дело 2-123/2018

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

п.Ягодное 10 сентября 2018 года

Ягоднинский районный суд Магаданской области в составе председательствующего судьи Засядько Е.А., при секретаре Поляковой Т.Н. с участием истца, представителей ответчика, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Статус» об истребовании из незаконного владения электротехнического оборудования: генератора синхронного трехфазного тока БГ-100 № 005989 (ДЭС)

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью (далее по тексту ООО) «Статус» об истребовании из незаконного владения электротехнического оборудования: генератора синхронного трехфазного тока БГ-100 № 005989 (ДЭС) (далее спорное оборудование), принадлежащего ему на праве собственности, мотивируя свои требования тем, что приобрел спорное оборудование 10 марта 2016 года у К. и в июне 2017 года по устной договоренности с генеральным директором ООО "Т"») поставил его на временное хранение на территории технической базы данного предприятия. В дальнейшем, когда он решил забрать принадлежащее ему имущество, директор ООО «"Т"» А. отказался выдать ему оборудование, сославшись на то, что ООО «Статус» заявил ему, что данное оборудование было у него похищено. Однако, ни ООО «Статус», ни какое-либо другое лицо, не предъявляло ему каких-либо претензий относительно данного имущества. В июне 2018 года он направил письменную претензию в ООО «"Т"» о возврате ему спорного оборудования с приложением копии договора купли-продажи. Аналогичное письмо было направлено в ООО «Статус». После получения данных претензий ООО «Статус», не имея никаких законных оснований, произвело изъятие спорного оборудования, оформив это актом от 24 июня 2018 года. В связи с изложенным просил суд обязать ответчика возвратить ему спорное оборудование, находящееся у ответчика в незаконном владении.

В судебном заседании истец на иске настаивал и пояснил, что 10 марта 2016 года в г.Магадан купил у К. спорное оборудование. С К. ранее был знаком длительное время по работе. Поскольку К. длительное время работал снабженцем, то весной 2016 года в разговоре с последним он спросил, нет ли у него на продажу ДЭС. Через некоторое время К. сам позвонил и предложил купить у него бывшую в употреблении ДЭС в неисправном состоянии за 100.000 руб., на что он согласился, и они оформили договор, составили акт приема-передачи, а К. еще написал расписку о том, что получил от него деньги. Оригиналы договора и акта у него на руках имеются, а расписка находится у К. Договор оформили от 10 марта 2016 года, но допускает, что фактически документы могли быть подписаны в другое время. Документов на оборудование у К. не было. Спустя непродолжительное время после покупки К. сам с помощью своей техники привез спорное оборудование в п.Ларюковое, откуда уже он сам (ФИО1) перевез ее в бокс на территории п.Оротукан, где по его просьбе ему ее отремонтировали. В июне 2017 года уже отремонтированную ДЭС он передал на хранение в ООО «"Т"» по устной договоренности с генеральным директором А., где она находилась до июня 2018 года. За указанное время никаких претензий от кого-либо в его адрес относительно принадлежности ему данного оборудования не поступало. Однако, в июне 2018 года, когда он решил забрать спорное оборудование, А. отказал ему в этом, сказав, что это оборудование принадлежит ООО «Статус», которое он (ФИО1) якобы у них похитил. В связи со сложившейся спорной ситуацией он предъявил сотруднику ООО «Статус» имеющийся у него договор купли-продажи ДЭС от 10 марта 2018 года. При этом, ему каких-либо документов о принадлежности спорного оборудования ООО «Статус» предъявлено не было. 22 июня 2018 года он написал в адрес ООО «"Т"» письмо с просьбой вернуть принадлежащее ему оборудования, а также написал письмо в ООО «Статус» с просьбой оказать содействие в беспрепятственном вывозе оборудования с территории ООО "Т"». 24 июня 2018 года А. письменно отказал ему в возврате оборудования, указав, что по информации ООО «Статус» данное оборудование является их собственностью и было похищено им (ФИО1) и до выяснения обстоятельств возврат оборудования ему (ФИО1) невозможен. В тот же день 24 июня 2018 года он увидел, что спорное оборудование вывезено с базы ООО «"Т"». На его вопрос, куда увезли его оборудование, А. ему пояснил, что оборудование забрали сотрудники ООО «Статус», и показал ему акт изъятия. Полагает, что спорное оборудование принадлежит ему на основании договора купли-продажи и в настоящее время находится в незаконном владении ООО «Статус», в связи с чем просил суд вынести решение об обязании ответчика вернуть ему его имущество. Относительно доводов ООО «Статус» пояснил, что представленные ответчиком договоры купли-продажи оборудования являются сфальсифицированными, подписи в договорах, выполненные от одного и того же лица, не идентичны, ответчиком как юридическим лицом не представлены доказательства фактической покупки оборудования, постановки на баланс, присвоение инвентарного номера, журнал регистрации договоров купли-продажи оборудования суду и иные доказательства. Он действительно с 10 марта 2016 года был назначен на должность директора ООО «"О"» (далее ООО «"О"») и ООО «Статус», как учредитель данного общества, передавал в ООО «"О"» по договору аренды целый ряд оборудования, среди которого тоже была ДЭС БГ-100, но это была совершенно другая, которая находилась в рабочем состоянии и которая до настоящего времени находится в ООО «"О"». Факт подписания договора аренды он не оспаривает, но дата подписания договора аренды вызывает у него сомнение, поскольку вряд ли они фактически могли в один день оформить все документы и принять все оборудование. В момент его увольнения с должности директора никаких актов ревизий, инвентаризаций, актов приема-передачи имущества не составлялось. До момента предъявления им требований к А. в июне 2018 года о возврате ему оборудования, каких-либо претензий от ООО «Статус» или ООО «"О"» о каких-либо недостачах оборудования в ООО «"О"», не предъявлялось. 

