Судья: Галина В.А. Дело № 2-2172/2025

Докладчик: Козлова Е.А. Дело № 33-1335/2026 (33-10029/2025)

УИД 54RS0001-01-2025-000864-31

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Новосибирского областного суда в составе:

Председательствующего Зиновьевой Е. Ю.

Судей Козловой Е. А., Власкиной Е. С.,

При секретаре Токаревой А. А.

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Новосибирске 27 января 2026 года гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ФИО1 ФИО2 на решение Дзержинского районного суда г. Новосибирска от 07 октября 2025 года по первоначальному исковому заявлению ФИО3 к ФИО1 о признании утратившей право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета,

встречному исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о внесении сведений в Единый государственный реестр недвижимости, разделе имущества супругов, признании права на долю в праве собственности на жилой дом и земельный участок.

Заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда Козловой Е.А., объяснения ФИО3, представителя ФИО1 ФИО2, заключение помощника прокурора Руппа Г. М., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО3 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО1, в котором просит признать ФИО1 утратившей право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>, и снять её с регистрационного учета по указанному адресу.

В обоснование исковых требований ФИО3 указал, что является собственником жилого помещения по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается свидетельством о праве собственности от 25.09.2010, а также выпиской из Единого государственного реестра недвижимости. Указанное жилое помещение было приобретено истцом в порядке наследования, что подтверждается заочным решением Дзержинского районного суда г. Новосибирска по делу № 2-552/2009. В указанном жилом помещении зарегистрирован ответчик в качестве супруги, что подтверждается выпиской из домовой книги. Однако 05.03.2024 истец и ответчик расторгли брак, что подтверждается свидетельством о расторжении брака II-ET № 694377. На этом основании истец попросил ответчика освободить жилое помещение и сняться с регистрационного учета. Ответчик требования выполнять отказалась и стала препятствовать истцу пользоваться жилым помещением, а именно сменила замки. При попытках истца попасть в квартиру, ответчик причинила ему вред, что подтверждается обращением истца в правоохранительные органы с просьбой восстановить его право пользования жилым помещением, поскольку ответчик после расторжения брака занимает жилое помещение на незаконных основаниях. На устные требования истца о добровольном снятии с регистрационного учета и освобождении квартиры ответчик ответила отказом. Договоренности между сторонами достигнуто не было.

ФИО1 обратилась к ФИО3 со встречным исковым заявлением, в котором просит:

внести в Единый государственный реестр недвижимости сведения о новых параметрах жилого дома по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером 54:35:014250:27, а именно: площадь здания 102,8 кв. м, материал стен: деревянные;

произвести раздел имущества, совместно нажитого ФИО1 и ФИО3 в период брака:

признать за ФИО1 и ФИО3 по 1/2 доли в праве собственности на жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, общей площадью здания 102,8 кв. м, общей площадью жилых помещений 68,5 кв. м, в том числе жилой площадью 45,6 кв. м, с кадастровым номером №

признать за ФИО1 и ФИО3 по 1/2 доли в праве собственности на земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 576 кв. м, с кадастровым гром №

В обоснование встречных исковых требований указано, что с 26 августа 1982 года по 05 марта 2024 года истец и ответчик состояли в зарегистрированном браке. В период брака за счет общих средств супруги С-вы неоднократно возводили жилые пристрои к жилому дому 1959 года постройки, а также сносили прежние стены и крышу и возвели новые пристрои, в большей части заменили материал стен и увеличили высоту потолков и высоту здания, в результате чего получили новый объект недвижимости – жилой дом по 

<

адрес> в 

<

адрес>. Исходя из заочного решения федерального суда общей юрисдикции Дзержинского района г. Новосибирска от 16.07.2009 по делу № 2-552/2009 установлено, что в период проживания дом был самовольно реконструирован. Как видно из технического паспорта домовладения и здания, на 27.11.2006 площадь всего здания после реконструкции составляет 75,6 кв. м, из них жилой – 50,2 кв. м, площадь подсобных помещений составляет 25,4 кв. м. Из технического паспорта также следует, что в 1986 году возведен жилой пристрой площадью 22,5 кв. м, а в 1996 году - жилой пристрой площадью 15,3 кв. м. На основании представленных доказательств судом принято решение о признании за ФИО3 права собственности на индивидуальный жилой дом по адресу: 

<

адрес>, в порядке наследования в составе следующих помещений: литера А1: прихожая № – 5,7 кв. м, кухня № – 9,6 кв. м, жилая комната № – 19,4 кв. м; Литер А2: кухня № 4 - 10,1 кв. м, жилая комната № 5 – 12,4 кв. м, жилая комната № 6 - 10,0 кв. м, жилая комната № 7 - 8,4 кв. м, общая 75,6 кв. м, жилая 50,2 кв. м, подсобная 25,4 кв. м. Исходя из периода брака истца и ответчика, жилые пристрои 1986 и 1996 годов постройки, которые увеличили площадь старого дома в два раза, возведены в период брака сторон, которые проживали в указанном доме по 

