Дело № 2-813/2019; УИД: 42RS0010-01-2019-000809-20

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

Киселёвский городской суд Кемеровской области

в составе председательствующего – судьи Улитиной Е.Ю.,

при секретаре – Степановой О.И.,

с участием истца – ФИО3,

представителя истца – адвоката Красовой М.В., действующей на основании удостоверения № от ДД.ММ.ГГГГ. и ордера № от ДД.ММ.ГГГГ г.,

представителя истца – ФИО4, допущенной к участию в деле на основании устного ходатайства,

представителя ответчика Комитета по Управлению муниципальным имуществом Киселёвского городского округа – ФИО5, действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, сроком действия ДД.ММ.ГГГГ года,

представителя третьего лица ФИО9 – ФИО10, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ., сроком действия ДД.ММ.ГГГГ года, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Киселёвске Кемеровской области

«10» июня 2019 года

гражданское дело по иску:

ФИО3 

к Комитету по Управлению муниципальным имуществом Киселёвского городского округа

о признании права собственности на жилое помещение,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО3 обратилась в Киселёвский городской суд с иском к ответчику - Комитету по Управлению муниципальным имуществом Киселёвского городского округа (далее по тексту – КУМИ КГО) о признании права собственности на жилое помещение. Иск мотивирован следующим.

16.10.1956г. на основании решения исполкома Киселёвского городского Совета народных депутатов № от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 был предоставлен на праве бессрочного пользования земельный участок под строительство индивидуального жилого дома на праве личной собственности по адресу: 

<

адрес>.

29.01.1970г. право собственности на домовладение № по 

<

адрес> было зарегистрировано за ФИО1

06.03.1970г. ФИО2 приобрела 1/2 долю в доме по 

<

адрес>, у ФИО1, на основании договора купли-продажи. В дальнейшем ФИО2 сменила фамилию на ФИО21. В этом доме ФИО6 проживала до даты своей смерти - ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО6 являлась 

<

данные изъяты>, самостоятельно не могла себя обслуживать, родственников не имела. В 2003 году истец и её мать ФИО7 поселились в доме у ФИО6 в качестве жильцов, ухаживали за больной ФИО6 В 2004г. ФИО7 с согласия ФИО6 была зарегистрирована в вышеуказанном доме.

12.02.2007г. между истцом и ФИО6 был заключен договор купли-продажи ? дома по 

<

адрес> ФИО6 приняла решение о продаже своей части дома истцу, так как истец и ФИО7 осуществляли за ней уход, а родственников у ФИО6 не было. Истец передала ФИО6 денежные средства в размере 110000 рублей за проданную ей ? часть дома. Однако, истец своевременно надлежащим образом право собственности на ? долю дома не оформила. ДД.ММ.ГГГГ. ФИО6 скончалась, все расходы по организации похорон истец взяла на себя.

До 2008г. истец вместе с матерью (ФИО7) проживали в данном доме, ухаживали за домом, огородом, производили необходимые платежи за воду, электроэнергию, земельный налог. 

В ДД.ММ.ГГГГ истец вышла замуж, сменила фамилию с Козловой на ФИО3. Из дома истец выехала, но в доме осталась проживать её мама - ФИО7, они вместе продолжали ухаживать за домом и огородом.

ДД.ММ.ГГГГ. истец расторгла брак с ФИО8 и вновь переехала в дом по 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ. ФИО7 скончалась. После её смерти и до настоящего времени истец проживает в доме со своими 

<

данные изъяты> детьми, делает ремонт, ухаживает за огородом, производит необходимые платежи, то есть фактически осуществляет свои права как собственник дома.

Таким образом, истец, не являясь собственником указанного дома, добросовестно, открыто и непрерывно владеет им как своим собственным недвижимым имуществом в течение длительного времени. За данный период времени никто на данный жилой дом не претендовал, в суд с исковыми требованиями не обращался.

В настоящее время возникла необходимость в соответствии с законом зарегистрировать переход права собственности на ? долю в доме, поэтому истец вынуждена обратиться в суд, так как данный вопрос возможно решить только в судебном порядке.

