РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

20 июля 2017 года г. Тула

Пролетарский районный суд г. Тулы в составе:

председательствующего Самозванцевой Т.В.,

при секретаре Артамоновой С.И.,

с участием: 

истца ФИО1 и его представителя по доверенности ФИО2,

представителя ответчика ФИО3 по ордеру и доверенности адвоката Ватанской О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело № 2-983/2017 по иску ФИО1 к ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки. 

В обоснование иска указал, что являлся собственником квартиры по адресу: г

<

адрес>. С ДД.ММ.ГГГГ он страдал 

<

данные изъяты>. В ДД.ММ.ГГГГ у него выявлено серьезное заболевание, ему был поставлен диагноз – 

<

данные изъяты>. Состояние здоровья его значительно ухудшалось, после медицинских исследований ему было показано оперативное лечение. ДД.ММ.ГГГГ была сделана операция – 

<

данные изъяты>. После проведенного лечения его состояние не улучшилось и в настоящее время ему поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>. В ДД.ММ.ГГГГ он не смог попасть в принадлежавшую ему квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, так как туда его не пустила супруга - ФИО3, которая также забрала у него ключи от квартиры. В настоящее время он проживает с матерью - ФИО4 и сестрой - ФИО2 по адресу: 

<

адрес>. Из полученной в ДД.ММ.ГГГГ выписки из ЕГРН, ему стало известно, что квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, в настоящее время принадлежит на праве собственности супруге - ФИО3, дата государственной регистрации права - ДД.ММ.ГГГГ. В силу своего состояния здоровья он не помнит, что совершал с ответчицей какую-либо сделку по отчуждению ей спорной квартиры. Считал, что сделка по отчуждению им спорной квартиры ответчику является недействительной на основании ст. 177 ГК РФ, поскольку состояние его здоровья не позволяло понимать значение своих действий и руководить ими на момент совершения сделки. Ответчик воспользовалась его состоянием для решения вопроса об отчуждении ей принадлежащего ему имущества. 

Истец просит суд признать сделку, связанную с переходом права собственности на имя ФИО3 на квартиру, расположенную по адресу: г

<

адрес>, номер государственной регистрации права № от ДД.ММ.ГГГГ, недействительной; применить последствия недействительности сделки; право собственности ФИО3 на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, прекратить; признать за ним (ФИО1) право собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель по доверенности ФИО2 поддержали исковые требования, просили суд их удовлетворить. Заявили, что не согласны с выводами психолого-психиатрической экспертизы.

В предварительном судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО1 пояснял, что в браке с ответчиком состоит с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время, брак между ними не расторгнут Собственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, являлся он с ДД.ММ.ГГГГ. В спорной квартире зарегистрирован только он. О том, что спорная квартира принадлежит теперь его супруге, узнал только зимой ДД.ММ.ГГГГ. На вопрос председательствующего, какое было состояние его здоровья в ДД.ММ.ГГГГ, истец пояснил, что у него были приступы головной боли, он часто терял сознание. Он заболел в ДД.ММ.ГГГГ. До зимы ДД.ММ.ГГГГ он работал на заводе «Ванадий Тула» в должности крановщика. Затем устроился крановщиком на кирпичный завод. На вопрос председательствующего, какое было состояние его здоровья на момент совершения сделки, истец ФИО1 пояснил, что чувствовал себя плохо, регулярно терял сознание. О том, что между ним и ответчиком была совершена сделка, он не помнит. В ДД.ММ.ГГГГ лекарства не принимал. Когда трудоустраивался на новое место работы медицинское освидетельствование не проходил, он подал заявление, его приняли. Врачи на новом месте его не осматривали. Работая на новом месте, название организации он не помнит, он самостоятельно обратился к терапевту, ему выдали больничный лист, с тех пор на работу он больше не выходил, после операции уволился. На вопрос представителя ответчика, каким образом у него отобрали ключи от квартиры, истец пояснил, что он ездил в гараж за картошкой, вернулся, привез, посмотрел – в сумке не оказалось ключей. Пошел в машину. Хотел вернуться домой, супруга ему не открыла дверь. Сын тоже не открыл. На вопрос председательствующего, у него когда-либо были намерения подарить квартиру, истец пояснил – нет, никогда. Ему очень тяжело досталась эта квартира. На договоре дарения стоит его подпись. Он лишен водительских прав весной, год не помнит. Он очень плохо себя чувствует.

