Дело № 2-83/2019 копия 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 февраля 2019 года Лысьвенский городской суд Пермского края в составе судьи Войтко Н.Р., при секретаре Кузнецовой О.К., рассмотрев в открытом судебном заседании в г..Лысьве гражданское дело по иску ФИО1 в интересах недееспособной ФИО14 к ФИО4 о признании за ФИО15 права совместной собственности на жилой дом и земельный участок, признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка, признания недействительной записи в ЕГРН по регистрации права собственности ответчика на жилой дом и земельный участок,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 в интересах ФИО6 обратился в суд с иском, с учетом уточнения требований, к ФИО4 о признании за ФИО16 права совместной собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу 

<

адрес>, признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка, по адресу 

<

адрес>, заключенного между ФИО3 и ФИО4 29.05.2017, признания недействительной записи в ЕГРН по регистрации права собственности ответчика на спорные жилой дом и земельный участок.

В иске указал, что ФИО17И. и ФИО3 с 1977 года состояли в зарегистрированном браке, неоднократно брак расторгали и регистрировали вновь. В браке родились двое сыновей ФИО1 и ФИО4 В период брака ФИО3 получил в наследство жилой дом по адресу 

<

адрес>. Земельный участок под жилым домом приобретен ФИО3 по договору купли-продажи в период брака с ФИО18. В период совместного проживания за счет совместных средств супругов М-вых были произведены существенные улучшения в спорном жилом доме: произведена перепланировка путем демонтажа внутренних перегородок и устройства новых, произведена замена полов, обшивка стен ГВЛ с последующим нанесение штукатурки, заменены деревянные окна на стеклопакеты, построена баня, ограда, проведена канализация. Считает, что указанные произведенные улучшения являются существенными, в связи с чем у ФИО20 возникло право совместной собственности с ФИО3 на спорный жилой дом. В указанном доме супруги М-вы проживали совместно с 1977 года, ФИО3 – до своей смерти, ФИО19. – проживает до настоящего времени, иного жилья не имеет.

04.07.2018 ФИО3 умер. После смерти супруга ФИО21. узнала о том, что дом и земельный участок ФИО3 при жизни подарил сыну ФИО4

Согласие на совершение сделки дарения жилого дома и земельного участка ФИО22. не давала, фактически продолжает проживать в спорном жилом доме. В силу имеющегося заболевания ФИО23 признана недееспособной, опекуном назначен истец.

Поскольку спорный жилой дом и земельный участок являются совместной собственностью супругов, то на совершение сделки дарения в силу ст. 35 СК РФ было необходимо получение нотариального согласия ФИО24., которое ФИО3 получено не было. 

Считает, что в связи с нарушением ст. 35 СК РФ при совершении сделки дарения, она в силу ст. 168 ГК РФ является недействительной, и не влечет юридических последствий.

В судебном заседании ФИО1 требования поддержал по доводам, изложенным в иске. Дополнил, что, не смотря на то, что жилой дом по адресу 

<

адрес> был получен ФИО3 в собственность по наследству от своего отца ФИО8, фактически доли дома были выкуплены ФИО3 за счет совместных средств супругов у своего брата ФИО11 и сестры ФИО12 Кроме того, именно ФИО25. занималась благоустройством жилого дома, в частности его газификацией, заменой окон, проведением канализации. Во время совместной жизни М-вых жилой дом был благоустроен, были возведены постройки баня, овощная яма, полностью перестроена ограда, перекрыта крыша. В связи с чем, жилой дом является совместной собственностью супругов. Спорный земельный участок был приобретен в собственность ФИО3 по договору купли-продажи, в связи с чем в илу ст. 34 СК РФ является совместной собственностью супругов. Распоряжение совместной собственностью должно осуществляться по взаимному согласию всех собственников, однако в нарушение ст. 247 ГК РФ, ст. 35 СК РФ, ФИО3 не было получено согласие ФИО26. на совершение сделки с недвижимым имуществом, находящимся в совместной собственности.

