Дело № 5-158/2018

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Переславль-Залесский

14 сентября 2018 г.

Судья Переславского районного суда Ярославской области Быкова Н.Н., с участием лица, в отношении которого осуществляется производство по делу об административном правонарушении ФИО1, её защитника адвоката Соловьева Р.В., предоставившего удостоверение № 

<

данные изъяты> от 24.04.2003 г. и ордер № 

<

данные изъяты> от 12.09.2018 г., её защитника адвоката Самухова А.В., предоставившего удостоверение № 

<

данные изъяты> от 12.01.2016 г. и ордер № 

<

данные изъяты> от 12.09.2018 г., потерпевшего К. представителя потерпевшего по доверенности М. при секретаре Князевой Е.В., рассмотрев дело об административном правонарушении, предусмотренном ст.6.1.1 КоАП РФ в отношении ФИО1, 

<

данные изъяты>

УСТАНОВИЛ:

Определением и.о. председателя Переславского районного суда Ярославской области от 03.08.2018 года заявление судьи Шашкина Д.А. о самоотводе удовлетворено и передано данное дело судье Переславского районного суда Ярославской области Быковой Н.Н. (л.д.44). 

ФИО1, согласно протокола об административном правонарушении вменяется нанесение побоев в отношении К. причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в статье 115 УК РФ, при следующих обстоятельствах.

28.07.2017 г., в 18 час. 20 мин. ФИО1, находясь по адресу: Ярославская область, Переславский район, 

<

данные изъяты> в ходе словесного конфликта, возникшего в результате личных неприязненных отношений, схватила К. за руку и сильно её сжала, в результате чего у К. образовались ссадины на правой руке в верхней её части, от чего К. испытал физическую боль. 

ФИО1 в судебном заседании вину в указанном правонарушении при обстоятельствах, изложенных в протоколе об административном правонарушении, не признала, показала, что 28 июля 2017 года в 19 часов приехала к К. по месту его проживания для того, чтобы пообщаться со своим ребенком, который на тот момент находился с его отцом К. и бабушкой матерью К. К. На момент инцидента ФИО2 и К. в брачных отношениях не состояли и уже три года проживают раздельно друг от друга, находятся в конфликтных отношениях по поводу 

<

данные изъяты>. Указала, что 28 июля 2017 года по приезду в дом К. ей было сообщено, что ребенок болен и что он останется в жилище отца. ФИО2 с этим решением была не согласна, хотела забрать ребенка с собой в ( данные изъяты) Бабушка отвела ребенка в другую комнату. К. потребовал, чтобы ФИО2 покинула его дом. ФИО2 сказала, что не уйдет и хотела пройти к ребенку. К. встал перед дверью, где находилась бабушка и ребенок, и не пускал ФИО2 в комнату, где находился её ребенок. В этот момент ФИО2 попыталась отодвинуть К. взяла его за руку. К. в ответ схватил ФИО2 за руки и попытался вытолкнуть ФИО2 из его дома. ФИО2 сопротивлялась. Вызвала полицию. 

В ходе административного расследования ФИО1 ( л.д. 7) давала аналогичные показания. В административном протоколе указала, что с протоколом не согласна, так как телесных повреждений К. не наносила, легкие царапины могли образоваться, когда К. напал на ФИО2, а она защищалась (л.д.25).

Защитники ФИО1 по ордеру адвокаты Соловьев Р.В. и Самухов А.В. просили производство по делу прекратить за отсутствием в действиях ФИО1 признаков состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ. В частности защитник Соловьев указал в судебном заседании на существенные процессуальные нарушения, допущенные при проведении административного расследования должностным лицом его проводившим. Так в нарушении ч.2 ст. 28.7 КоАП РФ решение о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования было принято должностным лицом 15.12.2017 года спустя почти пять месяцев после поступления заявления потерпевшего и почти три месяца после составления протокола об административном правонарушении. В нарушении ч.3 ст. 28.7 КоАП РФ при вынесении определения о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования ФИО1 её права и обязанности как лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, не разъяснялись. В нарушении ч.4 ст. 28.7 КоАП РФ участковый К. без надлежащих на то оснований осуществил мероприятия по получению объяснений от гр. ФИО3 Указанные объяснения, по мнению защитника, являются недопустимыми доказательствами по делу и не могут быть приняты судом во внимание. В нарушении ст. 26.4 КоАП РФ при назначении экспертизы эксперт не был предупрежден об административной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 17.9 КоАП РФ, а также ему не были разъяснены права и обязанности эксперта, предусмотренные ст. 25.9 КоАП РФ. Эксперт был предупрежден об ответственности по ст. 307 УК РФ, были разъяснены права, предусмотренные ст. 57 УПК РФ. По мнению защитника, ссылка на нормы УК и УПК неправомерна, поскольку в силу ч.1 ст. 1.1 КоАП РФ дела об административных правонарушениях рассматриваются по правилам КоАП РФ. В нарушение ч.4 ст. 26.4 КоАП РФ до начала экспертизы ФИО1 не была ознакомлена с определением о назначении экспертизы, ей не были разъяснены права, в том числе право заявлять отвод эксперту, право ставить вопросы эксперту. В действиях ФИО2 отсутствует умысел на несение К. побоев и желание причинить ему какую-либо боль. Следовательно, отсутствует субъективная сторона состава, что исключает привлечение ФИО2 к административной ответственности по ст. 6.1.1 КоАП РФ. 

