Дело № 2-4/2019 КОПИЯ

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

6 февраля 2019 года город Билибино 

Билибинский районный суд Чукотского автономного округа в составе:

председательствующего судьи Медниковой А.В.,

при секретаре судебного заседания Александровой О.О.,

с участием истца по первоначальному иску (ответчика по встречному иску) ФИО1,

ответчика по первоначальному иску (истца по встречному иску) ФИО6 К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании долга по договору займа, процентов за пользование денежными средствами, компенсации морального вреда, судебных расходов, по встречному иску ФИО3 к ФИО1 о признании сделки в виде заключенного договора займа денежных средств недействительной и кабальной,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Билибинский районный суд с иском к ФИО6 К. о взыскании основного долга по договору займа в размере 438 756 руб., процентов за пользование заёмными денежными средствами в размере 1 447 894 руб. 80 коп., расходов по оплате государственной пошлины в размере 23 027 руб. 03 коп. 

В обоснование требований указала, что весной 2009 года она передала ФИО6 К. денежные средства в размере 500 000 руб., в подтверждение чего ответчик предоставила ей расписку. Таким образом, между истцом и ответчиком был заключен договор займа. 

По условиям договора возврат заемных средств был установлен по первому требованию. Деньги ответчику были необходимы для ведения предпринимательской деятельности. 

В соответствии с распиской ответчик обещала отдать деньги с ежемесячной надбавкой в размере 15 000 рублей (3% от 500 000 руб.) и возвратить долг в размере 10 000 -15 000 руб., так как всю сумму в размере 500 000 руб. сразу не сможет возвратить. Кроме того, ответчик сама предложила за счет долга произвести взаиморасчет товаром. По взаимному согласию в счет возмещения долга истец отоваривалась в магазине ответчика «РАМИН». Всего за период с 2010 года по настоящее время истец купила продуктов питания на сумму 61 244 руб., последний раз покупала продукты 1 февраля 2018 года на сумму 1 480 руб. 

Истец ежемесячно ходила к ответчику и просила отдать хоть какие-то деньги, но ответчик постоянно находила причины не отдавать денег, просила подождать, каждый раз ответчик обещала, что отдаст деньги, как только будет возможность.

В 2017 году ответчик обещала ежемесячно отдавать по 5 000 руб., истец согласилась, но ответчик опять ничего не отдала. Поскольку у истца заболел муж, истец в феврале и марте 2018 года просила ответчика вернуть долг полностью, также сказала, что больше отовариваться в счет долга не будет. Ответчик в грубой форме отказала, сказав, что у нее нет денег. Поскольку ответчик на неоднократные просьбы вернуть долг отвечала категорическим отказом, истец обратилась в суд. 

В ходе рассмотрения дела истец уточнила исковые требования и окончательно просила суд взыскать с ответчика задолженность по договору займа в размере 443 117 руб., проценты за пользование денежными средствами в размер 1 217 985 руб., компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., судебные расходы по оплате госпошлины в размере 23 027 руб. и оплате услуг представителя в размере 27 000 руб.

Ответчик, воспользовавшись правом, предусмотренным ст.137 ГПК РФ, в рамках рассматриваемого гражданского дела предъявила к истцу встречный иск о признании сделки в виде заключенного договора займа денежных средств недействительной и кабальной. 

В обосновании иска указала, что 7 мая 2009 года между истцом и ответчиком заключен договор займа, в соответствии с которым ФИО1 передала ответчику денежные средства в размер 500 000 руб. По условиям договора ответчик должна была уплачивать ФИО1 3% от суммы займа ежемесячно, то есть по 15 000 руб. Срок займа по договору не был установлен, то есть до первого требования вернуть долг. 

Начиная с июня 2009 года, ответчик ежемесячно выплачивала ФИО1 денежные средства в размере 15 000 руб. 

Примерно в июне 2010 года истец обратилась с просьбой вернуть ей долг в размере 500 000 руб. Таких денег у ответчика не было, поэтому ФИО6 К. предложила ФИО1 взять кредит в банке с тем условием, что его будет погашать ответчик. ФИО1 согласилась и взяла в АТБ Банке г. Билибино кредит в размере 100 000 руб., в Северо-Восточном отделении № 8645 ПАО Сбербанк взяла кредит в размере 200 000 руб. Текущие платежи и проценты по данным кредитам выплачивала ответчик в течение 2-3 лет до полного погашения кредитов.

