Дело №2-54/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

(не вступило в законную силу) 

15 июня 2018 года Анапский городской суд Краснодарского края в составе:

председательствующего Грошковой В.В.

при секретаре Стадниченко К.Е.,

с участием представителя истцов по первоначальному иску ФИО1,

представителя ответчика по первоначальному иску ФИО2, ФИО3,

представителя третьего лица ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО11 евны к ФИО9 л сносе самовольных строений, взыскании убытков и расходов по оплате государственной пошлины и встречному исковому заявлению ФИО9 к ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО11 евне о признании межевого плана содержащим ошибочные сведения и исправлении реестровой ошибки,

у с т а н о в и л :

ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО11 евна обратились в суд с иском к ФИО9 об устранении препятствий в пользовании земельным участком и сносе самовольных построек. 

В обоснование заявленных требований указали, что они являются собственниками земельных участков с кадастровыми номерами № и №, расположенных по адресу: 

<

...> д. 

<

адрес>.

ФИО9 на праве собственности принадлежит земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: г. Анапа, 

<

...> 

<

адрес>, который является смежным с земельными участками истцов.

При уточнении границ земельного участка было установлено, что строения, созданные на земельном участке ответчика, частично занимают земельные участки истцов, что подтверждается планом наложения земельного участка с КН № и расположенных на нем строений на земельные участки истцов с КН № и № подготовленным кадастровым инженером ФИО10 по состоянию на апрель 2017 года.

Согласно указанному плану забор, ограждающий территорию ответчика, имеет наложение с земельным участком с КН № в размере 114,39 кв.м, и с земельным участком с КН № - 404,16 кв.м. Кроме того в границах земельных участков истцов располагаются 3 здания, которые частично построены на участках истцов, а именно: №1 площадь строения 30,75 кв.м. №2 площадь строения 36,99 кв.м.. №3 площадь строения 143,63 кв.м. На земельном участке с КН № площадь, занятая строением, составляет 42,30 кв.м. Общая площадь занятого строениями ответчика участка истцов составляет 518,55 кв.м., что не позволяет истцам использовать свои земельные участки по целевому назначению. В связи с тем, что ответчик возвел строения с назначениям "гостиница", он извлек прибыль от пользования чужими земельными участками. Общая площадь возведенных строений на земельных участках истцов с учетом этажности объектов составляет 454,91 кв.м.

Отчетом №72/2017 об оценке рыночной стоимости годовой арендной платы за пользование земельными участками для ИЖС и размещения гостиницы по пр. Южному, 

<

адрес> с Витязево г. Анапа и рыночной величины арендной платы за недвижимость гостиничного типа установлено, что годовая арендная плата за пользование земельными участками для ИЖС составляет 758 руб в год за 1 кв.м., за пользование земельными участками для размещения гостиниц - 1085 руб в год за 1 кв.м., за пользование помещениями гостиниц - 7214 руб в год за 1 кв.м.

В связи с чем в силу ст. 15 ГК РФ истцам причинены убытки, включающие в себя стоимость занятой строениями ответчика площади земельных участков, в размере 430 466,43 руб в год, а с учетом сроков исковой давности (3 года) данный размер составляет 1291399,29 руб. В связи с тем, что незаконное пользование земельными участками истцов приносило ответчику прибыль, взысканию также подлежит упущенная выгода, которая за 3 года составляет 11 533 042,47 руб.

В связи с изложенным, ссылаясь на ст.ст. 209, 222, 304 ГК РФ истцы по первоначальному иску просят суд обязать ФИО9 снести возведенные ею строения в пределах земельных участков с кадастровыми номерами № и № а именно: на земельном участке с КН № забор длиной 40,997 м, строение № в части площади 30,75 кв.м., строение № в части площади 36,99 кв.м., строение № в части площади 143,63 кв.м, в границах и по координатам согласно плану наложения, подготовленному кадастровым инженером ФИО10; на земельном участке с КН 23:37:0107002:37 снести забор длиной 36,900м, строение № в части площади 42,30 кв.м, в границах и по координатам согласно плану наложения, подготовленному кадастровым инженером ФИО10; обязать ФИО9 снести возведенные ею объекты недвижимости в пределах границ земельного участка с КН № на расстоянии 1м от границ земельных участков с КН № и №; считать план наложения земельного участка с КН № и расположенных на нем строений на земельном участке с КН № и №, подготовленный кадастровым инженером ФИО10 неотъемлемой частью решения суда; взыскать с ФИО9 убытки в размере 12 824 441,76 руб, из которых 1 291 399,29 руб - реальный ущерб и 11 533 042,50 руб - упущенная выгода.

Впоследствии истцы по первоначальному иску уточнили заявленные требования и указали, что между истцами было заключено нотариальное соглашение о перераспределении долей в праве долевой собственности на земельные участки с кадастровыми номерами № и №, в результате чего доли истцов в праве долевой собственности перераспределились, в связи с чем требования о взыскании убытков и неосновательного обогащения пересчитаны с учетом долей в праве долевой собственности и периода (времени) владения на праве долевой собственности указанными долями в земельных участках.

