Дело № 4У-535/2018 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции

г. Симферополь 3 августа 2018 года

Судья Верховного Суда Республики Крым Рыжова И.В., изучив кассационную жалобу осужденного ФИО1 о пересмотре Джанкойского районного суда Республики Крым от 1 марта 2017 года и апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Крым от 3 мая 2017 года в отношении ФИО1

УСТАНОВИЛ:

Приговором Джанкойского районного суда Республики Крым от 1 марта 2017 года

ФИО1, 

<

данные изъяты>, ранее судимый:

- приговором Красноперекопского горрайонного суда АР Крым от 31 марта 2008 года, с учетом постановления Красноперекопского районного суда Республики Крым от 29 апреля 2016 года, которым приговор приведен в соответствие с законодательством Российской Федерации, по п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 163, ч. 2 ст. 159, ч. 3 ст. 159, ч. 4 ст. 159, ч. 1 ст. 186, ч. 3 ст. 69 УК Российской Федерации к 8 годам лишения свободы, освобожден 25 февраля 2014 года условно – досрочно на 1 год 7 месяцев 11 дней,

осужден:

- по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 229.1 УК Российской Федерации к 10 годам лишения свободы;

- по ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК Российской Федерации к 8 годам лишения свободы.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК Российской Федерации по совокупности преступлений путем поглощения менее строгого наказания более строгим, окончательное наказание ФИО1 назначено в виде 10 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания постановлено исчислять с 1 марта 2017 года. Зачтено в срок отбывания наказания время содержания под стражей с 30 сентября 2015 года по 28 февраля 2017 года включительно. 

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Крым от 3 мая 2017 года приговор суда оставлен без изменения и вступил в законную силу. 

В кассационной жалобе осужденный ФИО1, ссылаясь на существенные нарушения уголовного и уголовно - процессуального закона, повлиявшие на исход дела, и несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, просит отменить апелляционное определение и с применением ст.ст. 15, 64 УК Российской Федерации снизить срок назначенного наказания до 5 лет лишения свободы. 

В обоснование своих доводов ссылается на отсутствие в материалах уголовного дела доказательств, подтверждающих выводы суда о его виновности в совершении инкриминируемых преступлений. Обращает внимание на то, что в показаниях свидетелей ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, данных в ходе предварительного следствия и в суде, имеются существенные противоречия, которым судом не дана надлежащая оценка. Ссылается на то, что его задержание осуществлялось в отсутствие адвоката, а также с применения к нему физического и психологического воздействия сотрудниками правоохранительных органов. Полагает, что судом необоснованно отказано в удовлетворении его ходатайства об истребовании данных оперативно – розыскного мероприятия от 25 сентября 2015 года, а материалы уголовного дела находит сфальсифицированными. Указывает на незаконные действия сотрудников ПУ ФСБ по сокрытию видеосъемки, на которой, по мнению осужденного, зафиксирована его добровольная выдача наркотиков. Просит учесть, что при рассмотрении его апелляционной жалобы судом апелляционной инстанции оставлены без внимания нарушения закона, допущенные в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства. 

Проверив судебные решения и материалы уголовного дела № 1-21/2017, изучив доводы кассационной жалобы, полагаю, что оснований для передачи кассационной жалобы осужденного для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции не имеется.

В силу ст. 401.1 УПК Российской Федерации, определяющей предмет судебного разбирательства, суд кассационной инстанции проверяет по кассационной жалобе, представлению только законность вступивших в силу приговора, определения или постановления суда, то есть правильность применения судом норм уголовного или уголовно – процессуального права.

Предметом производства в суде кассационной инстанции является законность судебного решения, то есть правильность применения норм уголовного и уголовно – процессуального права (вопросы права). Вопросы же о правильности установления судом фактических обстоятельств дела (вопросы факта), что оспаривает в жалобе осужденный, в силу ст. 401.1 УПК Российской Федерации, не являются предметом проверки суда кассационной инстанции. 

