Судья Жохова М.Г. Дело № 22-271/2026 (22-12725/2025)

УИД 77RS0033-02-2024-002448-23

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красногорск Московская область 22 января 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Московского областного суда в составе председательствующего судьи Сеурко М.В.,

судей Курносовой Е.А., Шаталова А.А.,

с участием прокурора апелляционного отдела прокуратуры Московской области Солонина А.Ф.,

осужденного ФИО1 в режиме видеоконференц-связи,

адвокатов Юндиной М.А. и Березикова С.В. в защиту осужденного ФИО1,

представителя потерпевшего ООО «ПКФ «ЛУЧ» по доверенности Ш,,

при помощнике судьи Гуськове А.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы адвокатов Юндиной М.А. и Березикова С.В. в защиту интересов осужденного ФИО1 на приговор Пушкинского городского суда Московской области от 16 октября 2025 года, которым

ФИО1, 

<

данные изъяты> года рождения, уроженец 

<

данные изъяты>, гражданин Российской Федерации, не судимый,

осуждены по ч.3 ст.159, ч.3 ст.159 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы за каждое из двух преступлений.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначено окончательное наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставлена прежней - в виде содержания под стражей.

Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбывания наказания время содержания ФИО1 под стражей с 24 октября 2024 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета, произведенного в соответствии с п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ.

Арест наложенный постановлением Нагатинского районного суда г.Москвы от 07 декабря 2023 года на денежные средства, находящиеся либо поступающие на расчетные счета ФИО1 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, открытые в ПАО «Сбербанк», по вступлении приговора суда в законную силу отменить.

Приговором суда разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Курносовой Е.А., выступление осужденного ФИО1 и его адвокатов Юндиной М.А. и Березикова С.В. поддержавших доводы апелляционных жалоб об отмене приговора суда, мнение представителя потерпевшего – адвоката Ш, возражавшего против удовлетворения доводов апелляционных жалоб, мнение прокурора Солонина А.Ф., просившего об оставлении приговора суда без изменения, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 признан виновным и осужден за совершение мошенничества, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, в крупном размере; а также за совершение мошенничества, то есть хищения чужого имущества путем обмана, в крупном размере.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 вину в предъявленном обвинении не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Юндина М.А. в интересах осужденного ФИО1 находит приговор суда незаконным, необоснованным и подлежащем отмене. Указывает на нарушение судом норм уголовно-процессуального закона, а именно нарушение правил подсудности рассмотрении уголовного дела судом. Ссылаясь на п.5.1 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года №48 указывает, что местом совершения мошенничества, состоящее в хищении безналичных денежных средств с банковского счета является место совершения лицом действий, связанных с обманом, направленных на незаконное изъятие денежных средств. Местом окончания мошенничества является место нахождения подразделения банка или иной организации, в котором владельцем денежных средств был открыт банковский счет или велся учет электронных денежных средств без открытия счета. Счет ООО «ПФК «Луч», с которого ФИО1 перечислялись безналичные денежные средства, открыт в банке по адресу: 

<

данные изъяты>, относящемуся к району Арбат г.Москвы. При условии применения предыдущей редакции Постановления Пленума Верховного Суда РФ, уголовное дело не может быть подследственно СЧ РОПД СУ УВД по ЮАО ГУ МВД России по 

<

данные изъяты>, так как не совершено на их территории. Согласно приговору суда совершались действия, связанные с обманом Х, направленные на хищение принадлежащих ему денежных средств, которые в дальнейшем передавались ФИО1 как в наличной форме, так и в безналичной форме путем перевода на расчетный счет ФИО1, открытого в банке по адресу: М.О., 

<

данные изъяты>, пом.3 В приговоре суда лишь только два раза из 9 была осуществлена передача денежных средств на территории района Чертаново Центральное и являлись промежуточными. Преступление в отношении Х было окончено 31 мая 2018 года, когда были перечислены денежные средства со счета супруги Х, расположенном в отделении ПАО «Сбербанк» по адресу: 

<

данные изъяты> Согласно ст.152 УПК РФ подследственность определяется местом окончания преступления и другие специальные правила не могут быть применены к указанным обстоятельствам. По данному уголовному делу отсутствуют предусмотренные законом основания, указывающие на возможность проведения предварительного расследования СО МВД России по Району Чертаново Центральное г.Москвы и СЧ РОПД СУ МВД по ЮАО ГУ МВД России по г.Москве. В нарушение требований закона уголовное дело не было направлено по подследственности, предварительное следствие осуществлено ненадлежащем лицом, что повлекло получение доказательств и проведение следственных действий с нарушением закона. Подсудность рассмотрения уголовного дела Пушкинскому городскому суду Московской области также свидетельствует о нарушении территориальной подследственности, которые не были устранены судом первой инстанции и влекут за собой отмену приговора. Действия ФИО1 по получению денежных средств от ООО «ПФК «ЛУЧ» не являлись противоправными, а были обусловлены правом Е. требовать возврата выданного ей займа по договору №2 от 01 января 2011 года. Факт заключения договора займа и внесения Е. денежных средств в наличной форме не опровергнуты, а версия ФИО1 о необходимости внесения денежных средств подтверждается ответом Агенства по страхованию вкладов. Выводы суда в части вины ФИО1 не соответствуют действительности. У ООО «ПКФ «ЛУЧ» имелась задолженность перед ФИО1 и Е., которая кратно превышает размер вмененного хищения, что исключает вывод о наличии причиненного ущерба. Ссылаясь на п.26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года №48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», адвокат указывает на отсутствие у ФИО1 корыстной цели незаконного обогащения исходя их наличия реальных имущественных требований к Обществу, что исключает в его действиях состав мошенничества. Не обращение ФИО1 в суд за взысканием задолженности по заработной плате не исключает ее отсутствие. На момент инкриминируемых ФИО1 событий, он являлся уполномоченным лицом на принятие решений о распоряжении имуществом общества, что исключает в его действиях обман. У ФИО1 был доступ к системе «Банк-Клиент» и все необходимые для этого полномочия. Согласно выводам суда, его действия должны были быть квалифицированы по ст.160 УК РФ. Квалификация действий ФИО1 о совершении мошенничества с использованием своего служебного положения является также не верной, поскольку его полномочия как генерального директора истекли 10 февраля 2017 года, а хищение денежных средств у ООО «ПКФ «ЛУЧ» совершено в период со 02 марта 2017 года по 28 декабря 2018 года, т.е. после истечения полномочий. Выводы суда о наличии полномочий противоречивы, отсутствуют доказательства подложности протокола общего собрания участников, а имеющиеся доказательства носят вероятностный характер. Ссылаясь на п.29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года №48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», а также Определение Верховного Суда РФ не подлежит вменению квалифицирующий признак с использованием своего служебного положения, если полномочия такого лица являлись мнимыми. С учетом изложенного, в действиях осужденного отсутствуют все признаки преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ по преступлению в отношении ООО «ПКФ «ЛУЧ». По преступлению в отношении Х также отсутствуют признаки преступления, так как в его действиях отсутствовал обман. С учетом собранных доказательств суд ошибочно пришел к выводу о намерении ФИО1 продать долю ООО «ПКФ «ЛУЧ» принадлежащую Ц, Дача согласия на отчуждение доли, принадлежащей Е., являющейся их совместной собственностью, не является противоправным. Х он в заблуждение не вводил и между сторонами возникли гражданско-правовые отношения, исключающие умысел на хищение, что подтверждается решением суда по гражданскому делу. Признак безвозмездности в действиях осужденного так же отсутствует, поскольку предполагалось после получения денежных средств передачу доли в праве собственности, что подтверждается условиями соглашения. В связи с отсутствием полной оплаты Х переход права собственности не состоялся, но породил право требования к Е. Показания Ц. и Х содержат внутренние противоречия и друг к другу. Приводя анализ показаниям указанных лиц и представленным доказательствам, защита указывает на оговор ФИО1 с их стороны, оценки которому судом не дано. Назначенное ФИО1 наказание является несправедливым и не соответствует тяжести вмененного преступления ввиду его чрезмерной суровости. ФИО1 характеризуется положительно, социализирован, ранее к уголовной ответственности не привлекался, имеет хронические заболевания – сахарный диабет и гипертонию, в связи с чем реальное отбывание наказания отрицательно скажется на его здоровье. Адвокат просит отменить приговор суда и вынести оправдательный приговор в отношении ФИО1

