Копия

Дело №

УИД 24RS0032-01-2025-000728-31

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Красноярск 18 марта 2025 года 

Ленинский районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи Кийкова С.Г.,

с участием представителя истца Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Красноярскому краю по доверенности ФИО1, 

при секретаре Горобцовой А.О., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Красноярскому краю к ФИО2 о взыскании незаконно полученных сумм,

установил:

Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Красноярскому краю обратилось в суд с иском о взыскании со ФИО2 незаконно полученных сумм пенсии по случаю потери кормильца за период с ДД.ММ.ГГГГг. по ДД.ММ.ГГГГ в размере 191 342 руб. 33 коп. Требования мотивированы тем, что на основании решения № ФИО2 являлся получателем пенсии по случаю потери кормильца с 01 февраля 2022 г. в размере 13 912 руб. 30 коп. Факт обучения ФИО2 по очной форме обучения в КГБПОУ «Шушенский сельскохозяйственный колледж» подтверждался справкой от 26 апреля 2022г. № 911, нормативный срок окончания учебного заведения 30 июня 2023г., однако, приказом № 320-у от 10 июня 2022г. КГБПОУ «Шушенский сельскохозяйственный колледж» ФИО2 был предоставлен академический отпуск в связи с призывом в ряды Вооруженных сил РФ с 13 июня 2022г. по 13 июня 2023г. Вместе с тем, сведения в ОСФР по Красноярскому краю ФИО2 не представил, в связи с чем, продолжал получать пенсию по случаю потери кормильца. С 01 июля 2022 г. по 13 июня 2023 г. образовалась переплата пенсии по случаю потери кормильца, выплаченной ФИО2, которая составила 191 342 руб. 33 коп. На основании изложенного, в соответствии со ст.1102 ГК РФ, ст.ст. 26 и 28 Федерального закона № 400-ФЗ от 28 декабря 2013 «О страховых пенсиях» истцом предъявлен настоящий иск в суд о взыскании незаконно полученных сумм пенсии по случаю потери кормильца за период с 01 июля 2022г. по 13 июня 2023г. в размере 191 342 руб. 33 коп.

В судебном заседание представитель истца Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Красноярскому краю по доверенности ФИО1 настаивала на удовлетворении исковых требований по основаниям, изложенным в иске. Не возражала против рассмотрения дела Ленинским районным судом г. Красноярска. 

Ответчик ФИО2, извещенный надлежащим образом о дате, времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, ходатайств об отложении судебного заседания не поступало, просил о рассмотрении дела в свое отсутствие. Из пояснений, имеющихся в материалах гражданского дела, следует, что ФИО2 возражает против удовлетворения исковых требований, поскольку в спорный период находился на срочной военной службе, но при этом продолжал числиться в списках студентов КГБПОУ «Шушенский сельскохозяйственный колледж». Своевременно не смог подать о данном факте сведения в пенсионный орган, поскольку проходил срочную военную службу, а на сегодняшний день продолжает службу в ВС РФ, является участником СВО. 

Исследовав материалы дела, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Основания и порядок выплаты социальной пенсии предусмотрены Федеральным законом от 15 декабря 2001г. № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 15 декабря 2001г. № 166-ФЗ).

В соответствии с подпунктом 8 пункта 1 статьи 4 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. № 166-ФЗ право на пенсию по государственному пенсионному обеспечению имеют нетрудоспособные граждане.

На основании пункта 3 части 1 статьи 11 Федерального закона от 15 декабря 2001г. № 166-ФЗ право на социальную пенсию в соответствии с настоящим Федеральным законом имеют постоянно проживающие в Российской Федерации дети в возрасте до 18 лет, а также старше этого возраста, обучающиеся по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, потерявшие одного или обоих родителей, и дети умершей одинокой матери.

