Дело №

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

п. Тюльган 30 июля 2021 года

Тюльганский районный суд Оренбургской области в составе: 

председательствующего судьи Абросимова А.М.,

при секретаре Семещенко Н.В.,

с участием:

помощника прокурора Грудининой В.В.,

представителя истца – адвоката Спириной Л.Д.,

представителя ответчика ГБУЗ «Тюльганская РБ» ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Тюльганская районная больница» о компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого родственника, вследствие ненадлежащего оказания медицинских услуг,

установил:

ФИО4 обратился в суд с вышеназванным иском, указав, что ФИО1 являлась его матерью. ДД.ММ.ГГГГ мать скончалась, что стало для семьи огромной трагедией. Считает, что в гибели матери виноваты врачи ГБУЗ «Тюльганская РБ», которые выставили неправильный диагноз и назначили неверное лечение. Апелляционным определением Оренбургского областного суда от 26.08.2020 отменено решение Тюльганского районного суда по иску его отца ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ со снижением размера компенсации морального вреда с 400000 рублей до 200000 рублей. Суд апелляционной инстанции подтвердил, что смерть матери находится в косвенной причинно-следственной связи с заболеванием ГЛПС, вызвана дефектами оказания медицинской помощи в части ее лечения ответчиком. Определением кассационного суда общей юрисдикции г. Самары от 20.01.2021 вышеназванное определение областного суда оставлено без изменения.

Указывает, что смертью матери ему причинен моральный вред, боль, горечь от преждевременной утраты матери испытывает ежедневно. 

<

данные изъяты>. ФИО1 заботилась о них. Дети находились у нее в летний период. 

Просит суд взыскать в его пользу с ГБУЗ «Тюльганская РБ» компенсацию морального вреда, причиненного ненадлежащим оказанием медицинских услуг, в размере 1000000 рублей, понесенные судебные расходы.

В судебное заседание истец ФИО4 не явился, направив для участия в деле своего представителя.

Представитель истца – адвокат Спирина Л.Д. исковые требования своего доверителя поддержала по основаниям, изложенным в иске, просила их удовлетворить.

Представитель ответчика, ГБУЗ «Тюльганская РБ», ФИО3, действующая на основании доверенности, иск не признала, просила в иске отказать. Пояснила, что вина ответчика отсутствует, медицинская помощь ФИО5 была оказана своевременно. В отношении врачей Тюльганской больницы отказано в возбуждении уголовного дела. Требуемая истцом сумма компенсации морального вреда необоснованна. Сын совместно с матерью не проживал, ее здоровьем не интересовался. ФИО4 не принимал участие в госпитализации матери, в больнице не навещал. Считает, что страдания со стороны сына отсутствуют, поскольку он горюет не об утрате близкого человека, а о том, что некому смотреть за внуками. 

Третье лицо Министерство природных ресурсов, экологии и имущественных отношений Оренбургской области для участия в деле представителя не направили.

Третье лицо Министерство здравоохранения Оренбургской области для участия в деле своего представителя не направили. 

Представитель третьего лица, ГБУЗ «ГКБ № 1» г. Оренбурга, ФИО6, действующая на основании доверенности, письменно ходатайствовала о рассмотрении дела в отсутствие представителя министерства.

Третье лицо ГАУЗ «Оренбургская областная клиническая больница» для участия в деле своего представителя не направили. В письменном ходатайстве и отзыве просили суд рассмотреть дело в отсутствие представителя третьего лица, в иске отказать, в связи с отсутствием вины работников ГБУЗ «Тюльганская РБ».

Третье лицо ФИО7, в судебное заседание не явился, ранее пояснил, что с иском не согласен. ФИО1 за помощью обратилась несвоевременно, вызвали скорую только когда хуже стало. Фельдшер ее смотрела, назначала лечение. Он и ФИО8 дежурили на скорой, направили ФИО1 в реанимацию. К нему ФИО4 не обращался, хотя живут в одном селе. Видел, как сын приезжал к ФИО1, внуков не видел. 

Третье лицо ФИО8 в судебное заседание не явилась, ранее пояснила, что с иском не согласна. Сын в больницу к матери не приходил. Когда ФИО1 привезли в больницу, с ней был муж. Ее срочно направили в реанимацию, вели врачи анестезиолог и терапевт. 

Третье лицо ФИО9 в судебное заседание не явилась, ранее пояснила, что с иском не согласна. Фельдшер дал направление ФИО1 на госпитализацию, однако она поехала только через два часа. В то время она работала в реанимации. ФИО1 поступила в крайне тяжелом состоянии. Пока больная находилась в реанимации звонков ни от сына, ни от мужа не поступало. Муж был при транспортировке, сына не было. 

Третье лицо ФИО10 в судебное заседание не явилась, ранее пояснила, что с иском не согласна. ФИО1 лечилась самостоятельно, на скорую не обращалась. Когда оказалась в тяжелом состоянии и стало плохо, она оказала ей первую помощь. Потом ФИО1 стало хуже. 

Третьи лица ФИО12, ФИО13 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

На основании ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав участников процесса, заключение помощника прокурора Грудининой В.В., полагающего иск подлежащим удовлетворению, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Согласно положениям статьи 2 данного Федерального закона медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3). Качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (пункт 21).