В апелляционной жалобе адвокат Березиков С.В. в защиту интересов осужденного ФИО1 также ставит вопрос об отмене приговора суда. Просит вернуть уголовное дело прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, изменить ФИО1 меру пресечения на запрете определенных действий, а в случае отказа в удовлетворении указанного требования вынести в отношении него оправдательный приговор. Доводы жалобы адвоката аналогичны доводам апелляционной жалобы адвоката Юндиной М.А. В ней автор жалобы также указывает о нарушении правил территориальной подследственности уголовного дела, а именно ст.152 УПК РФ, что исключало получение допустимых доказательств. В дополнение указывает, что уголовные дела возбуждены по заявлениям Ц. и Х без достаточных к тому оснований. ФИО1 и Е. не были опрошены, финансово-экономические исследования не проведены, материалы документальной ревизии проведенной в рамках процессуальной проверки не истребованы. Постановление о возбуждении уголовного дела было обжаловано защитой в порядке ст.125 УПК РФ, однако к моменту передачи материалов по жалобе уголовное дело было направлено в суд. Имелись основания для прекращения уголовного дела, поскольку Ц, Д.В. и Ц, ранее обращались в МУ МВД «Пушкинское» с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 Наличие неотмененного постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по тому же обвинению является основанием для прекращения уголовного преследования. Отказывая в удовлетворении подавляющего большинства заявленных ходатайств, судом было нарушено право подсудимого на защиту. Перечисляя заявленные стороной защиты ходатайства, которые по мнению автора жалобы оправдывают обвиняемого, защитник указывает на недопустимость произвольного отказа в их удовлетворении как на стадии предварительного расследования, так и судом. Тем самым допущено грубейшее нарушение права ФИО1 на защиту от предъявленного обвинения. Вывод суда о не установлении оговора осужденного со стороны потерпевших противоречит представленным стороной защиты доказательствам по делу. Приводя содержание и оценку доказательств, как принятых и исследованных судом, так и не принятых судом первой инстанции, адвокат настаивает на подтвержденном факте оговора ФИО1 со стороны Х и Ц., а также наличии корпоративного спора, перешедшего в уголовное дело. Выводы суда в этой части являются предположениями, не основанными на доказательствах, что влечет отмену обжалуемого приговора согласно ст.389.16, 389.17 УПК РФ. Выводы суда о наличии признаков хищения ФИО1 путем обмана денежных средств ООО «ПКФ «ЛУЧ» абсурдны и не основаны на доказательствах. Экспертное заключение №1/128 от 23 июня 2023 года содержит предположительный вывод о том, что подпись от имени Ц, в протоколе общего собрания №14 выполнена вероятно не ей, не имеет доказательственного значения и не могло быть использовано. Подложность протокола не подтверждена, а в проведении повторной почерковедческой экспертизы стороне защиты было отказано. Решение Арбитражного суда о признании протокола недействительным по формальным основаниям, не имеет доказательственного значения, так как не подтверждает обстоятельства, изложенные в приговоре. В материалах дела имеется представленная ФИО1 копия договора №-02 от 01 января 2011 года, которая опровергает выводы суда о надуманности оснований для перечисления денежных средств 578 800 рублей на счет Е. Отсутствие оригинала договора не свидетельствует о его незаключении, а показания ФИО1 и Е. об объективных причинах не внесения денежных средств на банковский счет, не нашли должной оценки в приговоре суда. Законность осуществления ФИО1 платежей подтверждается указанием назначения платежа как возврат по договору займа, без сокрытия. Причинение материального ущерба ООО «ПКФ «ЛУЧ» ФИО1 не подтверждено, поскольку не доказан умысел на совершение безвозмездного и корыстного хищения имущества при наличии задолженности у Общества перед ФИО1 Представленным материалам и доказательствам стороной защит не дано должной оценки, а оригинал квитанции о несении ФИО1 27 мая 2015 года на счет Общества денежных средств вовсе не приобщен, отказано и в проведении финансово-экономической экспертизы для установления наличия и размера причиненного ущерба. Ссылаясь на положения ст.182 ГК РФ и ст.40 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», автор жалобы отмечает, что законным представителем общества является его единоличный исполнительный орган, уполномоченный на распоряжение имуществом, что также отражено в Уставе ООО «ПКФ «ЛУЧ». Суд не согласился с изложенной позицией и пришел к выводу, что ФИО1 использовал свое служебное положение генерального директора, тем самым одновременно являясь лицом, которое путем предоставления недостоверных сведений изымало имущество общества, в то же время был введен в заблуждение и произвел как исполнительный орган отчуждение имущества. Предметом уголовно-правовой оценки по преступлению в отношении Х являются гражданско-правовые отношения, что подтверждают показания ФИО1 и собранные доказательства. Единственным доказательством по указанному преступлению являлись показания Х, которые по мнению адвоката нелогичны, противоречивы и не согласуются с другими доказательствами. Приводя подробный анализ показаний Х, данных в ходе допроса и очных ставок, а также содержание его заявления о возбуждении уголовного дела, адвокат указывает на отсутствие ссылки о том, что предметом сделки являлась доля Ц, Противоречия в его показаниях судом устранены не были, а данные им показания в суде являлись вовсе ложными, что давало суду основания при сопоставлении показаний с иными доказательствами признать их недостоверными. Стороной защиты инициировано обращение в правоохранительные органы с заявлением возбуждении уголовного дела в отношении Х по ст.307 УК РФ. Отправленное ФИО1 по электронной почте письмо Ц. о наличии у Общества кредиторской задолженности, а также реального покупателя, который готов приобрести ООО «ПКФ «ЛУЧ» с погашением задолженности, никакого отношения к заключенному с Х согласию от 15 февраля 2018 года не имеет. Письмо было направлено через 1,5 года после заключения «согласия» и речь в нем идет об ином лице, а не о Х В письме не идет речь о доли Ц., предметом сделки предполагалась как доля Ц., так и доля Е. О бесплатном выходе Ц. из состава участников общества также в письме не оговаривается, а версия о наличии долга у ФИО1 перед Х является голословной и никакими иными доказательствами кроме показаний Ц. не подтверждается. «Согалсие» от 15 февраля 2018 года стороны не расторгали до момента обращения Х в Головинский суд с заявлением о признании его недействительным и взыскании переданной ранее суммы денежных средств, в счет оплаты доли. После предоставления реквизитов ФИО1 возвратил денежные средства. Уставом ООО «ПКФ «ЛУЧ» порядок направления оферты о реализации преимущественного права на приобретения доли не установлен, в то время как ФИО1 и Х, заключили лишь соглашение о намерении, согласия собственника в праве общей совместной собственности на отчуждение имущества, при условии оформления в бедующем договора купли-продажи доли после уплаты оговоренной суммы в 4,5 миллиона рублей. Дав неверную правовую оценку указанным обстоятельствам, суд допустил существенные нарушения норм УПК РФ при проверке и оценке доказательств. При назначении наказания ФИО1 судом также были допущены нормы уголовного закона, что повлекло за собой назначение чрезмерно строгого, максимального наказания. Судом не было учтено в качестве смягчающих наказание обстоятельств добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненного преступлением, поскольку ФИО1 взысканная решением суда сумма в пользу Х была уплачена в полном объеме, что давала суду право для применение п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ. Принудительные процедуры по взысканию денежных средств не применялись, что указывает на добровольный характер их оплаты. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что фактический размер назначенного наказания должен быть меньше назначенного судом.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Предварительное и судебное следствие по делу проведены полно и объективно, без нарушений уголовно-процессуального законодательства, с соблюдением принципов уголовного судопроизводства.

