Дело №2-341/2020

24RS0017-01-2019-003800-50

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 мая 2020 года г. Красноярск

Железнодорожный районный суд г. Красноярска в составе: председательствующего судьи Медведева И.Г., при секретаре Зуевой К.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление ФИО1 к Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Красноярскому краю, Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Новосибирской области о защите пенсионных прав, признании незаконным отказа в перерасчете пенсии, возложении обязанности произвести такой перерасчет,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд к ГУФСИН России по Красноярскому краю с иском о защите пенсионных прав, признании незаконным отказа в перерасчете пенсии, возложении обязанности произвести такой перерасчет, ссылаясь на следующие обстоятельства. В период с 24.11.1980 по 20.08.2001 истец проходил службу в органах уголовно-исполнительной системы, а именно: с 24.09.1996 по 12.05.2000 - в должности заместителя начальника по воспитательной работе ИТК-15 УИН УВД Красноярского края, с 12.05.2000 по 29.06.2000 - в должности заместителя начальника по кадрам и воспитательной работе ОИК-30 ГУИН Минюста России Красноярскому краю, с 29.06.2000 по 20.08.2001 - в должности заместителя начальника по воспитательной работе ОИК-30 ГУИН Минюста России Красноярскому краю. Все вышеперечисленные должности истца были непосредственно связаны с проведением воспитательной работы со спецконтингентом в исправительной колонии строгого режима №15 объединения исправительных колоний №30 ГУИН Минюста России Красноярскому краю. 20.08.2001 истец уволен со службы на основании п. «б» ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел (достижение предельного возраста); с 13.09.2001 года ему назначена пенсия, размер которой был исчислен из оклада по должности с учетом его увеличения на 15% согласно Приказу МВД РФ от 20.07.1994 №354 «Об увеличении должностных окладов (тарифных ставок) персоналу учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, а также следственных изоляторов МВД России». Однако в 2006 году ответчиком произведен перерасчет размера пенсии, из составляющих которой было исключено увеличение должностного оклада на 15% (за работу в учреждениях, исполняющих наказания в условиях строгого режима) со ссылкой на то, что ОИК-30, в котором истец проходил службу, по своей организационно-правовой форме не имело собственного режима, в связи с чем, он не имел право на получение указанной надбавки в размере 15% за работу в учреждениях, исполняющих наказания, строгого режима. Однако данные действия ответчика истец полагает незаконными, поскольку решение об уменьшении размера пенсии принято исключительно на основании формального подхода, без учета фактически выполняемых им служебных обязанностей, исходя лишь из наименования его должности. Учитывая изложенное, истец просит признать незаконным решение ГУФСИН России по Красноярскому краю о перерасчете размера пенсии с 01.09.2006 года без учета процентной надбавки к должностному окладу, а также обязать ответчика произвести перерасчет размера пенсии Штабеля В.Я. с учетом спорной 15-процентной надбавки к должностному окладу.

Протокольным определением Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 17.03.2020 года к участию в деле в качестве соответчика привлечено ГУФСИН России по Новосибирской области, как пенсионный орган УИС, в котором истец в настоящее время получает пенсионное обеспечение.

В зал суда истец ФИО1, представитель ответчика ГУФСИН России по Новосибирской области не явились, о дате, времени и месте слушания дела извещены надлежащим образом, ходатайствовали о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Представитель ответчика ГУФСИН России по Красноярскому краю ФИО2 (доверенность в деле) с иском не согласилась, ссылаясь на то, что, во-первых, оспариваемое истцом решение о перерасчете размера пенсии с исключением из ее составляющих доплаты к должностному окладу на 15%, является законным и обоснованным, поскольку ФИО1 занимал должность заместителя начальника по воспитательной работе с осужденными государственного учреждения ОИК №30 ГУИН Минюста по Красноярскому краю, где увеличение должностного оклада в соответствии с ППРФ № 477 и приказом МВД РФ № 354 не предусматривалось; ранее указанная доплата к его должностному окладу производилась ошибочно. Во-вторых, полагала, что в данном случае ГУФСИН России по Красноярскому краю является ненадлежащим ответчиком по делу, поскольку в соответствии со ст. 56 Закон РФ от 12.02.1993 N 4468-1 выплата пенсии осуществляется по месту жительства или месту пребывания пенсионеров; в настоящий момент выплата пенсии истцу осуществляется ГУФСИН России по Новосибирской области, а, следовательно, именно это учреждение является надлежащим ответчиком по требованиям истца. В-третьих, полагала, что истцом пропущен трехлетний срок исковой давности, поскольку о перерасчете пенсии в сторону уменьшения истцу стало известно из уведомления от 24.08.2006 №, однако с настоящим исковым заявлением ФИО1 обратился в суд лишь 19.09.2019, т.е. спустя 13 лет.

