Дело № 2-99/2017

Решение

Именем Российской Федерации

27 апреля 2017 года город Смоленск

Смоленский гарнизонный военный суд в составе:

председательствующего судьи Стукалова Д.В.,

при секретаре Иволгиной Ю.Д.,

с участием ответчика ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда гражданское дело по исковому заявлению представителя командира войсковой части № капитана ФИО2 о взыскании с бывшего военнослужащего указанной воинской части старшего лейтенанта запаса ФИО1 причиненного им воинской части материального ущерба,

установил:

Представитель командира войсковой части ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО1, в котором указал, что в период с марта 2013 года по декабрь 2014 года последний проходил военную службу в войсковой части № на должности начальника радиолокационной станции 

<

данные изъяты> 5 марта 2014 года при проверке комплектности изделия 

<

данные изъяты> Барсов обнаружил отсутствие составляющих блоков запасных частей и принадлежностей (далее – ЗИП) из состава закрепленной за ним станции. По результатам административного расследования было установлено, что в блоках изделия 

<

данные изъяты> отсутствуют ячейки, а также отсутствуют три блока ЗИП с запасными ячейками. 

Далее ФИО2 указывает, что в соответствии с актом технического состояния станции от 3 апреля 2015 года приведенное изделие к эксплуатации непригодно и неработоспособно ввиду отсутствия 242 ячеек блоков аппаратуры. Согласно протоколу заседания комиссии по подготовке и принятию решения об оценке остаточной стоимости недостающих комплектующих блоков от 3 апреля 2015 года причиненный материальный ущерб составляет 86164 рубля 94 копейки. При этом в расчет суммы ущерба взяты сведения о содержании драгоценных металлов в отсутствующих составляющих блоков ЗИП. 

Причиной, способствующей возникновению материального ущерба, явилось ненадлежащее исполнение Барсовым своих обязанностей, а поэтому представитель истца просит взыскать с ответчика денежные средства в размере 86164 рублей 94 копейки.

Истец и его представитель, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не прибыли.

В судебном заседании ответчик иск не признал и пояснил, что 10 февраля 2014 года проводилась комиссионная проверка работоспособности станции 

<

данные изъяты>, по результатам которой был составлен акт о готовности станции к работе. В этот же день станцию загнали в хранилище №, и сдали ее под охрану наряду по парку. Затем 21 февраля 2014 года 

<

данные изъяты> они убыли на полигон 

<

данные изъяты>. По прибытии на полигон 5 марта 2104 года он обнаружил, что блоки станции вскрыты и в них отсутствуют ячейки. Также отсутствовали ячейки и на другой станции его подразделения. О данном происшествии он доложил командованию, после чего, командир батареи и начальник пункта управления убыли обратно в воинскую часть, где в ходе осмотра прилегающей к парку территории, были обнаружены сумки с технической документацией на станции, с которых были похищены ячейки. 

Заслушав ответчика и, исследовав письменные доказательства, военный суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 2 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» имущество воинской части это все виды вооружения, военной техники, боеприпасы, горюче-смазочные материалы, топливо, продовольствие, вещевое имущество и иные виды военного имущества, здания, сооружения, деньги и ценные бумаги, другие материальные средства, являющиеся федеральной собственностью и закрепленные за воинской частью. Реальный ущерб это расходы, которые воинская часть произвела, либо должна произвести для восстановления, приобретения утраченного или поврежденного имущества, а также излишние денежные выплаты, произведенные воинской частью.

В соответствии со ст. ст. 3, 5 и 7 приведенного Федерального закона военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине реальный ущерб. Военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба в случае, когда ущерб причинен военнослужащим, которому имущество было передано под отчет для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей. 

Командир воинской части при обнаружении ущерба обязан назначить административное расследование для установления причин ущерба, его размера и виновных лиц. Административное расследование должно быть закончено в месячный срок со дня обнаружения ущерба. В необходимых случаях этот срок может быть продлен вышестоящим в порядке подчиненности командиром (начальником), но не более чем на один месяц.