В предварительном судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ пояснил, что ФИО3 является его супругой. От брака у них есть сын – Алексей. До ДД.ММ.ГГГГ они все вместе проживали в спорной квартире. В настоящее время чувствует себя очень плохо, может что-то перепутать. О том, когда и при каких обстоятельствах была совершена сделка, он не помнит. Жена относилась к нему всегда не очень хорошо. Автомобилем он управлял с момента получения водительского удостоверения, когда получил, не помнит. Он до операции водил машину. Операция была в ДД.ММ.ГГГГ. В тот период он чувствовал себя плохо, терял сознание, память. Он работал до операции на кирпичном заводе, был уволен ДД.ММ.ГГГГ. Непосредственно перед операцией не работал, находился на больничном. После операции автомобилем не управлял, выехал в первый раз, и его лишили водительских прав. У него есть сын Алексей, дату рождения сына не помнит. Не помнит, отмечали ли его день рождения на даче. На вопрос представителя ответчика, когда устраивались на работу в ООО «Новокерамика», медицинское освидетельствование проходили, истец пояснил, что он устраивался по старому медицинскому заключению. У него на руках была амбулаторная карта, он представил ее в ООО «Новокерамик». На вопрос председательствующего, совершал ли он сделку по отчуждению квартиры, истец пояснил, что не помнит. 

Представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО2 ранее в предварительном судебном заседании пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ истец пришел жить к ним. По настоящее время они проживают в квартире их матери. После ДД.ММ.ГГГГ ответчик позвонила и потребовала от Николая денежные средства на оплату ЖКУ. Он пояснил, что денежных средств у него нет. И ответчик потребовала, чтобы Николай выписался. После этого они взяли выписку из Единого реестра прав на недвижимое имущество и обнаружили, что собственником квартиры является Наталья. До ДД.ММ.ГГГГ они с братом общались очень редко – 1 раз в месяц, он приходил навестить мать. Она видела его не каждый раз, так как находилась на работе. Они не знали о заболевании Николая. Узнали случайно, им рассказал сосед. Когда они пришли в больницу, Николай их первое время не узнавал. Они не знали об отчуждении квартиры. Он сам никогда об этом не говорил. 

Представитель ответчика ФИО3 по ордеру и доверенности Ватанская О.В. согласилась с результатами проведенной судебной психолого-психиатрической экспертизой, исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении. Также полагала, что пропущен срок исковой давности. В материалах дела содержится письменное заявление о применении срока исковой давности. Ранее в судебных заседаниях пояснила, что сделка была совершена истцом добровольно по его инициативе. ДД.ММ.ГГГГ был заключен между истцом и ответчиком договор дарения. Права были разъяснены, договор прошел обязательную государственную регистрацию. Претензий истцом не предъявлялось. В конце ДД.ММ.ГГГГ - начале ДД.ММ.ГГГГ и позже истец мог работать на кране, управлять автомобилем, что свидетельствует о том, что истец осознавал значение своих действий. Отношения с родственниками были очень напряженными. В сложившейся ситуации прослеживается явная заинтересованность в жилой площади истца. ФИО1 сам предложил совершить сделку, хотел, чтобы квартира осталась его сыну, но поскольку сын был несовершеннолетним, сделка была совершена между истцом и ответчиком. Возможно, сейчас состояние здоровья ухудшилось. На момент заключения сделки тяжелого состояния здоровья не наблюдалось. 

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, о месте и времени его проведения извещена, ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Представитель третьего лица Управления Росреестра по Тульской области, извещенный о времени и месте судебного заседания, не явился.

Руководствуясь положениями статьи 167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав объяснения участвующих в деле лиц, огласив показания свидетелей ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, изучив письменные материалы данного гражданского дела, обозрев медицинскую документацию в отношении ФИО1, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

Положениями Конвенции о защите прав человека и основных свобод, заключенной в Риме 04 ноября 1950 года, ратифицированной Федеральным законом от 30.03.1998 года № 54-ФЗ, закреплено право каждого физического и юридического лица на уважение принадлежащей ему собственности и ее защиту, не ущемляющее право государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществление контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами. 

В соответствии с положениями статьи 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно Конституции Российской Федерации право частной собственности охраняется законом; каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.