Представители ответчика в судебном заседании с иском не согласилась, указав, что ООО «Статус» приобрело спорное оборудование 15 февраля 2016 года по договору купли-продажи с ООО «"Л"». Оборудование действительно находилось в нерабочем состоянии и было перевезено на базу в п.Горный, где находилось под охраной ЧОП «"М"». В марте 2016 года ООО «Статус» и Т. учредили новое предприятие - ООО «"О"», директором которого был назначен ФИО1 В пользование созданного предприятия и было передано спорное оборудование, которое ФИО1 незаконно, воспользовавшись своим служебным положением, вывез с территории ООО «"О"» и перевез на территорию ООО «"Т"», откуда оно в свою очередь было изъято сотрудниками ООО «Статус». Таким образом, полагают, что истец получил возможность владеть и в дальнейшем распорядиться спорным оборудованием не на основании договора купли продажи с К. 10 марта 2016 года, а на основании договора аренды как директор ООО «"О"», в связи с чем полагают, что договор от 10 марта 2016 года, заключенный с К. является ничтожным.

Представитель третьего лица - ООО «"Т"» в судебном заседании отсутствовал, согласно письменному отзыву указал, что в 2017 году ФИО1 обратился к нему с просьбой оставить на хранение ДЭС, на что он согласился. Позже в ходе устных бесед с различными людьми, в том числе с сотрудниками ООО «"О"», он узнал, что данное оборудование принадлежало ООО «Статус» и до момента передачи оборудования ему, находилось на территории ООО «Статус». Также он узнал, что ФИО1 вывез данное оборудование без каких-либо сопроводительных документов, поэтому, когда к нему обратились сотрудники ООО «Статус» с требованием вернуть оборудование принадлежащее им, он не воспрепятствовал и после предъявления документов отдал ДЭС представителям ООО «Статус». Таким образом, полагает, что ДЭС, являющаяся предметом разбирательства по настоящему делу, принадлежит ООО «Статус».

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав представленные суду письменные доказательства, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению в полном объеме по следующим основаниям.

Согласно ст.301 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения. При этом, в силу ст.302 ГК РФ если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В соответствии с частью 2 ст.218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Пленум Верховного Суда РФ и Пленум Высшего Арбитражного Суда РФ в своих постановлениях № 10 и № 22 от 29.04.2010 (ред. от 23.06.2015) "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснили судам, что в случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301, 302 ГК РФ (п.34 постановления).

Как разъяснено в п.35 указанного постановления, если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 ГК РФ). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 ГК РФ.

