Дело № 2-312/2018 28 мая 2018 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Смирновой Н.А.,

при секретаре Шмыглиной П.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании утратившими право пользования жилым помещением с последующим снятием с регистрационного учета, встречному исковому заявлению ФИО3 к ФИО1 о признании договора купли-продажи квартиры недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о признании утратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес> с последующим снятием с регистрационного учета.

В обоснование иска указал, что, 21.02.2017 приобрел путем заключения договора купли-продажи у ФИО3 жилое помещение (квартира), расположенная по адресу: 

<

адрес>. 01.03.2017 договор зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу. До заключения договора купли-продажи в указанном жилом помещении были зарегистрированы ответчики. Самостоятельно и добровольно ответчики сняться с регистрационного учета отказываются. С момента приобретения жилого помещения, каких-либо договорных обязательств между истцом и ответчиками не существует. Членами семьи истца ответчики не являются.

Не согласившись с заявленными требованиями, ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО1, просил признать недействительным договор купли-продажи квартиры от 01.02.2017, расположенной по адресу 

<

адрес> и применить последствия недействительности сделки, взыскать расходы по уплате государственной пошлины в размере 27 348 руб. 04 коп. 

В обоснование встречного иска указал, что являлся собственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>.Указанная квартира была единственным жильем, где он проживал с сыном. 21.02.2017 между ним и ФИО1 заключен договор купли-продажи спорной квартиры, указанный договор был подписан под влиянием обмана, угрозы и неблагоприятных обстоятельств. В начале октября 2016 года знакомый ФИО4 обратился с просьбой помочь ему в организации бизнеса, так как у него есть действующая мастерская по ремонту колес. Также он предложил в будущем стать совладельцем этой компании. ФИО4 различными путями склонял к тому, чтобы он взял кредит или заем. Регулярно звонил, уговаривал, обещал хорошие доходы. В течении октября - ноября 2016 года ФИО3 передал ФИО4 120.000 руб. без каких-либо расписок. Впоследствии выяснилось, что за мастерской числится задолженность, размер которой составлял 1.000.000 руб. Позже ФИО4 сообщил, что есть человек, у которого можно взять в займы такую сумму. При этом обещав, что в скором времени все раскрутится и все вложенные деньги вернуться. После постоянных уговоров и обещаний, а также фактического шантажа, ФИО4 вынудил истца встретиться с ФИО1, который сразу же согласился дать денежные средства ФИО4, однако договор займа необходимо было заключать с истцом, поскольку ФИО4 с его слов не имел права заключать подобный договор, поскольку является арбитражным управляющим по делу о банкротстве, кроме того, у него не было чем обеспечить заем. В январе 2017 года вследствие постоянных уговоров и внушений ФИО4 вынудили истца подписать договор займа на 1.200.000 руб. с гр. ФИО5, на крайне невыгодных для его условиях. Денежных средств, полученных по договору займа, истец фактически не видел, их забрал ФИО6. По договору займа, заключенному на один год, в месяц гр. ФИО4 должен был передавать истцу денежные средства в размере 54.000 руб. для погашения займа. На первый платеж денежные средства ФИО4 были переданы, однако в последующем он сказал, что денег нет и перестал оплачивать кредит. ФИО1, через ФИО4, сообщил истцу, что поскольку денег он не получил, необходимо явиться к нотариусу для оформления квартиры. 21.02.2017, у нотариуса был оформлен договор купли-продажи квартиры. Истец полагает, что был поставлен ФИО4 и ФИО1 в крайне невыгодные условия, его всячески склоняли к займу или к кредиту, ФИО1 сознательно использовал сложившиеся обстоятельства. Намерений продавать свое единственное жилье у истца не было. Акт приема-передачи квартиры он подписать отказался, с регистрационного учета не снимался.

Представители истца ФИО1 в судебное заседание явились, заявленные исковые требования поддержали, просили иск удовлетворить в полном объеме, против удовлетворения встречного иска возражали.

Ответчик ФИО3 и его представитель ФИО7 по заявленным требованиям возражали, просили удовлетворить встречные требования.

Истец ФИО1, ответчик ФИО2, третьи лица ФИО5, ФИО8, ФИО4 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Принимая во внимание наличие сведений о надлежащем извещении неявившихся участников процесса, суд, руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Выслушав объяснения явившихся участников процесса, изучив и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Материалами дела подтверждается, что ФИО1 является собственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, на основании договора купли-продажи от 21.02.2017, обременение объекта недвижимости не зарегистрировано (л.д. 11-12).

Как следует из договора купли-продажи от 21.02.2017 78 АБ 2319861, ФИО3 передал ФИО1 принадлежащую ему на праве собственности квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, стоимость квартиры составила 3.829.608 руб. 58 коп. (л.д. 44).

