САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег.22-9634/2025 Судья Иванников А.В. 

Дело № 1-435/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 26 ноября 2025 года

Судья судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда Вергасова М.Х.,

с участием прокурора отдела уголовно-судебного управления прокуратуры Санкт-Петербурга Козловой В.Е.,

осужденного ФИО1,

адвоката Сабитовой Д.И.,

при секретаре Абрамец В.С.,

рассмотрела в апелляционном порядке уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Фадеевой Н.В. на приговор Пушкинского районного суда Санкт-Петербурга от 01 октября 2025 года, которым

ФИО1, 

<

...>

осужден:

- по ч. 2 ст. 216 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года. 

На осужденного ФИО1 возложены обязанности: не менять место постоянного жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, являться на регистрацию в уголовного - исполнительную инспекцию по месту жительства в установленные для него дни.

Также приговором суда разрешены вопросы о вещественных доказательствах и мере пресечения.

Заслушав доклад судьи Вергасовой М.Х., мнение прокурора Козловой В.Е. в поддержку доводов апелляционного представления, осужденного ФИО1 и адвоката Сабитовой Д.И., возражавших против его удовлетворения, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

Приговором Пушкинского районного суда Санкт-Петербурга от 01 октября 2025 года ФИО1 признан виновным в совершении нарушения правил безопасности при ведении строительных или иных работ, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено осужденным при обстоятельствах и во время, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Фадеева Н.В. просит приговор суда изменить, исключить применение положений ст. 73 УК РФ при назначении наказания ФИО1.; назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года с лишением права заниматься деятельностью, связанной с обеспечением техники безопасности и охраны труда, сроком на 2 года; на основании ч.2 ст. 53.1 УК РФ назначенное наказание заменить на принудительные работы с привлечением осужденного к труду в местах, определяемых учреждениями и органами уголовно-исполнительной системы, с удержанием в доход государства 10% заработка, с возложением на ФИО1 обязанности самостоятельно следовать к месту отбывания наказания за счет государства в порядке, предусмотренном ст. 60.2 УИК РФ, на основании предписания территориального органа уголовно-исполнительной системы; в соответствии с ч.4 ст. 47 УК РФ срок дополнительного наказания в виде запрета заниматься деятельностью, исчислять с даты отбытия ФИО1 основного наказания в виде принудительных работ. 

Автор апелляционного представления, не оспаривая выводов суда о доказанности вины осужденного в совершенном преступлении, квалификации его действий, считает, что приговор подлежит изменению по основаниям, предусмотренным ст. ст. 389.15, ч.2 ст. 389.18 УПК РФ, ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона и несправедливости приговора.

Обращает внимание на то, что в силу требований ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и таковым он признается, если отвечает требованиям уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

В обоснование своих требований ссылается на ч. 2 ст. 43, ст. 60 УК РФ ч.ч. 1 – 3 ст. 73 УК РФ, раскрывая их содержание.

Указывает, что, обосновывая возможность назначить ФИО2 наказание с применением ст. 73 УК РФ, суд сослался на его возраст, семейное положение и состояние здоровья близких родственников, полное признание вины и оказание финансовой помощи родным погибшего ФИО3

Однако в приговоре отсутствует вывод суда о том, как все учтенные судом обстоятельства свидетельствуют о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания.

Полагает, что напротив, фактические обстоятельства совершения преступления и степень общественной опасности содеянного, наступившая смерть потерпевшего свидетельствуют о невозможности исправления осужденного без реального отбывания лишения свободы. Компенсация причиненного преступлением вреда является характерной для лица, совершившего преступление по неосторожности, адекватной реакцией человека, осознавшего последствия своих действий, что, по мнению государственного обвинителя, не уменьшает степень общественной опасности. 

