Дело №2-2/2020

УИД 67RS0020-01-2018-000252-35

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 сентября 2020 года г. Рудня 

Руднянский районный суд Смоленской области в составе: 

Председательствующего (судьи) О.М.Горчаковой,

при секретаре Т.М.Лукьяновой,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ООО «Девино» о взыскании неосновательного обогащения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4, с учетом уточненных требований, обратился в суд с иском к ООО «Девино» о взыскании неосновательного обогащения. Требования мотивировал тем, что 07.11.2013 между истцом и ООО «Девино» заключен договор купли-продажи двух комплексов зерно-сортировочных. 02.03.2017, а также 20.04.2018 сотрудниками ответчика были совершены действия по распилу принадлежащего истцу объекта, в результате которых КЗС был полностью уничтожен и как объект движимого имущества в настоящее время не существует. Ответчик фактически сберег имущество, которое было приобретено истцом, возврат имущества в виде распиленного материала для истца ценности не представляет, так как его невозможно использовать по назначению, в связи с чем просит суд взыскать с ООО «Девино» в свою пользу стоимость сооружений КЗС за вычетом оборудования, которое было демонтировано самим истцом, в размере 3 000 000 руб. 

В судебном заседании истец и представитель истца ФИО5 уточненные требования поддержали полностью и пояснили, что согласно достигнутой между сторонами договоренности истец приобрел два КЗС – комплекса зерно-сортировочных, находившихся на территории ООО «Девино» в д.Кругловка. Один из КЗС представлял собой комплект оборудования для сушки и сортировки зерна, находившейся в здании зерносклада, который был истцом полностью вывезен. Другой КЗС представлял собой единую сложносоставную вещь - сооружение с оборудованием для сушки и сортировки зерна, в т.ч. с линиями для приемки и выдачи зерна, барабанными сушилками, бункерами и пр. Данный КЗС не был укомплектован электрооборудованием. На протяжении нескольких лет истец частично вывез оборудование КЗС.

Представитель ответчика ООО «Девино» ФИО6 против удовлетворения исковых требований возражал, указав, что на балансе Общества находились два комплекта оборудования КЗС и здание сушильно-сортировочного пункта, площадью 184 кв.м. Между сторонами была достигнута договоренность о купле-продаже только оборудования КЗС, а не всего комплекса. Сооружение, в котором находились линии для сушки и сортировки зерна – сушильно-сортировочный пункт по условиям договора продано не было, в связи с чем представители ответчика могли распорядиться ими по своему усмотрению.

Выслушав объяснения сторон, заключение экспертов, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам. 

В соответствии с положениями ст.1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса (п.1). Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (п.2).

В силу ст.1103 ГК РФ поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям: об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

Согласно п.1 ст.1104 ГК РФ имущество, составляющее неосновательное обогащение приобретателя, должно быть возвращено потерпевшему в натуре.

В случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения (п.1 ст.1105 ГК РФ).

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 07 ноября 2013 года между ООО «Девино» (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец обязался передать в собственность покупателя комплекс зерно-сортировочный в количестве 2 штук, стоимостью 300 000 рублей. Передача товара осуществляется в д.Кругловка Руднянского района Смоленской области (т.1 л.д.10-11).

08.11.2013 по акту приема передачи ООО «Девино» передало покупателю ФИО4 2 комплекса зерно-сортировочных, которые перешли в собственность покупателя с момента подписания данного акта (т.1 л.д.12).

Факт уплаты ФИО4 денежных средств по договору в сумме 300 000 руб. подтвержден квитанциями к приходным кассовым ордерам №1 и №2 от 08.11.2013 (т.1 л.д.13).

Согласно заключению кадастрового инженера по результатам обследования спорного объекта установлено, что ранее он являлся зерновым механизированным током – комплексом для приемки, первичной обработки (чистки, сушки) свежеубранного зерна и его кратковременного хранения под навесом. Объект состоял из двух сооружений, представляющих собой зерноочистительное и сушильное отделение, которые не являются объектами недвижимого имущества. В настоящее время объект разрушен (т.1 л.д.19-27).

