дело №2-1483/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 июня 2018 года г.Волгодонск

Волгодонской районный суд Ростовской области, РФ в составе:

председательствующего судьи Журба О.В., 

при секретаре Выстребовой Е.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Горенко ФИО25, Горенко ФИО26, Горенко ФИО27 к акционерному обществу «Югспецавтоматика», обществу с ограниченной ответственностью «ВДМУ», акционерному обществу «Концерн Росэнергоатом» о компенсации морального вреда, судебных расходов,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО4, ФИО7, ФИО8 обратились с изложенным иском, указав, что Горенко ФИО28, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являлся сыном ФИО4, ФИО7, и родным братом ФИО8 Горенко ФИО29 являлся работником АО «Юг Спецавтоматика» в должности начальника монтажного участка с 01.07.2016. Утром 06.09.2016 Горенко ФИО30 организовал работу по монтажу автоматической системы пожаротушения технологического оборудования машинного зала строящегося энергоблока №. Выполняя работу по уточнению размеров проложенных кабельных трасс, прошел со стороны строящегося энергоблока № на энергоблок № в машинный зал на отм.+15.00, ряд.Б., затем через огражденный участок стационарное ограждение, встал на паронит, которым был закрыт технологический проём на время выполнения работ на энергоблоке № ООО «ВДМУ». В результате разрушения паронита ФИО4 упал с 15-ти метровой высоты и получил телесные повреждения в виде тупой сочетанной травмы тела с переломами костей и повреждениями внутренних органов. В БСМП г.Вологдонска от полученных ран скончался. Опасный проём был накрыт паронитом представителем ООО «ВДМУ», выполнявшим работы по согласованию с собственником АО «Концерн Росэнергоатом» Ростовская АЭС. По договору субподряда № от ДД.ММ.ГГГГ на 3-м блоке Волгодонской филиал АО «Югспецавтоматика» работ делать не должен был. По результатам расследования несчастного случая работодателем составлен акт № о несчастном случае на производстве. Полагают, что ответственными за объект (3-й энергоблок) и участок (отметка «+15»), являются Ростовская Атомная станция и ВДМУ, которые не обеспечили меры безопасности допустили создание опасной зоны, а работодатель Волгодонской филиал АО «Югспецавтоматика» привлекло ФИО4 к работе, не связанную с его должностными инструкциями. Истцы являются близкими родственниками погибшего, и очень тяжело переживают его смерть. Горенко ФИО31 был внимательным и заботливым сыном и братом, оказывал всем материальную и моральную поддержку, был здоров, активен и находился в рассвете сил и лет. До настоящего времени истцы находятся в депрессивном состоянии в результате утраты родного и близкого им человека. Несчастный случай произошел во время исполнения Г.А.АБ. трудовых обязанностей по вине руководителей организаций-ответчиков, и требования о компенсации морального вреда, адресованы им, как к источникам повышенной опасности, которыми, в нарушение трудового законодательства и требований охраны труда не были обеспечены безопасные условия труда. Ответчик являются действующими юридическими лицами и их материально положение позволяет им возместить причиненный истцам моральный вред. Указывают, что Г.А.АБ. целых полгода своим трудом ускорял ввод нового блока в строй, и сумма исковых требований истцов, включая предыдущие требования от вдовы погибшего, не выходит за пределы по стоимости работ контрактов организации работодателя и генподрядчика. Финансовые возможности ООО ВДМУ истцам не интересны. Определяя общую сумму компенсации в 3150000 руб. истцы исходили из условий договора подрядных работ ВФ АО «Югспецавтоматика» и ВФ АО «НИАЭП», где определены условия выплат в случае смерти на производстве – 5000000 руб. Если бы супруге погибшего и его детям Волгодонской районный суд РО определил компенсацию в этой сумме, а не в 1800000 руб., то данного иска не было бы. Полагают, что ответчики скрыли факты, свидетельствующие о своей полной вине за произошедший с ФИО4 несчастный случай, поэтому просят не руководствоваться заключением государственного инспектора труда, учитывать, что ФИО4 заставили заниматься дополнительными посторонними работами на чужом объекте и участке, где оставили без полагающихся по технике безопасности заграждений и контроля. В последствие ответчики уклонились от ответственности, подключили связи, что бы ничего не досталось вдове и детям, не согласились достойно компенсировать жертву истцов. Просят:

