Дело № 2-113/2025 

22RS0065-01-2024-004275-91 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

25 марта 2025 года город Барнаул

Индустриальный районный суд города Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Лопуховой Н.Н., 

при секретаре Шариповой Т.А.,

с участием истца ФИО1, представителей ответчиков ФИО2, ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Алтайэнергосбыт», публичному акционерному обществу «Россети Сибирь» о взыскании денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 (истец) обратилась в Индустриальный районный суд г. Барнаула с иском к АО «Алтайэнергосбыт», ПАО «Россети Сибирь» - филиал «Алтайэнерго» (ответчики) о взыскании убытков, понесенных на приобретение отопительного газового котла и его установку в зимний период, в размере 143 500 рублей, компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей.

В обоснование иска указано, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом и АО «Алтайэнергосбыт» заключен договор энергоснабжения, согласно которому ответчик принял на себя обязательства по предоставлению коммунальной услуги по энергоснабжению жилого дома площадью 86,4 кв.м. по адресу: 

<

адрес>. Расчётным периодом является один календарный месяц. 

Принятые на себя обязательства по своевременной оплате коммунальных услуг истец исполняла надлежаще.

ДД.ММ.ГГГГ по 

<

адрес> в 

<

адрес> в частном секторе на уличных электрических столбах проводилась плановая замена старых электросчетчиков на новые приборы учета электричества.

В этой связи ответчиками было отключено электроснабжение с 10 часов до 16 часов. Около 16 часов электроснабжение было возобновлено, в этот момент в доме при включении света замигали и сразу единовременно перегорели пять лампочек, газовый котел «Vaillant», которым отапливался дом, не запускался (не включался).

В 16 часов 33 минуты истец позвонила в Центральные электрические сети (

<

адрес>) по телефону ***, диспетчер ФИО3 предложил вызвать аварийную службу по номеру ***. По вызову приехали электромонтеры, осмотрев уличное подключение электричества на столбе к дому истца, они сообщили, что мастера-монтеры, которые были днем и осуществили замену приборов учета, подключили дом на 380 вольт (не ту жилу подсоединили). В результате этого, произошло перенапряжение и причинен вред имуществу истца.

Электромонтеры с аварийной службы подключили электричество на 220 вольт. Свет в доме появился, но газовый котел не включается, поскольку вышел из строя.

Вечером этого же дня из ООО «Барнаульской сетевой компании» приехал мастер Александр (***), сфотографировал неработающий газовый котел «Vaillant» и подтвердил, что мастера-монтеры действительно перепутали фазы, вместо 220 вольт подсоединили провод на 380 вольт, в результате такого скачка напряжения сгорел газовый котел.

ДД.ММ.ГГГГ утром Александр вновь приехал и попросил квитанции, чеки в подтверждение стоимости котла для возмещения вреда, причинённого имуществу истца. В 10 часов 20 минут приехал монтер Максим, сказал, что он из АО «Алтайэнергосбыт», осмотрел котел, пояснил, что знает о случившемся.

Учитывая, что поломка котла отопления произошла зимой, температура в доме начала снижаться. Опасаясь размораживания всей системы отопления, и причинения еще большего ущерба, а также вреда своему здоровью и здоровью близких, ДД.ММ.ГГГГ истцом принято решение купить такой же газовый котел по цене 134 500 рублей. Кроме того, стоимость установки нового газового котла составила 9 000 рублей.

Документы о приобретении котла истец предоставила мастеру Александру, который указал, что направит их главному инженеру ФИО4, а последний – директору сетевой компании ФИО5, после чего ФИО5 пояснил, что денежных средств на возмещение причиненного истцу вреда у сетевой компании не имеется.

В этой связи ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась в АО «Алтайэнергосбыт» с претензией, на которую ДД.ММ.ГГГГ получила ответ о том, что у АО «Алтайэнергосбыт» на балансе отсутствуют электрические сети, используемые для передачи электрической энергии потребителям. Для обеспечения поставки электроэнергии потребителям, АО «Алтайэнергосбыт» заключен договор со специализированной сетевой организацией.

ДД.ММ.ГГГГ истцом вновь направлено обращение в АО «Алтайэнергосбыт» с просьбой удовлетворить требования претензии, к которому приложены документы, подтверждающие, что дом истца отапливался именно сгоревшим газовым котлом.

В ответ на обращение истцом получены ответы, в которых представитель ответчика ссылался на отсутствие доказательств перепада напряжения.

В ответ на своей заявление от ДД.ММ.ГГГГ о предоставлении информации о вызове аварийной службы истец получила ответ, что вызова аварийной службы ДД.ММ.ГГГГ по адресу истца не было.

Между тем, истец считает, что в связи с некачественным оказанием коммунальной услуги по электроснабжению ее имуществу причинен ущерб, газовый котел непригоден для дальнейшей эксплуатации.

При этом, требования истца о возмещении убытков, направленные ответчику, оставлены без удовлетворения.

Тем самым, истец полагает, в изложенной ситуации были нарушены ее права как потребителя, а именно, в результате некачественного оказания услуг ее имуществу причинен вред; ответчиком не были приняты никакие меры к устранению недостатков коммунальной услуги; законные требования о возмещении убытков остались без удовлетворения. 

Кроме того, своими неправомерными действиями ответчики причинили истцу моральный вред, который выразился в том, что последняя была вынуждена находиться в холодном доме с 10 часов утра ДД.ММ.ГГГГ до вечера ДД.ММ.ГГГГ, ночевать в теплой одежде и шапочке. Также истцу пришлось потратить много времени и средств на обращение к ответчику и другие инстанции с целью положительного решения возникшей по вине ответчика проблемы. Длительное время истец испытывает нравственные страдания из-за невозможности решить спор. При этом, в результате подобного подключения электроэнергии на 380 вольт в электросети могла возникнуть угроза не только имуществу, но и жизни истца и членам ее семьи.

В этой связи истец была вынуждена обратиться в суд с названным иском.

Определением суда от 09.07.2024 г., занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «Барнаулгоргаз», ООО "Крайгазсервис".

В судебном заседании истец ФИО1 настаивала на удовлетворении исковых требований в полном объеме, полагала, что в ходе рассмотрения дела нашел свое подтверждение факта вины ответчиков в повреждении газового котла, а потому имеются основания для взыскания в ее пользу суммы причиненных убытков.

В ходе рассмотрения дела истец ФИО1 дополнительно пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ, по просьбе ее сына, к ним домой прибыл работник ООО «Крайгазсервис» ФИО14, который снял с газового котла плату управления для ее ремонта. На следующий день, после выполненного ремонта, плата была установлена на газовый котел, его работа была возобновлена, работал он до момента установки нового газового котла – до ДД.ММ.ГГГГ. Решение о приобретении нового газового котла такой же марки истец приняла самостоятельно, поскольку не знала, подлежит ли ремонту старый котел. После ремонта платы старого газового котла, новый котел уже был приобретен и оплачен истцом. В настоящее время новый газовый котел принят в эксплуатацию, опломбирован. Досудебное исследование сгоревшего газового котла на предмет установления причины его поломки, истец не проводила, требований о его восстановлении никому не предъявляла. Также истец указала, что в данном случае не знает, кто является надлежащим ответчиком, поскольку самостоятельно разобраться в данной ситуации не может. 

