П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

08 июня 2018 года г.Ефремов 

Ефремовский районный суд Тульской области в составе:

председательствующего судьи Исаевой Л.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО17, 

с участием:

государственных обвинителей – помощников Ефремовского межрайонного прокурора Тульской области Рябчиковой С.В., ФИО18,

подсудимого ФИО19, 

защитника адвоката Глаголева С.В., представившего удостоверение 

<

данные изъяты> и ордер 

<

данные изъяты>,

подсудимого ФИО20,

защитника адвоката Гладышевой М.А., представившей удостоверение 

<

данные изъяты> и ордер 

<

данные изъяты>,

потерпевшего ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда уголовное дело в общем порядке судебного разбирательства в отношении 

ФИО19, 

<

данные изъяты>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.109 УК РФ,

ФИО20, 

<

данные изъяты>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.109 УК РФ,

у с т а н о в и л:

ФИО19 и ФИО20 причинили смерть по неосторожности, при следующих обстоятельствах. 

06 сентября 2017 года, в дневное время, ФИО20, действуя совместно и согласованно с ФИО19, по устной договоренности с ФИО1, осуществили монтаж в квартире 

<

данные изъяты> ФИО2 по адресу: 

<

данные изъяты>, комбинированной системы отопления, а именно: в ранее существовавшую печную систему с водяным контуром, работавшую на твердом топливе, врезали электрическую нагревательную конструкцию с использованием того же водяного контура, установив при этом краны на подающем и обратном трубопроводах и отделяющих печную систему отопления от электрической. Таким образом, смонтированная ФИО20 совместно и согласованно с ФИО19 комбинированная конструкция позволяла системе отопления с водяным контуром работать либо в режиме использования электричества при отключении печи (закрытии кранов на подающем и обратном трубопроводах), либо в режиме использования твердого топлива при обязательном подключении печи (открытии кранов на подающем и обратном трубопроводах), либо в режимах подачи электричества и горения твердого топлива. При этом, собственной системой от расширения при нагревании печная нагревательная ветвь ФИО20 и ФИО19 оборудована не была.

При объединении двух систем отопления, ФИО20 и ФИО19 не были учтены особенности этих систем: электрическая - с регулировкой температуры, печная - без регулировки.

06 сентября 2017 года, в дневное время, осуществляя работы по монтажу комбинированной системы отопления в квартире ФИО2 по адресу: 

<

данные изъяты>, ФИО20 и ФИО19, действуя совместно и согласованно, допустили преступную небрежность, а именно: в нарушение пп.«а» п.4.2 СП 60.13330.2016 «Свод правил. Отопление, вентиляция и кондиционирование воздуха», утвержденного приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 16.12.2016 № 968/пр, согласно которому в зданиях следует предусматривать технические решения, обеспечивающие взрывопожаробезопасность систем внутреннего тепло- и холодоснабжения, отопления, вентиляции и кондиционирования, не предвидя при этом возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде причинения смерти находящихся в квартире по адресу: Тульская 

<

данные изъяты>, лиц, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должны были и могли их предвидеть, изменили исходную конструкцию системы печного отопления путем врезки электрического оборудования без обеспечения надлежащей компенсации теплового расширения при различных режимах работы отопительной системы (не обеспечили установку расширительного бачка, клапана и т.п. на системе печного отопления), кроме того установили краны на подающем и обратном трубопроводах, отделяющих печную систему отопления от электрической.

Таким образом, в том виде, в котором ФИО20 и ФИО19, действуя совместно и согласованно, проявляя преступную небрежность, видоизменили ранее существовавшую систему печного отопления (врезкой электрической и установкой перекрывающих кранов), система отопления стала опасной, поскольку при эксплуатации печного отопления при закрытых кранах на подающем и обратном трубопроводах и отсутствии собственной системы компенсации теплового расширения, подводимое тепло пойдет на увеличение давления внутри конструкции, в результате чего возникнут вращательно-поступательные силы реактивной тяги, создающие вращательно-поступательное движение печного котла, могущие привести к разрушениям конструкции и травмированию находящихся в квартире по адресу: 

<

данные изъяты>, людей.

15 января 2018 года, примерно в 17 часов 30 минут, ФИО2, находясь в кухне своей квартиры по адресу: 

<

данные изъяты>, эксплуатировала установленную 06 сентября 2017 года при указанных выше обстоятельствах ФИО20 совместно и согласованно с ФИО19 комбинированную систему водяного отопления, а именно - печь в режиме использования твердого топлива при закрытых кранах на подающем и обратном трубопроводах. Из-за замкнутости системы печного отопления и отсутствия у нее собственной системы компенсации теплового расширения, произошло увеличение давления внутри конструкции, в результате чего возникли вращательно-поступательные силы реактивной тяги, создавшие вращательно-поступательное движение печного котла, привели к его взрыву и разрушению конструкции ветви печного отопления с последующим разрушением кирпичной кладки печи и внутренней межкомнатной перегородки кухни. В результате взрыва печного котла отопления ФИО2 получила телесные повреждения, от которых скончалась в ГУЗ «

<

данные изъяты> 15.01.2018 в 18 часов 21 минуту.

Согласно заключению эксперта 

<

данные изъяты>, смерть ФИО2 наступила от 

<

данные изъяты>. При исследовании установлены телесные повреждения: 

<

данные изъяты>. Данные повреждения по совокупности вызвали расстройство жизненно-важных жизненных функций и, как создавшие угрожающее жизни состояние, квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью. При исследовании также установлен 

<

данные изъяты>. Все повреждения нанесены в короткий промежуток времени, практически одномоментно, определить последовательность их причинения невозможно, так же как и индивидуальные особенности травмирующих предметов. С учетом характера телесных повреждений потерпевшая после причинения повреждений выполнять активные действия не могла. Смерть, согласно данных медицинских документов, наступила 15.01.2018 в 18 часов 21 минуту. В момент смерти находилась в трезвом состоянии.

Подсудимый ФИО19 в судебном заседании вину по ч.1 ст.109 УК РФ не признал. По обстоятельствам дела пояснил, что им совместно с ФИО20 06 сентября 2017 года производилась установка отопления по адресу: 

<

данные изъяты>. Данное предложение о монтаже системы отопления поступило ФИО20 из магазина 

<

данные изъяты> от продавца. Про комбинированное отопление первоначально никакой речи не было. Продавец говорил, что в доме стоит старая печка, которую надо обрезать, все трубы по квартире срезать и сделать новую систему отопления. За работу оплатят 

<

данные изъяты> рублей. Он (подсудимый) и ФИО20 поговорили между собой и согласились. Приехали в дом, там была одна женщина, которая сказала, что по всем вопросам надо звонить ему. ФИО20 позвонил 

<

данные изъяты>ФИО1 и тот сразу приехал. Они у него спросили, что он хочет делать. Тот сказал, что трубы надо срезать, а батареи повесить. На месте, где был расширительный бак, они поставили электрический котел. ФИО1 попросил оставить печь, присоединить её временно к общей системе, пояснив, что печь разберет после 

<

данные изъяты>. В связи с этим, они докупали в магазине два крана и две муфты. Пояснил, что если бы ФИО1 изначально сказал, что он хочет видеть комбинированную систему, и не будет ломать печь, то эти краны изначально просто бы не ставились и система была смонтирована по-другому. Два крана ставились только ради того, что бы ФИО1, в последствии, их мог закрыть и не сливая отопления сломать печь. После того как они смонтировали новую комбинированную систему отопления они ФИО2 объяснили как этой системой пользоваться. Как надо пользоваться электрическим котлом. А если она надумает печку затопить, то она должна будет открыть два крана. Про последствия не говорили. Полагает, что ФИО2 15.01.2018 поторопилась, забыла открыть краны, что и явилось причиной произошедшего взрыва. Виновным в произошедшем себя не считает, сожалеет, что поверил ФИО1, что тот печку сломает, а он её не сломал и это образовало проблему. После 06 сентября 2017 года они с ФИО1 не связывались и не выясняли демонтировал он печь или нет и не договаривались с ним о демонтаже печи. Пояснил, что не читал и не знаком со «Сводом правил. Отопление, вентиляция и кондиционирования воздуха» СП 60.13330.2016. Учился на электрогазосварщика и сантехника. На протяжении 20 лет занимается этой работой, но комбинированную систему отопления до случившегося устанавливал 1 раз.