- взыскать с акционерного общества «Концерн Росэнергоатом» в пользу Горенко ФИО32, Горенко ФИО33, Горенко ФИО34 компенсацию морального вреда в размере по 700000 руб. каждому; 

- взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ВДМУ» в пользу Горенко ФИО35, Горенко ФИО36, Горенко ФИО37 компенсацию морального вреда в размере по 200000 руб. каждому;

- взыскать с акционерного общества «Югспецавтоматика» в пользу Горенко ФИО38, Горенко ФИО39, Горенко ФИО40, компенсацию морального вреда по 150000 руб. каждому;

- взыскать с акционерного общества «Концерн Росэнергоатом», общества с ограниченной ответственностью «ВДМУ», акционерного общества «Югспецавтоматика» в пользу Горенко ФИО41, Горенко ФИО42, Горенко ФИО43 судебные расходы по делу, пропорционально удовлетворенным требованиям.

Истец ФИО4, в судебное заседание не явился. Ранее, в судебном заседании от 03.05.2018 просил рассматривать дело в его отсутствие с учетом изложенных пояснений. Указал, что сына ФИО5 воспитывал патриотом Родины, спортсменом. Он окончил институт с золотой медалью, жили в одном городе, семья была дружная: часто общались, проводили вместе свободное время и время отдыха. Вместе строили дом, ездили на вахту. Поскольку истец два года назад работал на Атомной станции, то знает, что там не было ни предупреждающих плакатов, ни лестниц. За этим никто не следил, что и привело к гибели сына, тогда как истцу уже 64 года. После смерти сына осталось двое маленьких внучек. Год после смерти сына истец не мог оправиться, и в настоящее время эмоционально переживает. Указал, что подача данного иска является фактом мести, поскольку вины сына в нарушениях, указанных в актах, не было.

Истец ФИО7, в судебное заседание не явилась. Ранее, в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ просила рассматривать дело в её отсутствие с учётом изложенных устно и письменно пояснений. Указала, что ФИО5 был младшим сыном, отношения с ним были теплые, близкие. Сын был внимательным, заботливым, весёлым, компанейским. Он сплачивал всю семью и родню, был душой компании. Каждое лето организовывал на природе пикники для родных, близких и лучших друзей. Был очень отзывчивый. Сначала они всей семьёй жили вместе. С 2012 года стали жить врозь. Сын помогал при строительстве дома. Она работала в БСМП, часто была у сына ФИО5 дома на 

<

адрес>, помогала по хозяйству, с детьми. Когда у младшего сына появились дети, он запретил работать, пообещав помогать финансово. На работе переживал за коллектив. На момент гибели сын был очень молод, практически не болел. В декабре 2015 года порвал сухожилие, при игре в футбол. В результате переживаний, у истца стало повышенным давление, испытывает упадок сил, похудела. До сих пор не может прийти в себя, не носит цветных платьев, только тёмные. Переживает, что внучке Лере придется делать операцию, для этого необходимо более 1 млн. руб., поэтому деньги, которые просит взыскать полагает для неё, т.к. если бы сын был жив, то он бы смог помочь дочери. Суммы компенсации морального вреда определил старший сын ФИО6, а она с ними согласилась. Представитель АО «Югспецавтоматика» возместил ритуальные услуги. 