Таким образом, ответчик по первому требованию частично вернула истцу долг в размере 300 000 руб. По устной договоренности они решили, что ФИО1 будет отовариваться в магазине ответчика и ответчик будет ежемесячно выплачивать по 10 000 руб. на протяжении 2 лет. 

Выплаты происходили в первой декаде каждого месяца, денежные средства оставались в кассе магазина «РАМИН» и когда истцу было удобно, она приходила в магазин и получала от продавцов деньги. Кроме того, истец еженедельно отоваривалась в магазине ответчика на сумму от 1 до 2 тыс. руб., в общем истец отоварилась на 63 000 руб. Таким образом, ответчик в полном объеме вернула истцу долг. 

Полагает, что истцом пропущен срок исковой давности по требованию о взыскании денежных средств, который составляет 3 года и подлежит исчислению с лета 2010 года, когда истец потребовал вернуть долг. 

Ответчик утверждает, что условия договора займа о 40% годовых и срока возврата по требованию является крайне невыгодным для него условием сделки. Кроме того, процентная ставка по договору займа чрезмерно отличается от процентных ставок по заключенным договорам того же типа. На указанные условия сделки она согласилась, так как ее семья находилась в тяжелом материальном положении, а возможности взять кредит в банке в тот период у нее не имелось. Действия ФИО1 по установлению такой высокой процентной ставки по займу следует расценивать как злоупотребление правом. Кроме того, требование о возврате долга было заявлено сразу же в мае 2009 года. 

Просит суд признать договор займа денежных средств недействительной и кабальной сделкой.

В ходе рассмотрения дела истец ФИО1 поддержала исковые требования в полном объеме, возражала против встречных исковых требований. 

В ходе предварительно судебного заседания истец пояснила, что история с займом началась еще в 2008 году, в то время она работала в ГБУЗ ММЦ в г.Билибно.

2 апреля 2008 года истцу подкинули под видом взятки 3 000 руб., за что она была привлечена в качестве обвиняемой по уголовному делу. На тот момент у нее на счетах в банке было 500 000 руб., побоявшись, что эти деньги будут конфискованы, она согласилась на предложение ФИО6 К. и ее супруга Б. передать им деньги. ФИО6 К. написала расписку в получении денежных средств. Следствие по уголовному делу в отношении истца длилось около года, 27 ноября 2008 года её оправдали. После этого она попросила вернуть деньги, но Ш-вы сказали, что не могут отдать, потому что вложили деньги в коммерческий оборот. Всего ответчик написала три расписки. Первую в мае-апреле 2008 года, но без процентов. В конце ноября 2009 года была написана вторая расписка о возврате денежных средств с процентами в размере 3% в месяц от 500 000 рублей. Таким образом, ответчик должен был отдавать истцу помимо основного долга 15 000 руб. ежемесячно. В случае, если основной долг уменьшался, проценты рассчитывались от оставшейся суммы, но ответчик ни разу не отдала денег в счет основной суммы долга. 

7 мая 2009 года была написана третья расписка. В 2010 году истец продолжила уговаривать ответчика вернуть долг, на что ответчик предложила брать продукты из её магазина в счет долга. Истец брала в счет долга продукты в магазине «РАМИН», для этого продавцы делали записи в специальных тетрадях. Истец на протяжении всех этих лет продолжала просить ответчика вернуть долг. В 2017 году муж истца забелел, поэтому в феврале-марте 2018 года она стала требовать от ответчика вернуть долг в полном объеме. Ответчик долг не вернула. Истец приходила домой к ответчику, но племянник в грубой форме её прогнал, при этом ФИО6 К. сказала, что она с ней уже рассчиталась. 

В ходе рассмотрения дела по существу истец пояснила, что фактически договор займа на 500 000 руб. был заключен в 2008 году. Предпринимательской деятельностью тогда занимался Б. – супруг ФИО6 К. На его предложение отдать ему деньги на хранение, ФИО1 согласилась, так как в то время состояла в дружеских отношениях с семьей Ш-вых. Первая расписка была написана в 2008 году без указания на выплату процентов. После окончания следствия по уголовному делу ФИО1 попросила Ш-вых вернуть долг, но у них денег не оказалось, так как был период предновогодних праздников. Настаивать на возврате долга она не стала. 