Также указали, что в результате проведенной по делу судебной экспертизы были установлены точные площади наложения строений и земельного участка ФИО9 на границы земельных участков истцов, в результате чего установлено, что площадь наложения на участок с кадастровым номером № составляет 121 кв.м., а на участок с кадастровым номером № – 412 кв.м., кроме того площади наложения строений на данные участки составляют: 3-х этажный медицинский корпус литер Ф2 накладывается на участок № площадью 36 кв.м., литер У2 (хозблок_ накладывается на этот же участок площадью 51 кв.м., бассейн литер Э накладывается на участок № площадью 81 квм. и на участок № площадью 62 кв.м.

Так как все объекты недвижимости (Ф2, У2, Э) обладают признаками самовольных, в силу ст. 222 ГК РФ они подлежат сносу целиком, так как снос их части согласно заключению экспертизы невозможен.

Кроме того истцы указывают что за период с 22.09.2014 по 4.06.2018 года они заявляют требования о взыскании убытков, неполученных доходов и неосновательного обогащения (складывается из размера арендной платы за пользование коммерческими помещениями исходя из рыночной стоимости арендной платы за такие помещения).

В связи с чем в уточненном исковом заявлении истцы просят суд признать самовольными строениями хозяйственный блок литер У2, медицинский корпус литер Ф2, бассейн литер Э и обязать ФИО9. снести данные строения за свой счет, а также снести ограждение длиной 74,89м в пределах земельных участков с кадастровыми номерами 23637:0107002:37 и 23:37:0107002:227, а также взыскать с ФИО9 убытки в размере 16 235 651 руб в следующем порядке: в пользу ФИО5 – 9741390,80 ркб, в пользу ФИО6 – 1623565,39 руб, в пользу ФИО7 – 1731802, 30 руб, в пользу ФИО11 – 1569446,30 рууб, в пользу ФИО8 – 1569446,30 руб, а также взыскать с ФИО9 в пользу истцов государственную пошлину в сумме 60 000 руб в следующем порядке: в пользу ФИО5 – 40000 руб, в пользу ФИО6 – 500 руб, в пользу ФИО7 – 5000 руб, в пользу ФИО11 – 5000 руб, в пользу ФИО8 – 5000 руб.

Ответчик по первоначальному иску ФИО9 заявила встречный иск к ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО11, Управлению Росреестра по Краснодарскому краю об устранении реестровой ошибки.

В обоснование встречного иска указала, что истцами М-выми и ФИО11 15.01.2017 года было проведено межевание с целью уточнения границ земельных участков, и внесены изменения в кадастровый учет земельных участков истцов. Однако в межевом плане истцов от 15.01.2017 года отсутствует расписка о вручении собственнику смежного земельного участка ФИО9 извещения о времени межевания и документы о согласовании с ней местоположения границ, проект межевания с ней также не согласован. В связи с чем проведенное истцами по первоначальному иску межевание выполнено с нарушением закона и нарушает права ФИО9 как смежного собственника земельного участка. ФИО9 считает, что координаты поворотных точек истцов по первоначальному иску установлены и определены неправильно, так как на момент межевания и постановки на кадастровый учет земельного участка ФИО9 с кадастровым номером № 17127 кв.м, были определены границы участка, он поставлен на кадастровый учет, при этом на дату его формирования никаких наложений с другими участками не было. В связи с чем полагает, что при определении характерных точек границ земельных участков истцов, в результате которых появилось смещение границ участка ФИО9 на публичной кадастровой карте, была допущена реестровая ошибка, в связи с чем границы участков по реестровому учету не соответствуют фактическим границам земельных участков, что нарушает права ФИО9

На основании изложенного ФИО9 просит суд исправить реестровую ошибку в сведениях о местоположении границ - координатах характерных точек границ земельных участков с кадастровыми номерами № и №, расположенными по адресу: г. Анапа, 

<

...> 

<

адрес>, исключив из ЕГРН существующие сведения о местоположении смежной границы указанных земельных участков с границей участка ФИО9 с кадастровым номером №, и внести в ЕГРН вместо исключенных сведений сведения об установлении местоположения границы земельных участков по точкам землеустроительных дел 2002 и 2004 годов, восстановив в ЕГРН прежнюю границу..

Впоследствии истец по встречному иску ФИО9 уточнила заявленные требования и просила суд признать межевой план от 15.01.2017 года, подготовленный кадастровым инженером ФИО10 в результате выполнения работ по исправлению ошибки в местоположении земельных участков с кадастровыми номерами № и № содержащим ошибочные сведения о границе между указанными земельными участками и земельным участком с кадастровым номером №; исправить реестровую ошибку, возложив на Управление Росреестра по Краснодарскому краю обязанность по исправлению реестровой ошибки в описании местоположения границы между участком № и №, № путем исключения из ЕГРН сведений о значениях координат характерных точек указанной границы земельных участков, являющейся общей по отношении друг к другу, и путем внесения в ЕГРН сведений о значениях координат характерных точек указанной смежной границы трех земельных участков согласно Таблицы №2 заключения судебной экспертизы №23/1-04/2018 от 16.04.2018 года.