Суд обоснованно постановил в отношении ФИО1 обвинительный приговор.

В соответствии с положениями ст. 297 УПК РФ, приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Рассмотрение уголовного дела судом имело место в соответствии с положениями глав 36 - 39 УПК РФ, определяющими общие условия судебного разбирательства, с обеспечением принципа состязательности и равноправия сторон, с обоснованием сделанных выводов собранными по делу доказательствами, проверенными на предмет их относимости и законности, оцененными каждое в отдельности и в сопоставлении друг с другом, признанными в совокупности достаточными для установления обстоятельств, перечисленных в ст. 73 УПК РФ. При этом суд принял все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела.

Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.ст. 273 - 291 УПК РФ. В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные участниками процесса ходатайства, которые были рассмотрены судом в полном соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ, по каждому из них судом вынесены соответствующие постановления с соблюдением требований ст. 256 УПК РФ, в которых приведены надлежащие мотивировки принятых решений: с учетом, представленных по делу доказательств, наличия либо отсутствия реальной необходимости и возможности в производстве заявленных процессуальных действий с целью правильного разрешения дела и с учетом положений ст. 252 УПК РФ, и не выходят за рамки судебного усмотрения, применительно к нормам ст. ст. 7, 17 УПК РФ. Доказательства, положенные в основу обвинительного приговора, собраны с соблюдением требований ст.ст. 74, 86 УПК РФ и сомнений в их достоверности не имеется.

В судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

Судебное разбирательство по уголовному делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе состязательности и равноправия сторон, права на защиту, презумпции невиновности. Как следует из протоколов судебных заседаний, суд исследовал все представленные сторонами доказательства и разрешил по существу все заявленные ходатайства в точном соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ. Фактов необоснованного отклонения ходатайств стороны защиты не установлено.

Сами по себе решения, принимаемые председательствующим судьей по заявленным стороной защиты ходатайствам, не могут расцениваться как проявление обвинительного уклона, предвзятость со стороны суда, нарушение права осужденных на защиту и не являются основанием полагать, что уголовное дело рассмотрено незаконным составом суда.

Вопреки доводам апелляционных жалоб нарушений принципа состязательности сторон, предусмотренных положениями ст. 15 УПК РФ, необоснованных отказов в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

В соответствии со ст.307 УПК РФ приговор в отношении ФИО1 содержит описание преступных деяний, признанных судом доказанными, с указанием места, времени, способа их совершения, формы вины, мотива, целей и последствий преступлений, при этом в приговоре перечислены доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности осужденных, а также содержит мотивированные выводы о квалификации действий осужденного и назначении ему наказания.

Содержание исследованных судом доказательств изложено в приговоре в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения значимых для дела обстоятельств. Фактов, свидетельствующих о приведении в приговоре показаний допрошенных лиц либо содержания иных документов таким образом, чтобы это искажало существо исследованных доказательств и позволяло им дать иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, судом кассационной инстанции не установлено.

Доказательства, приведенные в приговоре, были проверены в ходе судебного следствия, суд дал им надлежащую оценку с указанием мотивов, по которым он принял одни доказательства и отверг другие.

У судебной коллегии отсутствуют основания не соглашаться с данной оценкой доказательств и выводами суда, поскольку достоверность и допустимость указанных в приговоре доказательств, сомнений не вызывает.

Вопреки доводам апелляционных жалоб стороны защиты, выводы суда о виновности осужденного ФИО1 в совершении инкриминируемых ему деяний являются обоснованными, соответствуют установленным судом фактическим обстоятельствам уголовного дела, подтверждены совокупностью тщательно исследованных и объективно проверенных в судебном заседании доказательств, приведенных в приговоре, которые являются допустимыми и достаточными, а именно:

- показаниями потерпевшего Х, согласно которым он в ООО «ПКФ «ЛУЧ» осуществляет обязанности заместителя генерального директора с 09 февраля 2016 года по договору найма. На тот период времени генеральным директором ООО «ПКФ «ЛУЧ» являлся ФИО1 Финансовая сторона Общества - налоговые операции, бухгалтерская деятельность, а также управленческие дела его никогда не касались, ими всегда занимался ФИО1 В декабре 2016 года он искал помещение для осуществления трудовой деятельности. Он созвонился с ФИО1 и в ходе встречи сообщил тому, что его интересует аренда помещения под трудовую деятельность. ФИО1 сообщил, что у Общества имеется задолженность перед Администрацией Пушкинского района р.п. Лесной по оплате договора купли-продажи и при дальнейшей неуплате, помещение будет выставлено на торги и в дальнейшем продано. ФИО1 предложил ему взять на себя всю техническую часть работы на ООО «ПКФ «ЛУЧ» и при этом пояснил, что в случае его согласия, ему необходимо будет внести денежные средства в сумме 4 500 000 рублей в счет приобретения 20 % доли ООО «ПКФ «ЛУЧ». Денежные средства ему необходимо будет внести частями. ФИО1 озвучил сумму задолженности перед администрацией, а именно 1 000 000 рублей, которую необходимо было оплатить примерно до мая 2018 года. Также ФИО1 сообщил, что у Общества на 2016 год имеются два учредителя Е. - его супруга, с долей голосов в 40 %, а также Ц,, с долей голосов в 60 %. Учредителями ООО «ПКФ «ЛУЧ» являются жены формально, по документам, всю деятельность ООО «ПКФ «ЛУЧ» осуществляет ФИО1, а также пояснил, что Ц, давал ему денежные средства, наличными, на обеспечение производства и работы ООО « ПКФ «ЛУЧ», на которые ФИО1 приобретал станки для производства. Далее у ФИО1 и Ц. завязался конфликт, вследствие которого их семьи перестали общаться. ФИО1 пояснил, что у них с Ц. есть устная договоренность о том, что по приезду Ц, из-за границы документы о передаче ее доли голосов в 60 % будут подписаны, документы уже готовы и их оформление простая формальность. Ц, и ее супруг уже не имеют никакого отношения к ООО «ПКФ «ЛУЧ». На его просьбы и вопросы об их встрече с Ц., очень долго получал отказы от ФИО1 по непонятным причинам. Далее примерно в феврале 2017 года он приехал в офис к ФИО1, где находилась женщина, которую ФИО1 ему представил как бухгалтера, которая составила договор найма его на должность заместителя директора ООО «ПКФ «ЛУЧ». Данный договор был подписан им и ФИО1 в присутствии У, и заверен печатью. После этого он начал осуществлять трудовую деятельность в ООО «ПКФ «ЛУЧ». 

<

данные изъяты> он встретился с ФИО1, который составил согласие на передачу денежных средств в счет оплаты доли в уставном капитале в сумме 4 500 000 рублей, после внесения вышеуказанных сумм ФИО1 должен был включить его официально в состав учредителей ООО «ПКФ «ЛУЧ». ФИО1 пояснил, что Ц, как раз в марте 2018 года должна приехать, и они начнут процедуру переоформления документов. В счет оплаты данного соглашения им ФИО1 были переданы как наличные, так и безналичные денежные средства. В июне 2019 года он встретился с Ц., который сообщил, что их отношения прекратились в момент когда Ц. поймал ФИО1 на краже денежных средств, примерно в 2015 году. Далее Ц, Д.В. сообщил, что не принимал участия в делах фирмы и не общался с ФИО1 до февраля-марта 2016 года. ФИО1 ему сообщил, что в связи с большими долгами ООО «ПКФ «ЛУЧ» перед «МосЭнерго», по решению суда, ООО «ПКФ «ЛУЧ» должен был расторгнуть договор аренды земельного участка, в связи с чем ООО «ПКФ «ЛУЧ» вскоре станет банкротом и перестанет существовать. Ц, Д.В. не дал ФИО1 денежных средств и сказал, что ему больше ничего не нужно, в связи с чем, окончательно прекратил с ним общение, а также общение по поводу дел в Обществе. После этого он рассказал Ц. о том, что ФИО1 предложил ему обмануть его, подтвердив наличие у ООО «ПКФ «ЛУЧ» задолженности. Они с Ц. обговорили сложившуюся ситуацию и выяснили что официально он в ООО «ПКФ «ЛУЧ» никогда трудоустроен не был и Ц, Д.В. узнал о нем от ФИО1, который представил его как потенциального покупателя. Далее Ц. были проведены ряд проверок по деятельности ФИО1 и Е. в ООО «ПКФ «ЛУЧ», в ходе которых выяснилось, что денежные средства, переданные и переведенные им ФИО1 в счет оплаты приобретения доли в уставном капитале, на счет Общества не поступали. У ФИО1 отсутствовало право распоряжаться долями Общества;