Таким образом, доводы жалобы о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела не подлежат рассмотрению в силу ограничения, установленного ст. 401.1 УПК Российской Федерации, в ее взаимосвязи с положениями ч. 1 ст. 401.15 УПК Российской Федерации, согласно которым судебное решение не может быть обжаловано сторонами и пересмотрено в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК Российской Федерации, по такому основанию, как несоответствие выводов суда, изложенных в судебном решении, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК Российской Федерации основаниями для отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

При этом нарушений закона, подпадающих под вышеуказанные критерии, по данному делу не установлено.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, служили предметом рассмотрения суда первой и апелляционной инстанций, в приговоре и апелляционном определении им дана надлежащая оценка, основанная на материалах дела и исследованных доказательствах.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 229.1 УК Российской Федерации, ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК Российской Федерации, за которые он осужден, установлены в ходе судебного разбирательства и подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании и изложенных в приговоре.

Вопреки доводам осужденного, оснований не доверять показаниям свидетелей ФИО3, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО5, ФИО10, приведенным в приговоре в качестве доказательств вины ФИО1, у суда не имелось, поскольку им дана оценка в совокупности с другими исследованными в судебном заседании доказательствами. Данных, свидетельствующих о заинтересованности указанного свидетеля в исходе дела, равно как и об оговоре осужденного, судом не установлено.

Как усматривается из протокола судебного заседания от 13 декабря 2016 года (т. 3 л.д. 108 оборот), в порядке, предусмотренном ст. 281 УПК Российской Федерации, судом первой инстанции оглашены показания свидетеля ФИО5, данные в ходе предварительного следствия (т. 1 л.д. 140-143), ввиду его неявки в судебное заседание. При этом, возражений относительно оглашения показаний данного свидетеля от участников процесса не поступило.

Всем доказательствам, а равно доводам осужденного о его невиновности в совершении инкриминируемых преступлений, в приговоре дана надлежащая оценка с указанием мотивов, по которым суд пришел к тому или иному выводу. 

Показания осужденного ФИО1, не нашедшие по материалам дела своего объективного подтверждения, обоснованно были расценены как выражение позиции его защиты, в связи с чем были отклонены как не соответствующие фактическим обстоятельствам дела и опровергнутые совокупностью исследованных доказательств.

Несостоятельны доводы осужденного о фальсификации доказательств и допущенных нарушениях норм уголовно-процессуального закона, поскольку доказательства получены с соблюдением требований ст. ст. 74 и 86 УПК Российской Федерации, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, а наличие определенных неточностей в некоторых документах, не влияющих на изложенные в них факты, не является основанием для признания письменных доказательств недопустимыми и исключения их из числа доказательств. 

Проанализировав и оценив исследованные доказательства в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК Российской Федерации, с точки зрения относимости, допустимости и достаточности, не допустив различных подходов к их оценке, приведя мотивы, по которым принял одни и отверг другие, суд обоснованно признал ФИО1 виновным по тем фактическим обстоятельствам, которые указаны в приговоре, и правильно квалифицировал его действия по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 229.1 УК Российской Федерации, ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК Российской Федерации.

Утверждения осужденного об оказании на него психологического и физического воздействия сотрудниками правоохранительных органов при производстве предварительного следствия, служили предметом проверки, по результатам проведения которой старшим следователем 534 военного следственного отдела СК России ФИО11 27 февраля 2017 года принято постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО5 (т. 3 л.д.148-151), исследованное в судебном заседании 28 февраля 2017 года (т. 3 л.д. 165).

Кроме того, доводы ФИО1 о незаконности действий сотрудников ПУ ФСБ по сокрытию видеосъёмки, на которой зафиксирована его добровольная выдача наркотических средств, надлежащим образом проверялись судом первой инстанции, однако своего объективного подтверждения не нашли, поскольку опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона при производстве предварительного следствия и судом при рассмотрении дела в судебном заседании, как и принципа состязательности сторон, влекущих отмену обжалуемых судебных решений, по делу не установлено, дело расследовано и рассмотрено полно, всесторонне и объективно. Все представленные сторонами суду доказательства были исследованы, заявленные ходатайства разрешены в установленном законом порядке, в соответствии с требованиями ст. 271 УПК Российской Федерации.

Мотивированный отказ суда в удовлетворении ходатайств осужденного, в том числе и об истребовании материалов оперативно – розыскного мероприятия, на что ссылается ФИО1 в кассационной жалобе, не свидетельствует о нарушении судом норм уголовно-процессуального закона или права осужденного на защиту (т. 3 л.д. 127 оборот).