В соответствии со статьей 301 ГК РФ лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика. Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца (пункт 36 постановления).

Согласно п.37 постановления в соответствии со статьей 302 ГК РФ ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель). Ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем. Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

По смыслу пункта 1 статьи 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли (пункт 39 постановления). 

В силу пункта 40 того же постановления, если при рассмотрении иска об истребовании движимого имущества из чужого незаконного владения судом будет установлено, что основанием возникновения права собственности истца является ничтожная сделка и отсутствуют другие основания возникновения права собственности, суд отказывает в удовлетворении заявленных исковых требований независимо от того, предъявлялся ли встречный иск об оспаривании сделки, поскольку в силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ ничтожная сделка недействительна независимо от признания ее таковой судом. Письменная форма сделки в силу ст.160 ГК РФ предполагает, что она должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Согласно ст.161 ГК РФ в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения, должны совершаться сделки юридических лиц между собой и с гражданами, а также сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки.

Из части 1 ст.166 ГК РФ следует, что ничтожная сделка является недействительной независимо от признания ее недействительности судом.

В соответствии со ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Статья 170 ГК РФ прямо предусматривает, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Из анализа приведенного законодательства следует, что виндикационное требование подлежит удовлетворению лишь при наличии доказательств, подтверждающих соответствующий статус истца в отношении истребуемого имущества, обладание последним индивидуально-определенными признаками, наличие спорного имущества в натуре, утрату лицом фактического владения вещью, а также нахождение ее в чужом незаконном владении в отсутствие между истцом и ответчиком отношений обязательственного характера по поводу истребуемой вещи. Для удовлетворения искового требования необходимо наличие указанных фактов в совокупности, отсутствие или недоказанность одного из них влечет отказ в удовлетворении иска.

В силу ст.6 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ (в ред. от 29.07.2018) «О бухгалтерском учете» экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет в соответствии с настоящим Федеральным законом, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

Каждый факт хозяйственной жизни в силу ст.9 того же закона подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Часть вторая указанной статьи предусматривает исчерпывающий перечень обязательных реквизитов первичного документа. При этом, частью 3 той же статьи установлено, что первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным - непосредственно после его окончания. Лицо, ответственное за оформление факта хозяйственной жизни, обеспечивает своевременную передачу первичных учетных документов для регистрации содержащихся в них данных в регистрах бухгалтерского учета, а также достоверность этих данных. Частью 5 той же стать предусмотрено, что первичный учетный документ составляется на бумажном носителе и (или) в виде электронного документа, подписанного электронной подписью.

В соответствии со ст.10 приведенного закона данные, содержащиеся в первичных учетных документах, подлежат своевременной регистрации и накоплению в регистрах бухгалтерского учета. 

Не допускаются пропуски или изъятия при регистрации объектов бухгалтерского учета в регистрах бухгалтерского учета, регистрация мнимых и притворных объектов бухгалтерского учета в регистрах бухгалтерского учета. Для целей настоящего Федерального закона под мнимым объектом бухгалтерского учета понимается несуществующий объект, отраженный в бухгалтерском учете лишь для вида (в том числе неосуществленные расходы, несуществующие обязательства, не имевшие места факты хозяйственной жизни), под притворным объектом бухгалтерского учета понимается объект, отраженный в бухгалтерском учете вместо другого объекта с целью прикрыть его (в том числе притворные сделки). Не являются мнимыми объектами бухгалтерского учета резервы, фонды, предусмотренные законодательством Российской Федерации, и расходы на их создание.

Часть 4 указанной статьи устанавливает перечень обязательных реквизитов регистра бухгалтерского учета.

Частью 6 той же стать также предусмотрено, что регистр бухгалтерского учета составляется на бумажном носителе и (или) в виде электронного документа, подписанного электронной подписью. 

В силу ст.11 того же закона активы и обязательства подлежат инвентаризации.

При инвентаризации выявляется фактическое наличие соответствующих объектов, которое сопоставляется с данными регистров бухгалтерского учета.

Выявленные при инвентаризации расхождения между фактическим наличием объектов и данными регистров бухгалтерского учета подлежат регистрации в бухгалтерском учете в том отчетном периоде, к которому относится дата, по состоянию на которую проводилась инвентаризация.