- показаниями потерпевшего Ц., согласно которым он является генеральным директором ООО «ПКФ «ЛУЧ». С 2003 года знаком с ФИО1, состоял с ним в дружеских отношениях. ФИО1 предложил приобрести готовый бизнес в виде лесопилки ООО ПКФ «ЛУЧ», который сразу будет приносить прибыль. Он согласился при условии, что ФИО1 будет управлять. С 2007 по 2020 год ФИО1 числился директором. С 2007 по 2015 года он финансировал, передавал деньги ФИО1 наличными на покупки станков, ремонты помещений, сушильной камеры. Когда он приходил на предприятие, то видел станки и камеры, что они работали, но только прибыли не было. Как только он звонил ему и спрашивал о прибыли, ФИО1 выставлял новые условия, что нужно еще доплатить. В 2015 году он сказал, что прекращает финансирование. В 2016 году ФИО1 ему позвонил и сказал, что в связи с тем, что финансирования нет, по решению суда их бизнес забирают. Так как бизнес был арендный, в аренде Пушкинского муниципалитета, а здание они не выкупили до конца, то лишаются всего. После решения суда в 2016 году он перестал звонить ФИО1 В 2019 году ФИО1 объявился, сказал, что бизнесу не конец, просто очень много расходов, предприятие на грани банкротства. Сказал, что ему надо выйти из общества, безвозмездно передав свои акции в пользу жены ФИО1, а он дальше будет думать как выходить из положения. ФИО1 прислал ему по электронной почте сумму долгов на 4 500 000 рублей, как выяснилось потом ложные письма из Пушкинской администрации, 1 500 000 рублей долги в «МОСЭНЕРГО», 260 000 рублей долги по налогам, и убедил его в необходимости переписать долю. Находясь у нотариуса ФИО1 вынес на подпись документ, где он должен подписаться от имени жены и передать акции в пользу жены ФИО1. Он передумал, начал разбираться. ФИО1 сообщил ему о покупателе Х, контакты которого он попросил чтобы встретиться. сказал, что есть покупатель, он попросил контакты покупателя, чтобы В ходе встречи в ТЦ Х ему открыл глаза на все происходящее и рассказал, что никаких долгов перед Пушкинской администрацией не существует, существуют только долги по электроэнергии, и что ФИО1 хочет продать ему 20% его доли. Он собрал общее собрание, вызвал ФИО1 и было принято решение снять его с должности и поставить его директором. В силу формальностей он не смог вступить в должность в сентябре. Он назначил ревизионную комиссию на предприятии и нашел в архиве ряд документов, в том числе и протокол о продлении полномочий ФИО1 от 2017 года, где стояла поддельная подпись его жены Ц.. Он обратился к ФИО1 с просьбой предоставить оригинал протокола общего собрания. ФИО1 его предоставить не смог. Он обратился в суд в декабре 2019 года. Решением суда протокол о продления полномочий был признан недействительным. После этого он еще раз просил ФИО1 назначить общее собрание, он отказался. Он сам собрали заочное голосование и в февраля был назначен директором. После этого написал ФИО1 требование с предоставлением всей бухгалтерской отчетности, документов. Пытался начать ревизию еще в сентябре, но бухгалтерские документы не получил. ФИО1 сказал, что бухгалтер его обманула и с бухгалтерской флешкой куда-то пропала. В феврале он получил доступ к банку, и бухгалтера, которые занимались ревизией, на основании банковских выписок смогли кое-как свести концы с концами, чтобы понять, что на фирме происходит. В налоговую отчеты не подавались с 2016 года, ему пришлось всё восстанавливать, подавать налоговые декларации, платить штрафы. В ходе ревизии были выявлены ряд нарушений, которые были отражены в акте, в частности, было выявлено что он выдал со счета ООО «ПКФ ЛУЧ» на свой счет в районе 580 000 рублей, сам получил, не отчитавшись 226 000 рублей. Подтвердить законность выдачи денежных средств он так и не смог. ФИО1 предоставил кредитный договор, заключенный со своей женой. Далее был подан иск в арбитражный суд, который был удовлетворен на сумму 578 000 рублей и 226 000 рублей. В июне 2022 году, он встречался с ФИО1 в присутствии адвокатов, предложил мирно разойтись, чтобы он переписал на него фирму в счет своих расходов, на что ФИО1 сказал, что не согласен. Тогда он сообщил что отнесет документы в правоохранительные органы;

- показаниями свидетеля Ц,, согласно которым в 2006 году ФИО1 предложил купить готовый бизнес для дальнейшего совместного бизнеса. Бизнесом занимались мужчины, а документы оформили на нее и на Е.. У нее было 60%, у ФИО1 40%. Отношения у были хорошие до 2015 года, но потом испортились, поскольку ФИО1 обратился к ее мужу с просьбой выделить ему еще денег, муж отказался и они перестали общаться. В 2019 году ФИО1 обратился к ее мужу Ц. с тем, что общество находится на грани банкротства, что у общества большие долги, он готов урегулировать этот вопрос, но она должна будет выйти из состава учредителей безвозмездно, передать ему свою долю – 60%. Ее это предложение не устроило, они с мужем решили проверить финансовую деятельность организации. Запросили у ФИО1 документы, но он их не предоставил. 02 сентября она инициировала собрание учредителей. ФИО1 был по доверенности от своей супруги, обсуждались вопросы о ревизионной комиссии и смене директора. Комиссия была назначена, директора тоже поменяли. Но протокол они не смогли зарегистрировать в налоговых органах, так как он не был надлежаще оформлен. Во время ревизии в помещении ООО «ПКФ «ЛУЧ», среди документов была обнаружена копия протокола общего собрания от февраля 2017 года, где продлевались полномочия ФИО1 еще на 5 лет, где якобы стояла ее подпись. Подпись она сразу опознала как не свою, в собрании она не участвовала, ее никто не извещал об этом. По этому поводу она обратилась в УМВД «Пушкинское», с заявлением о подделке документа. Поскольку УМВД «Пушкинское» затягивало рассмотрение заявления, она обратилась в Арбитражный суд с заявлением о признании протокола ничтожным. Арбитражный суд иск удовлетворил в декабре 2019 года. В январе 2020 года она инициировала собрание о смене директора, собрание прошло, директора сменили;

