Производство №2-287/2020

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Смоленск 7 октября 2020 года

Промышленный районный суд г. Смоленска

в составе:

председательствующего судьи Яворской Т.Е.,

при секретаре Макриденкове Д.В.,

с участием представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело (УИД 67RS0003-01-2019-003996-02) по иску ФИО3 к АО «СОГАЗ» о защите прав потребителей,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратилась в суд с иском к АО «СОГАЗ» о защите прав потребителей. В обоснование иска указала, что 19.12.2018 ее муж К. заключил договор страхования при ипотечном кредитовании №8018 IS 000443 POF с АО «СОГАЗ», по которому, в случае смерти застрахованного, ответчик обязан выплатить страховую сумму в размере 1 038 169 руб. Выгодоприобретателем по данному договору является ПАО «Сбербанк России». 09.07.2019 К. умер. Истица 23.07.2019 обратилась к ответчику с заявлением о страховой выплате, однако письмом от 10.09.2019 ей было отказано в виду того, что умерший К. при заключении договора страхования не указал в декларации о состоянии здоровья о наличии заболевания, которое явилось причиной смерти, и которое было диагностировано у него в 1990 году. С данным отказом не согласна. Просит суд взыскать с АО «СОГАЗ» в пользу ПАО «Сбербанк России» сумму непогашенной задолженности по кредитному договору №1711307 от 11.03.2014 в пределах суммы в размере 1 038 169 руб. Взыскать с АО «СОГАЗ» сумму страховой выплаты, оставшуюся после выплаты залогодержателю по кредитному договору №1711307 от 11.03.2014 - ПАО «Сбербанк России». Взыскать с АО «СОГАЗ» в пользу неустойку в размере 1 038 169 руб.; в счет компенсации морального вреда 10 000 руб., штраф в размере 50% от присужденной судом суммы.

Представитель истца - ФИО1 в судебном заседании исковые требования уточнил, просит обязать АО «СОГАЗ» выплатить в пользу истца сумму страховой выплаты, оставшуюся после выплаты залогодержателю по кредитному договору №1711307 от 11.03.2014 - ПАО «Сбербанк России», а также неустойку в размере 1 038 169 руб.; в счет компенсации морального вреда 10 000 руб., штраф в размере 50% от присужденной судом суммы. В остальной части требования поддержал. 

Представитель ответчика АО «СОГАЗ» – ФИО2, в судебном заседании исковые требования не признал, поддержал представленные письменные возражения, указав, что при оформлении заявления о заключении договора страхования при ипотечном кредитовании и декларации о состоянии здоровья, являющейся неотъемлемым приложением к заявлению, К. на поставленный вопрос о наличии онкологических заболеваний дал отрицательный ответ, чем нарушил требования п.1 ст. 944 ГК РФ. Как было установлено в ходе рассмотрения дела, следует из медицинской документации и заключения судебной экспертизы, у К. имелись онкологические заболевания, диагностированные до заключения договора 19.12.2018. Считает исковые требования необоснованными в полном объеме. Если суд придет к выводу об удовлетворении требований, просит применить ст. 333 ГК РФ, снизить размер неустойки и штрафа. Просит в иске отказать. 

Представитель третьего лица ПАО «Сбербанк России», третьи лица ФИО4, Топал М.Д., ФИО5 в судебное заседание не явились, были извещены о рассмотрении дела надлежащим образом. Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав представителей сторон, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ОАО «Сбербанк России» (далее – Банк), с одной стороны и К., ФИО3, ФИО4, с другой стороны, заключен кредитный договор №1711307 от 11.03.2014 для целевого использования - приобретение готового жилья, по условиям которого Банк предоставил созаемщикам кредит в размере 2 096 000 руб., на срок 240 месяцев, под 13% годовых (л.д.33-42).

При заключении кредитного договора стороны (Банк и созаемщики) предусмотрели, что К. является застрахованным лицом по договору.

Во исполнение условий кредитного договора между АО «СОГАЗ» и К. был заключен договор страхования, в подтверждение заключения договора выдан полис страхования при ипотечном кредитовании №8018 IS 000443 POF от 19.12.2018, сроком действия на 12 месяцев (л.д.27-32). 