В соответствии с положениями ч.3 ст.17 Конституции Российской Федерации злоупотребление правом не допускается. Согласно ч.1 ст.35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Кроме того, по смыслу ст.14 Международного пакта о гражданских и политических правах лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе. Лицо, определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами является одним из основополагающих принципов судопроизводства. Поэтому неявка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации права на непосредственное участие в судебном разбирательстве иных процессуальных правах.

В этой связи полагая, что истец и представитель соответчика, не приняв мер к явке в судебное заседание, определили для себя порядок защиты своих процессуальных прав, суд с учетом приведенных выше норм права, а также в силу ст. 167 ГПК РФ, рассмотрел дело в их отсутствие.

Выслушав доводы представителя ГУФСИН по Красноярскому краю, исследовав материалы дела и иные представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях установленных законом.

Конституционное право на социальное обеспечение включает и право на получение пенсии в определенных законом случаях и размерах.

Как установлено судом и следует из материалов дела, истец ФИО1 с 24.11.1980 года по 21.09.2001 года проходил службу в органах уголовно-исполнительной системы, относящихся к ведению ГУФСИН России по Красноярскому краю, в частности: с 24.09.1996 по 12.05.2000 - в должности заместителя начальника по воспитательной работе ИТК-15 УИН УВД Красноярского края, с 12.05.2000 по 29.06.2000 - в должности заместителя начальника по кадрам и воспитательной работе ОИК-30 ГУИН Минюста России Красноярскому краю, с 29.06.2000 по 20.08.2001 - в должности заместителя начальника по воспитательной работе ОИК-30 ГУИН Минюста России по Красноярскому краю.

Приказом начальника ГУИН по Красноярскому краю № от 16.08.2001 года (с учетом изменений внесенных приказом начальника ГУИН Минюста России по Красноярскому краю № от 24.01.2002 года) ФИО1 был уволен с 21.09.2001 года из органов уголовно-исполнительной системы на основании п. «б» ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел, то есть - по достижении предельного возраста (л.д. 78,81).

Согласно приказу № от 24.01.2002 года по состоянию на 21.09.2001 года общая продолжительность службы Штабеля В.Я. в календарном исчислении составила 24 года 02 месяца 17 дней, в льготном исчислении – 43 года 03 месяца 17 дней, для выплаты единовременного пособия – 22 года 11 месяцев 07 дней (л.д. 81).

При этом с 22.09.2001 Штабелю В.Я. в соответствии с п. «а» ст.13 Закона РФ от 12.02.1993 N 4468-1 "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей", как лицу, имеющему на день увольнения со службы выслугу на службе в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы 20 лет и более, назначена пенсия в размере 85% денежного довольствия; расчет размера этой пенсии Штабеля В.Я. с момента назначения и до 31.08.2006 года осуществлялся исходя из его должностного оклада с учетом увеличения на 15% за работу в учреждениях, исполняющих наказание строго режима (л.д.75).

В августе 2006 года ГУФСИН России по Красноярскому краю произвело перерасчет размера получаемой истцом пенсии, при этом из составляющих частей пенсии было исключено увеличение должностного оклада на 15% (за работу в учреждениях, исполняющих наказания, строгого режима).

Обсуждая обоснованность и законность произведенного ответчиком перерасчета размера пенсии, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 36 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года N 5473-1 "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" должностные оклады персонала увеличиваются в зависимости от вида учреждений, исполняющих наказания, характера и сложности выполняемой работы в размере от 15 до 20 процентов.

Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 21 июля 1993 года N 5474-1 "О порядке введения в действие Закона Российской Федерации "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" Совету Министров - Правительству Российской Федерации поручалось принять необходимые правовые акты по реализации положений указанного Закона (пункт 4).

