Судья Чирцова Е.А. Дело № 33-368 (33-10383/2025 (2 –1184/2025)

Докладчик Вязникова Л.В. УИД 42RS0013-01-2025-001157-77

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

13 января 2026 г. г. Кемерово

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе председательствующего судьи Казачкова В.В.,

судей Котляр Е.Ю., Вязниковой Л.В.,

при секретаре Свининой М.А.,

с участием прокурора Распопина А.В.,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Вязниковой Л.В. гражданское дело по апелляционному представлению прокурора города Междуреченска Калинина А.А. на решение Междуреченского городского суда Кемеровской области от 11 сентября 2025 г.

по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 с учетом уточнения исковых требований просит суд взыскать с АО «ОУК «Южкузбассуголь» единовременную выплату в счет компенсации морального вреда в размере 80 590,50 руб.; судебные расходы в размере 15000 руб.; компенсацию морального вреда в связи с несвоевременной выплатой единовременных выплат в счёт компенсации морального вреда в размере 15000 руб.; проценты за задержку выплаты единовременной выплаты в счёт компенсации морального вреда в соответствии со ст. 236 Трудового Кодекса Российской Федерации в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации на фактически не выплаченную в срок сумму единовременного вознаграждения на дату вынесения решения по делу, а далее начислять проценты в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации на фактически не выплаченную в срок сумму единовременной выплаты.

Требования мотивированы тем, что в период работы на предприятии ответчика (ранее АООТ «Шахта «Томская») у него развилось 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> ему впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты>

В соответствии с заключением врачебной экспертной комиссии 

<

данные изъяты> степень вины АО «ОУК «Южкузбассуголь» в развитии у него профессионального заболевания составляет 

<

данные изъяты>

По заявлению истца ответчиком отказано в выплате по мотиву отсутствия правопреемства 

<

данные изъяты>

Полагает, что АО «ОУК «Южкузбассуголь» несет солидарную ответственность совместно с ОАО «» «Шахта «Томская» и ОАО «Томская-Н» по обязательствам АОООТ «Шахта «Томская» в части требований о возмещении вреда, причиненного здоровью, в связи с чем, ответчик должен выплатить ему единовременную выплату в счет компенсации морального вреда из расчета: ((64219*20%*20* 100)-34 250.32) *36.2=80 590, 50 руб.

02 апреля 2025 г. ответчик получил его заявление о единовременной выплате, в соответствии с коллективным договором ответчика выплата должна осуществиться в течение 2 месяцев с даты обращения, то есть не позднее 03 июня 2025 г. В связи с чем, полагает, что с ответчика подлежат к взысканию проценты за задержку выплаты единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда в соответствии со статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации за период: с 03 июня 2025 г. по дату вынесения решения суда по делу. На 11 сентября 2025 г. ее размер равен 10 277,98 руб.

Также, в соответствии со ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации, полагает, что с ответчика подлежит к взысканию компенсация морального вреда в размере 15000 руб. за невыплату единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ, как соответствующую требованиям разумности и справедливости, поскольку в связи с длительным неисполнением ответчиком своих обязательств он претерпевает нравственные страдания, чувствует себя обманутым, считает выплата носит социальный компенсационный характер за вред его здоровью вследствие длительной работы у ответчика. Из-за уклонения от своих обязательств ответчиком вынужден был тратить время на поиски юриста, искать средства на оплату его услуг.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, относительно предмета спора, привлечено ПАО «Распадская».

Решением Междуреченского городского суда Кемеровской области от 11 сентября 2025 г. исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» о компенсации морального вреда, удовлетворены частично.

Суд постановил: взыскать с Акционерного общества «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» в пользу ФИО1 единовременную выплату в счет компенсации морального вреда в сумме 80590, 50 руб.; компенсацию морального вреда в размере 5000 руб.; расходы по оказанию юридических услуг в сумме 9000 руб., проценты за задержку выплаты единовременной компенсации по соглашению в сумме 10277, 98 руб., с начислением процентов на сумму единовременной компенсации 80590, 50 руб. по ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации по день фактической выплаты денежных средств, а также в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 7000 руб.

В апелляционном представлении прокурор Калинин А.А. просит решение изменить в части взыскания процентов за задержку выплаты единовременной компенсации, взыскать с ответчика в пользу истца денежную сумму в размере 10 277, 98 руб. за период с 04 июня 2025 г. по 11 сентября 2025 г. в счет компенсации при задержке выплат, причитающихся работнику, а с 12 сентября 2025 г. начислять проценты в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации на фактически не выплаченную в срок сумму, по день фактической выплаты денежных средств истцу.

