Судья Антонов Г.П.

РЕШЕНИЕ

 № 7-53/2019

(дело № 5-20/2019)

27 мая 2019 г. г. Ростов-на-Дону

Судья Северо-Кавказского окружного военного суда Опанасенко Валерий Сергеевич (

<

...>), при секретаре Арзуманян В.В., с участием лица, в отношении которого прекращено производство по делу – ФИО1, защитника Яковлева Д.Ю. и прокурора Волкова Д.А., рассмотрев дело об административном правонарушении по жалобе указанного защитника в интересах военнослужащего войсковой части 

<

адрес> 

<

данные изъяты>

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>, проживающего по адресу: 

<

адрес> 

на постановление судьи Севастопольского гарнизонного военного суда от 12апреля 2019 г. о прекращении в отношении ФИО1 производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 6.9 КоАП РФ, 

УСТАНОВИЛ:

Постановлением судьи Севастопольского гарнизонного военного суда от 12апреля 2019 г. производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1, возбужденного по признакам правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 6.9 КоАП РФ, прекращено на основании ч. 2 ст. 24.5 КоАП РФ с направлением материалов дела командиру воинской части для привлечения указанного военнослужащего к дисциплинарной ответственности.

В жалобе, поданной в порядке пересмотра, защитник Яковлев просит отменить указанное постановление судьи и прекратить производство по делу в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых вынесено постановление.

В обоснование автор жалобы, ссылаясь на нормы действующего законодательства и приводя собственный анализ материалов дела, указывает, что выводы судьи в обжалуемом постановлении основаны на противоречивых и недопустимых доказательствах, полученных с нарушением требований ст. 26.2 КоАПРФ.

По мнению защитника, ФИО1 самостоятельно прибыл в военную комендатуру, а не в связи с совершением грубого дисциплинарного проступка или административного правонарушения, поэтому законных оснований для его направления в медицинское учреждение для прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения не имелось.

В нарушение Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 18 декабря 2015 г. № 933н (далее – Порядок), биологический объект отобран у ФИО1 при отсутствии клинических признаков опьянения и отрицательном результате исследования выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя. 

Как следует из первоначально имевшихся в материалах дела документов, предварительное исследование биологического объекта не проводилось. По результатам химико-токсикологического исследования (далее – ХТИ) не установлена концентрация обнаруженного наркотического средства, поэтому результат исследования должен был быть указан как «отрицательно». Сведения о результатах ХТИ внесены в акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения врачом, не проводившим освидетельствование ФИО1, что является недопустимым.

В нарушение требований Приложения № 6 к Дисциплинарному уставу ВС РФ протокол о применении к ФИО1 меры обеспечения производства по материалам о дисциплинарном проступке изначально не был приложен к материалам дела. Приложенная к данному протоколу фотография ФИО1, не может являться приложением именно к данному протоколу. Кроме того, в протоколе указано о приложении к нему фотоматериалов, а не одной фотографии. 

По запросу судьи из ГБУЗС «Севастопольская городская психиатрическая больница» поступили документы, которые отсутствовали в материалах дела об административном правонарушении. 

При этом в журнале регистрации отбора биологических объектов, в отличие от иных документов, содержатся сведения об отборе у ФИО1 мочи в количестве 50 мл., а не 30 мл., что оставлено судьей без оценки. 

Представленная копия чека о предварительном ХТИ не содержит подписи об ознакомлении с результатом ФИО1, который обращал внимание, что такое исследование не проводилось. Данное обстоятельство также не получило оценки в обжалуемом постановлении. 

По утверждению защитника, предварительное ХТИ не проводилось, а представленные в суд чек и его копия фальсифицированы, так как при их визуальном сравнении с актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения видно, что они заполнены разными лицами. Вместе с тем, судья отказал в назначении почерковедческой экспертизы, сославшись на то, что заключение эксперта не являлось безусловным доказательством. 

