Дело № 10-3334/2020 Судья Осташ С.И.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ постановление

г. Челябинск 06 июля 2020 года

Челябинский областной суд в составе судьи Иванова С.В.,

при ведении протокола помощником судьи Щепеткиной А.А., 

с участием: 

прокурора Поспеловой З.В.,

защитника осужденного ФИО1 – адвоката Березняковской Н.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя – помощника прокурора г. Коркино Челябинской области Миникевича М.С. на приговор Коркинского городского суда Челябинской области от 27 мая 2020 года, которым

ФИО1, родившийся 

<

данные изъяты>, судимый 

23 сентября 2009 года Копейским городским судом Челябинской области по ч. 3 ст. 30 и ч. 4 ст. 166 УК РФ (с учетом изменений, внесенных постановлением Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 25 апреля 2011 года) к наказанию в виде лишения свободы на срок 5 лет 6 месяцев, освобожденный после его отбытия 19 августа 2014 года;

16 февраля 2016 года Коркинским городским судом Челябинской области по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года с призванием осуждения условным и установлением испытательного срока на 2 года;

26 февраля 2018 года Красноармейским районным судом Челябинской области по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ с применением ст. 70 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев, освобожденного 11 июня 2019 года условно-досрочно на основании постановления Металлургического районного суда г. Челябинска от 31 мая 2019 года на 1 год 2 месяца 14 дней;

осужден по ч. 1 ст. 166 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 8 месяцев; в соответствии со ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения не отбытой части наказания по предыдущему приговору окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, до наступления которого время содержания под стражей с 01 апреля 2020 года зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за один день в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ. 

Заслушав доклад судьи Иванова С.В., выступления прокурора Поспеловой З.В., полагавшей приговор подлежащим изменению по доводам апелляционного представления; защитника осужденного ФИО1 – адвоката Березняковской Н.В., не возражавшей против удовлетворения представления в части не ухудшающей положение осужденного, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осужден за угон, то есть неправомерное завладение без цели хищения автомобилем, принадлежащим П.В.Д., совершенное в период времени с 14:00 до 16:00 21 сентября 2019 года, при обстоятельствах, описанных в приговоре, постановленном в прядке гл. 40 УПК РФ.

В апелляционном представлении государственный обвинитель, ссылаясь на несоблюдение судом первой инстанции требований ст. 297 УПК РФ, предлагает изменить приговор суда в связи с нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона и несправедливостью приговора, предлагая суду апелляционной мотивировать необходимость отмены условно-срочного освобождения.

В обоснование занятой позиции его автор, цитируя ст. 307 УПК РФ, обращая внимание на разъяснения, данные в п. 45 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», указывает на то, что суд в нарушение п. «б» ч. 7 ст. 79 УК РФ не обосновал необходимость отмены условно-досрочного освобождения по постановлению Металлургического районного суда г. Челябинска от 31 мая 2019 года при осуждении ФИО1 за вновь совершенное преступление средней тяжести. 

При этом фактически доводов о необходимости изменения приговора, связанных с необходимостью ухудшения положения осужденного, стороной обвинения не приведено; в чем выразилась несправедливость назначенного наказания: является ли оно чрезмерно строгим или мягким, государственным обвинителем в апелляционном представлении не определено; какие фактические обстоятельства надлежит оценить суду апелляционной инстанции для того, чтобы «мотивировать необходимость отмены условно-досрочного освобождения» не указано. 

Изучив материалы уголовного дела, заслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его удовлетворения путем приятия решения об изменении обжалуемого приговора с мотивированием вопроса о необходимости отмены условно-досрочного освобождения ФИО1 от наказания, назначенного ему по приговору от 26 февраля 2018 года. 

Как видно из материалов уголовного дела, при ознакомлении с ними в порядке ст. 217 УПК РФ ФИО1 заявил ходатайство о применении особого порядка судебного разбирательства (т. 1, л.д. 219, 221, 222), суду он также подтвердил добровольность волеизъявления при заявлении такого ходатайства, разъяснение ему защитником условий и порядка постановления приговора в соответствии с положениями гл. 40 УПК РФ (т. 2 л.д. 23). При этом в судебном заседании подробно выяснялось, добровольно ли заявил ФИО1 ходатайство, и проверялось соблюдение иных условий для его удовлетворения, предусмотренных законом. 