На основании изложенного, ссылаясь на ч.3 ст.551 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец просит признать за ней право собственности на ? долю в жилом в доме, расположенном по адресу: 

<

адрес>

Впоследствии, в ходе судебного разбирательства, истец ФИО3 письменным заявлением от 30.05.2019г. (л.д.101-102), принятым к производству суда определением от 30.05.2019г. (л.д.104-105), изменила правовое основание заявленных требований на ст.234 Гражданского кодекса Российской Федерации (приобретательная давность). Уточнила, что владеет долей в спорном жилом помещении в течение 16 лет (с 2003 года), а до нее указанным жилым помещением длительное время (с 1970г. по 2007г. – 37 лет) владела ФИО2 Ссылаясь на ч.3 ст.234 Гражданского кодекса Российской Федерации, просит присоединить ко времени своего владения долей в спорном доме все время, в течение которого этим имуществом владела ФИО2 Просит признать за ней право собственности на ? долю площадью 38,7 кв.м., в том числе жилой площадью 28,3 кв.м., в жилом доме, расположенном по адресу: 

<

адрес> (общая площадь всего дома составляет 83,9 кв.м., жилая площадь 61,2 кв.м.), в силу приобретательной давности.

Истец ФИО3, её представители Красова М.В. и ФИО4 в судебном заседании поддержали исковые требования, с учётом уточнения их правового основания, и просили иск удовлетворить.

Представитель ответчика КУМИ КГО ФИО5 в судебном заседании не возражала против удовлетворения исковых требований.

Представитель третьего лица ФИО9 – ФИО10 в судебном заседании возражала против удовлетворения иска ФИО3, поскольку указанные в иске ФИО3 сведения относительно давности её владения долей дома не соответствуют действительности. По факту истец проживала там только в 2017 году, а в настоящее время лишь иногда приходит в дом, садит огород. Мать ФИО3 в половине дома, ранее принадлежавшей ФИО22, тоже никогда постоянно не проживала, а лишь иногда приходила к ФИО23. Полагает, что доля в доме, на которую претендует истец, должна перейти либо в муниципальную собственность, либо в собственность её отца ФИО9, имеющего на данную долю преимущественное право, поскольку изначально именно он и ФИО1 строили этот дом. 

Выслушав участников процесса, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд считает иск ФИО3 подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со статьями 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст.218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В случаях и в порядке, которые предусмотрены данным Кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом (п.3 ст.218 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п.1 ст.234 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации (пункт 1 ст.234 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 данного кодекса, начинается не ранее истечения срока исковой давности по соответствующим требованиям (пункт 4 ст.234 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 225 Гражданского кодекса Российской Федерации бесхозяйной является вещь, которая не имеет собственника или собственник которой неизвестен либо, если иное не предусмотрено законами, от права собственности на которую собственник отказался (пункт 1).

Если это не исключается правилами данного кодекса о приобретении права собственности на вещи, от которых собственник отказался (статья 226), о находке (статьи 227 и 228), о безнадзорных животных (статьи 230 и 231) и кладе (статья 233), право собственности на бесхозяйные движимые вещи может быть приобретено в силу приобретательной давности (пункт 2).

Бесхозяйная недвижимая вещь, не признанная по решению суда поступившей в муниципальную собственность, может быть вновь принята во владение, пользование и распоряжение оставившим ее собственником либо приобретена в собственность в силу приобретательной давности (пункт 3).

В соответствии со ст.236 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо может отказаться от права собственности на принадлежащее ему имущество, объявив об этом либо совершив другие действия, определенно свидетельствующие о его устранении от владения, пользования и распоряжения имуществом без намерения сохранить какие-либо права на это имущество.

В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010г. №10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества.

Лиц, ссылающееся на давность владения, может присоединить ко времени своего владения все время, в течение которого этим имуществом владел тот, чьим правопреемником это лицо является (п.3 ст.234 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 16 вышеназванного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, по смыслу статей 225 и 234 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Согласно абзацу первому пункта 19 этого же постановления возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

По смыслу приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи, приобретательная давность является законным основанием для возникновения права собственности на имущество у лица, которому это имущество не принадлежит, но которое, не являясь собственником, добросовестно, открыто и непрерывно владеет в течение длительного времени чужим имуществом как своим.

Длительность такого открытого и непрерывного владения в совокупности с положениями об отказе от права собственности и о бесхозяйных вещах, а также о начале течения срока приобретательной давности с момента истечения срока давности для истребования вещи предполагают, что титульный собственник либо публичное образование, к которому имущество должно перейти в силу бесхозяйности либо выморочности имущества, не проявляли какого-либо интереса к этому имуществу, не заявляли о своих правах на него, фактически отказались от прав на него, устранились от владения имуществом и его содержания.

Целью нормы о приобретательной давности является возвращение фактически брошенного имущества в гражданский оборот, включая его надлежащее содержание, безопасное состояние, уплату налогов и прочих платежей.