Сведения о проведении предварительного ХТИ, по мнению защитника, были дописаны в журнал регистрации отбора биологических объектов, поскольку в графе № 8 имелась запись «не выявлено», а в графе № 9 содержались положительные результаты предварительного ХТИ.

Учитывая изложенное, предусмотренных Порядком оснований для направления отобранного у ФИО1 биологического объекта на ХТИ не имелось, но данное обстоятельство также оставлено судьей без оценки.

Порядок отбора у ФИО1 биологического объекта нигде не зафиксирован, тара, в которой находился отобранной объект, ни в одном документе не указана, ФИО1 на ней не расписывался и она не опечатывалась.

В нарушение п. 13 Порядка копия справки о направлении биологического объекта на ХТИ ФИО1 не выдавалась.

В представленной в суд копии справки о доставке биологического объекта на ХТИ не содержится сведений о лице, осуществившем перевозку, не зафиксированы сведения о наличии упаковки и ее целостности. 

В копии направления на ХТИ отсутствуют сведения о дате и времени отправки биологического объекта, об упаковке и ее целостности. При этом в графе «Предварительный клинический диагноз» зафиксировано, что признаки опьянения не выявлены.

С учетом изложенного, защитник утверждает о том, что в материалах дела не имеется достоверных сведений о направлении на ХТИ биологического объекта, отобранного у ФИО1, что не получило надлежащей оценки в обжалованном постановлении. 

По мнению автора жалобы, обнаруженная в биологическом объекте «тетрогидроканнабиноловая кислота» как наркотическое средство «не встречается» и употребить его невозможно, так как оно содержится в «конопле» и служит сырьем для психотропных веществ, поэтому не установлено, какое именно вещество и когда мог употребить ФИО1.

Кроме того, защитник утверждает, что в материалах дела отсутствует процессуальный документ, свидетельствующий о возбуждении в отношении ФИО1 производства по делу об административном правонарушении. Так, в деле имеется только копия протокола от 27 декабря 2018 г. № 18 о применении меры обеспечения производства о дисциплинарном проступке. Согласно данной копии этот документ составлялся двумя должностными лицами и в разное время. При этом указанный протокол не мог служить основанием для проведения 26 декабря 2018 г. медицинского освидетельствования ФИО1 на состояние опьянения, поскольку в полном объеме данный документ был составлен только на следующий день.

В материалах дела отсутствует постановление заместителя военного прокурора от 4 марта 2019 г. о возбуждении в отношении Соснина дела об административном правонарушении.

Как следует из обжалованного постановления, в отношении ФИО1 не осуществлялось производство по материалам о грубом дисциплинарном проступке, поэтому все процессуальные действия должны были выполняться на основании КоАП РФ, но протокол о совершении административного правонарушения не составлялся.

Неустранимые сомнения не истолкованы в пользу ФИО1, поскольку сообщение судебно-медицинского эксперта от 12 февраля 2019 г. № 38 оценено судьей не в полном объеме, а исключительно в целях подтверждения вывода о виновности ФИО1. При этом суд оставил без надлежащей оценки представленные стороной защиты доказательства того, что по состоянию на 18 января 2019 г. в организме ФИО1 не обнаружены наркотические средства, в том числе «

<

данные изъяты>», а «

<

данные изъяты>» в организме человека может оставаться до 45 дней. 

Рассмотрев материалы дела и доводы жалобы, заслушав выступления ФИО1 и защитника Яковлева, заключение прокурора Волкова нахожу жалобу не подлежащей удовлетворению. Нормы материального и процессуального права применены правильно, заявленные стороной защиты ходатайства разрешены в установленном КоАП РФ порядке.

Вывод судьи в постановлении о признании в действиях ФИО1 состава административного правонарушения соответствует фактическим обстоятельствам дела и основан на исследованных в судебном заседании доказательствах.

Как усматривается из материалов дела об административном правонарушении, в период с 19 по 26 декабря 2018 г. в г. Севастополе ФИО1 употребил наркотическое средство – 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>).

