Судья Калугина М.В.

Дело № 22-124/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Петропавловск-Камчатский 

18 февраля 2020 года 

Камчатский краевой суд в составе:

судьи Шлапак А.А.,

при секретаре Дудник К.С.,

с участием прокурора Петрова О.С., 

подозреваемого ФИО1 

защитника-адвоката Иванова А.А. 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника-адвоката Андреева А.В. в интересах ФИО1. на постановление Елизовского районного суда Камчатского края от 27 декабря 2019 года, которым удовлетворено ходатайство врио начальника группы дознания Камчатского ЛО МВД России на транспорте ФИО3 о прекращении уголовного дела и применении меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в отношении: 

ФИО1, 

<

данные изъяты>, подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 256 УК РФ.

На основании ст. 25.1 УПК РФ постановлено прекратить в отношении ФИО4 уголовное дело и уголовное преследование.

В соответствии со ст. 104.4 УК РФ решено назначить ФИО1 меру уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в размере 30 000 рублей, со сроком его уплаты до 27 марта 2020 года.

Принято решение по вещественным доказательствам, в том числе о конфискации и обращении в доход государства моторного судна 

<

данные изъяты>, находящегося на хранении у ФИО1 

Изучив представленные материалы, выслушав пояснения подозреваемого ФИО1. и его защитника – адвоката Иванова А.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы об отмене судебного решения в части конфискации и обращения в доход государства моторного судна, а также мнение прокурора Петрова О.С., полагавшего необходимым удовлетворить апелляционную жалобу и изменить судебное решение в оспариваемой части, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

Врио начальника группы дознания Камчатского ЛО МВД России на транспорте, с согласия Камчатского транспортного прокурора, обратился в суд с ходатайством о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в отношении ФИО1., подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 256 УК РФ, на основании ч. 1 ст. 25.1 УПК РФ, и применении к нему меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа.

Рассмотрев ходатайство, суд постановил вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе адвокат Андреев А.В., выражая несогласие с постановлением, просит его отменить. Не оспаривая решение суда о прекращении уголовного дела в целом, считает его незаконным в части принятия решения о конфискации и обращении в доход государства вещественного доказательства - моторного судна 

<

данные изъяты>. В обоснование своих доводов ссылается на Конституцию РФ, постановления Конституционного Суда РФ, Конвенцию о защите прав человека и основных свобод, Постановление Пленума Верховного суда РФ от 23.11.2010 № 26 «О некоторых вопросах применения судами законодательства об уголовной ответственности в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов» (часть 2 статьи 253, статьи 256, 258.1 УК РФ), Федеральный закон от 20.12.2004 № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов». Считает, что вывод суда о том, что спорный катер являлся орудием преступления и использовался ФИО1 при незаконной добыче водных биологических ресурсов, является недостаточным для конфискации судна как орудия преступления. При этом указывает, что фактические обстоятельства совершения ФИО1. преступления с применением данного судна не исследовались, решение о конфискации судна носит формальный характер, а само постановление в части этого вещественного доказательства не обосновано и не мотивировано, а потому незаконно. Отмечает, что ФИО1 изначально не был согласен с конфискацией своего имущества. Утверждает, что судно, как и мотор, не использовалось как орудие добычи водных биологических ресурсов, а применялось лишь для доставки подозреваемого с товарищем к месту добычи и для транспортировки улова, в связи с чем указанные предметы не могут являться орудиями преступления. В обоснование такого утверждения ссылается на показания ФИО1., ФИО2. и протокол осмотра места происшествия от 8 октября 2019 года. Обращает внимание на то, что Камчатская транспортная прокуратура также ходатайствовала о возвращении спорного вещественного доказательства законному владельцу. Также указывает, что конфискованное моторное судно является для ФИО1 единственным законным источником получения средств к существованию, поскольку используется им для морской перевозки грузов по ранее заключённым договорам с Родовой общиной коренного малочисленного народа «

<

данные изъяты>», а также с Семейной общиной коренного малочисленного народа чукчей «

<

данные изъяты>». Просит отменить решение в части конфискации судна и принять решение о передаче указанного катера законному владельцу. 

Проверив представленные материалы, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции находит постановление суда правильным. 

В соответствии с ч. 1 ст. 25.1 УПК РФ суд по собственной инициативе или по результатам рассмотрения ходатайства, поданного следователем либо дознавателем, в порядке, установленном УПК РФ, в случаях, предусмотренных ст.76.2 УК РФ, вправе прекратить уголовное дело или уголовное преследование в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, если это лицо возместило ущерб или иным образом загладило причинённый преступлением вред, и назначить лицу меру уголовно-правового характера в виде судебного штрафа.

В силу ст. 446.1 УПК РФ производство о прекращении уголовного дела или уголовного преследования и назначении меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа осуществляется по правилам, установленным Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, предусмотренными Главой 51.1 УПК РФ, и допускается в ходе судебного и досудебного производств по уголовному делу. 

На основании ст. 446.2 УПК РФ вопрос о прекращении уголовного дела или уголовного преследования по ходатайству следователя или дознавателя по основаниям, указанным в ст. 25.1 УПК РФ, разрешается судом в ходе досудебного производства по уголовному делу.

Как следует из представленных и исследованных судом материалов, 18 октября 2019 года возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 256 УК РФ.

Судом установлено, что выдвинутое в отношении ФИО1. подозрение в совершении указанного преступления, относящегося к категории средней тяжести, подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу. ФИО1 привлекается к уголовной ответственности впервые, загладил причинённый преступлением вред, в судебном заседании просил удовлетворить ходатайство органа дознания о прекращении уголовного дела на основании ст. 25.1 УПК РФ.

