Дело № г.

Р Е Ш Е Н И Е

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

р.п. Хохольский 05 октября 2017 года

Хохольский районный суд Воронежской области в составе председательствующего – судьи Надточиева С.П., при секретаре судебного заседания – Ветровой С.Н., с участием истца ФИО1 и его представителя - адвоката Крюкова И.М., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству внутренних дел Российской Федерации, ГУ МВД РФ по Воронежской области о взыскании компенсации морального вреда за незаконное привлечение к административной ответственности в виде административного ареста,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением, в котором просил взыскать с Министерства внутренних дел Российской Федерации, ГУ МВД РФ по Воронежской области 150 000 руб. денежной компенсации морального вреда, причиненного ему незаконным привлечением к административной ответственности в виде административного ареста.

В обоснование своего иска ФИО1 указал, что около 10 час. 26 июня 2016 года в г. Семилуки инспектор СР ДПС ГИБДД ОР ФИО2 составил в отношении него протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 20.1 КоАП РФ, в котором необоснованно указал на то, что он – ФИО1 выражал явное неуважение к обществу, выражался грубой нецензурной бранью в общественном месте, не реагировал на замечания сотрудников полиции. В это же время он – ФИО1 был задержан, на руки ему были одеты металлические наручники, умышленно затянутые полицейским таким образом, чтобы это причиняло ему боль, после чего он – ФИО1 был доставлен в отдел МВД России по Семилукскому району Воронежской области. На его неоднократные просьбы снять или ослабить наручники сотрудники полиции не реагировали, проявляя в отношении него необоснованную жестокость, вследствие чего ему были причинены телесные повреждения в виде ссадин на руках. Он был помещен в помещение для задержанных, где содержался до следующего дня без воды и пищи и без предоставления возможности сделать один телефонный звонок. В первой половине дня 27 июня 2016 года он был под конвоем доставлен в Семилукский районный суд, где судья, рассмотрев его дело, вынес постановление о его прекращении за отсутствием в действиях ФИО1 состава административного правонарушения. Причиненный ему незаконным содержанием под стражей в мучительных условиях с 26 июня по 27 июня 2016 года моральный вред, ФИО1 оценивает в размере 150 000 руб., которые просит взыскать с ответчиков.

С учетом характера спорного правоотношения и обстоятельств, на которые ФИО1 указал в своем исковом заявлении, к участию в деле на стороне ответчика в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, судом было привлечено Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Воронежской области.

В судебном заседании по рассмотрению дела ФИО1 и его представитель – адвокат Крюков И.М. просили заявленный иск удовлетворить полностью.

В поступившем в районный суд ходатайстве, подписанном представителем по доверенности ФИО3, МВД РФ и ГУ МВД России по Воронежской области просили дело рассмотреть в их отсутствие, предоставив суду письменный отзыв, в котором просили в иске ФИО1 отказать.

Заслушав объяснения и доводы истца – ФИО1 и его представителя – адвоката Крюкова И.М., исследовав представленные доказательства, суд пришёл к следующему.

Согласно предоставленным Семилукским районным судом Воронежской области материалам дела № 5 – 169/2016 г. об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 20.1 КоАП РФ, ФИО1 был 26 июня 2016 года в 13 час. 50 мин. доставлен в отдел МВД России по Семилукскому району Воронежской области - о чем инспектор СР ДПС ГИБДД ОР ГУ МВД России по Воронежской области ФИО2 составил протокол о доставлении лица, совершившего административное правонарушение (л.д. 26).

26 июня 2016 года в 14 час. 00 мин. инспектор СР ДПС ГИБДД ФИО2 составил в отношении ФИО1 протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 20.1 КоАП РФ (л.д. 25).

26 июня 2016 года в 15 час. 50 мин. начальником смены дежурной части ОМВД России по Семилукскому району Воронежской области ФИО4 был составлен протокол об административном задержании ФИО1, в котором указано, что задержание произведено «для полного и своевременного принятия решения по делу об административном правонарушении» (л.д. 34).

Постановлением судьи Семилукского районного суда Воронежской области Толубаевой Л.В. от 27 июня 2016 года, вступившим в законную силу, производство по делу в отношении ФИО1 прекращено по основанию, предусмотренному ч.1 п.2 ст.24.5 КоАП РФ - в связи с отсутствием в действиях лица, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, состава административного правонарушения (л.д. 36-37).

Как следует из Книги учета лиц, доставленных в дежурную часть территориального органа МВД РФ ОМВД России по Семилукскому району, ФИО1 был доставлен в указанный орган внутренних дел сотрудником ГИБДД ФИО2 26 июня 2016 года в 13 час. 45 мин., ФИО1 был помещен в помещение для содержания задержанных лиц, откуда освобожден с отметкой «отпущен домой» - 27 июня 2016 года в 11 час. 45 мин. в связи с прекращением в отношении него дела об административном правонарушении (л.д.75-77).