Факт совершения ФИО1 административного правонарушения подтверждается актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения, показаниями свидетелей ФИО2 и ФИО3, копией журнала регистрации отбора биологических объектов, справкой о результатах химико-токсикологического исследования, а также иными документами.

Так, из материалов дела следует, что по результатам медицинского освидетельствования, проведенного 26 декабря 2018 г. в ГБУЗС «Севастопольская городская психиатрическая больница», в биологическом объекте ФИО1 (с учетом результатов ХТИ) обнаружены следы наркотического средств – «

<

данные изъяты>».

В соответствии с пп. 5, 7, 8, 13, 14, 20, 23 Порядка медицинское освидетельствование подлежит проведению в целях выявления состояния опьянения. В процессе проведения медицинского освидетельствования его результаты вносятся в акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), форма которого предусмотрена приложением № 2 к Порядку.

Согласно пп. 8-10 Правил проведения химико-токсикологических исследований, при медицинском освидетельствовании, являющихся приложением № 3 к Порядку, химико-токсикологические исследования пробы биологического объекта (мочи) проводятся в два этапа. Первым этапом являются предварительные исследования иммунохимическими методами с применением анализаторов, обеспечивающих регистрацию и количественную оценку результатов исследования путем сравнения полученного результата с калибровочной кривой и подтверждающие исследования методами газовой и (или) жидкостной хроматографии с масс-спектрометрическим детектированием с помощью технических средств, обеспечивающих регистрацию и обработку результатов исследования путем сравнения полученного результата с данными электронных библиотек масс-спектров.

По окончании первого этапа химико-токсикологического исследования в случае наличия в пробе биологического объекта наркотических средств, психотропных веществ и т.д., вне зависимости от их концентрации проводится второй этап химико-токсикологического исследования подтверждающими методами. Срок доставки образца биологического объекта (мочи) в медицинскую организацию, проводящую подтверждающие исследования, не должен превышать десяти рабочих дней с момента отбора биологического объекта (мочи).

Свидетель ФИО2 в суде первой инстанции подтвердил факт проведения медицинского освидетельствования ФИО1, в том числе отбора биологического объекта, указав, что видел как был распакован и запакован контейнер для анализа, при этом каких-либо замечаний у ФИО1 при выполнении данной процедуры не имелось. Ввиду этого, а также исходя из содержания имеющихся в материалах дела письменных доказательств, довод жалобы о нарушениях Порядка (приложений к нему) при отборе у ФИО1 биологического объекта является необоснованным.

Вопреки доводам жалобы, материалы дела не содержат противоречий о количестве отобранного у ФИО1 биологического объекта для проведения ХТИ. Так, из исследованных в ходе судебного разбирательства по делу копии журнала регистрации биологических объектов и акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения усматривается, что у ФИО1 было отобрано 30 мл. мочи.

Согласно копии журнала регистрации отбора биологических объектов и чеку о результатах исследования по результатам предварительного исследования с использованием анализатора в биологическом объекте ФИО1 обнаружено наркотическое средство (

<

данные изъяты>). В связи с чем отобранный у ФИО1 биологический объект обоснованно направлен для проведения второго этапа ХТИ. При этом материалы дела содержат все необходимые сведения о приборе, с помощью которого проводилось предварительное исследование, а наличие подписи лица, в отношении которого проводится данное исследование, в чеке о его результатах Порядком (приложениями к нему) не предусмотрено. 

Что касается доставки образца мочи Соснина для проведения ХТИ, то в соответствии с копией справки о доставке биологических объектов на ХТИ от27декабря 2018 г. № 55, образец для анализа доставил сотрудник ФИО7. Каких-либо несоответствий требованиям Порядка при осуществлении данной процедуры, либо возможности подмены биологического объекта, из материалов дела не усматривается.