Истец ФИО8, выступающий так же в качестве представителя ФИО4 и ФИО9 согласно доверенности от 16.01.2018, в судебном заседании пояснил, что гибель младшего брата Горенко ФИО44 стала для него ударом и трагедией. Он стал плохо спать, начались проблемы с сердцем. Он был дружен с братом, длительно проживали совместно в одной квартире. После рождения второй дочери ФИО5, он стал проживать отдельно, но часто общался с братом и его семьёй. У них была взаимовыручка, они с братом помогали друг другу, в том числе финансово. Вся их семья: родители и они с семьями – были дружны. Отношения с семьёй погибшего до настоящего времени такими же, и сохраняются. Полагает, что размер компенсации морального вреда не может быть ниже, указанных им локальных нормативных актов организаций – виновных в гибели брата. Размеры компенсаций определил разными, исходя из того, что всё случилось на территории Атомной, которая организовала работы на блоке, в результате чего и погиб брат. Кроме того, сотрудники атомной станции опубликовали в СМИ, что якобы его брат, что-то нарушил. На требованиях настаивал.

Представитель истцов адвокат Гончарова Ж.В., действующая по ордерам (л.д.96-98), доверенности от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.12), просила исковые требования удовлетворить в полном объёме, поскольку истцы потеряли дорого, родного и близкого им человека, в очень раннем возрасте, при трагических обстоятельствах. Нравственные и физические страдания вследствие этого, являются очень сильными. Утрата – невосполнима. Обратила внимание, что требования предъявлены после того, как прошло время и истцы стали в состоянии говорить о трагедии и своих переживаниях.

Представитель ответчика ООО «ВДМУ» ФИО10, действующая по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.46), полагала сумму компенсации морального вреда завышенной, просила снизить её размер. Поддержала возражения изложенные письменно. Обратила внимание, что ФИО8, ФИО4, и ФИО7 обратились с иском спустя весьма длительное время - 1 года 7 месяцев после гибели ФИО4 Сумма, определенная решением Волгодонского райсуда от ДД.ММ.ГГГГ в качестве компенсации морального вреда детям погибшего (более близким родственникам), которые проживали с ним на момент гибели и находились на его иждивении, составила 150000 руб. Содержание искового заявления позволяет усомниться в основаниях компенсации нравственных страданий истцов, поскольку в иске указано, что удовлетворение в полном объеме иска вдовы - ФИО11 о взыскании компенсации морального вреда исключило бы подачу иска истцами. Полагает не приемлемым в данном случае рассуждения истцов о принципах, обосновывая размер требований суммой договора АО «Юг-Спецавтоматика» на выполнение строительно-монтажных работ на объектах РоАЭС, и размером штрафных санкций, предусмотренных в этом договоре, а не степенью и глубиной своих нравственных страданий. Истцы дают повод полагать, что нацелены на получение материальной выгоды. Истцы подтвердили, что совместно с погибшим ФИО4 не проживали, на иждивении у погибшего истцы не находились. Размер среднемесячной заработной платы ФИО4 исключала возможность материально содержать, помимо жены и 2-х детей, еще и других родственников. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации, просит суд с учетом положений ст.56 ГПК РФ, учитывать степень вины нарушителя, что установлено в решении Волгодонского районного суда от 03.03.2017 по делу №2-111/17. Так установлено, что сотрудником ООО «ВдМУ» было допущено лишь частичное невыполнение пункта 5.1.11 М-3.00.00237-ППР «Монтаж металлоконструкций аварийного выхода на краны», а именно мастером ФИО12 вместо выполненных по ГОСТ знаков «Осторожно, возможно падение с высоты», «Проход запрещен», были вывешены информационные плакаты с надписями «Проход закрыт. Открытые проемы» и «Проход закрыт. Ведутся сварочные работы». Более того, дополнительно было вывешено сигнальное ограждение (красно-белая лента), обозначающее строгий запрет на проход за ограждение. Полагают, что ООО «ВдМУ» были предприняты меры, исключающие, падение ФИО4 с высоты. Обращено внимание, что уголовного дела в отношении работника ООО «ВдМУ» не возбуждалось, прямой причинной связи между действиями сотрудника ООО «ВдМУ» и гибелью ФИО4 не выявлено. Просит учитывать тяжелую финансовую ситуацию ООО «ВдМУ», согласно бухгалтерской отчетности по итогам 2017 года. Убытки предприятия за 2017г. составили 59441000 руб. Просит в удовлетворении иска в отношении ФИО8 и ФИО4 отказать, в отношении ФИО7 снизить до разумных пределов. Так же по взысканию судебных расходов удовлетворить только в отношении ФИО7, снизив до разумных пределов.