Подсудимый ФИО20 в судебном заседании вину по ч.1 ст.109 УК РФ не признал. По обстоятельствам дела пояснил, что на протяжении 10 лет занимается установкой отопительной системы, устанавливал её два раза. Опыт по установке приобрел в ходе работы, официально этому нигде не обучался. Считает, что отопление смонтировать и опрессовать может любой сантехник. Комбинированную систему отопления никогда ранее не устанавливал. Пояснил, что первоначально он и ФИО19 приняли заказ на установку электрической системы отопления. Заказчиком был ФИО1, с которым они связывались через ФИО7 сотрудника магазина 

<

данные изъяты>. ФИО7 позвонил ему по телефону, предложил работу. Весь материал был куплен заказчиком. Их задача была приехать, срезать старую систему и смонтировать новую систему отопления. Он и ФИО19 приехали в квартиру ФИО2 06 сентября 2017 года, где систему отопление смонтировали за один день. Сделали на основании того, что было приобретено заказчиком. Им было предложено старое печное отопление полностью разобрать, то есть срезать железный бак, все трубы, которые проходили по квартире и смонтировать новую систему отопление. Они всё убрали, срезали, вытащили на улицу, связались с заказчиком ФИО1 Тот приехал, показал куда вешать электрический котел и где провести трубы и поставить радиаторы отопления, а также попросил временно оставить печь, сказав, что 

<

данные изъяты> будет день рождения и он хотел бы после 

<

данные изъяты> эту печь разобрать. Монтировать комбинированную систему отопления он им не предлагал. Они, выслушали его пожелания, согласились с ним, как с заказчиком. Для того, что бы не сливая воды электрического отопления, то есть не вызывая в последствии специалиста, просто отрезать две трубы и разобрать печь, что бы не нарушать работу и целостность всей системы они врезали в систему два крана, согласовав это с ФИО1, то есть электрическую систему соединили с печью. Когда всё смонтировали, систему опрессовали, всё было сделано качественно. Сказали, что печкой пользоваться нельзя, но если пользоваться будут, то только при открытых кранах. ФИО2 и ФИО1 было всё понятно. Они уехали, получили оплату за проделанную работу. Претензии по работоспособности системы к ним не поступали. О произошедшем взрыве в квартире ФИО2 15.01.2018 узнал от ФИО15 Согласен, с выводами эксперта, что взрыв произошел из-за того, что были закрыты краны. Полагает, что одной системы безопасности в виде клапана установленного на электрической системе отопления было бы достаточно при использовании печи при открытых кранах. Дополнительный клапан для выхода излишнего давления воды перед кранами не устанавливали, так как полагали, что печь будет разобрана, тем самым поверив ФИО1 Они надеялись, что ФИО1 разберет печь после 

<

данные изъяты>. Если бы он знал о том, что ФИО1 не демонтирует печь, ФИО2 будет продолжать пользоваться ею, они бы смонтировали систему отопления по другому, то есть предусмотрели бы другие варианты с учетом всех мер безопасности. Своей вины в произошедшем не признает, поскольку считает, что это нарушение самой хозяйки ФИО2, которая не открыла краны перед тем как пользоваться печью. Пояснил, что не читал и не знаком со «Сводом правил. Отопление, вентиляция и кондиционирования воздуха» СП 60.13330.2016.

Вина подсудимых ФИО19 и ФИО20 в совершении каждым преступления, предусмотренного ч.1 ст.109 УК РФ, подтверждается совокупностью доказательств, исследованных в ходе судебного следствия.

Из показаний потерпевшего ФИО1, данных в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ следует, что в квартире 

<

данные изъяты> проживала 

<

данные изъяты> ФИО2, одна. Соседями по дому были ФИО3 и ФИО8 и 

<

данные изъяты> ФИО5. Дом одноэтажный на 4 квартиры с отдельными входами, но проживали в нем только его ФИО2 и семья ФИО3. Отопление в доме изначально было печное. Дом отапливался дровами, углем, но так как угль купить сложно, а дрова дорого, он принял решение сделать электрическое отопление в квартире. Отопление в квартире состояло из печки, внутри которой находился металлический водяной котел, от которого шли трубы - батареи по всей квартире и отапливали дом. Именно к этому котлу подсудимые ФИО19 и ФИО20 делали врезку, подсоединяя электрическую систему отопления, совмещая их. Оборудование и электрический котел «Теплотех» мощностью 6 КВт и краны закупал в магазине 

<

данные изъяты>. Новые батареи, электрический котел подсудимые установили в доме ФИО2 в сентябре 2017 года, при этом по их (его и ФИО2) просьбе временно оставили печное отопление. Этих ребят ему рекомендовал сотрудник магазина 

<

данные изъяты> ФИО7 Процесс установки системы отопления он не контролировал и в неё не вникал, так как ничего в этом не понимает. При установке оборудования не присутствовал, но претензий по качеству работы не было. Перед установкой системы отопления, он подсудимым говорил, что намерен в дальнейшем печь убрать после 

<

данные изъяты> дня рождения, чтобы увеличить площадь кухни, но точную дату демонтажа печи им не говорил. После установки системы отопления, подсудимые пояснили ФИО2 и показали, а потом пояснили ему, как необходимо пользоваться системой отопления, но о возможных последствиях при неправильном её применении, не поясняли. После сделанной работы он подсудимым по договоренности оплатил 

<

данные изъяты> рублей. С сентября 2017 года в квартире работало два вида отопления, либо печное либо электрическое, но больше ФИО2 продолжала пользоваться печным отоплением, поскольку считала, что пользоваться электрическим дорого. Вопросов по эксплуатации у неё не возникало. О произошедшем взрыве в квартире ФИО2 15.01.2018 он узнал от позвонившего ему ФИО3 Приехал к дому сразу же. Увидел, что ФИО5 ФИО2 вытащил из кухни на терраску. Она ещё была жива. Вызванная соседями и им примерно в 17.30 час. скорая помощь ехала до них примерно 40-50 минут. На скорой помощи ФИО2 доставили в больницу, где она скончалась. После больницы он приезжал в дом, заходил в кухню квартиры и видел закрытые краны на системе отопления. Сам эти краны он не закрывал и не открывал. В последствие узнал, что внутри печки взорвался котел. Пояснил, что ФИО2 была доброй, не конфликтной, с соседями проблем и ссор не было, чужих в дом не водила. Полагает, что ФИО2 сама забыла открыть краны на системе отопления, когда топила печь. Но также считает, что при установке системы не было дополнительно установлено клапана, который должен был быть и должен был сбросить давление в котле, который предотвратил бы взрыв. Однако, ни смотря на это, поскольку ФИО2 не вернуть, то никаких претензий к подсудимым не имеет и наказывать их не желает, в связи с чем, при вынесении судебного решения просил суд проявить снисхождение к подсудимым и учесть его позицию об освобождении подсудимых от уголовной ответственности, что также отразил в заявлении от ДД.ММ.ГГГГ (

<

данные изъяты>). 