Представитель ответчика АО "Алтайэнергосбыт" ФИО2 в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражала, поддержав доводы, изложенные в письменных отзывах на исковое заявление (л.д. 182-188, 198-204 том 1), в которых указала, что истцом не доказан факт наступления вреда, размер заявленных убытков, принадлежности ей поврежденного имущества на праве собственности, что является основанием для отказа в удовлетворении требований. Более того, предъявленная ко взысканию суммы убытками не является, поскольку замена старого газового котла на новый не требовалась, новый газовый котел был смонтирован в доме истца лишь ДД.ММ.ГГГГ, до этого момента старый газовый котел находился в рабочем состоянии, каких-либо нарушений в электрической части его управления после ремонта экспертом не выявлено, имеются лишь признаки износа котла в течение длительной эксплуатации, превышающей срок службы. После покупки нового котла материальное положение истца не ухудшилось, поскольку она стала обладателем дополнительного имущества, имеющего рыночную ценность. Газовый котел является товаром длительного пользования. Старый газовый котел истец имеет возможность использовать в дальнейшем. Не имеется в деле и доказательств, подтверждающих фактическую оплату истцом ремонта платы управления газового котла, приложенный к иску заказ-наряд содержит неразборчивую подпись без расшифровки, а потому ответчику к указанному документу относится критически, считает его недостоверным доказательством. Договор на ремонт газоиспользующего оборудования истцом не заключался. Не доказана истцом и причинно-следственная связь между поставкой электроэнергии ненадлежащего качества и возникшими убытками, поскольку установленный истцу ДД.ММ.ГГГГ прибор учета является исправным, доказательств скачка напряжения истцом не представлено, как и доказательств, что при монтаже прибора учета были перепутаны фазы, отсутствует в деле и информация о том, в какой сети имел место данный скачок. Причина скачка напряжения экспертизой также не установлена. При этом представитель ответчика указала, что в случае, если поломка газового котла произошла в результате нарушения сетевой организацией процедуры монтажа прибора учета, надлежащим ответчиком по делу является ПАО «Россети Сибирь». Также, по мнению представителя ответчика, истцом не представлено бесспорных доказательств причинения ей нравственных или физических страданий. В случае, если суд придет к выводу об удовлетворении исковых требований к АО «Алтайэнергосбыт», представитель ответчика ходатайствовала о применений положений ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по взысканию штрафа в виду его несоразмерности, учитывая, в частности, что в досудебном порядке урегулирования спора истце уклонилась от предоставления документов, подтверждающих обоснованность предъявленных требований, что и стало причиной отказа для их удовлетворения. При этом АО «Алтайэнергосбыт» действовало добросовестно, рассмотрело претензию, направило истцу ответ, предприняло все необходимые меры для урегулирования разногласий.

Представитель ответчика ПАО «Россети Сибирь» ФИО7 в судебном заседании против удовлетворения исковых требований также возражала, поддержав доводы, изложенные в письменных отзывах на исковое заявление (л.д. 48-50, 84-86 том 1), в которых указано, что жилой дом истца запитан от ВЛ 0,4 кВ от КТП 22-309-27 фидер 1. ДД.ММ.ГГГГ истцу, как потребителю, на границе балансовой принадлежности установлен прибор учета типа «Нартис 300», входящий в систему АИИС КУЭ. Указанная система обеспечивает минимальную величину погрешности измерительного канала, прибор учета является полностью исправным и расчетным, каких-либо технологических нарушений на линии в указанный день не имелось, жалоб от иных потребителей по вопросу качества электроэнергии в указанный день, запитанных, в том числе от КТП 22-309-27 фидер 1, не поступало. От истца в указанную дату поступил звонок с просьбой направить бригаду в связи с поломкой газового котла. При этом, из записи телефонного разговора следует, что напряжение у потребителя было, какой-либо информации относительно скачка напряжения, признания вины разговор не содержит. При осмотре персоналом ПАО «Россети Сибирь» прибора учета, установленного на опоре по адресу: 

<

адрес>, установлено, что схема прибора учета собрана без отклонений, напряжение у потребителя имеется. По мнению стороны ответчика, в данном случае истцом не принято необходимых и достаточных мер к тому, чтобы исключить возникновение такой ситуации, не обеспечен надлежащий контроль за своим имуществом и его безопасной эксплуатацией. Электросетевое хозяйство, принадлежащее ПАО «Россети Сибирь», находилось и находится в технически исправном состоянии, а потому, ввиду отсутствия доказательств, свидетельствующих о наличии перепадов напряжения в электросети, доводы истца о выходе из строя бытовой техники в результате перепада напряжения носят голословный характер. Бытовая техника должна быть оборудована заземляющими устройствами, установка которых является обязанностью потребителя. Следовательно, доказательств противоправности действий ответчиков, с указанием на нарушения ими конкретных норм закона, а также причинно-следственной связи между действиями ответчика и причинением ущерба истцу не представлено. Также представитель ответчика указал, что между ПАО «Россети Сибирь» и АО «Алтайэнергосбыт» заключен договор оказания услуг по передаче электроэнергии *** от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ПАО «Россети Сибирь» приняло на себя обязательства оказывать услуги по передаче электроэнергии посредством осуществления комплекса организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электроэнергии через технические устройства электрических сетей, принадлежащих ПАО «Россети Сибирь», а АО «Алтайэнергосбыт» обязался оплачивать услуги. ПАО «Россети Сибирь» является сетевой организацией, не имеет статуса энергоснабжающей организации, которая выступает стороной в договорах энергоснабжения с потребителями, соответственно, не является стороной в правоотношениях, регулируемых Законом «О защите прав потребителей», а потому перед потребителями отвечает АО «Алтайэнергосбыт», к которому и предъявляются соответствующие требования.

Также представители ответчика ПАО «Россети Сибирь» в судебном заседании, в ходе рассмотрения дела дополнительно указывали, что в данном случае приобретение нового котла истцом не требовалось, поскольку ПАО «Россети Сибирь» могло за сутки осуществить ремонт вышедшего из строя котла. Кроме того, положения Закона «О защите прав потребителей» в данном случае к ПАО «Россети Сибирь» применению не подлежат, более того, надлежащим ответчиком является гарантирующий поставщик - АО «Алтайэнергосбыт», при этом тот факт, что замену приборов учета производило ПАО «Россети Сибирь», представители ответчика не отрицали.

Представители третьих лиц ООО «Барнаулгоргаз», ООО "Крайгазсервис" в судебное заседание не явились, извещались надлежаще о дате, времени и месте его проведения.

В ходе рассмотрения дела представитель ООО «Барнаулгоргаз» представил отзыв на исковое заявление (л.д. 58, 139 том 1), в котором указал, что указанное юридическое лицо с кем-либо из лиц, участвующих в деле, в правоотношениях не состоит, соответственно разрешение спора не может повлиять на его права и обязанности, а потому ООО «Барнаулгоргаз» подлежит исключению из состава лиц, участвующих в деле. Также представитель третьего лица указал, что ООО «Барнаулгоргаз» единовременно оказывало услуги по обслуживанию газового оборудования в доме по адресу: 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ Какие-либо ремонтные работы платы управления газового котла, расположенного в указанном доме, принадлежащего истцу, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ООО «Барнаулгоргаз» не осуществляло.

С учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд счел возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.

Выслушав участников процесса, заслушав показания свидетелей, допросив эксперта, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения исковых требований исходя из следующего.

Статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает защиту гражданских прав, в том числе, путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих это право или создающих угрозу его нарушения, путем возмещения убытков, а также компенсации морального вреда.

По смыслу статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная защита нарушенных прав направлена на восстановление таких прав, то есть целью судебной защиты является восстановление нарушенного или оспариваемого права и, следовательно, избранный стороной способ защиты нарушенного права должен соответствовать такому праву и должен быть направлен на его восстановление.

Статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве оснований возникновения гражданских прав и обязанностей указаны основания, предусмотренные законом и иными правовыми актами, а также действия граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе (п. 2 ст. 307 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно положениям ст.ст. 55, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ОАО «Алтайэнергосбыт» (заказчик) и ОАО «МРСК Сибири» (исполнитель) заключен договор *** оказания услуг по передаче электрической энергии, в соответствии с которым (с учетом подписанного сторонами протокола разногласий от ДД.ММ.ГГГГ) исполнитель обязуется оказать заказчику услуги по передаче электрической энергии посредством осуществления комплекса организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электроэнергии до конечных потребителей заказчика, указанных в приложении *** к договору, а заказчик обязуется оплачивать услуги исполнителя в порядке, установленном договором (л.д. 96-124 том 1).

Указанный договор, в силу п. 1.2, заключен заказчиком ОАО «Алтайэнергосбыт» в интересах потребителей, которым в соответствии с ранее заключенными договорами энергоснабжения заказчик обязан организовать подачу электроэнергии, а также потребителей, обратившихся к заказчику с офертой о заключении договора энергоснабжения, предусматривающего обязанность заказчика урегулировать за счет потребителя отношения, связанные с передачей электроэнергии.