Просил признать за ФИО27 права совместной собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу 

<

адрес>, признать недействительным договор дарения жилого дома и земельного участка, по адресу 

<

адрес>, заключенного между ФИО3 и ФИО4 29.05.2017, признать недействительной записи в ЕГРН о регистрации права собственности ответчика на жилой дом и земельный участок.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании возражал против удовлетворения требований пояснил, что спорный жилой дом по 

<

адрес> поступил в собственность их с истцом отца ФИО3 в порядке наследования по закону после смерти деда ФИО8 Впоследствии ФИО3 оформил права на земельный участок, на котором располагался жилой дом в собственность по договору купли-продажи, при этом земельный участок по адресу 

<

адрес> был площадью около 1200 кв.м. ФИО3 разделил указанный земельный участок на два равных по площади по 600 кв.м., один из которых, по адресу 

<

адрес> подарил истцу ФИО1 на котором последний построил жилой дом. Кроме того, ФИО3 являлся участником ликвидации последствий Чернобыльской катастрофы, в связи с чем получал большие социальные выплаты, а также государством ему была предоставлена квартира, которую также подарили ФИО1 За счет средств от ее продажи ФИО1 начинал строительство жилого дома на участке по 

<

адрес>. Еще при жизни ФИО3 родители достигли соглашения о том, что поскольку ФИО1 передали часть земельного участка и квартиру, то жилой дом и земельный участок по 

<

адрес> хотели оставить ему ФИО4 Его мать ФИО28 сама была инициатором того, чтобы жилой дом и земельный участок были оформлены на него. Считает, что те улучшения жилого дома, на который ссылается истец, фактически являются работами по текущему ремонту и поддержанию жилого дома в надлежащем состоянии. Кроме того, не смотря на то, что некоторые договоры, в частности на замену окон, были оформлены ФИО29., фактически денежные средства предоставлялись их отцом ФИО3, поскольку его доход был намного больше дохода ФИО30 Просил в удовлетворении иска отказать.

Представитель ответчика ФИО7 в судебном заседании поддержал доводы ответчика, дополнил, что жилой дом получен ФИО3 в порядке наследования, в связи с чем является его единоличной собственностью. Полагает, что поскольку в свидетельстве о праве на наследство по закону был указан и земельный участок, то, не смотря на то, что право собственности на земельный участок по 

<

адрес> было оформлено на основании договора купли-продажи с администрацией муниципального образования, фактически земельный участок также входил в состав наследственного имущества. Поскольку спорный жилой дом и земельный участок были получены ФИО3 в порядке наследования, они являются его единоличной собственностью, в связи с чем нотариального согласия ФИО2 на заключение ФИО3 сделки со спорным имуществом не требовалось. Просил в иске отказать.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, допросив свидетелей, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 153 ГК РФ, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

На основании ч 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

На основании ч. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (ч. 2 ст. 168 ГК РФ).

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела ФИО31. и ФИО3 состояли в зарегистрированном браке с 24.06.1977 по 16.04.2002 (л.д. 8,9).

11.11.2005 года ФИО3 и ФИО32. вновь зарегистрировали брак, который расторгли 10.10.2016 (л.д.10,11).

Как следует из свидетельства о праве на наследство по закону (л.д. 46) наследником к имуществу ФИО8, умершего 28.06.1990 является сын ФИО3 Наследственное имущество состоит из одноэтажного бревенчатого жилого дома, площадью 75,4 кв.м., находящегося в 

<

адрес> (

<

адрес>) и расположенного на земельном участке размером 1024 кв.м. Кроме того, на указанном земельном участке расположены: навес, постройка, баня, туалет, забор.

Постановлением главы муниципального образования «Лысьвенский муниципальный район» от 08.05.2008 № 807-р ФИО3 на основании свидетельства о праве на наследство по закону предоставлен в собственность за плату земельный участок по адресу 

<

адрес> площадь. 1118 кв.м. под индивидуальным жилым домом (л.д. 53).

На основании договора купли-продажи от 16.09.2008 администрация муниципального образования «Лысьвенский муниципальный район» продала ФИО3 земельный участок площадью 1118 кв.м. с кадастровым номером №, расположенный по адресу 

<

адрес> (л.д.49-52).

Как видно из распоряжения главы муниципального образования «Лысьвенский муниципальный район» от 26.08.2009 № 2605-р (л.д. 74) в связи с размежеванием земельного участка с кадастровым номером №, площадью 1118 кв.м., вновь образованному земельному участку площадью 556 кв.м. присвоен кадастровый № и почтовый адрес 

<

адрес>, за земельным участком с кадастровым номером № площадью 562 кв.м. сохранен почтовый адрес 

<

адрес>.

Право собственности на земельный участок по адресу 

<

адрес>, 16.10.2008 зарегистрировано за ФИО3 (л.д. 47).Право собственности на земельный участок площадью 556 кв.м. с кадастровым номером № по адресу 

<

адрес> 07.08.2009 зарегистрировано за ФИО1

ФИО3 на основании договора дарения от 29.05.2017 подарил ФИО4 жилой дом, площадью 76,3 кв.м. и земельный участок площадью 562 кв.м. по адресу 

<

адрес> (л.д.38). Право собственности ФИО4 на указанное имущество зарегистрировано в ЕГРН (л.д. 39-40, 48, 106-113).

ФИО3 умер 04.07.2018 (л.д. 12).

Решением Лысьвенского городского суда Пермского края от 12.10.2018 ФИО33. признана недееспособной (л.д.18), приказом ТУ Минсоцразвития Пермского края от 07.12.2018 над ней установлена предварительная опека, опекуном назначен ФИО1 (л.д.19-20).

Суд полагает, что в судебном заседании не нашли своего подтверждения доводы истца о том, что жилой дом по адресу 

<

...> является совместной собственностью супругов ФИО9 и ФИО34

На основании ч. 1 ст. 36 СК РФ имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

В соответствии с ст. 37 СК РФ имущество каждого из супругов может быть признано судом их совместной собственностью, если будет установлено, что в период брака за счет общего имущества супругов или имущества каждого из супругов либо труда одного из супругов были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества (капитальный ремонт, реконструкция, переоборудование и другие).

Истцом в соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ не представлено допустимых доказательств того, что в спорном жилом доме за счет общего имущества супругов были произведены улучшения, значительно увеличивающие стоимость имущества.

Представленный истцом договор на подачу природного газа в спорный жилой дом, оформленный на имя ФИО35. судом в качестве доказательства проведения работ по газификации жилого дома, поскольку предметом договора является поставка природного газа в жилой дом. Кроме того, договор заключен 16.10.1987, то есть до поступления дома в собственность ФИО3, и не относится к юридически значимому периоду. Договоры на изготовление и установку пластиковых окон сами по себе не свидетельствуют о проведении в жилом доме реконструкции, повлекшей значительное увеличение стоимости дома. Каких-либо иных доказательств, свидетельствующих о проведении реконструкции или капитального ремонта жилого дома в период когда ФИО3 и ФИО36. состояли в браке, истцом в судебное заседание не представлено. Представленная истцом выписка из технического паспорта жилого дома по 

<

адрес> (л.д. 89), содержащая сведения о том, что служебные постройки (баня и овощная яма) в домовладении по 

<

адрес> построены в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, сама по себе не свидетельствует о реконструкции (капитальном ремонте) жилого дома, значительно увеличивающей его стоимость проведенной ФИО3 и ФИО37. за счет совместных средств супругов, поскольку на момент принятия наследства ФИО3, как видно из свидетельства о праве на наследство по закону (л.д.46), в состав домовладения входили баня и постройка. Кроме того, в указанный в техническом паспорте период строительства служебных строений (с 1990 по 2004 годы) ФИО3 и ФИО39. брак расторгали в 2002 году, в связи с чем в связи с отсутствием каких-либо надлежащих доказательств точного времени производства строительных работ, доказательств производства работ за счет совместных средств супругов, а также доказательств существенного изменения стоимости жилого дома в результате проведенных работ, оснований для признания права совместной собственности супругов на жилой дом не имеется. 

Доводы истца о том, что ФИО3 за счет общих средств супругов были выплачены стоимость долей своим брату ФИО11 и сестре ФИО12 в связи с их отказом от принятия наследства после смерти отца в пользу ФИО3, не являются основанием для признания спорного жилого дома совместной собственностью супругов, поскольку не подтверждены допустимыми доказательствами.

Каких-либо доказательств заключения сделки купли-продажи долей, либо соглашения о разделе наследственного имущества между ФИО3, ФИО11, ФИО12 в материалы дела не представлено.

Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО11 и ФИО12 поясняли, что отказались от принятия наследства после смерти отца ФИО8 в пользу брата ФИО3 без каких-либо условий, выкупа долей не требовали. ФИО3 по своей инициативе перевел ФИО12 денежные средства, о которых она не просила.

В силу ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В соответствии с положениями Гражданского кодекса РСФСР, действующего на момент вступления в права наследника ФИО3 для договора купли - продажи жилого дома была установлена обязательная нотариальная форма, если хотя бы одной из сторон является гражданин, а также обязательная регистрация в исполнительном комитете районного, городского Совета народных депутатов. (статья 239 ГК РСФСР).

При этом, несоблюдение в этих случаях нотариальной формы влечет за собой недействительность сделки (статья 47 ГК РСФСР).