Добросовестность предполагает, что вступление во владение не было противоправным, совершено внешне правомерными действиями.

Добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности.

Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре.

Требование о добросовестном заблуждении в течение всего срока владения противоречит смыслу положений статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, без какого-либо разумного объяснения препятствует возвращению вещи в гражданский оборот и лишает лицо, открыто и добросовестно владеющее чужой вещью как своей, заботящееся об этом имуществе и несущее расходы на его содержание, не нарушая при этом ничьих прав, легализовать такое владение, оформив право собственности на основании статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом, в силу п.5 ст.10 названного кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Более того, само обращение в суд с иском о признании права в силу приобретательной давности является следствием осведомленности давностного владельца об отсутствии у него права собственности.

В судебном заседании установлено и подтверждено письменными материалами дела, что 16.10.1956г. на основании решения исполкома Киселёвского городского Совета народных депутатов № от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 был предоставлен на праве бессрочного пользования земельный участок под строительство индивидуального жилого дома на праве личной собственности по адресу: 

<

адрес>. Указанное подтверждается договором № от ДД.ММ.ГГГГ. (л.д.26).

Выпиской из решения № Исполнительного комитета Киселёвского городского Совета депутатов трудящихся от ДД.ММ.ГГГГ. подтверждается, что решение исполкома Киселёвского городского Совета народных депутатов № от ДД.ММ.ГГГГ. было отменено и вынесено другое: ФИО9 и ФИО1 оформить отвод земельного участка, площадью 0,04 га каждый, под строительство двухквартирного дома в районе «Зеленая Казанка» по 

<

адрес> (л.д.65).

ФИО1 и ФИО9 на предоставленном им для этих целей земельном участке построили двухквартирный дом, которому был присвоен адрес 

<

адрес>. 

Домовладение является двухквартирным, однако, в органах кадастрового учета и в органах технической инвентаризации учтено как единый объект.

29.01.1970г. право собственности на домовладение 

<

адрес> было зарегистрировано за ФИО1, что подтверждается выпиской из решения № исполнительного комитета Киселёвского городского Совета депутатов трудящихся (л.д.27).

06.03.1970г. принадлежащая ФИО1 половина дома была продана по договору купли-продажи ФИО2 (ФИО24 что подтверждается договором от ДД.ММ.ГГГГ, представленным филиалом №16 БТИ г.Киселёвска по запросу суда (л.д.111).

Согласно договора купли-продажи ? дома от ДД.ММ.ГГГГ., совершенного в простой письменной форме и не содержащего отметок о регистрации в БТИ или Управлении Росреестра, ФИО6 продала ФИО12 ? дома по 

<

адрес> за 110000 рублей, деньги получены при подписании договора (л.д.23-24), передача денег также подтверждается распиской (л.д.25).

ДД.ММ.ГГГГ. ФИО25, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла, что подтверждается записью акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ. Последним местом жительства ФИО6 является адрес – 

<

адрес> (л.д.40).

Согласно ответа нотариуса ФИО13, после смерти ФИО6 с заявлением о принятии наследства никто не обращался, свидетельство о праве на наследство не выдавалось (л.д.100). 

Истец ФИО3 (ранее – ФИО11 (л.д.29)) является дочерью ФИО7, что подтверждается свидетельством о рождении (л.д.30).

ДД.ММ.ГГГГ. ФИО7 умерла, что подтверждается свидетельством о смерти (л.д.31).

В соответствии с техническим паспортом на жилой дом по адресу 

<

адрес>, выполненным филиалом №25 БТИ г.Киселёвска по состоянию на ДД.ММ.ГГГГг., дом 1959 года постройки, имеет общую площадь 83,9 кв.м., жилую площадь 61,2 кв.м. (л.д.7-22). 

По сведениям БТИ, указанный дом находится в долевой собственности ФИО9 и ФИО3, без оформления документов. Правоустанавливающим документом у ФИО9 является договор о предоставлении в бессрочное пользование земельного участка под строительство индивидуального жилого дома № от ДД.ММ.ГГГГ. 

Выпиской из Единого государственного реестра недвижимости подтверждается отсутствие зарегистрированных прав в отношении индивидуального жилого дома, расположенного в городе 

<

адрес> (л.д.88-89).