- показаниями свидетеля Н,, согласно которым она и Ц, являются участниками ООО «ПКФ «Луч». ФИО1 стал генеральным директором в 2007 году. Она не являлась единоличным исполнительным органом общества, поэтому никем и никакие полномочия ей не продлевались и не могли быть продлены по определению. Никакие документы, в том числе протокол, она не подделывала. Протокол общего собрания от 10 февраля 2017 года, которым полномочия генерального директора не содержит признаков внесения в него заведомо недостоверных сведений. Она в него недостоверных сведений не вносила и подписала его. Согласно сложившейся практике, вместе они для проведения общего собрания не собирались. Ее муж обсуждал с Ц. текущие вопросы деятельности Общества, требующие решения, согласовывал целесообразные решения (они были фактическими контролирующими лицами), затем оформлялся протокол, который муж приносил ей, она его подписывала, затем протокол передавался Ц., который также подписывал протокол у своей супруги. Отсутствовала необходимость проводить общее собрание в форме личной очной встречи. О том, что Ц,. и Ц, достоверно знали о продлении протоколом от 10 февраля 2017 года полномочий ее мужу, свидетельствует то обстоятельство, что в течение 2,5 лет после даты этого протокола до момента обращения в суд указанные лица претензий относительно спорного протокола не заявляли, его полномочия не оспаривали, следовательно, признавали их, и только после появления в 2019 г. личного, а затем и корпоративного конфликта между их семьями, Ц, оспорила протокол. Основания для такого оспаривания, Ц, и Ц, заложили заранее, получив доступ к документам, в том числе к оригиналу протокола от 10 февраля 2017 года, лишили ее доступа к нему, утаили его от суда, не представив его в материалы арбитражного дела. О получении ее мужем от Ц. каких-либо денежных средств ей не известно. Ее муж отчитывался перед ней и Ц. До определенного момента Ц, Д.В. и его супруга Ц, принимали определенное участие в управлении обществом и контроле за его деятельностью. Ее муж ФИО1 один раз в год и иногда чаще предоставлял Ц. итоговую информацию о прибылях и убытках с подтверждающими документами, таблицами, одновременно информируя его о результатах деятельности организации, фактических затратах, целях затрат. Также они обсуждали актуальные проблемы и вопросы деятельности общества по мере их возникновения. Если необходимо было заключение сделок, которые вели к образованию кредиторской задолженности общества, то такие решения, безусловно согласовывались с Ц. Также как она узнавала от своего супруга о деятельности общества. ФИО1 являлся до 2019 г. генеральным директором и главным бухгалтером общества, поэтому номинально право на распоряжение финансовыми средствами ее общества были только у него. Она не занимала административных должностей в обществе, в текущем управлении обществом не участвовала, поэтому непосредственно очевидцем документального оформления расходования денежных средств не является. О том, что расходные операции по счету осуществлялись путем оформления платежных поручений, которые передавались в банк, в том числе с использованием системы банк-клиент ей известно из разговоров с супругом. Со слов мужа ей известно, что Общество оказывало складские услуги ООО «ЦЦС» на договорной основе. О претензиях ООО «ПКФ «Луч» в адрес ООО «СК «ЦЦС» она ничего не слышала. Все корпоративные документы хранились в офисных помещениях по юридическому адресу организации. Печать и ключ к системе Банк-клиент могли находится у мужа при себе. В 2018-2019 годах со стороны Ц. стала проявляться агрессия и личная неприязнь, в результате на их семью и ее мужа оказывалось давление с требованием выйти из состава участников ООО «ПКФ «Луч» за 1 рубль. Мотивом требования стало то, что они якобы обкрадывали Ц. Они стали обращаться в суды по совершенно надуманным основаниям. О некоторых фактах подачи исков они не знали, решения состоялись без их участия, в результате они утратили возможность оспорить и пересмотреть судебные акты. По другим делам, по которым своевременно узнали о начавшемся процессе, добились отказа или частичного отказа в удовлетворении требований. Она заключала несколько договоров займа с ООО «ПКФ «Луч» для докапитализации общества из-за нулевого или отрицательного баланса и необходимости оборотных средств для финансирования необходимых затрат. Если на договоре № 02 от 01 января 2011 года указана ее фамилия и стоит ее подпись, то, вероятно она его также заключала. По указанного договора может пояснить, что, источником докапитализации как правило были либо личные накопления, либо заемные средства. Все финансовые документы подписывал ее муж, вероятно в порядке исполнения обязательств по данному договору. Между ней и ООО «ПКФ «Луч» заключалось несколько договоров займа. Со слов супруга известно, что Х хотел реализовывать на территории ООО «ПКФ «Луч» свои бизнес-проекты, работать на руководящей должности в обществе, войти в капитал общества путем покупки 20% их с супругом доли, оформленной на ней. Ей известно, что на их предложение о выкупе части ее доли (20%) за 4 500 000 руб. он согласился, передал им в лице ее супруга частично денежные средства в размере примерно 850 000 рублей в счет покупной цены. Денежные средства ими никуда не расходовались, так как они ожидали окончательного решения Х Супруг направлял ему письмо с просьбой предоставить реквизиты счета для обратного перечисления денежных средств или указать иной желаемый вариант передачи средств, но ответа от Х не поступило. Что касается внесения указанных денежных средств на счет ООО «ПКФ «Луч», то она не обязана была это делать, так как общество, как субъект гражданских прав, не является участником сделки купли-продажи доли. Это ее имущество и вносить деньги от его продажи в ООО «ПКФ «Луч» она не обязана. Она как юридический собственник доли, уполномочила супруга на ведение переговоров с Х Супруг и без этого мог вести такие переговоры, поскольку доля в обществе являлась общей совместной собственностью. Решение о продаже в будущем доли в ООО «ПКФ «Луч» Х после того, как он соберет всю необходимую сумму, они принимали совместно. Поскольку конфликт между Г-ными и Ц. был неразрешим законными способами, они приняли консолидированное решение о том, что нужно выходить из капитала общества. Характер договоренностей с Х носил предварительный, рамочный характер. Для выполнения их обязательств он должен был исполнить сначала свои, а именно внести всю сумму 4 500 000 рублей. Статус этих средств был определен как аванс. Вопрос о фактической оплате доли никогда и никем не поднимался. Она фактически оплачена. Подтверждением данного факта может являться справка банка, подтверждающая зачисление на расчетный счет денег в оплату уставного капитала;

- показаниями свидетеля К, и Р., которые были привлечены для проведения анализа финансово-хозяйственной деятельности ООО «ЛУЧ» в период осуществления руководства данной компанией ФИО1 В показаниях они сообщили о результатах работы ревизионной комиссии;

- показаниями свидетеля З,, который в своих показаниях сообщил, что работал водителем у Ц. и входе выполнения служебных обязанностей возил того на встречу с ФИО1 для передачи денежных средств последнему;

- показаниями свидетеля О,, согласно которым в декабре 2016 - 2017 годах ее муж решил приобрести долю в уставном капитале ООО «ПКФ ЛУЧ». Для перевода денег брал у нее банковскую карту потому, что на тот момент своей банковской карты у него не было. С карты было несколько переводов на общую сумму чуть больше 100 000 рублей;

- а также письменными материалами дела: заявлением генерального директора ООО «ПКФ «ЛУЧ» Ц. о привлечении к уголовной ответственности ФИО1, который мошенническим способом завладел принадлежащими Обществу денежными средствами на общую сумму 578 800 рублей, причинив тем самым материальный ущерб в крупном размере; заключением почерковедческой судебной экспертизы № 1/128 от 23 июня 2023 года, согласно выводам которой подписи от имени Ц, в копии протокола №14 общего собрания участников Общества с ограниченной ответственностью «ПКФ «ЛУЧ» от 10 февраля 2017 г., выполнена, вероятно, не Ц,, а другим лицом, при условии, что оригинал исследуемой подписи, выполнен без применения технических средств; копией решения Арбитражного суда Московской области от 28 января 2021 года дело № А41-62859-2020; копией решения Головинского районного суда от 07 декабря 2021 года; копией договора денежного займа с процентами № 01/2017-ДЗ от 06 апреля 2017 года на сумму 1 000 000 рублей 00 копеек, заключенного между Е. (займодавец) с одной стороны и ООО «ПКФ ЛУЧ» в лице генерального директора ФИО2 (заемщик) с приложением; копией договора денежного займа с процентами № 02/2017-ДЗ от 11 октября 2017 года на сумму 680 000 рублей 00 копеек, заключенного между Е. (займодавец) с одной стороны и ООО «ПКФ ЛУЧ» в лице генерального директора ФИО2 (заемщик) с приложением; копией чека от 12 октября 2017 года на сумму 68 000 рублей 00 копеек; копией выписки из лицевого счета 

