уничтожению (порче) имущества, на которое по трудовому законодательству не распространяется возложение полной материальной ответственности, а допускается лишь ограниченная ответственность. 

В связи с не установлением противоправного поведения и вины ФИО3 в причинении ущерба от повреждения автомобиля и груза в ДТП, оснований для возложения на него ограниченной ответственности, т.е. в пределах среднего месячного заработка, у суда так же не имеется. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.194 -199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска ООО «Ува-молоко» к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного работодателю недостачей, отказать. 

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение 01 месяца со дня вынесения в окончательной форме через Увинский районный суд.

Дата изготовления мотивированного решения - ***. 

Судья А.В. Шаклеин