Судом установлено, что в 2004 году ФИО7 с согласия ФИО6 была прописана в доме по 

<

адрес>

В соответствии со ст.127 Жилищного кодекса РСФСР, действовавшего на момент вселения и регистрации ФИО7 в спорном жилом доме, граждане, имеющие в личной собственности жилой дом (часть дома), квартиру, пользуются ими для личного проживания и проживания членов их семей. Они вправе вселять в дом, квартиру других граждан, а также сдавать их внаем на условиях и в порядке, устанавливаемых законодательством Союза ССР, настоящим Кодексом и другим законодательством РСФСР.

Члены семьи собственника жилого дома, квартиры (статья 53 Жилищного кодекса РСФСР), проживающие совместно с ним, вправе пользоваться наравне с ним помещениями в доме, квартире, если при их вселении не было оговорено иное. Право пользования помещением сохраняется за этими лицами и в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого дома, квартиры. К отношениям пользования жилыми помещениями между собственником дома, квартиры и бывшими членами его семьи применяются правила, установленные статьями 131-137 Жилищного кодекса РСФСР.

Согласно п.11 подпункта «б» Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации» №14 от 02.07.2009 года «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации»: «членами семьи собственника жилого помещения могут быть признаны другие родственники независимо от степени родства (например, бабушки, дедушки, братья, сестры, дяди, тети, племянники, племянницы и другие) и нетрудоспособные иждивенцы как самого собственника, так и членов его семьи, а в исключительных случаях иные граждане (например, лицо, проживающее совместно с собственником без регистрации брака), если они вселены собственником жилого помещения в качестве членов своей семьи. Для признания перечисленных лиц членами семьи собственника жилого помещения требуется не только установление юридического факта вселения их собственником в жилое помещение, но и выяснение содержания волеизъявления собственника на их вселение, а именно: вселялось ли им лицо для проживания в жилом помещении как член его семьи или жилое помещение предоставлялось для проживания по иным основаниям».

При этом, учитывая положения части 1 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, следует иметь в виду, что поскольку ведение общего хозяйства между собственником жилого помещения и лицом, вселенным им в данное жилое помещение, не является обязательным условием признания его членом семьи собственника жилого помещения, то и отсутствие ведения общего хозяйства собственником жилого помещения с указанным лицом либо прекращение ими ведения общего хозяйства (например, по взаимному согласию) само по себе не может свидетельствовать о прекращении семейных отношений с собственником жилого помещения. Данное обстоятельство должно оцениваться в совокупности с другими доказательствами, представленными сторонами по делу (статья 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что ФИО7 ухаживала за ФИО6, у которой близких родственников не было. ФИО7 была вселена и проживала в спорном жилом помещении как член семьи ФИО6, была прописана по указанному адресу с согласия собственника доли дома ФИО6

Таким образом, в настоящей ситуации добросовестность предполагает, что вступление во владение имуществом не было противоправным и совершено внешне правомерными действиями.

После смерти ФИО6 ФИО7 осталась проживать в доме, там же проживала истец, вместе они несли расходы по ремонту и содержанию своей половины дома, пользовались огородом, топили печь, поддерживали имущество в надлежащем состоянии. Указанные обстоятельства подтверждены показаниями свидетелей.

Свидетель ФИО14 в судебном заседании пояснила, что с 1991 года до 2014 года была зарегистрирована по адресу 

<

адрес> фактически проживала по данному адресу с 1979 года. По-соседству был расположен двухквартирный дом (дом на двух хозяев) по адресу 

<

адрес> В одной половине этого дома проживала ФИО26, в другой – О-вы. За ФИО27 ухаживала ФИО28 мать истца, поэтому ФИО29 дала свое согласие на прописку ФИО30 в принадлежащей ей половине дома. Знает, что ФИО31 свою половину дома продала истцу, но сделка не была оформлена должным образом. После смерти ФИО32 в принадлежащей ей половине дома проживали истец и её мать ФИО33, а после смерти ФИО34 – проживает истец со своими 

<

данные изъяты> детьми, которая следит за своей половиной дома, оплачивает все необходимые платежи. 

Свидетель ФИО15 в судебном заседании пояснила, что с 2004 года проживала в квартире супруга по 

<

адрес> без прописки, 4 года назад уехали оттуда. Знает, что дом по 

<

адрес> двухквартирный, в одной половине проживают О-вы, в другой половине проживала ФИО35, за которой ухаживали истец ФИО3 и её мать ФИО36 Знает, что ФИО37 была прописана в этом помещении. После смерти ФИО38 в половине дома, ранее принадлежавшей ФИО39, проживает истец, она же несет расходы по содержанию и ремонту жилого помещения.