В судебном заседании представитель ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО11 – Д.Д.МБ. действующий на основании доверенностей, поддержал уточненные первоначальные исковые требования по изложенным в уточненном иске основаниям. Против удовлетворения встречного уточненного искового заявления ФИО9 возражал по основаниям, указанным в отзыве на встречный уточненный иск. Одновременно указал, что истцами М-выми и Масликовой не пропущен срок исковой давности для обращения с иском о носе самовольных строений, так как требования заявлены в порядке ст. 304 ГК РФ, на которые исковая давность не распространяется. Также указал, что на требования о сносе самовольных строений исковая давность не распространяется.

Представители ответчика по первоначальному иску ФИО9 – ФИО2 и ФИО3, действующие на сновании доверенностей, возражали против заявленных первоначальных уточненных исковых требований по основаниям, изложенным в возражениях на иск, одновременно поддержали ранее заявленное ходатайство о применении последствий пропуска срока исковой давности по требованиям о сносе самовольных строений. Также поддержали встречное уточненное исковое заявление ФИО9 по основаниям, изложенным в нем, и просили иск удовлетворить.

Представитель третьего лица Управления Росреестра по Краснодарскому краю – ФИО4, действующая на основании доверенности, при рассмотрении первоначальных требований М-вых и ФИО11 полагалась на усмотрение суда против удовлетворения встречного уточненного иска ФИО9 возражала, ссылаясь на то, что факт реестровой ошибки не подтвержден документально, а исключение сведений и внесение новых сведений в ЕГРН в отношении одной границы земельного участка не предусмотрено законом.

Представитель третьего лица – администрации МО город-курорт Анапа – ФИО12, действующая на основании доверенности, в судебном заседании до объявленного перерыва по делу при рассмотрении заявленных требований по обоим искам полагалась на усмотрение суда.

Третьи лица администрация Витязевского сельского округа администрации МО город-курорт Анапа, ООО КБ «Юниаструм Банк», ФИО10, надлежащим образом извещенные о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, о причинах неявки суду не сообщили, о рассмотрении дела в свое отсутствие не просили. В связи с чем суд находит возможным рассмотреть дело в отсутствие последних

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, суд находит заявленные по обоим искам требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из выписки из ЕГРН от 24.12.2015 года МАВ являлся собственником земельного участка площадью 900 кв.м. с кадастровым номером №, с видом разрешенного использования – ИЖС, расположенного по адресу: г. Анапа, 

<

...> 

<

адрес>. Право собственности зарегистрировано в ЕГГРН 22.07.2004 года. Указанный земельный участок МАВ приобрел на основании договора купли-продажи ___от 29.06.2004 года, заключенного с КНИ

Кроме того согласно выписке из ЕГРН от 24.12.2015 года МАВ являлся собственником земельного участка площадью 900 кв.м. с кадастровым номером №, расположенного по адресу: г. Анапа, 

<

...> 

<

адрес>. Право собственности на данный участок зарегистрировано в ЕГРН 22.07.004 года. Возникло данное право собственности у МАВ на основании договора купли-продажи от 29.06.2004 года, заключенного с ШВВ, ИАН, УДА

Материалами дела подтверждается, что 11.10.2014 года МАВ умер. Наследниками по закону после его смерти явились: отец ФИО8, мать ФИО11, супруга ФИО5, дети ФИО6 и ФИО7

Согласно свидетельств о праве на наследство по закону от 18.11.2015 года, выданных нотариусом г. Москвы, указанные выше лица (наследники по закону) вступили в наследство после смерти МАВ в равных долях каждый (по 1/5 доле), которое состоит из ? доли в праве долевой собственности на земельный участок площадью 900 кв.м. с кадастровым номером № и ? доли на земельный участок площадью 900 кв.м. с кадастровым номером №, расположенные по пр. Южному, 

<

адрес> с. Витязево г. Анапа.

Кроме того 18.11.2015 года ФИО5 (супруге умершего МАВ) были выданы 2 свидетельства о праве собственности на общее совместное имущество супругов, а именно: на ? долю земельного участка с кадастровым номером № на 1/ 2долю земельного участка с кадастровым номером №

Таким образом по состоянию на дату подачи первоначального иска в суд истцы М-вы и ФИО11 владели на праве общей долевой собственности земельными участками с кадастровыми номерами № и № в следующих долях: ФИО5 – 3/5 доли, ФИО8 – 1/10 доля, ФИО11 – 1/10 доля, ФИО6, - 1/10 доля и ФИО7 – 1/10 доля, что подтверждается выписками из ЕГРН от 23.05.2017 года.

Однако впоследствии 16.03.2018 года между истцами М-выми и ФИО11 было заключено нотариальное соглашение о разделе наследственного имущества, в результате которого доли в праве долевой собственности на вышеуказанные земельные участки с кадастровыми номерами № и № были изменены в результате перераспределения долей в собственности и стали составлять: 

- в земельном участке с кадастровым номером №: ФИО6 - 1/10 доля, ФИО7 -3/10 доля, ФИО5 – 6/10 доли,

- в земельном участке с кадастровым номером №: ФИО6 – 1/10 доля, ФИО7 – 1/10 доля и ФИО5 – 6/10 доли, что подтверждается выписками из ЕГРН от 30.05.2018 года.