Суд в резолютивной части решения не указал дату, с которой необходимо производить начисление компенсации (процентов) на сумму единовременной выплаты, что может явиться препятствием к исполнению решения суда.

Указание на начало исчисления процентов по день фактической выплаты также отсутствует в мотивировочной части решения суда, как и период, за который судом установлены ко взысканию проценты в размере 10 277, 98 руб.

На апелляционное представление возражения не принесены.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания суда апелляционной инстанции извещены надлежащим образом, в том числе путем размещения информации о дате и времени судебного заседания на официальном сайте Кемеровского областного суда в сети Интернет, об отложении судебного заседания не ходатайствовали, уважительных причин неявки не сообщили.

Руководствуясь ч. 3 ст. 167, ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лиц, участвующих в деле, их отсутствие не препятствует рассмотрению дела, судебная коллегия определила о рассмотрении дела в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, заслушав заключение прокурора, проверив в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения исходя из доводов, изложенных в апелляционном представлении, судебная коллегия приходит к следующему.

Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац четырнадцатый части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (статья 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 21 Федерального закона от 20 июня 1996 г. № 81-ФЗ «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.

В силу статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Российским независимым профсоюзом работников угольной промышленности, Ассоциацией «Общероссийское отраслевое объединение работодателей угольной промышленности» 7 ноября 2024 г. утверждено Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности Российской Федерации на 2025 – 2027 годы.

Пунктом 1.1 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности предусмотрено, что оно является правовым актом, регулирующим социально-трудовые отношения и устанавливающим общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений в организациях угольной промышленности, а также в иных организациях независимо от их организационно-правовых форм и видов собственности, осуществляющих деятельность в угольной промышленности и подписавших или присоединившихся к отраслевому соглашению после его заключения.

Отраслевое соглашение распространяется на работодателей, заключивших отраслевое соглашение, работодателей, присоединившихся к отраслевому соглашению после его заключения, всех работников, состоящих в трудовых отношениях с названными работодателями (пункт 1.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности).

Факт присоединения АО «ОУК «Южкузбассуголь» к Федеральному отраслевому соглашению по угольной промышленности сторонами не оспаривался.

В соответствии с пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2025 – 2027 годы в случае установления впервые Работнику, уполномочившему Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в Организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Социального фонда Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза.

В Организациях, кроме Организаций, осуществляющих добычу (переработку) угля, коллективными договорами предусматриваются положения о выплате Работникам, уполномочившим Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, компенсаций за утрату ими профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания.

В случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью Работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, Работодатель несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателей.

При этом в коллективных договорах (соглашениях) или локальных нормативных актах, принятых по согласованию с соответствующим органом Профсоюза, могут предусматриваться случаи, при которых Работодатель принимает на себя ответственность по выплатам за иные организации.

В случае установления вины Работника размер единовременной компенсации, выплачиваемой Работодателем, уменьшается пропорционально степени вины Работника. Степень вины Работника устанавливается комиссией, проводившей расследование несчастного случая на производстве, в процентах и указывается в акте о несчастном случае на производстве.

В коллективных договорах Организаций может предусматриваться порядок и условия реализации указанных социальных гарантий и иным категориям Работников.

В абзаце 2 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии со ст. 236 ТК РФ, при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от начисленных, но не выплаченных в срок сумм и (или) не начисленных своевременно сумм в случае, если вступившим в законную силу решением суда было признано право работника на получение неначисленных сумм, за каждый день задержки начиная со дня, следующего за днем, в который эти суммы должны были быть выплачены при своевременном их начислении в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Из приведенных положений статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что материальная ответственность работодателя в виде выплаты работнику денежной компенсации в определенном законом размере наступает только при нарушении работодателем срока выплат полагающихся работнику в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашением, локальными нормативными актами, трудовым договором, даже если они и были взысканы решением суда.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 04 апреля 2024 г. N 15-П, за период, когда денежные средства по Соглашению сторон от 10 февраля 2025 г. не выплачены, то, работник, будучи незаконно лишенным причитающихся ему денежных средств, также имеет право на применение компенсационного механизма, предусмотренного статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации.

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, в период работы истца в 

<

данные изъяты>

11 июля 2023 г. истцу впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности в связи с вышеуказанным профзаболеванием в размере 

<

данные изъяты>

В соответствии с Заключением врачебной экспертной комиссии 

<

данные изъяты>

В соответствии с п. 5.4. Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2025-2027годы в случае установления впервые работнику, уполномочившему Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в Организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Социального фонда Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза.

