УИД: 42RS0017-01-2024-002471-78

Дело № 2-185/2025 

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Новокузнецк 03 февраля 2025 года

Кузнецкий районный суд г. Новокузнецка Кемеровской области в составе судьи Шипицыной В.А.,

при секретаре Федоришиной Е.М.,

с участием помощника прокурора Кузнецкого района г. Новокузнецка Крыловой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «РУСАЛ Новокузнецкий Алюминиевый Завод», о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью и утратой профессиональной трудоспособности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к АО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод», в котором просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 1000 000 рублей в связи с полученным по вине ответчика профессиональным заболеванием, причинившим вред её здоровью, частичную уплату профессиональной трудоспособности, физические и нравственные страдания. 

Заявленные требования мотивирует тем, что она проработала у ответчика в период с 03.10.1981 по 31.03.2009, во вредных условиях труда машиниста крана на горячих участках работ, уволилась в связи с уходом на пенсию. 

Актом о случае профессионального заболевания ей установлен заключительный диагноз – .... Причиной указанного профессионального заболевания послужило длительное воздействие на ее организм вредного производственного фактора – фтора газообразного и солей фтористоводородной кислоты. Вины истицы в получении указанного профессионального заболевания не установлено. Лицом, допустившим нарушение ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов указан работодатель истца. 

По заключению бюро медико-социальной экспертизы степень утраты профессиональной трудоспособности истицы составила 30%. 

В результате полученного профессионального заболевания она частично лишилась профессиональной трудоспособности и здоровья, стала раздражительной, что отражается на отношениях в семье. Чувствует себя .. В связи с наличием данного заболевания она вынуждена была сменить свой образ жизни. 

Истица ФИО1 в судебном заседании просила удовлетворить заявленные требования в полном объеме. Дополнительно пояснив, что приобрела профессиональное заболевание по причине осуществления трудовой деятельности во вредных производственных факторах. Только спустя 3-4 года после трудоустройства ей стали выдавать «лепестки», которые не помогали. Она проживает на 5 этаже, но спускаться по лестнице ей очень тяжело, не может носить тяжести. Ей сложно осуществлять трудовую деятельность на приусадебном участке, требуется помощь близких. Ухудшение состояния здоровья она стала остро ощущать в 2010 г. По причине наличия аллергии на лекарственные средства из назначенных медицинских препаратов она может принимать только мази, в 2024 ей был поставлен диагноз .., т.к. на них у нее тоже аллергия. Согласно программе реабилитации она каждый год проходит санаторно-курортное лечение. 

Представитель истицы ФИО2 в судебном заседании заявленные требования поддержал, считал подлежащими и удовлетворению. 

Представитель ответчика АО «РУСАЛ Новокузнецкий Алюминиевый Завод» ФИО3 действующая на основании доверенности, в судебном заседании заявленные требования не признала. Пояснила, что истцом уже ранее было реализовано право на возмещение морального вреда в связи с повреждением здоровья и утратой профессиональной трудоспособности от профессионального заболевания. 10.02.2014 между АО «РУСАЛ» и ФИО1 было заключено соглашение о компенсации морального вреда, на основании которого АО «РУСАЛ Новокузнецк» произвел выплату истице суммы морального вреда в размере 30 000 рублей. На сегодняшний день основанием для требования выплаты компенсации морального вреда как и в 2014 году является акт о случае профессионального заболевания от 19.12.2013, соответственно оснований для перерасчета компенсации морального вреда не имеется Ответчиком в соответствии со ст. 212 ТК РФ были созданы надлежащие условия труда, где истица была обеспечена средствами индивидуальной защиты, также ей были предоставлены: доплата за работу с вредными и опасными условиями труда, дополнительный отпуск – 14 календарных дней, особый режим труда и отдыха. Заявленная ко взысканию денежная сумма не соответствует объему и характеру причиненных истице нравственных и физических страданий. С учетом фактических обстоятельств дела, учитывая, что степень утраты профессиональной трудоспособности истицы не привела к установлению инвалидности и не лишила её возможности трудиться в более комфортных условиях, считает соответствующим принципам разумности и справедливости установить размер компенсации морального вреда в сумме от 110 000 по 120 000 руб. за 10% утраты трудоспособности. 