Истец в обоснование своих требований представил суду оригинал договора купли-продажи б/у оборудования, из которого следует, что он 10 марта 2016 года как физическое лицо приобрел у другого физического лица - К., генератор синхронный трехфазного тока (Баранчинского завода) БГ-100 № 005989 (бывшее в употреблении) в нерабочем состоянии. Также суду представлен оригинал акта приема-передачи оборудования от 10 марта 2016 года, из которого следует, что продавец передал, а покупатель принял оборудование, указанное в договоре. В акте сторонами сделки оговорено, что техническая документация на оборудование отсутствует, при этом претензий друг к другу, в том числе имущественных, стороны не имеют. Указанные документы подписаны обеими сторонами договора, подлинность подписей никем не оспаривалась. 

Из копии расписки, предоставленной суду, следует, что К. получил от ФИО1 в качестве расчета по договору денежную сумму в размере 100.000 руб. Расписка подписана тем же числом, что и договор, и акт, - 10 марта 2016 года. 

Тот факт, что истцом не был представлен суду оригинал указанной расписки, не может служить основанием для признания данной сделки ничтожной, поскольку представленный суд оригинал акта приема-передачи имущества содержит в себе информацию об отсутствии у сторон имущественных претензий друг к другу и подписан обеими сторонами.

Тот факт, что спорное оборудование фактически находилось во владении истца и в июне 2017 года было привезено на базу ООО «"Т"» именно ФИО1, сторонами не оспаривался, подтверждается письменными пояснениями директора ООО «ГК «Талан» и признается судом установленным. 

Мнение представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, - А., изложенное в письменных пояснениях по существу дела, поступивших в суд 10 сентября 2018 года, о том, что спорное имущество принадлежит ООО «Статус», не может быть принято судом как доказательство принадлежности спорного оборудования ответчику, поскольку из содержания пояснений не ясно из каких именно источников А. стало об этом известно. Так, в пояснениях указано, что о принадлежности спорного имущества ООО «Статус» ему стало известно из разговора с «различными людьми, в том числе сотрудниками» ООО «"О"». Также из текста пояснений не понятно, какие именно документы были ему предъявлены при изъятии ДЭС представителями ООО «Статус»: документы, подтверждающие полномочия представителей ООО «Статус» или документы, подтверждающие принадлежность спорного оборудования и какие именно. 

Не содержится такой информации и в акте изъятия оборудования от 24 июня 2018 года.

При этом, истцом доказано, что с момента, когда ему стало известно о притязаниях ООО «Статус» на приобретенное им в марте 2016 года оборудование, он предъявлял представителю ООО «Статус» соответствующий договор, о чем имеется расписка сотрудника ООО «Статус» от 21.06.2018 на оригинале договора. Кроме того, о наличии такого договора ФИО1 сообщил в ООО «Статус» в письме от 22 июня 2018 года, к которому приложил копию договора и просил оказать содействие в беспрепятственном вывозе ДЭС с территории ООО «"Т"».

Таким образом, на момент изъятия спорного оборудования сотрудниками ответчика 24 июня 2018 года ответчику было достоверно известно, что ФИО1 на основании договора от 10 марта 2016 года приобрел это имущество у К. При этом суду не представлено, каких-либо доказательств того, что на момент изъятия спорного имущества сотрудниками ООО «Статус» были предъявлены какие-либо документы о принадлежности спорного имущества ООО «Статус».

В силу приведенного выше законодательства собственник имеет право изъять принадлежащее ему на праве собственности имущество из чужого незаконного владения, однако данные действия должны соответствовать действующему законодательству. В частности он должен предъявить доказательства принадлежности ему спорного имущества. 

Фактически ООО «Статус» 24 июня 2018 года, полагая, что обладает правом собственности в отношении спорного имущества, во внесудебном порядке, осуществило действия по изъятию этого имущества с нарушением установленных ст.302 ГК РФ ограничений, не предъявив документов, подтверждающих его право собственности на спорное имущество ни лицу, в чьем фактическом владении оно находилось на момент изъятия (ООО «"Т"»), ни лицу, предъявившему документы о возмездном приобретении данного имущества по договору купли-продажи - добросовестному приобретателю (ФИО1). 