27.02.2018 между ИП ФИО1 и ООО «Девино» на основании решения №1 от 26.02.2018 учредителя ООО «Девино» ФИО7, акта о списании объекта основных средств №1 от 26.02.2018 заключен договор купли-продажи металлолома – сушильно-сортировочного пункта (т.1 л.д.108, 133,134-135).

02.03.2018 ФИО4 обратился в МО МВД России «Руднянский» по факту незаконного демонтажа сооружения КЗС, принадлежащего ему на основании договора купли-продажи.

В ходе проведения проверки директор ООО «Девино» Н. Д.С. пояснил, что ФИО4 были проданы два комплекса зерно-сортировочных, которые были им демонтированы и вывезены. Сушильно-сортировочный пункт принадлежит ООО «Девино» и в результате произошедшего в 2017 году пожала он не подлежит восстановлению, в связи с чем 27.02.2018 он заключил договор с ИП ФИО1 о демонтаже данного пункта.

Постановлением и.о. дознавателя МО МВД России «Руднянский» от 26.03.2018 в возбуждении уголовного дела отказано (т.1 л.д.92-167).

По фактам демонтажа сооружения КЗС и пропажи оборудования ФИО4 обращался в МО МВД России «Руднянский» также 20.04.2018 и 16.06.2018.

Кроме того, судом установлено, что 10.12.2007 между СПК (колхоз) имени Кирова и ЗАО «Агрофирма «Девино» заключен договор купли-продажи предприятия (имущественного комплекса), состав которого определен в Приложении №1 к договору, стоимостью 1 007 000 руб. (т.2 л.д.82-84, 85-88).

По договору были проданы и переданы по акту приема-передачи основные средства, в том числе, сушильно-сортировочный пункт, склад зерновой – 2 шт (т.2 л.д.78-81).

Актом от 05.03.2008 определен уставной капитал ООО «Девино», в который включены основные средства, в т.ч. сушильно-сортировочный пункт, склад зерновой – 2 шт (т.2 л.д.92-95).

Решением Арбитражного суда Смоленской области от 02.09.2008 за СПК (колхоз) им.Кирова признано право собственности на объекты недвижимости, в том числе здание сушильно-сортировочного пункта, площадью 184 кв.м, два здания зерносклада (т.2 л.д.89-91).

Решением Арбитражного суда Смоленской области от 21.06.2010 за ООО «Девино» признано право собственности на объекты недвижимости, в том числе здание сушильно-сортировочного пункта, площадью 184 кв.м, два здания зерносклада (т.2 л.д.24-77).

Согласно техническому паспорту Руднянского отделения Смоленского филиала ФГУП «Ростехинвентаризация Федеральное БТИ» сушильно-сортировочный пункт в д.Кругловка Руднянского района, площадью 184 кв.м, поставлен на учет под инвентарным номером 1190С (т.1 л.д.140-147). Право собственности на указанный объект не зарегистрировано. 

Как указал ответчик, по результатам проведенной 11.05.2012 инвентаризации обнаружены неучтенные основанные средства ООО «Девино» - оборудование КЗС в количестве 2 шт, находящееся в здании зерносклада, ТАУ в количестве 2 шт около здания сушильно-сортировочного пункта, сортировка зерна первичная в количестве 2 шт в здании сушильно-сортировочного пункта, что подтверждено приказом №6 от 10.05.2012 инвентаризации основных средств, приказом №7 от 15.05.2012 об оприходовании неучтенных основных средств, сличительной ведомостью результатов инвентаризации основных средств №2 от 11.05.2012 (т.1 л.д.158-162).

