Председательствующий Белькевич О.В. №22-6817/2020

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г.Красноярск 27 октября 2020 г.

Суд апелляционной инстанции 

Красноярского краевого суда в составе: 

председательствующего Граненкина В.П.,

при секретаре Колесниковой Т.С.,

с участием: 

прокурора Гауса А.И., 

потерпевшего Потерпевший №1,

осуждённого ФИО3,

адвоката Рябинкиной Т.В., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе с дополнениями осуждённого ФИО3 на приговор 

<

адрес> от 

<

дата>, которым

М е д в е д е в С.В. С.В. года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин РФ, с высшим образованием, разведённый, имеющий на иждивении несовершеннолетнего ребёнка, проживающий по адресу: 

<

адрес>, не работающий, несудимый,

осуждён по ч.4 ст.264 УК РФ (в редакции Федерального закона от 

<

дата> №528-ФЗ) к 4 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права управления транспортными средствами сроком на 2 года, с исчислением срока наказания с момента вступления приговора в законную силу.

В срок отбытого наказания зачтён срок заключения под стражу в период предварительного расследования с 

<

дата> по день вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п.«в» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания ФИО3 под стражей с 

<

дата> до вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчёта один день за два дня отбывания наказания в колонии-поселении. 

Приговором также разрешена судьба вещественных доказательств и вопрос по мере пресечения. 

Заслушав доклад судьи Красноярского краевого суда Граненкина В.П. по обстоятельствам уголовного дела и апелляционным доводам, поддержанным осуждённым ФИО3 и адвокатом Рябинкиной Т.В., выступление прокурора Гауса А.И. и потерпевшего Потерпевший №1, которые возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции 

у с т а н о в и л :

ФИО3 признан виновным и осуждён за то, что 

<

дата> около 21 часа 15 минут в 

<

адрес> края, находясь в состоянии опьянения, управляя автомобилем, нарушил Правила дорожного движения и совершил наезд на пешехода ФИО1, что повлекло наступление его смерти по неосторожности при обстоятельствах, которые суд подробно изложил в приговоре.

В суде первой инстанции ФИО3 вину в предъявленном ему обвинении полностью признал.

В апелляционной жалобе с дополнениями к ней осуждённый ФИО3 выражает несогласие с вынесенным в отношении него приговором. Указывает, что при назначении наказания суд применил положения ч.7 ст.316, ч.1 ст.62 УК РФ, вместе с тем назначил наказание в виде 4 лет лишения свободы. В обоснование своих доводов ссылается на постановление Пленума ВС РФ №29 от 30.06.2015 г., согласно которому при повторном рассмотрении уголовного дела суд не мог назначить ему более 3 лет лишения свободы. Считает, что апелляционной инстанцией незаконно отменён предыдущий приговор в отношении него, поскольку потерпевшему Потерпевший №1 в присутствии участников процесса были разъяснены положения о рассмотрении уголовного дела в особом порядке. Вместе с тем, из-за халатного отношения данные разъяснения не внесены секретарем в протокол судебного заседания. Считает, что нарушены его права, предусмотренные Конституцией РФ и ст.ст. 6, 46, 91, 92 УПК РФ. Данные нарушения выразились в том, что он допрошен по делу 

<

дата>, а должен был допрашиваться до 21 часа 15 минут 

<

дата> Протокол административного задержания был составлен, чтобы скрыть некомпетентность следственных органов ОП МО МВД 