Суд, выслушав пояснения сторон, свидетеля, заключение помощника прокурора Кузнецкого района г. Новокузнецка Крыловой Е.А., полагавшей необходимым удовлетворить заявленные исковые требования с учетом всех доказательств, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией РФ в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (ч. 1 ст. 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 3 ст. 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (ч. 1 ст. 39).

Трудовым Кодексом РФ, а именно ч.2 ст. 22 на работодателя возложена обязанность по соблюдению трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечению безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещению вреда, причиненного работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсации морального вреда в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. 

Трудовой кодекс РФ особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (ст. 219 Трудового кодекса РФ).

Согласно ст. 220 ТК РФ государство гарантирует работникам защиту их права на труд в условиях, соответствующих требованиям охраны труда. Условия труда, предусмотренные трудовым договором, должны соответствовать требованиям охраны труда.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возложена на работодателя статьей 212 ТК РФ.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных законом случаях, предоставляется в порядке обязательного социального страхования. 

Отношения по данному виду обязательного социального страхования регулируются Федеральным законом от 24.07.1998 N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Из положений статьи 22 ТК РФ следует, что работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены данным Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Из разъяснений, изложенных в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" следует, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права, например, здоровье.

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац 2 ч. 3 ст. 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда. 

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 1, 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости, о чем разъяснено в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации». 

Из приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что по общему правилу необходимыми условиями для возложения на работодателя обязанности по компенсации морального вреда работнику являются: наступление вреда, противоправность деяния причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Следовательно, обязанность по компенсации морального вреда может быть возложена на работодателя при наличии его вины в причинении вреда.

Статья 184 ТК РФ предусматривает, что при повреждении здоровья вследствие профессионального заболевания виды, объемы и условия предоставления гарантий и компенсаций определяются федеральными законами.

Федеральным законом ФЗ-125 «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 02.07.1998 дано определение понятию «профессиональное заболевание» как острое или хроническое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что ФИО1 проработала на предприятии ответчика 28 лет. Так, 03.10.1981 истица принята машинистом крана на горячих участках работ по 4 разряду в электролизный цех № в «Новокузнецкий Алюминиевый завод», 01.02.1982 ей присвоен 5 разряд машиниста крана на горячих участках работ в том же цехе. В период с 01.06.1993 по 06.12.1995 истица находилась в отпуске по уходу за ребенком, 01.09.2000 она переведена в цех эксплуатации и ремонта оборудования машинистом крана на горячих участках работ по 5 разряду АО «Новокузнецкий алюминиевый завод». 01.05.2003 ФИО1 переведена в цех эксплуатации грузоподъемных механизмов машинистом крана (крановщиком) (на горячих участках работ) (ЛП) по 5 разряду. 01.09.2005 истица переведена на участок эксплуатации грузоподъёмных механизмов литейного отделения № дирекции по литейному производству машинистом крана (крановщиком) (на горячих участках работ в литейном производстве) по 5 разряду. 01.02.2006 в литейное отделение № и рабочая группа Бизнес-единицы дирекции по литейному производству подчинены Бизнес-единице дирекции по литейному производству. 31.03.2009 уволена по собственному желанию (л.д. 9-13).

Санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания № от 28.06.2011 установлено, что ФИО1, работая машинистом крана на горячих участках работ, подвергалась воздействию вредных производственных факторов: загазованности воздуха рабочей зоны. В течение 26 лет, работая машинистом крана, осуществляла транспортировку продукции в литейном отделении №1. Условия труда по вредному производственному химическому фактору, ведущему в развитии заболевания ... в соответствии с Р.2.2.2006-25 оцениваются как вредные 1 степени. Среднесменные концентрации фтористого водорода и солей фтористоводородной кислоты превышают ПДК в 1,5 и 1,25 раза соответственно, коэффициент суммации среднесменных концентраций фтористого водорода и солей фтористой кислоты в воздухе рабочей зоны превышает единицу в 2,75 раз. Согласно Р.2.2.2006-25 «Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда», с учетом сочетанного действия факторов производственной среды и трудового процесса условия труда ФИО1 в профессии машиниста крана на горячих участках работ литейного отделения № оцениваются как вредные 2 степени (класс условий труда 3.2) (л.д. 18-23). 

