Дело № 10-2188/2020 Судья Сюсина А.С.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Челябинск 20 мая 2020 года

Челябинский областной суд в составе судьи Апанасенко О.А. 

при ведении протокола помощником судьи Акмухаметовой В.В.

с участием прокурора Таракановой Т.И.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Фурмановой Ю.С. и апелляционным жалобам представителей потерпевшего 

<

данные изъяты> ФИО9 и ФИО6 на постановление Саткинского городского суда Челябинской области от 10 марта 2020 года, которым уголовное дело в отношении 

ВЕРЕЩАГИНА Константина Львовича, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, несудимого,

возвращено прокурору для устранения допущенных нарушений уголовно-процессуального закона в порядке ст. 237 УПК РФ.

Заслушав выступление прокурора Таракановой Т.И., поддержавшей доводы апелляционных представления и жалоб, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

9 января 2020 года в Саткинский городской суд Челябинской области поступило уголовное дело в отношении Верещагина К.Л., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 199 УК РФ. 

10 марта 2020 года в порядке предварительного слушания принято решение о возвращении уголовного дела прокурору г. Сатка Челябинской области для устранения препятствий его рассмотрения судом в связи с тем, что обвинительное заключение по делу составлено с нарушением требований УПК РФ (п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ). 

В апелляционном представлении государственный обвинитель Фурманова Ю.С. считает, что обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ. Органами предварительного следствия время, место и способ уклонения от уплаты налогов, характер и размер вреда, причиненного преступлением, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, установлены. Отмечает, что разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, данные в постановлении от 26 ноября 2019 года «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления», содержат основания для возращения уголовного дела прокурора, и выводы суда этим разъяснениям не соответствуют. По смыслу данных разъяснений, в обвинительном заключении должны быть указаны нормы законодательства о налогах, которые нарушены обвиняемым, срок уплаты конкретного налога, а также способ исчисления периода для определения размера ущерба. Органами предварительного следствия данные требования соблюдены. Кроме этого, в обвинительном заключении подробно отражена схема составления фиктивных документов и период их составления. Отражены и конкретные счета-фактуры, договоры, в которых содержатся заведомо ложные сведения. Именно указанные документы имеют значение для объективной стороны состава преступления, предусмотренного ст. 199 УК РФ, поскольку на их основе составляется налоговая декларация и рассчитываются налоги. Изготовление иных подложных документов (схемы, акты) на объективную сторону преступления не влияет. При этом конкретные иные документы в обвинительном заключении изложены. Более того, автор представления отмечает, что после проведения судебного следствия суд вправе исключить из объема обвинения излишне вмененные указания. Не требуется приводить в обвинительном заключении и конкретные налоговые вычеты по НДС, а также сведения о доходах, расходах, отраженных в налоговых декларациях. При составлении налоговых деклараций имеют значение счета-фактуры и договоры с контрагентами. На основании этих документов производятся налоговые вычеты, и складывается прибыль организации. В описании стоимости каждой работы, услуги нет необходимости. Органами предварительного расследования приведены налоговые декларации, указаны их период и сумма, на которую ООО «

<

данные изъяты>» предоставляла недостоверные сведения в налоговый орган, а также общая сумма неуплаченных налогов и порядок определения крупного размера ущерба. Утверждает, что признаков соучастия в преступлении установлено не было. Согласно разъяснениям приведенного выше постановления Пленума Верховного Суда РФ субъектом преступления, предусмотренного ст. 199 УК РФ, является руководитель организации либо лицо, фактически выполняющее его функции. 

<

данные изъяты> ООО «

<

данные изъяты>» является Верещагин К.Л., обоснованность его обвинения (субъект преступления) также расписана в обвинительном заключении (уполномочен подписывать налоговые документы, обязан соблюдать налоговое законодательство). Вместе с тем, в материалах уголовного дела содержатся сведения о непричастности к совершению преступления главного бухгалтера организации ФИО8, которая изготавливала налоговые декларации и направляла их в налоговый орган по указанию Верещагина К.Л., но не была осведомлена о его преступных намерениях. Поэтому основания для принятия в отношении ФИО8 решения в соответствии со ст. 145 УПК ПФ отсутствовали. Между тем постановлением следователя от 25 октября 2019 года отказано в возбуждении уголовного дела в отношении руководителей организаций-контрагентов. Уголовно-процессуальный закон не содержит требований обязательного указания сведений о процессуальных решениях в отношении соучастников преступления. Помимо этого, в материалах уголовного дела представлено заключение налоговой судебной экспертизы с приведением расчетов причиненного ущерба, а также документы о стоимости работ (услуг). Поэтому доводы суда об отсутствии возможности проверить размер ущерба не обоснован. Просит постановление отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство. 

