***

№ 1-51/2024 (№ 1-710/2023)

УИД: 66RS0003-02-2023-001030-15

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

20 февраля 2024 года г. Екатеринбург

Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего Иванченко Е.А.,

при секретаре судебного заседания Кокоревой А.В., 

с участием государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Кировского района г. Екатеринбурга Юрковец Д.А.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Степаняна Г.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении 

ФИО1, ***, несудимого, 

содержавшегося под стражей в порядке задержания с 21 сентября 2023 года и меры пресечения с 23 сентября 2023 года, в отношении которого 08 ноября 2023 года избрана мера пресечения в виде домашнего ареста,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 228, частью 3 статьи 30 – пунктом «г» части 4 статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации,

установил:

органом предварительного следствия ФИО1 обвиняется в незаконных приобретении и хранении без цели сбыта наркотических средств, в значительном размере. А также в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, при обстоятельствах, изложенных в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении.

В ходе судебного заседания защитником заявлены ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору в порядке пункта 1 части 1 статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (т. 2 л.д. 95-99, 123-130).

С учетом указанных ходатайств на стадии дополнений к судебному следствию председательствующим на обсуждение сторон поставлен вопрос о возвращении уголовного дела прокурору в порядке пунктов 1, 4 части 1 статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку обвинительное заключение составлено с нарушением требований статьи 220 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения,. 

Государственный обвинитель возражал относительно возвращения уголовного дела прокурору, мотивировав тем, что обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями статьи 220 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Кроме того, просил оставить без изменения ранее избранную в отношении ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста, поскольку основания, по которым в отношении него избрана данная мера пресечения не изменились и не отпали. 

Подсудимый и защитник полагали необходимым вернуть дело прокурору. Просили изменить ранее избранную в отношении ФИО1 меру пресечения на более мягкую, не связанную с ограничением свободы.

Изучив материалы уголовного дела, заслушав мнение сторон, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения. 

При решении вопроса о возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, указанным в статье 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, под допущенными при составлении обвинительного акта нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в статье 220 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации положений, которые служат препятствием для рассмотрения судом уголовного дела по существу и принятия законного, обоснованного и справедливого решения. 

Кроме того, в соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, если имеются предусмотренные статьей 153 настоящего Кодекса основания для соединения уголовных дел, за исключением случая, предусмотренного статьей 239.2 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 2 части 1, частью 3 статьи 153 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в одном производстве могут быть соединены уголовные дела в отношении одного лица, совершившего несколько преступлений. Соединение уголовных дел, находящихся в производстве следователя, производится на основании постановления руководителя следственного органа. Решение о соединении уголовных дел о преступлениях, подследственных в соответствии со статьями 150 и 151 настоящего Кодекса разным органам предварительного расследования, принимает руководитель следственного органа на основании решения прокурора об определении подследственности. 

При рассмотрении уголовного дела судом установлены следующие обстоятельства.

Согласно материалам дела, 30.09.2023 дознавателем ОП № 2 УМВД России по г.Екатеринбургу в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 228 Уголовного кодекса Российской Федерации.

21.09.2023 следователем отдела по РПТО ОП № 2 СУ УМВД России по г.Екатеринбургу в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 3 статьи 30 – пунктом «г» части 4 статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации.

23.09.2023 руководителем следственного органа – заместителем начальника отдела по РПТО ОП № 2 СУ УВМД России по г. Екатеринбургу *** вынесено постановление о соединении указанных уголовных дел в одно производство; предварительное следствие по соединенному уголовному делу поручено старшему следователю *** (т. 1 л.д. 13-15).

Постановлением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 23.09.2023 в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 02 месяца 00 суток, то есть по 20 ноября 2023 года (т. 1 л.д. 208) (судебный материал № 3/1-89/2023). 

При этом, в судебном материале № 3/1-89/2023 представлена копия постановления о соединении уголовных дел в отношении ФИО1 в одно производство, вынесенного руководителем следственного органа – заместителем начальника отдела по РПТО ОП № 2 СУ УВМД России по г. Екатеринбургу ***, датированного 22.09.2023 и отличающегося по своему содержанию от оригинала постановления о соединении уголовных дел, находящегося в материалах уголовного дела, рассматриваемого судом по существу (т. 2 л.д. 132-134).

В судебном заседании допрошенный в качестве свидетеля заместитель начальника отдела по РПТО ОП № 2 СУ УВМД России по г. Екатеринбургу *** показал, что не исключает возможности того, что им было подписаны постановления о соединении уголовных дел от 22.09.2023 и 23.09.2023, но постановление от 22.09.2023 являлось проектом, который был им исправлен; однако, в материал № 3/1-89/2023 ошибочно сделана копия данного постановления, а не постановления от 23.09.2023; в дальнейшем оригинал постановления от 22.09.2023 уничтожен, поэтому отсутствует в материалах уголовного дела.

