Дело № 2-44/2025

УИД 53RS0015-01-2024-001379-81

Решение

именем Российской Федерации

5 февраля 2025 года п. Шимск

Солецкий районный суд Новгородской области в составе

председательствующего судьи Кулёвой Н.В.,

при секретере ФИО1,

с участием представителя истцов ФИО2,

ответчика ФИО3, представителя ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5, ФИО6 к ФИО3 о признании утратившим право пользования жилым помещением,

установил:

ФИО5, ФИО6 обратились в суд с данным иском, указав, что на основании договора дарения от 3 октября 2024 года являются собственниками жилого помещения и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>. После оформления документов стало очевидно, что в жилом помещении с согласия бывшего собственника зарегистрирован ответчик, который ни одного дня не проживал в квартире, его вещей там нет. Направленная в адрес ответчика досудебная претензия осталась без ответа. Истцы считают, что имеются все основания для признания ответчика утратившим право пользования жилым помещением, поскольку согласно действующему законодательству по общему правилу при переходе права собственности на квартиру новому собственнику право пользования жилым помещением бывшими членами семьи собственника прекращается. Просят признать ФИО3 утратившим право пользования указанным жилым помещением.

Истцы ФИО5 и ФИО6 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены.

В соответствии с ч. 5 ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истцов.

Представитель истцов ФИО2 исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении; считает, что поскольку ответчик не является членом семьи собственников спорного жилого помещения, он утратил право пользования им. Кроме того, ответчик не вносит коммунальные платежи; он не воспользовался своим правом на приватизацию жилого помещения, также не реализовал своё право на получение жилья от организации в которой ранее работал; не проживал в квартире, а лишь приезжал в гости, не пытался вселиться в квартиру, его регистрация в квартире носит фиктивный характер.

Ответчик ФИО3 исковые требования не признал, пояснив, что у него с братьями была договорённость о том, что С. ему дарит земельный участок, а он в свою очередь не претендует на спорное жилое помещение. Между ним и С. 10 октября 2019 года был составлен договор дарения земельного участка, однако данный не был зарегистрирован в установленном законом порядке, и в настоящее время С. требует, чтобы он разобрал построенный им (ответчиком) на данном земельном участке дом и освободил земельный участок, при этом истцы также требуют, чтобы он снялся с регистрационного учёта по месту жительства из спорного жилого помещения, между тем иного жилого помещения он не имеет, зарегистрироваться ему негде. Считает, что он имеет право на проживание в спорной квартире, так как она была предоставлена на всю семью, включая него, он туда вселился после службы армии в 1994 году, а после вступления в брак жил сначала в доме бабушки в 

<

адрес>, а затем на съёмных квартирах. Кроме того, по решению суда он был снят с регистрационного учёта по адресу: 

<

адрес> именно в связи с получением семьёй 

<

адрес> в 

<

адрес>. В квартире имеются его вещи, так как он периодически проживал там, приезжая со своей семьёй. В настоящее время возникла конфликтная ситуация, в связи с чем его хотят лишить права и на земельный участок, и на квартиру.

Представитель ответчика ФИО4 исковые требования не признала, полагает, что исковые требования удовлетворению не подлежат, поскольку на момент приватизации спорного жилого помещения ответчик имел право пользования данным жилым помещением, так как ордер первоначально был выдан ошибочно без включения его в состав семьи, что установлено решением суда от 4 июня 1998 года, а потому в соответствии со статьёй 19 Федерального закона от 29 декабря 2004 года № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации», разъяснениями п. 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14 не может быть признан утратившим право пользования жилым помещением. 

Суд, выслушав представителя истцов, ответчика, его представителя, показания свидетелей, изучив письменные материалы дела, приходит к следующему выводу.

Согласно ч. 1 ст. 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище, и никто не может быть произвольно лишён жилища. 

В силу части 4 статьи 3 Жилищного кодекса Российской Федерации никто не может быть выселен из жилища или ограничен в праве пользования жилищем иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены данным Кодексом и другими федеральными законами.

Частью 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

Согласно пункту 2 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

В соответствии со статьёй 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 года № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» граждане, занимающие жилые помещения в государственном или муниципальном жилищном фонде, включая жилищный фонд, находящийся в хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд) на условиях социального найма, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи, а также несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет приобрести эти жилые помещения в собственность.

Статьёй 19 Федерального закона от 29 декабря 2004 года № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» предусматривается, что действие положений части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 3 пункта 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», к названным в статье 19 Федерального закона от 29 декабря 2004 года № 198-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» бывшим членам семьи собственника жилого помещения не может быть применён пункт 2 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как, давая согласие на приватизацию занимаемого по договору социального найма жилого помещения, без которого она была бы невозможна (статья 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 года № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации»), они исходили из того, что право пользования данным жилым помещением для них будет носить бессрочный характер и, следовательно, оно должно учитываться при переходе права собственности на жилое помещение по соответствующему основанию к другому лицу (например, купля-продажа, мена, дарение, рента, наследование).