В силу положения статьи 13 Федерального закона от 15 декабря 2001г. № 166-ФЗ при назначении пенсии по случаю потери кормильца по государственному пенсионному обеспечению применяются нормы Федерального закона «О страховых пенсиях», регулирующие порядок и условия назначения пенсии по случаю потери кормильца семьям безвестно отсутствующих лиц, усыновленным, усыновителям, пасынкам, падчерицам, отчимам, мачехам, порядок и условия признания члена семьи состоявшим на иждивении погибшего (умершего) кормильца и иные вопросы, связанные с пенсионным обеспечением членов семей умерших, если иные нормы не установлены настоящим Федеральным законом.

В соответствии с частью 1 статьи 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в пункте 2 части 2 настоящей статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца. Семья безвестно отсутствующего кормильца приравнивается к семье умершего кормильца, если безвестное отсутствие кормильца удостоверено в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 10 Федерального закона от 28 декабря 2013г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет либо достигшие возраста 18 лет и завершившие обучение по основным образовательным программам основного общего или среднего общего образования в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, на период до 1 сентября года, в котором завершено указанное обучение (далее также - дети, достигшие возраста 18 лет и завершившие обучение), а также дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет или дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца старше этого возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами. При этом братья, сестры и внуки умершего кормильца признаются нетрудоспособными членами семьи при условии, что они не имеют трудоспособных родителей.

Согласно пункту 4 статьи 10 Федерального закона от 28 декабря 2013г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» иждивение детей умершего кормильца, детей умершего кормильца, достигших возраста 18 лет и завершивших обучение, предполагается и не требует доказательств, за исключением указанных детей, объявленных в соответствии с законодательством Российской Федерации полностью дееспособными или достигших возраста 18 лет (кроме детей, достигших возраста 18 лет, указанных в части 4.1 настоящей статьи). 

В силу п.4.1 вышеуказанного Федерального закона предполагается и не требует доказательств иждивение детей умершего кормильца, достигших возраста 18 лет, обучающихся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, при условии, что на день смерти кормильца они не осуществляли работу и (или) иную деятельность, в период которой они подлежат обязательному пенсионному страхованию в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации».

Нормы, регулирующие обязательства вследствие неосновательного обогащения, установлены главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса.

Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки (пункт 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу положений пункта 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату в качестве такового денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия и т.п., то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение. Вместе с тем закон устанавливает и исключения из этого правила, а именно излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки. При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных сумм.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 26 февраля 2018г. № 10-П, содержащееся в гл. 60 Гражданского кодекса Российской Федерации правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (ч. 3 ст. 17); соответственно, данное правовое регулирование, как оно осуществлено федеральным законодателем, не исключает использование института неосновательного обогащения за пределами гражданско-правовой сферы и обеспечение с его помощью баланса публичных и частных интересов, отвечающего конституционным требованиям.

Из изложенного следует, что нормы Гражданского кодекса Российской Федерации о неосновательном обогащении и недопустимости возврата определенных денежных сумм могут применяться и за пределами гражданско-правовой сферы, в частности при разрешении спора, возникшего из пенсионных отношений.

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в постановлении от 26 февраля 2018г. № 10-П, применительно к спорным правоотношениям следует, что судебные органы, рассматривая в каждом конкретном деле вопрос о наличии оснований для взыскания денежных сумм в связи с перерасходом средств бюджета, выплаченных на социальное обеспечение, обязаны, не ограничиваясь установлением одних лишь формальных условий применения взыскания, исследовать по существу фактические обстоятельства данного дела, свидетельствующие о наличии либо отсутствии признаков недобросовестности (противоправности) в действиях лица, которому была назначена соответствующая социальная выплата. Иной подход приводил бы к нарушению вытекающих из ст. ст. 1 (часть 1), 2, 7, 18, 19 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации принципов справедливости, правовой определенности и поддержания доверия граждан к действиям государства, препятствуя достижению баланса частных и публичных интересов, и в конечном итоге - к несоразмерному ограничению конституционного права на социальное обеспечение (ст. 39, ч. ч. 1 и 2, Конституции Российской Федерации).