По мнению суда, показания свидетеля *** не свидетельствуют об отсутствии существенного нарушения требований статьи 153 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации органом предварительного следствия при соединении уголовных дел в отношении ФИО1 в одно производство, поскольку постановление от 22.09.2023 в установленном законом порядке не отменялось, какие-либо изменения в установленном законом порядке в него не вносились; объективных доказательств того, что постановление от 22.09.2023 являлось всего лишь проектом процессуального документа, не представлено. Суд лишен возможности устранить данное нарушение.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку, по смыслу закона, оно составляется после выполнения органом предварительного следствия всех требований, в том числе, предусмотренных статьей 153 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. В связи с чем, уголовное дело подлежит возвращению прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Приведение процедуры предварительного следствия в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, создание предпосылок для правильного применения норм уголовного закона дают возможность после устранения выявленных процессуальных нарушений вновь направить дело в суд для рассмотрения по существу и принятия по нему решения.

Принимая во внимание, что для устранения выявленных препятствий судебного рассмотрения уголовного дела требуется определенный период времени, в судебном заседании на обсуждение сторон также поставлен вопрос о мере пресечения в отношении ФИО1

Исследовав материалы уголовного дела, заслушав мнение сторон, суд приходит к следующим выводам.

Как ранее указывалось, в ходе предварительного следствия постановлением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 23.09.2023 в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 02 месяца 00 суток, то есть по 20 ноября 2023 года (т. 1 л.д. 208). 

Постановлением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 08.11.2023 отказано в удовлетворении ходатайства государственного обвинителя о продлении срока содержания под стражей ФИО1 Избранная в отношении ФИО1 мера пресечения в виде заключения под стражу изменена на домашний арест на срок 04 месяца 00 суток, то есть по 07 марта 2024 года. ФИО1 освобожден из-под стражи в зале суда. Срок домашнего ареста постановлено исчислять с 08 ноября 2023 года. Установлен совокупный срок действия меры пресечения с учетом времени задержания в качестве обвиняемого и меры пресечения в виде заключения под стражу в соответствии с положениями части 2.1 статьи 107 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации – 5 месяцев 18 суток. Место нахождения ФИО1 на период действия домашнего ареста определено по месту его регистрации и проживания по адресу: ***. На ФИО1 возложены запреты: общаться со свидетелями по уголовному делу, за исключением близких родственников; получать и отправлять корреспонденцию, вести переговоры с использованием любых средств связи, в том числе через информационно-телекоммуникационную сеть Интернет. ФИО1 разъяснено право использования телефонной связи для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб, в случае возникновения чрезвычайной ситуации, а также для общения с контролирующим органом, со следователем, с допущенным к участию в уголовном деле адвокатом, судом и обязанность информировать контролирующий орган о каждом таком звонке. Осуществление контроля за нахождением ФИО1 в месте исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста и за соблюдением им возложенных судом запретов возложено на федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных (т. 2 л.д. 71-72).

Исходя из положений части 2 статьи 107, части 2 статьи 109, части 1 статьи 110, части 3 статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации при возвращении уголовного дела прокурору судья решает вопрос о мере пресечения в отношении обвиняемого. При необходимости судья продлевает срок содержания обвиняемого под домашним арестом для производства следственных и иных процессуальных действий с учетом сроков, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Кроме того, суд вправе изменить или отменить меру пресечения в виде домашнего ареста. Мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 настоящего Кодекса.

При решении вопроса о мере пресечения в отношении ФИО1 судом принимаются во внимание положения статей 97, 99 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, тяжесть и общественная опасность инкриминируемых ему преступлений, а также характеристика его личности.

Обоснованность подозрения в причастности ФИО1 к предполагаемым инкриминируемым деяниям проверялась судом при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и при изменении данной меры пресечения на меру пресечения в виде домашнего ареста. 

Суд, не входя в обсуждение вопроса о виновности ФИО1 и квалификации его действий, приходит к выводу, что задержание указанного лица и его уголовное преследование являются законными. Вопрос окончательной оценки доказательств может быть решен только при вынесении приговора в совещательной комнате. 

ФИО1 по-прежнему обвиняется в совершении двух преступлений в сфере незаконного оборота наркотических средств, относящихся к категории небольшой тяжести и особо тяжких преступлений, за которое предусмотрено безальтернативное наказание в виде лишения свободы на срок более трех лет. Преступления, в совершении которых обвиняется ФИО1, затрагивают общественные интересы, которые превышают его частный интерес по сохранению личной свободы.