Как следует из расписок ФИО3 от 21.02.2017, денежные средства в сумме 2.465.608 руб., 1.364.000 руб. получены им от ФИО1 (л.д. 36-37).

21.02.2017 ФИО3 подписано заявление об отсутствии супруги, имеющей право на общее имущество супругов в виде квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> (л.д. 38).

23.12.2016 ФИО5 в лице представителя ФИО8 и ФИО3 был заключен договор займа с одновременным залогом квартиры, по условиям которого ФИО3 получил сумму займа в размере 1.200.000 руб., указанную сумму обязался возвратить в срок до 22.12.2017 включительно. В соответствии с п. 1.1.9 целью займа являлось произведение капитального ремонта или других неотделимых улучшений квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>. В обеспечение исполнения обязательств по договору истцом займодавцу передана квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, стоимость предмета залога составила 2.900.000 руб. (л.д. 45-48).

Постановлением оперуполномоченного ГУР 52 отдела полиции УМВД Российской Федерации по Красногвардейскому району Санкт-Петербурга от 14.10.2017 в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ст. 159 УК Российской Федерации отказано по основаниям п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК Российской Федерации (л.д. 83-85).

Судом был допрошен свидетель М. который пояснил, что с ФИО1 и ФИО3 знаком, знакомство произошло при следующих обстоятельствах, к свидетелю обратился ФИО4, спросил нет ли у него знакомых чтобы заложить квартиру, поскольку ФИО3 хочет стать директором шиномонтажа и ему нужны деньги. Свидетель ответил, что такие знакомые у него есть. Потом все вместе ФИО3, ФИО4 и знакомый свидетеля Павел встретились в нотариальной конторе и оформили договор займа, деньги, полученные по договору займа взял себе ФИО4 Потом Павел отказался оформлять квартиру, и попросил свидетеля посодействовать в оформлении квартиры, после этого свидетель встретился с ФИО1 для оформления сделки по квартире. ФИО1 про квартиру узнал через ФИО4, в нотариальной конторе заключили договор купли-продажи, потом ФИО1 дал денежные средства в сумме 1.380.000 руб. Павлу, тот снял обременение с квартиры.

Из объяснений ФИО4 данных в рамках материала КУСП-48888 следует, что с ФИО3 они знакомы около 5 лет. Встретились в октябре 2016 года при личных обстоятельствах по факту ремонта колес. У ФИО3 были финансовые трудности, ФИО4 предложил содействие в решении проблем, а именно своего знакомого ФИО1 ФИО1 согласился помочь ФИО3 Они договорились о заключении сделки в середине февраля 2017 года, чтобы покрыть накопившиеся у ФИО3 долги. По факту заключения сделки, ФИО4 пояснил, что присутствовал в нотариальной конторе, поскольку ФИО3 звонил ему и просил подъехать. 21.02.2017 года он приехал и присутствовал при совершении сделки. С условиями договора не знакомился, передачи денежных средств ФИО1 - гр. ФИО3 не видел. Никакого психологического, физического и морального давления на гр. ФИО3 в нотариальной конторе не видел.

Из объяснений ФИО1 данных в рамках материала КУСП-48888 следует, что с ФИО4 знает больше года, он познакомил его с ФИО3, который хотел продать спорную квартиру. Первая встреча состоялась в ноябре - декабре 2016 года, где ФИО3 предложил приобрести вышеуказанный объект недвижимости. Договорились о стоимости, через несколько дней поехали в МФЦ. В момент оформления объекта, нотариус узнал, что объект находится под обременением, сделка не состоялась. Через несколько дней ФИО3 снова обратился и показывал бумаги о том, что обременение с объекта снято. 21.02.2017 встретился с гр. ФИО3 перед нотариальной конторой, также в данный адрес подъехал молодой человек, который представлял интересы агентства, в котором были документы на обременение вышеуказанного объекта недвижимости. Пошли в контору, где начали оформлять все необходимые документы. Затем вышли в коридор, где ФИО3 написал расписку о том, что он получил денежные средства в размере 1.364.000 руб. В дальнейшем гр. ФИО3 передал вышеуказанные денежные средства гр. ФИО5, ФИО5 подписал у нотариуса заявление о снятии обременения с объекта недвижимости. Потом ФИО3 написал вторую расписку в получении денежных средств в сумме 2.465.608 руб. Денежные средства передавал ФИО3 находясь в транспортном средстве ФИО9, который был возле нотариальной конторы. Несмотря на устные договоренности, ФИО3 акт приема-передачи не подписал, сняться с регистрационного учета отказался. 