Считает, что данные о личности осужденного, приведенные судом смягчающие наказание обстоятельства, отсутствие отягчающих обстоятельств не смогут столь существенно уменьшить степень общественной опасности содеянного, так как преступление, предусмотренное ч.2 ст. 216 УК РФ, является двухобъектным составом, вред причинен не только основному объекту преступного посягательства – общественным отношениям в сфере безопасности при ведении строительных или иных работ, но и дополнительному, которым являются жизнь и здоровье человека, утрата которой необратима и невосполнима. 

Ссылается на то, что осужденный ФИО1 в период инкриминируемого преступления занимал должность монтажника по монтажу стальных и железобетонных конструкции 4 разряда в СМУ-1 Рабочие сдельщики ООО «ЛСР. СТРОИТЕЛЬСТВО-СЕВЕРО-ЗАПАД», являлся ответственным по выполнению задач, связанных с подбором грузозахватывающих приспособлений, соответствующих массе и характеру поднимаемого груза, а также был обязан соблюдать требования Типовой инструкции для стропальщиков по безопасному производству работ грузоподъемными машинами, утвержденной постановлением Госгортехнадзора России от 08.02.1996 №3, и назначение столь мягкого наказания должностному лицу, совершившему преступление, последствием которого явилось неосторожная смерть человека, дискредитирует органы судебной власти в глазах общественности и подрывает доверие граждан к органам государственно власти.

Полагает также, что указанные судом смягчающие наказание обстоятельства не могут быть признаны достаточными для неназначения дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

Считает, что назначение наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанно с обеспечением техники безопасности и охраны труда, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства его совершения, личности осужденного, и отвечает целям исправления осужденного и защиты интересов государства и общества. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции находит вывод суда о виновности ФИО1 в совершении им преступления, основанным на исследованных в судебном заседании доказательствах, анализ которых содержится в приговоре, и никем не оспаривается.

Указанным доказательствам судом дана надлежащая оценка, они полно и подробно изложены в приговоре, согласуются между собой и с другими материалами дела, в связи с чем, правильно признаны судом достоверными и взяты за основу при постановлении обвинительного приговора. Судом приведены мотивы, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты. Противоречия, обнаружившиеся в отдельных доказательствах, выяснены и оценены. Существенных противоречий, которые могли бы свидетельствовать об их недостоверности, показания потерпевших и свидетелей обвинения не содержат.

Оснований не доверять показаниям потерпевшего и свидетелей обвинения, у суда не имелось, поскольку они последовательны, логичны, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу, признанными судом достоверными. Причин для оговора осужденного данными лицами судом не установлено. Не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции.

При этом суд дал правильную оценку показаниям осужденного, как на предварительном следствии, так и в суде первой инстанции.

Вина ФИО1 в инкриминированном ему преступлении подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств, приведенных в приговоре, а именно показаниями потерпевшего ФИО4, показаниями свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №6, Свидетель №9, Свидетель №13, Свидетель №14, Свидетель №15 по обстоятельствам дела, а также письменными доказательствами: протоколом осмотра места происшествия, заключениями экспертиз, а также другими доказательствами по делу, которым суд дал надлежащую оценку в приговоре и которые по существу сторонами не оспаривается.

На основании совокупности всесторонне исследованных доказательств судом правильно постановлен обвинительный приговор в отношении ФИО1 по ч.2 ст. 216 УК РФ. 

Стороны обвинения и защиты также не оспаривают квалификацию действий осужденного.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену или изменение приговора по делу не допущено. 

Исходя из материалов дела и протоколов судебного заседания, суд апелляционной инстанции считает, что судебное следствие по делу проведено объективно, полно и всесторонне: судом были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и реализации предоставленных им прав, все заявленные сторонами ходатайства были рассмотрены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, по ним приняты обоснованные и мотивированные решения, права и законные интересы участников уголовного судопроизводства не были стеснены или нарушены. Судом обеспечены иные процессуальные права участников.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих за собой отмену приговора, либо его изменения, суд апелляционной инстанции не усматривает. Судебное разбирательство было проведено с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе состязательности, равноправия сторон и права на защиту, презумпции невиновности.