В силу пункта 2 статьи 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

На основании п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО1 являлся собственником квартиры, расположенной по адресу: г. 

<

адрес>, на основании договора передачи с ГУ МЖХ г. Тулы № от ДД.ММ.ГГГГ.

Между ФИО1 и ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ заключен договор дарения, в соответствии с которым ФИО1 (даритель) безвозмездно передал жене ФИО3 (одаряемый) в собственность принадлежащую ему однокомнатную квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>.

Согласно выписке из ЕГРП от ДД.ММ.ГГГГ № право собственности ФИО3 зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ, о чем выдано свидетельство №.

В исковом заявлении и в судебном заседании истец ФИО1 и его представитель по доверенности ФИО2 оспаривали договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ по основанию, предусмотренному статьей 177 ГК РФ, ссылаясь на то, что ФИО1 в момент подписания договора дарения не мог понимать значение своих действий и руководить ими. 

В силу положений ч. 2 ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основании договора и в определении любых, не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии со статьей 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

Согласно статье 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находящимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (ч. 1 ст. 167 ГК РФ).

Статьей 12 ГК РФ, содержащей способы защиты гражданских прав, установлено, что защита гражданских прав производится, в том числе и путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст.123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Разрешая возникший спор, суд, исходит из того, что по данной категории споров доказательствами наличия у лица возможного порока воли в юридически значимый момент (составление и подписание договора дарения ДД.ММ.ГГГГ) могут служить сведения о его психическом состоянии в периоде, предшествующем событию либо сразу после него, нуждаемость лица в медицинской помощи по психиатрическому направлению, сведения о совершении им поступков, которые выделяются из общего ряда, в силу чего воспринимаются окружающими как неадекватные.

Для проверки доводов истца ФИО1 и его представителя по доверенности ФИО2 и возражений представителя ответчика ФИО3 адвоката по ордеру ФИО10 судом были истребованы и исследованы медицинские документы ФИО1 (медицинская карта амбулаторного больного из ГУЗ «Городская больница № 9», заверенная надлежащим образом история болезни ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ из ГУЗ «Тульская областная клиническая больница», медико-экспертные документы из ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Тульской области» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации, медицинская справка ООО «Новокерамик»), допрошены свидетели, как со стороны истца, так и со стороны ответчика, по делу проведена амбулаторная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, по заключению которой ФИО1 в период 08 ДД.ММ.ГГГГ обнаруживал признаки 

<

данные изъяты> (ответ на вопрос 1). Диагноз подтверждается данными анамнеза - 

<

данные изъяты>. Учитывая отсутствие нарушений поведения, острой психотической симптоматики 

<

данные изъяты> состоянию на период составления договора ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 мог понимать значение своих действий и руководить ими (ответ на вопрос 2).

Ответ психолога. При ретроспективном анализе представленных материалов («Гражданское дело», истории болезни, амбулаторная карта), данных настоящего исследования, можно сделать вывод о том, что таких индивидуально - психологических особенностей личности, которые могли бы оказать существенное влияние на его решение подписать договор дарения своей квартиры на ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года, например, как склонность к повышенной внушаемости, подчиняемость, у ФИО1 не выявлено, вследствие его осознанного желания «подарить квартиру жене, а не родственникам», а также отсутствия данных за то, что у него были признаки повышенной внушаемости.

Заключение амбулаторной судебно-психиатрической экспертной комиссии ГУЗ «Тульская областная клиническая психиатрическая больница № 1 им. Н.П. Каменева» составлено в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 86 ГПК РФ, в распоряжение экспертов были предоставлены все имеющиеся в материалах дела доказательства, которые ими учитывались, что следует из текста заключения. Данное заключение подготовлено компетентными специалистами в соответствующей области медицины, которым были разъяснены их права и обязанности, предусмотренные ст. 85 ГПК РФ, и которые в установленном порядке предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Выводы экспертов основаны на материалах гражданского дела, а также на первичной медицинской документации ФИО1; сомнений в правильности и обоснованности заключения экспертной комиссии не имеется, оно в полном объеме соответствует требованиям ст. 55, 59 - 60 ГПК РФ.

Нарушений Закона РФ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» в ходе производства экспертизы не установлено.