Летом 2009 года истец собиралась в отпуск, поэтому в мае 2009 года она опять обратилась к ФИО2 с просьбой вернуть долг. ФИО6 К. отказалась отдать долг и предложила написать расписку с указанием об обязании выплачивать ежемесячно 3% от суммы долга, на что истец согласилась. 

В 2010 или 2011 году Б. нужны были деньги в сумме 150 000 руб., истец заняла Б. 125 000 руб., о чем он написал расписку. Б. обещал вернуть деньги через два месяца, но не вернул. В 2011 году истец устраивала празднование своего 50-летия, закупила много алкогольных напитков. Но на тот момент муж стал злоупотреблять спиртными напитками, поэтому хранить алкоголь дома истец не могла. Она поделилась этой проблемой с Б., который предложил хранить алкоголь у них в квартире, после чего он перевез его в квартиру Ш-вых. Они пересчитали бутылки и написали расписки. Б. сказал, что продаст алкоголь и отдаст деньги. 

Когда истец просила вернуть долг перед отпуском в 2009 году, она сказала Б., что если он не может отдать деньги по договору займа, то пусть отдаст деньги за алкоголь. Под давлением Б. был оформлен кредит, но истец не помнит на кого он был оформлен. Б. с ней рассчитался за расписку на 125 000 руб. тем, что она получила в АТБ-Банке 92 000 или 93 000 руб., в Сбербанке около 100 000 руб. Никаких других наличных денежных средств от Ш-вых истец не получала. 

Дополнительно пояснила, что в счет погашения долга по договору займа в сумме 500 000 руб. она брала продукты питания в магазине ответчика. Потом пояснила, что брала продукты питания в магазине в счет погашения процентов по договору займа. Однако впоследствии пояснила, что если в течение месяца сумма, на которую ФИО1 брала продукты, превышала 15 000 руб., то 15 000 руб. шли на гашение процентов, остальное на гашение долга. 

Возражая против требований встречного иска, ФИО1 пояснила, что действительно 7 мая 2009 года между ней и ФИО6 К. заключен договор займа на сумму 500 000 руб. под 3 % ежемесячно со сроком возврата по требованию. При этом пояснила, что она действительно оформила на себя в 2010 году два кредита: в ПАО «Азиатско-Тихоокеанский Банк» на сумму 100 000 руб. и в Северо-Восточном отделении № 8645 ПАО Сбербанк России на сумму 200 000 руб., за которые до 2011 года платила ФИО6 К.. Вместе с тем, эти денежные средства были погашены ответчиком в счет долга перед ней супруга ответчика ФИО13, расписку после погашения кредитов истец вернула ФИО9 

Указывает, что требование о признании сделки недействительной в виду ее кабальности не может стоять наряду с заявлением ответчика о полной выплате денежных средств по договору займа. 

До настоящее времени Ширинова ММ.К. не вернула ей сумму основного долга и проценты, ежемесячные платежи в размере 15 000 руб. ни разу не выплачивались. Впервые за возвратом денежных средств она обратилась в июне 2010 года, у ФИО6 К. не было денег, поэтому она продлила ей срок возврата займа до следующего требования. 

В ходе рассмотрения дела ответчик ФИО6 К. исковые требования не признала в полном объеме, настаивала на встречных исковых требованиях.

Из письменных возражений на исковое заявление следует, что ответчик не оспаривает факт заключения 7 мая 2009 года договора займа в размере 500 000 рублей под 3% ежемесячно в размере 15 000 рублей со сроком возврата по первому требованию. Ответчик давала только одну расписку в 2009 году в мае, больше она никаких расписок не писала. 

Начиная с мая 2009 года, ответчик лично и её покойный супруг передавали истцу наличные денежные средства в счет уплаты долга разными частями в сумме от 10 000 до 20 000 рублей, на общую сумму порядка 150 000 руб. Данные сведения письменно фиксировала истец, по каким причинам ФИО1 не представила эти записи ей не известно. 

В 2011 году на имя истца были оформлены два кредита: в ОАО «Колыма-банк» на сумму 100 000 руб. и в ОАО «Сбербанк» на сумму 200 000 руб., которые примерно в период с 2011 года по 2013 год по общей договоренности с истцом, были погашены за счет денежных средств ответчика в счет уплаты долга по расписке от 7 мая 2009 года.

В счет погашения суммы долга истец брала продукты питания в магазине ответчика «РАМИН». Истцом неверна указана общая сумма, на которую она взяла продукты питания в магазине «РАМИН», по подсчетам ответчика, истец взяла продуктов питания на сумму 73 837 руб. 