Из показаний свидетеля ФИО7, данных в судебном заседании следует, что он работает в течение 5 лет администратором в торговом доме 

<

данные изъяты>. В их магазине продается газовое и другое оборудование. Сервисной службой является 

<

данные изъяты>, к которым они иногда обращаются, а также для осуществления установки оборудования обращаются по договоренности к ФИО20, который привлекает к работе напарника ФИО19 Он знал, что ребята всегда выполняют работы вдвоём. Потерпевший ФИО1 в их магазине в рассрочку приобрел оборудование для системы отопления батареи, трубы, электрический котел с клапаном, которую поставил в квартире мамы, то есть стандартный набор. Клапан для печного отопления не приобретался, так как на тот момент было не известно, как печь будет врезаться в систему. Печное отопление он желал заменить на электрическое отопление. При покупке оборудования ФИО1 пояснял, что желает, что бы система была комбинированная, то есть, что бы она работала от котла, но также что бы печь можно было врезать в систему. Для этого был подобран стандартный набор материалов, который используется для системы отопления: котел, батареи, краны к батареям и соответственно трубы. Какая-то часть компонентов системы докупалась позже. Монтировали систему по договоренности с ФИО1 ФИО19 и ФИО20 установили всё в течение одного дня, опресовали систему, о чем ему (свидетелю) сообщили, пояснив, что печь в последствии будет разобрана совсем. Данную информацию ФИО1, после установки системы, также подтвердил. Электрический котел не запускался в систему, так как не было подключения к электрической части, ввиду необходимости замены проводки. Но сама система была опресована. Полагает, что при комбинированной системе отопления одной группы безопасности, установленной в электрическом котле было бы вполне достаточно. Претензий к проделанной работе, её качеству не было. Система была собрано качественно, всё работало. ФИО20 и ФИО19 получили за свою работу денежные средства, которые он им передал по просьбе ФИО1 После установки, когда у ФИО1 возникала сложность со спутниковым телевидением, он лично приезжал в квартиру ФИО2 и видел, что система была смонтирована качественно и аккуратно. Но в действии он её не видел, так как квартира не отапливалась, поскольку на улице было тепло. О произошедшем несчастном случае, взрыве в квартире ФИО2 узнал от ФИО1, полагает, что это произошло из-за закрытых кранов при использовании ФИО2 печи. Пояснил, что ФИО20 он знает около 5 лет и к его работе у заказчиков нареканий никогда не было.

Из показаний свидетеля ФИО5, данных в судебном заседании следует, что он проживает по адресу: 

<

данные изъяты>, вместе с 

<

данные изъяты> ФИО8 и ФИО3. Дом, в котором расположена его квартира, построен из кирпича, одноэтажный, состоит из четырех квартир, имеющих отдельные входы. Фактически используются для проживания только две квартиры: их и ФИО2 Две другие квартиры - не жилые. В доме имеется электричество, газ в баллонах. Квартиры отапливаются посредством печей, установленных в каждой квартире. Внутри печи вмонтирован водяной котел, от которого по квартире разведены трубы с подключенными к ним радиаторами отопления. Знает, что в квартире ФИО2 было установлено электрическая система отопления, но кто и как её устанавливал, он не знает и не видел. Пояснил, что 15.01.2018, около 17.30 час. - 17.40 час., находясь у 

<

данные изъяты> ФИО8, услышал сильный хлопок, от которого общую стену выгнуло в их квартире, побежал на улицу смотреть. Света не было. Думал, что может быть где-то во дворе хлопок произошел. Потом понял, что в квартире соседки ФИО2, поскольку дверь не была заперта, он забежал к ней в квартиру и нашел её на кухне у печки под грудой кирпичей и котла, который вырвало из печи. В комнате стоял дым и пар. Она еще была живая, в сознании, попросила о помощи и позвонить ФИО1. Была одета в телогрейке. Он вытащил её на террасу, где заметил у неё телесные повреждения в области 

<

данные изъяты>. Попросил 

<

данные изъяты> ФИО8 вызвать скорую помощь и ФИО1 ФИО1 звонил ФИО3, у которого был его телефон. Приехал ФИО1 ФИО1 минут через 5-10 после звонка, дождались скорую помощь, которая ФИО2 на месте оказала первую медицинскую помощь, и увезла в больницу. ФИО1 поехал с ними. Пояснил, что причина взрыва ему не известна. Возгорания в квартире не было. В квартире он ничего не трогал. Краны не открывал и не закрывал. Только оказал помощь ФИО2, которая была хорошей женщиной. Посторонние лица к ней в квартиру не ходили. Помнит, как при одной из встречи, ФИО2 говорила, что в её квартире ФИО1 поставил электрическое отопление, не поясняя подробности.

Из показаний свидетеля ФИО8, данных в судебном заседании следует, что она проживает по адресу: 

<

данные изъяты>. В одном доме, только через стену, в квартире 

<

данные изъяты>, проживала ФИО2, одна. Квартира ФИО2, так же, как и ее квартира, отапливалась печью. В начале осени 2017 года в квартире ФИО2 был установлен электрический котел отопления. Ей об этом стало известно от самой ФИО2, которая та просила её снять показания счетчика. Лично она к ней в квартиру не приходила и не видела, что это была за система. 15.01.2018 она находилась у себя дома вместе с 

<

данные изъяты>ФИО5 Примерно в 17 часов 30 минут раздался сильный хлопок из квартиры ФИО2 ФИО5 пошел посмотреть, что произошло, а она осталась дома 

<

данные изъяты>. ФИО5 вернулся с улицы, взял фонарь, сказал, что в квартире ФИО2 темно, взорвалась печь, вызывай скорую помощь, она в экстренном состоянии, травмы 

<

данные изъяты>, попросил вызвать 

<

данные изъяты> ФИО1. Она вызвала скорую медицинскую помощь и позвонила 

<

данные изъяты> ФИО3, которого попросила позвонить ФИО1. По её ощущению скорая ехала долго минут 40, поскольку она трижды им звонила. Сама лично в квартиру ФИО2 она не заходила. Приехали ФИО1, 

<

данные изъяты> ФИО3 и пришла 

<

данные изъяты> ФИО9 До того, как из квартиры ФИО2 раздался хлопок, никаких посторонних шумов и подозрительных звуков оттуда не доносилось. ФИО2 была хорошей женщиной, не конфликтной, работящей.

Из показаний свидетеля ФИО3, данных в судебном заседании следует, что он проживает по адресу: 

<

данные изъяты>. По соседству с ним, через стену, в квартире 

<

данные изъяты>, проживала ФИО2 В их доме основное отопление – печное, которое периодически приходится прочищать, чтобы не забивался котёл. Для установки иной системы отопления необходимо согласовать данный вопрос с администрацией МО 

<

данные изъяты>, так как в квартирах они проживают по социальному найму. В квартире ФИО2, в начале осени 2017 года было установлено электрическое отопление, но печь также осталась. ФИО2 говорила, что пользовалась и электрической системой отопления и печью. Кто именно устанавливал систему отопления, ему не известно. ФИО2 была хорошей женщиной, конфликтов ни с кем не имела, проживала одна. В гости к ней приходили только её дети. 15.01.2018 вечером он дома отсутствовал. Дома оставались 

<

данные изъяты> ФИО8 

<

данные изъяты>ФИО5. ФИО5 после взрыва побежал в квартиру ФИО2, посмотреть, что там произошло. После 17 часов более точного времени не помнит, ему позвонила ФИО8 и сообщила, что в квартире ФИО2 что-то взорвалось и ту завалило, а в их квартире погнулась и лопнула стена, и просила его приехать, а также позвонить ФИО1. Он тут же перезвонил ФИО1 и передал тому сказанное ФИО8. Подъехав к дому, увидел там ФИО1, ФИО5, ФИО2, которую ФИО5 вытащил в террасу ее квартиры. ФИО2 была вся в саже, в крови, 

<

данные изъяты>. Она была в сознании, звала ФИО1, говорила, что ей тяжело дышать, но о том, что с ней произошло, не объясняла. Скорую помощь вызывали несколько раз. По его мнению, скорая помощь ехала минут 50. Были два врача, мужчина и женщина, которые поставила ФИО2 катетер, что-то ещё делали минут 10, при этом попросили снять с неё телогрейку, а потом увезли в больницу. Из-за чего случился взрыв, не знает. 