Страхование производилось по страховым рискам «Смерть» (абз.2 п.3.3.1 «а» Правил) и «Утрата трудоспособности (инвалидность)» (абз.2 п.3.3.1 «в» Правил) на страховую сумму 1 038 169 рублей. Страховая премия по договору составила 5 190.84 руб., оплачена в полном объеме. 

09.07.2019 К. умер (л.д.11, 101).

Истица ФИО3 является супругой и наследником умершего К. (л.д.121).

23.07.2019 истица обратилась к ответчику с заявлением о страховой выплате (л.д.94), однако письмом АО «СОГАЗ» от 10.09.2019 ФИО3 отказано в виду того, что умерший К. при заключении договора страхования не указал в декларации о состоянии здоровья о наличии заболевания, которое явилось причиной смерти, и которое было диагностировано у него в 1990 году (л.д.106).

Согласно пункту 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 942 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора личного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страхового случая).

Пунктом 2 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года N 4015-I "Об организации страхового дела в Российской Федерации" предусмотрено, что страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

Из приведенных правовых норм в их системной взаимосвязи следует, что стороны договора страхования вправе по своему усмотрению определить перечень случаев, признаваемых страховыми, а также случаев, которые не могут быть признаны страховыми.

В силу пункта 1 статьи 943 Гражданского кодекса Российской Федерации условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре (пункта 2 названной статьи).

В Правилах страхования при ипотечном кредитовании в разделе 1, посвященном общим положениям и субъектам страхования, закреплены общие термины. Так в пункте 1.3.18. Правил болезнь (заболевание) (далее по тексту - "Болезнь (заболевание)") определено как впервые диагностированное врачом после вступления в силу договора страхования заболевание или обострение хронического заболевания Застрахованного лица (кроме случаев, указанных в пункте 3.8.1 настоящих Правил), произошедшее в течение срока действия договора страхования и повлекшее за собой последствия, на случай наступления которых осуществлялось страхование (из числа предусмотренных в подпунктах "а, в, д" пункта 3.3.1 настоящих Правил).

Последствия обострения хронического заболевания, имевшегося у Застрахованного лица на дату заключения договора страхования, признаются страховыми случаями только при условии, что Страхователь при заключении договора страхования заявил Страховщику о наличии данного заболевания у Застрахованного лица и Застрахованное лицо было принято Страховщиком на страхование с учетом этого обстоятельства.

В подпункте "а" пункта 3.8.1. Правил определено, что страховыми случаями также не являются события, произошедшие вследствие злокачественных новообразований, ВИЧ-инфицирования или СПИДа, если Застрахованное лицо на момент заключения договора состояло на диспансерном учете в медицинском учреждении по поводу этих заболеваний (за исключением случаев, когда Страховщик принял на страхование Застрахованное лицо, в заявлении на страхование (приложении к нему по личному страхованию) которого были указаны данные заболевания).

На полисе имеется отметка о получении К. Правил страхования, о его ознакомлении с ними при заключении договора, что подтверждается его подписью.

Положениями статьи 944 ГК РФ установлено, что при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Разработанный страховщиком бланк заявления-анкеты на страхование, применительно к правилам статьи 944 ГК РФ, имеет такое же значение, как и письменный запрос. Поэтому сведения в заявлении-анкете являются существенными обстоятельствами для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

Как следует из материалов дела, подписывая заявление на ипотечное страхование, К. отрицал наличие у него онкологических заболеваний (л.д. 134-135).

Согласно справке о смерти № А-02605 от 22.07.2019, причиной летального исхода К. явилось 

<

данные изъяты> (л.д. 101).

Согласно выводов судебно-медицинской экспертизы № 74 от 18.08.2020, проведенной ОГБУЗ «Смоленское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» с привлечением специалиста врача-онколога, на основании представленной медицинской документации, у К. имелись онкологические заболевания, диагностированные до 19.12.2018 года, по поводу которого он проходил лечение в 1990 году. 

Диагноз: 

<

данные изъяты>, был поставлен К. 17.01.2019, после проведения необходимых медицинских процедур и цитологического исследования. 

Вместе с тем, как следует из ответа экспертов на вопрос 2, у К. изначально был 

<

данные изъяты>, только на догоспитальном этапе, без морфологического подтверждения, установить точный диагноз было затруднительно.