По условиям данного договора:

заказчик обязуется, в частности обеспечить поставку электроэнергии в объеме, обязательства по поставке которого потребителям (по договорам энергоснабжения, купли-продажи электрической энергии) и исполнителю (в объеме потерь электрической энергии) принял на себя заказчик, в сети исполнителя для передачи потребителям, путем приобретения электроэнергии на оптовом и розничном рынках электроэнергии. Качество и иные параметры поставляемой электроэнергии должны соответствовать техническим регламентам, иным обязательным требованиям (п. 3.1);

исполнитель обязуется, в том числе обеспечить передачу электроэнергии, принятой в свою сеть, от точек приема и до точек поставки в пределах максимальной мощности (с учетом пропускной способности электрической сети), в соответствии с согласованными параметрами надежности, с учетом технологических характеристик энергопринимающих устройств потребителей, в порядке, установленном действующим законодательством; обеспечивать оснащение точек (групп точек) поставки, расположенных в границах балансовой принадлежности исполнителя, в которых на оптовом рынке приобретает электрическую энергию заказчик, приборами учета и измерительными трансформаторами, а также компонентами, связанными со сбором, обработкой и передачей показаний приборов учета в адрес заказчика, в соответствии с требованиями, установленными правилами оптового рынка для субъектов оптового рынка и касающимися организации коммерческого учета электрической энергии в указанных точках (группах точек) поставки, а также привести в соответствие с требованиями, установленными правилами оптового рынка, принадлежащие исполнителю системы коммерческого учета электроэнергии, находящиеся в границах балансовой принадлежности исполнителя и используемые для определения объемов электроэнергии, приобретаемой заказчиком на оптовом рынке электроэнергии (мощности).

Из материалов дела следует, что ФИО1 является собственником жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, что не оспаривалось сторонами в ходе рассмотрения дела.

ДД.ММ.ГГГГ между ОАО «Алтайэнергосбыт» (энергоснабжающая организация, далее ЭСО) и ФИО1 (потребитель) заключен договор электроснабжения бытового потребителя (лицевой счет ***), по условиям которого ЭСО обязуется подавать потребителю электрическую энергию, качество которой соответствует требованиям технических регламентов, а до соответствующих технических регламентов – обязательным требованиям государственных стандартов, на условиях, предусмотренных настоящим договором (л.д.14-15 том 1).

ЭСО обязуется также оказать потребителю услуги по передаче электрической энергии и по оперативно-диспетчерскому управлению путем заключения соответствующих договоров, а потребитель обязуется оплатить оказанные ему услуги по ценам (тарифам), установленным органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов (п. 1.2 договора).

Согласно п. 1.3 договора электроснабжения, граница балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности между сетевой организацией и потребителем определена на объект энергоснабжения, находящийся по адресу: 

<

адрес>.

Потребитель приобретает электрическую энергию с целью бытового потребления, то есть личного, семейного, домашнего или иного использования, не связанного с предпринимательской деятельностью (п. 1.4).

Также судом установлено, что отопление названного жилого помещения осуществляется газовым котлом Vaillant, что подтверждается, в частности актом приемки в эксплуатацию законченной строительством системы газоснабжения – газооборудования жилого дома по адресу: 

<

адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ, актом обследования с приложенной к нему спецификацией (л.д. 79-83 том 1).

Принадлежащий истцу жилой дом подключен к электрическим сетям ПАО «Россети Сибирь», запитан от ВЛ 0,4 кВ от КТП 22-309-27 фидер 1.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, как потребителю, на границе балансовой принадлежности установлен прибор учета электроэнергии типа «Нартис 300», входящий в систему АИИС КУЭ (автоматизированная информационно-измерительная система учета энергоресурсов), которая обеспечивает минимальную величину погрешности измерительного канала (л.д. 126-130 том 1).

Из содержания искового заявления, пояснений истца, данных в ходе рассмотрения дела, судом установлено, что в связи с проведением плановой замены старых электросчетчиков на новые приборы учета электричества на уличных электрических столбах по 

<

адрес> в 

<

адрес> в частном секторе с 10 часов до 16 часов ДД.ММ.ГГГГ было отключено электроснабжение. 

Около 16 часов того же дня (ДД.ММ.ГГГГ) электроснабжение было возобновлено. Однако в момент подключения энергоснабжения в доме истца замигали и сразу единовременно перегорели пять лампочек, газовый котел «Vaillant», которым отапливался дом, не запустился.

Также из искового заявления следует, что с целью устранения неисправности электроснабжения жилого дома ФИО1 совершила телефонный звонок в аварийную службу. Прибывшие по вызову электромонтеры, осмотрев уличное подключение электричества на столбе к дому истца, сообщили, что мастера-монтеры, которые осуществили замену приборов учета, подключили дом на 380 вольт, результате чего произошло перенапряжение в сети электроснабжения. Далее электромонтеры из аварийной службы совершили переподключение электричества на 220 вольт, после чего в доме истца появился свет, однако газовый котел не включился. Вечером этого же дня из ООО «Барнаульской сетевой компании» приехал мастер Александр, сфотографировал неработающий газовый котел «Vaillant» и подтвердил, что мастера-монтеры действительно перепутали фазы, вместо 220 вольт подсоединили провод на 380 вольт, в результате такого скачка напряжения сгорел принадлежащий истцу газовый котел. ДД.ММ.ГГГГ утром Александр вновь приехал и попросил квитанции, чеки в подтверждение стоимости котла для возмещения вреда, причинённого имуществу истца. Также осмотр котла произвел монтер из АО «Алтайэнергосбыт» Максим, прибывший к истцу ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 (покупатель) заключила с ИП ФИО8 (поставщик) договор поставки ***, в соответствии с которым последний обязался поставить, а истец принять и оплатить товар в соответствии с заказом *** от ДД.ММ.ГГГГ (является неотъемлемой частью договора), а именно котел газовый настенный двухконтурный атмосферный Vaillant Atmo TEC Pro VUW INT 240/5-3 стоимостью 134 500 рублей (л.д. 17-18 том 1).

Поставка товара осуществляется поставщиком в течение 14 календарных рабочих дней с даты выполнения покупателем своих обязательств по оплате.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 произведена оплата стоимости названного товара в размере 134 500 рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру *** и кассовым чеком (л.д. 18-19 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> на основании договора подряда ***, заключенного с ФИО1, произведен монтаж настенного двухконтурного атмосферного газового котла Vaillant AtmoTEC Pro VUW INT 240/5-3 в жилом доме по адресу: 

<

адрес> (л.д. 20-21 том 1).

Стоимость указанных работ по монтажу газового котла составила 9 000 рублей, которая оплачена истцом в полном объеме (л.д. 22-23 том 1).

Полагая, что ущерб принадлежащему ей имуществу причинен в результате некачественного оказания коммунальной услуги по электроснабжению жилого дома, ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась в АО «Алтайэнергосбыт» с претензией, в которой заявила требование о возмещении убытков, понесенных на приобретение отопительного газового котла и его установку в зимний период в размере, в общем размере 143 500 рублей, приложив к обращению документы, подтверждающие размер понесенных расходов (л.д. 24 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ АО «Алтайэнергосбыт» направило в адрес истца промежуточный ответ, в котором представитель ресурсоснабжающей организации указал, что АО «Алтайэнергосбыт» не имеет на своем балансе электрических сетей, используемых для передачи электрической энергии потребителям. Для обеспечения поставки электрической энергии потребителям юридическим лицом заключен договор со специализированной сетевой организацией, которая оказывает АО «Алтайэнергосбыт» услуги по передаче электрической энергии в отношении потребителей посредством осуществления комплекса организационных и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электрической энергии через собственные технические устройства электрических сетей. В этой связи, в целях установления обстоятельств, послуживших основанием возникновения убытков, АО «Алтайэнергосбыт» направило запрос в адрес сетевой организации, на которой лежит обязанность по обеспечению качественного и надежного энергоснабжения потребителей, непосредственно присоединенных к объектам электросетевого хозяйства. Для разрешения вопроса о возмещении причиненных убытков ситцу предложено направить в адрес АО «Алтайэнергосбыт» документы, подтверждающие принадлежность ей испорченного имущества, а также заключение экспертной комиссии (л.д. 25 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 повторно направила в адрес АО «Алтайэнергосбыт» обращение с требованием удовлетворительно рассмотреть претензию от ДД.ММ.ГГГГ, указав, что возможности провести техническую экспертизу газового котла она не имеет, документы, подтверждающие факт приобретения поврежденного газового котла у нее отсутствуют, поскольку были утеряны предыдущим собственником жилого дома, приобретенного в собственность истцом в 2012 г. При этом, истец представила ресурсоснабжающей организации документы, подтверждающие факт нахождения газового котла в принадлежащем ей жилом доме, в том числе акт инвентаризации домовладения с газоиспользующим оборудованием от ДД.ММ.ГГГГ, договор о предоставлении коммунальных услуг (ГИО) от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 26 том 1).