Из показаний свидетеля ФИО9, данных в судебном заседании следует, что 

<

данные изъяты> ФИО3 проживает по адресу: 

<

данные изъяты>. В этом же доме в квартире 

<

данные изъяты> по состоянию на январь 2018 года проживала её знакомая ФИО2 Квартиры в доме отапливаются печным отоплением. Дрова у ФИО2 были всегда. В декабре 2017 года ФИО2 сказала ей, что поставила электрический котел отопления. Подробности его установки не поясняла. По обстоятельствам произошедшего с ФИО2 15.01.2018 года пояснила, что узнав от ФИО3, что в квартире ФИО2 произошёл взрыв, она в шестом часу вечера прибежала к её дому, увидела, как ФИО2, которая была в саже и в крови, выносят на носилках, затем увезли на скорой помощи. С ней она не разговаривала. Была суматоха. Зайдя в квартиру ФИО3 увидела треснутую совместную с квартирой ФИО2 стену в спальне. Около 18.00 часов – начало 19.00 часов, когда уехала скорая помощь, она вызвала МЧС, поскольку боялась возгорания. Приехали сотрудники МЧС угрозу пожара не установили и уехали. В настоящее время со слов знает, что у ФИО2 в квартире в печи взорвался котел, в котором от дров нагревается вода и она идет по всей отопительной системе. Охарактеризовывая ФИО2 пояснила, что та была замкнутая, всю жизнь работала, была самостоятельной женщина, в дом к себе старалась никого не водить и сама редко оттуда выходила. К ней приходили только её дети - 

<

данные изъяты>. Конфликтов ни с кем у неё не было.

Из показаний свидетеля ФИО6, данных в судебном заседании следует, что он состоит в должности начальника ОНДиПР 

<

данные изъяты>, Пояснил, что профилактическая работа включает в себя проведение по дворовых обходов, информирование население о противопожарном состоянии в районе, выявление нарушений и привлечение к административной ответственности. Кроме этого информируем население путем направления сообщений и по громкоговорящей связи, направление заметок, распространение памяток на противопожарную тематику. А так же проводят инструктажи о мерах противопожарной безопасности. 15 января 2018 года по поступившему после 18.00 час. сообщению, сотрудники его отдела выезжали по адресу: 

<

данные изъяты>. Пожарные подразделения, для ликвидации последствий, для ликвидации горения, туда не требовались, пожара не было. Выезжала оперативная группа 

<

данные изъяты> пожарного спасательного гарнизона, в который входил начальник 3 отряда, ФИО16 и инспектор отдела ФИО14. По прибытии они ему в телефонном режиме доложили обстановку. Было установлено, что произошла разгерметизация отопительной системы и разрушение кирпичной кладки печного отопления, в результате чего пострадала женщина, которая в последствии скончалась в больнице. Старшим инспектором ФИО14 было отобрано объяснение от очевидцев. Данное происшествие не относится к компетенции их отдела, поэтому данный материал был передан в Следственный отдел. Данный материал состоял из сопроводительного письма и двух объяснений очевидцев. Больше никаких следственных действий не проводилось. Пояснил, что данная жительница дома (ФИО2) не состояла в группе риска, то есть определенный перечень, который включает себя многодетные семья, малообеспеченные граждане, неблагополучных граждан злоупотребляющих алкоголем, наркоманов, социально не адаптированные граждане, а так же граждане, чьи дома отключены от электричества и газоснабжения. Данная жительнице не состояла в списке, отнесенных к данной группе лиц. Поскольку было установлено, что возгорания не было, поэтому данный факт не находится в их компетенции. Собранный его сотрудником материал проверки был направлен по подследственности в 

<

данные изъяты> МРСО СУ СК России 

<

данные изъяты>. 

Из показаний свидетеля ФИО4, состоящего в должности председателя комитета по жизнеобеспечению администрации МО 

<

данные изъяты>, данных в судебном заседании следует, что дом 

<

данные изъяты> кирпичный, 

<

данные изъяты> года постройки, крыша скотная, шиферная, на четыре квартиры, отопление печное, центральный водопровод отсутствует. Контроль за эксплуатацией системы отопления в данном доме ведут сами жильцы. ФИО2 занимала жилое помещение в качестве нанимателя по договору социального найма. Разрешение на установку новой системы отопления администрацией МО 

<

адрес> не выдавалось и никто из жильцов – ФИО2 или ФИО1 с заявлением и проектной документацией к ним по данному вопросу не обращался. После взрыва 15.01.2018 в квартире ФИО2, на место для осмотра обстановки выезжал лично глава администрации ФИО13 и заместитель главы администрации по жизнеобеспечению муниципального образования ФИО12 Были оценен масштаб происшествия, зафиксированы какие повреждения строительных элементов жилого дома претерпели и были намечены первоочередные мероприятия по устранению последствий взрыва. Какие либо документы следственным органам ими не передавались и в следственных действиях они участие не принимали.

Также, вина подсудимых в совершении инкриминируемого каждому преступления подтверждается исследованными в судебном заседании письменными доказательствами по делу:

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в присутствии понятых, эксперта, потерпевшего ФИО1, осмотрена квартира 

<

данные изъяты> в одноэтажном кирпичном доме 

<

данные изъяты>, где зафиксировано, что квартира имеет отдельный вход. Перекрытие дома двускатное шиферное, с деревянной обрешеткой. Входная дверь с улицы деревянная, закрывается на врезной замок, повреждений не имеет. При входе в квартиру имеется терраса. В левой стене окно, закрыто. В террасе слева находится бытовой мусор. У правой стены имеется 6-секционная отопительная батарея. При входе розетка. Свет в террасе присутствует, лампочка висит на левой стене при входе. В правой от входа стене имеется металлическая дверь, закрывающаяся на 2 врезных замка, повреждений не имеет, дверь открыта. При входе в квартиру из террасы имеется кухня. Справа простенок с широкими креслами. При входе слева у стены мешки со строительными смесями, предметы одежды, бытовой мусор. В конце коридора, ведущего из кухни в комнату на полу обрушение кирпичной кладки, на стенах следы пыли и сажи. В кухне имеется стена дымоходы перед входом в комнату. В правом нижнем углу имеются отверстие дымохода и также отверстие в верхней части дымохода. В нижней части дымохода имеется повреждение дымохода в виде разрушения кладки. За дымоходом справа на стене электрический котел «Теплотех» с подводкой к нему полимерных труб, краны на которых закрыты. Напротив простенка в кухне закрытое пластиковое окно со следами сажи, не имеющее повреждений. Под окном стоит стол, на котором находятся обрывки гопсокартона. Справа у центра стены стоит мойка с водопроводным краном, которая повреждена и с наслоениями сажи. Возле мойки находится газовая плита, которая также деформирована. В центре кухне имеются обломки кирпича, поврежденные металлические конструкции, представляющие собой металлическую П-образную емкость с отходящими от неё металлическими трубами. Данная конструкция повреждена. Потолок частично обрушен, в саже. Среди обломков кирпича находятся дрова. Далее после кухни расположена комната, где вдоль левой стены стоят: холодильник, диван-кровать, шкаф. У правой стены, являющейся стеной дымохода на расстоянии 60см. стоят 2 кресла. Стена дымохода в центре в нижней части имеет повреждения, в виде обрушения кирпичной кладки и осыпания кирпича. В средней части под обвалившимся кирпичами имеется выпячивание куханной кладки в сторону комнаты, а также разрыв обоев. В центре правой стены находится закрытое пластиковое окно без повреждений. Под окном стоит стол и имеется 12-секционная батарея отопления. У дальней торцевой стены стоит стенка-мебель с телевизором. Из комнаты имеется дверной проем, где слева у стены стоит шкаф, справа у стены стол с телевизором, за ним трельяж, в центре кровать. На потолке имеет место отслоение декоративной плитки. В правой стене окно, под которой находится 8-секционная батарея отопления. В ходе осмотра предметы и вещи не изымались. (

<

данные изъяты>);

- протоколом дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в присутствии следователя-криминалиста, потерпевшего ФИО1, дополнительно осмотрена квартира 

<

данные изъяты>. Осмотром кухни установлено, что на ее полу, а также полу коридора, ведущего в жилую часть квартиры, по всему периметру лежат фрагменты кирпичной кладки, служившей ограждением кухни от коридора. Также на полу находятся деформированные металлические фрагменты. Среди обломков, на полу кухни лежат дрова. Оставшиеся целыми стены кухни, оконный проем, потолок и пол покрыты слоем пыли и сажи. На потолке имеются повреждения в виде отсутствия части гипсокартонных плит, служивших обшивкой потолка. В одной из стен кухни, являющейся смежной с жилой частью квартиры, имеются дымоходы и остатки кладки печи, которая на момент осмотра имеет следы разрушений. В нижней части этой стены, в месте расположения печи, имеется сквозной пролом. Вдоль данной стены кухни, справа от дымоходов, имеется настенный электрический котел, к которому подведены полимерные трубы отопления. Над электрическим котлом, а также под ним, параллельно полу, проходят полимерные трубы, идущие в сторону пролома в стене. Данные трубы оснащены кранами, которые на момент осмотра закрыты. Под электрическим котлом расположен расширительный бак от системы электрического отопления. Находящиеся в помещении предметы кухонной мебели: мойка с водопроводным краном, газовая плита, имеют следы деформации и покрыты пылью и сажей. В ходе осмотра предметы и вещи не изымались. (