Указанная выплата также установлена Коллективным договором АО «ОУК «Южкузбассуголь» на период с 1 января 2023 г. по 30 октября 2025 г.

Истец 03 апреля 2025 г. обратился к ответчику с заявлением за единовременной выплатой в счет компенсации морального вреда, однако АО «ОУК «Южкузбассуголь» отказало в данной выплате, в связи с тем, что АО «ОУК «Южкузбассуголь» не является правопреемником 

<

данные изъяты>

28 июня 1999 г. акционерами 

<

данные изъяты> в соответствии со ст. 15 Федерального закона от 26 декабря 1995 г. N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" было принято решение о реорганизации общества в форме выделения и образования нового юридического лица: 

<

данные изъяты>" внесено в государственный реестр юридических лиц.

Приложением N 1 к разделительному балансу предусмотрено, что 

<

данные изъяты> передаются основные средства, нематериальные активы от 

<

данные изъяты>" согласно балансу за 1 квартал 1999 г., что 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>" по обязательствам последнего в отношении его кредиторов и должников исключительно в объеме, определенном и зафиксированном настоящим актом.

При этом 

<

данные изъяты> было передано имущество: основные средства, непокрытые убытки прошлых лет, добавочный капитал, заемные средства, кредиторская задолженность, правопреемник по обязательствам о возмещении вреда здоровью за 

<

данные изъяты> в отношении других кредиторов не определен.

<

данные изъяты>" ликвидировано на основании решения суда, о чем в ЕГРЮЛ 10 июня 2004 г. внесена соответствующая запись.

В результате реорганизации 

<

данные изъяты> в форме слияния нескольких обществ возникло 

<

данные изъяты>

В п. 1.1 Устава 

<

данные изъяты> и других обществ по всем правам и обязанностям

Разрешая спор, суд, установив, что ответственность за вред, причиненный в период работы истца в 

<

данные изъяты> следует возложить на 

<

данные изъяты> пришел к выводу, что денежные средства в счет выплаты единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда на основании ФОС по угольной промышленности в сумме 80590, 50 руб. подлежат взысканию с ответчика в пользу ФИО1

Установив, что выплата компенсации морального вреда по соглашению в размере 80590,50 руб., до настоящего времени не произведена, суд на основании ст. 236 ТК РФ взыскал с ответчика в пользу истца проценты в сумме 10277,98 руб. по день рассмотрения дела, а также проценты на основании ст. 236 ТК РФ по дату осуществления фактической выплаты денежных средств 80590,50 руб.

Учитывая степень нравственных и физических страданий истца, исходя из фактических обстоятельств настоящего дела, принципа разумности и справедливости, в силу ст. 237 ТК РФ, ст. 1101 ГК РФ суд взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 88, 98, 100 ГПК РФ, а также разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», суд взыскал с ответчика в пользу истца понесенные судебные расходы по оплате юридических услуг за составление искового заявления и участие представителя в судебных заседаниях в размере 9000 руб., находя данный размер разумным с учетом характера настоящего дела, количества судебных заседаний, объема выполненной представителем работы по оказанию истцу правовой помощи.

Также суд взыскал с ответчика в доход местного бюджета государственную пошлину за требование имущественного и неимущественного характера в размере 7000 руб.

С данными выводами суда первой инстанции у судебной коллегии отсутствуют основания не согласиться.

Однако, судебная коллегия находит апелляционное представление прокурора обоснованным и подлежащим удовлетворению, поскольку суд первой инстанции в резолютивной части решения, взыскивая проценты за задержку выплаты единовременной компенсации, не указал период, за который исчислены проценты, а в мотивировочной и резолютивной частях решения не указал дату, с которой следует исчислять последующее взыскание проценты по день фактической выплаты денежных средств истцу.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п. 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 июня 2021 г. № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного постановления суда первой инстанции только в обжалуемой части, исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно них.

Решение суда должно быть законным и обоснованным (статья 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 2 и 3 постановления от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" разъяснено, что решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов. Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно части 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в мотивировочной части решения суда должны быть указаны фактические и иные обстоятельства дела, установленные судом; выводы суда, вытекающие из установленных им обстоятельств дела, доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле; законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

На основании части 5 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации резолютивная часть решения суда должна содержать выводы суда об удовлетворении иска либо об отказе в удовлетворении иска полностью или в части, наименование истца и ответчика, а также один из идентификаторов указанных лиц (страховой номер индивидуального лицевого счета, идентификационный номер налогоплательщика, серия и номер документа, удостоверяющего личность, серия и номер водительского удостоверения), указание на распределение судебных расходов, срок и порядок обжалования решения суда.

