Дело № 12-14/2018

РЕШЕНИЕ

по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении

с. Краснощёково 17 октября 2018года

Судья Краснощёковского районного суда Алтайского края Степанец О.И., 

при секретаре Тарасовой А.А.,

рассмотрев жалобу ФИО1 на постановление ИДПС МО МВД России «Краснощёковский» от 27 августа 2018 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.3 ст. 12.23 КоАП РФ в отношении ФИО1,

установил:

Согласно протоколу об административном правонарушении № от 27.08.2018 года, ФИО1 27.08.2018 в 10 час. 15 мин. управлял автомобилем по 

<

адрес>, перевозил ребенка 1,5 лет без использования специального детского удерживающего устройства, тем самым нарушил п.22.9 Правил дорожного движения Российской Федерации, и совершил административное правонарушение, ответственность за которое предусмотрена ч.3 ст. 12.23 КоАП РФ.

Действия ФИО1 квалифицированы по ч.3 ст.12.23 КоАП РФ.

Постановлением ИДПС МО МВД России «Краснощёковский» от 27 августа 2018 года ФИО1 признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ч.3 ст.12.23 КоАП РФ, за которое ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 3000 рублей.

Не согласившись с постановлением ИДПС МО МВД России «Краснощёковский», ФИО2 обжаловал его в Краснощёковский районный суд, просил отменить постановление от 27 августа 2018 года, прекратить производство по делу. В обоснование жалобы указал, что каких-либо доказательств совершения им административного правонарушения, предусмотренного ч.3 ст. 12.23 КоАП РФ не имеется, видеозаписи и фотографии, содержащие фиксацию правонарушения отсутствуют. Он выразил свое несогласие с протоколом, так как фактически отсутствовало событие административного правонарушения в виде того, что на момент остановки в автомобиле ребенка не было. Указанное обстоятельство он отразил в протоколе в графе для объяснений. Его автомобиль оборудован специальным удерживающим детским креслом, в котором ребенок всегда перевозиться. При этом 27.08.2018 в 10 часов 10 минут ребенка и его маму он довозил до магазина и высадил их в месте, не запрещенном для остановки. Считает, что сотрудники полиции незаконно привлекают его к административной ответственности, он их об этом уведомил, о чем свидетельствует видеозапись, которая велась им при составлении протокола. Видеозапись отражает, что сотрудники ИДПС протокол и постановление составляли «молча», без разъяснения ему каких-либо прав, без участия понятых и свидетелей. Из указанной видеозаписи также следует, что сотрудник ИДПС не отрицает того обстоятельства, что в автомобиле ребенка не было. По словам инспектора ИДПС Д. ребенок сидел на заднем сиденье автомобиля и не был пристегнут ремнем безопасности, при этом он его высадил за 10 метров до патрульного автомобиля, так как испугался ответственности. При всей внимательности инспектора он не мог по обстоятельствам дела, не должен был видеть, что ребенок перевозился в автомобиле без специального кресла. О том, что он остановился специально, чтобы высадить маму с ребенком, так как боялся ответственности является домыслами инспекторов и не является безусловным подтверждением наличия в действиях привлекаемого к ответственности лица вменяемого ему административного правонарушения. 

Считает, что административным органом не выяснены все обстоятельства, имеющие значение для принятия законного и обоснованного решения по делу, а само постановление о назначении административного наказания вынесено на неполно исследованных доказательствах по делу, в связи с чем, не может быть признаны законными и обоснованными. 

В судебном заседании ФИО1 вину в содеянном не признал, поддержал доводы жалобы в полном объеме, просил по основаниям, указанным в жалобе отменить постановление, производство по делу прекратить. Кроме того, пояснил, что 27.08.2018 года он двигался с 

<

адрес> в сторону больницы. С ним в автомобиле находились супруга К. и 1,5 годовалый ребенок. После проезда поворота на 

<

адрес> он пересек проезжую часть и совершил остановку на левой стороне обочины где-то в 10 метрах после поворота на 

<

адрес> ним на обочине стоял КАМАЗ, сотрудники ДПС стояли за КАМАЗом. Он остановился за 30-50 метров до сотрудников полиции. Во время остановки он совершил высадку пассажиров, до высадки ребенок находился в автокресле и был пристегнут. Затем выехал на свою полосу и продолжил движение в сторону сотрудников ДПС. Сотрудники ГИБДД его остановили, попросили, чтобы он прошел с ними для проверки штрафов. Сотрудник ГИБДД что-то проверил, а затем стал писать. Он спросил у сотрудника полиции, что он пишет, на что тот ему ответил, что у него был не пристегнут ребенок. Также сотрудник предположил, что он испугался, увидев их и специально высадил жену с ребенком из автомобиля. Он считает, что увидеть это было невозможно, так как перед его автомобилем стоял КАМАЗ и стекла в автомобиле тонированы. Детское кресло у него в машине имеется, в том числе оно там находилось в момент проверки, оно стоит на заднем сиденье с правой стороны. Руль в автомобиле с левой стороны.

Изучив материалы дела, доводы жалобы, заслушав объяснения ФИО1, ИДПС МО МВД России «Краснощёковский» Д., П., прихожу к следующему.

В соответствии с п. 22.9 Правил дорожного движения Перевозка детей в возрасте младше 7 лет в легковом автомобиле и кабине грузового автомобиля, конструкцией которых предусмотрены ремни безопасности либо ремни безопасности и детская удерживающая система ISOFIX, должна осуществляться с использованием детских удерживающих систем (устройств), соответствующих весу и росту ребенка. Установка в легковом автомобиле и кабине грузового автомобиля детских удерживающих систем (устройств) и размещение в них детей должны осуществляться в соответствии с руководством по эксплуатации указанных систем (устройств).