<

данные изъяты> открытого в ПАО «Промсвязьбанк»; копиями платежных поручений № 697 от 02 марта 2017 года на сумму 80 000 рублей 00 копеек, № 702 от 07 марта 2017 года на сумму 66 000 рублей 00 копеек, № 708 от 13 апреля 2017 года сумма 150 000 рублей 00 копеек, № 713 от 12 мая 2017 года сумма 30 400 рублей 00 копеек; № 757 от 25 октября 2017 года сумма 58 400 рублей 00 копеек, № 889 от 09 ноября 2018 года сумма 94 000 рублей 00 копеек, № 905 от 25.12.2018 года сумма 100 000 рублей 00 копеек с назначением платежей «возврат займа по Договору беспроцентного займа № 2 от 01 января 2011 года» получатель Е.; копиями выписок из лицевого счета 

<

данные изъяты>; копиями платежных поручений с назначением платежей «Оплата займа по Договору денежного займа с процентами № 02/2017-ДЗ от 11 октября 2017 г. НДС не облагается», получатель Е.; протоколом внеочередного общего собрания участников ООО «ПКФ ЛУЧ» от 15 января 2020 года с приложением; приказом № 1 от 04 февраля 2020 года о вступлении в должность генерального директора ООО «ПКФ ЛУЧ» Ц.; приказом № 2 от 04 февраля 2020 года о расторжении трудового договора с ФИО1; трудовым договором №1/20 от 04 февраля 2020 года, заключенный между ООО «ПКФ ЛУЧ» (работодатель) и Ц. (работник); нотариально заверенной копией устава ООО «ПКФ ЛУЧ»; копией трудового договора №1 от 12 февраля 2007 года, заключенного между ОООО «ПКФ ЛУЧ» (работодатель) и ФИО1 (работник); копией протокола №12 общего собрания участников ООО «ПКФ ЛУЧ» от 12 февраля 2007 года; копией протокола № 13 общего собрания участников ООО «ПКФ ЛУЧ» от 10 февраля 2010 года; копией протокола общего собрания участников ООО «ПКФ ЛУЧ» от 10 февраля 2017 года; копией решения Арбитражного суда Московской области от 06 декабря 2019 года; копией электронного письма от 03 августа 2019 года; копией решения № 1 от 27 августа 2002 года о создании общества с ограниченной ответственностью «ПКФ «ЛУЧ»; копией письма №350 от 19 августа 2018 года из Администрации городского поселения Лесной Пушкинского Муниципального района Московской области; копией письма № 249 от 03 мая 2018 года из администрации городского поселения Лесной Пушкинского Муниципального района Московской области; копией протокола № 2 внеочередного общего собрания участников ООО «ПКФ ЛУЧ» от 02 сентября 2017 года; копией пояснительной записки от 03 августа 2016 года с подписью генерального директора ПКФ «ЛУЧ» ФИО1; копия инвентарной книги учета объектов основных средств; копиями пояснительных записок с приложением; CD-R дисками со сведениями о расчетных счетах ООО «ПКФ ЛУЧ», согласно которым отсутствуют данные о зачислении денежных средств на расчетный счет 

<

данные изъяты> по договору беспроцентного займа № 02 от 01.01.2011 г.; копией юридического дела ООО «ПКФ ЛУЧ»; предметы и документы полученные в ходе выемки от 23 октября 2023 года в МИ ИФНС России № 3 по Московской области, составляющее финансовое и регистрационное дело ООО «ПКФ ЛУЧ»; копией решения Арбитражного суда Московской области от 16 декабря 2019 года, которым решение общего собрания участников ООО «ПКФ «ЛУЧ» о продлении полномочий генерального директора ФИО1 сроком на 5 лет, до 2022 года, оформленное протоколом от 10 февраля 2017 года признано недействительным; заявлением потерпевшего Х, в котором он просит привлечь к уголовной ответственности ФИО1, который мошенническим способом завладел принадлежащими ему денежными средствами на общую сумму 985 000 рублей, причинив тем самым материальный ущерб в крупном размере; протоколом осмотра места происшествия от 

<

данные изъяты>, согласно которому осмотрен торговый центр «Колумбус» по адресу: 

<

данные изъяты> А; копией согласия от 15 февраля 2018 года о передаче ФИО1 Х двадцати процентов уставного капитала ООО «ПКФ «ЛУЧ» ОГРН 

<

***> за 4 500 000 рублей, заключенного между ФИО1 - генеральным директором ООО «ПКФ «ЛУЧ» с одной стороны и Х; копиями расписок о получении ФИО1 от Х денежных средств в счет оплаты согласия передачи 20 % доли в уставном капитале ООО «ПКФ «ЛУЧ»; выпиской движения денежных средств по расчетному счету 

<

данные изъяты> открытому на имя О,, согласно которой осуществлялись переводы денежных средств на номер карты ФИО1; CD-R диск содержащий сведения об открытых расчетных счетах на имя Е., куда поступали денежные средства с расчетного счета ООО «ПКФ «ЛУЧ»; копией исполнительного листа от 29 сентября 2020 года; заявление Х о принятии на работу на должность заместителя генерального директора от 09 февраля 2016 года с подписью ФИО1; должностная инструкция заместителя генерального директора Х от 09 февраля 2016 года с подписью генерального директора ФИО1 и печатью ООО «ПКФ ЛУЧ»; договор о полной индивидуальной материальной ответственности № 01/2016 от 09 февраля 2016 года с подписью ФИО1 и печатью ООО «ПКФ ЛУЧ»; копией исполнительного листа от 29 сентября 2020 года; заявлением Х о принятии на работу на должность заместителя генерального директора от 09 февраля 2016 года с подписью ФИО1; должностной инструкцией заместителя генерального директора Х от 09 февраля 2016 года с подписью генерального директора ФИО1 и печатью ООО «ПКФ ЛУЧ»; договором о полной индивидуальной материальной ответственности № 01/2016 от 09 февраля 2016 года с подписью ФИО1 и печатью ООО «ПКФ ЛУЧ»; копией решения Головинского районного суда г.Москвы от 29 сентября 2020 года по которому соглашение, заключенное 15 февраля 2018 года между Х и ФИО1, по передаче доли в размере 20 % в уставном капитале ООО «ПКФ «ЛУЧ», признано недействительным, с ФИО1 в пользу Х взысканы денежные средства в размере 935 000 рублей 00 копеек, проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 117 003 рубля 09 копеек, расходы по оплате госпошлины в размере 12 550 рублей 00 копеек; протоколами осмотра предметов и иными доказательствами, приведенными в приговоре.

Доводы адвокатов о том, что суд в приговоре не раскрыл содержание доказательств, не свидетельствует о незаконности приговора, поскольку в приговоре суд перечислил все доказательства относящиеся к делу, анализ вопросов, подлежащих разрешению, при постановлении приговора в приговоре приведен.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что совокупность собранных по делу доказательств является достаточной для признания ФИО1 виновным в совершении инкриминируемых ему преступлений.

Нельзя признать убедительными доводы апелляционных жалоб о неполноте и невсесторонности судебного следствия, о неправильной оценке доказательств, о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам, поскольку все версии осужденного и стороны защиты, в том числе о непричастности, об отсутствии умыла на хищение денежных средств, а также отрицание совершения преступлений из корыстных целей, являлись предметом тщательной проверки и исследования суда, и мотивированно были отвергнуты, как не нашедшие своего подтверждения, о чем в приговоре дана оценка в соответствии с требованиями Главы 11 УПК РФ, нарушений требований ст. 307 УПК РФ в этой части не допущено.

Суд апелляционной инстанции, проверив аналогичные доводы, также приходит к выводу о том, что они являются несостоятельными и полностью опровергаются исследованными судом и изложенными в приговоре достоверными и допустимыми доказательствами, которые не содержат существенных противоречий и согласуются между собой.

Порядок и очередность исследования доказательств по делу, был установлен председательствующим судьей с учетом мнения сторон в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 274 УПК РФ.

Как сторона обвинения, так и защиты не были ограничены в представлении суду доказательств и в высказывании своей позиции по уголовному делу, все представленные сторонами доказательства были исследованы, заявленные ходатайства об исследовании доказательств разрешены в соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ, принятые по результатам их рассмотрения решения мотивированы надлежащим образом.