Смежным по отношению к указанным выше земельным участкам является земельный участок площадью 17127 кв.м. с кадастровым номером № с видом разрешенного использования – для размещения комплекса детского оздоровительного учреждения, расположенный по адресу: г. Анапа, 

<

...> 

<

адрес> (предыдущий адрес пр. Южный, 

<

адрес>), который принадлежит на праве собственности ФИО9 Право собственности зарегистрировано в ЕГРН 26.03.2004 года. Основание приобретения данного земельного участка в собственность – договор купли-продажи на аукционной основе от 28.11.2000 года и определение Краснодарского краевого суда от 4.12.2001 года по делу №33-10514/01.

На данном земельном участке располагаются следующие объекты недвижимости, принадлежащие на праве собственности также ФИО9:

- медицинский корпус литер Ф2 площадью 353,9 кв.м., этажность 3 этажа, право собственности на который зарегистрировано в ЕГРН 26.02.2010 года на основании решения Анапского городского суда от 28.09.2009 по делу №2-2253/09,

-бассейн площадью 680,3 кв.м., этажность 2 этажа, право собственности зарегистрировано в ЕГРН 30.12.2015 года на основании декларации об объекте недвижимости от 17.12.2015 года,

- хоз блок литер У2 площадью 412,4 кв.м. этажность – 3 этажа, право собственности в ЕГРН зарегистрировано 26.02.2010 года на основании решения Анапского городского суда от 28.09.2009 года по делу №2-2253/09.

В материалы дела представлена копия решения Анапского городского суда от 28.09.2009 года по делу №2-2253/09, из которого следует, что за ФИО9 было признано право собственности на объекты недвижимости, расположенные по адресу: г. Анапа, 

<

...> 

<

адрес> (в настоящее время ул. Знойная, 

<

адрес>): хозяйственный блок литер У2, медицинский корпус литер Ф2, изолятор литер Х2, дом творчества литер Ц2.

Истцы М-вы и ФИО11 обратились в суд с иском, ссылаясь на то, что земельный участок ФИО9 по ул. Знойной, 

<

адрес> с кадастровым номером № и расположенные на нем объекты недвижимости (каменный забор, хозяйственный блок литер У2, медицинский корпус литер Ф2 и бассейн литер Э) частично располагаются на земельных участках истцов с кадастровыми номерами № и № занимая общую площадь более 400 кв.м., в связи с чем они являются самовольными и подлежат сносу.

Рассматривая данные требования, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 222 ГК РФ самовольной постройкой является здание, строение, сооружение, возведенные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данное объекта, либо возвещенное, созданное без получения необходимых разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

Истцы М-вы и ФИО11 в первоначальном и уточненном исковых заявлениях ссылаются на то, что возведенные ФИО9 строения являются самовольными, так как они расположены частично на земельных участках истцов М-вых и ФИО11.

Ответчиком по первоначальному иску ФИО9 в данной части заявлено ходатайство о применении срока исковой давности к требованиям истцов, составляющего 3 года, и пропущенного истцами и об отказе в иске по данному основанию.

Рассматривая данное ходатайство суд находит его обоснованным и подлежащим удовлетворению, а последствия пропуска срока исковой давности подлежащими применению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет 3 года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 ГК РФ, то есть когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Материалами дела подтверждается тот факт, что право собственности истцов М-вых и Масликовой на земельные участки с кадастровыми номерами № и № возникло в результате наследования имущества после смерти МАВ 18.11.2015 года на основании свидетельств о праве на наследство по закону и свидетельств о праве собственности на долю в совместно нажитом имуществе от 18.11.2015 года.

При этом согласно разъяснений, содержащихся в п. 6 Постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности» по смыслу ст. 201 ГК РФ переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, уступка права требования) не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления. В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном ст. 200 ГК РФ со дня, когда первоначальный правообладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите такого права.

Материалами дела подтверждается, что право собственности умершего МАВ на земельные участки с кадастровыми номерами № и № возникло на основании договоров купли-продажи, заключенных 29.06.2004 года. При этом на момент приобретения земельных участков в собственность МАВ его супруга ФИО5 давала свое письменное нотариальное согласие на приобретение обоих земельных участков, в связи с чем с июня 2004 года ФИО5 знала о наличии в собственности у МАВ данных земельных участков. Факт того, что ФИО5 с 2004 года знала о наличии в собственности у ее супруга и соответственно о совместной собственности супругов земельных участков, подтверждается полученным 18.11.2015 года на имя ФИО5 двумя свидетельствами о праве собственности на долю в совместно нажитом имуществе супругов после смерти МАВ. выданными нотариусом г. Москвы.

В силу ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежит право владения, пользования и распоряжения своим имуществом. 

Согласно ст. 42 ЗК РФ собственники земельных участков обязаны использовать земельные участки в соответствии с их целевым назначением, сохранять межевые и иные знаки, установленные на земельных участках в соответствии с законодательством, своевременно приступать к использованию земельных участков и т.п.

Из материалов дела следует, что право собственности ФИО9 на медицинский корпус литер Ф2 было зарегистрировано в ЕГРН 26.02.2010 года на основании решения суда от 28.09.2009 года; право собственности на хозблок литер У2 также возникло у ФИО9 на основании решения суда от 28.09.2009 года и зарегистрировано в ЕГРН 26.02.2010 года; право собственности на бассейн зарегистрировано в ЕГРН 30.12.2015 года.