Ссылаясь на отсутствие доказательств, подтверждающих обоснованность заявленных требований, принадлежность поврежденного имущества, а также наличие причинно-следственной связи между выходом из строя электроприбора и перепадом напряжения, АО «Алтайэнергосбыт» отказало в возмещении причиненного истцу ущерба, при этом указав, что в случае предоставления документов, подтверждающих обоснованность предъявленных требований, заявление истца будет рассмотрено повторно (л.д. 29 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ представитель АО «Алтайэнергосбыт» повторно направило в адрес истца ответ на претензию, в котором дополнительно указал, что по информации, полученной от сетевой организации, технологических нарушений ДД.ММ.ГГГГ на ВЛ-0,4 кВ, принадлежащих филиалу ПАО «Россети Сибирь» - «Алтайэнерго», не зафиксировано, следовательно, учитывая непредоставление истцом доказательств, подтверждающих изложенные в претензии доводы, оснований для удовлетворения предъявленных требований у ресурсоснабжающей организации не имеется (л.д. 30 том 1).

Также в ходе рассмотрения дела из пояснений истца судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ, по просьбе ее сына ФИО15, к ним домой прибыл работник ООО «Крайгазсервис» ФИО14, который снял с неработающего газового котла плату управления для ее ремонта. На следующий день, после выполненного ремонта, плата была установлена на газовый котел, его работа была возобновлена.

Стоимость услуг по снятию, ремонту и установке плату управления составила 6 500 рублей, что подтверждается представленным в материалы дела заказ-нарядом ООО «Крайгазсервис» *** от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 64 том 1).

Поскольку в досудебном порядке требования истца удовлетворены не были, ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском о взыскании убытков, понесенных на приобретение отопительного газового котла и его установку в зимний период, в размере 143 500 рублей, указав, что решение о приобретении нового газового котла принято ей по причине того, что его поломка произошла зимой, температура в доме начала снижаться, а потому имелась угроза размораживания всей системы отопления, и причинения еще большего ущерба, а также вреда своему здоровью и здоровью близких. Кроме того, о ремонтопригодности поврежденного котла отопления истцу известно не было, соответствующие работы были выполнены специалистами уже после того, как ФИО1 заключила договор поставки и произвела оплату нового газового оборудования.

В обоснование своей позиции по иску истцом представлены показания свидетелей.

Так, свидетель ФИО8 суду показал, что принадлежащая ему организация занимается сервисным обслуживанием газового оборудования. В декабре 2023 г. – январе 2024 г. он осуществлял истцу поставку и самостоятельно производил установку настенного двухконтурного атмосферного газового котла Vaillant AtmoTEC Pro VUW INT 240/5-3 в жилом доме по адресу: 

<

адрес>. В момент установки газового котла, плата управления на старом котле уже была отремонтирована. Однако ФИО8, как специалисту в рассматриваемой области, известно, что газовый котел марки «Vaillant», который ранее был установлен у истца, ремонтировать запрещено. В случае, если с его платой управления возникают проблемы, она не подлежит ремонту, необходима замена такой платы или газового оборудования. Вероятность того, что в рассматриваемом случае достаточно было лишь замены платы управления котла, имеется На сегодняшний день стоимость платы управления составляет 38 000 рублей, она имеется в продаже в свободном доступе, или под заказ в интернете. Если в момент обращения платы в наличии нет, срок ее доставки составит около 5-6 дней.

Из показаний свидетеля ФИО9 – сына истца, судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в районе 17 часов ему позвонила ФИО1 и сообщила, что в ее доме нет электричества. ФИО9 связался по телефону с мастером из аварийной службы, который ему пояснил, что монтерами были перепутаны фазы, и на одну из них пошло напряжение 380 вольт, в настоящее время они неполадки устранили, после их отъезда свет в жилом доме появился, однако отопительный газовый котел не работал, также перегорело несколько лампочек. Поскольку отопительный котел не работал, свидетель связался с мастером по ремонту газового оборудования – ФИО14, о котором ему известно от знакомых. По приезду мастер разобрал котел и изъял из него плату управления, затем отвез ее кому-то на диагностику и ремонт. На следующий день ФИО14 привез плату и установил ее на котел, после чего он заработал. Денежные средства за ремонт котла также были переданы указанному мастеру. При вызове мастера ФИО9 не интересовался, требуется ли замена платы управления газового котла, поскольку решение о его ремонте принималось оперативно. Вывод о том, что ремонт платы был произведен, свидетель сделал со слов самого мастера. При этом ФИО14 сообщил ему, что причиной выхода из строя котла отопления послужило повышенное напряжение в сети энергоснабжения. Поскольку после ремонта котел работал не так, как раньше, стал нагревать воду медленнее, истцом было принято решение заменить его на новый.

Свидетель ФИО10 суду показал, что ФИО1 является его супругой. О поломке газового котла ДД.ММ.ГГГГ ему стало известно со слов истца, которая пояснила, при перебое со светом начали моргать, после чего выбило автомат, произошло короткое замыкание, от чего перестал работать котел отопления. В связи с произошедшим ФИО1 связалась с сыном, который вызвал бригаду для ремонта котла. Плату управления газового котла специалисты отремонтировали ДД.ММ.ГГГГ и в этот же день произвели ее установку и запуск котла. После ремонта котел продолжил обычную работу. Однако, поскольку у истца присутствовали переживания относительно качества работы газового оборудования, было принято решение приобрести новый котел.

Также в ходе рассмотрения дела по инициативе суда был допрошен в качестве свидетеля ФИО14, который суду показал, что в декабре 2023 г. ему позвонил знакомый ФИО9, который является сыном истца, и пояснил, что у его матери перегорела плата управления котла отопления, после чего ФИО14 вместе с напарником приехали к ним в дом по адресу: 

<

адрес> и осмотрели котел. В ходе осмотра было обнаружено, плата управления котла вышла из строя вследствие скачка напряжения в сети электроснабжения, котел не работал. Непосредственный ремонт платы и ее диагностику выполняли рабочие ООО «Барнаулгоргаз» - Роман и Денис, ФИО14 лишь производил снятие платы и ее установку. Установку платы управления на котел ФИО14 выполнил на следующий день, после чего убедился, что котел работает. Свидетелю известно, что замена платы не производилась, однако какой конкретно ремонт был выполнен электронщиком, ему не известно. После проверки работоспособности котла, ФИО14, как посредник, получил от истца денежные средства в счет оплаты выполненных работ в размере 5 000 рублей, а также 1500 рублей за снятие и установку платы, о чем выписал соответствующую квитанцию. Плата котла устанавливалась при истце, на тот момент нареканий по поводу дальнейшей работы котла у нее не было, он запустился и работал, по мнению свидетеля, приобретение нового котла после выполнения ремонта не требовалось. 

Сторона ответчиков в ходе рассмотрения дела против удовлетворения исковых требований возражала, ссылаясь на отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих факт причинения вреда имуществу истца, размер заявленных убытков, наличие причинно-следственной связи между причинением ущерба и некачественным оказанием услуг по электроснабжению жилого дома истца.