Таким образом, на конец 2013 года ответчиком в счет погашения долга уже было возвращено порядка 450 000 руб., оставшуюся сумму по договору займа истец возместил за счет продуктов питания, то есть на момент подачи искового заявления долг перед истцом был полностью выплачен. 

Начисленная истцом сумма процентов является не только явно несоразмерной, но и неподлежащей начислению и взысканию, поскольку обязательства по договору займа ответчиком исполнены. 

В судебном заседании ответчик пояснила, что весной 2009 года ФИО1 пришла к ней в магазин, и сказала, что у нее есть деньги, муж пьет, и предложила отдать эти деньги ей под расписку. Она написала расписку, а ФИО1 отдала ей 500 000 руб. Истец дала деньги на условиях, что сначала она будет выплачивать ей проценты, а потом по требованию должна будет вернуть долг. Было оговорено, что деньги передаются под 3% от суммы в месяц. Деньги ФИО6 К. взяла, чтобы использовать в бизнесе. В мае 2010 года, точную дату не помнит, ФИО1 потребовала вернуть долг. У нее такой суммы не было, поэтому ФИО1 предложила оформить кредит на свое имя, но кредит будет выплачивать ответчик. Она согласилась и ФИО1 оформила кредиты в Сбербанке на сумму 200 000 руб. и в АТБ-Банке на сумму 100 000 руб. Кредиты в полном объеме ею выплачены к 2013 году, с указанного момента никакой задолженности у нее нет. После оформления кредита с 2013 года ФИО1 с требованием о возврате долга не обращалась. О требовании вернуть денежные средства она узнала из искового заявления, но она с ней полностью рассчиталась после выплаты ее кредитов в банках. Проценты она выплачивала наличными средствами до оформления кредитов. После оформления кредита она не выплачивала ФИО1 проценты по договору займа. При передаче денежных средств свидетелей не было, расписок не составлялось. Договор займа является кабальной сделкой, истица хочет нажиться на ней. Никогда, никаких денежных средств ее муж Б. у ФИО1 не занимал. Деньги за проценты она отдавала наличными, в счет погашения долга ФИО4 брала продукты в магазине. Впоследствии пояснила, что не помнит, какая была договоренность об очередности погашения задолженности в счет продуктов в магазине, которые брала ФИО5, в счет основного долга или в счет процентов. При этом уточнила, что с 2013 года ФИО1 брала в ее магазине продукты уже не в счет погашения задолженности по договору займа от 7 мая 2009 года, а как обычный покупатель в долг. 

Выслушав объяснения сторон, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст.123 Конституции РФ и ст.12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Исходя из общих положений о договоре, условия договора определяются сторонами и должны быть выражены в договоре определённой формы, установленной законом для договоров данного вида (ст.421, 434 ГК РФ). 

В соответствии с ч.1 ст.807 ГК РФ (в редакции от 09 апреля 2009 года, действовавшей на момент заключения договора займа) по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Согласно ст.808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Согласно п.1,2 ст.809, п.1 ст.810 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии иного соглашения проценты выплачиваются ежемесячно до дня возврата суммы займа. Заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. В случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления займодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором.

Из приведенных выше норм права в их взаимосвязи следует, что расписка рассматривается как документ, удостоверяющий передачу заемщику займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей, при этом текст расписки должен быть составлен таким образом, чтобы не возникло сомнений не только по поводу самого факта заключения договора займа, но и по существенным условиям этого договора. Риск несоблюдения надлежащей формы договора займа, повлекшего недоказанность факта его заключения, лежит на займодавце.

Согласно ст.431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если данные правила не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Как следует из материалов дела, истцом в обоснование заявленных требований представлен оригинал расписки следующего содержания (далее дословно): « Я ФИО6 взяла у ФИО1 деньги под 3% в сумме 500 000 рублей обязуюсь вернуть по требованию (пятьсот тысяч). 7.05.09» Расписка окончена подписью без указания фамилии, имени и отчества лица, выдавшего расписку (л.д.2).

В судебном заседании ответчик не оспаривала тот факт, что 7 мая 2009 года между ней и истцом был заключен договор займа на сумму 500 000 рублей под 3% со сроком возврата по требованию, в связи с чем, она собственноручно написала указанную расписку, деньги получила в полном объеме.