При этом согласно представленным в материалы дела техническим паспортам БТИ спорные объекты недвижимости были поставлены на технический учет в 2006 году, бассейн в 2013 году, забор также уже числится в техническом паспорте по состоянию на 2013 год.

Изложенное дает суду основания прийти к выводу о том что истцы М-вы и ФИО11, а также умерший МАВ, которые в силу ст. 42 ЗК РФ обязаны содержать свое имущество в надлежащем состоянии, своевременно его осваивать и сохранять установленные на земельных участках межевые знаки, как минимум с 2006 года (в отношении бассейна с 2013 года) должны были знать о нарушении их прав при возведении ФИО9 вышеуказанных объектов недвижимости, которые как установлено в суде и не опровергнуто сторонами, длительное время эксплуатируются ФИО9 по целевому назначению и введены в гражданский оборот в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Однако из-за длительного неиспользования земельных участков с кадастровыми номерами № и № истцами М-выми и ФИО11, длительного не проявления интереса к их освоению по целевому назначению (ИЖС и база отдыха), истцы М-вы и ФИО11 пропустили установленный ст. 196 ГК РФ 3-х годичный срок исковой давности для защиты нарушенного права при предъявлении иска о сносе вышеуказанных строений как самовольных.

При этом суд приходит к выводу о том, что доводы представителя истцов по первоначальному иску ФИО1 о том, что требования о сносе заявлены в порядке ст. 304 ГК РФ, на которую сроки исковой давности не распространяются, суд находит ошибочными и необоснованными в силу следующего.

В соответствии со ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Таким образом положения ст. 304 ГК РФ применяются в случаях обращения истцов в суд с требованиями об устранении препятствий в пользовании, не связанных с лишением владения истцами принадлежащего им имущества.

Вместе с тем истцы в обоснование заявленного иска ссылаются на то, что они лишены возможности использовать по назначению принадлежащие им земельные участки, так как их участки частично заняты объектами недвижимости, принадлежащими ФИО9

Таким образом из текста искового заявления следует, что истцы фактически лишены владения частью принадлежащих им земельных участков по причине расположения на них частей объектов недвижимости ФИО9 (спальный корпус, хозблок, забор, бассейн), что свидетельствует о том, что способ защиты права истцов М-вых и ФИО11 связан прежде всего с защитой (восстановлением) права владения земельными участками с кадастровыми номерами № и №, что исключает возможность ссылки на ст. 304 ГК РФ, так как данная норма закона в данном случае применению не подлежит.

В соответствии со ст. 208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требования владельцев об устранении всяких нарушений его прав, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения (ст. 304 ГК РФ).

Так как судом установлено, что истцами по смыслу заявленного иска неверно указана ссылка на ст. 304 ГК РФ и что заявленные требования истцов М-вых и ФИО11 прежде всего предполагают восстановление положения, существовавшего до нарушения права, путем освобождения части земельных участков, принадлежащих истцам на праве собственности, то есть восстановления права владения частью земельных участков, соответственно требования ответчиков об исковой давности подлежат применению к заявленным истцам М-выми и ФИО11 требованиям.

В соответствии со ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которого заявлено стороной, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В связи с тем, что истцами М-выми и ФИО11 пропущен установленный ст. 196 ГК РФ 3-х годичный срок исковой давности, о применении которого заявлено ответчиком, суд приходит к выводу о том, что к заявленным истцами по первоначальному иску М-выми и ФИО11 требованиям о сносе самовольных строений подлежит применению срок исковой давности (пропуск срока) и в удовлетворении иска следует отказать по причине пропуска срока исковой давности.

Ссылки представителя истцов М-вых и Масликовой на то, что на требования о самовольных строениях сроки исковой давности не распространяются, суд также находит необоснованными, так как как следует из разъяснений, содержащихся в п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного суда РФ №10/22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» исковая давность не распространяется на требования о сносе самовольной постройки, создающей угрозу жизни и здоровью граждан.

Вместе с тем доказательств наличия угрозы жизни или здоровью людей возведенными ФИО9 строениями суду не предоставлено. Ссылки на заключение судебной экспертизы, в которой установлено несоблюдение противопожарного расстояния между строениями литер Ф2 и литер Э, судом не принимаются, потому как в данном экспертном заключении не дана оценка наличию (отсутствию) компенсационных мероприятий при определении (установлении) противопожарных расстояний, кроме того в данном заключении не содержится выводов о том, что несоблюдение данного противопожарного расстояния несет угрозу жизни и здоровью истцов, в связи с чем ссылки представителя истцов на несоблюдение противопожарных норм как на угрозу жизни и здоровью применению не подлежат.

Так как истечение срока исковой давности может являться самостоятельным основанием для отказа в иске только в случае установления данного обстоятельства в предварительном судебном заседании, однако принимая во внимание, что дело рассматривается в открытом судебном заседании, суду наряду с пропуском срока исковой давности необходимо давать оценку доводам и доказательствам истцов М-вых и Масликовой на общих основаниях.

В связи с изложенным суд при рассмотрении заявленных требований (уточненных) истцов М-вых и ФИО11 исходит из следующего.