Судом установлено, что истцы ФИО5 и ФИО6 являются собственниками земельного участка площадью 1537 кв.м, находящегося по адресу: 

<

адрес>, у 

<

адрес>, и квартиры, находящейся по адресу: 

<

адрес>, на основании договора дарения земельного участка и квартиры от 3 октября 2024 года, согласно которому З.В.Н. подарил ФИО5 и ФИО6 данные земельный участок данные квартиру, по 1/2 в праве (л.д. 11-12, 14-17).

При этом сам З.В.Н. приобрёл право собственности на спорную квартиру на основании договора на передачу в порядке приватизации квартиры в собственность гражданина от 21 мая 1996 года. На основании данного договора квартира была передана в собственность З.В.Н. и несовершеннолетнего сына ФИО6 При этом зарегистрированные в квартире З.Г.М. и ФИО5 дали согласие на приватизацию квартиры З.В.Н.

В данном жилом помещении с 20 сентября 2017 года зарегистрирован по месту жительства ФИО3 (л.д. 10, 34).

Согласно постановлению Администрации Шимского муниципального района Новгородской области от 26 августа 1996 года № 313 прекращено право пользования З.В.Н. земельным участком, расположенным по адресу: 

<

адрес>; З.В.Н. в частную собственность для ведения личного подсобного хозяйства предоставлен земельный участок в 

<

адрес>.

Свидетель З.В.Н. показал, что 

<

адрес> в 

<

адрес> была предоставлена ему Ильменским РЭС в 1994-1995 годах, на какое количество членов семьи была предоставлена квартира, он не знает; в последующем данная квартира была им приватизирована. В квартире проживали он с супругой, сыновья В. и С.; А. проживал в квартире около месяца до регистрации брака, а затем уехал в бабушкин дом в 

<

адрес>, после этого снимал квартиры в 

<

адрес>, в 

<

адрес>; в спорную квартиру он приезжал лишь на выходные, его вещей в квартире нет. В 2017 году он был зарегистрирован в квартире по месту жительства с целью уменьшения жилплощади на каждого зарегистрированного члена семьи, чтобы сын В. смог получить жильё.

Свидетель З.Г.М. показала, что в квартиру на 

<

адрес> они с семьёй впятером переехали в конце 1994 года. Сын А. проживал в квартире до апреля 1995 года, а затем переехал с женой в 

<

адрес>, в дом её матери, в спорную квартиру они приезжали только в гости по выходным. В 2017 году А. был зарегистрирован в квартире, чтобы сын В. смог получить жильё. 

Свидетель К.Е.А. показала, что с 25 июня 1994 года проживает в 

<

адрес> в 

<

адрес>. З-вы также позже переехали в 

<

адрес> всей семьёй. Условием получения квартир на 

<

адрес> было освобождение старых квартир на 

<

адрес> в 

<

адрес>. ФИО3 проживал в квартире на 

<

адрес> до апреля 1995 года, а затем с женой переехал в 

<

адрес>, затем жил в 

<

адрес>, к родителям они периодически приезжали.

Свидетель Г.Г.Н. показала, что проживает на 

<

адрес> 1999 года. Ей известно, что А. в 

<

адрес> не живёт, он приезжал туда с женой по выходным, про наличие его вещей в доме ей ничего не известно.

Свидетель К.С.М. показал, что ФИО3 знает с 1995 года. Ему известно, что ФИО3 постоянно оставался у родителей ночевать, когда ездил в рейсы. 

Свидетель З.О.Н. показала, что З-вы (родители и трое сыновей) сначала жили на 

<

адрес>, затем переехали в квартиру на 

<

адрес>. С ФИО3 они поженились в 1995 году, после этого родители предложили им жить в доме в 

<

адрес>, после продажи З.Г.М. дома они проживали на съёмных квартирах, сначала в Шимске, затем в Великом Новгороде. При этом они часто приезжали к родителям на 

<

адрес>, в квартире до настоящего времени находятся их вещи. Кроме того, между родственниками состоялась договорённость, что А. будет передан земельный участок с находящейся там баней, где он построил дом, в свою очередь А. должен был отказаться от права на квартиру, однако в настоящее время С. потребовал от А. освободить земельный участок, в связи с чем А. выразил намерение вселиться по месту регистрации, однако его дута не впустили. 

Свидетель З.Т.А. показала, что является женой ФИО6 с 2013 года. Ей известно, что ФИО3, когда ездил в рейсы, всегда приезжал к родителям в 

<

адрес> в 

<

адрес> и останавливался у них, также они всё время приезжали семьёй, а постоянно жили в Великом Новгороде, на съёмной квартире. В 2017 году он был зарегистрирован в спорной квартире, чтобы её семья могла получить субсидию на покупку жилья. 

Согласно ч. 2 ст. 61 ПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Исходя из смысла части 4 статьи 13, частей 2 и 3 статьи 61, части 2 статьи 209 ГПК РФ лица, не участвовавшие в деле, по которому судом общей юрисдикции или арбитражным судом вынесено соответствующее судебное постановление, вправе при рассмотрении другого гражданского дела с их участием оспаривать обстоятельства, установленные этими судебными актами. В указанном случае суд выносит решение на основе исследованных в судебном заседании доказательств (п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 года № 23).

