78RS0007-01-2021-001943-80

Дело № 2-1187/2021

г. Санкт-Петербург

22 июня 2021 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Колпинский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего Гусаровой А.А.,

при секретаре Диких Е.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Entertainment One UK Limited к ФИО1 ФИО4 о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки,

у с т а н о в и л:

Entertainment One UK Limited (Энтертеймент Уан ЮКей Лимитед, Частная акционерная компания) обратилась в суд с иском к ФИО1 ФИО5 о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № в размере 10 000 рублей, на товарный знак № в размере 10 000 рублей, судебных издержек по оплате стоимости вещественного доказательства – товара, приобретенного у ответчика в сумме 350 руб., почтовых расходов 475,54 руб., расходов по оплате государственной пошлины 800 руб.

В обоснование иска указано, что 21.04.2018 в ходе закупки в торговой точке вблизи адреса: 

<

адрес>, установлен факт продажи контрафактного товара – фартука, в подтверждение чего выдан чек с указанием ИНН продавца: №. На приобретенном товаре содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками №, №, однако, исключительные права на объекты интеллектуальной собственности принадлежат истцу и ответчику не передавались. Тем самым ответчик осуществил действия по распространению товара с нарушением исключительных прав истца.

Истец в судебное заседание представителя не направил, имеется ходатайство о проведении судебного заседания 22.06.2021 в 11-00 час. в отсутствие представителя истца, истец тем самым извещен, и на основании ч. 5 ст. 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Ответчик явился, по иску возражал, просил применить последствия пропуска срока исковой давности, который, по его мнению, исчисляется с даты прекращения им деятельности в качестве индивидуального предпринимателя, также отрицал факт продажи фартука со своей стороны, ссылаясь на прекращение деятельности.

Суд, выслушав ответчика, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, истец является правообладателем товарного знака № (содержит изображение) и товарного знака № (логотип «PEPPA PIG»). Записи о регистрации товарных знаков внесены ДД.ММ.ГГГГ в Международный реестр товарных знаков, зарегистрированных в соответствии с Мадридским соглашением о международной регистрации знаков от 28.06.1989 и протоколом к нему, о чем представлены сведения официального сайта Всемирной организации интеллектуальной собственности с нотариально удостоверенным переводом на русский язык (л.д. 70-97). Товарные знаки № и № имеют правовую охрану в отношении следующего перечня товаров и услуг – 25 класса Международной классификации товаров и услуг, включающего, в том числе, одежду.

При этом согласно п. 1 ст. 4 Соглашения о международной регистрации знаков, заключенного в Мадриде 14.04.1891, участником которого является Российская Федерация, с даты регистрации, произведенной таким образом в Международном бюро в соответствии с положениями статей 3 и 3ter, в каждой заинтересованной Договаривающейся стране знаку предоставляется такая же охрана, как если бы он был заявлен там непосредственно. Классификация товаров или услуг, предусмотренная в статье 3, не связывает Договаривающиеся страны в отношении определения объема охраны знака.

В силу п. 1 ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с подп. 1 п. 2 той же статьи исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Согласно п. 3 названной статьи никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

На основании ст. 1487 Гражданского кодекса Российской Федерации не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.

Пунктом 1 ст. 1488 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по договору об отчуждении исключительного права на товарный знак одна сторона (правообладатель) передает или обязуется передать в полном объеме принадлежащее ей исключительное право на соответствующий товарный знак в отношении всех товаров или в отношении части товаров, для индивидуализации которых он зарегистрирован, другой стороне - приобретателю исключительного права.

Пунктом 1 ст. 1489 того же кодекса установлено, что по лицензионному договору одна сторона - обладатель исключительного права на товарный знак (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования товарного знака в определенных договором пределах с указанием или без указания территории, на которой допускается использование, в отношении всех или части товаров, для которых зарегистрирован товарный знак.

Статья 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации регламентирует ответственность за незаконное использование товарного знака. В силу п. 1 данной статьи товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными. На основании п. 2 статьи правообладатель вправе требовать изъятия из оборота и уничтожения за счет нарушителя контрафактных товаров, этикеток, упаковок товаров, на которых размещены незаконно используемый товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение. В тех случаях, когда введение таких товаров в оборот необходимо в общественных интересах, правообладатель вправе требовать удаления за счет нарушителя с контрафактных товаров, этикеток, упаковок товаров незаконно используемого товарного знака или сходного с ним до степени смешения обозначения.