По делу отсутствуют какие-либо нарушения уголовного закона, влекущие отмену или изменение приговора, в части определения вида, назначенного осужденному ФИО1 наказания.

Наказание осужденному назначено в соответствии с требованиями закона и является справедливым.

Доводы апелляционного представления являются неубедительными, т.к. судом в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 60 УК РФ при назначении наказания осужденному ФИО1 были учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного, обстоятельства, влияющие на наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, а также судом первой инстанции в полной мере было учтено, что инкриминируемое ФИО1 преступление предусматривает в качестве объекта общественную безопасность при ведении строительных или иных работ, а дополнительным объектом является здоровье и жизнь человека, как важнейшее, бесценное, охраняемое законом благо, утрата которой необратима и невосполнима и доводы в этой части являются несостоятельны и удовлетворению не подлежат.

При назначении наказания суд учел характер и степень общественной опасности содеянного, обстоятельства совершения преступления, влияние назначаемого наказания на исправление виновного и на условия жизни его семьи, данные о личности ФИО1, не судимого, являющегося гражданином РФ, женатого, работающего монтажником в ООО «ЛСР. Строительство Северо-Запад». 

В качестве смягчающих наказание подсудимого обстоятельств в соответствии ч.2 ст.61 УК РФ суд признал признание подсудимым своей вины в совершении преступления и раскаяние в содеянном, то, что на момент совершения данного преступления он не был судим, к уголовной ответственности привлекается впервые, положительно характеризуется по месту работы, является Почетным донором России, состояние здоровья совершеннолетнего сына подсудимого и матери жены подсудимого, являющейся инвалидом, которые фактически находятся на иждивении подсудимого, оказание ФИО1 материальной помощи семье потерпевшего.

Суд обоснованно не учел в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, явку с повинной ФИО1 поскольку, как следует из материалов уголовного дела, она была дана им уже после получения органами предварительного расследования акта расследования несчастного случая и заключения эксперта №...-э25 от 

<

дата>, из которых следовало, что к преступлению причастен ФИО1, т.е. фактически явка с повинной сводилась к признанию ФИО1 своей вины в совершенном преступлении, что было учтено судом как смягчающее наказание обстоятельства в соответствии с ч.2 ст. 61 УК РФ. 

Отягчающих наказание подсудимого обстоятельств, предусмотренных ст.63 УК РФ, судом не установлено. 

С учетом всех обстоятельств дела, данных о личности подсудимого, наличия смягчающих наказание и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, суд обоснованно пришел к выводу, что в целях исправления подсудимого, совершившего преступление средней тяжести по неосторожности, предупреждения новых преступлений, а также восстановления социальной справедливости, наказание ФИО1 за совершенное преступление должно быть назначено исключительно в виде лишения свободы.

Учитывая совокупность смягчающих обстоятельств и отсутствие отягчающих, суд обоснованно пришел к выводу, что исправление подсудимого возможно без его реальной изоляции от общества, в соответствии со ст.73 УК РФ, а также без назначения дополнительного наказания, предусмотренного санкцией ч.2 ст. 216 УК РФ.

В отсутствие исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, оснований для применения к подсудимому положений ст. 64 УК РФ у суда не имелось.

С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления, и степени его общественной опасности, суд не нашел предусмотренных законом оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с положениями ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Не имеется таких оснований и у суда апелляционной инстанции. Вопреки доводам апелляционного представления, с учетом всех обстоятельств по делу, требований закона, характера и степени тяжести совершенного преступления суд обоснованно пришел к выводу о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде лишения свободы, однако не связанного с реальным отбыванием наказания - с применением ст. 73 УК РФ в виде условного осуждения, с возложением на осужденного определенных обязанностей.