<

данные изъяты>);

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в присутствии понятых, потерпевшего ФИО1, осмотрен земельный участок, расположенный перед входом в квартира 

<

данные изъяты>, на котором на расстоянии 5 метров по прямой от входа двери, ведущей в террасу на снегу лежит водяной котел печного отопления, представляющий собой металлическую конструкцию П-образной формы с пустотами внутри с присоединенными к нему 2 трубами, расположенными в противоположных частях котла. Со слов, участвовавшего в осмотре ФИО1, данный котел ранее был установлен в кухне квартиры 

<

данные изъяты> ФИО2 до взрыва, имевшего место 15.01.2018 года. В ходе осмотра обнаруженный указанный водяной котел изъят должным образом. (

<

данные изъяты>);

- заключением эксперта 

<

данные изъяты>, согласно которого 1). смерть ФИО2 наступила от 

<

данные изъяты>;

- заключением экспертов по судебной инженерно-технической экспертизе 

<

данные изъяты>, согласно которой причинами взрыва водяного котла в квартире 

<

данные изъяты>, являются: действия лиц, эксплуатировавших печь при перекрытых кранах, соединяющих печную и электрическую системы, а также принятое техническое решение по устройству комбинированной системы отопления не обеспечившее взрывопожаробезопасность. (

<

данные изъяты>);

- протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ, из которой следует, что у потерпевшего ФИО1 произведена выемка детализации предоставленных абоненту ФИО1 услуг оператора сотовой связи ТЕЛЕ2 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, использующего номер телефона 

<

данные изъяты>;

- протоколом осмотра документов от ДД.ММ.ГГГГ согласно которого была осмотрена детализация предоставленных абоненту ФИО1 услуг оператора сотовой связи ТЕЛЕ2 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, использующего № телефона 

<

данные изъяты>. При изучении и анализе содержащейся в детализации информации установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 08 часов 42 минуты 08 секунд зафиксирован входящий звонок длительностью 32 секунды от абонента с 

<

данные изъяты>, принадлежащем ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженцу 

<

данные изъяты>, признанной и приобщенной в качестве доказательств по делу на основании постановления следователя от ДД.ММ.ГГГГ (

<

данные изъяты>);

- протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого осмотрен водяной котел печного отопления (печной котел), представляющий собой металлическую конструкцию П-образной формы, пустотелой внутри. От двух противоположных относительно друг друга частей корпуса печного котла отходят по одной металлической трубе, имеющих на свободных концах металлические муфты для присоединения аналогичных труб. Одна из стенок корпуса котла, имеющая наибольшую площадь, отсоединена по трем своим сторонам от сварных швов и отогнута вверх (

<

данные изъяты>), признанный и приобщенный в качестве доказательств по делу на основании постановления следователя от ДД.ММ.ГГГГ (

<

данные изъяты>).

Изложенные обстоятельства позволяют суду признать все вышеуказанные вещественные доказательства, признанные таковыми и приобщенные к материалам уголовного дела в качестве доказательств - относимыми, допустимыми и достоверными вещественными доказательствами по делу. 

Давая оценку всем вышеприведенным судебно–медицинским экспертизам, суд исходит из того, что они проведены в соответствии с требованиями уголовно – процессуального законодательства, квалифицированными и компетентными специалистами, выводы экспертиз мотивированные и обоснованные, не противоречат другим доказательствам по делу. Выводы по всем поставленным вопросам изложены в ясных и понятных формулировках. Оснований не доверять заключениям экспертов у суда не имеется, не приведены такие основания и участниками процесса. 

Каких-либо данных, свидетельствующих о недопустимости исследованных доказательств по делу в качестве доказательств и фальсификации доказательств, судом не установлено. Оснований для заинтересованности сотрудников 

<

данные изъяты> МСО СУСК РФ 

<

данные изъяты> в осуждении подсудимых ФИО19 и ФИО20, судом не установлено, не приведены таковые основания подсудимыми и их защитниками. 

Оснований полагать, что обстоятельства, изложенные в обвинении не соответствуют действительности, а предварительное следствие проведено с нарушением уголовно-процессуального закона, не имеется. Вывод суда о наличии вины подсудимых ФИО19 и ФИО20 в совершении инкриминируемого каждому преступления основан на совокупном анализе доказательств исследованных по уголовному делу.

Анализируя вышеуказанные показания потерпевшего ФИО1, свидетелей ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО3, ФИО9, данные в судебном заседании, изложенные в приговоре, в части значимых по делу обстоятельств, суд признает их относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами по делу, поскольку они последовательны, согласуются между собой, объективно подтверждают и дополняют показания друг друга, а также согласуются с показаниями подсудимых, которые в совокупности с оглашенными письменными доказательствами по делу, образуют единое событие произошедшего.

Суд также принимает во внимание, что потерпевший и все вышеуказанные свидетели по делу, не являлись непосредственными очевидцами произошедшего, однако, указав, что не имеют оснований для оговора подсудимых и личной заинтересованности по делу, пояснили об известных им обстоятельствах, сообщив источник своей осведомленности, в связи с чем, оснований не доверять их показаниям, у суда не имеется, поскольку их показания, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, с разъяснением прав и обязанностей, предусмотренных ст.56 УПК РФ, ст.51 Конституции РФ, ст.ст.307 и 308 УК РФ, ответственности за дачу заведомо ложных показаний, и нашли своё подтверждение совокупностью иных исследованных доказательствах по делу.

Из материалов дела суд также не усматривается оснований у потерпевшего и свидетелей для оговора подсудимых ФИО19, ФИО20, поскольку, как они пояснили в суде, не испытывают к подсудимым личной неприязни, не имели с ними конфликтов, у них отсутствуют личная заинтересованность по делу и основания для их оговора. 

Показаниям подсудимых ФИО19 и ФИО20, данных в судебном заседании в части не признания вины по инкриминируемой каждому статье по ч.1 ст.109 УК РФ, возложение ответственности за произошедшее на погибшую ФИО2, суд расценивает, как реализацию предоставленного каждому подсудимому права на защиту от обвинения любым способом, в том числе, с целью смягчить свою ответственность за содеянное.

При этом показания подсудимых ФИО19 и ФИО20, данные в судебном заседании в части событий предшествующих установке комбинированной системы отопления, её непосредственной установке ими совместно ДД.ММ.ГГГГ по договоренности с ФИО1, в квартире 

<

данные изъяты>, в которой проживала ФИО2, обстоятельств общения со свидетелем ФИО7, потерпевшим – ФИО1, как заказчиком работ, факт монтажа комбинированной системы отопления состоящей из электрической системы отопления и печного, её предварительной проверки, путем опрессовки системы, проведение инструктажа по использованию установленной новой системы отопления с ФИО2 и ФИО1, отсутствие претензий от заказчика и его матери по проведенной работе и установленной системе отопления, получение денежных средств за проделанную работу - суд находит относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами по делу, не вызывающими у суда сомнений, поскольку они подтверждаются иными исследованными доказательствами по делу и показаниями потерпевшего и свидетелей.

Полагать, что подсудимые ФИО19 и ФИО20 оговорили себя в ходе судебного следствия при пояснении обстоятельств по делу, в том числе, указывая, что именно они совместно и согласованно 06 сентября 2017 года устанавливали, по договоренности с потерпевшим ФИО1, в квартире ФИО2 

<

данные изъяты>, комбинированную систему отопления, при изложенных ими обстоятельствах, оснований у суда не имеется.