Исходя из подлежащих применению к спорным отношениям норм материального права и изложенной правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, с гражданина, которому назначена мера социальной поддержки в виде пенсии по случаю потери кормильца, не может быть произведено взыскание излишне выплаченных ему денежных средств без установления факта недобросовестности в действиях такого гражданина. При этом бремя доказывания недобросовестности со стороны гражданина при получении им денежных сумм лежит на органе пенсионного обеспечения, принявшем решение об их возврате (удержании).

В связи с чем, по данному делу юридически значимым обстоятельством с учетом заявленных исковых требований и регулирующих спорные отношения норм материального права, является установление недобросовестности в действиях ответчика при получении им пенсии по потери кормильца.

Поскольку добросовестность гражданина по требованиям о взыскании презюмируется, то суд исходит из бремени доказывания недобросовестности ответчика пенсионным органом, требующим возврата полученных сумм, то есть, истцом.

В силу ч. 1 ст. 25 Федерального закона от 28 декабря 2013г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» приведены основания прекращения выплаты страховой пенсии.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 25 Федерального закона от 28 декабря 2013г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» прекращение выплаты страховой пенсии производится в случае утраты пенсионером права на назначенную ему страховую пенсию (обнаружения обстоятельств или документов, опровергающих достоверность сведений, представленных в подтверждение права на указанную пенсию, истечения срока признания лица инвалидом, приобретения трудоспособности лицом, получающим пенсию по случаю потери кормильца, поступления на работу (возобновления иной деятельности, подлежащей включению в страховой стаж) лиц, предусмотренных пунктом 2 части 2 статьи 10 настоящего Федерального закона, и в других случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации) - с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором обнаружены указанные обстоятельства или документы, либо истек срок инвалидности, либо наступила трудоспособность соответствующего лица.

В соответствии с ч. 5 ст. 26 Федерального закона от 28 декабря 2013г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» пенсионер обязан извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии и размера повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии или прекращение (продление) их выплаты, в том числе об изменении места жительства, не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующих обстоятельств.

Из ч. ч. 1 и 2 ст. 28 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» следует, что физические и юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты страховой пенсии, в случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных ч. 5 ст. 26 данного федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату страховых пенсий, фиксированной выплаты к страховой пенсии, виновные лица возмещают Пенсионному фонду Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В случае обнаружения органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, ошибки, допущенной при установлении и (или) выплате страховой пенсии, установлении, перерасчете размера, индексации и (или) выплате фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), производится устранение данной ошибки в соответствии с законодательством Российской Федерации (ч. 4 ст. 28 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ).

Так, судом установлено, что на основании решения № ФИО2 являлся получателем пенсии по случаю потери кормильца с 01 февраля 2022 г. в размере 13 912 руб. 30 коп. (л.д. 16-18, 19, 20, 21). Факт обучения ФИО2 по очной форме обучения в КГБПОУ «Шушенский сельскохозяйственный колледж» подтверждался справкой от 26 апреля 2022 г. № 911, нормативный срок окончания учебного заведения 30 июня 2023 г. (л.д. 23), однако, приказом № 320-у от 10 июня 2022 г. КГБПОУ «Шушенский сельскохозяйственный колледж» ФИО2 был предоставлен академический отпуск в связи с призывом в ряды Вооруженных сил РФ с 13 июня 2022 г. по 13 июня 2023 г. (л.д. 34). 

Данный факт был выявлен истцом лишь 27 июня 2023 г., о чем в материалы дела представлен протокол о выявлении излишне выплаченных пенсионеру сумм пенсии и социальных выплат №, в связи с чем, 18 августа 2023 г. ФИО2 было направлено требование о возмещении излишне полученной суммы в размере 191 342 руб. 33 коп., образовавшейся в связи с призывом в Вооруженные силы, которое до настоящего времени не исполнено (л.д. 40,41,43). 

Решением от 03 июля 2023 г. ФИО2 прекращена выплата пенсии с 01 июля 2022 г.(л.д. 38). 