Свидетель ФИО16 в судебном заседании пояснила, что проживает более 20 лет в доме по адресу 

<

адрес> По-соседству расположен дом по адресу 

<

адрес> это дом на двух хозяев. В одной половине этого дома длительное время проживают О-вы, в другой половине проживала ФИО40 Когда ФИО41 заболела, за ней стали ухаживать посторонние женщины, сначала одна, потом другая. Одну из них (ФИО42) ФИО43 прописала в своей половине дома, о чем потом сожалела. После смерти ФИО44 в доме поселилась ФИО45, а после смерти ФИО46 стала проживать истец. Знает, что ФИО47 свою половину дома никогда и никому не продавала. Если бы такое случилось, то они (соседи) знали бы об этом, так как ФИО48 всегда им всё рассказывала.

Доводы представителя третьего лица ФИО9 – ФИО10 о том, что доля в доме, на которую претендует истец, должна перейти либо в муниципальную собственность, либо в собственность её отца ФИО9, имеющего на данную долю преимущественное право, поскольку изначально именно он и ФИО1 строили этот дом, являются необоснованными.

Судом установлено и никем из участников процесса не оспаривается, что фактически спорный дом никогда не находился в общей собственности, жилые помещения в составе дома по адресу 

<

адрес> имеют отдельные входы, автономные выходы на прилегающие земельные участки. Перечень объектов, неразрывно связанных с системой жизнеобеспечения каждого жилого помещения, содержащихся в ст.290 Гражданского кодекса Российской Федерации, находится в пользовании только у каждого пользователя половины дома и не может находиться в чьей-либо иной собственности.

В связи с изложенным, у ФИО9 не имеется какого-либо преимущественного права в отношении жилого помещения, на которое претендует истец. Более того, право собственности ФИО9 на принадлежащее ему (построенное им) жилое помещение ничем не подтверждено и до настоящего времени в установленном законом порядке не зарегистрировано.

Оснований для признания спорного жилого помещения выморочным имуществом также не имеется, соответствующих требований со стороны КУМИ КГО не заявлено.

Согласно п.2 ст.124 Гражданского кодекса Российской Федерации к Российской Федерации и её субъектам, а также к муниципальным образованиям применяются нормы, определяющие участие юридических лиц в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, если иное не вытекает из закона или особенностей данных субъектов.

Таким образом, при оценке требований и возражений относительно выморочного или бесхозяйного имущества следует учитывать не только права, но и соответствующие обязанности и полномочия в отношении такого имущества.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 22 июня 2017г. №16-П по делу о проверке конституционности положения п.1 ст.301 Гражданского кодекса Российской Федерации, переход выморочного имущества в собственность публично-правового образования независимо от государственной регистрации права собственности и совершения публично-правовым образованием каких-либо действий, направленных на принятие наследства, не отменяет требования о государственной регистрации права собственности. Собственник имущества, по общему правилу, несет бремя содержания принадлежащего ему имущества (ст.210 Гражданского кодекса Российской Федерации), что предполагает и регистрацию им своего права, законодательное закрепление необходимости которой является признанием со стороны государства публично-правового интереса в установлении принадлежности недвижимого имущества конкретному лицу. Бездействие же публично-правового образования как участника гражданского оборота, не оформившего в разумный срок право собственности, в определенной степени создает предпосылки к его утрате.

Таким образом, публично-правовое образование, наделенное полномочиями по учету имущества, регистрации граждан, а также регистрирующее акты гражданского состояния, включая регистрацию смерти граждан, должно и могло было знать о выморочном имуществе, однако, в течение длительного времени ни Администрация Киселёвского городского округа, ни Комитет по управлению муниципальным имуществом Киселёвского городского округа, какого-либо интереса к домовладению как к выморочному или бесхозяйному не проявляли, о своих правах не заявляли, мер по содержанию имущества не предпринимали, исков об истребовании имущества не предъявляли.

Судом установлено и представителем ответчика не оспаривается, что доля в праве собственности на жилое помещение, по поводу которой возник спор, в качестве выморочного имущества в муниципальную собственность не принималась, в казне муниципального образования и реестре муниципальной собственности отсутствует.

При таких обстоятельствах, а также в связи с длительным бездействием публично-правового образования, как участника гражданского оборота, не оформившего в разумный срок право собственности на названное имущество, для физического лица не должна исключаться возможность приобретения такого имущества по основанию, предусмотренному статьей 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В этом случае для признания давностного владения добросовестным достаточно установить, что гражданин осуществлял вместо публично-правового образования его права и обязанности, связанные с владением и пользованием названным имуществом, что обусловливалось состоянием длительной неопределенности правового положения имущества.