По ходатайству представителя АО «Алтайэнергосбыт» в ходе рассмотрения дела были допрошены свидетели ФИО11, ФИО12

Так, свидетель ФИО11 суду показал, что он работает в АО «Алтайэнергосбыт» волонтером выездной бригады. Истец ему не знакома, о рассматриваемой ситуации он узнал из оперативного журнала, в котором имеется запись о выезде сотрудников по адресу места проживания истца, скорее всего для замеров напряжения. Судя по записям в журнале, на вызов по адресу: 

<

адрес>, выезжал сам ФИО11 В ходе выезда производился визуальный осмотр оборудования, после чего осуществлены замеры напряжения. Каких-либо замечаний относительно работы электрооборудования во время проверки выявлено не было. Факта отключения электроэнергии в доме ситца свидетель также не помнит.

Свидетель ФИО12 суду показал, что является сотрудником АО «Алтайэнергосбыт». По госпрограмме в декабре 2023 г. производилась замена счётчиков электроэнергии, в том числе по адресу: 

<

адрес>. После выполнения указанных работ руководством ФИО12 был направлен к истцу для фиксации поломки котла отопления ее жилого дома, в связи с чем он фотографировал его (фотоснимок газового котла, принадлежащего истцу, с мобильного устройства, принадлежащего ФИО12, приобщен к материалам дела (л.д. 63 том 1). В ходе осмотра котла истец пояснила, что в настоящее время котел не работает, указанную информацию свидетель сразу предал руководству. Также при осмотре ФИО12 обнаружил, что котел открыт, плата его управления снята. В день происшествия единую линию ФИО12 не осматривал, выезд осуществлял только по заявке. 

В ходе рассмотрения дела истцом заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы с целью определения причин выхода из строя газового кота, а также способов устранения его неисправности.

На основании указанного ходатайства определением суда от 22.08.2024 г. назначена судебная техническая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО «Региональный центр экспертиз «ЭкспертКом».

Согласно заключению эксперта 

<

данные изъяты> *** от ДД.ММ.ГГГГ, в результате исследования газового котла Vaillant VUW INT 240/2-3 R1, серийный № 2106453066260001012627N5, установлено, что корпус котла повреждений в виде вмятин, деформаций не имеет, механических повреждений составляющих компонентов не выявлено, на законцовках входных и выходных патрубков выявлена коррозия труб и резьбы, на поверхности трубопроводов выявлена коррозия. Внутри корпуса газового котла механических повреждений не выявлено, присутствуют пылевые фракции. На медных трубопроводах присутствует умеренная очаговая коррозия, теплообменник и трубопроводы теплообменника коррозированы.

Согласно руководству по установке и техническому обслуживанию, представленной на исследование газовый комбинированный (отопление и нагрев воды) котел Vaillant VUW INT 240/2-3 R1, серийный № 2106453066260001012627N5, 2006 года выпуска, срок его службы составляет 10 лет с момента выпуска.

Указанные недостатки котла в виде коррозии металлических компонентов (медных и латунных труб), заиливанию внутренних контурных труб, а также коррозии соединений труб, по мнению эксперта, являются признаками нормального износа газового котла Vaillant VUW INT 240/2-3 R1, серийный № 2106453066260001012627N5, образовались в результате нормальной его эксплуатации в течение длительного времени, значительно превышающего срок службы котла.

При исследовании электронного блока управления повреждений пластикового корпуса блока управления экспертом не выявлено, проводники электрического тока не повреждены. Внутри корпуса электронного блока управления посторонних предметов не обнаружено, механических повреждений компонентов не выявлено. На корпусе внутри, в месте расположения трансформатора питания выявлены сажевые остатки в виде очага с концентрацией пятна неправильной формы диаметром около 1 см. При этом сам трансформатор повреждений не имеет, находится в работоспособном состоянии. 

На электронной плате управления механических повреждений платы и компонентов не обнаружено, признаков попадания влаги в виде электрохимической коррозии не выявлено. Однако на электронной плате выявлены признаки воздействия превышенного напряжения электрической сети в виде оплавления припоя и сажевых остатков (продуктов искрения) в точках пайки, первичной электрической цепи электронной платы управления, а также в месте установки понижающего (с 220 Вольт до 17 Вольт) трансформатора. На корпусе блока управления (в месте установки трансформатора) выявлены продукты горения (искрения), что свидетельствует о воздействии на входные первичные электрические цепи превышающего напряжения (более 220 Вольт). На момент исследования, понижающий трансформатор не имел каких-либо признаков воздействия превышенного напряжения в виде обрыва первичной обмотки, оплавления корпуса, подгорания, что может свидетельствовать о его замене.

Также на электронной плате на контактах первичной и вторичной электрической цепи реле выявлены признаки ремонта в виде пайки (изменение цвета и формы припоя) на выводах и остатки флюса (жидкости для пайки).

Названные выше признаки ремонта в электрической части (на плате) блока управления котла в виде пайки контактов реле, которые расположены во вторичной цепи и осуществляют коммутацию первичной цепи (220 вольт) питания, по мнению эксперта, могут свидетельствовать о монтаже/демонтаже (замене) реле. Также признаки ремонта в виде пайки контактов реле могут свидетельствовать об естественном износе реле в процессе продолжительной нормальной эксплуатации, а также нарушение работоспособности коммутирующих контактов первичной электрической цепи может быть обусловлено воздействием превышенного напряжения.

На основании изложенных обстоятельств, установленных в ходе проведения осмотра и исследования, эксперт пришел к выводу, что причиной выхода из строя ДД.ММ.ГГГГ настенного комбинированного газового котла Vaillant VUW INT 240/2-3 R1, серийный № 2106453066260001012627N5, установленного по адресу: 

<

адрес> является воздействие превышенного напряжения (перенапряжение, скачок) на первичные электрические цепи блока управления.

Исходя из материалов дела, а также результатов исследования, нарушение работоспособности газового котла образовалось в момент производства работ ДД.ММ.ГГГГ (замена приборов учета) на опоре электрической сети, от которой производится подача электроэнергии (трехфазного напряжения) к дому по адресу: 

<

адрес>, в котором был установлен котел. Впоследствии, на следующий день, котел был отремонтирован (возможно, произведена замена трансформатора по причине нарушения его работоспособности вследствие воздействия превышенного напряжения на первичные цепи трансформатора блока управления) и находился в работоспособном состоянии до замены котла на новый.Для устранения неисправности указанного газового котла необходимо было заменить детали и компоненты, находящиеся в первичной электрической цепи (заменить трансформатор).

В настоящее время нарушений работоспособности газового котла в электрической части управления после ремонта не выявлено.

При подключении котла к бытовой электрической сети без подключения к водоснабжению и системе отопления, газовый котел включается, индикация на панели присутствует, при нажатии на кнопки управление котлом осуществляется, электрическая часть котла находится в работоспособном состоянии.

Однако, поскольку при исследовании выявлены признаки нормального износа котла в течение длительной эксплуатации, превышающей срок службы, установленный заводом, его эксплуатация не безопасна ввиду износа комплектующих, не подлежащих замене.

Эксперт ФИО13 выводы представленного заключения судебной экспертизы поддержал, дополнительно указал, что причиной выхода из строя котла отопления в данном случае послужил скачек перенапряжения, в виду которого была повреждена плата управления газового котла, на которой первичные электронные цепи имеют воздействия превышенного напряжения и искрения, причем достаточно сильные, что является характерными признаками воздействия на входные первичные электрические цепи превышающего напряжения (более 220 Вольт). Также эксперт пояснил, что в материалах дела имеется договор между АО «Алтайэнергосбыт» и истцом, в котором указано, что к дому по адресу: 

<

адрес> проходит 3 фазы: «а», «б», и «с». Также в материалах дела имеется акт о замене прибора учета, идущего к дому истца, в котором также указано, что прибор учета имеет 3 фазы. У дома ФИО1 расположен опорный столб, от которого спускаются 3 фазы, на нем же размещен счетчик, к которому идут эти фазы. В этом случае, даже неправильное отсоединение ноля может привести к превышенному напряжению, что могло произойти при замене прибора учета. Если при замене счетчика случайно поставить фазу вместо нуля, то в доме появиться напряжение 380 вольт. По какой причине в данном случае соседи истца при скачке напряжения не пострадали, эксперту не известно. У каждого дома свой прибор учета электроэнергии, если бы фазы были перепутаны на счетчике, скачок энергии произошел бы только в конкретном доме, если бы был перепутан общий провод, то скачек пошел бы по всем домам. В данном случае возможна такая ситуация, что фаза была перепутана на счетчике, идущем к дому истца, после его замены при подключении, что могло повлечь превышение напряжения (перенапряжение, скачок) на первичные электрические цепи блока управления газового котла.