Ссылка в жалобе на нарушение при проведении медицинского освидетельствования требований п. 12 Порядка, ввиду отсутствия оснований для отбора у ФИО1 биологического объекта по причине невыявления у него клинических признаков опьянения и отрицательном результате исследования выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя, не является безусловным основанием для признания всей процедуры медицинского освидетельствования незаконной, поскольку из материалов дела следует, и ФИО1 не оспаривается, что биологический объект 26 декабря 2018 г. в ГБУЗС «Севастопольская городская психиатрическая больница» он сдавал добровольно. 

Таким образом, вывод судьи гарнизонного военного суда об отсутствии при проведении медицинского освидетельствования ФИО1 (в том числе ХТИ), существенных нарушений Порядка, которые могли повлиять на его результаты, является верным, а утверждение в жалобе об обратном не может быть признано обоснованным. 

Что касается представленных стороной защиты доказательств того, что по состоянию на 18 января 2019 г. в организме ФИО1 не обнаружены наркотические средства, то на выводы судьи они не влияют. Так, мнение автора жалобы о том, что «тетрогидроканнабинол» в организме человека остается до 45 дней противоречит материалам дела, в том числе представленному стороной защиты сообщению главного врача ГБУЗС «Севастопольская городская психиатрическая больница» от 21 марта 2019 г. (

<

данные изъяты>), в соответствии с которым невозможно дать точный ответ о длительности нахождения в организме человека «

<

данные изъяты>», поскольку это зависит от множества факторов.

Свидетель ФИО3 пояснил, что в ходе составления протокола о применении мер обеспечения производства о дисциплинарном проступке был составлен фотоматериал, а именно приложена фотография ФИО1. Довод жалобы о том, что фотография ФИО1 не может являться приложением именно к данному протоколу является необоснованным.

Вопреки доводам жалобы, истребование судьей из ГБУЗС «Севастопольская городская психиатрическая больница» и других учреждений (органов) дополнительных материалов по делу не противоречит требованиям КоАП РФ и не свидетельствуют о незаконности обжалуемого постановления.

В материалах дела содержится постановление военного прокурора от 4марта 2019 г. о возбуждении в отношении Соснина дела об административном правонарушении, а утверждение в жалобе об обратном не может быть признано обоснованным.

Довод защитника о том, что «тетрогидроканнабиноловая кислота» как наркотическое средство «не встречается» и употребить его невозможно на законность обжалованного судебного постановления также не влияет. Так, согласно разъяснениям врача судебно-медицинского эксперта отделения СМЭ (

<

адрес>) филиала № 2 ФГКУ «

<

данные изъяты>» от 12 февраля 2019 г. (

<

данные изъяты>) 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>) является наркотическим средством, включенным в Перечень наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации. В соответствии с данным Перечнем, утвержденным постановлением Правительства РФ от 30 июня 1998 г. №681, наркотическими средствами являются как 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>), так и 

<

данные изъяты> (все изомеры) и их производные. При этом способ употребления конкретного наркотического средства не входит в предмет доказывания по делам об административных правонарушениях, предусмотренных ч. 1 ст. 6.9 КоАП РФ.

Иные доводы жалобы направлены на переоценку выводов судьи, являлись предметом надлежащей оценки и проверки, обоснованно отвергнуты по основаниям, изложенным в постановлении, и не влекут его отмену.

Таким образом, совокупность положенных в основу судебного постановления доказательств свидетельствует о наличии в действиях ФИО1 события и состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст.6.9 КоАП РФ. 

В связи с этим правильным является решение судьи в части направления материалов дела после исследования всех обстоятельств совершения административного правонарушения командиру воинской части для привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности.

Нарушений, которые могли бы дать основания для вывода о необходимости отмены постановления судьи, из дела не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ, судья

РЕШИЛ:

Постановление судьи Севастопольского гарнизонного военного суда от 12апреля 2019 г. о прекращении в отношении ФИО1 производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 6.9 КоАП РФ, на основании ч. 2 ст. 24.5 КоАП РФ, оставить без изменения, а жалобу защитника Яковлева Д.Ю. – без удовлетворения.

Судья В.С. Опанасенко