Актом о случае профессионального заболевания от 19.12.2013, утвержденного главным государственным санитарным врачом по КО в г. Новокузнецке и Новокузнецком районе, истице установлен заключительный диагноз: .. Заболевание профессиональное установлено впервые 06.11.2013. Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм вредного производственного фактора: фтора газообразного (гидрофторида) и солей фтористоводородной кислоты. При этом наличие вины работника в получении профессионального заболевания не установлено. Установлены нарушения АО «РУСАЛ Новокузнецкий Алюминиевый завод» ФЗ «О Санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» от 30.03.1999 №52-ФЗ в части невыполнения ст. 25 (п.2), Санитарных правил для предприятий цветной металлургии СП 2528-82 п. 1.4,1.9. (л.д.6-8). 

Пунктом 22 исследуемого акта работодателю истца в целях ликвидации и предупреждения профессиональных заболеваний или отравлений предлагается, в том числе: обеспечить всех работающих в контакте с фтористыми соединениями эффективными специальными средствами защиты органов дыхания, обеспечить диспансерное наблюдение работников с выявленными профессиональными заболеваниями либо отклонениями в состоянии здоровья, которые можно связать с профессиональным фактором. 

По условиям соглашения о компенсации морального вреда, заключенного 10.02.2014 между АО «РУСАЛ Новокузнецкий Алюминиевый завод» и ФИО1 стороны договорились о компенсации предприятием морального вреда истцу в связи с профессиональным заболеванием в размере 30 000 рублей. При этом п.7 стороны согласовали, что настоящее соглашение означает окончательное внесудебное урегулирование вопроса о компенсации гражданину морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, а также подтверждает отсутствие каких-либо неурегулированных вопросов, касающихся компенсации морального вреда и необходимости для их разрешения в суде (л.д. 32). Компенсация морального вреда ФИО1 по заключенному соглашению произведена АО «РУСАЛ Новокузнецк» в указанном размере 09.04.2014, что подтверждается платежным поручением (л.д. 31). 

Бюро медико-социальной экспертизы № - филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Кемеровской области» степень утраты профессиональной трудоспособности, на основании представленных документов, установлена ФИО1 в размере 30% с 19.01.2017 г. бессрочно (л.д. 14). 

ФИО1, обращаясь в суд с заявленными исковыми требованиями, просит взыскать с ответчика АО «РУСАЛ Новокузнецк» компенсацию морального вреда в сумме 1000 000 рублей. Считает, что данная сумма является достаточной для удовлетворения нравственно-физических страданий, которые она понесла в связи с установленной утратой профессиональной трудоспособности в размере 30 % ввиду наличия профессионального заболевания.

Программой реабилитации пострадавшего в результате профессионального заболевания от 2024 года, истцу назначено применение лекарственных препаратов: .. При этом установлено, что в постороннем специальном медицинском уходе, посторонним бытовом уходе ФИО1 не нуждается (л.д. 15-17). 

В обоснование возражений на заявленные исковые требования, представитель ответчика ссылается на тот факт, что заявленная истцом сумма компенсации морального вреда не соответствует объему и характеру причиненных истцу нравственных и физических страданий. Указывая также, что истцом уже было реализовано право на возмещение морального вреда в связи с повреждением здоровья и утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием по заключенному 10.02.2014 соглашению, ответчик произвел выплату компенсации морального вреда в размере 30 000 руб., а т.к. основанием для требования о выплате компенсации морального вреда и в 2014 году и в 2025 году является акт о случае профессионального заболевания от 19.12.2013, соответственно оснований для перерасчета компенсации не имеется. 