Оценив представленное заключение в совокупности с пояснениями эксперта, данными в судебном заседании, суд приходит к выводу, что оснований сомневаться в достоверности выводов экспертизы не имеется, заключение отвечает требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, так как содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно-обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные, установленные в результате исследования, основывается на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию и исследуемый объект. Заключение содержит ссылки на действующие нормативные документы, на источник информации, описание объектов исследования, описание методов исследования, а также выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

Эксперт ФИО13, подготовивший указанное заключение, обладает специальными знаниями, необходимыми для проведения исследований по поставленным перед ним вопросам, имеет высшее техническое образование, квалификацию «Инженер по специальности – бытовая радиоэлектронная аппаратура», удостоверение о повышении квалификации «Исследование промышленных (непродовольственных) товаров, в том числе с целью проведения их оценки, а также продолжительный стаж работы в должности эксперта, что подтверждается копиями диплома, свидетельства и удостоверения, приложенных к заключению. 

Данных, подвергающих сомнению правильность и обоснованность выводов эксперта, в ходе рассмотрения дела представлено не было.

Как видно из материалов дела, эксперту были разъяснены права и обязанности, предусмотренные статьей 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации; эксперт в установленном порядке предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Исследование экспертом выполнено путем исследования материалов дела, производства визуально-инструментального осмотра, изучения нормативно-технической документации.

Отвечающих требованиям главы 6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы либо ставящих под сомнение ее выводы, суду не представлено, возражений относительно выводов представленного заключения стороной истца, ответчиков суду не представлено, ходатайств о проведении повторной или дополнительной экспертизы сторонами также не заявлено.

При таких обстоятельствах суд полагает, что заключение эксперта отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности доказательств, оснований сомневаться в его правильности не имеется, а потому суд основывает на нем свое решение.

С учетом выводов представленного заключения, суд полагает необходимым отметить следующее.

Согласно пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По общему правилу, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Согласно ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениям п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются в том числе расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. 

По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Согласно разъяснениям, данными в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

В силу ст. 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе заключение судебной технической экспертизы, а также пояснения и показания, данные стороной истца и свидетелями в ходе рассмотрения дела, суд приходит к выводу, что в ходе рассмотрения нашел свое подтверждение факт причинения ущерба имуществу истца, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, в виде выхода из строя принадлежащего ФИО1 настенного комбинированного газового котла Vaillant VUW INT 240/2-3 R1, серийный № 2106453066260001012627N5, установленного по адресу: 

<

адрес>.

Причиной повреждения названного имущества явилось воздействие превышенного напряжения (перенапряжение, скачок) на первичные электрические цепи блока управления газового котла, что установлено, в частности из представленного заключения судебной экспертизы.

При этом, суд находит доказанным и тот факт, что превышение напряжения на первичные электрические цепи блока управления котла произошло в результате выполнения сотрудниками ПАО «Россети Сибирь» работ в рамках мероприятий по установке/замене приборов учета электроэнергии, в ходе которых истцу был установлен новый электросчетчик «Нартис 300».

Указанное обстоятельство подтверждается совокупностью исследованных в ходе рассмотрения дела материалов, показаний свидетелей и заключения судебной экспертизы.

Доводы ответчиком об отсутствии доказательств наличия причинно-следственной связи между повреждением котла отопления и поставкой электроэнергии ненадлежащего качества, подлежат отклонению, поскольку экспертом однозначно установлена причина выхода из строя газового котла, которой явилось воздействие превышенного напряжения на первичные электрические цепи блока его управления. При этом в судебном заседании эксперт указал, что такое перенапряжение могло возникнуть в момент замены и подключения прибора учета электроэнергии, в том числе, по причине допуска ошибки в подключении фазы.

Названные выводы заключения судебной экспертизы, как и показания эксперта, данные им в судебном заседании, стороной ответчиков допустимыми и достоверными доказательствами не опровергнуты, иной версии обстоятельств выхода газового котла ДД.ММ.ГГГГ из рабочего состояния, в том числе в опровержение доводов истца, не приведено, в том числе доказательств не представлено.

Согласно п. 1 ст. 539 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору энергоснабжения, энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением энергии.

В случае, когда абонентом по договору энергоснабжения выступает гражданин, использующий энергию для бытового потребления, договор считается заключенным с момента первого фактического подключения абонента в установленном порядке к присоединенной сети (п. 1 ст. 540 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 38 Федерального закона от 26 марта 2003 г. N 35-ФЗ "Об электроэнергетике" субъекты электроэнергетики, обеспечивающие поставки электрической энергии потребителям электрической энергии, в том числе энергосбытовые организации, гарантирующие поставщики, системообразующие территориальные сетевые организации и территориальные сетевые организации (в пределах своей ответственности), отвечают перед потребителями электрической энергии за надежность обеспечения их электрической энергией и ее качество в соответствии с требованиями настоящего Федерального закона и иными обязательными требованиями.

Из преамбулы Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" следует, что потребитель - гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

В соответствии со статьей 14 данного Закона вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме (пункт 1).

Право требовать возмещения вреда, причиненного вследствие недостатков товара (работы, услуги), признается за любым потерпевшим независимо от того, состоял он в договорных отношениях с продавцом (исполнителем) или нет (пункт 2).

Изготовитель (исполнитель, продавец) освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил использования, хранения или транспортировки товара (работы, услуги). (пункт 5).

В соответствии с пунктом 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 статьи 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, статья 1098 ГК РФ).

На основании статьи 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет. Правила, предусмотренные данной статьей, применяются лишь в случаях приобретения товара (выполнения работы, оказания услуги) в потребительских целях, а не для использования в предпринимательской деятельности.

В силу пункта 2 статьи 1096 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный вследствие недостатков работы или услуги, подлежит возмещению лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем).

Согласно статье 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации продавец или изготовитель товара, исполнитель работы или услуги освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования товаром, результатами работы, услуги или их хранения.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное (пункт 12).

Привлечение к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков возможно при наличии условий, предусмотренных законом. При этом лицо, требующее возмещения убытков, обязано доказать факт причинения убытков и их размер, противоправное поведение причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между возникшими убытками и действиями указанного лица.

Причинная связь между фактом причинения вреда (убытков) и действием (бездействием) причинителя вреда должна быть прямой (непосредственной).

Таким образом, при обращении с иском о взыскании убытков истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности лице.

Отсутствие одного из перечисленных элементов состава правонарушения влечет за собой отказ суда в удовлетворении иска.

Следовательно, бремя доказывания того, что вред имуществу истца был причинен не в результате ненадлежащего выполнения сетевой организацией работ по установке приборов учета, а вследствие иных причин, возлагается на такую организацию.

Между тем, доказательств отсутствия вины в причинении ущерба имуществу истца, как и доказательств повреждения имущества истца вследствие иных причин, стороной ответчика в материалы дела не представлено.

Более того, из материалов дела, в частности из содержания искового заявления, претензии истца, направленной в адрес АО «Алтайэнергосбыт», а также пояснений ФИО1 следует, что истец на протяжении всего периода наличия названного спора как на досудебной стадии его разрешения, так и при рассмотрении дела в суде однозначно и последовательно указывала на повреждение принадлежащего ей имущества в связи с перенапряжением в сети электроснабжения, возникшим в связи с некачественным выполнением монтерами работ по замене приборов учета электроэнергии.

Учитывая закрепленное в п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации правило о том, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, а также то обстоятельство, что доводы истца о характере и причинах повреждения котла отопления нашли свое подтверждение в экспертном заключении, суд не находит оснований ставить под сомнение как сам факт повреждения, так и наличие причинной связи между действиями ответчика по замене приборов учета и повреждением имущества истца.