<

адрес> и совместно осуществляли строительство пристроев. Однако уже после регистрации за ФИО3 права собственности на дом общей площадью 75,6 кв. м (ДД.ММ.ГГГГ), ФИО3 и ФИО1 перестроили дом настолько, что ими был создан новый объект, который имеется в настоящее время. Согласно плану объекта по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ общая площадь здания составляет 102,8 кв. м, конфигурация дома и расположение его на земельном участке значительно изменились. Земельный участок приобретен супругами в период брака по возмездной сделке на основании договора купли-продажи земельного участка № от ДД.ММ.ГГГГ, о чём указано в свидетельстве о государственной регистрации права от 25.09.2010 о регистрации права собственности на земельный участок с кадастровым номером 54:35:014250:17, за ФИО3 Исходя из заключения кадастрового инженера от 14.05.2025, на момент обследования литеры А1, А2, а, а1 являлись снесёнными, а у литеры А были изменены параметры в части: изменения ограждающих и несущих конструкций, а именно наружных стен, состоящих до изменений из брёвен. Изменения обусловлены увеличением высоты наружных стен, выполненной надстройкой из бруса, увеличением высоты помещений с 2,35 м до 2,82 м, высоты дома с 2,65 м до 8,16 м, заменой крыши и кровли, которые переделаны полностью и возведены в новых габаритах; изменение оконных и дверных проёмов, а именно увеличение ширины оконных проёмов и резка нового дверного проёма во внутренних стенах; со стороны снесённых литер а, А1 возведена новая часть дома, фактически пристроенная к литере А. Снос литер а. а1, А, А1 и возведение новой части дома привело к изменению конфигурации и внешних границ дома, следствием чего стало изменение общей площади дома, а именно общая площадь дома увеличилась с 75,6 кв. м до 102,8 кв. м, то есть на 27,2 кв. м. Результатом реконструкции стало образование жилого дома с изменёнными существующими строительными конструкциями, возведёнными новыми частями, существенным изменением параметров дома. Поскольку разрешение на реконструкцию жилого дома, а так же на перестройку прежнего дома, в результате которой существенно изменились параметры жилого дома - не требовалось и не требуется в настоящее время, объект возведен на земельном участке, приобретенном ФИО3 в собственность по договору купли-продажи в период брака, у супругов С-вых возникло право общей совместной собственности на возведенный в период брака дом и купленный земельный участок (ст. 34 СК РФ, ч. 1 ст. 256 ГК РФ). Брачный договор супругами в период брака не заключался, раздел имущества между ними не производился. ФИО1 полагает, что на земельном участке, принадлежащем ФИО4 на праве общей совместной собственности, в результате реконструкции создан новый объект недвижимости, который так же является совместной собственностью С-вых и поэтому подлежит разделу между бывшими супругами. Прежний жилой дом, 1959 года постройки, был изменён сторонами спора уже в 1986 и 1996 годах, а после признания за ФИО3 права собственности в порядке наследования, дом изменился настолько, что был преобразован в новый объект, сведения о новых параметрах которого необходимо внести в Единый государственный реестр недвижимости. ФИО1 самостоятельно не имеет возможности в добровольном порядке внести сведения в реестр о новых параметрах дома, поэтому необходимо внести такие сведения в судебном порядке. В настоящее время в спорном доме проживает ФИО1 с находящейся под ее опекой несовершеннолетней внучкой ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которые не утратили право пользования жилым помещением в связи с наличием у ФИО1 права собственности на жилой дом и земельный участок. Иного жилого помещения у ФИО1 и ФИО5 не имеется. Поскольку раздел имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов, а при разделе общего имущества супругов и определении долей доли супругов признаются равными, ФИО1 просит выделить сторонам спора по 1/2 доле в праве собственности на спорный жилой дом и земельный участок.

Решением Дзержинского районного суда 

<

адрес> от 07.10.2025 исковые требования ФИО3 удовлетворены, ФИО1 признана утратившей право пользования жилым помещением по адресу: 

<

адрес>. Ей предоставлена отсрочка исполнения настоящего решения, за ней сохранено право пользования указанным жилым помещением на период исполнения обязанностей опекуна в отношении несовершеннолетней ФИО5, указано, что решение является основанием для снятия ФИО1, с регистрационного учета по адресу: 

<

адрес>, по истечении периода отсрочки, с ФИО1 в пользу ФИО3 взысканы судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей; встречные требования ФИО1 к ФИО3 о внесении сведений в Единый государственный реестр недвижимости, разделе имущества супругов, признании права на долю в праве собственности на жилой дом и земельный участок оставлены без удовлетворения.

ФИО1 с указанным решением не согласилась, подала на него апелляционную жалобу, в которой просит решение отменить, вынести по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований ФИО3 отказать, встречные исковые требования ФИО1 удовлетворить.

В обоснование апелляционной жалобы ФИО1 указывает, что суд неверно определил обстоятельства, подлежащие установлению по делу, в частности, существенное изменение спорного жилого дома, являвшегося личной собственностью ФИО3, в период брака сторон, проведение реконструкции или иных значительных изменений спорного жилого помещения в период брака, существенное увеличение цены спорного жилого дома в результате произведённой реконструкции. Суд посчитал, что данные обстоятельства не имеют значения, поэтому не принимал мер к их установлению.

Также апеллянт обращает внимание, что суд необоснованно применил расширительное толкование закона и при отсутствии каких-либо оснований указал, что положения статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) не исключают возможность взыскания одним из супругов в порядке раздела совместно нажитого имущества компенсации за неотделимые улучшения в принадлежащем другому супругу жилом помещении, повлекшие значительное увеличение стоимости жилого помещения. Таким утверждением суд проигнорировал положения статьи 37 СК РФ, сделал невозможным их применение, так как эти положения регулируют правоотношения, при которых в личное имущество одного из супругов произведены такие вложения, которые значительно увеличивают стоимость этого имущества, в результате этого личное имущество одного из супругов переходит в совместную собственность.