Согласно положениям ст. 166 ГК Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Исходя из смысла ч. 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации под обманом понимается намеренное введение в заблуждение участника сделки его контрагентом или иным лицом, непосредственно заинтересованным в данной сделке. При этом обман может касаться не только элементов самой сделки, но и затрагивать обстоятельства, находящиеся за ее пределами, в частности относиться к мотиву сделки.

При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли стороны сделки (потерпевшего) происходит не свободно, а вынуждено, под влиянием недобросовестных действий другого лица (контрагента), заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного (искаженного) представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки.

Из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от дата № 1324-0 следует, что содержащееся в действующей редакции абзаца третьего пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации правовое регулирование, устанавливающее условия, при наличии которых сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего, направлено на защиту права граждан на свободное волеизъявление при совершении сделок и одновременно - на обеспечение баланса прав и законных интересов обеих сторон сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

По смыслу приведенной статьи, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Как следует из материалов дела, ФИО3 не заблуждался относительно условий сделки, равно как его не вводили в заблуждение относительно сделки, он не был обманут, ему не угрожали, он понимал, что явился в нотариальную контору 21.02.2017 для совершения сделки, подписал договор купли-продажи, получил денежные средства по договору, что подтверждается расписками. При этом достаточных доказательств для вывода о неисполнении покупателем обязанности по уплате денежной суммы по договору не представлено, в связи с чем, суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований о признании сделки недействительной по основаниям обмана, угрозы и существенного заблуждения. 

Рассматривая довод истца по встречному иску о совершении им сделки на крайне невыгодных условиях, суд исходит из следующего.

В соответствии с п. 3 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

По смыслу указанной нормы права для признания сделки кабальной необходимо установить совокупность следующих условий: стечение тяжелых обстоятельств для потерпевшего; явно невыгодные для потерпевшего условия совершения сделки; осведомленность другой стороны о перечисленных обстоятельствах и использование их к своей выгоде.

При наличии в совокупности указанных признаков сделка может быть признана недействительной по мотиву ее кабальности; самостоятельно каждый из признаков не является основанием для признания сделки недействительной по указанному мотиву.

В нарушение требований ст. 56 ГПК Российской Федерации ФИО3 не представлено доказательств, подтверждающих наличие указанных выше юридически значимых обстоятельств. Сам по себе факт заключения 23.12.2016 с ФИО5 в лице представителя ФИО8 договора займа с одновременным залогом квартиры и неуплаты долга по указанному договору о недействительности сделки купли-продажи от 21.02.2017 не свидетельствует, сумма сделки определенная сторонами заниженной не является.

Поскольку ФИО3 не представлено доказательств заключения договора купли-продажи на крайне невыгодных условиях вследствие стечения тяжелых обстоятельств, в удовлетворении встречного иска по указанному основанию ему также должно быть отказано.

Рассматривая иск ФИО1 о признании ФИО3, ФИО2 утратившими право пользования суд исходит из того, что в силу пунктов 1 и 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с частью 1 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены Жилищным кодексом Российской Федерации.

В соответствие с частями 1, 2 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи. Члены семьи собственника жилого помещения имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником, если иное не установлено соглашением между собственником и членами его семьи. Члены семьи собственника жилого помещения обязаны использовать данное жилое помещение по назначению, обеспечивать его сохранность.

Согласно пункту 1 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество, в иных случаях, предусмотренных законом.

Таким образом, переход права собственности на жилое помещение к новому собственнику является основанием для прекращения права пользования прежнего собственника.

Как установлено судом, ФИО2, ФИО3 зарегистрированы в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>, членами семьи нового собственника жилого помещения не являются, какого-либо соглашения с ними о пользовании жилым помещением истцом не заключалось.

Сведений о достижении между истцом и ответчиками соглашения о сохранении за ответчиками права пользования спорной квартирой или об обременении квартиры правами проживающих в ней лиц материалы дела не содержат.

Таким образом, предусмотренные законом или договором основания для сохранения за ответчиками права пользования спорной квартирой отсутствуют, к категории лиц, которые не могут быть выселены из жилого помещения при смене собственника, ответчики не относятся. Переход к истцу права собственности на жилое помещение является основанием для прекращения права пользования квартирой членами семьи прежнего собственника.

В настоящее время у ответчиков отсутствуют правовые основания для дальнейшего пользования жилым помещением вопреки воле собственника.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194, 233-237 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании утратившим права пользования жилым помещением с последующим снятием с регистрационного учета удовлетворить.

Признать ФИО2, ФИО3 утратившим право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес> с последующим снятием с регистрационного учета по указанному адресу.

Взыскать с ФИО2, ФИО3 в равных долях в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 рублей.

В удовлетворении встречного искового заявления ФИО3 к ФИО1 о признании договора купли-продажи квартиры недействительным отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья /подпись/

Мотивированное решение изготовлено 01 июня 2018 года