Целью уголовного наказания согласно ч. 2 ст. 43 УК РФ является исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений (общая и частная превенция). Суд с учетом личности ФИО1 и обстоятельств совершенного преступления пришел к правильному выводу о том, что назначение иного, чем лишение свободы наказания, не будет способствовать достижению целей уголовного наказания.

Необходимость назначения осужденному ФИО1 именно лишения свободы в качестве основного наказания обоснованно, в том числе, характером и степенью общественной опасности преступления, конкретными обстоятельствами его совершения, целями исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений. 

Назначая наказание с применением ст. 73 УК РФ, суд обоснованно учел совокупность смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств, отсутствие отягчающих обстоятельств, поведение ФИО1 после совершения преступления, выразившееся в оказании материальной помощи семье потерпевшего, то есть в частичном возмещении вреда, причиненного преступлением.

Принимая решение о применении к ФИО1 условного осуждения в соответствии со ст. 73 УК РФ и определяя испытательный срок с возложением на осужденного обязанностей, суд первой инстанции, вопреки доводам представления, учитывал не только совокупность смягчающих наказание обстоятельств, но и принял во внимание влияния назначаемого наказания на исправление осужденного и на условия его семьи.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 19 марта 2003 года № 3-П, указал, что законодательное установление ответственности и наказания без учета личности виновного и иных обстоятельств, имеющих объективное и разумное обоснование и способствующих адекватной юридической оценке общественной опасности как самого преступного деяния, так и совершившего его лица, и применение мер ответственности без учета характеризующих личность виновного обстоятельств противоречили бы конституционному запрету дискриминации и выраженным в Конституции Российской Федерации принципам справедливости и гуманизма. Так, согласно Уголовному кодексу Российской Федерации лица, совершившие преступления, равны перед законом и подлежат уголовной ответственности независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств (статья 4) и только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена их вина (часть первая статьи 5); наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, т.е. соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного (часть первая статьи 6).

На основании изложенного суд апелляционной инстанции полагает, что доводы апелляционного представления о том, что суд при назначении наказания ФИО1 необоснованно применил положения ст. 73 УК РФ, является несостоятельным, поскольку в соответствии с п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» необходимо исполнять требований закона о строго индивидуальном подходе к назначению наказания, имея в виду, что справедливое наказание способствует решению задач и достижению целей, указанных в ст.ст. 2 и 43 УК РФ.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции находит назначенное ФИО1 наказание справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного преступления и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости, полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что ФИО1 не являлся и не является должностным лицом в соответствии с примечанием к ст. 285 УК РФ, в связи с чем ссылка на это в апелляционном представлении безосновательна.

Оснований для исключения указания о применении ст. 73 УК РФ, как об этом стоит вопрос в апелляционном представлении, суд апелляционной инстанции не находит.

Согласно положениям ч. 1 ст. 73 УК РФ, если, назначив наказание в виде лишения свободы на срок до 8 лет, суд придет к выводу о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания, он постановляет считать назначенное наказание условным. Применение условного осуждения, согласно закону, не ограничено ни характером, ни степенью тяжести содеянного. Исключения, касающиеся невозможности применения условного осуждения, приведенные в ч. 1 ст. 73 УК РФ, не относятся к осужденному ФИО1 

Судом первой инстанции, вопреки доводам представления, мотивировано применение положения ст. 73 УК РФ, предусматривающей возможность исправления ФИО1 без реального отбывания им наказания в виде лишения свободы. Таким образом, назначенное ФИО1 наказание отвечает выраженным в Конституции РФ и главе 11 УК РФ принципам справедливости, гуманизма и индивидуализации ответственности, а также недопустимости применения чрезмерных мер уголовной репрессии, соответствует требованиям ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, и с учетом установленных по делу обстоятельств не может быть признано чрезмерно мягким либо чрезмерно суровым, и, как следствие несправедливым.

Какие-либо обстоятельства, которые не были бы учтены судом при постановлении приговора, и могли бы повлиять на вид и размер наказания, а также нормы Общей части УК РФ, которые были нарушены судом при назначении наказания, в апелляционном представлении не приведены.