Из справки от 13 февраля 2025 г. № 388 КГБПОУ «Шушенский сельскохозяйственный колледж» следует, что с 01 сентября 2020 г. истец зачислен на первый курс очной формы обучения в КГБПОУ «Шушенский сельскохозяйственный колледж», с 13 июня 2022 г. ему предоставлен академический отпуск в связи с призывом в ряды Вооруженных Сил РФ с сохранением социальной стипендии, приказом от 09 января 2024 г. ФИО2 отчислен из учебного учреждения по собственному желанию. 

При оформлении документов ФИО2 04 февраля 2022 г. в соответствии с ч.5 ст.26, ч.1-3, 5 ст.28 Федерального закона от 28 декабря 2013г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» предупрежден о необходимости извещать ТО ПФР РФ о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера пенсии или прекращение, приостановление, продление выплаты пенсии, не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующих обстоятельств (л.д. 17-18). 

Вместе тем, сумма пенсии по потере кормильца, о взыскании которой как неосновательного обогащения просит пенсионный орган, предоставлялась ответчику в качестве средства к существованию, а, значит, в соответствии с п. 3 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, может быть взыскана со ФИО2 только в случае установления недобросовестности с его стороны. Между тем, истец, ссылаясь на недобросовестность ответчика, который не уведомил пенсионный орган о предоставлении академического отпуска как основаниях, влекущих за собой прекращение выплаты пенсии, таких доказательств не предоставил. Само по себе неисполнение ФИО2 обязанности по извещению пенсионного органа о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение выплаты пенсии по случаю потери кормильца в отсутствие иных доказательств, не свидетельствует о недобросовестности истца в получении меры социальной поддержки от государства, являющейся для него средством к существованию.

Действительно, из заявления о назначении пенсии от имени ФИО2 не следует, что ему разъяснялось о необходимости сообщить об отчислении, предоставлении академического отпуска в связи с призывом в ряды Вооруженных Сил РФ. Поскольку действующим законодательством добросовестность гражданина презюмируется, то обязанность по доказыванию обратного возлагается на истца.

В силу установленных обстоятельств, ФИО2 не был отчислен из учебного учреждения, не окончил обучение по очной форме, не перешел на заочное обучение в период с 01 июля 2022 г. по 13 июня 2023 г., что соответственно бы явилось основанием для того, что, зная об условии назначенной ему пенсии, а именно как обучающегося по очной форме обучения, он действовал недобросовестно, продолжая получать данную пенсию. Он мог добросовестно заблуждаться, что, выбыв в академический отпуск в связи с призывом в ряды Вооруженных Сил РФ, может и дальше являться таким получателем, поскольку с его стороны отсутствуют недобросовестные действия по прекращению очного обучения в образовательном учреждении. Данный факт ответчик подтвердил и своем письменном объяснении. 

Довод представителя истца на обязательства ответчика при оформлении выплаты сообщать пенсионному органу об изменении обстоятельств, влекущих за собой прекращение, приостановление выплат пенсий, не может быть принят во внимание, поскольку подписание такого обязательства само по себе не свидетельствует о недобросовестности ответчика, равно еще и потому, что в п.4 заявления ответчика о назначении пенсии не указан конкретный перечень обстоятельств, влекущих за собой изменение размера пенсии или прекращение, приостановление, продление выплаты пенсии, о которых обязан извещать пенсионный орган пенсионер

Исходя из анализа письменных доказательств и взаимосвязанного толкования положений законодательства, регулирующих вышеуказанную сферу правоотношений, суд приходит к выводу о том, что доказательств недобросовестности в действиях ответчика истцом не представлено, в связи с чем, в удовлетворении исковых требований необходимо отказать. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Оделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Красноярскому краю по Красноярскому краю к ФИО2 о взыскании незаконно полученных сумм отказать. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в течение 30 дней с момента составления мотивированного текста судебного решения путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд города Красноярска. 

Судья Кийков С.Г.