Как следует из решения Шимского районного народного суда от 4 июня 1998 года по гражданскому делу № 2-107/1998, оставленного без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Новгородского областного суда от 8 июля 1998 года, ФИО3 обращался в суд с иском к Е.Р.И. и Е.И.Н. о признании недействительными ордера, договора приватизации на 

<

адрес> в 

<

адрес>, выселении ответчиков и своём вселении; этим же решением были рассмотрены встречные требования Е.Р.И. к ФИО3 о расторжении договора найма на указанную квартиру. Данным решением в иске ФИО3 было отказано, с ним расторгнут договор найма на 

<

адрес> в 

<

адрес>.

Из данных решения суда и определения судебной коллегии следует, что распоряжением Администрации Шимского района № 15-РЗ от 12 января 1995 года было утверждено решение администрации и профсоюзного комитета Шимского РЭС о выделении З.В.Н. четырёхкомнатной 

<

адрес> на семью 5 человек, в том числе и на ФИО3, однако в ордер, выданный З.В.Н., ФИО3 включён не был, а потому в связи с несоответствием распоряжению от 12 января 1995 года № 15-РЗ распоряжением Администрации Шимского района № 101-РЗ от 15 апреля 1998 года ордер № 2 от 29 марта 1995 года на имя З.В.Н. признан недействительным, ему выдан новый ордер № 33 от 15 апреля 1998 года с включением в состав семьи ФИО3

Судами первой и кассационной инстанций сделан вывод о том, что ФИО3 был обеспечен жильём в квартире родителей по 

<

адрес> с января 1995 года, при этом переехал туда ещё в конце 1994 года. 

Суд учитывает, что представителем истцов не оспорены обстоятельства, установленные данными судебными актами.

Тот факт, что ответчик переехал в спорную квартиру подтвердили в судебном заседании и свидетели З.В.Н., З.Г.М., К.Е.А., З.О.Н. При этом из показаний данных свидетелей также следует, что ответчик с апреля 1995 года, то есть после вступления в брак с З.О.Н., стал жить с женой отдельно от родителей, однако жил не в собственном жилье либо предоставленном ему по договору найма, а сначала в доме бабушки, а затем на съёмных квартирах. Дом, который, как следует из пояснений ФИО3, построен им на земельном участке, расположенном по адресу: 

<

адрес> согласно пояснениям представителя истца и свидетеля З.В.Н., в действительности является баней, данное строение в эксплуатацию не введено, земельный участок, на котором возведено данное строение, принадлежит ФИО5, что в том числе подтверждается решением Солецкого районного суда Новгородской области от 4 апреля 2024 года.

Таким образом, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что в момент приватизации жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, ответчик имел равные права пользования этим помещением со всеми членами своей семьи; иное законом или договором не установлено. При этом ФИО3 от приватизации жилого помещения не отказывался; не принимал участие в приватизации и не давал письменное согласие на приватизацию другими членами семьи по причине того, что первоначально ошибочно не был включён в ордер на спорную квартиру.

То есть ответчик приобрёл право бессрочного пользования спорным жилым помещением и может быть признан утратившим право пользования жилым помещением в случае добровольного отказа от этого права, напротив, как установлено судом, ответчик от прав на спорное жилое помещение не отказывался, то обстоятельство, что он не проживает в данном жилом помещении, связано с конфликтом в семье. Как следует из пояснений ответчика, и не оспаривалось представителем истцов, он после получения требования брата ФИО5 освободить земельный участок пытался вселиться в спорную квартиру, однако его туда не впустили.

Также суд считает необходимым отметить, что при заключении договора дарения истцам было достоверно известно о регистрации ответчика в спорной квартире, обязательство сняться с регистрационного учёта ответчиком не давалось, факт возникших конфликтных отношений представителем истца не оспаривался.

О возникших в семье конфликтных отношениях свидетельствуют представленные в материалы дела заявление З.Г.М. о преступлении от 25 сентября 2024 года, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 29 октября 2024 года в отношении ФИО3 постановление о возбуждении дела об административном правонарушении от 25 ноября 2024 года, а также показания свидетелей.

Указанные обстоятельства являются доказательством вынужденного характера не проживания ответчика по месту жительства в спорном жилом помещении.

Кроме того, суд учитывает, что недвижимого имущества ответчик, как в собственности, так и в пользовании не имеет (л.д. 29). В том числе, с учётом того, что земельный участок, как указано выше, на котором возведено строение, и где фактически в настоящее время проживает ответчик, принадлежит ФИО5, который также требует от ответчика освободить данный земельный участок. 

Таким образом, поскольку ответчик имеет право постоянного бессрочного пользования спорным жилым помещением, он не может быть признан утратившим право пользования им.

То обстоятельство, что ответчик постоянно не проживал в спорной квартире после вступления в брак, не влечёт за собой утрату права пользования жилым помещением, поскольку право пользования за ним сохраняется в силу закона. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО5, ФИО6 к ФИО3 о признании утратившим право пользования жилым помещением отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Новгородского областного суда путём подачи апелляционной жалобы через Солецкий районный суд Новгородской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий Н.В. Кулёва

Мотивированное решение составлено 10 февраля 2025 года.