Суд первой инстанции всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, проверив доказательства, сопоставив их друг с другом, оценив собранные доказательства в их совокупности, пришел к обоснованному выводу об их достаточности для разрешения дела, и, обоснованно признал ФИО1 виновным в совершении инкриминируемого преступления.

Доводы апелляционных жалоб адвокатов о несогласии с оценкой доказательств по делу, данной судом направлены на переоценку доказательств. Тот факт, что эта оценка не совпадает с позицией защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований УПК РФ и не является основанием для отмены или изменения приговора.

Судом исследованы и проверены показания потерпевших и свидетелей, путем сопоставления с иными доказательствами. Сведений, позволяющих прийти к выводу о заинтересованности потерпевших и свидетелей обвинения при даче показаний в отношении ФИО1, о наличии оснований для его оговора, существенных противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, которые повлияли или могли повлиять на выводы и решение суда о виновности осужденных, а равно данных, свидетельствующих об искусственном создании доказательств обвинения, вопреки доводам защитников, не установлено. Мотивов, позволяющих не согласиться с оценкой данной судом, не имеется.

Каких-либо не устраненных судом существенных противоречий в показаниях потерпевших Х, и Ц., а также свидетелей обвинения по обстоятельствам дела и сомнений в виновности ФИО1, требующих истолкования в его пользу, не имеется.

Суд привел в приговоре мотивы, по которым согласился с заключением экспертизы и признал ее допустимым доказательством. Экспертиза проведена на основании постановления следователя, вынесенного в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона. Проведение экспертного исследования соответствует положениям ст. 195 и ст. 204 УПК РФ, оно содержит полные ответы на все поставленные вопросы, ссылки на примененные методики и другие необходимые данные. Суд оценивал результаты экспертного заключения во взаимосвязи с другими фактическими данными, что в совокупности позволило правильно установить вину осужденного в совершении преступления.

При этом, суд не ограничился только указанием на доказательства, но и дал им надлежащую оценку, мотивировав свои выводы о предпочтении одних доказательств перед другими.

Оснований для назначения и проведения строительно-технической, финансово-экономической, фоноскопической, лингвистических экспертиз суд обосновано не усмотрел, не усматривает таковых судебная коллегия апелляционной инстанции. Кроме того, в соответствии с требованиями ст. 196 УПК РФ, проведение указанных экспертиз не является обязательным, а само ходатайство об их проведении мотивировано исключительно оценкой представленных доказательств, что относится к прерогативе суда.

Протоколы следственных действий составлены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, что подтверждается подписями участвующих лиц, и содержат сведения об обстоятельствах, подлежащих доказыванию, в связи с чем, суд обоснованно признал их допустимыми и достоверными, дав им в приговоре надлежащую оценку.

Свои выводы об относимости, допустимости и достоверности доказательств, соответствующих требованиям ст. 88 УПК РФ и подтверждающих вину осужденных в совершении инкриминируемых преступлений, суд в приговоре убедительно мотивировал и правильно установил, что доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, согласуются между собой, дополняют и подтверждают друг друга, не содержат каких-либо противоречий, ставящих их под сомнение.

Всесторонний анализ собранных по делу доказательств, полученных в установленном законом порядке, полно и объективно исследованных в судебном заседании, и получивших оценку суда в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, вопреки доводам апелляционных жалоб, содержащих лишь субъективные суждения относительно убедительности доказательств, приведенных в обоснование обвинения, и направленных на их фактическую переоценку, позволил суду правильно установить фактические обстоятельства дела, и сделать обоснованный вывод о виновности осужденных в совершении инкриминируемых деяний.

Судебная коллегия не соглашается с доводам адвоката об отмене приговора суда ввиду идентичности текста обжалуемого приговора суда с отмененным ранее приговором по данному уголовному делу в отношении ФИО1, поскольку содержащиеся в них одинаковые формулировки и выводы, свидетельствуют лишь о том, что предметом судебного разбирательства являлись одни и те же обстоятельства, а позиция стороны государственного обвинения и защиты при повторном рассмотрении уголовного дела осталась неизменной, что не влечет за собой нарушение требований ст.307 УПК РФ.

Судебной коллегией не установлено таких нарушений уголовно-процессуального закона в ходе следствия и при рассмотрении дела судом, которые ставили бы под сомнение законность возбуждения, расследования дела, передачу его на стадию судопроизводства и в дальнейшем - саму процедуру судебного разбирательства.

Уголовное дело по ст. 159 УК РФ возбуждено при наличии достаточных оснований и повода в отношении неустановленных лиц.

Так, в материалах уголовного дела имеются заявления Х и Ц. о привлечении к уголовной ответственности ФИО1, который мошенническим путем завладел денежными средствами, принадлежащими Х и ООО «ПКФ «ЛУЧ». Заявления указанных лиц были поданы в ОМВД России по району Чертаново Центральное г.Москвы, где были зарегистрированы в КУСП и по ним в порядке ст.144-145 УПК РФ приняты процессуальные решения о возбуждении уголовных дел, которые в последующем были соединены в одно производство.

Ссылки стороны защиты о наличии действующего постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 относительно тех же обстоятельств, что содержатся в предъявленном ФИО1 обвинении по настоящему уголовному делу, несостоятельны, поскольку такое постановление суду представлено не было и судом не исследовалось.

Вопреки доводам адвокатов, обращение потерпевших Х и Ц. в одно территориальное ОМВД с заявлениями о преступлении не свидетельствует о нарушении требований закона и не влечет за собой незаконность возбуждения уголовных дел.

В ходе расследования дела не допущено нарушений ст. 151 УПК РФ, регламентирующей правила подследственности уголовных дел, поскольку ч. 5 ст. 151 УПК предусматривается производство предварительного следствия по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ч.3 ст. 159 УК РФ следователями органа, выявившего это преступление.

Из материалов уголовного дела следует, что следователи СО ОМВД России по району Чертаново Центральное г.Москвы выявили в в отношении неустановленного лица признаки состава преступлений, предусмотренных ч.3 ст.159 УК РФ и возбудили уголовные дела. Таким образом, предварительное следствие по данному уголовному делу произведено законно и обоснованно, без нарушений правил подследственности. Изменение подсудности рассмотрения уголовного дела судом по существу не находится в зависимости от подследственности его расследования правоохранительными органами.

Доводы стороны защиты о нарушении правил подсудности при рассмотрении уголовного дела не состоятельны, поскольку вопрос о подсудности рассмотрения данного уголовного дела являлся предметом судебного разбирательства и по нему принято процессуальное решение о направлении уголовного.

Кроме того, в соответствии со ст. 36 УПК РФ споры о подсудности между судами не допускаются, в связи с чем, данное уголовное дело принято к производству и рассмотрено именно Пушкинским городским судом Московской области.

Обвинительное заключение по делу соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, в нем приведено существо предъявленного обвинения, место и время совершения инкриминированных деяний, способ, мотив, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела. Предъявленное обвинение является конкретным и понятным, содержит в себе описание преступления с указанием способа его совершения, а также иных обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с п.п. 1 - 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ, которые позволяли надлежащим образом квалифицировать содеянное в соответствии с частью и статьей УК РФ, предусматривающими ответственность за установленные преступления.

Судом первой инстанции достоверно установлено, что способом совершения хищения денежных средств ООО «ПКФ «ЛУЧ» являлся обман, который заключался в предоставлении в ДО «Новый Арбат» ОАО «Промсвязьбанк» комплекта документов о продлении ФИО1 полномочий генерального директора ООО «ПКФ «ЛУЧ», получении им доступа к банковскому счету Общества, под видом возврата денежных средств по договору беспроцентного займа который в действительности не заключался и денежные средства на расчетный счет Общества не вносилась, что позволило ему совершить хищение денежных средств, принадлежащих Обществу.