Кроме того, по мнению ФИО1, суд неверно распределил бремя доказывания. Бремя опровержения презумпции принадлежности затраченных совместных средств лежит на ответчике по встречному иску ФИО3 ФИО3 не представил доказательств, свидетельствующих, что реконструкция жилого дома произведена в период брака за счёт иных средств, которые бы не относились к общим средствам супругов. При таких обстоятельствах ФИО1 полагает, что реконструкция спорного дома, которая проведена в период брака на общие совместные средства супругов С-вых. Суд вопреки действующей презумпции о совместной собственности на доходы, полученные супругами в период брака, сделал необоснованный вывод о том, что ФИО1 не представила доказательств происхождения денежных средств, затраченных на реконструкцию и размер произведённых вложений. Однако, по мнению апеллянта, размер произведённых вложений не имеет правового значения в данном споре, правовое значение имеет ответ на вопрос, значительно ли увеличилась стоимость спорного дома в результате произведённых супругами вложений в реконструкцию спорного объекта, произведённую в период брака.

Также ФИО1 указывает, что суд необоснованно посчитал несостоятельным её довод об основании её встречных исковых требований. Не имея возможности оспорить заочное решение Дзержинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 признаёт, что в 2009 году у ФИО3 в порядке наследования возникло право личной собственности на жилой 

<

адрес> в 

<

адрес>, общей площадью 75,6 кв. м, жилой 50.2 кв. м, подсобной 25,4 кв. м. При этом, хотя ФИО1 и принимала участие в самовольной реконструкции спорного дома вплоть до 2006 года, она не претендует на такие улучшения. Основанием встречных исковых требований ФИО1 является проведение ею в период брака, за счёт совместных средств, реконструкции жилого дома, полученного ФИО3 в личную собственность в 2009 году, и перестроенного, переоборудованного в период брака с 2009 по 2024 годы. Точное описание состояния жилого дома в неизменённом виде содержится в материалах дела № 2-552/2009, решение по которому вынесено 16.07.2009. В заочном решении суда имеется ссылка не только на технический паспорт жилого дома по состоянию на 27.11.2006. но и на заключение МП АМ «Тектоника» от 05.03.2009, которое описывает техническое состояние спорного дома на момент марта 2009 года. Принимая во внимание состояние жилого дома в 2009 году, исходя из технического паспорта от 2006 года и заключения МП АМ «Тектоника» от 05.03.2009, кадастровый инженер провёл натурное обследование жилого дома по состоянию на март 2025 года и пришёл к выводу, что жилой дом с техническими параметрами, внесёнными в ЕГРН в 2009 году, на земельном участке отсутствует, в результате строительных преобразований жилой дом существует уже в новых параметрах, в результате реконструкции возведён уже новый объект, на который и претендует ФИО1

Также апеллянт указывает, что судом необоснованно помещения в жилом доме отнесены к самостоятельным вещам, которые должны следовать судьбе основной вещи, это не хозяйственные постройки, а конструктивные элементы жилого дома, не обладая специальными познаниями, суд не мог сделать такие выводы.

Апеллянт обращает внимание, что судом не дана оценка представленным в материалы дела надлежащим доказательствам. Из заключения кадастрового инженера от 14.05.2025 следует, что произошло изменение ограждающих и несущих конструкций, а именно наружных стен, состоящих до изменений из бревен, а после изменений частично из брёвен, частично произошла замена на брус, в результате увеличилась высота стен помещений с 2,35 м до 2,82 м, а высота дома (снаружи) увеличилась с 2,65 м до 8,16 м, что произошло в результате замены и крыши, и кровли. Крыша и кровля заменены полностью и возведены в новых габаритах, увеличение высоты дома на 5,51 м фактически повлекло создание нового мансардного этажа. Кроме того, увеличена ширина оконных проёмов и устроен новый дверной проём во внутренних стенах. Литера А, А1, а, а1 полностью снесены (а то большая часть дома), со стороны ранее снесённых литер а и А1 возведена новая часть дома, состоящая из вспомогательных и одного жилого помещения. Снос ранее возведённых литер и возведение новой части дома изменило конфигурацию и внешние границы дома, общая площадь дома увеличилась на 27,2 кв. м. изменение конфигурации дома в результате снова старых и возведения новых строений. Возведение новой кровли и крыши, увеличение площади и высоты жилого дома является реконструкцией жилого дома, что, по сути, является созданием нового объекта недвижимости, сведения о котором в ЕГРН отсутствуют. Исходя из сравнительных планов дома, составленных кадастровым инженером по состоянию до и после реконструкции, после сноса литер А, А1, а, а1 от дома оставалось не более 35 кв. м. При этом перекрытие и крыша над этими 35 кв. м были полностью демонтированы. Если учитывать, что в процессе реконструкции часть бревенчатых стен была заменена на брус, то невозможно предполагать, что от старого строения осталось 35 кв. м, осталась только часть стен, огораживающих 35 кв. м. После изменения стен этого старого помещения возведено строение общей площадью 102,8 кв. м, то есть площадь дома увеличилась не менее чем на 68 кв. м. Объём дома увеличился многократно за счёт устройства высокой крыши, под которой образовано мансардное помещение площадью ещё не менее 50 кв. м.