Как указано выше, собственник вправе изъять принадлежащее ему имущество независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Указанные доказательства не были представлены ни 24 июня 2018 года в момент фактического изъятия спорного оборудования, ни в период судебного разбирательства. 

Доводы представителей ответчика о том, что ФИО1, являясь руководителем ООО «"О"» незаконно, самовольно, имея доступ к имуществу предприятия, вывез ее с территории производственной базы, являются лишь предположениями ответчика, ничем не подтвержденными. 

Согласно приказу № ОРК-9 от 11.09.2017г. действие трудового договора от 10.03.2016 года № ОРК-1 прекращено и ФИО1 был уволен с должности директора ООО «"О"» 12 сентября 2017 года. Тот факт, что при увольнении ФИО1 акты приема-передачи имущества не составлялись, сторонами не оспаривался и признается установленным. Суду не представлено доказательств того, что после увольнения ФИО1 и до того, как ООО «Статус» стало известно о наличии на территории ООО «"Т"» спорного имущества, в ООО «Статус» или в ООО «"О"» был выявлен факт недостачи оборудования. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что ООО «Статус», полагая о наличии у него права собственности в отношении спорного имущества, самовольно, в нарушение установленных законом условий, 24 июня 2018 года незаконно произвел изъятие спорного оборудования, принадлежащего ФИО1 и находящегося у ООО «"Т"» на временном хранении.

Оценивая представленные суду доказательства, суд приходит к выводу об отсутствии у ООО «Статус» надлежащих доказательств приобретения спорного оборудования, в связи с чем приходит к выводу, что в настоящее время спорное оборудование находится во владении ответчика незаконно.

Так, из представленных договора купли-продажи и акта приема-передачи спорного оборудования, следует, что ООО «Статус» 15 февраля 2016 года в п.Ягодное приобрело у ООО «"Л"» спорное оборудование в неисправном состоянии за 90.000 руб. Каких-либо доказательств того, что данный договор предъявлялся сотрудникам ООО «"Т"» при изъятии спорного имущества 24 июня 2018 года, суду не представлено. Указанные документы были представлены ответчиком только после обращения ФИО1 в суд с настоящим иском.

Принимая во внимание наличие между сторонами спора относительно принадлежности имущества, наличие противоречий в пояснениях представителей ответчика относительно судьбы приобретенного у ООО «"Л"» имущества, а также исходя из того, что договор, представленный ответчиком заключен между двумя юридическими лицами, судом неоднократно предлагалось ответчику в подтверждение данной сделки представить дополнительные доказательства фактического приобретения имущества, указанного в договоре от 15 февраля 2016 года, а именно первичные документы бухгалтерского учета (журнал регистрации договоров купли-продажи, инвентарные карточки, перечень основных средств предприятия) либо иные документы, свидетельствующие о фактическом принятии имущества, постановке его на баланс предприятия, передачи в подотчет конкретным подразделениям и должностным лицам, документы, свидетельствующие о произведенных расчетах с ООО «"Л"».

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании 17 августа 2018 года пояснила, что спорное оборудование было приобретено ответчиком и сразу перевезено в п.Горный, где находилось до момента вступления истца в должность директора ООО «"О"», при этом поскольку ООО «"О"» на 99,9% принадлежит ООО «Статус», все имущество, которое есть у ООО «"О"» - это имущество ООО «Статус». Никакого акта передачи имущества не составлялось, передача была произведена по устной договоренности. 

В судебном заседании 07 сентября 2018 года представитель ответчика ФИО3, подтвердила ранее данные представителем ответчика пояснения, при этом каких-либо объективных доказательств фактического принятия спорного оборудования суду не представила. 