Потерпевший К. в судебном заседании показал, что ФИО1 является его бывшей супругой, имеется общий малолетний ребенок, который проживает с ним, 

<

данные изъяты> На момент спорного инцидента (28 июля 2017 года) брак расторгнут не был, брачные отношения фактически прекращены около двух лет назад. ФИО2 проживала в ( данные изъяты), он в Переславле. К. показал, что между ним и ФИО2 имеются конфликтные отношения по поводу того, 

<

данные изъяты> 28.07.2017 г. ФИО2 приехала в дом потерпевшего чтобы пообщаться с ребенком. Сразу по своему приезду ФИО2 начала кричать на ребенка. К. пытался успокоить ФИО2. Своими действиями ФИО2 довела ребенка до слез. Ребенок попытался уйти в другую комнату, ФИО2 попыталась взять ребенка на руки и увезти с собой в 

<

данные изъяты> В этот момент К. встал между ней и ребенком, ребенку удалось вырваться из рук ФИО2 и убежать в другую комнату. ФИО2 попыталась пойти за ребенком в комнату. К. перегородил ей путь и в этом момент ФИО2 схватила потерпевшего за обе руки, впилась когтями, от чего потерпевший испытал сильную физическую боль, на руках потерпевшего остались следы от ногтей ФИО2. Сам потерпевший никаких противоправных действий в адрес ФИО2 не совершал. После произошедшего вызвал полицию и сообщил, что по месту жительства произошел конфликт с супругой. Свидетелей произошедшего инцидента не имелось, поскольку бабушка (мать потерпевшего) находилась с ребенком в комнате, ничего не могла видеть. 

В ходе административного расследования К. ( л.д. 8) давал аналогичные показания.

Представитель потерпевшего К. по доверенности М. просила привлечь ФИО1 к административной ответственности по ст. 6.1.1 КоАП РФ, считает, что вина ФИО1 доказана, наказание оставила на усмотрение судьи, нарушений процессуальных при проведении административного расследования должностным лицом не допущено. 

Из письменных материалов усматривается следующее:

Согласно сообщения К. в полицию 28.07.2017 ( л.д. 4), по месту его жительства по адресу: 

<

данные изъяты> произошел конфликт с женой. 

Согласно заявления К. начальнику МО МВД России «Переславль-Залесский», зарегистрированного 29.07.2017 года № 9313, К. просит привлечь к установленной законом ответственности гр. ФИО1, которая 28.07.2017 года в 18 часов 20 минут по месту его жительства причинила телесные повреждения, от которых К. испытал физическую боль (л.д.5).

Согласно объяснений К. (л.д.6), опрошенной по факту проверки по заявлению К. следует, что К. проживает с сыном К. и внуком К. 28.07.2017 года около 18 часов 30 минут ФИО1 находилась дома у К. сказала, что хочет забрать ребенка. К. стал возражать, сказал, что ребенок болен и что он его не отдаст, пока не вылечит. К. увела ребенка в другую комнату. К. находилась с ребенком в комнате, а К. не пускал в комнату ФИО1 К. не видела самого инцидента между сыном и его женой, знает, что К. вызвал полицию, видела, что на правой руке сына имеются царапины от ногтей, сын сказал, что эти повреждения причинила ему ФИО1 

Заключением эксперта (л.д.9) у К. обнаружены ссадины на правой верхней конечности (6), а именно при осмотре 31.07.2017 г. «…на задней поверхности правого плеча в средней и нижних третях (3), размерами от 0,5х0,5см до 1,3х0,5см; на тыльной поверхности правого предплечья в средней трети (3), размерами от 0,5х0,2см до 1,1х0,2см – ссадины, с красно-коричневыми, сухими, слегка западающими, шероховатыми корочками. На волосистой части головы, лице, шее, туловище, левой верхней и нижних конечностях каких-либо видимых телесных повреждений не обнаружено … ». Указанные повреждения как по отдельности, так и в совокупности расцениваются как повреждения, не причинившие расстройства здоровья (вреда здоровью). Эти телесные повреждения могли образоваться за 1-3 суток до момента осмотра 31.07.2017 г., в том числе и 28.07. 2017 г. 