Требования истцов о взыскании убытков, неосновательного обогащения за пользование частями земельных участков с кадастровыми номерами № и №, а также за использование ФИО9 принадлежащих ей на праве собственности строений (медицинский корпус Ф2, хозблок У2, бассейн Э,), расположенных частично на участках М-вых и ФИО11, суд находит не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено. 

Истцы ссылаются на то, что они понесли убытки в виде упущенной выгоды и неполученных доходов от использования принадлежащих им земельных участков.

Однако суд находит данные доводы истцов М-вых и Масликовой необоснованными, потому как из правоустанавливающих документов на земельные участки с кадастровыми номерами № и № следует, что земельные участки имеют вид разрешенного использования ИЖС и база отдыха. Такой вид разрешенного использования как ИЖС не предполагает получение каких-либо доходов его владельцем, так как любое строительство на землях с данным видом разрешенного использования должно соответствовать одной лишь цели – строительство и эксплуатация индивидуального жилого дома, предназначенного для п проживания одной семьи. То есть получение какой-либо выгоды от индивидуального жилого дома не основано на законе, соответственно и взыскание упущенной выгоды или неполученных доходов от использования (неиспользования) земельного участка под ИЖС незаконно. Кроме того судом принимается во внимание. Что земельный участок под /ИЖС ни истцами, ни умершим МАВ по целевому назначению не использования ни до подачи иска в суд, ни после, так как данный земельный участок не освоен, на нем не возведено никаких строений, доказательств оформления разрешительной документации на строительство жилого дома на участке суду не представлено, равно как не представлено доказательств возведения на нем жилого дома (или попыток его возведения).

Что касается земельного участка с видом разрешенного использования – база отдыха, то истцами не представлено доказательств того, что на протяжении с момента возникновения права собственности на данный земельный участок у МАВ (умершего) или после его смерти кто-либо из собственников данного земельного участка использовал его по целевому назначению, а именно: был зарегистрирован в качестве ИП или создано юридическое лицо для осуществления деятельности, связанной с размещением базы отдыха, что разрабатывалась проектная, разрешительная и иная документация на строительство базы отдыха, что было получено разрешение на строительство, что база отдыха была начата строительством, однако не могла быть использована исключительно из-за расположения строений ФИО9 на земельном участке истцов, то есть не представлено доказательств освоения земельного участка и использования его в коммерческих целях истцами, а также доказательств наличия у истцов права на занятие коммерческой деятельностью с таким ее видом как размещение гостиниц, баз отдыха.

Изложенное исключает возможность удовлетворения заявленных требований о взыскании убытков по правилам ст. 15 ГК РФ с ФИО9, так как истцами не представлено доказательств наличия таких убытков (как реальных так и неполученных доходов).

Что касается требований о взыскании неосновательного обогащения в виде арендной платы за пользование расположенными на частях земельных участков с кадастровыми номерами № и № строениями ФИО9, то данные требования суд также находит необоснованными ввиду того, что в силу ст. 1102 ГК РФ неосновательное обогащение – это когда лицо, без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, в связи с чем приобретатель обязан возвратить потерпевшему неосновательно сбереженное имущество или его стоимость.

Истцы М-вы и ФИО11 в качестве неосновательного обогащения требуют взыскать с ФИО9 стоимость использования коммерческих объектов ФИО9, расположенных на земельных участках (их частях) истцов, выраженную в размере арендной платы коммерческих объектов (гостиниц).

Вместе с тем и ФИО9. и истцы М-вы и ФИО11 владеют земельными участками на праве собственности, при этом доказательств того, что М-вы (в том числе умерший МАВ) или ФИО11 сдавали принадлежащие им на праве собственности в аренду земельные участки суду не предоставлено, равно как не предоставлено доказательств наличия у истцов права на сдачу земельных участков в аренду с извлечением прибыли (отсутствуют доказательства регистрации их в налоговом органе в качестве ИП или юридических лиц), в том числе доказательства уплаты налогов от сдачи имущества в аренду.

В связи с чем суд приходит к выводу о том, что неосновательное обогащение со стороны ФИО9 в данном случае не имело места, соответственно в удовлетворении требований истцов по первоначальному иску следует отказать.

Кроме того, рассматривая первоначальные требования истцов М-вых и ФИО11 в части установления обстоятельств расположения объектов недвижимости ФИО9 на земельных участках с кадастровыми номерами № и №, а также наложения земельных участков друг на друга, суд приходит к следующему..

Как следует из представленных в материалы дела документов договор купли-продажи на аукционной основе от 28.11.2000 года и определения Краснодарского краевого суда от 4.12.2001 года по делу №33-10514/01) МНП (ФИО9) приобрела в собственность на основании договора купли-продажи на аукционной основе у КУМИ г. Анапа часть имущественного комплекса базы отдыха «Слава», расположенного по адресу: г. Анапа, 

<

...> 

<

адрес>, состоящего из 12-ти летних домиков, расположенных на земельном участке площадью 20044 кв.м.

Определением Краснодарского краевого суда от 4.12.2001 года за МНЛ было признано право собственности на земельный участок площадью 20044 кв.м., расположенный по адресу: г. Анапа, 

<

...> 

<

адрес>.