В апелляционных жалобах представители потерпевшего - 

<

данные изъяты> ФИО9 и ФИО10 считают, что в обвинительном заключении указан способ совершения преступления - составление фиктивных документов и принятие их Верещагиным К.Л. к учету, приведены схема и период их составления, доказательства. Фактически реальная финансово-хозяйственная деятельность между ООО «

<

данные изъяты>» и иными организациями не велась. Верещагин К.Л. неправомерно включил в состав налоговых вычетов по НДС сумму по счетам-фактурам субподрядчиков, что привело к занижению суммы НДС за 2014-2016 года. Также он завысил затраты по налогу на прибыль, что привело к занижению исчисленной суммы налога на прибыль. Отмечают, что при составлении налоговых деклараций имеют значение именно счета-фактуры, реквизиты которых, как и иных первичных учтенных документов, в обвинительном заключении приведены (договоры, сметы, акты и справки). Кроме этого, указывает, что в данном уголовном деле предоставление иных документов к декларациям не являлось обязательным в связи с отсутствием льгот у налогоплательщика. Именно в декларации отражаются сведения об объектах налогообложения, источниках дохода, налоговой базе и сумме налога. Иные документы с заведомо ложными сведениями, помимо деклараций, Верещагин К.Л. в налоговый орган не предоставлял. Утверждает, что Верещагин К.Л., как 

<

данные изъяты> организации, подписывал налоговые декларации и несет ответственность за всю ее финансово-хозяйственную деятельность. Данные сведения подтверждены материалами выездной налоговой проверки, представленными в уголовном деле. Кроме этого, в обвинительном заключении отражены сведения о первичных учетных документах, на основе которых определяются доходы и расходы по налогу на прибыль. Просит постановление отменить, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции. 

В возражении на апелляционное представление государственного обвинителя Фурмановой Ю.С. обвиняемый Верещагин К.Л. просит постановление оставить без изменения.

Обсудив доводы апелляционных представления и жалоб, суд апелляционной инстанции не находит предусмотренных законом оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного решения.

Согласно ст. 237 УПК РФ суд по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

По смыслу закона, препятствием для постановления судом приговора либо иного судебного решения являются существенные нарушения требований закона, допущенные при производстве предварительного следствия, когда данные нарушения не могут быть устранены в ходе судебного разбирательства.

Как видно из обжалуемого постановления, возвращая уголовное дело прокурору, суд исходил из того, что в обвинительном заключении не указан способ совершения преступления и не приведены данные для расчета недоимки по налогам.

С этими выводами суд апелляционной инстанции соглашается.

Как видно из обвинительного заключения, Верещагину К.Л. вменяется уклонение от уплаты налогов путем внесения в налоговые декларации и иные документы ООО «

<

данные изъяты>» заведомо ложных сведений, необоснованного получения налоговой выгоды по НДС путем неправомерного предъявления к вычету сумм налога, а по налогу на прибыль организаций – путем завышения расходов по приобретенным и выполненным работам на объектах заказчиков у «номинальных организаций», а также в создании фиктивного документооборота с этими организациями с целью сокрытия доходов от налогообложения.

При этом, в обвинительном заключении подробно указаны лишь действия Верещагина К.Л., как 

<

данные изъяты> юридического лица ООО «

<

данные изъяты>», по заключению фиктивных (мнимых) сделок на выполнение строительно(электро)-монтажных работ с подконтрольными ему организациями: ООО «

<

данные изъяты>», ООО «

<

данные изъяты>», ООО «

<

данные изъяты>», ООО «

<

данные изъяты>», ООО «

<

данные изъяты>», с целью обналичивания денежных средств. Именно данные действия Верещагина К.Л., исходя из конструкции обвинения, образуют способ уклонения от уплаты налогов, что не согласуется с разъяснениями, данными в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 N 48 «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления».

По смыслу закона, способами уклонения от уплаты налогов являются действия, состоящие в умышленном включении в налоговую декларацию (расчет) или иные документы, представление которых в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации является обязательным, заведомо ложных сведений, либо бездействие, выражающееся в умышленном непредставлении налоговой декларации (расчета) или иных указанных документов. 

Под включением в налоговую декларацию (расчет) или в иные документы, представление которых в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации является обязательным, заведомо ложных сведений следует понимать умышленное указание в них любых не соответствующих действительности данных об объекте налогообложения, о расчете налоговой базы, наличии налоговых льгот или вычетов и любой иной информации, влияющей на правильное исчисление и уплату налогов. 

Включение в налоговую декларацию (расчет) или иные обязательные для представления документы заведомо ложных сведений может выражаться в умышленном неотражении в них данных о доходах из определенных источников, объектов налогообложения, в уменьшении действительного размера дохода, искажении размеров произведенных расходов, которые учитываются при исчислении налогов (например, расходы, вычитаемые при определении совокупного налогооблагаемого дохода). 