Способом совершения хищения денежных средств Х также стал обман, который заключался в ведении ФИО1 в заблуждения Х относительно его истинных намерений и возможностей относительно продажи части доли в уставном капитале ООО «ПКФ «ЛУЧ».

Квалифицирующий признак совершения мошенничества в крупном размере в действиях ФИО1 нашел свое подтверждение, в результате совершения преступлений ООО «ПКФ «ЛУЧ» причинен ущерб на сумму 578 800 рублей, а потерпевшему Х на общую сумму 985 000 рублей.

Судебная коллегия не соглашается с доводами защитников о том, что наличие задолженности ООО «ПКФ «ЛУЧ» перед ФИО1 указывает на правомерность его действий, поскольку осужденный действовал с корыстной целью, а не в связи с предполагаемым правом на это имущество или с целью временного пользования.

Вопреки доводам стороны защиты, квалифицирующий признак «с использованием служебного положения» по преступлению, совершенному в отношении ООО «ПКФ «ЛУЧ», вменен ФИО1 обосновано. Соглашаясь с указанной квалификацией действий ФИО1 судебная коллегия отмечает, что он в действительности длительный период времени исполнял обязанности генерального директора ООО «ПКФ «ЛУЧ», имел доступ к внутренней, бухгалтерской и иной документации Общества, имел доступ к расчетному счету Общества и им пользовался. В период совершения преступления, ФИО1 от исполнения обязанностей генерального директора не отстранялся, а выполнение им организационно-распорядительных функций никем не оспаривалось, что исключает мнимость его должностного положения, о котором указывают адвокаты.

Вопреки доводам жалоб адвокатов, вывод суда о намерении ФИО1 продать Х долю ООО «ПКФ «ЛУЧ», принадлежащую Ц,, основан на исследованных судом доказательствах и подтверждается показаниями самого потерпевшего и свидетелей, а также письменными материалами дела, среди которых решения судов по гражданским делам.

При указанных обстоятельствах, судебная коллегия не находит оснований не согласиться с изложенной в приговоре мотивированной и обоснованной позицией суда первой инстанции относительно квалификации действий осужденного ФИО1, а именно как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, в крупном размере; а также мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, в крупном размере.

Оснований для иной квалификации действий ФИО1 судебная коллегия не усматривает.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить следующее. Многочисленные доводы стороны защиты о недоказанности вины осужденного по предъявленному обвинению фактически сводятся к утверждению об отсутствии в его действиях состава преступлений и не причастности к преступлениям.

Данная позиция стороны защиты и осужденного является способом защиты, и в полном объеме была опровергнута в рамках судебного следствия представленными стороной обвинения доказательствами.

Судебная коллегия с учетом установленных по делу обстоятельств не видит оснований для признания наличия в действиях ФИО1 гражданско-правовых отношений, и считает, что его действия носили исключительно уголовно-правовой характер. Факт обращения потерпевших за судебной защитой в рамках гражданского судопроизводства, вопреки доводам стороны защиты, об обратном не свидетельствует.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, касающиеся проверки конституционности положений ст.90 УПК РФ и изложенной в Постановлении от 21 декабря 2011 года N 30-П, признание преюдициального значения судебного решения предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела.

При этом, принятые в порядке гражданского судопроизводства и вступившие в законную силу решения судов по гражданским делам не могут рассматриваться как предрешающие выводы суда при осуществлении уголовного судопроизводства о том, содержит ли деяние признаки преступления, а также о виновности обвиняемого, которые должны основываться на всей совокупности доказательств, включая не исследованные при разбирательстве гражданского дела доказательства, подлежащие рассмотрению в установленных уголовно-процессуальным законом процедурах.

Иные доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не содержат фактов, которые не были проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, влияли бы на обоснованность и законность приговора, либо опровергали бы выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судебной коллегией несостоятельными, и не могут служить основанием для отмены приговора.

Наказание осужденному ФИО1 назначено с соблюдением требований ст. ст. 6, 60 УК РФ, суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, конкретные обстоятельства дела, смягчающие наказание обстоятельства, данные о личности осужденного, а именно: он ранее не судим, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит, по месту жительства характеризуется удовлетворительно.

Также, судом учтены цели наказания, указанные в ст. 43 УК РФ, заключающиеся в восстановлении социальной справедливости, исправлении осужденных и предупреждении совершения ими новых преступлений.

Обстоятельствами, смягчающими наказание осужденному ФИО1 суд признал его удовлетворительную характеристику с места жительства, его возраст, наличие на его иждивении супруги и матери супруги, страдающей хроническими заболеваниями, двоих дочерей, внучки которым он помогает, наличие у него хронических заболеваний, и то, что ранее он не судим, впервые привлекается к уголовной ответственности.

Иных обстоятельств, не учтенных судом, и отнесенных ст. 61 УК РФ к смягчающим наказание, в материалах уголовного дела не имеется, и судебной коллегии не предоставлено.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1 судом не установлено.

Что касается доводов жалоб о признании в качестве смягчающего наказание обстоятельства добровольное возмещение причиненного вреда, то, в соответствии с п. "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ, таковым обстоятельством признается добровольное возмещение имущественного вреда, причиненного в результате совершения преступления, тогда как исполнение решение суда вынесенного в рамках заявленных исковых требований о взыскании потерпевшим Х денежных средств с ФИО1 не может быть признано добровольным возмещением ущерба. Как показал потерпевший Х, похищенные денежные средства ему были возвращены после рассмотрения гражданского дела и вынесении решения.

Судом обсужден вопрос о возможности применения положений ст. 64 и ст.73 УК РФ и справедливо указано на отсутствие к этому оснований. Судебная коллегия с выводами суда согласна.

Оснований для понижения категории преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ у суда первой инстанции не имелось. Не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.

С учетом всех обстоятельств, влияющих на определение вида наказания, суд первой инстанции сделал правильные выводы о том, что ФИО1 следует назначить наказание, связанное с реальным лишением свободы без назначения дополнительного наказания.

Решение суда о возможном исправлении осужденного только в условиях его изоляции от общества, а также об отсутствии оснований для назначения дополнительного наказания в приговоре мотивировано и с данным решением соглашается судебная коллегия.

Оснований для переоценки данных выводов суда первой инстанции не имеется, в виду отсутствия убедительных данных, позволяющих полагать, что не утрачена возможность исправления осужденного без его изоляции от общества.

Иные сведения, на которые указывают в апелляционных жалобах защитники, относятся к характеристике личности осужденного, однако они не подлежат признанию в обязательном порядке смягчающими наказание обстоятельствами в соответствии со ст. 61 УК РФ.

Каких-либо сведений, свидетельствующих о невозможности отбывания осужденным наказания в виде лишения свободы по состоянию здоровья, у суда первой инстанции не имелось, и судебной коллегии не представлено.

Вид исправительного учреждения назначен осужденному ФИО1 правомерно в соответствии с требованиями ст.58 УК РФ.

Таким образом, справедливость назначенного осужденному ФИО1 наказания сомнений у судебной коллегии не вызывает, оно соответствует тяжести, общественной опасности совершенных им преступлений, личности виновного, не превышает установленного законом предела, полностью отвечает закрепленным в уголовном законодательстве РФ целям и задачам исправления осужденного, предупреждения совершения им новых преступлений, а также принципам гуманизма.

Вопросы о мере пресечения, зачете в срок наказания времени содержания осужденного под стражей до вступления приговора в законную силу, его нахождения под стражей, судьбе вещественных доказательств и ареста имущества разрешены судом верно.

Учитывая изложенное и, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Приговор Пушкинского городского суда Московской области от 16 октября 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы адвокатов Юндиной М.А. и Березикова С.В. - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу, осужденными – в тот же срок со дня вручения им копии приговора, вступившего в законную силу, путем подачи кассационной жалобы, адресованной в Первый кассационный суд общей юрисдикции, через суд, постановивший приговор. Пропущенный по уважительной причине, срок кассационного обжалования, может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационную жалобу.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий М.В. Сеурко

Судьи Е.А. Курносова

А.А. Шаталов