Изучив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что в ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что имеющееся у истицы профессиональное заболевание возникло в результате её работы в профессии машиниста крана на горячих участках работ литейном отделении №, где она в процессе трудовой деятельности – в течение 28 лет подвергалась длительному воздействию на организм вредного производственного фактора: фтора газообразного (гидрофторида) и его соединениями. Заболевание является профессиональным, что подтверждается актом о случае профессионального заболевания от 19.12.2013, которым установлено, что непосредственной причиной профессионального заболевания явилось длительное воздействие на организм истца фтора газообразного.

Доказательств, бесспорно подтверждающих, что профессиональное заболевание возникло у истицы не в периоды работы у ответчика, суду предоставлено не было, факт трудовых отношений истца на предприятии ответчика не оспаривался, а также факт наличия вредных производственных факторов, указанных в Акте о случае профессионального заболевания от 19.12.2013 и в санитарно-гигиенической характеристике. 

Из чего следует, что истец осуществлял трудовую деятельность в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов на предприятии ответчика, вред здоровью истца причинен ответчиком АО «РУСАЛ Новокузнецк», на котором лежали обязанности по обеспечению безопасных условий труда истцу. В акте о случае профессионального заболевания указано ответчику на необходимость обеспечения: всех работающих в контакте с фтористыми соединениями эффективными специальными средствами защиты органов дыхания; диспансерное наблюдение работников с выявленными профессиональными заболеваниями либо отклонениями в состоянии здоровья, которые можно связать с профессиональным фактором. Также исследуемым Актом установлено нарушение ответчиком государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, что также подтверждает нарушение работодателем права работника на осуществление трудовых обязанностей в безопасных условиях труда. При этом наличие вины работника ФИО1 в возникновении у неё профессионального заболевания не установлено. Полученное истицей профессиональное заболевание находится в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда в АО «РУСАЛ Новокузнецк». 

Устанавливая степень вины ответчика, суд принимает во внимание, что профессиональное заболевание возникло у истца не одномоментно, а в течение длительного времени работы (на протяжении более 28 лет), так как причиной данного профессионального заболевания является длительное воздействие на организм вредных производственных факторов. Наличие таких факторов установлено санитарно-гигиенической характеристикой условий труда. 

В соответствии с п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания. 

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Из разъяснений, данных в абзаце 2 п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как указано, что в случае спора размер компенсации морального вреда должен быть определен судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

В соответствии с разъяснениями п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

В п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В ходе судебного разбирательства судом достоверно установлено, что ФИО1 причинены физические страдания, выразившиеся в физической боли, которые она переносит в результате профессионального заболевания – болезненные ощущения из-за воздействия гидрофторидов, солей фтористоводородной кислоты .. заниматься любым делом, помогать своим близким. 

Факт физических страданий подтверждается самим характером заболеваний истицы: ... а также показаниями истицы, свидетеля, медицинским заключением. 

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ААН пояснил, что приходится истице супругом. В браке они проживают с 1985 г. Ему известно, что по причине длительной работы во вредных производственных факторах на предприятии ответчика ФИО1 приобрела профессиональное заболевание – .. По причине наличия данного заболевания у нее .. Проблемы со здоровьем такого характера у нее начались еще в 2000 году, когда было установлено наличие профессионального заболевания он точно сказать не может. На данный период образ ее жизни существенно изменился, она не может ..

Из доказательств, имеющихся в материалах дела усматривается, что при изменении условий труда, истцом возможно продолжение выполнения профессиональной деятельности, предшествующей установлению профессионального заболевания, при изменении условий труда. При этом, 30% утраты профессиональной трудоспособности установлено истцу бессрочно с 19.01.2017. 

ФИО1 в обоснование заявленных исковых требований на обозрение суду представила медицинскую карту. В судебном заседании поясняла, что каждый год проходит санаторно-курортное лечение рекомендованное программой реабилитации пострадавшего в результате профессионального заболевания, данные сведения подтверждает соответствующей программой от 29.07.2024, выписным эпикризом. По причине наличия аллергической реакции, часть медицинских препаратов, рекомендованных врачами для лечения и профилактики профессионального заболевания она не имеет возможности применять, в связи с чем ограничивается только мазями. 