В этой связи доводы ответчиков о том, что установленный истцу ДД.ММ.ГГГГ прибор учета является исправным, доказательств, что при монтаже прибора учета были перепутаны фазы, а также доказательств скачка напряжения истцом не представлено, как и информации о том, в какой сети имел место данный скачок, подлежат отклонению.

Не опровергают установленных судом обстоятельств и показания свидетелей ФИО11 и ФИО12 о том, что каких-либо нарушений в работе приборов учета обнаружено не было, поскольку каких-либо актов по результатам обследования и осмотра счетчика и оборудования электроснабжения в целом ими составлено не было.

Не имеют юридического значения и доводы представителя ПАО «Россети Сибирь» о том, что в ходе телефонного разговора ДД.ММ.ГГГГ при вызове аварийной бригады истец указывала лишь на поломку газового котла, какой-либо информации относительно скачка напряжения не сообщала, поскольку истец, не являясь специалистом в рассматриваемой области и не располагая необходимыми специальными познаниями, на момент повреждения газового котла самостоятельно определить причину выхода его из строя возможности не имела, к соответствующим выводам ФИО1 пришла лишь после приезда аварийной бригады и ремонта платы управления котла мастером, после чего незамедлительно обратилась в ресурсоснабжающую организацию для урегулирования спора.

То обстоятельство, что электросетевое хозяйство, принадлежащее ПАО «Россети Сибирь», находилось и находится в технически исправном состоянии, выводов суда также не опровергает, поскольку причиной повреждения газового котла явилось нарушение сетевой организацией процедуры монтажа прибора учета, а не неисправность электросетевого хозяйства. Кроме того, из пояснений истца следует, что имевшее место нарушение было устранено монтерами аварийной бригады, прибывшими на место по вызову, что также не было опровергнуто ответчиком в ходе рассмотрения дела, тогда как сам факт выезда специалистов к дому ФИО1 представителем ответчика не оспаривался.

Доводы ответчика о том, что истцом не принято необходимых и достаточных мер к тому, чтобы исключить возникновение такой ситуации, не обеспечен надлежащий контроль за своим имуществом и его безопасной эксплуатацией, также подлежат отклонению, поскольку являются голословными, доказательств наличия вины в действиях/бездействиях истца в данном случае в материалы дела не представлено.

Доказательств тому, что бытовая техника истца не была оборудована заземляющими устройствами, как и доказательств тому, что отсутствие таких устройств послужило причиной повреждения имущества ФИО1, в материалах дела не имеется, из заключения судебной экспертизы такие выводы не следуют.

Пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Судом не установлено грубой неосторожности в действиях истца в причинении ущерба ее имуществу. В связи, с чем судом не усматриваются основания для применения к спорным правоотношениям положений пункта 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела установлено, что принадлежащий истцу жилой дом подключен к электрическим сетям, запитан от ВЛ 0,4 кВ от КТП 22-309-27 фидер 1.

Факт подключения жилого дома, принадлежащего ФИО1, к линиям электропередач, как и факт осуществления специалистами ПАО «Россети Сибирь» монтажа истцу нового прибора учета ДД.ММ.ГГГГ, представитель сетевой организации в ходе рассмотрения дела не оспаривал.

Указанное обстоятельство свидетельствует, что в результате проведения сетевой организацией по собственной инициативе названных работ истцу были оказаны услуги по замене прибора учета электроэнергии.

При этом, по причине нарушения сетевой организацией процедуры монтажа прибора учета, произошла поломка газового котла, установленного в жилом доме ФИО1

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что надлежащим ответчиком в данном случае является ПАО «Россети Сибирь» как организация, которая по своей инициативе в рамках программы модернизации приборов учета электроэнергии, произвела замену прибора учета истца, допустив при этом нарушения.

Ввиду изложенного, с учетом установленной судом причины выхода из строя котла отопления жилого дома истца, ставшего возможным ввиду действий сотрудников ПАО «Россети Сибири», а также отсутствия доказательств того, что причиной повреждения такого имущество послужило ненадлежащее качество поставляемой в дом истцов электроэнергии, суд не находит оснований для удовлетворения требований к ответчику АО «Алтайэнергосбыт».

В этой связи ссылка представителя ПАО «Россети Сибирь» на заключенный с АО «Алтайэнергосбыт» договор оказания услуг по передаче электроэнергии *** от ДД.ММ.ГГГГ судом во внимание не принимается.

Суд находит подлежащими отклонению и доводы представителя ответчика о том, что положения Закона «О защите прав потребителей» в данном случае к ПАО «Россети Сибирь» не применяются, поскольку в данном случае, как установлено в ходе рассмотрения дела, имел место факт оказания сетевой организацией истцу услуг по замене приборов учета как потребителю, использующему электрическую энергию для личных, семейных и домашних нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. 

Отсутствие между сторонами договорных отношений на суть принятого решения не влияет, поскольку в силу п. 2 ст. 14 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей", право требовать возмещения вреда, причиненного вследствие недостатков товара (работы, услуги), признается за любым потерпевшим независимо от того, состоял он в договорных отношениях с продавцом (исполнителем) или нет.

С учетом изложенных обстоятельств, суд приходит к выводу, что истец имеет право требовать взыскания с ПАО «Россети Сибирь» причиненных убытков.

При этом, вопреки доводам стороны ответчика о том, что истцом не представлено доказательств принадлежности ей поврежденного имущества, суд полагает, что само по себе данное обстоятельство право истца на возмещение ущерба не ограничивает. Доказательств того, что истец не является собственником этого газового котла, что исключало бы удовлетворение иска, ответчики суду не представили. Напротив, принадлежность истцу отопительного котла подтверждается фактом его нахождения в жилом доме, собственником которого является ФИО1, а также тем обстоятельством, что на протяжении длительного периода времени (с 2012 г.) истец осуществляла его обслуживание, о чем свидетельствуют представленные в материалы договоры и акты (л.д.66-74 том 1).

Определяя размер ущерба, подлежащего взысканию в пользу истца, суд исходит из следующего.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 31 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите право потребителей", убытки, причиненные потребителю в связи с нарушением изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) его прав, подлежат возмещению в полном объеме, кроме случаев, когда законом установлен ограниченный размер ответственности.

Под убытками в соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ следует понимать расходы, которые потребитель, чье право нарушено, произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, утрату или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые потребитель получил бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право потребителя, получило вследствие этого доходы, потребитель вправе требовать возмещения, наряду с другими убытками, упущенной выгоды в размере, не меньшем, чем такие доходы.

При определении причиненных потребителю убытков суду в соответствии с пунктом 3 статьи 393 ГК РФ следует исходить из цен, существующих в том месте, где должно было быть удовлетворено требование потребителя, на день вынесения решения, если Законом или договором не предусмотрено иное.

В ходе рассмотрения дела из пояснений истца судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ, по просьбе ее сына, к ним домой прибыл работник ООО «Крайгазсервис» ФИО14, который снял с газового котла плату управления для ее ремонта. На следующий день, после выполненного ремонта, плата была установлена на газовый котел, его работа была возобновлена, работал он до момента установки нового газового котла – до ДД.ММ.ГГГГ.

Из заключения судебной экспертизы следует, что для устранения неисправности настенного комбинированного газового котла Vaillant VUW INT 240/2-3 R1, серийный № 2106453066260001012627N5, установленного по адресу: 

<

адрес> необходимо было заменить детали и компоненты, находящиеся в первичной электрической цепи (заменить трансформатор).

При этом, в настоящее время нарушений работоспособности газового котла в электрической части управления после ремонта не выявлено. При подключении котла к бытовой электрической сети без подключения к водоснабжению и системе отопления, газовый котел включается, индикация на панели присутствует, при нажатии на кнопки управление котлом осуществляется, электрическая часть котла находится в работоспособном состоянии.

Оснований сомневаться в достоверности выводов экспертизы, как отмечено выше, не имеется. 

Доказательств, опровергающих заключение судебной экспертизы в части определения способа устранения неисправности котла, его работоспособности после выполненного ремонта платы управления, сторона истца в дело не представила, о чем также отмечено выше. 

Таким образом, на основании представленных доказательств, суд приходит к выводу о том, что в данном случае для восстановления работоспособности котла и устранения последствий его повреждений, возникших по вине сетевой организации, достаточным являлось проведение его ремонта, который и был выполнен.