Анализируя установленные по делу обстоятельства, руководствуясь положениями пункта 1 статьи 934, статей 940, 943, 944 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая правила страхования, приняв во внимание волеизъявление сторон по вопросу определения страховых рисков по договору страхования, суд приходит к выводу о том, что смерть К. не может быть признана страховым случаем в соответствии с заключенным договором, поскольку К. ранее заключения договора страхования 19.12.2018 имел онкологические заболевания и состоял на учете с заболеванием, явившимся впоследствии причиной смерти.

Поскольку указанное событие не отвечает признакам страхового случая, предусмотренного условиями заключенного договора личного страхования, следовательно, обязанность по осуществлению страхового возмещения у страховой компании не наступила, и в удовлетворении заявленного иска надлежит отказать.

Из материалов дела следует, что определением Промышленного районного суда г. Смоленска от 20.05.2020 по делу была назначена амбулаторная комплексная судебно-медицинская экспертиза. Производство экспертизы поручено ОГБУЗ «Смоленское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», эксперту Ш.- заместителю главного врача по медицинской части ОГБУЗ «Смоленский областной онкологический клинический диспансер» (л.д.213-214).

Как следует из представленных в материалы дела заявлений, оплата экспертизы сторонами не произведена.

Из заявления ОГБУЗ «Смоленское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» усматривается, что в соответствии с Прейскурантом платных услуг, утв. приказом начальника Учреждения №75 от 25.12.2018, действующим во время проведения экспертизы, стоимость ее проведения составила 16430 руб., которые просят возместить (л.д.233).

Стоимость услуг эксперта врача-онколога Ш. составляет 15 000 руб., которые она просит ей возместить (л.д. 231). 

Размер возмещаемых сумм, израсходованных на производство судебной экспертизы в экспертных учреждениях, определяется в каждом конкретном случае отдельно, с учетом фактических затрат, подтвержденных финансово-экономическим обоснованием расчета затрат на производство экспертизы.

Как следует из Методических рекомендаций по применению норм затрат времени на производство экспертиз для определения норм экспертной нагрузки государственных судебных экспертов государственных судебно-экспертных учреждений Министерства юстиции РФ, утвержденных приказом Минюста РФ от 22 июня 2006 года N 241, нормы экспертной нагрузки устанавливаются из расчета 100% затрат рабочего времени на экспертную и прямо связанную с ней работу (участие в судебном заседании, выезд на осмотр объектов исследования, разработка при необходимости методики решения конкретной экспертной задачи, проведение экспертного эксперимента и т.п.), работу по научно-методическому обеспечению экспертной деятельности, в том числе научно-исследовательскую работу.

С учетом представленных доказательств в обоснование заявления, суд считает, что расходы по проведению экспертизы являются обоснованными.

Частью 1 ст. 88 ГПК РФ установлено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

В соответствии с абзацем 2 ч. 2 ст. 85 ГПК РФ эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений ч. 1 ст. 96 и ст. 98 ГПК РФ.

По смыслу указанных норм при разрешении вопроса о взыскании судебных издержек в порядке, предусмотренном абзацем 2 ч. 2 ст. 85 ГПК РФ, судам необходимо учитывать положения ст. 98 ГПК РФ.

Рассматривая настоящее дело, суд пришел к выводу об отказе истцу в удовлетворении исковых требований. 

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Следовательно, расходы на проведение экспертизы, которые в силу ст. ст. 88 и 94 ГПК РФ относятся к издержкам, связанным с рассмотрением дела, и, соответственно, входят в состав судебных расходов, подлежат возмещению проигравшей в судебном споре стороной с учетом требований ч. 1 ст. 98 ГПК РФ.

Учитывая вышеизложенное, суд считает необходимым взыскать с ФИО3 расходы по проведению судебно-медицинской экспертизы в пользу Ш. – 15 000 руб., в пользу ОГБУЗ «Смоленское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» - 16 430 руб. 

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

ФИО3 в иске к АО «СОГАЗ» о защите прав потребителей отказать.

Взыскать с ФИО3 расходы по проведению судебно-медицинской экспертизы в пользу Ш. – 15 000 руб., в пользу ОГБУЗ «Смоленское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» - 16 430 руб. 

Решение может быть обжаловано в Смоленский областной суд через Промышленный районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий судья Т.Е. Яворская