Правительством Российской Федерации 06 мая 1994 года было принято Постановление N 477 "Об утверждении размеров увеличения должностных окладов (тарифных ставок) персоналу учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, с особыми условиями хозяйственной деятельности в зависимости от вида учреждений, характера и сложности выполняемых работ, а также следственных изоляторов Министерства внутренних дел Российской Федерации".

В целях реализации установленных Законом льгот в указанном Постановлении различным категориям персонала учреждений, исполняющих уголовные наказания, утверждены как размеры увеличения должностных окладов, так и установлены надбавки к ним, в том числе - утверждены размеры увеличения должностных окладов (тарифных ставок) персоналу учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы с особыми условиями хозяйственной деятельности, в зависимости от вида учреждений, характера и сложности выполняемых работ, согласно приложению N 1.

Абзацем первым приложения N 1 к указанному Постановлению (в редакции, действующей на момент возникновения спорных правоотношений сторон – назначения истцу пенсии) было предусмотрено, что размер увеличения должностных окладов, тарифных ставок персоналу учреждений, исполняющих наказания строгого режима составляет 15 процентов.

Аналогичная норма также содержалась в п.1 Приказа МВД РФ от 20.07.1994 №354 «Об увеличении должностных окладов (тарифных ставок) персоналу учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, а также следственных изоляторов МВД России». 

При этом абзацем 6 приложения №1 к указанному Постановлению и абзацем 6 графы 3 приказа МВД РФ №354 увеличение должностных окладов сотрудникам объединений исправительных учреждений предусмотрено исключительно для объединений учреждений с особыми условиями хозяйственной деятельности.

Как уже отмечалось выше, истец на момент увольнения со службы и назначения ему пенсии занимал должность заместителя начальника по воспитательной работе Объединения исправительных колоний №30 ГУИН Минюста России по Красноярскому краю; в состав указанного объединения исправительных учреждений входила исправительная колония строгого режима (ИК-15), а также колония-поселение; однако названное объединение исправительных учреждений не имело вида ОИК с особыми условиями хозяйственной деятельности, в связи с чем, увеличение должностного оклада истцу в соответствии с требованиями Постановления №477 не предусматривалось. 

Помимо этого следует также учитывать, что вид учреждения - это режим: строгий или особый. Под характером и сложностью выполняемой работы понимается работа с осужденными к лишению свободы в исправительных учреждениях строгого и особого режима, осужденными к пожизненному лишению свободы в порядке замены смертной казни, а также работа в учреждениях с особыми условиями хозяйственной деятельности. Размер увеличения должностных окладов (15 процентов) персоналу таких учреждений, определен Правительством Российской Федерации в соответствии с требованиями пункта 1 части 1 статьи 36 Закона, т.е. с учетом характера и сложности выполняемых работ и в установленных законом пределах.

Анализ вышеприведенных нормативных правовых актов (статьи 36 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года N 5473-1 и Постановления Правительства Российской Федерации от 6 мая 1994 года N 477) позволяет сделать вывод о том, что увеличение должностных окладов персоналу учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, является повышением должностных окладов именно за особые условия их службы.

Однако в силу статьи 43 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года N 4468-1 "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей" для исчисления пенсии учитываются лишь оклад по должности, воинскому или специальному званию (без учета повышения окладов за службу в отдаленных, высокогорных местностях и в других особых условиях) и процентная надбавка за выслугу лет.

Пунктом 8 Порядка исчисления выслуги лет, назначения и выплаты пенсий и пособий лицам, проходившим военную службу в качестве офицеров, прапорщиков, мичманов и военнослужащих сверхсрочной службы или по контракту в качестве солдат, матросов, сержантов и старшин либо службу в органах внутренних дел, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семьям в Российской Федерацию, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 22.09.1993 № 941, установлено, что пенсии уволенным со службы военнослужащим, лицам рядового и начальствующего состава органов внутренних дел исчисляются из суммы их денежного довольствия, указанного в пунктах 9 и 10 настоящего Постановления, с повышением (индексацией) этого денежного довольствия по состоянию на день назначения или перерасчета им пенсии и месячной стоимости продовольственного пайка, определяемой в порядке, предусмотренном пунктом 11 настоящего Постановления.