Суду представлен акт приема-передачи объекта основных средств № 124 от 15 февраля 2016 года, согласно которому ООО «"Л"» передал, а ООО «Статус» принял к бухгалтерскому учету объект основных средств БГ-100, находящийся на момент передачи на карьере «Оротукан» (однако по договору купли-продажи предмета договора находился в п.Ягодное), объекту присвоен инвентарный номер 124 (инвентарная карточка на объект с инвентарным номером 124 суду не представлена). Раздел «Сведения о состоянии объекта основных средств на дату передачи», в том числе стоимость приобретения (договорная стоимость) не заполнены в полном объеме, при этом в разделе 2 «Первоначальная стоимость на дату принятия к бухгалтерскому учету» стоимость указана в размере 76271,19 руб. (в то время как по договору стоимость приобретенного имущества составляла 90.000 руб.). Раздел «Краткая индивидуальная характеристика объекта основных средств» не заполнена в полном объеме. Какие-либо «другие характеристики» в акте не указаны. Раздел «Результаты испытания» также не заполнен в полном объеме, в том числе не содержит сведений о соответствии объекта основных средств техническим условиям. Сведений о составе комиссии по приему-передаче не заполнены. Акт утвержден подписями и печатями ООО «"Л"» и ООО «Статус» без указания даты утверждения. Данный акт от имени ООО «"Л" в разделе «объект основных средств сдал» подписан Б. без указания даты подписания, без отметки бухгалтерии о выбытии объекта основных средств. От имени ООО «Статус» в разделе объект основных средств принял» акт подписан генеральным директором Т. также без проставления даты подписания, без отметки лица, которому объект основных средств передан на хранение и даты такой передачи. Раздел «отметка бухгалтерии об открытии инвентарной карточки учета объекта основных средств или записи в инвентарной книге» не заполнен. В связи с изложенными противоречиями и недостатками данного документа суд полагает невозможным использовать его в качестве бесспорного доказательства фактической передачи имущества. 

Также в качестве доказательства, подтверждающего факт заключения договора купли-продажи оборудования и его фактического принятия ответчиком представлен оригинал акта № 1 от 01 июля 2016 года, из которого следует, что между ООО «"Л"», имеющего перед ООО «Статус» задолженность по договору поставки № 255-СТ от 21.06.2016г. в размере 

<

данные изъяты> руб., произведен зачет с ООО «Статус», имеющего перед ООО «"Л"» задолженность по договору купли-продажи оборудования от 15.02.2016г. в размере 90.000 руб. Указанный акт от имени директоров ООО «"Л"» и ООО «Статус» подписан неустановленными лицами (расшифровка подписей в акте отсутствует). Представитель ответчика в судебном заседании пояснила, что от имени генерального директора акт был подписан представителем Ш., однако каких-либо документов о том, что «Ш.» имел право 01 июля 2016 года выступать от имени генерального директора ООО «Статус» суду не представлено. Подписей главных бухгалтеров или лиц, исполняющих их полномочия в акте отсутствуют.

Также представителем ответчика в судебном заседании 07 сентября 2018 года были представлены оригиналы договора купли-продажи и акта приема-передачи от 08 сентября 2015 года, из которых следует, что ООО «"Л"» приобрел спорное оборудование у П., который по ходатайству истца вызывался в суд в качестве свидетеля, однако по сведениям, поступившим в суд, 30 августа 2018 года умер. Сведений о том, что ООО «"Л"» произвело оплату по данному договору суду не представлено, о том, что данное оборудование было в установленном порядке принято на баланс ООО «"Л"» и фактически находилось в его пользовании вплоть до 15 февраля 2016 года суду не представлено. 

Кроме того, документы, представленные в суд от имени ООО «"Л"», поступили в суд не от ООО «"Л"», а через представителя ответчика, при этом согласно рапортам курьера суда вручить запросы ООО «"Л"», направляемые последнему по юридическому адресу, не представилось возможным, поскольку указанный в качестве юридического адреса дом 36 по ул.... в п.Ягодное, является многоквартирным домом и найти в нем офис ООО «"Л"» не представилось возможным. Судебные повестки, направленные по месту жительства директора ООО «"Л"» Б., также не были вручены адресату ввиду отсутствия последнего по месту жительства.