Кроме того, ФИО1 указывает, что судом не поименовано в решении и не получило оценки комплексное заключение специалиста от 05.08.2025 № 250701-71-СТ ООО «Гарант Эксперт». Исходя из данного заключения, на основании проведённого сравнительного анализа и визуально-инструментального осмотра выявлено и установлено, что жилой дом с кадастровым номером 54:35:014250:27, общей площадью 102,8 кв. м, расположенный на земельном участке с кадастровым номером 54:35:014250:17 по адресу: 

<

адрес>, подвергся существенным изменениям объёмно-планировочных, строительных и технических параметров, за период с 2009 года по настоящее время, в результате проведённой реконструкции. По результатам проведённых расчётов установлено, что стоимость жилого дома в связи с изменением его строительного и технического состояния изменилась в сторону увеличения на 1 368 000 рублей, то есть увеличилась значительно. Судом такие выводы заключения специалиста проигнорированы, поэтому в удовлетворении встречного иска необоснованно отказано.

Также апеллянт ссылается на то, что отказ суда в разделе между супругами земельного участка, приобретённого в период брака по договору купли-продажи, является ошибочным, основан на неверном применении норм материального права. Как установлено судом и не оспаривается сторонами спора, распоряжением мэрии 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-р утверждена схема расположения земельного участка площадью 576 кв. м, по 

<

адрес> в 

<

адрес>, затем участок поставлен на кадастровый учёт. Распоряжением мэрии 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-р ФИО3 предоставлен в собственность земельный участок с кадастровым номером54:35:014250617. Площадью 57 кв. м по 

<

адрес>. В соответствии с данным распоряжением с ФИО3 заключен договор купли-продажи земельного участка от 26.07.2010 № 8255 о передаче вышеуказанного земельного участка ФИО3 за плату в сумме 2 641,02 рублей. Заочным решением Дзержинского районного суда г. Новосибирска за ФИО3 не было признано право собственности на земельный участок в порядке наследования, как и по другому судебному решению. Свидетельство о праве на наследство на земельный участок ФИО3 не выдавалось, следовательно, нет оснований полагать, что у ФИО3 возникло единоличное право собственности на спорный земельный участок, которое у него якобы возникло из наследственных правоотношений. Спорный земельный участок возник как объект права только после установления его границ (утверждения схемы, постановки на кадастровый учёт), установления площади земельного участка, и соответственно, право собственности на земельный участок возникло у ФИО3 только после заключения договора купли-продажи. Суд необоснованно признал, что право собственности на земельный участок возникло у ФИО3 в результате наследования, при этом договор купли-продажи земельного участка от 26.07.2010 никем не оспорен, не отменён, поэтому он явился основанием для возникновения у ФИО3 права собственности, а как следствие, возникновения у ФИО1 права совместной собственности. Земельный участок, который якобы предоставлялся наследодателям ФИО3, имел иные характеристики, не являлся индивидуально-определённой вещью, поэтому не был принят ФИО3 по наследству, так как не предоставлялся в собственность никому из наследодателей, иного в материалы дела не предоставлено. Заочное решение Дзержинского районного суда г. Новосибирска от 16.07.2009 не имеет для неё преюдициального значения, так как она не была привлечена к участию в деле, у суда не было оснований отказывать ФИО1 в удовлетворении её встречных требований о признании права собственности на ? долю земельного участка.

Также ФИО1 указывает, что поскольку встречные исковые требования о выделении ей ? доли в праве собственности на жилой дом в порядке раздела имущества супругов подлежат удовлетворению, то и удовлетворение исковых требований ФИО3 о признании её утратившей право пользования спорным жилым помещением не представляется возможным.

В судебном заседании представитель апеллянта ФИО1 по доверенности ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержала в полном объёме.

ФИО3 в судебном заседании просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, оставить решение суда без изменения, представил письменные возражения на апелляционную жалобу.

Выслушав объяснения представителя апеллянта ФИО1 по доверенности ФИО2, ФИО3, заключение помощника прокурора, полагавшего, что первоначальное исковое заявление подлежит удовлетворению, в удовлетворении встречных требований должно быть отказано, исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 288 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением.

Согласно пункту 1 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом.

В силу статьи 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

В силу статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью (пункт 1).

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства (пункт 2).

Право на общее имущество супругов принадлежит также супругу, который в период брака осуществлял ведение домашнего хозяйства, уход за детьми или по другим уважительным причинам не имел самостоятельного дохода (пункт 3).

В соответствии со статьей 37 Семейного кодекса Российской Федерации имущество каждого из супругов может быть признано судом их совместной собственностью, если будет установлено, что в период брака за счет общего имущества супругов или имущества каждого из супругов либо труда одного из супругов были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества (капитальный ремонт, реконструкция, переоборудование и другие).

В силу пункта 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, на имя ФИО3 зарегистрировано право собственности на жилое здание, площадью 75,6 кв. м, год завершения строительства 1959, кадастровый №, расположенное по адресу: 

<

адрес>, и земельный участок, на котором расположен указанный индивидуальный жилой дом, площадью 1186 +/- 576 +/- 3 кв. м, кадастровый №, что подтверждается сведениями из ЕГРН.