Частью 3 статьи 12.23 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность за нарушение требований к перевозке детей, установленных Правилами дорожного движения, что влечет назначение административного штрафа на водителя в размере трех тысяч рублей.

Как усматривается из протокола об административном правонарушении № от 27.08.2018 года, ФИО1 27.08.2018 в 10 час. 15 мин. управлял автомобилем по 

<

адрес>, перевозил ребенка 1,5 лет без использования специального детского удерживающего устройства, тем самым нарушил п.22.9 Правил дорожного движения Российской Федерации, ответственность за которое предусмотрена ч.3 ст. 12.23 КоАП РФ.

Постановлением ИДПС МО МВД России «Краснощёковский» Д. от 27.08.2018 № ФИО1 признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ч.3 ст.12.23 КоАП РФ, за которое ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 3000 рублей.

ФИО1 был не согласен с указанным административным правонарушением, о чем указал в графе объяснения протокола об административном правонарушении, а именно указал, что ребенка в момент остановки инспектором в машине не было.

Указанный факт не отрицал сотрудник ИДПС МО МВД России «Краснощёковский» Д. допрошенный в судебном заседании, который пояснил, что 27.08.2018 года он и ИДПС П. находились на смене, стояли на 

<

адрес>, возле столовой маслосырзавода в 

<

адрес>. Увидели, что со стороны 

<

адрес> движется автомобиль Тойота Ленд Крузер Прадо черного цвета. Когда автомобиль стал ближе подъезжать, то они увидели что на заднем сиденье сидит пассажир и что-то держит на руках. Не доезжая до них, автомобиль сместился влево на обочину, на которой стояла грузовая машина (перед ними). Автомобиль его заинтересовал, так как рядом нет магазинов, чтобы сходить в них. Он с ИДПС ФИО3 переместились в правую сторону, чтобы им было видно из-за молоковоза, что за автомобиль остановился, что в нем происходит. На момент торможения и остановки автомобиля Тойота Ленд Крузер Прадо они видели левую сторону автомобиля. Сзади слева открылась пассажирская дверь, из машины вышла женщина и на руках держала ребенка. Женщина направилась в сторону больницы. После того, как женщина отошла, автомобиль Тойота продолжил движение в сторону больницы и был остановлен. Он подошел к водителю, представился и взглядом осмотрел салон автомобиля. Увидел сзади с правой стороны детское удерживающее устройство, на котором находились вещи. Он спросил у водителя, почему он не использует детское удерживающее устройство при перевозке детей, на что водитель пояснил, что ничего страшного в этом нет, так как он вез ребенка в больницу, а ребенок на сиденье плачет. Факт нарушения водитель не отрицал. После этого, он пригласил водителя в патрульный автомобиль для составления административного материала. 

Кроме того, факт того, что ребенка в момент остановки инспектором в машине не было, также не отрицал сотрудник ИДПС МО МВД России «Краснощёковский» П. допрошенный в судебном заседании. 

Из пояснений допрошенной в судебном заседании в качестве свидетеля К. следует, что 27.08.2018 года она с мужем ФИО1 ехала в магазин с ребенком. С начала пути и до остановки на 

<

адрес> ребенок находился на заднем сидении автомобиля в автокресле и был пристегнут. После остановки автомобиля она забрала ребенка с автокресла и вышла с ним из автомобиля. 

Из содержания имеющейся в деле видеозаписи видно, что в транспортном средстве перед остановкой автомобиля находиться водитель и пассажир на заднем сиденье, ребенка на записи не видно. После полной остановки автомобиля, пассажир-женщина вышла из автомобиля с ребенком на руках, при этом на записи не видно был ли в этот момент ребенок в автокресле. 

Таким образом, видеозапись, имеющаяся в материалах дела не содержит информации, из которой возможно было бы установить состав административного правонарушения. 

Доводы ИДПС МО МВД России «Краснощёковский» Д. о том, что в момент движения автомобиля под управлением ФИО1 ребенок находился на руках у матери не нашли своего подтверждения в судебном заседании. Сам сотрудник ИДПС МО МВД России «Краснощёковский» ФИО4 пояснил, что у К. что-то было в руках, что конкретно он пояснить не смог. Также факт нахождения ребенка на руках не зафиксирован видеокамерой. Каких-либо других доказательств, подтверждающих обратное суду не представлено, поэтому оснований не доверять ФИО1 у суда не имеется. 

Согласно п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса об административных правонарушениях» при рассмотрении дел об административных правонарушениях, а также по жалобам на постановления или решения по делам об административных правонарушениях судья должен исходить из закрепленного в статье 1.5 КоАП РФ принципа административной ответственности - презумпции невиновности лица, в отношении которого осуществляется производство по делу. Реализация этого принципа заключается в том, что лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность, вина в совершении административного правонарушения устанавливается судьями, органами, должностными лицами, уполномоченными рассматривать дела об административных правонарушениях. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, должны толковаться в пользу этого лица.

В соответствии с ч. 4 ст. 1.5 КоАП РФ неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

При таких обстоятельствах, привлечение ФИО1 к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ является необоснованным, так как в его действиях отсутствует состав административного правонарушения.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению, в случае отсутствия состава административного правонарушения.

Руководствуясь ст.30.7,30.9 КоАП РФ, судья

решил:

Постановление ИДПС МО МВД России «Краснощёковский» Д. от 27.08.2018 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ, в отношении ФИО1 отменить, производство по делу прекратить на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, в связи с отсутствием состава административного правонарушения

Решение вступает в законную силу со дня его вынесения.

Судья О.И. Степанец