Организация и проведение судебно-психиатрических экспертиз регулируются и Инструкцией об организации производства судебно-психиатрических экспертиз в отделениях судебно-психиатрических учреждений, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 30.05.2005 года № 370. Заключение комиссии судебно-психиатрических экспертов ГУЗ «Тульская областная клиническая психиатрическая больница № 1 им. Н.П. Каменева» соответствует требованиям данной Инструкции.

По смыслу положений ст. 55, 86 ГПК РФ экспертное заключение является одним из видов доказательств по делу; суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем законодателем в статье 67 ГПК РФ закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях части 3 статьи 86 ГПК РФ отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими представленными доказательствами по правилам статьи 67 ГПК РФ.

Из ответа ГУЗ «Тульский областной наркологический диспансер №1» следует, что по данным в информационной системе ГУЗ «Тульский областной наркологический диспансер №1» ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на диспансерном учете в ГУЗ «ТОНД №1» не состоит. 

Согласно ответу диспансерного отделения ГУЗ «Тульская областная клиническая психиатрическая больница №1 имени Н.И. Каменева» от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 на диспансерном наблюдении не значится. 

Судом были допрошены в качестве свидетелей по делу следующие лица: ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9

Свидетель ФИО5 поясняла, что истец, является ее племянником, у них хорошие, родственные отношения. В ДД.ММ.ГГГГ она узнала от своего соседа, что Николай лежит в больнице. Когда они приехала к нему в больницу, он был уже прооперирован. Длительное время они не говорила его матери, ее родной сестре, о его болезни. В больницу к Николаю ходили все родственники. Она (свидетель) замечала, что его состояние заторможенное. На вопросы председательствующего пояснила, что заботились о нем, носили продукты. Заметили, что из тумбочки продукты пропадали. Решили, что их забирает жена Николая - Наталья. После его выписки родственников в квартиру не пускали. Ей известно, что в настоящее время квартира находится в собственности ФИО12. При ней (свидетеле) не говорил, что хочет подарить квартиру. О совершенной сделке она (свидетель) узнала в ДД.ММ.ГГГГ. В конце ДД.ММ.ГГГГ – начале ДД.ММ.ГГГГ общалась с истцом редко. В больнице истец родственников узнавал. На вопрос председательствующего, как изменилось состояние здоровья истца до операции и после нее, пояснила, что до операции о состоянии здоровья истца пояснить не может. Николай не жаловался им на здоровье. 

Свидетель ФИО6 поясняла, что она знакома с семьей ФИО11. ФИО16 – ее двоюродная сестра, она была на свадьбе Николая и ФИО12. У них очень хорошие родственные взаимоотношения. В ДД.ММ.ГГГГ был день рождения у отца ФИО12. На дне рождения присутствовали Наталья, Николай, ФИО13, ФИО14, другие родственники. Николай говорил, что имеет намерения подарить квартиру Наталье. Он говорил, что если с ним что-то случится, ему хотелось бы, чтобы квартира осталась Наталье и сыну, а не его родственникам. Он жаловался на головные боли. В ДД.ММ.ГГГГ ей позвонили родственники. Сообщили о заболевании Николая. В ДД.ММ.ГГГГ Николай перенес операцию. В ДД.ММ.ГГГГ Николай приезжал на автомобиле к ним, самочувствие его было нормальным. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ они не виделись. Изначально Николай не хотел оформлять дарственную. Но, узнав о своем заболевании, и тот факт, что операция может пройти не совсем успешно, решил оформить договор дарения на Наталью. В начале ДД.ММ.ГГГГ, на своем дне рождении он сам рассказал, что оформил с Натальей договор дарения. Его родственников никогда не было на его дне рождения, они его никогда не поздравляли. Они не были на свадьбе. С ФИО1 общались летом ДД.ММ.ГГГГ, он приезжал к ним на дачу. Отклонений в его поведении она не заметила. Он всегда был добрым, улыбчивым. И до операции, и после операции он был нормальным, адекватным человеком. Изменений в поведения не заметила. Он жаловался на боли 

<

данные изъяты>, пояснял, что это начало происходить после операции. Проблем с памятью до операции у ФИО1 не было. Договор дарения Николай оформил, потому что его мучили головные боли, он опасался за свое здоровье. Пояснила, что ФИО1 уважительный, добрый и в то же время хитрый. 