Право собственности на указанный индивидуальный жилой дом зарегистрировано на имя ФИО3 05.10.2009 на основании заочного решения Федерального суда общей юрисдикции Дзержинского района г. Новосибирска от 16.07.2009.

Право собственности на указанный земельный участок зарегистрировано на имя ФИО3 25.09.2010 на основании договора купли-продажи земельного участка № от ДД.ММ.ГГГГ.

Заочным решением Федерального суда общей юрисдикции Дзержинского района г. Новосибирска от 16.07.2009 по гражданскому делу № 2-552/09 за ФИО3 признано право собственности на индивидуальный жилой дом по 

<

адрес> в 

<

адрес> в порядке наследования, общей площадью 75,6 кв. м, жилой 50,2 кв. м, подсобной 25,4 кв. м (т.1 л.д. 55-57).

Указанным решением суда установлено, что согласно свидетельству о праве собственности, выданному нотариусом ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ, ФИО7, в порядке наследования после умершего супруга ФИО8, принадлежал на праве собственности жилой дом, бревенчатый, жилой площадью 28,6 кв. м, полезной 37,8 кв. м, находящийся в г. Новосибирске, на участке № 1-а в квартале №-а по 

<

адрес> и расположенный на участке земли мерою 400,45 кв. м. Свидетельство зарегистрировано в органах БТИ ДД.ММ.ГГГГ №.

21.07.1995 ФИО7 умерла. Наследником по закону после ее смерти являлся сын ФИО9, который фактически принял наследство, так как проживал в указанном доме и был в нем зарегистрирован.

08.06.2001 умер ФИО9. После его смерти наследниками являлись жена ФИО10 и сын ФИО3, истец по настоящему делу. Факт родственных отношений установлен решением Дзержинского районного суда г. Новосибирска от 12.03.2007.

ФИО10 и ФИО3 фактически приняли наследство в виде 1/2 доли жилого дома после ФИО9 каждому.

ФИО10 умерла 26.10.2007. После смерти ФИО10, ее наследником является сын ФИО3, который обратился к нотариусу г. Новосибирска ФИО11 с заявлением о принятии наследства, однако в выдаче свидетельства о праве на наследство ему было отказано в связи с отсутствием документов, подтверждающих родство.

В период проживания, дом был самовольно реконструирован. В силу статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации дом, с учётом проведённой реконструкции, являлся самовольной постройкой.

С учётом изложенного суд пришел к выводу, что на момент смерти наследодателя собственника дома – ФИО7 возникло наследство в виде жилого дома по 

<

адрес>. В связи с чем указанный дом в реконструированном виде, является наследственной массой.

Заочное решение Федерального суда общей юрисдикции Дзержинского района г. Новосибирска от 16.07.2009 вступило в законную силу 20.08.2009.

26.08.1982 между ФИО3 и ФИО4 (добрачная фамилия – ФИО12) Е. В. был заключен брак, который 07.03.2024 был расторгнут.

Распоряжением мэрии города Новосибирска от 19.04.2010 года № 6396-р утверждена схема расположения земельного участка на кадастровом плане территории кадастрового квартала 54:35:014250 площадью 576 кв. м, необходимого для эксплуатации индивидуального жилого дома по адресу: обл. Новосибирская, 

<

адрес>.

Распоряжением мэрии города Новосибирска от 07.07.2010 № 10749-р ФИО3 указанный земельный участок предоставлен в собственность, департаменту земельных и имущественных отношений мэрии города Новосибирска дано поручение заключить с ФИО3 договор купли-продажи в установленном законом порядке

26.10.2010 между мэрией города Новосибирска (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи земельного участка №, согласно которому продавец передал в собственность покупателя земельный участок, площадью 576 кв. м, для эксплуатации индивидуального жилого дома по адресу: 

<

адрес>. Цена земельного участка по договору составила 2 641,02 рублей.

Согласно техническому паспорту индивидуального жилого дома по адресу: 

<

адрес>, по состоянию на 27.11.2006 общая площадь жилого помещения составляла 75,6 кв. м, в том числе: жилая 50,2 кв. м, подсобная 25,4 кв. м. Согласно экспликации к поэтажному плану в составе общей площади были учтены помещения следующего назначения: прихожая – 5,7 кв. м, кухня – 9,6 кв. м, жилая комната – 19,4 кв. м, кухня – 10,1 кв. м, жилая комната – 12,4 кв. м, жилая комната – 10,0 кв. м, жилая комната – 8,4 кв. м.

Исходя из представленного ФИО1 плана объекта, составленного кадастровым инженером ФИО13, по состоянию на 29.03.2025 общая площадь помещений здания составила 68,5 кв. м, из которой жилая – 45,6 кв. м, вспомогательная – 22,9 кв. м. Согласно экспликации к поэтажному плану в составе общей площади учтены помещения следующего назначения: прихожая – 6,1 кв. м, жилая комната – 17 кв. м, жилая комната – 10 кв. м, жилая комната – 8,7 кв. м, кухня – 8,4 кв. м, жилая комната – 9,9 кв. м, кухня – 8,4 кв. м. Площадь неотапливаемых планировочных элементов составила 32,0 кв. м, в том числе: тамбур холодный – 5,5 кв. м, тамбур холодный – 2,3 кв. м, коридор холодный – 6,6 кв. м, веранда – 17,6 кв. м.