При этом истец и ответчик пояснили, что «3%» это проценты, которые подлежат уплате ежемесячно, что составляет 15 000 рублей в месяц. 

Доводы истца о том, что представленная расписка является третьей по счету, и фактически договор займа был заключен в ноябре 2008 года суд находит несостоятельными, поскольку в нарушение требований ст.56 ГПК РФ истец не представил доказательств, подтверждающих, что ответчику были переданы денежные средства в размере 500 000 рублей в ноябре 2008 года. 

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что между сторонами 7 мая 2009 года заключен договор займа, по условиям которого заемщику переданы денежные средства в размере 500 000 руб. с взиманием за пользование займом 3% ежемесячно, со сроком возврата по требованию. 

Статьями 309, 310 ГК РФ предусмотрено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается.

Доводы ответчика ФИО6 К. о том, что она исполнила обязательство путем выплаты кредитов, оформленных на имя ФИО1, а также ежемесячными выплатами процентов за пользование денежными средствами в сумме 10 000 – 15 000 руб. суд признает несостоятельными, поскольку бремя доказывания обстоятельств, подтверждающих возврат суммы займа, лежит на ответчике, а ответчик в подтверждении своих доводов, не представила доказательств, отвечающих требованиям ст.59, 60 ГПК РФ, подтверждающие возврат заемщиком суммы долга. 

Кроме того, факт нахождения оригинала расписки у ФИО1 по смыслу ст.408 ГК РФ также подтверждает наличие неисполненного денежного обязательства при отсутствии допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих возврат заемщиком суммы долга.

Истец по встречному иску ФИО6 К. заявила требование о признании сделки недействительной и кабальной по тем основаниям, что договор займа заключен на крайне невыгодных условиях, который она была вынуждена совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств.

В обосновании встречных исковых требований указала, что в соответствии с договором займа от 7 мая 2009 года 3% от суммы займа ежемесячно в размере 15 000 руб. составляет около 40% годовых. Данный размер процентной ставки является завышенным, но истец была вынуждена согласиться на такие условия договора займа, поскольку ее семья находилась в тяжелом материалом положении, возможности взять кредит в банке не имелось. Стечение тяжелых жизненных обстоятельств, размер процентной ставки по договору займа, который чрезмерно отличается от процентных ставок по заключенным договорам того же типа, свидетельствует об установлении крайне невыгодных условий для заемщика. Размер процентной ставки в значительной степени превышал среднюю процентную ставку, сложившуюся на рынке кредитования для договоров займа с аналогичными условиями, которая составляла не более 15% годовых. Совокупность указанных обстоятельств в достаточной степени свидетельствует о кабальности сделки. 

Разрешая встречные исковые требования о признании сделки недействительной и кабальной, суд приходит к следующему.

Статья 179 ГК РФ предусматривает специальный институт, направленный на пресечение недобросовестных действий и злоупотребления правом - признание сделки кабальной.

Так согласно п.3 ст.179 ГК РФ сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

По смыслу п.3 ст.179 ГК РФ и исходя из положений ст. 56 ГПК РФ на лицо, заявившее требование о кабальности условий договора, возлагается обязанность доказать наличие совокупности следующих обстоятельств: наличие обстоятельств, которые подтверждают ее заключение для истца на крайне невыгодных условиях, то есть на условиях, не соответствующих интересу этого лица, существенно отличающихся от условий аналогичных сделок; тяжелые обстоятельства возникли вследствие их стечения, то есть являются неожиданными, предвидеть которые или их предотвратить не представлялось возможным; контрагент потерпевшего, зная о таком тяжелом стечении обстоятельств у последнего, тем не менее, совершил с ним эту сделку, воспользовавшись этим положением, преследуя свой в этом интерес.

Вместе с тем, истцом по встречному иску ФИО6 К. не представлено допустимых и достоверных доказательств стечения тяжелых обстоятельств, связи между этими обстоятельствами и заключением оспариваемого договора займа, а также того, что ответчик по встречному исковому заявлению был осведомлен о жизненных обстоятельствах, в которых оказался ответчик, и сознательно использовал их к своей выгоде. 

Само по себе установление процентной ставки по условиям договора займа в размере около 40% годовых не свидетельствует о кабальности сделки либо о злоупотреблении заимодавцем своими правами.