<

данные изъяты>». Считает существенным нарушением вынесение постановления о назначении судебного заседания менее чем за 14 суток, что не соответствует требованиям ст.233 УПК РФ. Также им было направлено ходатайство о проведении предварительного слушания и рассмотрении уголовного дела в особом порядке, однако, ответа на данное ходатайство он до настоящего времени не получил. Указывает, что при рассмотрении уголовного дела суд, удалившись в совещательную комнату, по возвращению из неё возобновил судебное следствие, что является существенным нарушением, поскольку не предусмотрено нормами УПК РФ. Также после повторного удаления суда в совещательную комнату приговор был провозглашён через 30 минут, что свидетельствует о том, что приговор был готов заблаговременно. Судом не принята во внимание видеозапись с видео-регистратора, флэш-карта которого была изъята инспектором ДПС Свидетель №2, которая находилась у него 69 дней, а после этого на ней отсутствовала запись происшествия. Из представленных в уголовном деле фотографий не видно царапин, сколов или повреждений на бампере, фарах и других элементах кузова, просматривается мятый регистрационный знак, который был ранее поврежден в ДТП. Просит обратить внимание на то, что бампер автомобиля сделан из хрупкого пластика, который должен оставить на себе вмятины, сколы и иные повреждения, которые отсутствуют. Обращает внимание, что автотехническая экспертиза проведена без его уведомления, нет подписи эксперта о разъяснении прав и предупреждении об уголовной ответственности. В экспертизе отсутствует заключение о том, каким образом могли быть причинены повреждения, механизм их образования. Полагает, что повреждения на автомобиле могли образоваться в результате перемещения его со спецстоянки на экспертизу и обратно. Указывает, что в приговоре показания свидетелей ФИО23 и ФИО24 отражены не в полном объёме. В обоснование своих доводов цитирует показания этих свидетелей. Отмечает, что в судебно-медицинской экспертизе не сказано, удалось ли выжить потерпевшему в том случае, если ему бы была оказана надлежащая медицинская помощь. Обращает внимание, что не проверялось соответствие нерегулируемого пешеходного перехода ГОСТу. Считает, что судом ему назначено чрезмерно суровое наказание без учёта требований закона. Убеждён, что имеющиеся смягчающие наказание обстоятельства, а также характеризующие личность данные позволяли суду назначить менее строгое наказание. Судом также не учтено его состояние здоровья и близких родственников. Указывает, что автомобиль был признан вещественным доказательством только через 52 дня. Обращает внимание на то, что 

<

дата> мировым судьей судебного участка № в 

<

адрес> ему назначено наказание в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на 1 год 5 месяцев. В обжалуемом им приговоре ему также назначено наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 года. На основании изложенного, просит приговор изменить и снизить наказание до 3 лет 1 месяца лишения свободы; дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, отменить; признать датой его ареста фактическую дату задержания 

<

дата>; вещественным доказательством по делу признать транспортное средство с момента его осмотра, фотографирования и составления протокола осмотра места происшествия, то есть с 

<

дата>; из числа доказательств исключить заключения автотехнической экспертизу и судебно-медицинской экспертиз. 

В возражениях на апелляционные жалобы осуждённого ФИО3 потерпевший Потерпевший №1 указывает, что приговор является законным, обоснованным и мотивированным, поэтому просит назначенное ФИО3 наказание оставить без изменения. 

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционной жалобы осуждённого с дополнениями, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции оснований для изменения приговора не находит, поскольку приговор отвечает требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ.

Выводы суда первой инстанции о виновности ФИО3 в совершении указанного преступления, основаны на имеющихся в материалах дела доказательствах, непосредственно исследованных в судебном заседании, допустимость и достоверность которых сомнений не вызывают.

В обоснование выводов о виновности ФИО3 в совершении преступления суд первой инстанции обоснованно сослался на показания потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей ФИО6, Свидетель №1, Свидетель №2, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, а также на показания эксперта ФИО14, подробное содержание которых изложено в судебном акте. 

Кроме того вина ФИО3 в содеянном подтверждается иными материалами уголовного дела, исследованными в ходе судебного разбирательства: протоколами осмотра места происшествия - участка проезжей части 

<

адрес>, где произошло ДТП, с фототаблицами к ним(т.1, л.д.27-39,48-58); протоколом осмотра кабинета приёмного отделения КГБУЗ «

<

адрес>» и изъятия вещей ФИО1, 

<

дата> года рождения (т.1, л.д.61-66); заключением судебно-медицинской экспертизы (экспертизы трупа) №-Э от 

<

дата> по факту смерти ФИО1, 

<

дата> года рождения (т.1,л.д.228-235); протоколом осмотра автомобиля марки «TOYOTA CARIB», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> года выпуска, в кузове чёрно-серого цвета, на котором совершён наезд на пешехода ФИО1 (т.1, л.д.71-81); заключением автотехнической экспертизы № от 

<

дата> (т.1, л.д.241-248); протоколами изъятия вещественных доказательств и протоколами их осмотра.

Перечисленные доказательства согласуются между собой и обоснованно признаны судом достоверными, относимыми и допустимыми по делу. Каких-либо противоречий между этими доказательствами, ставящих их под сомнение, и которые бы касались обстоятельств, существенно влияющих на доказанность вины осужденного, на правильность применения уголовного закона, не установлено.

Доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности ФИО3 в совершении преступления, собраны и исследованы с соблюдением требований уголовно-процессуального закона.

Расследование уголовного дела проведено с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства, в рамках установленной законом процедуры.

В соответствии с положениями ч.1 ст.88 УПК РФ, суд оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, все собранные доказательства в их совокупности - с точки зрения достаточности для постановления обвинительного приговора.

С учётом требований ст.307 УПК РФ суд изложил в приговоре мотивы, по которым он принял одни доказательства и отверг другие.

Вопреки доводам осужденного ФИО3 в приговоре не требуется излагать дословно показания свидетелей, поскольку в судебном акте должны быть отражены показания в той части, в которой они подтверждают обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу.

Заключения автотехнической и судебно-медицинской экспертизы, положенные в основу оспариваемого приговора, по настоящему уголовному делу проведены компетентными лицами с большим стажем работы по экспертной специальности, соответствуют требованиям закона, заключения экспертов оформлены надлежащим образом, отвечают требованиям ст.204 УПК РФ, научность и обоснованность выводов, изложенных в заключениях экспертов, компетентность судебных экспертов, а также соблюдение ими при проведении экспертных исследований необходимых требований уголовно-процессуального закона сомнений у суда первой инстанции не вызвали, не имеется таких сомнений и у апелляционной инстанции, в связи с чем оснований для исключения экспертиз из числа доказательств, как об этом просит ФИО3, не имеется.

Вопреки утверждениям ФИО3 эксперт ФИО14 перед проведением автотехнической экспертизы был предупрежден об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, ему разъяснены прав и обязанности эксперта, что подтверждается подпиской (т.1, л.д.242). 

В ходе предварительного и судебного следствия осужденный ФИО3 не оспаривал заключение эксперта, не заявлял ходатайств о проведении дополнительной либо повторной автотехнической экспертизы, следовательно, согласился с экспертными выводами и в своей апелляционной жалобе также не ссылается на то, какие выводы эксперта, по его мнению, противоречат фактическим обстоятельствам по делу. 

Выводы судебно-медицинской экспертизы о том, что смерть ФИО1 стала следствием причинения ему тяжкого вреда здоровью, несовместимого с жизнью, в условиях автодорожной травмы при наезде двигающегося легкового автотранспортного средства, подтверждаемые совокупностью иных доказательств, суд апелляционной инстанции признаёт правильными, а предположения ФИО3 о наступлении смерти ФИО1 из-за несвоевременно оказанной потерпевшему медицинской помощи - несостоятельными, так как эти предположения на чём-либо не основаны.

Несмотря на доводы жалобы ФИО3 об отсутствии на автомобиле повреждений, характерных для наезда на пешехода, согласно протоколу осмотра автомобиля «TOYOTA CARIB», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, в кузове 

<

данные изъяты> цвета, на его капоте имеется «вмятина», которая расположена с края капота, передней её части, на расстоянии 84 см. от края с правой стороны и 45 см. с края левой стороны. «Вмятина» округлой формы, длиной 3 см. (т.1, л.д.71-81). Кроме того, в суде первой инстанции сам ФИО3 не отрицал факт наезда на пешехода, подтвердили это обстоятельство также свидетели, находившиеся на месте дорожно-транспортного происшествия. 

Факт того, что автомобиль признан вещественным доказательством по уголовному делу только 

<

дата> на доказанность вины ФИО3 не влияет. Судьба данного вещественного доказательства при внесении приговора была разрешена и постановлено о его передаче брату ФИО3 - ФИО13

На основании выводов, изложенных в заключении автотехнической экспертизы, показаний эксперта ФИО14 в судебном заседании, в совокупности с другими доказательствами, суд первой инстанции, пришёл к правильному выводу о том, что ФИО3 

<

дата>, при управлении автомобилем, находясь в состоянии опьянения, нарушил пункты 10.1, 14.1 Правил дорожного движения, в результате чего совершил наезд на нерегулируемом пешеходном переходе на пешехода ФИО1, причинив последнему сочетанную тупую травму тела с повреждением костей скелета внутренних органов, осложнившихся ушибом, отёком головного и спинного мозга, от которых ФИО1 скончался 

<

дата> в КГБУЗ «

<

данные изъяты>». 