При указанных обстоятельствах, разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 34, 36, 37, 38 Семейного кодекса Российской Федерации, статьями 135, 209, 288 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 9, 84, 87 Земельного кодекса РСФСР 1970 года, пунктом 9.1 статьи 3 Федерального закона от 25.10.2001 № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации», статьями 1, 35, 36 Земельного кодекса Российской Федерации, статьями 30, 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, исходил из того, что ФИО1 в материалы дела не представлено доказательств, с достоверностью свидетельствующих о проведении работ по реконструкции жилого дома за счёт общих денежных средств супругов или за счёт её личных денежных средств, общая площадь спорного жилого помещения после 27.11.2006 уменьшилась, а площадь всех помещений в здании увеличилась за счёт площади неотапливаемых нежилых помещений тамбуров, коридора и веранды, которые являются принадлежностью жилого дома, и их возведение не может изменить режим права собственности на жилой дом, право на приобретение земельного участка в собственность было у гражданина, которому изначально был предоставлен земельный участок, это право переходит и к его наследникам, приобретшим право собственности на дом после смерти наследодателя, и ФИО3 был вынужден легализовать земельный участок путём заключения договора купли-продажи с органом местного самоуправления в связи с изменением фактических границ и увеличением занимаемой площади земельного участка, отчуждение по каким-либо основаниям земельного участка без находящемся на нём строения в случае принадлежности того и другого вида имущества одному лицу, будет нарушать установленный законом запрет, и в результате пришел к выводу об удовлетворении первоначальных исковых требований ФИО3 о признании ФИО1 утратившей право пользования жилым помещением с предоставлением ей отсрочки исполнения решения суда на период исполнения обязанностей опекуна в отношении несовершеннолетней ФИО5, а также об отказе в удовлетворении встречных исковых требований ФИО1 о разделе совместно нажитого имущества супругов и признании за ней права собственности на 1/2 долю в праве собственности на земельный участок по адресу: 

<

адрес>.

Судебная коллегия в целом соглашается с решением суда первой инстанции и не находит оснований для его отмены или изменения по доводам апелляционной жалобы ФИО1 в силу следующего.

Встречные требования ФИО1 основаны на положениях статьи 37 Семейного кодекса Российской Федерации, в силу которой имущество каждого из супругов может быть признано судом их совместной собственностью, если будет установлено, что в период брака за счет общего имущества супругов или имущества каждого из супругов либо труда одного из супругов были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества.

По данной категории дел юридически значимыми и подлежащими доказыванию обстоятельствами являются установление улучшений указанного объекта, произведенных в период брака, и их стоимости, определение стоимости индивидуального жилого дома до произведённых улучшений и на момент рассмотрения дела.

При этом по смыслу положений указанной статьи, если будет установлено, что объект, принадлежащий одному супругу, претерпел улучшения, значительно увеличивающие стоимость спорного имущества, за счет общих средств супругов, второй супруг имеет право на долю, пропорционально произведенным улучшениям, а не на весь объект в целом.

Указанная статья не регулирует порядок определения долей сторон при разделе имущества и не исключает возможность учета личных средств супруга, вложенных в создание объекта совместной собственности.

Таким образом, супруг, требующий признания имущества, принадлежащего другому супругу, их общим имуществом, вправе претендовать лишь на половину той части имущества, которая создана за счет общих средств.

При этом обязанность по доказыванию факта вложений, значительно увеличивающих стоимость имущества, возлагается законом на супруга, требующего признать личное имущество другого супруга их общей собственностью (то есть в данном случае на истца по встречному иску ФИО1).

В обоснование своих требований ФИО1 представлено заключение кадастрового инженера ФИО13, согласно которому жилой дом на 2006 год состоял из: литера А – жилой дом, литера А1 – жилой пристрой, литера а2 –жилой пристрой, литера а – холодный пристрой, литера а1 – холодный пристрой. На момент обследования литеры А1, А2. А, а1 являлись снесёнными, а у литеры А были изменены параметры в части:

изменения ограждающих и несущих конструкций, а именно наружных стен, состоящих до изменений из брёвен. Изменения обусловлены увеличением высоты наружных стен, выполненные надстройкой из бруса, увеличением высоты помещений с 2,35 м до 2,82 м, высоты дома с 2,65 м до 8,16 м. замена крыши и кровли. То есть на момент обследования литеры А наружные стены увеличились в высоте и состоят из бревна и бруса, с частичной отделкой утеплителем, высота помещений увеличилась на 0,47 м, дома – на 5,51 м, крыша и кровля переделаны полностью и возведены в новых габаритах;

изменения оконных и дверных проёмов, а именно увеличение ширины оконных проёмов и резка нового дверного проёма во внутренних стенах.

А также на данный момент со стороны снесённых литеров а. а1 возведена новая часть дома, фактически пристроенная к литере А, состоящая в основном из помещений вспомогательного назначения и одного жилого.

Снос литеров а, а1, А, А1 и возведение новой части дома привели к изменению конфигурации и внешних границ дома, следствием чего стало изменение общей площади дома, а именно общая площадь дома увеличилась с 75,6 до 102,8 кв. м, то есть увеличилась на 27,2 кв. м.