На основании п. 4 названной статьи правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В пункте 36 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, указано, что компенсация в соответствии с подп. 1 п. 4 ст. 1515 ГК РФ (от 10 тыс. до 5 млн руб.) за незаконное использование товарного знака при введении в оборот товаров взыскивается за каждый случай нарушения. При этом одним случаем нарушения является одна сделка купли-продажи (оформленная одним чеком) независимо от количества проданных товаров, на которые нанесен один и тот же товарный знак, либо несколько последовательных сделок купли-продажи товара (оформленных отдельными чеками).

Истец указал на нарушение прав на товарные знаки, что установлено в ходе произведенной 21.04.2018 закупки в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

адрес> В подтверждение этих обстоятельств суду представлена видеозапись процедуры закупки, которая обозревалась в судебном заседании. На видеозаписи изображен процесс закупки фартука в торговой точке по заявленному адресу в указанную дату за цену 350 руб., о чем продавцом (женщиной) выдан товарный чек.

Оригинал товарного чека представлен в материалы дела, на нем указана дата 21.04.2018, наименование товара – фартук, его цена 250 руб., указано также «ФИО6», на оборотной стороне указан ИНН №.

Непосредственно приобретенный фартук также представлен в материалы дела и с очевидностью содержит обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками №, №, соответствует изображенному на видеозаписи.

Вместе с тем, исковые требования предъявлены к ФИО1 ФИО7

Согласно выписке из ЕГРИП ФИО1 ФИО8 действительно имеет ИНН №, однако, ДД.ММ.ГГГГ он прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя в связи с принятием им соответствующего решения (л.д. 139-142).

Как следует из его объяснений, в качестве индивидуального предпринимателя он действительно осуществлял деятельность по продаже товаров в розницу, однако, ввиду нерентабельности прекратил таковую и статус индивидуального предпринимателя ДД.ММ.ГГГГ. О лице, осуществляющем деятельность в ранее занятой им торговой точке, ему не известно, факт реализации фартука он отрицал.

На представленном суду товарном чеке указан иной продавец – ФИО9. Суд полагает, что само по себе указание ИНН ответчика прямо не свидетельствует о том, что реализация товара имела место с его стороны. При этом из видеозаписи следует, что товар продан лицом женского пола, каких-либо сведений об участии именно ответчика в деятельности данного продавца видеозапись не содержит. ФИО1 ФИО10 факт продажи товара им отрицал. В нарушение ст. 56 ГПК РФ относимых и допустимых доказательств факту продажи товаров именно ответчиком не представлено. Также отсутствуют доказательства того, что деятельность по продаже осуществлялась от имени ответчика, наемным работником. При этом ФИО1 ФИО11 прекратил свою деятельность в качестве индивидуального предпринимателя значительно ранее даты закупки товара. Доказательств осуществления им торговой деятельности в указанной торговой точке без регистрации в качестве индивидуального предпринимателя также не имеется.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что при установленном факте продажи контрафактного товара с нарушением прав истца как правообладателя факт продажи товара непосредственно ответчиком не доказан. При таком положении он не может быть признан лицом, обязанным выплатить компенсацию в порядке ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации. Также суд отмечает, что имел место один случай продажи контрафактного товара, подтвержденный одним товарным чеком, имела место одна сделка купли-продажи, заявлено о взыскании двух сумм компенсаций.

На основании изложенного суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований к названному ответчику.

При этом суд отклоняет доводы ответчика о пропуске срока исковой давности, поскольку на основании ст. 196 и ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации такой срок составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. Соответствующим днем не может считаться дата внесения в ЕГРИП записи о прекращении деятельности в качестве индивидуального предпринимателя. В данном случае срок подлежит исчислению с 21.04.2018 – даты, когда истцу стало известно о реализации контрафактного товара, содержащего обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками, правообладателем которых он является. Такой срок истекал 20.04.2021, обращение в суд состоялось 19.04.2021.

Руководствуясь положениями ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд ввиду отказа в удовлетворении исковых требований не усматривает оснований для взыскания с заявленного ответчика в пользу истца расходов по оплате государственной пошлины, почтовых расходов и расходов по оплате за фартук, который был представлен в качестве вещественного доказательства.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 197,198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Колпинский районный суд Санкт-Петербурга.

Председательствующий

Решение в окончательном виде принято 25.06.2021.