Исходя из выводов названного заключения, произведенный по поручению истца ремонт платы восстановил работоспособность отопительного котла в электрической части его управления, более того, после проведения такого ремонта данный котел продолжал работу в обычном режиме вплоть до его замены истцом на новый, на указывала сама ФИО1 в ходе рассмотрения дела.

При этом решение о приобретении нового газового котла истце приняла самостоятельно, каких-либо исследований по вопросу необходимости его покупки или невозможности восстановления старого котла не проводила, консультаций у специалистов не получала, тогда как эксперт в ходе исследования пришел к однозначному выводу, что для устранения неисправности настенного комбинированного газового котла необходимо было заменить детали и компоненты, находящиеся в первичной электрической цепи (заменить трансформатор).

В этой связи суд приходит к выводу, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих обоснованность размера понесенных ей убытков по приобретению нового газового котла отопления и его установке в размере 143 500 рублей.

То обстоятельство, что при исследовании котла экспертом установлено небезопасность его эксплуатации ввиду износа комплектующих, не подлежащих замене, обоснованность требований истца в названной части не подтверждает, поскольку причиной выявленных признаков износа газового оборудования является длительная его эксплуатация, превышающая срок службы, установленный заводом.

Поскольку недостатки настенного комбинированного газового котла Vaillant VUW INT 240/2-3 R1, серийный № 2106453066260001012627N5 в виде коррозии металлических компонентов (медных и латунных труб), заиливанию внутренних контурных труб, а также коррозии соединений труб, являются признаками нормального износа, образовались в результате нормальной его эксплуатации в течение длительного времени, значительно превышающего срок службы котла, их наличие не может быть вменено в вину сетевой компании, а потому оснований для взыскания с ответчика расходов истца по приобретению нового газового котла отопления и его установке в размере 143 500 рублей суд не находит.

В данном случае в материалы дела представлены доказательства об ином размере убытков, указывающие на очевидную и распространенную возможность восстановления имущества истца с полным восстановлением его потребительских свойств иными оправданными способами, чем взыскание денежных средств на приобретение нового котла, и стоимость такого возмещения убытков суд признает равной расходам, понесенным истцом на ремонт платы управления газового котла в размере 6 500 рублей, что подтверждается наряд-заказом *** от ДД.ММ.ГГГГ, взыскивая в пользу ФИО1 с ПАО «Россети Сибирь» указанную сумму, тем самым удовлетворяя исковые требования частично.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации причинитель вреда, при несогласии с размером ущерба, вправе представить свои доказательства размера ущерба.

Исходя из принципа состязательности сторон, ответчик в силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сведений об иной стоимости ремонта газового котла истца суду не представил. 

При этом, принимая названное решение, суд отклоняет доводы представителя АО «Алтайэнергосбыт» об отсутствии в материалах дела доказательств, подтверждающих фактическую оплату истцом ремонта платы управления газового котла, поскольку, по мнению суда, представленный истцом заказ-наряд в совокупности с показаниями допрошенных свидетелей ФИО9, ФИО10, а также ФИО14, с заключением судебной экспертизы, выводами которой подтвержден факт выполнения ремонтных работ, является допустимым и достоверным доказательством, действительность которого стороной ответчика не опровергнута, тогда как в силу положений ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации правило о том, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В этой связи, иные доводы стороны ответчика об отсутствии достоверных и достаточных доказательств, подтверждающих факт ремонта и оплаты таких расходов, в том числе со ссылкой на иную судебную практику, судом не могут быть приняты во внимание.

Разрешая заявленные требования в части взыскания компенсации морального вреда, суд учитывает следующее.

В соответствии со ст. 15 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В силу п. 45 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

Разрешая по существу заявленные истцом требования о взыскании компенсации морального вреда, суд, с учетом установленных выше обстоятельств по делу, которые свидетельствуют о допущенных ответчиком ПАО «Россети Сибирь» нарушениях прав истца как потребителя в приведенной выше части, принимая во внимание вышеприведенные положения действующего законодательства, приходит к выводу о наличии оснований для взыскания такой компенсации.

При определении размера компенсации суд принимает во внимание период нарушения прав истца, степень вины ответчика в нарушении прав потребителя, с учетом характера причиненных потребителю нравственных страданий, отраженных в иске и установленных в ходе рассмотрения дела по существу, очевидные переживания истца, связанные с выходом из строя газового котла в зимний период времени, характер правоотношений сторон, одной из которых выступает экономически более слабая сторона, и находит разумным и справедливым удовлетворить требование истца о взыскании компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей, то есть в полном объеме.

Допустимых и достаточных доказательств тому, что ответчиком такой размер компенсации не может быть возмещен, в материалы дела не представлено.

В соответствии с п. 6 ст. 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя, независимо от того заявлено ли такое требование в иске.

Как указано в п. 46 постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. N 17, при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду. 

По смыслу вышеуказанных норм закона условием взыскания с ответчика штрафа является неисполнение им в добровольном порядке требования потребителя, заявленного до обращения в суд в связи с нарушением его прав.

Наличие судебного спора о взыскании денежных средств для восстановления нарушенного права истца в связи с причинением ущерба принадлежащего ей имущества в результате действий ответчика, указывает на несоблюдение ответчиком добровольного порядка удовлетворения требований потребителя. 

В данном случае ответчиком нарушены права истца, установленные Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей", которые не были удовлетворены в добровольном порядке, в том числе после предъявления иска в суд и до принятия судом решения, ненаправление истцом досудебного требования ПАО «Россети Сибирь» о возмещении расходов, не свидетельствует о том, что это лишило ответчика возможности исполнить такое требование, в том числе, до вынесения решения суда, учитывая длительность спора между сторонами, а потому имеются основания для взыскания в пользу истца с ответчика ПАО «Россети Сибирь» штрафа на основании п. 6 ст.13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей", размер которого составляет 8 250 рублей 00 копеек из расчета (6 500 рублей + 10 000 рублей)*50%.

В соответствии со ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление N 7), если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Поскольку стороной ответчика ПАО «Россети Сибирь» не заявлено ходатайство о применении положений ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, оснований для снижения размера штрафа у суда не имеется.

Поскольку исковые требования ФИО1 удовлетворены частично, при этом при подаче настоящего иска истец была освобождена от оплаты государственной пошлины, то на основании ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ПАО «Россети Сибирь» подлежит взысканию государственная пошлина пропорционально сумме удовлетворённых исковых требований в размере 4,53 % (6 500 рублей (сумма удовлетворённых имущественных требований) * 100 / 143 500 рублей (сумма заявленных имущественных требований), то есть в сумме 184 рубля 37 копеек (4 070 рублей (государственная пошлина при цене иска 143 500 рублей) * 4,53 %), а также 300 рублей по требованию о взыскании компенсации морального вреда.

Таким образом, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в общем размере 484 рубля 37 копеек.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к публичному акционерному обществу «Россети Сибирь» о взыскании денежных средств, удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ рождения, место рождения 

<

адрес>) с публичного акционерного общества «Россети Сибирь» (ИНН ***) убытки в размере 6 500 рублей 00 копеек, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей 00 копеек, штраф в размере 8 250 рублей 00 копеек.

В удовлетворении исковых требований к публичному акционерному обществу «Россети Сибирь» в оставшейся части отказать.

Отказать в удовлетворении исковых требований к акционерному обществу «Алтайэнергосбыт» в полном объеме. 

Взыскать с публичного акционерного общества «Россети Сибирь» (ИНН *** в доход муниципального образования городского округа – город Барнаул государственную пошлину в размере 484 рубля 37 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Алтайского краевого суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Индустриальный районный суд города Барнаула.

Судья Н.Н. Лопухова

Решение суда в окончательной форме принято 8 апреля 2025 года.

Верно, судья Н.Н.Лопухова

Секретарь судебного заседания Т.А. Шарипова

Решение суда на 08.04.2025 в законную силу не вступило.

Секретарь судебного заседания Т.А. Шарипова

Подлинный документ подшит в деле № 2-113/2025 Индустриального районного суда г. Барнаула.