Выдача ФИО6 К. расписки о получении займа, предполагает ее согласие с условиями займа, оценивая свои финансовые возможности, она согласилась на получение денежных средств с их последующим возвратом и процентами за пользование денежными средствами на согласованных условиях.

Таким образом, совокупность признаков, указывающих на кабальность сделки, в данном случае отсутствует, следовательно, правовых оснований для удовлетворения встречных исковых требований ФИО6 К., исходя из обстоятельств дела, не имеется.

Как было выше установлено судом, своих обязательств по договору займа ФИО6 К. не исполнила, - доказательств обратного материалы дела не содержат.

Вместе с тем, в соответствии со ст.195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Согласно ст.196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года.

В силу ст.199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Исходя из разъяснений п.10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений ст.56 ГПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

Согласно п.15 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абз.2 п.2 ст.199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

При рассмотрении дела ответчик ФИО6 К. заявила о пропуске ФИО1 срока исковой давности для защиты права.

ФИО6 К пояснила, что впервые ФИО1 обратилась к ней с требованием о возврате денежных средств в мае - июне 2010 года. Так как денег у нее не было, они договорились, что ФИО1 оформит на себя кредиты. ФИО1 оформила на себя два потребительских кредита на сумму 300 000 рублей, один кредит в АТБ–Банке на сумму 100 000 рублей, второй кредит в Сбербанке на 200 000 рублей, которые ФИО6 К. выплатила в полном объеме. Кроме того, они договорились, что ФИО1 будет в счет долга по договору займа брать продукты в ее магазине «РАМИН», частично она отдавала долг наличными деньгами. В 2013 году она полностью рассчиталась с ФИО4 После того, как она выплатила за нее кредиты, ФИО4 до февраля 2018 года к ней с требованием о возврате денежных средств не обращалась. В феврале 2018 года к ней пришла ФИО1 и потребовала вернуть долг по договору займа, на что она ей пояснила, что еще в 2013 году с ней рассчиталась. С 2013 года ФИО1 брала продукты в магазине не в счет долга по договору займа, а как другие ее покупатели в долг. В августе 2018 года, получив исковое заявление, она узнала, что ФИО1 обратилась в суд с требованием о возврате долга по договору займа от 7 мая 2009 года. 

Возражая против заявления ФИО6 К. о пропуске срока исковой давности, ФИО1 пояснила, что она неоднократно обращалась к ФИО6 К. с требованием о возврате денежных средств на протяжении всего срока. При этом впервые она обратилась с требованием о возврате денежных средств по договору займа от 7 мая 2009 года осенью того же года. ФИО6 К. сказала, что у нее нет денег, и попросила подождать. В мае-июне 2010 года она также обращалась с требованием о возврате денежных средств, на что они договорились, что ФИО1 будет в счет долга по договору займа брать продукты в магазине ФИО6 К. Последний раз она брала продукты в магазине ответчика в феврале 2018 года, потом она обратилась к ФИО6 К с требованием о возврате суммы основного долга, так как ей нужны были деньги. ФИО6 К. сказала, что она ничего ей не должна, что она все ей уже выплатила. Поэтому в августе 2018 года она обратилась в суд. При этом пояснила, что брала кредиты в АТБ-Банке и Сбербанке, которые выплачивала ФИО6 К., однако эти кредиты она оформляла на себя по договоренности с мужем ответчика ФИО10, который ей также был должен. Ни какого отношения эти кредиты не имеют к расписке от 7 мая 2009 года. 

В соответствии с п.1, 2 ст.200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Обобщая вышеизложенное, оценивая доводы сторон о дате начала течения срока исковой давности, с учетом положений абз.2 п.1 ст.810 ГК РФ, ст.108 ГПК РФ суд приходит к выводу, что срок возврата долга по договору займа от 7 мая 2009 года не позднее 30 июля 2010 года, а значит, в соответствии со ст.200 ГК РФ с этой даты следует исчислять трехлетний срок исковой давности.

В силу ст.203 ГК РФ течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок.

Согласно разъяснениям, данным в п.20, 22 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномочены, лицом. 

В соответствии с п.12 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск. Следовательно, именно истец должен доказать факт обращения в суд с иском в пределах срока исковой давности.

Положения ст.55 ГПК РФ, а также бремя доказывания перерыва, приостановления течения срока исковой давности истцу ФИО1 судом разъяснялись. 