Суд учитывает, что подсудимые не обучались непосредственно установке отопительной системы, а получили навыки и опыт только в ходе длительной работы в данной сфере, где ФИО20 занимаясь на протяжении 10 лет этой работой, комбинированную систему отопления до случившегося никогда не устанавливал, а подсудимый ФИО19 занимаясь на протяжении 20 лет этой работой, комбинированную систему отопления до случившегося устанавливал только 1 раз.

Судом установлено, что 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

данные изъяты>, изначально имела печную систему отопления, которую потерпевший ФИО1. без согласования с органом местного самоуправления – Администрацией МО 

<

данные изъяты>, что подтверждается показаниями свидетеля ФИО4, состоящего в должности председателя комитета по жизнеобеспечению администрации МО 

<

данные изъяты>, принял решение заменит печное отопление на комбинированную систему отопления с возможностью использования как электрической системы отопления, так и печной. 

Данная комбинированная система топления была установлена подсудимыми ФИО20 и ФИО19 06.09.2017 в следующем виде: в ранее существовавшую печную систему с водяным контуром, работавшую на твердом топливе, врезали электрическую нагревательную конструкцию с использованием того же водяного контура, установив при этом краны на подающем и обратном трубопроводах и отделяющих печную систему отопления от электрической. Данная конструкция позволяла системе отопления с водяным контуром работать либо в режиме использования электричества при отключении печи (закрытии кранов на подающем и обратном трубопроводах), либо в режиме использования твердого топлива при обязательном подключении печи (открытии кранов на подающем и обратном трубопроводах), либо в режимах подачи электричества и горения твердого топлива. При этом, собственной системой от расширения при нагревании печная нагревательная ветвь ФИО20 и ФИО19 оборудована не была, в связи с чем, видоизмененная система печного отопления стала опасной, поскольку при эксплуатации печного отопления при закрытых кранах на подающем и обратном трубопроводах и отсутствии собственной системы компенсации теплового расширения, подводимое тепло пошло на увеличение давления внутри конструкции, в результате чего возникли вращательно-поступательные силы реактивной тяги, создающие вращательно-поступательное движение печного котла, приведшие 15.01.2018 к разрушениям конструкции и травмированию, находящейся в квартире по адресу: 

<

данные изъяты>, ФИО2, которая от полученных травм скончалась в больнице.

Факт произошедшего в квартире ФИО2 взрыва наряду с исследованной совокупностью доказательств по делу, подтверждается показаниями свидетелей ФИО5 и ФИО8, которые 15.01.2018 примерно в 17 час. 30 минут, находясь в своей квартире 

<

данные изъяты>, граничащей с квартирой ФИО2 услышали сильный хлопок, куда ФИО5 прибыл первый. Показаниями свидетеля ФИО6 ( сотрудника ГУ МЧС России 

<

данные изъяты>) из которых следует, что ими было установлено, что произошла разгерметизация отопительной системы и разрушение кирпичной кладки печного отопления, в результате чего, пострадала женщина, которая в последствии скончалась в больнице.

Таким образом, судом установлено, что подсудимые ФИО19 и ФИО20 допустили нарушение пп.«а» п.4.2 СП 60.13330.2016 «Свод правил. Отопление, вентиляция и кондиционирование воздуха», утвержденного приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 16.12.2016 № 968/пр (далее Свод правил), согласно которому в зданиях следует предусматривать технические решения, обеспечивающие взрывопожаробезопасность систем внутреннего тепло- и холодоснабжения, отопления, вентиляции и кондиционирования, при монтаже, пуске в эксплуатацию комбинированной системы отопления.

Нарушение подсудимыми вышеуказанных Свода правил, которые изменили исходную конструкцию системы печного отопления в квартире ФИО2, путем врезки электрического оборудования без обеспечения надлежащей компенсации теплового расширения при различных режимах работы отопительной системы (не обеспечили установку расширительного бачка, клапана и т.п. на системе печного отопления), кроме того установили краны на подающем и обратном трубопроводах, отделяющих печную систему отопления от электрической, находится в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями – причинением смерти потерпевшей ФИО2, что также нашло своё подтверждение в заключении эксперта 

<

данные изъяты>, согласно которой причинами взрыва водяного котла в квартире 

<

данные изъяты>, наряду с действиями лица, эксплуатировавшей печь при перекрытых кранах, соединяющих печную и электрическую системы, также является принятое техническое решение по устройству комбинированной системы отопления не обеспечившее взрывопожаробезопасность. 

При этом суд учитывает, что потерпевшая ФИО2, пользуясь 15.01.2018 печью при комбинированной системе отопления, не открыла краны установленные на данной системе отопления, в связи с чем из-за замкнутости системы печного отопления и отсутствия у нее собственной системы компенсации теплового расширения, произошло увеличение давления внутри конструкции, в результате чего возникли вращательно-поступательные силы реактивной тяги, создавшие вращательно-поступательное движение печного котла, привели к его взрыву и разрушению конструкции ветви печного отопления с последующим разрушением кирпичной кладки печи и внутренней межкомнатной перегородки кухни, что нашло подтверждение в протоколе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (

<

данные изъяты>), протоколе дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (

<

данные изъяты>), заключение экспертов по судебной инженерно-технической экспертизе 

<

данные изъяты>, показаниях потерпевшего ФИО1, свидетелей ФИО5, ФИО8

Однако, наряду с вышеуказанным, суд учитывает:

- пояснения потерпевшего ФИО1 о том, что при установке системы не было установлено дополнительного клапана, который должен был быть и должен был сбросить давление в котле, который предотвратил бы взрыв;

- показания подсудимого ФИО20, пояснившего, что дополнительный клапан для выхода излишнего давления воды перед кранами не устанавливали, так как полагали, что печь будет разобрана после 08 сентября 2017 года, поскольку при оставлении печи, они бы смонтировали систему отопления по-другому, то есть, предусмотрели бы другие варианты с учетом всех мер безопасности;

- показаниях подсудимого ФИО19, пояснившего, что что если бы ФИО1 изначально сказал, что он хочет видеть комбинированную систему отопления, то краны изначально бы в систему отопления не ставились и система была бы смонтирована по-другому.

Таким образом, с учетом показаний потерпевшего и подсудимых, совокупности исследованных судом доказательств по делу, следует, что возникших последствий можно было избежать при условии осуществления подсудимыми ФИО19 и ФИО20 монтажа комбинированной системы отопления с учетом всех особенностей системы: электрическая – с регулировкой температуры, а печная – без регулировки, с учетом взрывопожаробезопасности, требований Свода правил, без учета пояснений заказчика – потерпевшего ФИО1 о том, что печь будет демонтирована после Дня рождения ФИО2 (после 

<

данные изъяты>), то есть изначально должным образом, без врезной электрической системы в печное отопление и установкой перекрывающих врезных кранов.

Судом установлено, что, подсудимые не убедились в безопасности для здоровья и жизни ФИО2, постоянно проживающей в квартире и лиц её посещающих (в частности сына – потерпевшего ФИО1), смонтированной комбинированной системы отопления, монтаж которой они произвели. Не проанализировали должным образом техническое решение по устройству комбинированной системы отопления, все варианты использования данной системы отопления для осуществления максимальной взрывопожаробезопасности граждан. В связи с этим, суд считает, что объективная сторона совершенного подсудимыми преступления характеризуется неосторожностью в форме преступной небрежности, поскольку они не предвидели возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде причинения смерти находящихся в квартире по адресу: 

<

данные изъяты>, лиц, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должны были и могли их предвидеть.

Доводы подсудимых и их защитников о том, что комбинированная система отопления монтировалась, как временная система отопления с последующим демонтажем печи, после 

<

данные изъяты> ФИО2 (после 

<

данные изъяты>), поскольку об этом заявлял заказчик ФИО1, суд находит несостоятельным, поскольку из пояснений потерпевшего ФИО1, данных в судебном заседании установлено, что точная дата демонтажа печи им не сообщалась и с подсудимыми не оговаривалась, что не исключало для подсудимых ФИО20 и ФИО19 необходимости монтажа комбинированной системы отопления с соблюдением Свода правил, согласно которого в зданиях следует предусматривать технические решения, обеспечивающие взрывопожаробезопасность систем внутреннего теплоснабжения, то есть, с учетом взрывопожаробезопасности граждан, в том числе, и при временной её установке.