Также ФИО1 представлено комплексное заключение специалистов ООО «ГАРАНТ ЭКСПЕРТ» № 250701-72-СТ от 05.08.2025, согласно которому жилой дом с кадастровым номером 54:35:0142250627, общей площадью 102,8 кв. м, расположенный на земельном участке с кадастровым номером 54:35:014250:17 по адресу: 

<

адрес>, подвергся существенным изменениям объёмно-планировочных, строительных и технических параметров, за период с 2009 года по настоящее время, в результате проведённой реконструкции. В ценах на дату проведения исследования стоимость жилого дома в строительном и техническом состоянии на 2009 год составляет 2 374 000 рублей, а по состоянию на дату проведения исследования – 3 742 000 рублей, увеличение рыночной стоимости жилого дома является значительным и составляет 1 368 000 рублей.

Между тем, ФИО1 просит признать за ней право собственности на ? доли в праве собственности на индивидуальный жилой дом, полагая, что после 2009 года ей и её супругом был создан полностью новый объект недвижимости.

Однако, как следует из комплексного заключения специалистов ООО «ГАРАНТ ЭКСПЕРТ» № 250701-72-СТ от 05.08.2025, рыночная стоимость жилого дома по сравнению со стоимостью на 2009 год увеличилась на 1 368 000 рублей, то есть примерно на 58 %.

Исходя из положений статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть 2).

С учётом изложенного вывод специалистов ООО «ГАРАНТ ЭКСПЕРТ» о том, что увеличение рыночной стоимости жилого дома является значительным, не имеет для суда заранее установленной силы, и данное заключение подлежит оценке судом с учётом всех установленных по делу обстоятельств.

Оценивая доводы ФИО1 о значительности увеличения стоимости спорного жилого дома, суд апелляционной инстанции применительно к заявленным ей требованиям о признании права собственности на ? доли в праве общей долевой собственности на дом, приходит к выводу, что значительного увеличения стоимости, влекущего возникновение у истца по встречному иску права собственности на указанную долю, не произошло.

Согласно материалам дела по состоянию на 29.03.2025 общая площадь помещения дома уменьшилась до 68,5 кв. м, при этом площадь всех помещений здания увеличилась лишь за счет неотапливаемых планировочных элементов: тамбуров, коридора и веранды, то есть площадь непосредственно жилого помещения не увеличилась.

При этом ФИО1 не просит взыскать с ФИО3 половину либо иную часть стоимости вложений в улучшения дома.

Доводы ФИО1 о том, что возведение новой кровли и крыши, увеличение площади и высоты жилого дома является созданием нового объекта недвижимости, что от старого строения осталась только часть стен, огораживающих 35 кв. м, что объём дома увеличился многократно за счёт устройства высокой крыши, не могут свидетельствовать о том, что у неё возникло право на ? доли в праве собственности на указанный дом, поскольку в данном случае правовое значение имеет не объём произведенных работ по изменению объекта недвижимости, а значительность увеличения стоимости имущества после произведённых вложений в период брака за счет общего имущества супругов или имущества каждого из супругов либо труда одного из супругов.

Надлежащих, допустимых и достоверных доказательств такого значительного увеличения стоимости дома ФИО1 не представлено.

Довод ФИО1 о том, что судом первой инстанции не указано в решении и не получило оценки заключение специалистов ООО «ГАРАНТ ЭКСПЕРТ» от 05.08.2025 № 250701-71-СТ, основанием для отмены или изменения обжалуемого решения не является, поскольку по существу решение является правильным.

Доводы апеллянта о том, что отказ суда в разделе между супругами земельного участка, приобретённого в период брака по договору купли-продажи, является ошибочным, судом апелляционной инстанции не принимаются.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела земельный участок, на котором впоследствии был возведён спорный жилой дом, в период действия Земельного кодекса РСФСР 1922 года был предоставлен решением исполнительного комитета Дзержинского районного Совета Депутатов трудящихся от 09.01.1958 № 9 «Об утверждении списка граждан, самовольно возведших строения на неотведенных им земельных участках и исключении из списков самовольных застройщиков граждан, получивших право пользования земельными участками» ФИО8.

Согласно статье 1 Закона РСФСР от 01.07.1970 «Об утверждении Земельного кодекса РСФСР», с 01.12.1970 введен в действие новый Земельный кодекс РСФСР.

В силу статьи 5 Указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 22.10.1970 «О порядке введения в действие Земельного кодекса РСФСР», решения о предоставлении в пользование земельных участков, принятые до 01 декабря 1970 года соответствующими органами в пределах их компетенции, но не исполненные к моменту введения в действие Земельного кодекса РСФСР, подлежат исполнению в соответствии с требованиями Кодекса.

Согласно статье 87 Земельного кодекса РСФСР 1970 года на землях городов при переходе права собственности на строение переходит также и право пользования земельным участком или его частью. При переходе права собственности на строение к нескольким собственникам, а также при переходе права собственности на часть строения земельный участок переходит в общее пользование собственников строения.