Зафиксированные в материалах административного дела № 5 – 169/2016 г. и в предоставленных ОМВД России по Семилукскому району Воронежской области документах, фактические обстоятельства подтверждены объяснениями ФИО1 в судебном заседании.

Ответчиком не предоставлено доказательств, опровергающих эти обстоятельства.

Согласно п 1. ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны Российской Федерации в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса (часть 2 ст.1070 ГК РФ)

Согласно статье 1100 данного Кодекса компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ (абзац третий).

В Постановлении от 16 июня 2009 года № 9-П Конституционный Суд Российской Федерации изложил правовые позиции, подлежащие применению судами общей юрисдикции при разрешении исков о компенсации морального вреда, указав, что предусмотренное частью 3 статьи 27.5 КоАП Российской Федерации административное задержание на срок не более 48 часов, которое применяется только по делам о правонарушениях, за совершение которых в виде наказания может быть назначен административный арест (на срок до 15 или до 30 суток), не будучи арестом как мерой административного наказания, тем не менее представляет собой лишение свободы в смысле статьи 22 Конституции Российской Федерации и подпункта «c» пункта 1 статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод: положение лица, к которому применяется такое административное задержание в качестве меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении, связано с принудительным пребыванием в ограниченном пространстве, временной изоляцией от общества, прекращением выполнения служебных обязанностей, с невозможностью свободного передвижения и общения с другими лицами.

Отсутствие в тексте пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК Российской Федерации непосредственного указания на административное задержание не может означать, по смыслу этих статей во взаимосвязи с частью 3 статьи 27.5 КоАП Российской Федерации и подпунктом «c» пункта 1 статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, что их действие не распространяется на случаи, когда право на свободу ограничивается в связи с административным задержанием на срок не более 48 часов как обеспечительной мерой при производстве по делам об административных правонарушениях, за совершение которых может быть назначено наказание в виде административного ареста. Иное не соответствовало бы ни Конституции Российской Федерации, ни Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Как указывает Конституционный суд, вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия и прокуратуры, должен возмещаться государством в полном объеме независимо от вины соответствующих должностных лиц не только в прямо перечисленных в пункте 1 статьи 1070 ГК Российской Федерации случаях, но и тогда, когда вред причиняется в результате незаконного применения в отношении гражданина такой меры процессуального принуждения, как задержание. Это требование основано на ранее выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 27 июня 2000 года N 11-П правовой позиции, в силу которой понятия «задержанный», «обвиняемый», «предъявление обвинения», «публичное преследование» применительно к обеспечению конституционных прав граждан должны толковаться в их конституционно-правовом, а не в узко специальном смысле, в котором они используются в уголовно-процессуальном законе. Оно действует и при выявлении конституционно-правового смысла административного задержания как меры обеспечения производства по делам об административных правонарушениях, при котором - в целях реализации конституционных прав граждан - необходимо учитывать не только формальное процессуальное, но и фактическое положение лица, в отношении которого осуществляется публичное преследование за совершение административного правонарушения.

Таким образом, пункт 1 статьи 1070 и абзац третий статьи 1100 ГК Российской Федерации – по их смыслу в системе действующего гражданско-правового и административно-правового регулирования - не могут рассматриваться как исключающие возмещение гражданину имущественного ущерба и компенсации морального вреда независимо от вины должностных лиц, являющихся причинителями вреда, в случае признания административного задержания на срок не более 48 часов незаконным (часть 3 статьи 27.5 КоАП Российской Федерации).

С учетом изложенного, суд признал, что применение 26 июня 2016 года в отношении ФИО1 административного задержания, не может быть признано законным, поскольку вступившим в законную силу судебным постановлением от 27 июня 2016 года установлено отсутствие в действиях ФИО1 состава того административного правонарушения, для обеспечения правильного и своевременного рассмотрения которого была применена указанная мера обеспечения.

Ввиду этого, доводы представителя ответчика ФИО3 о том, что в отношении ФИО1 не установлено незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, что административное задержание ФИО1 было произведено на законном основании, так как санкцией ч. 2 ст. 20.1 КоАП РФ в качестве одного из наказаний предусмотрен административный арест на срок до 15 суток, а также то, что данный случай не подпадает под перечень оснований компенсации морального вреда независимо от вины государственного органа или должностного лица, закрепленный ст.1100 ГК РФ, суд не принял, полагая, что они основаны на субъективном толковании законодательства и при этом – противоречат указанным выше постановлениям Конституционного Суда Российской Федерации.

Положения ст. 1069 ГК РФ устанавливают, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В случаях причинения лицу вреда в результате действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, а также их должностных лиц, взыскатель имеет право на подачу иска о возмещении вреда за счет казны Российской Федерации по правилам статей 16, 1064 и 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По правилам статьи 1071 ГК РФ в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, субъекта Российской Федерации или муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Согласно статье 125 ГК РФ от имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов (пункт 1).