Как следует из протоколов судебных заседаний, председательствующий выполнял требования ст. ст. 15 и 243 УПК Российской Федерации по обеспечению состязательности и равноправия сторон. Осужденный ФИО1 как в суде первой, так и апелляционной инстанции был обеспечен защитником. Сторонам обвинения и защиты были созданы необходимые условия для выполнения ими их процессуальных обязанностей и реализации предоставленных им прав.

Данных, свидетельствующих об одностороннем, неполном или необъективном предварительном и судебном следствии, об обвинительном уклоне судебного разбирательства, а также нарушений требований ст.ст. 91, 92 УПК Российской Федерации, по делу не установлено.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60, 66 УК Российской Федерации, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, личности осужденного, наличия обстоятельств, смягчающих и отягчающего наказание, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Не выявлено и нарушений уголовно – процессуального закона при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции.

Как усматривается из материалов уголовного дела, апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Крым от 19 октября 2016 года отменен приговор Джанкойского районного суда Республики Крым от 9 июня 2016 года, которым ФИО1 был осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 229.1 УК Российской Федерации, ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК Российской Федерации. При этом в заседании суда апелляционной инстанции принимали участие судьи Фарина Н.Ю., Слезко Т.В., Рубанов С.Г. (т. 3 л.д. 60-62). 

Согласно описательно – мотивировочной части апелляционного определения, основанием для отмены приговора явились существенные нарушения уголовно – процессуального закона, допущенные судом первой инстанции в ходе производства по данному уголовному делу, а именно нарушение права осужденного ФИО1 на защиту, которое выразилось в том, что заявленный подсудимым отвод конкретному защитнику суд первой инстанции ошибочно расценил как отказ от помощи защитника, а также немотивированно отклонил ходатайство ФИО1 о назначении ему другого защитника.

Вместе с тем, отменяя приговор суда от 9 июня 2016 года, суд апелляционной инстанции не входил в обсуждение доводов апелляционной жалобы ФИО1 и дополнений к ней, ввиду ограничений, установленных ч. 4 ст. 389.19 УПК Российской Федерации.

При новом рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции постановлен приговор от 1 марта 2017 года, по которому ФИО1 осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 229.1 УК Российской Федерации, ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК Российской Федерации, и апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Крым от 3 мая 2017 года указанный приговор суда оставлен без изменения, при этом в заседании суда апелляционной инстанции принимал участие судья Слезко Т.В.

Однако, согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 1 ноября 2007 года № 799-О-О, беспристрастность и независимость суда не нарушаются вследствие того, что в ходе предшествующего производства по уголовному делу этим же или вышестоящим судом принимались решения по тем или иным процессуальным вопросам, не касающимся существа рассматриваемого дела и не находящимся в прямой связи с подлежащими отражению в приговоре или ином итоговом решении выводами о фактических обстоятельствах дела, оценке достоверности и достаточности доказательств, квалификации деяния, наказании осужденного. 

Не предопределяет оценку судом апелляционной инстанции законности, обоснованности и справедливости приговора, постановленного судом первой инстанции при новом рассмотрении уголовного дела, и апелляционное определение, которым был отменен первоначальный приговор по этому уголовному делу, а само дело направлено на новое рассмотрение в связи с нарушениями уголовно-процессуального закона; такое апелляционное определение лишь указывает на необходимость устранения выявленных процессуальных нарушений и потому не может расцениваться как безусловное препятствие для судьи, участвовавшего в его принятии, повторно рассматривать данное уголовное дело.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, повторное участие судьи Слезко Т.В. в заседании суда апелляционной инстанции при рассмотрении уголовного дела 3 мая 2017 года, не свидетельствует о нарушении принципа беспристрастности и независимости суда, в связи с чем не является основанием к отмене апелляционного определения от 3 мая 2017 года, содержание которого соответствует требованиям ст. 389.28 УПК Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, при проверке доводов кассационной жалобы осужденного не установлено нарушений законности судебных решений и правильности применения норм уголовного и уголовно-процессуального закона.

Оснований для передачи кассационной жалобы осужденного для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь п. 1 ч. 2 ст. 401.8, ст. 401.10 УПК Российской Федерации, судья

ПОСТАНОВИЛ:

В передаче кассационной жалобы осужденного ФИО1 о пересмотре Джанкойского районного суда Республики Крым от 1 марта 2017 года и апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Крым от 3 мая 2017 года в отношении ФИО1 для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции отказать.

Судья И.В. Рыжова