Доводы осуждённого ФИО3 о том, что пешеходный переход на соответствие его установленным ГОСТам не проверялся, на доказанность вины ФИО3 не влияют, поскольку, как видно из протокола осмотра места происшествия, дорожная разметка нанесена светоотражающим составом, просматривалась участниками дорожного движения, с каждой стороны пешеходного перехода установлен знак «Пешеходный переход». При этом и сам ФИО3 не отрицал тот факт, что наличие на данном участке дороги нерегулируемого пешеходного перехода для него было очевидным. Отсутствие видеозаписи дорожно-транспортного происшествия, на что ссылается ФИО3 как на недостатки в расследовании уголовного дела, восполнены совокупностью других доказательств, подтверждающих вину ФИО3 в совершении преступления. 

С учётом изложенного суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о доказанности вины ФИО3, которые достаточным образом мотивированы. Каких-либо противоречий по вопросам доказанности вины приговор не содержит.

Действия ФИО3 судом правильно квалифицированы по ч.4 ст.264 УК РФ - нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, совершённое лицом, находящимся в состоянии опьянения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

С учётом поведения ФИО3 в ходе судебного следствия, полученного им высшего образования, заключения судебно-психиатрической экспертизы №/с от 

<

дата>, суд первой инстанции обоснованно признал его способным отвечать за совершённое преступление. 

При назначении наказания ФИО3 суд, в соответствии с ч.3 ст.60 УК РФ, учитывал характер и степень общественной опасности совершённого преступления, относящегося к преступлениям средней тяжести, личность виновного, который по месту жительства и места работы характеризуется положительно, на учёте у врачей нарколога и психиатра не состоит, не судим.

В качестве смягчающих наказание ФИО3 обстоятельств в соответствии с п.«к» ч.1 ст.61 УК РФ суд первой инстанции обоснованно учёл добровольное возмещение морального вреда, причинённого преступлением, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причинённого потерпевшему, а также на основании ч.2 ст.61 УК РФ - признание вины, раскаяние в содеянном, неудовлетворительное состояние здоровья, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребёнка, состояние здоровья его матери, то есть все те обстоятельства, на которые в своей жалобе указывает осуждённый.

Учтено судом также и отсутствие у ФИО3 отягчающих наказание обстоятельств. 

Доводы осуждённого ФИО3 о том, что при определении размера наказания должна применяться ч.7 ст.316 УПК РФ, суд апелляционной инстанции не может признать обоснованными, поскольку уголовное дело рассмотрено в общем порядке, что исключает применение процессуальных льгот, предусмотренных ст.316 УПК РФ, ч.5 ст.62 УК РФ. 

Суд первой инстанции при определении вида и размера уголовного наказания, строго руководствовался положениям статей 6,43,60 УК РФ, исходил из характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения, учёл все данные о личности виновного.

Сомневаться в правильности выводов суда о возможности исправления ФИО3 лишь в условиях его изоляции от общества, оснований не имеется, поскольку они основаны на полном, всестороннем и объективном анализе материалов уголовного дела. 

Оснований для смягчения назначенного наказания, а также для применения положений ст.73 УК РФ, в том числе с учётом доводов жалобы осуждённого, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного деяния, суд первой инстанции не установил и не усмотрел оснований для назначения С.Е. наказания с применением правил ст.64 УК РФ, а также для изменения категории преступления в порядке, предусмотренном ч. 6 ст. 15 УК РФ, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

При этом, как видно из приговора, положения ч.1 ст.62 УК РФ судом применены, что свидетельствует о назначении осужденному наказанию в пределах санкции статьи за инкриминируемое преступление и с учётом положений указанной статьи уголовного закона.

Вопреки доводам осуждённого ФИО3 о том, что суд первой инстанции не мог назначить ему наказание более трёх лет лишения свободы, которое ранее было назначено ему по отменённому приговору 

<

адрес> от 

<

дата>, апелляционным определением 

<

адрес> от 

<

дата> приговор в отношении ФИО3 отменялся не только в связи с допущенными существенными нарушениями требований УПК РФ при рассмотрении уголовного дела, но и в связи с мягкостью назначенного ему наказания. В апелляционном решении при отмене приговора было указано, что при новом рассмотрении уголовного дела итоговое решение может быть признано обоснованным лишь при учёте доводов жалобы потерпевшего о мягкости назначенного наказания. В этой связи назначение ФИО3 оспариваемым приговором основного наказания в виде 4 лет лишения свободы не противоречит положениям уголовного закона, в том числе разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, на который ФИО3 ссылается в своей жалобе. 