В соответствии с пунктом 25 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Доводы представителя ответчика о том, что соглашением от 10.02.2014 обязанность АО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод» по компенсации морального вреда в связи с причиненным профессиональным заболеванием истице перед ней была исполнена, суд находит несостоятельной. ФИО1 действительно было выплачено 30 000 руб. в счет компенсации морального вреда, однако заявленный размер, по мнению суда, не соразмерен с теми физическими и нравственными страданиями, которые понесла и до настоящего времени испытывает истица. В связи с чем, суд приходит к выводу о том, что выплата компенсации морального вреда истице со стороны работодателя по соглашению сторон не является достаточным и полным возмещением за профессиональное заболевание, а соглашение от 10.02.2014 нельзя признать соответствующим гарантированному законодательством праву работника на возмещение морального вреда вследствие причиненного ему профессионального заболевания, а даже с учетом осовременивания выплаченной суммы тем или иным способом (с учетом роста потребительских цен с даты выплаты 2014 по настоящее время, показателей инфляции, минимального размера оплаты труда, прожиточного минимума и т. п.), не обеспечит полноценной защиты нарушенного права истца и не сможет восполнить в полной мере причиненный истцу моральный вред.

При этом, запрет на взыскание компенсации в размере, большем чем это определено отраслевым соглашением и коллективным договором, по мнению суда, влечет нарушение права работника на полное возмещение вреда. В связи с чем, факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства со ссылками на нормы права Трудового кодекса Российской Федерации и Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 ГК РФ придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.

Обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности истца, наличии в ее действиях признаков злоупотребления правом не установлено. Из материалов дела видно, что вины ФИО1 в возникновении у неё профессионального заболевания не установлено, доказательств неприменения истицей эффективных специальных средств защиты органов дыхания, предоставленных работодателем в материалы дела не представлены. 

Доводы представителя ответчика о наличии у ФИО1 возможности выбора осуществления трудовой деятельности во вредных условиях, не исключают вины ответчика в развитии профессионального заболевания, как и не исключает причинение истцу моральных и нравственных страданий именно в связи с получением профессионального заболевания, и не могут являться основанием для освобождения от ответственности. 

Таким образом, в ходе судебного разбирательства судом достоверно установлено, что ФИО1 понесены физические страдания, выразившиеся в .., перенесенной в результате профессионального заболевания – .. Установив данные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что вина ответчика в пережитых нравственных и физических страданиях истицы установлена.

Определяя сумму компенсации морального вреда, суд учитывает, что истице установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30% бессрочно с 19.01.2017, учитывает возраст истицы (63 года), пояснения свидетеля, показавшего о состоянии истицы и имеющихся у неё .., а также при отсутствия в материалах дела доказательств систематического обращения истца за медицинской помощью, каких-либо доказательств ограничения в образе жизни, с учетом выплат, суд полагает необходимым довзыскать с ответчика в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

Ссылка представителя ответчика на практику судов города по взысканию компенсации морального вреда в отношении иных работников АО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод», не является основанием для снижения определенного судом по данному гражданскому делу размера компенсации морального вреда в отношении истца, поскольку физические и нравственные страдания оцениваются и рассматриваются судом в каждом конкретном случае индивидуально, с учетом всех обстоятельств по делу и не являются шаблонными.

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Учитывая, что истец в силу закона освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче в суд иска о взыскании компенсации морального вреда, причиненного здоровью, с ответчика, не освобожденных законом от оплаты государственной пошлины, подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина, согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ и в размере, определенном ст.333.19 НК РФ, в сумме 3000 рублей. 

Руководствуясь ст.ст. 11-12, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Акционерного общества «РУСАЛ Новокузнецкий Алюминиевый Завод» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (паспорт серия №) компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровью и утратой профессиональной трудоспособности в размере 300 000 рублей.

Взыскать с Акционерного общества «РУСАЛ Новокузнецкий Алюминиевый Завод (ИНН 

<

***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца с момента его изготовления в окончательной форме через Кузнецкий районный суд г.Новокузнецка.

Мотивированное решение изготовлено 17.02.2025 года.

Судья В.А. Шипицына