Иное толкование понятия добросовестности владения приводило бы к нарушению баланса прав участников гражданского оборота и несоответствию судебных процедур целям эффективности.

Доводы представителя третьего лица ФИО9 – ФИО10 об отсутствии у истца давности владения спорным жилым помещением опровергаются совокупностью собранных по делу доказательств, в том числе показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей. Напротив, каких-либо доказательств того, что истец не проживает в спорном жилом помещении, не несет расходов по его содержанию и ремонту, не пользуется огородом и т.д., представителем третьего лица суду не представлено. По мнению суда, правовая позиция третьего лица и его представителя основана лишь на неприязненных отношениях к истцу, а не на каких-либо иных убедительных доводах, имеющих правовое обоснование и доказательственное подкрепление. 

Показания свидетеля ФИО16 в защиту доводов третьего лица, о том, что ФИО49 свою половину дома никогда и никому не продавала, правового значения для дела не имеют, поскольку в обоснование своих требований истец не ссылается на сделку купли-продажи.

Следует отметить, что владение недвижимым имуществом по договору купли-продажи исключает возможность признания на это имущество права собственности в силу приобретательной давности.

Между тем, судом установлено, что истец ФИО3 владеет спорной половиной дома не по договору купли-продажи, поскольку сделка купли-продажи не была оформлена надлежащим образом. 

В целом же доводы свидетеля ФИО16 лишь подтверждают позицию истца и показания других свидетелей о том, что изначально в спорной половине дома проживала ФИО50, после её смерти – ФИО51, которая была там прописана с согласия ФИО52, а после смерти ФИО53 – её дочь (истец).

При вынесении решения суд также учитывает, что истец ФИО3 и её 

<

данные изъяты> дети иного жилья не имеют. В случае отказа в удовлетворении иска судом будут нарушены права истца, предусмотренные статьей 40 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый имеет право на жилище, никто не может быть произвольно лишен жилища.

Поскольку предыдущий собственник дома умер, истец верно предъявила исковые требования к КУМИ КГО, именно этот ответчик является надлежащим по данному спору.

Таким образом, принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, учитывая, что истец добросовестно и непрерывно владеет спорной 1/2 долей дома с 2003 года, с учетом присоединения ко времени этого владения всего времени, в течение которого этим имуществом владела ФИО6, имеются законные основания для признания за ней права собственности в силу приобретательной давности. Открытость и непрерывность владения истцом спорным имуществом с момента получения владения подтверждается письменными доказательствами и показаниями свидетелей, из которых следует, что истец пользуется данным имуществом в соответствии его назначением, несет бремя содержания этого имущества, оплачивая коммунальные услуги и обязательные платежи.

Вместе с тем, поскольку жилой дом, расположенный в городе Киселёвске по адресу 

<

адрес>, в органах кадастрового учета и в органах технической инвентаризации учтен как единый объект, оснований для удовлетворения требований истца в той редакции, как они заявлены (о признании за ней права собственности на ? долю площадью 38,7 кв.м., в том числе жилой площадью 28,3 кв.м., в жилом доме, расположенном по адресу: 

<

адрес>) не имеется. Выдел доли в натуре, в том числе той площади, которая имеется по факту, для каждого сособственника домовладения станет возможным лишь после оформления прав каждого участника долевой собственности на спорный объект недвижимости.

Отсутствие на момент рассмотрения спора регистрации права собственности ФИО9 на жилой дом, расположенный в городе Киселёвске по адресу 

<

адрес>, не препятствует удовлетворению иска ФИО3 Судом установлено, что в настоящее время ФИО9 обратился в суд с самостоятельным иском о признании за ним права собственности на ? долю в праве собственности на указанный жилой дом.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Признать за ФИО3 право собственности в силу приобретательной давности на 1/2 долю в праве собственности на жилой дом, расположенный в городе Киселёвске по адресу 

<

адрес>, общей площадью 83,9 кв.м., в том числе жилой площадью 61,2 кв.м.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд, путем подачи апелляционной жалобы через суд, принявший решение, в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

В окончательной форме решение изготовлено 14 июня 2019 года.

Председательствующий - Е.Ю.Улитина

Решение в законную силу не вступило.

В случае обжалования судебного решения сведения об обжаловании и о результатах обжалования будут размещены в сети «Интернет» в установленном порядке.