Доводы государственного обвинителя о том, что нарушение ФИО1 правил безопасности при ведении строительных или иных работ повлекло совершение им инкриминируемого преступления, в связи с чем имеются основания для назначения последнему дополнительного наказания, предусмотренного санкцией ст. 216 ч. 2 УК РФ в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с обеспечением техники безопасности и охраны труда на срок 2 года, необоснованны.

Согласно санкции ч.2 ст.216 УК РФ наказание предусматривает принудительные работы на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового либо лишение свободы на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

По смыслу закона, лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, по общему правилу, может быть назначено в качестве основного или дополнительного (в том числе в соответствии с частью 3 статьи 47 УК РФ) наказания за преступление, которое связано с определенной должностью или деятельностью лица.

Из приговора в отношении ФИО1 следует, что он не занимался деятельностью, связанной с обеспечением техники безопасности и охраны труда, являлся монтажником по монтажу стальных и железобетонных конструкций, с действующим удостоверением стропальщика, и при осуществлении работ по перемещению груза с применением башенного крана, допустил нарушение п.п. 1, 4, п. 4.3, п.п.3 п. 4.4 Типовой инструкции для стропальщиков по безопасному производству работ грузоподъемными машинами, вследствие чего произошло падение перемещаемого груза на ФИО3, что повлекло смерть последнего.

Кроме того, назначение дополнительного наказания, не являющегося обязательным, является правом, а не обязанностью суда.

По смыслу статей главы 10 УК РФ и в соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, указанными в постановлении от 22.12.2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», обязательной мотивировке подлежит в приговоре назначение дополнительного наказания по статьям уголовного закона, предусматривающим возможность их применения по усмотрению суда.

Как следует из приговора, суд, учитывая личность осужденного ФИО1, его социальное и имущественное положение, наличие смягчающих наказание обстоятельств, посчитал возможным не применять к нему дополнительное наказание в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

Обстоятельства, указанные государственным обвинителем в качестве оснований для назначения осужденному ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с обеспечением техники безопасности и охраны труда, таковыми не являются, поскольку в соответствии со статьей 60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

К сведениям о личности, которые подлежат учету при назначении наказания, могут, в частности, относиться данные о семейном и имущественном положении совершившего преступление лица, состоянии его здоровья, поведении в быту, наличии у него на иждивении несовершеннолетних детей, иных нетрудоспособных лиц. (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 № 58).

В связи с изложенным доводы апелляционного представления о наличии оснований для назначения осужденному ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с обеспечением техники безопасности и охраны труда на срок 2 года судом апелляционной инстанции отвергаются.

Доводы представления о том, что суд не в полной мере учел характер, степень общественной опасности, тяжесть совершенного преступления сделаны без учета конкретных обстоятельств дела, направлены на переоценку выводов суда, не свидетельствуют о нарушениях закона при назначении наказания ФИО1 

С учетом изложенного, а также с учетом того факта, что обстоятельства, на которые ссылается автор представления были учтены судом, постановившим приговор, при определении вида и размера наказания назначенного ФИО1, и повторному учету не подлежат, оснований для удовлетворения апелляционного представления судом апелляционной инстанции не усматривается.

При этом, вопреки доводам апелляционного представления, оснований считать примененное к ФИО1, согласно ст. 73 УК РФ, условное осуждение несправедливым вследствие чрезмерной мягкости и как следствие оснований для назначения ему реального наказания, в том числе и в виде принудительных работ, назначения дополнительного наказания, суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Пушкинского районного суда Санкт-Петербурга от 01 октября 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Фадеевой Н.В. - без удовлетворения.

Кассационная жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение районного суда, решение Санкт-Петербургского городского суда, вынесенное в апелляционном порядке, могут быть поданы в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через районный суд в течении 6 месяцев со дня вступления итогового решения в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции. 

Судья: