Дело № 1-21/2024

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

о прекращении уголовного дела 

г. Ижевск 19 февраля 2024 года

Ленинский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики в составе председательствующего - судьи Каримова Э.А., при секретаре Мазуниной М.В.,

с участием государственных обвинителей Комиссаровой М.А., Хунафиной Н.А. и Белослудцевой М.В.,

потерпевшей КЕА,

ее представителя – адвоката Павленко А.Н.,

подсудимого ФИО1,

защитника - адвоката Чучаловой Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, проживающего по адресу: 

<

адрес>, имеющего судимости:

- 1 июня 2020 года Ленинским районным судом г. Ижевска по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком на 1 год 6 месяцев;

- 14 декабря 2020 года Первомайским районным судом г. Ижевска по ч. 1 ст. 166 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком на 1 год 6 месяцев;

- 9 февраля 2021 года Ленинским районным судом г. Ижевска по ст. 264.1 УК РФ к 1 году лишения свободы условно с испытательным сроком на 1 год, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года 6 месяцев;

- 25 февраля 2021 года Первомайским районным судом г. Ижевска по ст. 264.1 УК РФ к 10 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком на 1 год 6 месяцев, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года;

- 1 октября 2021 года мировым судьей судебного участка № 6 Первомайского района г. Ижевска УР по ч. 1 ст. 158 УК РФ (6 эпизодов) с применением положений ч. 4 ст. 74, ст. 70 УК РФ, путем частичного присоединения неотбытых частей наказаний по приговорам от 1 июня 2020 года, 14 декабря 2020 года, 9 и 25 февраля 2021 года, окончательно к 1 году 10 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года 1 месяц;

- 1 марта 2022 года Индустриальным районным судом г. Ижевска по ч. 1 ст. 158 УК РФ, с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения с наказанием по приговору от 1 октября 2021 года, окончательно к 2 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, с лишением права заниматься деятельность, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 1 месяц. Лишение свободы отбыто 29 ноября 2022 года, дополнительное наказание не отбыто, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ,

установил:

органами предварительного расследования ФИО1 обвинялся по ч. 2 ст. 160 УК РФ – присвоение и растрата, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенные с причинением значительного ущерба гражданину.

Выступая в прениях, государственный обвинитель изменил обвинение ФИО1 в сторону смягчения, обвинив его в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ, при следующих обстоятельствах.

В один из дней в период с 1 августа 2019 года, но не позднее 17 часов 2 сентября 2019 года, потерпевшая передала подсудимому принадлежащий ей автомобиль марки 

<

данные изъяты>, г.р.з. №, стоимостью 170 000 рублей, находящийся на территории БУЗ УР «РКИБ» по адресу: 

<

адрес>, для того, чтобы ФИО1 привез ей вещи в больницу. 

После этого у подсудимого, находящегося у магазина «Магнит» по адресу: 

<

адрес>, предполагающего о наличии у него права на распоряжение указанным автомобилем, возник преступный умысел на совершение в отношении потерпевшей самоуправства.

Реализуя задуманное, в указанный период ФИО1 самовольно, вопреки установленному законом и иными нормативными правовыми актами порядку, игнорируя требования семейного и гражданско-процессуального законодательства Российской Федерации в части регулирования прав собственников имущества и процедуры раздела имущества, с целью получения права беспрепятственного распоряжения автомобилем, проследовал на нем к автосалону по адресу: 

<

адрес>, где составил договор купли – продажи от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому КЕА продала ему этот автомобиль за 150 000 рублей, заведомо зная, что указанные в договоре сведения не соответствуют действительности. 

Далее подсудимый, действуя с единым преступным умыслом, с этим договором купли-продажи проследовал в автосалон по адресу: 

<

адрес>, где заключил договор купли – продажи от ДД.ММ.ГГГГ автомобиля марки 

<

данные изъяты>, г.р.з. №, с БАС, заверив того о принадлежности автомобиля ему на праве собственности.

Тем самым ФИО1 самоуправно распорядился автомобилем потерпевшей, причинив ей существенный вред, выразившийся в причинении КЕА материального ущерба в размере 170 000 рублей.

При этом прокурор просила квалифицировать действия ФИО1 как самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается гражданином, если такими действиями причинен существенный вред.

Мотивы, по которым прокурор частично отказалась от обвинения, приведены ею в ходе судебного разбирательства и в силу ч. 7 ст. 246 УПК РФ предопределяют решение суда относительно квалификации действий подсудимого по менее тяжкому обвинению.

С учетом переквалификации действий на ч. 1 ст. 330 УК РФ, подсудимым в судебном заседании заявлено ходатайство о прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности, которое поддержано прокурором. 

Защитник в суде указала на отсутствие в действиях ФИО1 состава преступления и на необходимость его оправдания ввиду наличия между ним и потерпевшей гражданско-правовых отношений.

Выслушав мнение сторон, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ возбужденное уголовное дело подлежит прекращению по истечению сроков давности уголовного преследования.

В силу п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекло 2 года.

На основании ч. 2 ст. 15 УК РФ преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 330 УК РФ, в совершении которого в настоящее время обвиняется ФИО1, относится к категории небольшой тяжести.

Согласно предъявленному подсудимому обвинению, ему инкриминируется совершение преступления в один из дней в период с 1 августа 2019 года, но не позднее 2 сентября 2019 года.

При таких обстоятельствах, предусмотренный законом срок привлечения подсудимого к уголовной ответственности истек.

Каких-либо сведений о том, что срок привлечения лица к уголовной ответственности приостанавливался, в материалах уголовного дела не имеется, не сообщено таковых и в судебном заседании сторонами.

Анализируя доводы защитника об отсутствии в действиях подсудимого состава преступления, суд отмечает следующее.

Согласно ч. 2 ст. 27 УПК РФ, прекращение уголовного преследования по основанию, указанному в п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, не допускается, если подозреваемый или обвиняемый против этого возражает. В таком случае производство по уголовному делу продолжается в обычном порядке.

Из этого следует, что при разрешении вопроса о прекращении уголовного дела за истечением сроков давности уголовного преследования мнение защитника определяющего значения не имеет. Таковым (определяющим) является позиция лица, в отношении которого осуществляется уголовное преследование, в данном случае – это ФИО1, который и заявил ходатайство о прекращении дела.

Суд отмечает, прекращение уголовного дела по п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ не является реабилитирующим основанием, что разъяснено подсудимому, равно как и последствия прекращения дела по этому основанию.

Кроме того, по смыслу закона признание подсудимым вины не является обязательным условием для прекращения уголовного дела по такому нереабилитирующему основанию, как истечение сроков давности уголовного преследования. Постановление о прекращении уголовного дела на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ не может содержать выводов ни о виновности, ни о невиновности обвиняемого.

Таким образом, несмотря на доводы защитника, по мнению суда, волеизъявление и согласие ФИО1, подтвержденные его письменным заявлением, являются достаточными для прекращения в отношении него уголовного дела по указанному нереабилитирующему основанию.

При таких обстоятельствах уголовное дело в отношении ФИО1 подлежит прекращению в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

С учетом разъяснений п. 30 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2020 года № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», суд оставляет гражданский иск потерпевшей КЕА без рассмотрения, сохранив за истцом право на предъявление иска в порядке гражданского судопроизводства.

Арест, наложенный на имущество подсудимого, подлежит снятию.

Учитывая изложенное, руководствуясь ст.ст. 78 УК РФ, 24 УПК РФ, 

п о с т а н о в и л:

прекратить уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, - в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 отменить.

Вещественные доказательства хранить при уголовном делу.

Гражданский иск потерпевшей КЕА оставить без рассмотрения, сохранив за истцом право на предъявление иска в порядке гражданского судопроизводства.

Арест, наложенный на имущество ФИО1, снять.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики через Ленинский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики в течение 15 суток со дня его провозглашения. 

Судья Э.А.Каримов

Копия верна: Судья Э.А.Каримов