Свидетель Свидетель №2 показала суду, что с 2009 года работала в ООО «Девино» в должности ночного сторожа. В 2013 году ФИО4 начал разбирать два КЗС – один отдельно стоящий комплекс и второй, находившийся в пристройке к зерноскладу. Директор Общества ФИО8 пояснил, что продал их ФИО4 и она обращалась к истцу, как к собственнику данных объектов (л.д.т.2 л.д.51-54).

Из показаний свидетеля Свидетель №1 следует, что до 2008 года он являлся председателем СПК им.Кирова, в котором было 2 КЗС, один из которых представлял собой единый стационарный комплекс с встроенным оборудованием (новый), второй находился в здании зерносклада (старый) и не использовался. Объекты находились на территории д.Кругловка, в 2008 году были проданы новому собственнику ООО «Девино». Новый КЗС находился в рабочем состоянии, полностью укомплектован. 

Свидетель Свидетель № 3 показал, что в 2014 году он по просьбе истца разбирал КЗС, представляющее из себя здание с оборудованием, из которого они снимали нории.

Определением суда от 01.10.2018 по делу назначена комплексная судебная оценочно-техническая экспертиза, производство которой поручено экспертам ООО «Центр оценок и экспертиз» (т.3 л.д.36-40).

Как следует из заключения ООО «Центр оценок и экспертиз» сооружение зерносортировочного комплекса (в поле) по адресу: , не является объектом недвижимости, его перемещение без несоразмерного ущерба назначению возможно. Исследуемое сооружение зерносортировочного комплекса (в поле) является сушильно-сортировочным пунктом с инвентарным номером 1190С, описанном в техническом паспорте Руднянским отделением Смоленского филиала ФГУП «Ростехинвентаризация – Федеральное БТИ» 27.10.2007. Рыночная стоимость сооружений зерносортировочного комплекса на 2018 год без учета его комплектации электрооборудованием и следующими элементами (ранее вывезенными истцом) - барабанной сушилкой 3 шт, нориями для загрузки зерна 5 шт, транспортерами 3 шт, составляет 317 000 руб. (т.3 л.д.50-135).

При проведении судебной экспертизы эксперты ФИО3 и ФИО2 были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, заключение выполнено с соблюдением требований, предъявляемых к производству экспертизы Федеральным законом от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», а также требований ст.86 ГПК РФ. В заключениях подробно описаны проведенные исследования, указаны сделанные на их основании выводы, приведены обоснованные заключения и даны выводы на поставленные судом вопросы, указаны сведения об экспертах, компетентность которых сомнений не вызывает.

По ходатайству истца в судебном заседании в порядке ст.187 ГПК РФ были допрошены эксперты ФИО3 и ФИО2, предупрежденные об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, которые выводы экспертного заключения поддержали полностью. ФИО3 пояснил, что в ходе проведения экспертизы осматривал объект, сооружение находилось в полуразрушенном состоянии, установить его линейные размеры не представилось возможным, объект не является объектом недвижимого имущества. Вывод о том, что данное сооружение является сушильно-сортировочным пунктом с инвентарным номером 1190С сделан методом исключения, так как других объектов рядом, которые бы могли соответствовать описанию технического паспорта, не имелось. Эксперт ФИО2 указал, что рыночная стоимость объекта исследования определена затратным подходом. Сведения о комплектации и производительности КЗС взяты из материалов дела. Экспертом взята стоимость нового аналогичного объекта по состоянию на 2018 года, из нее исключена стоимость оборудования, которое указано в определении о назначении экспертизы, после чего учтен накопленный износ.

Оснований для сомнения в правильности и достоверности данных выводов, которые сторонами спора в ходе судебного разбирательства убедительными и достоверными доказательствами не опровергнуты, у суда не имеется. Само по себе несогласие истца с выводами эксперта и примененной экспертом методикой оценки не свидетельствуют о необоснованности выводов эксперта.

При таких обстоятельствах, вопреки мнению стороны истца, приведенные в ст.87 ГПК РФ основания для назначения повторной экспертизы судом не установлены.