Исследованные в совокупности доказательства по делу опровергают доводы подсудимых и их защитников о том, что подсудимые не должны были и не могли предвидеть возможное наступление последствий в виде смерти проживающих в квартире лиц, и что взрыв в квартире ФИО2 произошёл только по вине ФИО2, не открывшей краны при использовании печи.

Оснований полагать, что смерть ФИО2 наступила в результате иных обстоятельств, в том числе длительного отсутствия скорой медицинской помощи, которая приехала через 50 минут, на что указывает сторона защиты либо некачественной медицинской помощи, таких оснований у суда не имеется, поскольку согласно исследовательской части заключения эксперта 

<

данные изъяты> 15.01.2018 ФИО2 была доставлена в приёмный покой в 18 час. 15 мин. в крайне тяжелом состоянии, 

<

данные изъяты>, проведенные реанимационные мероприятия без эффекта, в связи с чем, в 18 час. 53 мин. констатирована смерть больной. 

Анализируя временной период прибытия автомобиля скорой медицинской помощи на место происшествия и состояние потерпевшей ФИО2, суд учитывает следующее: 

- из показаний свидетеля ФИО8 следует, что примерно в 17 час. 30 мин. раздался сильный хлопок из квартиры ФИО2 

<

данные изъяты>ФИО5 пошел посмотреть, что произошло. Вернувшись сказал, что в квартире ФИО2 темно, взорвалась печь, вызывай скорую помощь, она в экстренном состоянии. Она вызвала скорую медицинскую помощь. По её ощущению скорая помощь ехала долго минут 40;

- из пояснений свидетеля ФИО5 следует, что 15.01.2018, около 17.30 час. - 17.40 час., находясь у 

<

данные изъяты> ФИО8, услышал сильный хлопок, побежал на улицу. Нашел в квартире ФИО2, вытащил её на террасу, где заметил у неё телесные повреждения в области 

<

данные изъяты>. Попросил 

<

данные изъяты> ФИО8 вызвать скорую помощь и ФИО1 ФИО1 приехал минут через 5-10 после звонка, дождались скорую помощь, которая ФИО2 на месте оказала первую медицинскую помощь, и увезла в больницу;

- из показаний ФИО3 данных в судебном заседании следует, что ФИО2 была вся в саже, в крови, 

<

данные изъяты>. Она была в сознании, звала ФИО1, говорила, что ей тяжело дышать, но о том, что с ней произошло, не объясняла. Скорую помощь вызывали несколько раз. По его мнению, скорая помощь ехала минут 50. Были два врача, мужчина и женщина, которые поставила ФИО2 катетер, что-то ещё делали минут 10, при этом попросили снять с неё телогрейку, а потом увезли в больницу;

- из показаний свидетеля ФИО9 следует, что около 18.00 часов – начало 19.00 часов, когда уехала скорая помощь, она вызвала МЧС, поскольку боялась возгорания в квартире ФИО2; 

- из показаний потерпевшего ФИО1 следует, что вызванная соседями и им примерно в 17.30 час. скорая помощь ехала до них примерно 40-50 минут.

Анализируя вышеизложенное, суд приходит к выводу, что указанный потерпевшим и свидетелями временной период – 40-50 мин. прибытия скорой медицинской помощи является их субъективным восприятием, с учетом сложившейся эмоционально тяжелой и чрезвычайной обстановки, поскольку, после вызова скорой медицинской помощи примерно в период с 17 час. 30 мин до 17 час. 40 мин., ФИО2 была доставлена в приёмный покой, после оказанной ей медиками первой медицинской помощи - в 18 час. 15 мин., что подтверждается вышеуказанным заключением 

<

данные изъяты>.

Кроме того, из показаний эксперта ФИО10 допрошенного в судебном заседании по ходатайству стороны защиты, следует, что по итогам проведенного исследования в заключение эксперта 

<

данные изъяты> он в исследовательской части указал, что смерть потерпевшей ФИО2 была констатирована в 18 часов 53 минуты, а в выводах заключения указал, что смерть ФИО2 наступила в 18 часов 21 минуту, поскольку, так как наступила клиническая смерть, то есть все жизненные показатели, сердечная и дыхательная деятельность, стали отсутствовать, что соответственно явилось временем наступления смерти. Он учитывал, что были проведены реанимационные мероприятия и они не дали ожидаемого эффекта, в данном случае время клинической смерти расценивалось, как и биологическая смерть. Пояснил, что время оказания медицинской помощи играет существенную роль. Чем более короткий промежуток времени, после причинения телесных повреждений, была бы оказана медицинская помощь, в данном случае наиболее вероятно был бы более благоприятный исход, но не факт, поскольку с учетом обширности и травматического воздействия, с учетом установленной 

<

данные изъяты>. При даче заключения им были оценены медицинские документы, в которых зафиксировано, что помощь оказывалась, также проводились реанимационные мероприятия, которые не дали положительного результата.

Оценивая вышеуказанные показания судебно – медицинского эксперта ФИО10 суд, исходя из ч.2 ст.80 УПК РФ, находит их относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами по делу, поскольку показания эксперта о локализации, механизме образования у ФИО2 телесных повреждений, степени тяжести, полностью соответствуют иным исследованным в ходе судебного следствия доказательствам по делу. При этом суд учитывает, что экспертом был учтен факт оказания первой медицинской помощи и проведения реанимационных мероприятий, которые не дали положительного результата, с учетом тяжести и сложности полученных ФИО2 многочисленных телесных повреждений, вызвавших травматический шок и острую кровопотерю.

Таким образом, совокупность вышеизложенного исключает смерть потерпевшей ФИО2 по другим причинам, независящим от действий подсудимых.

Кроме того, факт получения 15.01.2018 потерпевшей ФИО2, находящейся в трезвом состоянии при установленных в ходе предварительного и судебного следствия обстоятельствах, телесных повреждений причинивших как легкий вред здоровью 

<

данные изъяты>, так и перечисленных в заключении эксперта тяжких телесных повреждений, от совокупности которых она скончалась в больнице 15.01.2018 в 18 час.21 мин., подтверждается показаниями эксперта ФИО10, свидетелей, ФИО5, ФИО8, ФИО3, ФИО9, потерпевшего ФИО1, заключением эксперта 

<

данные изъяты>, из которого также следует, что все повреждения нанесены в короткий промежуток времени, практически одномоментно, и выполнять активные действия после их получения потерпевшая ФИО2 не могла, что исключает возможность получения всех установленных телесных повреждений при иных обстоятельствах, в ином месте и в иное время.

Таким образом, совокупным анализом исследованных по делу доказательств, установлена причинно-следственная связь между действиями подсудимых и наступившей смертью потерпевшей ФИО2, в связи с чем, довод защитника в судебных прениях, об отсутствии прямой причинно-следственной связи действий их подзащитных с наступившими последствиями, суд находит необоснованной, как не нашедшей своего подтверждения в ходе предварительного и судебного следствия по делу.

Данное преступление считается оконченным с момента наступления указанных последствий - смерти потерпевшей ФИО2 15.01.2018.

Судебное следствие по уголовному делу, проводимое с учетом соблюдения принципов уголовного судопроизводства, равенства и состязательности сторон, в том числе, с предоставлением, в силу ч.2 ст.274 УПК РФ, подсудимым и их защитникам права представить иные доказательства по делу и дополнить судебное следствие, было окончено с согласия всех участников процесса, с учетом отсутствия иных доказательств и отсутствия дополнений к судебному следствию.

Каких-либо данных, свидетельствующих об недопустимости исследованных доказательств по делу, в качестве доказательств, не установлено.