Согласно пп. «а» п. 9 указанного Порядка № 941 в денежное довольствие, учитываемое при исчислении пенсий уволенным с военной службы военнослужащим (кроме указанных в подпунктах "в", "г" и "д" настоящего пункта) в порядке, предусмотренном пунктом 8 настоящего Постановления, включаются: оклад по последней штатной должности (с учетом абзаца второго настоящего подпункта), оклад по воинскому званию, присвоенному ко дню увольнения, и процентную надбавку за выслугу лет, исчисленную из этих окладов.

При этом в соответствии с п. 10 указанного Порядка, уволенным со службы военнослужащим, лицам рядового и начальствующего состава органов внутренних дел, получавшим перед увольнением персональные должностные оклады либо оклады денежного содержания, повышенные за службу в отдаленных, высокогорных местностях и определенных регионах в связи с выполнением особых задач, пенсии исчисляются исходя из обычных, а не из персональных или повышенных окладов.

Таким образом, при исчислении пенсий лицам, проходившим службу в учреждениях, исполняющих наказания строгого режима, увеличение должностных окладов, установленное абзацем первым приложения N 1 к Постановлению Правительства Российской Федерации от 6 мая 1994 года N 477, учету не подлежит.

Положения ст.43 Закона РФ от 12.02.1993 года № 4468-1 о том, что при исчислении пенсии не учитывается повышение оклада за особые условия, действовало и в момент начисления пенсии Штабелю В.Я., т.е. в 2001 году. 

Таким образом, вне зависимости от того, имел ли ФИО1 право на пятнадцатипроцентное повышение оклада за особые условия (в случае исполнения им своих служебных обязанностей исключительно в исправительной колонии строгого режима, входящего в состав ОИК-30, чего им доказано не было); суд приходит к выводу о том, что ГУФСИН России по Красноярскому краю, при осуществлении в 2006 году перерасчета пенсии истца и приведении порядка исчисления пенсии в соответствие с требованиями ст. 43 Закона РФ от 12.02.1993 года № 4468-1 правомерно исключило надбавку в размере 15% от оклада по должности, так как данное увеличение должностного оклада за особые условия службы в любом случае не могло учитываться при исчислении пенсии.

При этом, производя подобный перерасчет размера пенсии ответчик лишь исправил допущенную при начислении пенсии ошибку, что не запрещено действующим законодательством и не является удержанием из пенсии.

С учетом установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований Штабеля В.Я. к ГУФСИН России по Красноярскому краю, ГУФСИН Росси по Новосибирской области о защите пенсионных прав, признании незаконным отказа в перерасчете пенсии, возложении обязанности произвести такой перерасчет.

Доводы ответчика ГУФСИН России по Красноярскому краю о пропуске истцом установленного ст. 196 ГК РФ срока исковой давности, суд находит несостоятельными, поскольку к спорным отношениям нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие исковую давность (статьи 196, 208) применению не подлежат, в связи с тем, что сложившиеся правоотношения сторон регулируются специальными нормативными правовыми актами в сфере социального обеспечения, в том числе - Законом РФ от 12.02.1993 N 4468-1 "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей". 

Федеральная служба исполнения наказаний в спорных отношениях является лицом, уполномоченным законом Российской Федерации на осуществление за счет средств федерального бюджета пенсионного обеспечения лиц, уволенных из учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, а также членов их семей (статьи 10,11 Закона РФ от 12.02.1993 N 4468-1); при этом сложившиеся пенсионные отношения сторон носят длящийся характер. 

Следовательно, к исковым требованиям Штабеля В.Я. о признании незаконным отказа в перерасчете пенсии, возложении обязанности произвести такой перерасчет не могут быть применены положения Гражданского кодекса Российской Федерации об общих сроках исковой давности.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Красноярскому краю, Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Новосибирской области о защите пенсионных прав, признании незаконным отказа в перерасчете пенсии, возложении обязанности произвести такой перерасчет, отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в течение месяца с момента его изготовления в полном объеме, путем подачи апелляционной жалобы через канцелярию Железнодорожного районного суда г. Красноярска.

Решение изготовлено в полном объеме 22 мая 2020 года.

Судья И.Г. Медведев