Таким образом, заключение судебной экспертизы отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности, основания сомневаться в его правильности отсутствуют, в связи с чем заключение принимается судом как допустимое доказательство по делу. 

В силу ст.420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со статьей 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В силу п.1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

При толковании условий договора в силу части первой статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон (часть 2).

В пунктах 43,44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" разъяснено, что условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ). При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела. Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

При наличии спора о действительности или заключенности договора суд, пока не доказано иное, исходит из заключенности и действительности договора и учитывает установленную в пункте 5 статьи 10 ГК РФ презумпцию разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений. Если условие договора допускает несколько разных вариантов толкования, один из которых приводит к недействительности договора или к признанию его незаключенным, а другой не приводит к таким последствиям, по общему правилу приоритет отдается тому варианту толкования, при котором договор сохраняет силу.

В силу положений ст.134 ГК РФ если различные вещи соединены таким образом, который предполагает их использование по общему назначению (сложная вещь), то действие сделки, совершенной по поводу сложной вещи, распространяется на все входящие в нее вещи, поскольку условиями сделки не предусмотрено иное.

Согласно ст.135 ГК РФ вещь, предназначенная для обслуживания другой, главной, вещи и связанная с ней общим назначением (принадлежность), следует судьбе главной вещи, если договором не предусмотрено иное.

Материалами дела подтверждено, что на балансе СПК (колхоз) им.Кирова находился объект поименованный как сушильно-сортировочный пункт, данный объект был продан ООО «Девино» в составе имущественного комплекса. Как пояснил свидетель Свидетель №1 данный пункт назывался КЗС и он представлял собой единый объект со встроенным оборудованием.

Зерноочистительно-сушильный комплекс КЗС представляет собой совокупность машин и оборудования, составляющих поточную линию для разгрузки, очистки, сушки и сортирования зерна. КЗС включает в себя следующие элементы: приемное отделение, состоящее из завальной ямы с транспортером, нории на опорных конструкциях, зерноочистительное отделение – машины предварительной очистки и первичной, триерные блоки, транспортирующие устройства, сушильное отделение – зерносушилка, нории, транспортеры, бункеры временного хранения, зернопроводы.

Таким образом КЗС представляет собой не только оборудование, как на то указывал ответчик, а является сложной вещью, т.е. набором помещений и оборудования, используемых по общему назначению

Изучив представленный договор купли-продажи суд находит, что из буквального толкования его условий следует однозначный вывод о том, что стороны договора достигли соглашения о купле-продаже двух комплексов зерноочистительно-сушильных, которые были переданы истцу по акту приема-передачи.

Проанализировав письменные доказательства в совокупности с объяснениями сторон, показаниями свидетелей, с учетом буквального значения наименования «КЗС» и его общепринятого употребления суд приходит к выводу о том, что спорный объект фактически представлял собой единый объект движимого имущества, состоящий из приемного отделения, зерноочистительного и сушильного отделений, в которых расположен набор оборудования для очистки, транспортировки, сушки зерна и бункеры для его временного хранения. 

Договор не содержит каких-либо указаний о том, что предметом договора является оборудование для комплектации КЗС, не определено конкретное наименование данного оборудования и его количество.

Учитывая, что после подписания акта приема-передачи двух КЗС, один из них продолжил находиться на территории ответчика и был им разобран, в связи с чем в настоящее время утратил свое хозяйственное назначение, истец вправе требовать от ответчика возмещения стоимости имущества в связи с невозможностью его возврата в натуре. Стоимость имущества определяется судом по результатам судебной экспертизы.

Таким образом, с ООО «Девино» в пользу ФИО4 подлежит взысканию неосновательное обогащение в размере 317 008 рублей.

При таких обстоятельствах требования истца подлежат частичному удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4 удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Девино» в пользу ФИО4 неосновательное обогащение в размере 317 008 рублей.

Решение может быть обжаловано в Смоленский областной суд через Руднянский районный суд Смоленской области в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья О.М.Горчакова