Наличие обоснованного подозрения в совершении лицом преступления определенной категории и тяжесть предъявленного обвинения является необходимым условием законности при первоначальном избрании меры пресечения. Однако, по истечении времени они перестают быть достаточным основанием для продления любой меры пресечения, в том числе, в виде домашнего ареста. В связи с чем, надлежит установить конкретные обстоятельства, свидетельствующие о необходимости дальнейшего содержания ФИО1 под домашним арестом.

ФИО1 является гражданином Российской Федерации, его личность документально установлена, он имеет постоянные места регистрации и жительства на территории г. Екатеринбурга, проживает с родителями, положительно характеризуется по предыдущему месту проживания, впервые привлекается к уголовной ответственности, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, на момент фактического задержания не являлся лицом, подвергнутым административному наказанию, написал явку с повинной (т. 1 л.д. 31-36, 171, 224-226, 227-228, 229-234, 235, 236, 237). 

Принимая во внимание все изложенные обстоятельства, суд приходит к выводу, что тяжесть предъявленного обвинения не может являться единственным безусловным основанием для продления срока содержания ФИО1 под домашним арестом.

Кроме того, суд принимает во внимание, что право на свободу является основополагающим правом человека. Конституция Российской Федерации, общепризнанные принципы и нормы международного права и международных договоров Российской Федерации допускают возможность ограничения права на свободу лишь в той мере, в какой оно необходимо в определенных законом целях и в установленном законом порядке. Ограничения прав и свобод могут быть оправданы публичными интересами, если такие ограничения отвечают требованиям справедливости, являются пропорциональными, соразмерными и необходимыми для целей защиты конституционно значимых ценностей. 

При разрешении вопросов, связанных с применением законодательства о мерах пресечения, следует соблюдать баланс между публичными интересами, связанными с применением мер процессуального принуждения, и важностью права на свободу личности.

Проанализировав установленные в судебном заседании обстоятельства, суд считает, что вероятность совершения ФИО1 действий, предусмотренных статьей 97 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, и учтенных судом при избрании в отношении него меры пресечения как в виде заключения под стражу, так и в виде домашнего ареста и учтенных ранее судом при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу (может скрыться в целях избежания возможного наказания за инкриминируемые преступления; воспрепятствовать производству по уголовному делу), значительно уменьшилась пропорционально сроку примененных в отношении него меры пресечения и объему собранных в ходе предварительного следствия и исследованных в судебном заседании доказательств.

Объективных доказательств вероятности того, что ФИО1 скроется от органа предварительного следствия и суда в целях избежания возможного наказания за инкриминируемые преступления, будет воспрепятствовать производству по уголовному делу, суду не представлено. 

В настоящее время сама по себе тяжесть предъявленного обвинения не свидетельствует о существовании указанных рисков. В судебном заседании не установлено существование конкретных фактов, свидетельствующих о необходимости дальнейшего содержания ФИО1 под домашним арестом и о невозможности обеспечения надлежащих условий производства по делу при отсутствии в отношении него какой-либо меры пресечения.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд приходит к выводу, что продление срока содержания ФИО1 под домашним арестом не является объективно необходимым. В связи с чем, оснований для удовлетворения ходатайства государственного обвинителя не имеется.

В связи с возвращением уголовного дела прокурору ввиду нарушения требований статьи 153 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации доводы защитника, изложенные в ходатайствах о возвращении уголовного дела прокурору (т. 2 л.д. 95-99, 123-130), сводящиеся к оценке собранных по уголовному делу и представленных сторонами доказательств, которая может быть дана судом в совещательной комнате только при принятии решения по результатам рассмотрения уголовного дела по существу, удовлетворению в настоящее время не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь пунктами 1, 4 части 1, частью 3 статьи 237, статьей 256 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

постановил:

уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 228, частью 3 статьи 30 – пунктом «г» части 4 статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, возвратить прокурору Кировского района г. Екатеринбурга для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Избранную в отношении ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста отменить. 

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд через Кировский районный суд г. Екатеринбурга в течение 15 суток со дня его вынесения. 

Постановление вынесено в совещательной комнате, изготовлено при помощи компьютера и принтера.

Председательствующий *** Е.А. Иванченко

Апелляционным постановлением Свердловского областного суда от 22 апреля 2024 года постановление Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 20 февраля 2024 года в отношении ФИО1 изменено:

- указать в описательно-мотивировочной части постановления, что уголовное дело в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации, возбуждено 20 сентября 2023 года, в остальной части постановление суда оставить без изменения, доводы апелляционного представления - без удовлетворения.