Представители ответчика АО «Концерн Росэнергоатом» ФИО13 действующая по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.67-70), и ФИО14 действующий по доверенности отДД.ММ.ГГГГ (л.д.50-63), возражали против удовлетворения заявленных требований в полном объёме по основаниям, изложенным в письменном отзыве. В целом указано, что заявленный размер компенсации морального вреда истцами явно завышен, без учета обстоятельств, при которых произошел несчастный случай произошедший ДД.ММ.ГГГГ с Горенко ФИО45, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, положенный в основу исковых требований. Необходимо учитывать степень вины самого Горенко ФИО46, который обладая соответствующими знаниями и квалификацией, при имеющейся возможности, проигнорировав требования охраны труда, что способствовало наступлению несчастного случая, указанное отражено в Акте о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ, форма Н-1, Погибший состоял в трудовых отношениях с АО «Юг Спецавтоматика». Истцами в обосновании нравственных страданий и размера компенсации морального вреда, указано на близкие родственные отношения, на оказание погибшим истцам материальной и моральной поддержки, на финансовое положение ответчиков, на суммы компенсации определенные Волгодонским районным судом супруге погибшего и т.д. Однако, истцами не представлены доказательства оказания Горенко ФИО47 материальной и моральной поддержки истцам, на момент смерти Горенко ФИО48, они совместно с ним не проживали. Иск подан спустя 17 месяцев с момента несчастного случая. Обращают внимание на правовую конструкцию обоснования заявленного иска, где размер компенсации поставлен в зависимость от получения вдовой погибшего полной суммы, которую сформировали для себя истцы, т.е. моральный вред истцам причинён неудовлетворением размера суммы, взысканной в пользу вдовы решением Волгодонского районного суда Ростовской области от 03.03.2017 по делу №. Все обстоятельства несчастного случая установлены Волгодонским районным судом при рассмотрении дела №. Работодателем ФИО1 являлся АО «ЮгСпецавтоматика», который был обязан создавать условия труда, исключающие причинение вреда жизни и здоровью работника. Внутренние акты АО «Концерн Росэнергоатом» не могут быть применимы к иным работникам. Заявленная сумма компенсации морального вреда не отвечает требованиям разумности и справедливости. Просят отказать истцам в иске в части взыскания с АО «Концерн Росэнергоатом» в лице филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Ростовская атомная станция» возмещения морального вреда в размере 700000 руб. в пользу каждого. 

Представитель ответчика АО «Юг Спецавтоматика», конкурсный управляющий АО «Юг Спецавтоматика» ФИО15, в судебное заседание не явились. О времени и месте рассмотрения дела уведомлены надлежащим образом. 

Суд, выслушав пояснения истца, представителей сторон, заключение старшего помощника прокурора Турченко М.А., полагавшую исковые требования подлежащими удовлетворению частично, изучив иные доказательства по делу, дав им оценку, приходит к следующему.

В силу ст.ст.20,41 Конституции Российской Федерации, ст.150 Гражданского кодекса Российской Федерации, жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Согласно статье 1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно статье 220 Трудового кодекса РФ условия труда, предусмотренные трудовым договором, должны соответствовать требованиям охраны труда.

Согласно ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации, причинение вреда здоровью дает потерпевшему право на компенсацию морального вреда. В соответствии со ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненного потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно положениям ч.2 ст.61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Материалами дела установлено, что ДД.ММ.ГГГГ умер Горенко ФИО49, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что следует из свидетельства о смерти (л.д.23).

Горенко ФИО50, являлся сыном истцов ФИО7 и ФИО4, что подтверждается свидетельством о рождении, и родным младшим братом истцу ФИО8, что так же подтверждается свидетельствами о рождении.

При определении круга лиц, относящихся к близким родственникам, суд руководствуется положениями абз.3 ст.14 Семейного кодекса, согласно которого близкими родственниками являются родственники по прямой восходящей линии (родители и дети, дедушки, бабушки и внуки), полнородные и неполнородные (имеющие общих отца или мать) братья и сестры.Таким образом, законодателем определен круг лиц, имеющих право на получение компенсации морального вреда, в связи с утратой близких людей.

Материалами дела так же установлено, что Волгодонским районным судом РО 3 марта 2017 г. рассмотрено гражданское дело по иску ФИО11, действующей в своих интересах и в интересах ФИО8, ФИО16 к АО «Юг Спецавтоматика», ООО «ВДМУ» и АО «Концерн Росэнергоатом» о возмещении вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, по результатом которого вынесено решение о частичном удовлетворении исковых требований (л.д.102-104). Решение вступило в законную силу согласно апелляционного определения Ростовского областного суда от 15.06.2017 (л.д.105-108).

Данным решением, имеющим для ответчиков АО «Юг Спецавтоматика», ООО «ВДМУ» и АО «Концерн Росэнергоатом» преюдициально значение в настоящем споре, установлено, что ФИО4 состоял в трудовых отношениях с АО «Юг Спецавтоматика», 06.09.2016 при организации работы по монтажу автоматической системы пожаротушения технологического оборудования машинного зала строящегося энергоблока №4, прошел со стороны строящегося энергоблока №4 на энергоблок №3 в машинный зал на отметке +15м, ряд Б, через огражденный участок обозначенный знаками и плакатами безопасности, сигнальными ограждениями, через стационарное ограждение, и встал на паронит, которым был закрыт технологический проем на время выполнения сварочных работ на энергоблоке № ООО «ВДМУ». В результате разрушения паронита ФИО4 упал и получил телесные повреждения в виде тупой сочетанной травмы тела с переломами костей и повреждениями внутренних органов, от которых в последствие скончался. Место падения ФИО4 накрыто паронитом ООО «ВДМУ», выполнявшим сварочные работы в указанном энергоблоке по согласованию с собственником объекта АО «Концерн Росэнергоатом» Ростовская АЭС. По результатам расследования несчастного случая работодателем составлен акт № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГг. В ходе расследования несчастного случая установлено, что комиссией, в составе представителей АО «Концерн Росэнергоатом» Ростовская АЭС и ООО «ВДМУ» был произведён осмотр зоны возможного падения искр при работе на отметке +29.300 и 23, 760 и принято решение закрыть несгораемыми материалами отметку +15.00 под местом проведения огневых работ. Работником ООО «ВДМУ» (ФИО12 мастер ООО «ВДМУ») допущено частичное не выполнение пункта ДД.ММ.ГГГГ. М-3.00.00237-ППР «Монтаж металлоконструкций аварийного выхода на краны», а именно при наличии штатного защитного ограждения периметра проёма дополнительно вывесить знаки безопасности «Проход запрещен», «Осторожно, возможно падение с высоты», и и.о. директора филиала «Волгодонский» АО «Юг Спецавтоматика» ФИО17, который не осуществил контроль за подчиненным персоналом что позволило начальнику монтажного участка АО «Юг Спецавтоматика» ФИО4 проникнуть в машинный зал турбинного отделения без сопровождающих лиц Ростовской АЭС. Кроме того, установлено, что несчастный случай произошел на пром.площадке Ростовской атомной станции в машзале энергоблока № отметка 15,0 м ряда Б, оси 10-11 машинного зала, поскольку должностными лицами АО «Концерн Росэнергоатом» Ростовская АЭС не обеспечены необходимые меры безопасности, исключающие нарушение подрядной организацией ООО «ВДМУ» пункта ДД.ММ.ГГГГ. М-3.00.00237-ППР «Монтаж металлоконструкций аварийного выхода на краны» и нарушение подрядной организацией АО «Юг Спецавтоматика» СТО 1.ДД.ММ.ГГГГ.001.0673-2006 Правил охраны труда при эксплуатации тепломеханического оборудования и тепловых сетей атомных станций ФГУП концерн «Росэнергоатом», утв.Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ, допустившей проникновение начальника монтажного участка АО «Юг Спецавтоматика» ФИО4 в машинный зал турбинного отделения, без сопровождающих лиц Ростовской АЭС. 