Согласно п. 1 ст. 125 и ст. 1071 ГК РФ, пп. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации по искам о возмещении вреда, причиненного в результате действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, а также их должностных лиц, за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает и отвечает по своим денежным обязательствам главный распорядитель бюджетных средств, а не сам государственный орган и не Министерство финансов Российской Федерации.

В соответствии с п. 63 ст. 12 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утв. Указом Президента РФ от 01.03.2011 г. N 248 «Вопросы Министерства внутренних дел Российской Федерации» и действовавшего до 21 декабря 2016 года, МВД России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание МВД России и реализацию возложенных на него задач, является получателем средств федерального бюджета, а также главным администратором (администратором) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Пп. 100 п. 11 Положения «О Министерстве внутренних дел Российской Федерации», утв. Указом Президента РФ от 21.12.2016 г. N 699, действующего в настоящее время, также предусмотрено, что МВД России осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета.

Таким образом, по смыслу п. 1 ст. 125 и ст. 1071 ГК РФ, пп. 1 п. 3 ст. 158 БК РФ по искам о возмещении вреда, причиненного в результате действий (бездействия) должностных лиц МВД России за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает и отвечает по своим денежным обязательствам МВД России как главный распорядитель бюджетных средств. 

ГУ МВД РФ по Воронежской области в данном случае надлежащим ответчиком не является, поскольку в соответствии с Положением о Главном управлении Министерства внутренних дел Российской Федерации по Воронежской области, утвержденным Приказом МВД РФ от 27 апреля 2011 г. N 279 «Вопросы Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Воронежской области», ГУ МВД РФ по Воронежской области является территориальным органом МВД России на региональном уровне, входит в систему органов внутренних дел Российской Федерации и подчиняется МВД России.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. 

Как разъяснено в пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005г. №5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса РФ об административных правонарушениях», требования о возмещении материального и морального вреда, причиненного, в том числе, незаконным привлечением к административной ответственности, подлежат рассмотрению в соответствии с гражданским законодательством в порядке гражданского судопроизводства. 

Так, в силу ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом. 

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В связи с этим, суд считает, что требования истца о компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к административной ответственности, являются обоснованными и подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.

В силу ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 (ред. 06.02.2007) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» было разъяснено, что суду в целях обеспечения правильного и своевременного разрешения возникшего спора необходимо по каждому делу выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений и, если такая ответственность установлена, когда вступил в силу законодательный акт, предусматривающий условия и порядок компенсации вреда в этих случаях, а также когда были совершены действия, повлекшие причинение морального вреда. Суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. 

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. 

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. 

Размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований.

Таким образом, суд приходит к выводу, что имеются все предусмотренные законом основания для компенсации истцу морального вреда, поскольку в суде бесспорно установлен факт незаконного его привлечения к административной ответственности. Факт причинения нравственных страданий истцу, незаконного привлеченному к административной ответственности, на которые указывает истец в исковом заявлении, не нуждается в подтверждении дополнительными доказательствами, в связи с чем, истец имеет право на получение денежной компенсации морального вреда.

Оценивая размер причиненных физических и нравственных страданий истца суд дал надлежащую оценку представленным доказательствам. Так доводы истца о том, что все время нахождения в помещении для задержанных в отношении него применялась необоснованная жестокость, причинены телесные повреждения в виде ссадин на руках из-за умышленно затянутых наручников, отказ в просьбе сделать один звонок, не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства. Довод истца о том, что для снятия наручников привлекались сотрудники МЧС, также не нашел своего подтверждения, поскольку как следует из представленных ответов ГУ МЧС России по Воронежской области, 26.06.2016 и 27.06.2016 года обращений о снятии наручников в подразделения МЧС России по ВО не поступало, сотрудники МЧС и спасатели аварийно-спасательной службы ВО по факту снятия наручников не выезжали. Кроме того, на представленной в материалы дела истцом видеозаписи на компакт-диске видно, что наручники на руках истца застегнуты не плотно, ссадин и кровоподтеков нет, как только сотрудник полиции начинает ключом открывать наручники, видеозапись обрывается.

Исходя из данных норм закона, представленных доказательств, суд, разрешая дело, приходит к выводу о том, что заявленный истцом размер морального вреда в сумме 150 000 рублей является завышенным, и, оценивая характер физических и нравственных страданий истца, учитывая обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, продолжительность необоснованного содержания ФИО1 в помещении для задержанных, его возраст и состояние здоровья, отсутствие объективных доказательств причинения вреда его здоровью, с учетом требований разумности и справедливости, руководствуясь ст.1101 ГК РФ, считает возможным определить его в размере 7 000 рублей.

Руководствуясь ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 7 000 рублей.

В остальной части иска ФИО1 – отказать.

В удовлетворении исковых требований к ГУ МВД РФ по Воронежской области – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд в течение месяца со дня принятия его судом в окончательной форме.

Судья Надточиев С.П.

Решение изготовлено в окончательной форме 06.10.2017 г.