В соответствии с ст. 559 ГК РСФСР раздел наследственного имущества производится по соглашению принявших наследство наследников в соответствии с причитающимися им долями.

Каких-либо доказательств заключения между ФИО3 с одной стороны и ФИО11, ФИО12 с другой стороны в установленной законом форме, свидетельствующей о выкупе долей в жилом доме по 

<

адрес>, либо соглашения о разделе наследственного имущества, заключенного у нотариуса, истцом не представлено.

Кроме того, учитывая, что оспариваемый договор дарения заключен ФИО3 после расторжения брака с ФИО40 то нормы ст. 35 СК РФ об обязательном нотариальном согласии на совершение сделки с недвижимым имуществом, к данным правоотношениям не применяются.

В соответствии со статьей 2 Семейного кодекса Российской Федерации семейное законодательство устанавливает условия и порядок вступления в брак, прекращения брака и признания его недействительным, регулирует личные неимущественные и имущественные отношения между членами семьи: супругами, родителями и детьми (усыновителями и усыновленными), а в случаях и в пределах, предусмотренных семейным законодательством, между другими родственниками и иными лицами, а также определяет формы и порядок устройства в семью детей, оставшихся без попечения родителей.

Таким образом, предметом регулирования семейного законодательства являются, в частности, имущественные отношения между членами семьи - супругами, другими родственниками и иными лицами. Семейное законодательство не регулирует отношения, возникающие между участниками гражданского оборота, не относящимися к членам семьи.

Как установлено судом, брак между ФИО3 и ФИО41. прекращен 10.10.2016.

Оспариваемый истцом договор дарения на спорный жилой дом и земельный участок заключен 29.05.2017, то есть тогда, когда ФИО3 и ФИО42. перестали быть супругами, владение, пользование и распоряжение общим имуществом которых определялось положениями статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, и приобрели статус участников совместной собственности, регламентация которой осуществляется положениями Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Таким образом, при обращении с настоящим иском об оспаривании сделки с имуществом, находящимся, по мнению истца, в совместной собственности ФИО3 и ФИО43., истец должен представить доказательства отсутствие полномочий у ФИО3 на совершение сделки по распоряжению имуществом, а также доказательства осведомленности другой стороны по сделке – ФИО5 об отсутствии у ФИО3 полномочий на совершение сделки по распоряжению жилым домом и земельным участком, с учетом которых другая сторона по сделке должна была знать о неправомерности действий ФИО3

Учитывая, что спорный жилой дом был приобретен в собственность ФИО3 по наследству, о чем ФИО44., истцу и ответчику было достоверно известно, поскольку они являлись членами одной семьи, ФИО6 на протяжении совместной жизни с ФИО3, а также после расторжения с ним брака, каких-либо требований о праве собственности на жилой дом не предъявляла, доказательств возникновения права совместной собственности супругов на спорный жилой дом истцом не представлено, в связи с чем суд полагает, что истцом не представлено доказательств отсутствия у ФИО3 полномочий на распоряжение спорным жилым домом, а также осведомленности об этом ФИО5

Таким образом, жилой дом по адресу 

<

адрес> являлся единоличной собственностью ФИО3, которым он вправе распоряжаться по своему усмотрению.

Земельный участок по адресу 

<

адрес>, площадью 1118 кв.м. был предоставлен ФИО3 как собственнику жилого дома, впоследствии в 2009 году был разделен ФИО3 на два земельных участка, один из которых подарен истцу ФИО1, при этом, каких-либо претензий со стороны ФИО45 в отношении сделок с земельным участком не предъявлялось.

В силу ст. 273 ГК РФ при переходе права собственности на здание или сооружение, принадлежавшее собственнику земельного участка, на котором оно находится, к приобретателю здания или сооружения переходит право собственности на земельный участок, занятый зданием или сооружением и необходимый для его использования, если иное не предусмотрено законом.

Учитывая, что право собственности на спорные жилой дом и земельный участок были зарегистрированы за одним лицом, то совершение сделки по отчуждению жилого дома невозможно без отчуждения земельного участка.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

ФИО1, действующему в интересах недееспособной ФИО46, в удовлетворении исковых требований к ФИО4 о признании за ФИО47 права совместной собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу 

<

адрес>, признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка, по адресу 

<

адрес>, заключенного между ФИО3 и ФИО4 29.05.2017, признании недействительной записи в ЕГРН по регистрации права собственности ответчика на жилой дом и земельный участок отказать.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Лысьвенский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: (подпись)

Копия верна.

Судья Н.Р. Войтко