Как следует из протокола судебного заседания при производстве в суде первой инстанции ФИО1 вину в инкриминируемом деянии признал полностью, согласившись с предъявленным ему обвинением, признал иск потерпевшего о возмещении ущерба, причиненного преступлением, по его ходатайству, согласованному с защитником, против которого не возражали государственный обвинитель и потерпевший, уголовное дело рассмотрено в особом порядке принятия судебного решения, предусмотренном гл. 40 УПК РФ.

В соответствии с ч. 7 ст. 316 УПК РФ суд убедился в том, что обвинение, с которым согласился осужденный, является обоснованным и подтверждается доказательствами, собранными по делу, а предложенная следствием правовая оценка им содеянного является верной. Действия ФИО1 правильно квалифицированы судом по ч. 1 ст. 166 УК РФ.

Суд апелляционной инстанции не находит каких-либо веских оснований для того, чтобы усомнится в правильности данных выводов суда первой инстанции.

При назначении ФИО1 наказания за угон суд обоснованно и в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43 и 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности совершенного им преступления средней тяжести, данные о личности виновного, включая обстоятельства, отягчающее и смягчающие наказание, а также его влияние на исправление осужденного. 

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание осужденного, судом с должной полнотой учтены: признание им вины, в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – активное способствование расследованию и раскрытию преступления, выразившееся в участии при проверке показаний на месте (т. 1, л.д. 139-144), в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ – наличие малолетнего ребенка, а также состояние здоровья, отягощенное наличием 

<

данные изъяты> заболевания.

Обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, достоверные сведения о которых имеются в материалах уголовного дела, но не учтенных по итогам его рассмотрения по существу, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Не выявлено по уголовному делу и иных обстоятельств, которые надлежало бы признать смягчающими согласно ч. 2 ст. 61 УК РФ применительно к данным о личности ФИО1 и фактическим обстоятельствам совершения им угона. 

С достаточной полнотой отражены в приговоре и все иные юридически значимые сведения, характеризующие личность осужденного: касающиеся его возраста, семейного положения, его удовлетворительной характеристики по месту жительства. 

Обстоятельством, отягчающим наказание, суд первой инстанции обоснованно признал рецидив преступлений, что исключает возможность применения в отношении осужденного положений, предусмотренных ч. 6 ст. 15, ч. 2 ст. 53.1, ч. 1 ст. 62 УК РФ. 

Учитывая отсутствие каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с поведением ФИО1 во время и после преступления, цели его совершения, а равно иных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, суд первой инстанции обоснованно не счел возможным применить по уголовному делу положения ст. 64 УК РФ, что исключало возможность назначения ФИО1 любого иного вида наказания кроме лишения свободы. Исходя из того, что степень общественной опасности преступного деяния определяется именно конкретными обстоятельствами его совершения, в частности, способом, видом умысла, а также обстоятельствами, смягчающими наказание, относящимися к преступлению, оснований для переоценки данного вывода, суд апелляционной инстанции также не усматривает.

Проанализировав все смягчающие наказание обстоятельства в их совокупности, суд первой инстанции при назначении наказания обоснованно не счел возможным применить положения ч. 3 ст. 68 УК РФ. С учетом недостаточного исправительного исправительное воздействия на ФИО1 наказания, назначенного предыдущим приговором, данный вывод суд апелляционной инстанции признает верным. 

ФИО1 в течение непродолжительного временного периода после освобождения от реального наказания в виде лишения свободы, назначенного за совершение посягательства на собственность, было вновь совершено преступление; в связи с чем суд верно не счел возможным применить в отношении осужденного положения ст. 73 УК РФ, обоснованно посчитав, что только реальное отбывание наиболее строгого вида наказания, назначенного за совершенное преступление, сможет обеспечить достижение целей, предусмотренных ст. 43 УК РФ.

Ввиду отсутствия иных отягчающих наказание обстоятельств, помимо рецидива преступлений, наличия смягчающих наказание обстоятельств и данных о личности виновного, судом с соблюдением требований ч. 5 ст. 62 и ч. 2 ст. 68 УК РФ определена минимальная продолжительность срока лишения свободы.

Таким образом, мотивы избрания вида и срока наказания, приведены в приговоре и основаны на требованиях уголовного закона. Оно соответствует характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности осужденного, поэтому оснований для признания его несправедливым ввиду чрезмерной суровости судом апелляционной инстанции не усматривается.