Согласно решения судьи Ярославского областного суда от 22.02.2018 г. (л.д. 36,37) производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 6.1.1 КоАП РФ, по факту совершения К. иных насильственных действий в отношении ФИО1 28.07. 2017 г. в 19 час. 00 мин. по адресу: Ярославская область, Переславский район, 

<

данные изъяты>, прекращено в связи с действиями лица в состоянии крайней необходимости. 

Как следует из данного решения 28.07.2017 г. в 19:00 ФИО1, проживающая и зарегистрированная в г

<

данные изъяты> пришла в 

<

данные изъяты> Переславского района Ярославской области, где проживал и был зарегистрирован К. Во время разговора между К. и ФИО1 возник словесный конфликт, в котором никакие иные лица не участвовали (мать К. увела ребенка ФИО1 и К. в другую комнату). В ходе данного конфликта К. высказал ФИО2 требование покинуть его место жительства. Однако ФИО2 отказалась выполнить данное требование собственника жилого помещения, применила к нему насилие и попыталась пройти в другую часть жилища. В ответ на эти действия ФИО1 К. взял её за руки и попытался вывести из дома, чему ФИО2 также оказала сопротивление, после этой попытки конфликт прекратился. 

Проанализировав и оценив представленные доказательства, прихожу к выводу о прекращении производства по делу в связи с отсутствием состава административного правонарушения в виду следующего.

Действия ФИО1 по данному делу согласно протоколу об административном правонарушении квалифицированы по ст.6.1.1 КоАП РФ, как побои, причинившие физическую боль, но не повлекшие последствий, указанных в статье 115 УК РФ, при отсутствии в этих действиях признаков уголовно наказуемого деяния.

Из содержания ст.6.1.1 КоАП РФ следует, данное административное правонарушение совершается умышленно, когда лицо, его совершившее, осознает противоправный характер своих действий в виде применения насилия к потерпевшему, предвидит вредные последствия таких действий в виде физической боли потерпевшего и желает наступления таких последствий или сознательно их допускает либо относится к ним безразлично.

Обязательным признаком состава данного правонарушения является наличие умысла лица на совершение указанных действий и на причинение физической боли потерпевшему.

Представленные суду материалы дела об административном правонарушении не содержат достаточных доказательств, указывающих на наличие ФИО1 умысла на причинение физической боли К. в результате описанных в настоящем постановлении действий. Умыслом ФИО2 при совершении ею указанных в административном протоколе действий охватывалось только то, что она, являясь матерью малолетнего ребенка, желала забрать своего малолетнего ребенка и увести вместе с собой в г.( данные изъяты) ФИО2 отец ребенка К. воспрепятствовал это сделать. В ответ на его действия ФИО2 попыталась проникнуть в комнату, где находился её малолетний ребенок. В результате чего ФИО2 и схватила потерпевшего за его правую руку, от чего у него и образовались ссадины на правой верхней конечности как указано в заключении эксперта. Указанные обстоятельства не оспаривались в судебном заседании ни самой ФИО1, ни К. Как и не оспаривалось сторонами об имеющемся между ними конфликте относительно места проживания их общего малолетнего ребенка, в том числе имеющем место быть и в момент спорного инцидента. 

При указанных обстоятельствах судья соглашается с доводами стороны защиты относительно того, что факт наличия в действиях ФИО1 признаков состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ, являющегося материальным составом, субъективная сторона которого характеризуется умышленной формой вины, в судебном заседании не установлен, поскольку в материалах дела не представлены указывающие на это доказательства. 

Относительно остальных доводов стороны защиты, указывающих на наличие допущенных при проведении административного расследования процессуальных нарушений со стороны должностного лица его проводившего, считаю доводы стороны защиты в части утверждения о том, что в нарушении ч.3 ст. 28.7 КоАП РФ при вынесении определения о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования ФИО1 её права и обязанности как лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, не разъяснялись, несостоятельными по следующим основаниям. 

Как следует из имеющегося в материалах дела (л.д.2) определения о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования копия указанного определения была направлена по почте в адрес ФИО1 В определении, направленном в адрес ФИО1, графа, содержащая сведения о разъяснении ФИО2 положений ч. 1 ст. 25. 1 КоАП РФ, заполнена. Объяснение ФИО1 от 29.07.2017 г., протокол об административном правонарушении так же содержит сведений о разъяснении ей указанных положений закона. 

Довод стороны защиты относительно того, что в нарушении ч.2 ст. 28.7 КоАП РФ решение о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования было принято должностным лицом 15.12.2017 года спустя почти пять месяцев после поступления заявления потерпевшего и почти три месяца после составления протокола об административном правонарушении, также нахожу несостоятельным в силу следующего.