Довод осуждённого ФИО3, относящийся к вопросу отмены дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на 2 года в связи с лишением его права управления транспортными средствами решением от 

<

дата> мирового судьи судебного участка № в 

<

адрес> края, суд апелляционной инстанции не может принять во внимание. Согласно материалам уголовного дела осужденный ФИО3 лишен права управления транспортными средствами сроком на 2 года в рамках настоящего уголовного дела за совершенное им преступление. 

Решением же от 

<

дата> мирового судьи судебного участка № в 

<

адрес> края ФИО3 назначено лишение права управления транспортными средствами по административному правонарушению за оставление места дорожно-транспортного происшествия. Данные обстоятельства не свидетельствуют о том, что ФИО3 понесено двойное наказание за одни и те же действия, как указано в его апелляционной жалобе с дополнениями.

Несогласие осуждённого ФИО3 с отменой предыдущего приговора в отношении него по процессуальным основаниям предметом настоящего апелляционного рассмотрения не могут являться, поскольку они подлежат рассмотрению в ином порядке, предусмотренном действующим уголовно-процессуальным кодексом, а именно в кассационном порядке. 

Конституционные положения, а также положения статей 6, 46, 91, 92 УПК РФ в ходе предварительного следствия в отношении ФИО3 не нарушены, так как согласно протоколу он был задержан 

<

дата> в 11-00 часов по подозрению в совершении преступления (т.2, л.д.22-24). Из материалов уголовного дела следует, что протокол задержания составлен в отношении ФИО3 следователем в установленные уголовно-процессуальным законодательством сроки. Требования, касающиеся формы и содержания, а также порядка составления протокола не нарушены. Ссылка осуждённого на уточнение времени и даты составления документа суд расценивает, как способ защиты. В ходе как предварительного, так и судебного следствия от ФИО3 не поступало ходатайств, заявлений и замечаний о несогласии с данным документом, а сведений о том, что задержание ФИО3 по данному уголовному делу произведено 

<

дата>, материалы не содержат. 

<

дата> производилось административное задержание ФИО3, не связанное с его уголовным преследованием по ч.4 ст.264 УК РФ. 

Ссылка осуждённого на то, что судом нарушены положения ст.233 УПК РФ, является голословной и основана на неверном толковании закона. Согласно указанной норме, а именно ч.1 рассмотрение уголовного дела в судебном заседании должно быть начато не позднее 14 суток со дня вынесения судьей постановления о назначении судебного заседания, что в отношении ФИО3 выполнено, так как первоначально судебное заседание по делу после поступления его в суд 

<

дата> постановлением от 

<

дата> было назначено на 

<

дата> (т.2, л.д.170) При этом, каких-либо ходатайств о проведении предварительного слушания от ФИО3 в это время не поступало, он ходатайствовал об особом порядке уголовного судопроизводства. После отмены приговора 

<

адрес> от 

<

дата> апелляционным определением 

<

адрес> от 

<

дата> уголовное дело направлено в суд на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства, а не со стадии его назначения к судебному заседанию. В этой связи не имелось оснований для проведения предварительного слушания по ходатайству ФИО2 от 

<

дата>, поскольку уголовное дело в суд поступило изначально для рассмотрения 

<

дата>, постановление о назначении судебного заседания от 

<

дата> вступило в законную силу.

Нарушений положений ст.294 УПК РФ судом также не допущено, поскольку, если участники прений сторон или подсудимый в последнем слове сообщает о новых обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела, или заявит о необходимости предъявить суду для исследования новые доказательства, то суд вправе возобновить судебное следствие. Указание осужденного об отсутствии законодательной возможности после удаления в совещательную комнату у суда возобновить судебное следствие, расценивается судом апелляционной инстанции, как заблуждение осужденного. 

Таким образом, каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение постановленного приговора, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

п о с т а н о в и л :

приговор 

<

адрес> от 

<

дата> в отношении ФИО3 оставить без изменения, апелляционную жалобу с дополнениями ФИО3 - без удовлетворения. 

Апелляционное постановление и приговор суда первой инстанции могут быть обжалованы в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ.

Председательствующий : Граненкин В.П.