18.01.2002 года ФИО13 продала часть принадлежащего ей на праве собственности земельного участка площадью 900 кв.м. (из общего участка площадью 20044 кв.м. ИАИ и УДА)

28.02.2004 года ФИО13 продала часть оставшегося после продажи ФИО14 земельного участка площадью 900 кв.м. КНИ

ИАИ и УДА 18.02.2002 года продали часть приобретенного ими у МНП земельного участка площадью 900 кв.м. гражданину ШВВ в размере 1/3 доли, в результате чего собственниками данного земельного участка стали ИАИ, УДА и ШВВ по 1/3 доле каждый.

Впоследствии на основании договора купли-продажи от 29.06.2004 года, заключенного между МАВ и ШВВ, ИАИ, УДА, МАВ приобрел в собственность земельный участок площадью 900 кв.м. с кадастровым номером №, с видом разрешенного использования – для размещения базы отдыха по пр. Южному, 

<

адрес> с. Витязево г. Анапа.

Кроме того МАВ приобрел по договору купли-продажи от 29.06.2004 года в собственность у КНИ земельный участок площадью 900 кв.м. по пр. Южному, 

<

адрес> с. Витязево г. Анапа, принадлежавший КНИ на основании договора купли-продажи от 18.02.2004 года, с видом разрешенного использования – ИЖС, кадастровый №.

На дату заключения договоров купли-продажи с МАВ приобретаемые им земельные участки уже были поставлены на кадастровый учет с присвоением кадастровых номеров № и №

Согласно кадастрового плана от 9.03.2004 года земельного участка с КН № площадь участка соответствовала материалам межевания.

Из представленного в материалы дела архивного землеустроительного дела на земельный участок с кадастровым номером № следует, что данный земельный участок был отмежован в июне 2002 года.

Земельный участок с кадастровым номером № был поставлен на государственный кадастровый учет на основании заявления КНИ от 5.03.2004 года.

Что касается земельного участка с кадастровым номером №, принадлежащего на праве собственности ФИО15, то ее земельный участок был поставлен на кадастровый учет 26.03.2004 года 

Согласно кадастрового плана от 26.01.2005 года земельного участка с кадастровым номером № площадью 17127 кв.м. по пр Южному, 

<

адрес> с. Витязево (участок ФИО9) данный участок также был поставлен на кадастровый учет, его площадь соответствовала материалам межевания.

Из заключения проведенной по делу судебной экспертизы ООО «Юридический центр «Экспертиза» №23/1-04/2018 от 16.04.2018 года следует, что фактические границы земельных участков с кадастровыми номерами №, № и № не соответствуют сведениям ЕГРН, при сопоставлении фактических границ со сведениями ЕГРН имеют место наложения границ земельного участка с № на границы участка с КН № площадью наложения 412 кв.м. и на границы участка с КН № площадью наложения 121 кв.м. При этом экспертами установлено, что сведения о границах земельных участков с кадастровыми номерами № и № были внесены в ЕЕГРН на основании межевого плана от 15.01.2017 года, подготовленного кадастровым инженером ФИО10, основание изготовления данного межевого плана – исправление ошибки в местоположении границ земельных участков.

Анализируя межевой план от 15.01.2017 года ФИО10, суд приходит к выводу о том, что данный межевой план не может быть признан допустимым, достоверным и достаточным доказательством, подтверждающим факт наложения границ земельных участков истцов и ответчика друг на друга в силу следующего.

Как видно из межевого плана он подготавливался в целях исправления ошибки в местоположении границ земельных участков с КН № и №, которая выражалась в существовании пересечения границ земельных участков с земельным участком с кадастровым номером №, площадь пересечения по первоначальным данным составляла 7 кв.м. В результате подготовки межевого план ФИО10, должен был устранить данное пересечение, что якобы им и сделан. Однако анализ межевого плана, а также пояснения представителей сторон в судебном заседании позволяют суду прийти к выводу о том, что межевой план от 15.01.2017 года, подготовленный ФИО10, был сделан без выхода на местность путем соединения координат характерных точек границ земельных участков с границами смежных земельных участков, в том числе участка ФИО9, при этом вынос межевых знаков осуществлен не был, что не отрицалось сторонами в судебном заседании, что дает суду оснований прийти к выводу о том, что фактическое месторасположение границ земельных участков с кадастровыми номерами № и № кадастровым инженером ФИО10 не выяснялось и не устанавливалось, а внесенные на основании его межевого плана от 15.01.2017 года сведения в ЕГРН содержат недостоверную информацию в связи с неверно установленными без выхода на местность координатами характерных точек земельных участков.

Подтверждением выводам суда о недостоверности межевого плана ФИО10 т 15.01.2017 года является то обстоятельство, что согласно заключению кадастрового инженера ФИО10, содержащемуся в данном межевом плане ни конфигурация обоих земельных участков истцов М-вых и ФИО11, ни их площадь, ни конфигурация и площадь участка ФИО9 как смежного землепользователя, в результате проведенных ФИО10 работ по исправлению ошибки в местоположении границ земельных участков, не изменились, при этом пересечение было устранено..