При этом, указанным решением, ответственность, в виде компенсации морального вреда, ответчикам установлена равная.

Рассматривая требования ФИО7 о взыскании в её пользу компенсации морального вреда с ООО «ВДМУ» в размере 150000 руб., с АО «Юг Спецавтоматика» 200000 руб., а с АО «Концерн Росэнергоатом» 700000 руб., и аналогичные требования ФИО4, ФИО8, суд учитывает, что истцы, в результате смерти сына и брата, безусловно, испытывали физические и нравственные страдания, при этом, разумно и справедливо предположить, что большей глубине страданий должен соответствовать больший размер компенсации, вместе с тем, суд должен учитывать и требования разумности и справедливости, обстоятельства гибели ФИО4 

Согласно требованиями п.2 ст.1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

Согласно разъяснений, содержащихся в п.32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечёт физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Вместе с тем, при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений, само по себе, не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда, суду с учётом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Судом учитывается, что представленные в дело документы свидетельствуют о том, что Горенко ФИО51, к моменту смерти положительно характеризовался, работал, имел семью и постоянное место жительства. Обстоятельства его смерти установлены в решении суда от ДД.ММ.ГГГГ.

При определении размера компенсации в пользу истца ФИО7, судом учитывается её возраст, указанное ею физическое состояние, то, что в результате несчастного случая на производстве она утратила родственную связь и лишилась сына, с которым проживали в одном городе, часто общались, на него были возложены надежды, связанные с помощью, в том числе финансовой. Так же суд учитывает изложенные ФИО7 мотивы послужившие основанием подачи иска, период времени, истекший со дня гибели сына. Учитывая изложенное, финансовое положение ответчиков, принципы разумности и справедливости, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО7 к ООО «ВДМУ» в полном объёме, и о частичном удовлетворении исковых требований к ответчикам АО «Юг Спецавтоматика» и АО «Концерн Росэнергоатом», взыскав с каждого из ответчиков в её пользу компенсацию морального вреда в размере по 150000 руб., в остальной части иска отказать.

При определении размера компенсации в пользу истца ФИО4, судом учитывается его возраст, то, что в результате несчастного случая на производстве он утратил родственную связь и лишился младшего сына, с которым был близок, часто виделся, общался и проводил досуг, на сына были возложены надежды, связанные с помощью в престарелом возрасте. Так же суд учитывает изложенные ФИО4 мотивы мести, период времени, истекший со дня гибели сына. Учитывая фактические обстоятельства, всё изложенное, финансовое положение ответчиков, а так же принципы разумности и справедливости, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО4 к ООО «ВДМУ» в полном объёме, и о частичном удовлетворении исковых требований к ответчикам АО «Юг Спецавтоматика» и АО «Концерн Росэнергоатом», взыскав с каждого из ответчиков в его пользу компенсацию морального вреда в размере, по 150000 руб., в остальной части иска отказать.

При определении размера компенсации в пользу истца ФИО8, судом учитывается его возраст, то, что в результате несчастного случая на производстве он утратил родственную связь и лишился младшего брата, с которым был близок, часто виделся, общался. Так же суд учитывает изложенные ФИО8 мотивы помощи данными средствами семье брата, период времени, истекший со дня гибели брата. При этом, отклоняются доводы истца ФИО8 относительно финансовой зависимости от брата, т.к. данное обстоятельство опровергается сведениями о размере дохода каждого из них. Учитывая фактические обстоятельства, всё вышеизложенное, финансовое положение ответчиков, а так же принципы разумности и справедливости, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований ФИО8 к ООО «ВДМУ», АО «Юг Спецавтоматика» и АО «Концерн Росэнергоатом», взыскав с каждого из ответчиков в его пользу компенсацию морального вреда в размере, по 50000 руб., в остальной части иска отказать.