Свидетель ФИО7 поясняла, что ФИО16 - двоюродная сестра ее супруга. Они встречались очень часто. С ФИО16 она знакома с ДД.ММ.ГГГГ, с ним она общалась 2-3 раза в год. Николай и Наталья приезжали к ним на дачу в летний период. Приглашали их на день рождения сына Алексея. ФИО16 - мягкий, уступчивый. Наталья - заботливая жена, у них были теплые взаимоотношения. Летом ДД.ММ.ГГГГ Николай на своем автомобиле возил их на дачу. Каких-либо внешних изменений до операции и после операции она не обнаружила. Наталья ухаживала за Николаем после операции. Родственников Николая она никогда не видела, их не было ни на свадьбе, ни на семейных торжествах. Летом ДД.ММ.ГГГГ она видела Николая, впечатления больного человека Николай не производил. Так же видела его до операции, когда именно, вспомнить не смогла. Наталья поясняла по поводу договора дарения, что Николаю хотелось, чтобы квартира осталась ей и сыну, а не его родственникам, в случае неудачного исхода операции. Летом ДД.ММ.ГГГГ Николай сказал, что перед операцией оформил с Натальей договор дарения. ДД.ММ.ГГГГ ей позвонила Наталья, сообщила, что Николай намерен развестись с ней. Она (свидетель) удивилась, так как они всегда жили мирно. Это он ее периодически выгонял из квартиры. 

Свидетель ФИО8, работающая в ГУЗ «ГБ № 9 г. Тулы» в должности 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ, пояснила, что ФИО1 наблюдался у нее с ДД.ММ.ГГГГ. Неврология отвечает за заболевания, связанные с заболеванием центральной нервной системы. К ней ФИО1 обратился в ДД.ММ.ГГГГ, ранее он наблюдался у другого доктора, который не работает в больнице. В ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился с жалобами на 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 прошел МРТ, было выявлено 

<

данные изъяты>. Терапевт направил ФИО1 на дообследование в КДЦ Тульской области к нейрохирургу. ДД.ММ.ГГГГ нейрохирургом подтверждена 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 наблюдался у невролога со следующими жалобами: 

<

данные изъяты>. Больничный лист был открыт ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 повторно был направлен в КДЦ на обследование к нейрохирургу с жалобами на 

<

данные изъяты>, от операции отказался. ДД.ММ.ГГГГ в ГУЗ «ГБ № 9 г. Тулы» на приеме у невролога диагноз был установлен тот же – 

<

данные изъяты>, жалобы те же. ДД.ММ.ГГГГ наблюдался у терапевта с теми же диагнозом и симптомами. ДД.ММ.ГГГГ был направлен терапевтом на госпитализацию. На вопрос председательствующего, в состоянии, в котором ФИО1 находился в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, человек способен осознавать свои действия, свидетель пояснила, что она не наблюдала пациента в данный период. И мог осознавать и не мог осознавать. На вопрос представителя ответчика, в медицинской карте отклонения в поведении зафиксированы, свидетель пояснила – нет. Утрата сознания без судорог была. Операция состоялась ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился к ней с жалобами на 

<

данные изъяты> паралич не установлен. ДД.ММ.ГГГГ была повторная явка пациента. На вопрос представителя ответчика, психическое состояние пациента вызывало опасения, свидетель пояснил – нет. Это было бы отражено в амбулаторной медицинской карте. ДД.ММ.ГГГГ терапевтом рекомендовано направление на МСЭ. На вопрос представителя ответчика, по записям узких специалистов в спорный период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ записи об отклонении в поведении истца имеются, свидетель ответила – нет. На вопрос представителя ответчика, какое состояние здоровья ФИО1 в настоящий момент, свидетель пояснила, что после оперативного лечения наблюдается 

<

данные изъяты>. 

Свидетель ФИО9 пояснила, что ФИО1, ФИО2 ее племянники. У них всегда были хорошие взаимоотношения. ФИО16 знает со свадьбы. В гостях у Николая и ФИО12 никогда не была. Ей известно, что Наталья никогда не работала. Николай работал в должности крановщика в ОАО «Тулачермет» до того момента, когда узнал о своем заболевании. Николай приходил к ней за денежными средствами, обычно раз в месяц. После операции Николай перестал работать, ему установили инвалидность. До операции он жаловался на головные боли, рассказывал, что терял сознание, а Наталья никогда не вызывала Скорую помощь, не помогала. Она выгоняла Николая из дома. У нее (свидетеля) доверительные отношения с истцом. Разговоров об отчуждении квартиры не было. Наталья не была зарегистрирована в спорной квартире. Ей (свидетелю) стало известно об отчуждении квартиры в ДД.ММ.ГГГГ. Об операции узнала случайно. После операции Николай был невменяемым, родственников узнавал плохо. Автомобилем управлял и до операции и после. Осенью ДД.ММ.ГГГГ она общалась с истцом один раз в месяц, Николай обращался к ней за помощью. Где ФИО1 отмечал Новый год с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ пояснить не смогла. В ДД.ММ.ГГГГ Николай жаловался на 