Вид режима исправительного учреждения, назначенного для отбывания наказания в виде лишения свободы, – исправительная колония строгого режима – судом первой инстанции правильно назначен в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ. 

Вместе с тем, при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционного представления и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что из приговора подлежит исключению указание суда на применение при назначении ФИО1 наказания положений ч. 1 ст. 70 УК РФ, поскольку в данном случае данное решение основано на неправильном применении уголовного закона. 

Так, отменив условно-досрочное освобождение по приговору от 31 мая 2019 года, суд первой инстанции не привел какие-либо мотивы, по которым пришел к выводу о необходимости отмены и невозможности сохранения условно-досрочного освобождения. Между тем, в силу п. «б» ч. 7 ст. 79 УК РФ в случае совершения осужденным умышленного преступления средней тяжести в течение оставшейся не отбытой части наказания вопрос об отмене либо о сохранении условно-досрочного освобождения решается судом. При этом суд обязан мотивировать необходимость как отмены, так и сохранения условно-досрочного освобождения.

Совершение ФИО1 преступления средней тяжести в период условно-досрочного освобождения само по себе не влекло обязательной отмены условно-досрочного освобождения, поэтому необходимость его отмены и невозможность его сохранения суду первой инстанции надлежало мотивировать в приговоре. 

Отсутствие в приговоре мотивов принятого судом решения об отмене условно-досрочного освобождения свидетельствует о необоснованности такого решения, в связи с чем из приговора подлежит исключению указание суда на применение при назначении ФИО1 наказания положений ч. 1 ст. 70 УК РФ.

Оставляя без удовлетворения апелляционное представление, суд апелляционной инстанции исходит из следующего. 

Согласно ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ обвинительный приговор суда первой инстанции подлежит изменению в сторону ухудшения положения осужденного не иначе как по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего, частного обвинителя, их законных представителей и (или) представителей.

При указанном нарушении уголовного закона назначение судом первой инстанции ФИО1 окончательного наказания по совокупности приговоров является неправомерным. 

Государственный обвинитель, предлагая суду апелляционной инстанции мотивировать решение о необходимости отмены условно-досрочного освобождения, тем самым просит устранить правовое препятствие для признания окончательного наказания осужденного законным и обоснованным.

По настоящему уголовному делу недопустимо принятие судом апелляционной инстанции решения об изменении приговора путем самостоятельного мотивирования необходимости отмены условно-досрочного освобождения или его сохранения при совершении осужденным преступления средней тяжести, поскольку такой вопрос в принципе судом первой инстанции не разрешался. Иное означало бы неустранимое умаление права ФИО1 на обжалование приговора, не вступившего в законную силу. 

Если в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции допущено нарушение уголовного закона, неустранимое в суде апелляционной инстанции, как это имеет место и в настоящем случае, обвинительный приговор или иные решения суда первой инстанции подлежат отмене с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство.

При этом государственным обвинителем не поставлен вопрос об отмене приговора с направлением уголовного дела на новое рассмотрение суда первой инстанции. Более того, в апелляционном представлении фактически не приведено никаких аргументов и юридически значимых обстоятельств, свидетельствующих, по мнению государственного обвинителя, о необходимости отмены условно-досрочного освобождения. 

Таким образом, поданное по делу апелляционное представление нельзя рассматривать как направленное на ухудшение положения осужденного, а его удовлетворение недопустимо в силу ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ, что не исключает обязанность суда апелляционной инстанции устранить допущенное судом первой инстанции нарушение, выразившееся в неправильном применении уголовного закона. 

Иных нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, влекущих необходимость отмены приговора, допущенных в ходе предварительного следствия и при рассмотрении дела судом первой инстанции, не установлено.

Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора соответствует требованиям ч. 8 ст. 316 УПК РФ. 

Руководствуясь п. 3 ст. 389.15, п. 1 ч. 1 ст. 389.18, п. 9 ч. 1 ст. 389.20, п. 1 ч. 1 ст. 389.26, ст. 389.28, ч. 2 ст. 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Коркинского городского суда Челябинской области от 27 мая 2020 года в отношении ФИО1 изменить, исключив указание на применение положений ст. 70 УК РФ при назначении ФИО1 наказания.

Считать ФИО1 осужденным по ч. 1 ст. 166 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 8 месяцев.

В остальной части приговор оставить без изменения, в удовлетворении апелляционного представления отказать. 

Судья