К заведомо ложным сведениям могут быть также отнесены не соответствующие действительности данные о времени (периоде) понесенных расходов, полученных доходов, искажение в расчетах физических показателей, характеризующих определенный вид деятельности, при уплате единого налога на вмененный доход и т.п.

Таким образом, для цели ст. 199 УК РФ ложные сведения - это информация, влияющая на правильное исчисление и уплату налогов, а не сами по себе сведения о фиктивных сделках, заключенных с целью обналичивания денежных средств.

Вопреки изложенному, в обвинительном заключении, не приведено описание таких действий (бездействия) и сведений, которые влияют на правильное исчисление и уплату налогов. Не указано, каким образом внесение в налоговые декларации и иные документы ООО «

<

данные изъяты>» заведомо ложных сведений (и каких), в том числе путем завышения расходов по приобретенным и выполненным работам, привело к необоснованному получению налоговой выгоды, а фиктивный документооборот - к сокрытию доходов от налогообложения.

В обвинительном заключении не раскрыты и иные документы, под которыми понимаются предусмотренные действующим налоговым законодательством РФ документы, подлежащие приложению к налоговой декларации (расчету) и служащие основанием для исчисления и уплаты налогов, непредставление которых либо включение в которые заведомо ложных сведений могут служить способами уклонения от их уплаты.

Таким образом, суд правильно указал на нарушения при составлении обвинительного заключения, которые в ходе судебного разбирательства устранены быть не могут, поскольку формулирование обвинения не является функцией суда.

Кроме этого, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Объектом преступления, предусмотренного ст. 199 УК РФ, является установленный порядок уплаты налогов, регламентированный налоговым законодательством.

По смыслу закона ответственность за преступление, предусмотренное ст. 199 УК РФ, может наступить при наличии к тому оснований и за отдельный налоговый (расчетный) период, установленный Налоговым кодексом РФ (например, за календарный год или иной период применительно к отдельным налогам, по окончании которого определяется налоговая база и исчисляется сумма налога, подлежащая уплате), если уклонение от уплаты одного или нескольких налогов составило крупный или особо крупный размер и истекли сроки их уплаты, установленные законодательством о налогах и сборах.

При расчете размера налога, образованного в результате уклонения от их уплаты, должны приниматься во внимание только те налоги, налоговые ставки и их размеры, тарифы страховых взносов, которые были установлены законодательством для налогового (расчетного) периода, за который рассчитывается указанный размер. 

В обвинительном заключении должны быть указаны, какие конкретно нормы законодательства о налогах и сборах, действовавшего на момент совершения преступления, нарушены обвиняемым, а также сроки уплаты конкретного налога, сбора.

Отсутствие в обвинительном заключении вышеуказанных сведений исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения и является безусловным основанием для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Анализ обвинительного заключения показал, что в нем указаны только те нормы налогового законодательства РФ, в том числе общие, которые должен знать и соблюдать обвиняемый Верещагин К.Л. в силу занимаемого им должностного положения (

<

данные изъяты>). Какие конкретно нормы налогового законодательства РФ им нарушены, в обвинительном заключении не указано.

Время совершения преступления в обвинительном заключении указано с 01.01.2014 г. по 28.03.2017 г. за налоговый период с 01.01.2014 г. по 31.12.2016 г. Вместе с тем, налоговый период и сроки уплаты отдельно для каждого из налогов: НДС и на прибыль организаций в соответствии со ст. 55, 57 НК РФ не указаны. 

Помимо этого в обвинительном заключении действительно не приведены данные для расчета недоимки по налогам. Не указаны размер налоговой базы, налоговая ставка и др. со ссылкой на нормы налогового законодательства РФ. Фактически орган предварительного расследования указал лишь итоговые суммы исчисленных к уплате налогов. А отсутствие этих сведений в описании преступного деяния, которое является длящимся, не позволяет установить действительный размер обязательств, и, как следствие, размер ущерба, причиненного бюджетной системе РФ.

Таким образом, требования, предъявляемые к обвинительному заключению (ст. 220 УПК РФ), органом предварительного расследования не выполнены, а допущенные нарушения уголовно-процессуального закона препятствуют вынесению законного и обоснованного решения на основе данного обвинительного заключения.

Признавая законным решение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции считает необходимым обратить внимание органа предварительного расследования на сроки давности привлечения к уголовной ответственности (ст. 78 УК РФ). Преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 199 УК РФ, в совершении которого обвиняется Верещагин К.Л., относится к преступлениям небольшой тяжести, срок давности привлечения к уголовной ответственности за которое составляет два года.

На основании изложенного и руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 389.20, ч. 2 ст. 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

п о с т а н о в и л:

постановление Саткинского городского суда Челябинской области от 10 марта 2020 года в отношении ВЕРЕЩАГИНА Константина Леонидовича о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ оставить без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя Фурмановой Ю.С. и апелляционные жалобы представителей потерпевшего ФИО9 и ФИО6 – без удовлетворения.

Судья