Таким образом, оценивая исследованные в судебном заседании доказательства, с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, взаимной связи, а все собранные доказательства в совокупности – с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела, исходя из времени и места совершения преступления, взаимоотношений между подсудимыми и потерпевшим ФИО1, потерпевшей ФИО2, установленных обстоятельств совершения преступления, анализируя и оценивая показания подсудимых ФИО20 и ФИО19 (за исключением показаний в части непризнания ими вины по инкриминируемой им статье), показания потерпевшего ФИО1, свидетелей ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО3, ФИО9 данные в судебном заседании, а также вышеуказанные исследованные письменные доказательства по делу, в соответствии со ст.ст. 74, 75, 87, 88 УПК РФ, суд считает, что каждое из них является относимым, допустимым и достоверным, а их совокупность – достаточной для вывода о виновности каждого подсудимого в инкриминируемом ему деянии, поскольку они последовательны, не имеют существенных противоречий, логичны, дополняют друг друга и согласуются между собой, образуя единое событие произошедшего, в связи с чем, суд приходит к выводу, что сторона обвинения представила убедительные и бесспорные доказательства вины подсудимых ФИО19 и ФИО20 в предъявленном каждому обвинении и квалифицирует действия:

- подсудимого ФИО19 по ч.1 ст.109 УК РФ, как причинение смерти по неосторожности,

- подсудимого ФИО20 по ч.1 ст.109 УК РФ, как причинение смерти по неосторожности.

Оснований для удовлетворения довода защитников о вынесении оправдательного приговора в отношении подсудимых ФИО19 и ФИО20 по ч.1 ст.109 УК РФ, а также для удовлетворения довода потерпевшего ФИО1 об освобождении подсудимых от уголовной ответственности, что потерпевший отразил в заявлении от ДД.ММ.ГГГГ (

<

данные изъяты>), суд не усматривает, поскольку, с учетом совокупности исследованных по делу доказательств, оснований для вынесения в отношении подсудимых оправдательного приговора либо прекращению в отношении подсудимых уголовного преследования, не имеется. 

Неустранимых сомнений в виновности подсудимых, которые могли бы толковаться в их пользу, судом не установлено. Полагать, что данное преступление совершил кто-либо иной, в другом месте, в иное время, при других обстоятельствах, либо отсутствовало событие преступления, либо в действиях подсудимых отсутствует состав преступления, у суда не имеется, и исследованных судом доказательств достаточно для постановки по делу обвинительного приговора. 

При решении вопроса о том, подлежат ли подсудимые ФИО19 и ФИО20 уголовной ответственности за содеянное, суд исходит из того, что подсудимые 

<

данные изъяты>. Кроме того, в ходе судебного следствия установлено, что подсудимые во время совершения преступления действовали последовательно, целенаправленно, правильно ориентировались в окружающей обстановке и происходящих событиях, осознанно руководили своими действиями. Их поведение в судебном заседании адекватно происходящему, они дают обдуманные и последовательные показания и ответы на вопросы участников процесса. Свою защиту осуществляют также обдуманно, активно, мотивированно, в соответствии с выбранной линией защиты. Каких-либо признаков органического расстройства личности, которые, не исключая их вменяемости, ограничивали бы способность в полной мере сознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, судом не установлено. Поэтому у суда не возникло сомнений во вменяемости подсудимых ФИО19 и ФИО20, в связи с чем, они подлежат уголовной ответственности за содеянное.

При назначении наказания подсудимым ФИО19 и ФИО20 за совершенное ими преступление суд, в соответствии со ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, в отношении каждого подсудимого учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, обстоятельства совершения преступления, обстоятельства смягчающие и отягчающее наказание подсудимого, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи, поведение подсудимого до, во время и после совершения преступления, а также, в соответствии с ч.1 ст.67 УК РФ, характер и степень фактического участия в совершении преступления и значение этого участия для достижения цели преступления, его влияние на характер и размер причиненного вреда.

Обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого ФИО19, в соответствии с ч.1, ч.2 ст.61 УК РФ, суд не усматривает.

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого ФИО19, в соответствии с п.«в» ч.1 ст.63 УК РФ, суд признает - совершение преступления в составе группы лиц.

Суд при назначении наказания подсудимому ФИО19 также учитывает данные о личности подсудимого, который 

<

данные изъяты>. Кроме того, суд учитывает возраст и состояние здоровья подсудимого, мнение потерпевшего ФИО1, просившего проявить снисхождение к подсудимому.

Обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого ФИО20, в соответствии с п. «г» ч.1 ст.61 УК РФ, суд признает – наличие 

<

данные изъяты>.

Обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого ФИО20, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ, суд признает наличие 

<

данные изъяты>.

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого ФИО20, в соответствии с п.«в» ч.1 ст.63 УК РФ, суд признает - совершение преступления в составе группы лиц.

Суд при назначении наказания подсудимому ФИО21 также учитывает данные о личности подсудимого, который 

<

данные изъяты>. Кроме того, суд учитывает возраст и состояние здоровья подсудимого, мнение потерпевшего ФИО1 просившего проявить снисхождение к подсудимому.

Кроме того, суд учитывает показания свидетеля ФИО11 пояснившего, что он является работодателем подсудимого ФИО20, о котором может сказать только хорошее, как о честном, ответственном, добросовестном сотруднике и, которому можно поручить любую работу, которую выполнит качественно, достойном человеке и семьянине

<

данные изъяты>, не отказывающего в помощи людям. Близок по духу с подсудимым ФИО19, с которым знаком длительное время. 

Оснований не доверять показаниям свидетеля ФИО11 у суда не имеется, в связи с чем, суд признает их достоверными доказательствами по делу, в части характеризующих личность подсудимого ФИО20

С учетом совокупности вышеизложенного, принципов законности и соразмерности наказания, суд приходит к выводу, что для достижения целей наказания – восстановления социальной справедливости, исправления подсудимых, предупреждения совершения ими новых преступлений, соблюдая требования закона о строго индивидуальном подходе к назначению наказания, подсудимым ФИО19 и ФИО20 каждому, должно быть назначено наказание в условиях, не связанных с изоляцией от общества, а именно, в виде исправительных работ, с удержанием из заработка в доход государства. 

Обстоятельства, препятствующие назначению подсудимым ФИО19 и ФИО20 наказания в виде исправительных работ, в соответствии с положениями ч.5 ст.50 УПК РФ, отсутствуют. 

Указанный вид наказания с учетом совокупности вышеизложенного и установленных судом вышеуказанных обстоятельств по делу, для каждого подсудимого будет отвечать целям и задачам уголовного наказания.

Каких – либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих общественную опасность совершенного преступления и являющихся основанием для назначения каждому подсудимому ФИО19 и ФИО20 наказания за совершенное ими преступление, с применением cт.64 УК РФ, а также оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, судом не установлено.

В связи с тем, что ФИО19 и ФИО20 осуждается по настоящему приговору к исправительным работам, то избранная им мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу подлежит оставлению без изменения.

Судьбу вещественных доказательств разрешить в порядке ст.ст.81, 82 УПК РФ. 

Гражданский иск не заявлен.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 296–299, 303, 304, 307-309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л:

признать ФИО19 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.109 УК РФ и назначить ему наказание, в виде исправительных работ на срок 2 (два) года с удержанием 15 % заработка в доход государства, с отбыванием исправительных работ, в соответствии с ч.1 ст.50 УК РФ в местах, определенных органом местного самоуправления по согласованию с уголовно-исполнительной инспекцией, но в районе места жительства осужденного. 

Меру пресечения ФИО19 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора суда в законную силу - оставить без изменения.

Признать ФИО20 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.109 УК РФ и назначить ему наказание, в виде исправительных работ на срок 1 (один) год 10 (десять) месяцев с удержанием 15 % заработка в доход государства, с отбыванием исправительных работ, в соответствии с ч.1 ст.50 УК РФ по основному месту работы 

<

данные изъяты>.

Меру пресечения ФИО20 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора суда в законную силу - оставить без изменения.

Вещественные доказательства по делу:

- 

<

данные изъяты>, по вступлении приговора в законную силу – хранить в уголовном деле на 

<

данные изъяты>;

-

<

данные изъяты>, по вступлении приговора в законную силу – возвратить по принадлежности потерпевшему ФИО1

Приговор суда может быть обжалован в течение 10 суток с даты его провозглашения, в судебную коллегию по уголовным делам Тульского областного суда, путём подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления в Ефремовский районный суд Тульской области. 

В случае подачи апелляционной жалобы, апелляционного представления осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий судья Л.М. Исаева