Доводы истца о том, что поведение ответчика, которая не отрицала наличие долга и на протяжении длительного периода времени обещала ей исполнить свои обязательства по договору займа от 7 мая 2009 года, не подтверждены материалами дела и сами по себе не могут являться основанием для признания таких причин пропуска срока уважительными.

Кроме того, истец в обоснование доводов о перерыве срока исковой давности указала, что в течение всего срока брала продукты питания в магазине ФИО6 К. в счет долга по договору займа от 7 мая 2009 года, о чем делались записи в долговых книгах ответчика. 

В подтверждение этого были представлены долговые тетради в количестве 8 штук. Вместе с тем, из указанных тетрадей под номерами 1-6 не представляется возможным определить число, месяц и год, когда истец брала продукты в магазине ответчика, из тетрадей под номером 7 и 8 следует, что записи были сделаны в 2016-2018 годах. При этом ответчик оспаривает тот факт, что с 2013 года ФИО1 брала продукты в ее магазине в счет погашения долга по договору займа от 7 мая 2009 года. Доказательств обратно ФИО1 не представлено.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что указанные долговые тетради не являются достаточными и достоверными доказательствами, свидетельствующими о признании ответчиком после 2013 года долга в целях перерыва течения срока исковой давности. 

Письменных требований о возврате долга по договору займа от 7 мая 2009 года истец не направляла. 

Обобщая вышеизложенное, учитывая позицию истца и ответчика, суд приходит к выводу, что ответчик признавала наличие долга по договору займа от 7 мая 2009 года в течение 2013 года. Поскольку точную дату прекращения обязательства путем исполнения ответчик назвать не смог, суд, применяя положения ст.108 ГПК РФ, приходит к выводу, что в соответствии с положениями ст.203 ГПК РФ течение срока исковой давности было прервано с января 2014 года, после чего трехлетний срок начал течь вновь. В суд с исковым заявлением ФИО1 обратилась в августе 2018 года.

В период срока исковой давности (с января 2014 года) достоверных и достаточных доказательств признания ФИО6 К. долга по договору займа от 7 мая 2009 года, а также допустимых и достаточных доказательств перерыва срока исковой давности истцом в материалы дела не представлено, поскольку признание долга, выраженное должником, должно быть точным, конкретным и безоговорочным, из него должно быть понятно, в отношении какого конкретно обязательства данное признание совершено.

В соответствии с ч.1 ст.207 ГК РФ с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство и т.п.), в том числе возникшим после истечения срока исковой давности по главному требованию.

Оценивая доводы сторон в контексте вышеизложенных правовых норм, разъяснений, данных в Постановлении пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 поданы за пределами срока исковой давности, а поскольку ответчиком заявлено о применении последствий пропуска срока, при этом каких-либо доказательств уважительности причин пропуска срока истица суду не предоставила, о восстановлении срока исковой давности не просила, в связи с чем, ее исковые требования о взыскании долга по договору займа, процентов за пользование денежными средствами не подлежат удовлетворению.

Согласно ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п.2 ст.1099 ГК РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Таким образом, в силу указанных выше положений закона моральный вред подлежит компенсации, если он причинен действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему личные нематериальные блага. Моральный вред, причиненный нарушением имущественных прав, подлежит компенсации лишь в случаях, прямо указанных в законе. 

Исходя из предмета иска, к данным правоотношениям не применяются положения ст.151 ГК РФ, поскольку спор носит имущественный характер, компенсация морального вреда по которому законом не предусмотрена.

В связи с чем, исковые требования истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда также не подлежат удовлетворению.

Поскольку в удовлетворении исковых требований суд отказывает, не подлежат взысканию судебные расходы по оплате госпошлины в размере 23 027 руб. и оплате услуг представителя в размере 27 000 руб. 

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о взыскании долга по договору займа в размере 443 117 руб., процентов за пользование денежными средствами в размере 1 217 985 руб., компенсации морального вреда в размере 50 000 руб., судебных расходов по оплате госпошлины в размере 23 027 руб. и оплате услуг представителя в размере 27 000 руб. - отказать в полном объеме.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО3 к ФИО1 о признании сделки в виде заключенного договора займа денежных средств недействительной и кабальной - отказать в полном объеме. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в суд Чукотского автономного округа через Билибинский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья подпись А.В. Медникова

Копия верна:

Судья А.В.Медникова

Мотивированное решение изготовлено 11 февраля 2019 года.