В судебном заседании 10 сентября 2018 года, представитель ответчика ФИО3, не оспаривая ранее данные по делу пояснения, представила суду оригинал договора аренды оборудования № 259-СТ, согласно которому ООО «Статус» 10 марта 2016 года в п.Ягодное приняло на себя обязанность передать во временное пользование ООО «"О"» оборудование согласно приложению № 1. Из содержания раздела 3 договора аренды следует, что имущество, передаваемое в аренду находится на складе Арендодателя и арендатор самостоятельно обязан вывезти его и в дальнейшем возвратить своими силами и за свой счет. Согласно п.1 приложения к указанному договору в перечне оборудования числится БГ-100 (дизельная электростанция) хоз.№. Согласно акту приема-передачи оборудования, подписанному сторонами в п.Ягодное 10 марта 2016 года Арендодатель передал, а Арендатор принял в пользование оборудование, указанное в приложении № 1 к договору № 259-СТ 10 марта 2016 года, при этом стороны осмотрели передаваемое оборудование, которое находилось в рабочем состоянии. Все документы от имении ООО «Статус» подписаны генеральным директором Т., а от имени ООО «"О"» генеральным директором ФИО1 

Истец в судебном заседании, не оспаривая факта заключении и подписания данного договора, приложения к нему и акта приема-передачи, указал, что действительно после создания нового предприятия ООО «"О"» и назначения его директором, во временное пользование вновь созданному предприятию по договору аренды передавалось оборудование, в том числе и ДЭС БГ-100, но это была другая ДЭС, которая находилась в исправном состоянии, работала и до сих пор находится у ООО «"О"». Никакого отношения к приобретенному им в г.Магадан у К. оборудования данная ДЭС не имеет. 

Также в судебном заседании 10 сентября 2018 года представителем ответчика были представлены суду «карточка счета 01 за период 2016 год» и «оборотно-сальдовая ведомость по счету 01 за период с 01.01.2016 по 10.09.2018», которые содержат информацию исключительно в отношении объекта основных средств (дизельная электростанция БГ-100), заверены подписью бухгалтера и скреплены печатью ООО «Статус». 

Данные документы не могут быть использованы в качестве доказательств по делу поскольку не соответствуют требованиям, предъявляемым к ним законодательством о бухгалтерском учете.

Помимо изложенного во исполнение Программы реформирования бухгалтерского учета в соответствии с международными стандартами финансовой отчетности, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 6 марта 1998 г. N 283, и распоряжения Правительства Российской Федерации от 21 марта 1998 г. N 382-р приказом Минфин России от 29 июля 1998 г. N 34н утверждено Положение по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации.

Согласно пункту 14 указанного Положения без подписи главного бухгалтера или уполномоченного им на то лица денежные и расчетные документы, финансовые и кредитные обязательства считаются недействительными. 

В соответствии с п.18 Положения первичные и сводные учетные документы могут составляться на бумажных и машинных носителях информации. В последнем случае организация обязана изготовлять за свой счет копии таких документов на бумажных носителях для других участников хозяйственных операций, а также по требованию органов, осуществляющих контроль в соответствии с законодательством Российской Федерации, суда и прокуратуры.

Согласно п.20 Положения хозяйственные операции должны отражаться в регистрах бухгалтерского учета в хронологической последовательности и группироваться по соответствующим счетам бухгалтерского учета. Правильность отражения хозяйственных операций в регистрах бухгалтерского учета обеспечивают лица, составившие и подписавшие их.

Для обеспечения достоверности данных бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в силу п.26 Положения организации обязаны проводить инвентаризацию имущества и обязательств, в ходе которой проверяются и документально подтверждаются их наличие, состояние и оценка.

Пунктом 27 Положения предусмотрены случаи при которых проведение инвентаризации обязательно, в том числе при передаче имущества в аренду, выкупе, продаже, а также при преобразовании государственного или муниципального унитарного предприятия; перед составлением годовой бухгалтерской отчетности; при смене материально ответственных лиц; при выявлении фактов хищения, злоупотребления или порчи имущества.

В соответствии с п.28 Положения выявленные при инвентаризации расхождения между фактическим наличием имущества и данными бухгалтерского учета отражаются на счетах бухгалтерского учета.

Представленные суду документы сформированы с помощью компьютерной техники без указания даты, когда именно они были сформированы и не исключают возможности внесения в них данных на усмотрение лица их составившего и не свидетельствуют, о том, что спорное оборудование фактически было принято на учет в феврале 2016 года. 