Как следует из рапорта ответчика от 16 сентября 2013 года, он принял дела и должность начальника РЛС 

<

данные изъяты>.

Согласно акту технического состояния материальных ценностей от 10 февраля 2014 года, утвержденному командиром войсковой части №, изделие 

<

данные изъяты> исправно и пригодно к эксплуатации.

Из акта технического состояния материальных ценностей от 9 марта 2014 года следует, что изделие 

<

данные изъяты> неисправно и непригодно к эксплуатации, поскольку отсутствуют комплектующие аппаратуры и ЗИП.

Согласно копии заключения по результатам административного расследования от 16 декабря 2014 года, хищение ячеек произошло в период с 10 по 21 февраля 2014 года, когда изделие находилось парке части. Причинами, способствовавшими возникновению материального ущерба, явились, в том числе ненадлежащее исполнение Барсовым своих обязанностей, выразившееся в нарушении порядка производства работ в парке, при котором ремонт вышеуказанного изделия производился военнослужащими, проходящими военную службу по призыву, в отсутствии ответчика. При этом в заключении указано, что вина ФИО1 в причинении материального ущерба установлена. Лица, похитившие ячейки, не установлены. 

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Вместе с тем, доказательства вины ответчика в причинении ущерба в суд не представлены.

В судебном заседании ответчик пояснил, что после того, как 10 февраля 2014 года техника была сдана под охрану, он хранилище № не вскрывал, в парк хранения техники не прибывал и какие-либо работы на изделии 

<

данные изъяты> не проводил. 

Одновременно Барсов пояснил, что для производства работ на изделии командиром воинской части издается приказ, однако такой приказ в указанный период не издавался.

Факт сдачи техники под охрану 10 февраля 2014 года подтверждается материалами административного расследования.

Как следует из письменных объяснений подполковника ФИО3 от 5 марта 2014 года ответчик и рядовой ФИО4 19 февраля 2014 года убывали в парк боевых машин для производства работ на изделии.

Однако к этим объяснениям суд относится критически, поскольку какие-либо иные доказательства (объяснения других лиц, копия журнала вскрытия хранилища № и т.д.), кроме этих объяснений, о производстве работ на изделии 

<

данные изъяты> под руководством ФИО1 в период с 10 по 21 февраля 2014 года истцом не представлены. 

При таких обстоятельствах, военный суд находит, что выводы в вышеприведенном заключении о ненадлежащем исполнении Барсовым своих обязанностей, выразившемся в нарушении порядка производства работ в парке, при котором ремонт вышеуказанного изделия производился военнослужащими, проходящими военную службу по призыву, в отсутствии ответчика, являются необоснованными, поскольку доказательства не только нарушения порядка производства работ в парке, но и вообще производство самих работ Барсовым отсутствуют, как в материалах административного расследования, так и в иных представленных ФИО2 документах.

При этом суд учитывает, что в заключении по результатам административного расследования указаны и иные причинами, способствовавшие причинению материального ущерба, а именно, не соответствие требованиям руководящих документов содержание вооружения и военной техники, помещений и участков территории парка, закрепленных за пунктом управления войсковой части №

При принятии решения суд также учитывает, что административное расследование проведено с нарушения сроков, установленных Федерльным законом «О материальной ответственности военнослужащих», - начато по указанию командира войсковой части № 5 марта 2014 года, а окончено 16 декабря 2014 года, то есть спустя 7 месяцев.

Причем в материалах административного расследования имеется толь-

ко одно объяснение ФИО1 датированное 9 ноября 2014 года, в котором вину в причинении ущерба он не признает. 

Учитывая вышеизложенное, военный суд приходит к выводу, что исковое заявление удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, военный суд

решил:

В удовлетворении иска представителю командира войсковой части № ФИО2 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский окружной военный суд через Смоленский гарнизонный военный суд в течение месяца, со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий по делу