О недостоверности межевого плана, подготовленного кадастровым инженером ФИО10, сделаны выводы экспертов в заключении от ООО «Юридический центр «Экспертиза» №23/1-04/2018 от 16.04.2018 года. В связи с чем суд приходит к выводу о том, что межевой план ФИО10, от 15.01ж2017 года не может расцениваться судом как достоверное и достаточное доказательство наличия наложений границ земельных участков истцов и ответчиков друг на друга, а также не может рассматриваться как первоисточник для определения (установления) границ земельных участков с кадастровыми номерами № и №

С учетом недостоверности данного межевого плана суд приходит к выводу о том, что выяснение обстоятельств наличия (отсутствия) наложения границ земельных участков истцов и ответчика друг на друга необходимо устанавливать по межевым документам, существовавшим до внесения изменений в ЕГРН на основании межевого плана ФИО10 от 15.01.2017 года, то есть по первичным материалам межевания.

Однако согласно заключению проведенной по делу судебной экспертизы ООО «Юридический центр «Экспертиза» №23/1-04/2018 от 16.04.2018 года восстановить и установить сведения о границах земельных участков с кадастровыми номерами № и № содержащиеся в правоустанавливающих и правоудостоверяющих документах, не представляется возможным ввиду того, что в первичных правоустанавливающих документах на данные земельные участки отсутствует более точная привязка к местности (пункт ОМС, объекты капитального строительства и др), необходимая для обеспечения возможности определения местоположения границ земельных участков. Кроме того эксперт указал, что определить (установить) границы земельных участков истцов по сведениям первоначального межевания не представляется возможным, так как при проведении межевания данных земельных участков инженером-землеустроителем использовалось оборудование недостаточной точности, в связи с чем границы земельных участков, сведения о которых содержатся в межевых планах 2004 года, установить на местности невозможно. 

С учетом отсутствия доказательств наличия возможности установления границ земельных участков истцов с кадастровыми номерами № и №, существующих на местности с 2004 года, в том числе закрепленных с использованием природных объектов или объектов искусственного происхождения, позволяющих определить местоположение границ земельных участков с достаточной точностью, суд приходит к выводу о том, что доводы истцов М-вых и ФИО11 о наложении границ земельного участка ФИО9 и принадлежащих ей строений на границы земельных участков истцов являются необоснованными, не подтвержденными достаточными, допустимыми и достоверными доказательствами по делу, в связи с чем в удовлетворении требований истцов М-вых и ФИО11 о сносе самовольных строений, о взыскании убытков и неосновательного обогащения надлежит отказать.

Что касается встречного искового заявления ФИО9 (уточненного) об исправлении реестровой ошибки в ЕГРН в отношении земельного участка с кадастровым номером №, то суд находит данные требования не подлежащими удовлетворению, потому как в силу ст. 61 Федерального закона от 13.07.2015 №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» реестровая ошибка – это воспроизведенная в ЕГРН ошибка, содержащаяся в межевом плане, техническом плане/, карет-плане территории или акте обследования, возникшая вследствие ошибки, допущенной лицом, выполнившим кадастровые работы, или ошибка, содержащаяся в документах, направленных или представленных в орган регистрации прав иными лицами и (или) организациями в порядке информационного взаимодействия, а также в ином порядке, установленном настоящим законом. 

Вместе с тем из заключения судебной экспертизы ООО «Юридический центр «Экспертиза» №23/1-04/2018 от 16.04.2018 года факт наличия реестровой ошибки в сведениях ЕГРН в отношении земельных участков с кадастровыми номерами №, № и № не установлен. При этом требования истца по встречному иску ФИО9 об исключении из ЕГРН сведений о значении координат характерных точек границы земельных участков истцов М-вых и ФИО11, а также границы земельного участка ФИО9, являющихся смежными по отношению друг другу с внесением в ЕГРН сведений о значениях координат характерных точек в отношении одной смежной границы трех земельных участков, суд находит не подлежащими удовлетворению, потому как данные требования не основаны на нормах Федерального закона №218-ФЗ от 13.07.2015 «О государственной регистрации недвижимости», которым предусмотрено, что в ЕГРН вносятся сведения обо всех границах, образующих земельный участок как объект кадастрового учета, при этом такой способ защиты права как внесение изменений в отношении одной границы земельных участков действующим законодательством не предусмотрен.

Не подлежат удовлетворению и требования истца по встречному иску ФИО9 о признании межевого плана ФИО10 от 15.01.2017 года содержащим ошибочные сведения, потому как такой способ защиты права как признание межевого плана ошибочным не предусмотрен ни ст. 12 ГК РФ, ни Законом №218-ФЗ от 1307.2015 года.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что первоначальные уточненные требования М-вых и ФИО11, а также встречный уточненный иск ФИО9 удовлетворению не подлежат.

В связи с тем, что по обоим искам суд отказывает в их удовлетворении, заявленные истцами требования о взыскании понесенных расходов на оплату государственной пошлины также удовлетворению не подлежат. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

В удовлетворении уточненного искового заявления ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО11 евны к ФИО9 о сносе самовольных строений, взыскании убытков и расходов по оплате государственной пошлины, - отказать.

В удовлетворении уточненного искового заявления ФИО9 к ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО11 евне о признании межевого плана содержащим ошибочные сведения и исправлении реестровой ошибки, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Краснодарского краевого суда в течение месяца с даты принятия решения в окончательной форме через Анапский городской суд.

Председательствующий:

Мотивированное решение изготовлено 19.06.2018 года.