Доводы истца ФИО8 относительно того, что акт о несчастном случае на производстве не должен учитываться при вынесении решения, судом отклоняются, т.к. данному акту № от ДД.ММ.ГГГГ уже дана оценка при вынесении решения суда от ДД.ММ.ГГГГ, вступившего в силу ДД.ММ.ГГГГ, он не обжалован и не отменён. 

Доводы истцов относительно того, что размер компенсации в их пользу, должен быть поставлен в зависимость от прибыли АЭС концерна «Росэнергоатом», сведений о средней зарплате руководителей в Концерне, директора Атомной станции, от размера установленных контрактами сумм, где АЭС концерн «Росэнергоатом» устанавливает выплаты пострадавшим от травм на производстве, являются юридически не состоятельными, не соответствую изложенным выше нормам права, регулирующим спорные правоотношения.

Доводы представителей ответчиков относительно вины погибшего судом отклоняются с учётом разъяснений, содержащихся в п.17 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина».

Решая вопрос о судебных расходах, суд руководствуется положениями ст.ст.88-100 ГПК РФ, Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела».

Так, истцами представлены доказательства несения расходов на оплату услуг представителя в суде первой инстанции: в пользу ФИО8 10000 руб., в пользу ФИО7, ФИО4 – по 15000 руб.

Учитывая категорию дела, объём представленных доказательств, нормативное обоснование позиции, личное участие представителей, суд приходит к выводу о взыскании в пользу каждого истца по 90000 руб. судебных расходов, т.е. по 3000 руб. с каждого ответчика.

При этом, суд отклоняет доводы представителя ООО «ВДМУ» ФИО10, что ФИО4 пояснял, что не нёс расходов, поскольку истец указывал на расходы, связанные с похоронами сына.

Рассматривая заявленные на возмещение расходы ФИО7 в размере 1500 руб. понесённые на оплату нотариального оформления доверенности №-н/61-2018-1-180, суд учитывает разъяснения, содержащиеся в п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, где указано, что расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Поскольку доверенность №-н/61-2018-1-180 не содержит полномочий представителей на участие в конкретном деле, то данные расходы не могут быть взысканы с ответчиков.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Горенко ФИО52, Горенко ФИО53, Горенко ФИО54 к ФИО58 «Юг Спецавтоматика», ООО «ВДМУ», акционерному обществу «Концерн Росэнергоатом» о компенсации морального вреда, судебных расходов, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО57 «Югспецавтоматика» в пользу Горенко ФИО55, компенсацию морального вреда 150000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в сумме 3000 рублей, всего 153000 рублей.

Взыскать с ФИО56 «Югспецавтоматика» в пользу ФИО2, компенсацию морального вреда 150000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в сумме 3000 рублей, всего 153000 рублей.

Взыскать с АО «Югспецавтоматика» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда 50000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в сумме 3000 рублей, всего 53000 рублей.

Взыскать с ООО «ВДМУ» в пользу ФИО1, компенсацию морального вреда 150000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в сумме 3000 рублей, всего 153000 рублей.

Взыскать с ООО «ВДМУ» в пользу ФИО2, компенсацию морального вреда 150000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в сумме 3000 рублей, всего 153000 рублей.

Взыскать с ООО «ВДМУ» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда 50000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в сумме 3000 рублей, всего 53000 рублей.

Взыскать с АО «Концерн Росэнергоатом» в пользу ФИО1, компенсацию морального вреда 150000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в сумме 3000 рублей, всего 153000 рублей.

Взыскать с АО «Концерн Росэнергоатом» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда 150000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в сумме 3000 рублей, всего 153000 рублей.

Взыскать с АО «Концерн Росэнергоатом» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда 50000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в сумме 3000 рублей, всего 53000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО4, ФИО7, ФИО8 к обществу с ограниченной ответственностью «ВДМУ» и акционерному обществу «Концерн Росэнергоатом», о компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд, в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме, через Волгодонской районный суд.

В окончательной форме решение вынесено 28.06.2018.