<

данные изъяты>. Об отчуждении принадлежащей ему квартиры ей не говорил. После операции Николай жаловался на 

<

данные изъяты>.

У суда нет оснований не доверять показаниям свидетелей, в связи с чем, суд, исходя из положений ст. ст. 59, 60, 67 ГПК РФ признает их относимым, допустимым и достоверным доказательством по делу. Доказательств, опровергающих показания допрошенных свидетелей, суду в процессе рассмотрения дела не представлено. 

В совокупном анализе показания указанных выше свидетелей не дают оснований полагать, что в момент составления и подписания договора дарения ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 не понимал значение своих действий и не мог руководить ими. 

Допрошенные по инициативе стороны истца ФИО1 в ходе судебного разбирательства свидетели ФИО15, ФИО9 не сообщили суду каких-либо сведений, опровергающих вышеизложенный вывод, поскольку, как следует из пояснений указанных свидетелей, их общение с ФИО1 носило эпизодический, непостоянный характер; о намерении ФИО1 заключить сделку об отчуждении принадлежащей ему на праве собственности квартиры не сообщал.

Бремя доказывания того факта, что в момент составления и подписания договора дарения ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 не понимал значения своих действий и не мог руководить ими, в силу статьи 56 ГПК РФ возлагается именно на истца, однако достоверных доказательств того, что в момент заключения совершения юридически значимых действий ФИО1 не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, суду не представлено. 

Оценив приведенные выше выводы экспертов в совокупности и взаимосвязи с иными исследованными доказательствами (объяснениями сторон, письменными документами, свидетельскими показаниями) об обстоятельствах жизни, состоянии здоровья ФИО1, учитывая, что каких-либо иных дополнительных доказательств, медицинской документации о его состоянии здоровья в юридически значимый период не представлено, какие-либо новые обстоятельства судом не выявлены, медицинские документы, подтверждающие наличие у ФИО1 заболеваний, в силу которых он на момент составления и подписания договора дарения не мог понимать значение своих действий и руководить ими, отсутствуют, суд полагает, что добытые по делу доказательства в их совокупности не позволяют вынести суждение о том, что в юридически значимый период (ДД.ММ.ГГГГ) ФИО1 не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, в связи с чем отсутствуют правовые основания для удовлетворения исковых требований ФИО1 о признании договора дарения квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки. 

По иным основаниям договор дарения истцом ФИО1 не оспаривался. ФИО1, будучи законным владельцем спорного имущества, в соответствии с п. 2 ст. 209, ст. 572 ГК РФ распорядился принадлежащим ему имуществом и произвел его отчуждение в пользу ответчика ФИО3 по договору дарения. 

Кроме того, при принятии решения об отказе в удовлетворении исковых требований суд учитывает заявление представителя ответчика ФИО3 по доверенности и по ордеру адвоката Ватанской О.В. о применении срока исковой давности.

Поскольку истцу отказано в удовлетворении исковых требований, понесенные им судебные расходы возмещению не подлежат. 

Согласно ч. 3 ст. 144 ГПК РФ в случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска.

Следовательно, обеспечительные меры, принятые определением Пролетарского районного суда г. Тулы от ДД.ММ.ГГГГ года в виде ареста на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>; запрета ФИО3 и Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тульской области совершать регистрационные действия в отношении квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, сохраняют свое действие до вступления в законную силу решения суда. 

На основании изложенного, рассмотрев дело в пределах поддержанных исковых требований, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки отказать. 

Меры обеспечения иска в виде ареста на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, запрета ФИО3 и Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тульской области совершать регистрационные действия в отношении квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, сохранить до вступления решения суда в законную силу. 

Решение может быть обжаловано в Тульский областной суд путем подачи апелляционной жалобы в Пролетарский районный суд г. Тулы в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий Т.В. Самозванцева