16.06.1976 нотариусом ФИО14 установлено право общей совместной собственности супругов ФИО8 и ФИО7 на жилой дом бревенчатый жилой площадью 28,6 кв. м, полезной площадью 37,8 кв. м, с двумя сараями тесовыми, сараем каркасно-засыпным и ограждением, находящийся в г. Новосибирске на участке 1-а, в квартале 125-а, по 

<

адрес>, расположенный на участке земли мерою 400,45 кв. м, принадлежащий ФИО8 по регистрационному удостоверению, выданному Новосибирским горбюро инвентаризации 09.06.1976 № 462. ФИО7 выдано нотариально удостоверенное свидетельство о праве собственности на данное имущество как пережившей супруге и свидетельство о праве на наследство по закону после смерти ФИО8

В силу пункта 9.1 статьи 3 Федерального закона от 25.10.2001 № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» если земельный участок предоставлен до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации для ведения личного подсобного, дачного хозяйства, огородничества, садоводства, индивидуального гаражного или индивидуального жилищного строительства на праве пожизненного наследуемого владения или постоянного (бессрочного) пользования, гражданин, обладающий таким земельным участком на таком праве, вправе зарегистрировать право собственности на такой земельный участок, за исключением случаев, если в соответствии с федеральным законом такой земельный участок не может предоставляться в частную собственность.

В случае, если в акте, свидетельстве или другом документе, устанавливающих или удостоверяющих право гражданина на земельный участок, предоставленный ему до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации для ведения личного подсобного, дачного хозяйства, огородничества, садоводства, индивидуального гаражного или индивидуального жилищного строительства, не указано право, на котором предоставлен такой земельный участок, или невозможно определить вид этого права, такой земельный участок считается предоставленным указанному гражданину на праве собственности, за исключением случаев, если в соответствии с федеральным законом такой земельный участок не может предоставляться в частную собственность.

Граждане, к которым перешли в порядке наследования или по иным основаниям права собственности на здания, строения и (или) сооружения, расположенные на земельных участках, указанных в настоящем пункте и находящихся в государственной или муниципальной собственности, вправе зарегистрировать права собственности на такие земельные участки, за исключением случаев, если в соответствии с федеральным законом такие земельные участки не могут предоставляться в частную собственность.

С учётом изложенного суд первой инстанции пришёл к правильным выводам о том, что поскольку право на приобретение земельного участка в собственность было у гражданина, которому изначально был предоставлен земельный участок, то это право переходит и к его наследникам, приобретшим право собственности на дом после смерти наследодателя, соответственно, ФИО3 вынужден был легализовать земельный участок путем заключения договора купли-продажи с органом местного самоуправления в связи с изменением фактических границ и увеличением фактически занимаемой площади земельного участка относительно характеристик первоначально предоставленного.

В частности, согласно положениям пунктов 1.1, 1.2 статьи 36 Земельного кодекса Российской Федерации (в редакции по состоянию на 27.12.2008) продажа земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, собственникам зданий, строений, сооружений, расположенных на этих земельных участках, осуществлялась по цене, установленной соответственно органами исполнительной власти и органами местного самоуправления. Цена указанных земельных участков не могла превышать их кадастровую стоимость.

ФИО3 был выкуплен ранее учтенный и предоставленный для эксплуатации жилого дома земельный участок в фактически сложившихся границах по состоянию на 19.04.2010.

Кроме того, в силу пункта 5 части 1 статьи 1 Земельного кодекса Российской Федерации принципом земельного законодательства является единство судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, согласно которому все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

Согласно абзацу 3 подпункта 2 пункта 4 статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации не допускается отчуждение земельного участка без находящихся на нем здания, строения, сооружения в случае, если они принадлежат одному лицу.

В пункте 11 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 № 11 «О некоторых вопросах, связанных с применением земельного законодательства» разъяснено, что сделка, воля сторон по которой направлена на отчуждение здания или сооружения без соответствующего земельного участка, или отчуждение земельного участка без находящихся на нем объектов недвижимости, если земельный участок и расположенные на нем объекты недвижимости принадлежат одному лицу, является ничтожной.

С учётом изложенного, несмотря на уплату ФИО3 за счёт совместных с ФИО1 денежных средств стоимости цены земельного участка по договору купли-продажи от 26.07.2010 № 8255 в размере 2 641,02 рублей, у ФИО1 не возникло право общей совместной собственности на данный земельный участок, поскольку право на приобретение земельного участка в собственность перешло к ФИО3 в порядке наследования.

При этом ФИО1 не была лишена права потребовать от ФИО3 компенсации своей доли уплаченных им совместных денежных средств в целях оформления личного земельного участка.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для удовлетворения встречных требований ФИО1 о признании за ней права собственности на 1/2 долю в праве собственности на спорный земельный участок

Доводы ФИО1 о том, что спорный земельный участок возник как объект права только после установления его границ, а право собственности на земельный участок возникло у ФИО3 только после заключения договора купли-продажи, являются несостоятельными, поскольку в данном случае земельный участок в иных границах предоставлялся правопредшественнику ФИО3 и должен следовать судьбе расположенного на нём жилого дома, на который было признано право собственности ФИО3 в порядке наследования.

Таким образом, изложенные в апелляционной жалобе доводы не содержат обстоятельств, которые не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и повлияли бы на обоснованность и законность решения суда, поэтому не могут служить поводом для его отмены.

Ссылок на какие-либо процессуальные нарушения, указанные в части 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, являющиеся безусловным основанием для отмены правильного по существу решения суда, апелляционная жалоба не содержит, судебная коллегия таковых не установила.

Таким образом, постановленное судом первой инстанции решение является законным, обоснованным и отмене или изменению не подлежит.

Руководствуясь статьями 328 и 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Дзержинского районного суда г. Новосибирска от 07 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО1 ФИО2 – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Кассационная жалоба на апелляционное определение может быть подана через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено

10 февраля 2026 года