Согласно ч.2 ст. 28.7 КоАП РФ решение о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования принимается должностным лицом, уполномоченным в соответствии со статьей 28.3 настоящего Кодекса составлять протокол об административном правонарушении, в виде определения, а прокурором в виде постановления немедленно после выявления факта совершения административного правонарушения.

Сторона защиты связывает понятие немедленно с моментом обращения потерпевшего в полицию с заявлением 29 июля 2017 года. Нахожу это не верным, поскольку само заявление не указывает о факте совершения административного правонарушения. Указанное заявление подлежит проверке. Следовательно, по результату проведенной проверки и решается вопрос о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования или нет. Установив факт совершения административного правонарушения, должностное лицо обязано незамедлительно принять решение о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования. Что и было сделано по настоящему делу. 

То обстоятельство, что объяснения по факту проверки заявления К. от ФИО3 были взяты другим должностным лицом, а не тем, которое возбудило дело об административном правонарушении и проведении административного расследования, не могут являться основанием для признания указанных объяснений недопустимыми доказательствами по делу, поскольку объяснения были взяты по факту проверки по поступившему заявлению в связи с выявлением факта совершения административного правонарушения. 

То обстоятельство, что в представленном в материалах дела (л.д.9) заключении эксперт указал, что права и обязанности эксперта, предусмотренные статьей 57 УПК РФ, разъяснены, а также, что об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ предупрежден, по мнению судьи, не свидетельствует о признании данного заключения недопустимым доказательством по делу, каких-либо обязательных требований к форме (бланку) заключения эксперта, КоАП РФ не содержит. 

Кроме этого, согласно ч.1 ст. 1.1 КоАП РФ (на которую сослался защитник в обосновании своего довода об исключении заключения эксперта из числа доказательств по настоящему делу) законодательство об административных правонарушениях состоит из настоящего Кодекса и принимаемых в соответствии с ним законов субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях. Речь идет в указанной правовой норме в частности о том, что лицо подлежит привлечению к административной ответственности лишь за те правонарушения, которые указаны в КоАП РФ и принимаемых в соответствии с ним законов субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях, а также в порядке, установленном в КоАП РФ и принимаемых в соответствии с ним законов субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях. Следовательно, при указанных обстоятельствах, нахожу довод стороны защиты о том, что в нарушении ст. 26.4 КоАП РФ при назначении экспертизы эксперт не был предупрежден об административной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 17.9 КоАП РФ, а также ему не были разъяснены права и обязанности эксперта, предусмотренные ст. 25.9 КоАП РФ. Эксперт был предупрежден об ответственности по ст. 307 УК РФ, были разъяснены права, предусмотренные ст. 57 УПК РФ. По мнению защитника, ссылка на нормы УК и УПК неправомерна, не состоятельным. 

При этом довод стороны защиты относительно того, что в нарушение ч.4 ст. 26.4 КоАП РФ до начала экспертизы ФИО1 не была ознакомлена с определением о назначении экспертизы, ей не были разъяснены права, в том числе право заявлять отвод эксперту, право ставить вопросы эксперту нахожу заслуживавшим внимание по следующим основаниям. 

В силу ч.4 ст. 26.4 КоАП РФ до направления определения для исполнения судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело об административном правонарушении, обязаны ознакомить с ним лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, и потерпевшего, разъяснить им права, в том числе право заявлять отвод эксперту, право просить о привлечении в качестве эксперта указанных ими лиц, право ставить вопросы для дачи на них ответов в заключении эксперта.

Как следует из материалов дела, материалы настоящего дела не содержат определения о назначении экспертизы, на основании которого была проведена по делу экспертиза. 

В связи с чем, опровергнуть данный довод стороны защиты не представляется возможным. В силу ст. 1.5 КоАП РФ все сомнения толкуются в пользу лица, привлекаемого к административной ответственности. 

В связи с установленным, заключение эксперта № 383 от 31.07.2017 года, имеющегося на л.д. 9, нахожу подлежащим признанию недопустимым доказательством по делу, поскольку получено с нарушением закона. 

Таким образом, на основании изложенного, прихожу к выводу о том, что ввиду отсутствия достаточных доказательств совершения ФИО1 указанного административного правонарушения дело в отношении неё подлежит прекращению за отсутствием состава административного правонарушения. Отсутствие состава административного правонарушения является безусловным основанием для прекращения производства по делу. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 29.9, 29.10 КоАП РФ, судья

ПОСТАНОВИЛ:

Производство по делу в отношении ФИО1 о совершении ею административного правонарушения, предусмотренного ст.6.1.1 КоАП РФ, прекратить в связи с отсутствием в её деянии состава указанного административного правонарушения.

Постановление может быть обжаловано в Ярославский областной суд путем подачи жалобы через Переславский районный суд в течение 10 дней со дня получения его копии.

Судья: 

Н.Н. Быкова