Оснований для прекращения уголовного дела по иным основаниям суд не усмотрел.

При таких обстоятельствах суд, не установив препятствий для отказа в удовлетворении ходатайства органа предварительного расследования, принял правильное решение о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1. по испрашиваемому основанию. Также не выявив нарушений требований ст. 25.1 УПК РФ и 76.2 УК РФ, не находит причин не согласится с таким решением и суд апелляционной инстанции.

Определяя размер судебного штрафа, суд руководствовался требованиями ч. 2 ст. 104.5 УК РФ. Наряду с тяжестью совершённого преступления, в результате которого причинён особо крупный ущерб водным биологическим ресурсам Российской Федерации, суд также учёл имущественное положение подозреваемого и иные имеющие значение для принятия решения факторы. Суд принял во внимание, что ФИО1. работает, получает заработную плату и имеет возможность получать иной доход, учёл размер совокупного дохода семьи, а также наличие на иждивении малолетнего ребёнка, имеющего определённое заболевание. 

Назначенный ФИО1. размер денежного взыскания, по мнению суда апелляционной инстанции, соответствует установленным судом обстоятельствам, и является справедливым.

Решение о судьбе вещественных доказательств по делу принято судом по правилам ст. 81 УПК РФ, при этом суд мотивировал свои выводы в достаточной мере. 

Признавая моторное судно (катер) «Ямаха» орудием преступления, суд руководствовался п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ, учитывая, что оно использовалось подсудимым ФИО1 при незаконной добыче водных биологических ресурсов.

Установив также, что указанное вещественное доказательство принадлежит подсудимому, суд пришёл к убеждению, что оно подлежит конфискации и обращению в доход государства в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, предусматривающей такое решение в отношении орудий, оборудования или иных средств совершения преступления. 

Оснований не согласиться с таким выводом суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Так, по смыслу уголовно-процессуального закона к орудиям, оборудованию или иным средствам совершения преступления следует относить предметы, которые использовались либо были предназначены для использования при совершении преступного деяния или для достижения преступного результата.

Как следует из исследованных судом материалов дела, в том числе из показаний самого ФИО1., данных им на досудебной стадии производства по уголовному делу в качестве подозреваемого в присутствии защитника (том 1 135-147), незаконная добыча водных биологических ресурсов осуществлялась им с использованием крабовых ловушек непосредственно с судна. При этом во время нахождения ловушек в воде и ожидания улова они были привязаны к нему верёвкой. Изъятие ловушек с крабом из воды также происходило непосредственно с судна. 

Такой же способ добычи краба изложен и в показаниях свидетеля ФИО2. (том 1 л.д. 91-98).

Согласно протоколу проверки показаний на месте с участием ФИО1 в присутствии его защитника (том 1 л.д. 164-175), незаконная добыча краба осуществлялась им в акватории Авачинской бухты на значительном удалении от суши.

Таким образом, спорное судно непосредственно использовалось ФИО1. для достижения общественно опасной цели, имело прямое отношение к исполнению действий, образующих объективную сторону состава преступления, и добыча краба при установленных органом расследования условиях (месте, времени, обстоятельствах преступления) без его использования была бы невозможной.

При этом оборудовано ли было судно для добычи водных биологических ресурсов, находилось ли оно в движении, и работал ли при этом мотор, при таких обстоятельствах юридического значения не имеет.

В силу изложенного является несостоятельным довод апелляционной жалобы о том, что спорное вещественное доказательство использовалось подозреваемым исключительно в целях его доставки к месту совершения преступления и для транспортировки улова.

При таких условиях решение суда о признании моторного судна «Ямаха», принадлежащего ФИО1., орудием преступления, является правильным, а приведённые в его обоснование мотивы – достаточными и основанными на материалах дела.

Утверждения защитника о том, что подлежащий конфискации по решению суда катер является для ФИО1 единственным основным законным источником получения денежных средств к существованию, опровергаются исследованными судом материалами уголовного дела. 

Как следует из показаний подозреваемого ФИО1., подтверждённых в судебном заседании, с августа 2019 года он работает в 

<

данные изъяты> и получает заработную плату в сумме 35000 рублей (том 1 л.д. 135-147).

Довод о том, что судно ФИО1 не подлежит конфискации и в силу п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 ноября 2010 года № 26, также является несостоятельным. Свидетельств тому, что спорное судно в условиях жизни подозреваемого является основным средством, позволяющим обеспечить жизнедеятельность подозреваемого и его семьи, в исследованных судом материалах не имеется. 

Более того, вопреки аргументам автора жалобы, наличие чартерных договоров перевозки грузов, заключенных с общинами коренных малочисленных народов, не свидетельствует о возможности получения ФИО1. доходов от осуществления такой деятельности законным способом. Как следует из его показаний в качестве подозреваемого и сведений в судовом билете (том 1 л.д.18), спорное моторное судно ранее не использовалось и не может быть использовано в настоящее время в коммерческих целях на законных основаниях.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения судебного решения по доводам апелляционной жалобы, полагая его правильным и соответствующим требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену постановления, по делу не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 38913, 38920, 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

Постановление Елизовского районного суда Камчатского края от 27 декабря 2019 года по жалобе защитника-адвоката Андреева А.В. в интересах ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Андреева А.В. – без удовлетворения.

Судья А.А. Шлапак