В силу пункта 4 части 1, части 3 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения суда первой инстанции, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения.

Судебная коллегия по гражданским делам находит, что судом первой инстанции по настоящему делу допущены нарушения вышеуказанных норм процессуального права, которые могут быть устранены только посредством изменения судебного постановления в обжалуемой части.

Разрешая требования о взыскании с ответчика компенсации (процентов) по статье 236 Трудового кодекса Российской Федерации, суд определил ко взысканию с ПАО «Угольная компания «Южный Кузбасс» в пользу ФИО1 проценты за задержку выплаты единовременной компенсации по соглашению в сумме 10277, 98 руб., с начислением процентов на сумму единовременной компенсации 80 590, 50 руб. по статье 236 Трудового кодекса Российской Федерации по день фактической выплаты денежных средств.

Согласно пункту 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" исходя из того, что решение является актом правосудия, окончательно разрешающим дело, его резолютивная часть должна содержать исчерпывающие выводы, вытекающие из установленных в мотивировочной части фактических обстоятельств.

В связи с этим в ней должно быть четко сформулировано, что именно постановил суд как по первоначально заявленному иску, так и по встречному требованию, если оно было заявлено (статья 138 ГПК РФ), кто, какие конкретно действия и в чью пользу должен произвести, за какой из сторон признано оспариваемое право. Судом должны быть разрешены и другие вопросы, указанные в законе, с тем чтобы решение не вызывало затруднений при исполнении (часть 5 статьи 198, статьи 204 - 207 ГПК РФ). При отказе в заявленных требованиях полностью или частично следует точно указывать, кому, в отношении кого и в чем отказано.

Суд первой инстанции, удовлетворяя исковые требования о взыскании процентов за задержку выплаты причитающейся истку компенсации морального вреда по соглашению с ответчиком в сумме 80 590,50 руб., взыскал 10 277,98 руб., исходя из расчета за период с 04 июня 2025 г. по 08 июня 2025 г., ключевой ставки Центробанка- 

<

данные изъяты> 2025 г. по 27 июля 2025 г., ключевой ставки Центробанка- 20 % - 80 590,50 х 1/150 х 49 = 5 265,25 руб., за период с 28 июля 2025 г. по 11 сентября 2025 г., ключевой ставки Центробанка- 18 % - 80 590,50 х 1/150 х 46 = 4 448,60 руб. Установленный период – 04 июня 2025 г. – 11 сентября 2025 г. суд в резолютивной части решения не указал, следовательно в указанной части решение подлежит изменению, период должен быть указан.

Правильно определив продолжение взыскания процентов за задержку выплаты единовременной компенсации до фактического исполнения обязательства, суд не указал начало периода исчисления продолжения взыскания, в частности – 12 сентября 2025 г., что также подлежит обязательному указанию в резолютивной части решения суда для надлежащего его исполнения.

Кроме того, в резолютивной части решения суда следует указать на исчисление процентов с суммы единовременной компенсации с учетом ее погашения, поскольку начисление процентов производится ежедневно на сумму фактического долга.

Принимая во внимание изложенное, судебная коллегия считает, что данные обстоятельства являются препятствием к исполнению решения суда, в связи с чем, состоявшиеся по делу решение суда первой инстанции подлежит изменению в части указания периода взыскания процентов за задержку выплаты единовременной компенсации и периода начисления процентов на сумму единовременной компенсации с учетом ее погашения.

Руководствуясь ч.1 ст. 327.1, ст. ст. 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Междуреченского городского суда Кемеровской области от 11 сентября 2025 г. изменить, указав период взыскания с Акционерного общества «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» в пользу ФИО1 процентов за задержку выплаты единовременной компенсации в сумме 10277 рублей 98 копеек с 4 июня 2025 г. по 11 сентября 2025 г. и начисление процентов на сумму единовременной компенсации в размере 80 590 рублей 50 копеек по статье 236 Трудового кодекса Российской Федерации с 12 сентября 2025 года с учетом ее погашения по день фактической выплаты денежных средств, апелляционное представление прокурора - удовлетворить.

В остальной части решение суда оставить без изменения.

Председательствующий Казачков В.В.

Судьи Котляр Е.Ю.

Вязникова Л.В.

Мотивированное апелляционное определение составлено 23 января 2026 г.