Оценивая в совокупности все представленные суду доказательства, а также принимая во внимание, что суду так и не были представлены инвентарные карточки или инвентарная книга либо иной документ, свидетельствующий о том, что спорное оборудование фактически поступило во владении и пользование ООО «Статус», суд приходит к выводу, что договор между ООО «"Л"» и ООО «Статус» от 15 февраля 2016 года о приобретении ответчиком спорного оборудования является мнимым, а указанное в нем оборудование является мнимым объектом бухгалтерского учета. При этом формально договор оформлен правильно. Одновременно объективных доказательств, что спорное оборудование фактически было передано в собственность ООО «Статус» 15 февраля 2016 года, а в дальнейшем было отремонтировано и передано во временное пользование ООО «"О"» суду не представлено. В связи с чем суд приходит к выводу о ничтожности сделки между ООО «"Л"» и ООО «Статус» и соответственно о ее недействительности.

Каких-либо обстоятельств, ставящих под сомнение сделку между ФИО1 и К. судом не установлено.

Доводы представителей ответчика о ничтожности сделки, совершенной между ФИО1 и К., основаны исключительно на утверждении, что ФИО1 получил спорное оборудование не от К. по договору купли-продажи от 10 марта 2016 года, а по договору аренды оборудования от ООО «Статус». Однако данные доводы не могут быть приняты во внимание, поскольку суд пришел к выводу о недоказанности ответчиком факта, что именно спорное оборудование было предметом договора аренды и было передано ФИО1 как представителю ООО «"О"». 

Приходя к такому выводу, суд также исходит из того, что с момента увольнения ФИО1 и наличия реальной возможности обнаружить недостачу оборудования до момента, когда ФИО1 обратился в ООО «Статус» с просьбой оказать содействие в возврате ему спорного оборудования, прошло более 9 месяцев, в течение которых ООО «"О"» продолжало свою деятельность и не могло не заметить отсутствия указанного оборудования. Что в свою очередь свидетельствует о том, что оборудование переданное в ООО «"О"» по договору аренды 10 марта 2016 года продолжало находиться во владении общества.

Таким образом, оценивая в совокупности все исследованные в судебном заседании доказательства, суд приходит к выводу о доказанности того факта, что истец 10 марта 2016 года приобрел у К. спорное оборудование, которое в июне 2017 года по устной договоренности с директором ООО «"Т"» передал последнему на временное хранение. 22 июня 2018 года истец, являясь собственником спорного имущества предъявил требования о возврате спорного оборудования, однако ему в этом было отказано, а само оборудование 24 июня 2018 года было незаконно вопреки установленному законом порядку изъято сотрудниками ООО «Статус» и вывезено на территорию ответчика, где хранится до настоящего времени, соответственно ответчик владеет им незаконно и требования истца об истребовании его имущества из чужого незаконного владения являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу расходы.

Истцом при подаче иска уплачена государственная пошлина в размере 3200 руб., что в соответствии со ст.88 ГПК РФ относится к судебным расходам. Каких-либо иных доказательств о понесенных истцом судебных расходов суду не представлено. Учитывая вывод суда о полном удовлетворении исковых требований, понесенные истцом судебные расходы, подлежат возмещению с ответчика в полном объеме в размере 3200 руб. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Статус» об истребовании из незаконного владения электротехнического оборудования: генератора синхронного трехфазного тока БГ-100 № 005989 (ДЭС) удовлетворить.

Истребовать из владения общества с ограниченной ответственностью «Статус» электротехническое оборудование: генератор синхронного трехфазного тока БГ-100 № 005989 (ДЭС), принадлежащий на праве собственности ФИО1 и изъятый 24 июня 2018 года с производственной базы ООО «"Т"», возложив на ООО «Статус» обязанность в десятидневный срок со дня вступления решения суда в законную силу передать генератор синхронного трехфазного тока БГ-100 № 005989 (ДЭС), ФИО1.

Взыскать с ООО «Статус» в пользу ФИО1 компенсацию понесенных судебных расходов в размере 3200 (Три тысячи двести) руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Магаданского областного суда через Ягоднинский районный суд в порядке апелляции в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме - 17 сентября 2018 года.

Председательствующий судья подпись Е.А.Засядько