В соответствии с частью 3 статьи 98 указанного Федерального закона вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Положения пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющие общие основания ответственности за причинение вреда, предусматривают, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со статьей 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Для наступления ответственности за причинение морального вреда необходимо наличие состава правонарушения, включающего: наступление вреда; вину причинителя вреда; противоправность поведения причинителя вреда; причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями. Отсутствие одного из вышеназванных элементов состава правонарушения влечет за собой отказ суда в удовлетворении требования о возмещении вреда.

На основании статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 2 Постановления от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Из материалов дела следует, что ФИО1 является матерью истца ФИО4

Апелляционным определением Оренбургского областного суда от 26.08.2020, которым отменено решение Тюльганского районного суда от 02.06.2020 по иску ФИО2 (отца истца) к ГБУЗ «Тюльганская РБ» о компенсации морального вреда, и принято по делу новое решение, установлено, что ФИО1 скончалась ДД.ММ.ГГГГ. Проведенной судебной экспертизой установлена косвенная причинно-следственная связь между дефектами при оказании медицинской помощи ФИО1 и её смертью. 

Определением Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 20.01.2021 апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 26.08.2020 оставлено без изменения, а кассационная жалоба ГБУЗ «Тюльганская районная больница» - без удовлетворения.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Согласно выводам заключения судебно-медицинской экспертизы № «П» от ДД.ММ.ГГГГ: смерть ФИО1 наступила от 

<

данные изъяты>

На госпитальном этапе ГБУЗ «Тюльганская РБ» в период с 13 июня 2018 года по 15 июня 2018 года установлены дефекты медицинской помощи ФИО1:

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Суд полагает, что заключение экспертиза соответствует требованиям ст.86 ГПК РФ, экспертиза проведена экспертами имеющими необходимый стаж работы, которые были предупреждены об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ.

Свидетель ФИО2 суду показал, что истец его сын. Ранее он обращался в суд с иском к ответчику и его исковые требования были удовлетворены. Полагает, что виновниками в гибели жены является ответчик. Потерей жены – матери истца, сыну были причинены сильные нравственные страдания. Сын замкнулся, уехал из села, считает себя виновным в смерти матери, поскольку по его инициативе они переехали в 

<

адрес>. На момент смерти жены они все проживали совместно, одной семьей, строили новый дом. Отношения сына с матерью были хорошие.

Свидетель ФИО11 суду показал, что на момент смерти ФИО1, она и истец проживали в одном доме, строили новый дом. Отношения у них были теплые. После смерти матери истец сильно переживал, уехал из села, забросил прежнюю работу, корил себя в ее смерти. 

Таким образом, установлено, что при оказании ФИО1 медицинской помощи в ГБУЗ «Тюльганская РБ» сотрудниками ответчика были допущены дефекты диагностики, обусловившие в дальнейшем дефекты лечения, которые усугубляли развитие метаболического ацидоза, острой почечной недостаточности, инфекционно-токсического шока, что подтверждается заключением экспертизы. Данные обстоятельства свидетельствуют о наличии косвенной причинно-следственной связи между действиями работников ответчика и наступившими последствиями.

Принимая во внимание положения вышеприведенных норм права, степень вины ответчика ГБУЗ «Тюльганская РБ», сотрудники которого допустили дефекты при диагностики и лечении ФИО1, характер причиненных истцу нравственных страданий, связанных со смертью близкого человека – матери, глубину перенесенных страданий и переживаний ФИО4, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности по компенсации морального вреда.

Учитывая разъяснения, содержащиеся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», а также с учетом требования разумности и справедливости, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 200 000 рублей.

По мнению суда, взыскание компенсации морального вреда в ином размере не будет отвечать цели, для достижения которой она установлена законом - компенсировать истцу перенесенные нравственные страдания.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий.

При оценке степени причиненного морального вреда ФИО4, как сыну умершей, суд учитывает что здоровье - это состояние полного социального, психологического и физического благополучия человека, которое может быть нарушено ненадлежащим оказанием пациенту медицинской помощи, а при смерти пациента нарушается и неимущественное право членов его семьи на здоровье, родственные и семейные связи, на семейную жизнь.

При этом, суд учитывает длительность, периодичность общения матери ФИО1 и сына ФИО4, его переживания по поводу горечи утраты близкого человека – матери. 

В соответствии со статьей 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

Согласно квитанциям, истцом при подаче иска в суд оплачена госпошлина в размере 300 рублей, данная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Так же истцом были понесены расходы на составление искового заявления и участие представителя в судебном заседании, которые с учетом требований ст.100 ГПК РФ, подлежат возмещению в разумных пределах – 5000 рублей, с учетом сложности дела, количества судебных заседаний, объема оказанных представителем услуг. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО4 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Тюльганская районная больница» о компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого родственника, вследствие ненадлежащего оказания медицинских услуг – удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Тюльганская районная больница» Оренбургской области в пользу ФИО4 в счет компенсации морального вреда 200000 рублей, расходы по оплате госпошлины 300 рублей, а так же расходы на оплату услуг представителя 5000 рублей, а всего взыскать на сумму 205300 (двести пять тысяч триста) рублей.

В удовлетворении остальной части иска ФИО4 отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Оренбургский областной суд через Тюльганский районный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий судья А.М. Абросимов

Решение в окончательной форме принято 30.07.2021.

Судья А.М. Абросимов