Дело №2-817/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

11 сентября 2018 года г. Гурьевск

Гурьевский районный суд Калининградской области в составе:

председательствующего судьи Макаровой Т.А.,

при секретаре Мелешко Д.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора дарения ? доли земельного участка недействительной сделкой, применении последствий недействительности сделки,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с указанным выше исковым заявлением, которым с учетом уточнений просила суд признать недействительным договор дарения ? доли земельного участка общей площадью 600 кв.м для ведения садоводства с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес > заключенный 1 апреля 2014 года между ФИО3 и ФИО2, применить последствия недействительности указанного выше договора аренды, возвратив стороны в первоначальное положение.

В обоснование исковых требований указано, что ФИО1 является собственником ? доли в праве общей долевой собственности на земельный участок общей площадью 600 кв.м для ведения садоводства с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес > Вторым долевым собственником является брат истца - ФИО3 Собственником доли недвижимого имущества ФИО1 является на основании решения Гурьевского районного суда Калининградской области от 25 декабря 2009 года, регистрация права собственности в ЕГРП 23 июня 2010 года. Указанным выше земельным участком истец пользовалась единолично, несла бремя его содержания, второй долевой собственник интереса к данному земельному участку не проявлял. В феврале 2018 года истцу стало известно о том, что вторым долевым собственником земельного участка произведено отчуждение указанной доли в пользу ФИО2 путем заключения договора дарения. Со слов долевого собственника ФИО3 истцу стало известно, что фактически между ФИО3 и ФИО2 заключен договор купли-продажи доли земельного участка. Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец полагает, что договор дарения доли земельного участка является притворной сделкой, которая прикрывает собой договор купли-продажи доли земельного участка, при этом также было нарушено преимущественное право истца, предусмотренное ст. 250 Гражданского кодекса РФ, на приобретение доли спорного земельного участка в свою собственность. С учетом указанного, а также требований ст.ст. 166, 170 Гражданского кодекса РФ, истец просит удовлетворить заявленные требования в полном объеме.

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, о дате и времени судебного заседания извещена, ходатайств об отложении судебного заседания не поступило. Представитель истца по ордеру ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержал по доводам и основаниям, указанным в исковом заявлении, просил их удовлетворить с учетом уточнений.

Ответчик ФИО2, ее представитель по устному ходатайству ФИО5 с исковыми требованиями истца не согласились, просили в их удовлетворении отказать в полном объеме. Представили письменный отзыв, в котором ссылались на отсутствие доказательств притворности договора дарения доли земельного участка от 1 апреля 2014 года ввиду его возмездности. Просили применить срок исковой давности к заявленным требованиям, предусмотренный п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса, применимый к оспоримым сделкам. Дополнительно ФИО2 пояснила, что у нее со ФИО3 сложились дружеские отношения, в период нахождения в данных отношениях, от ФИО3 поступило предложение о дарении ? доли земельного участка с/т «Вишенка», в связи с чем был заключен 1 апреля 2014 года договор дарения, который прошел государственную регистрацию в установленном законом порядке. Истец никогда не использовала участок по назначению. Начиная с 2014 года, после оформления права долевой собственности ФИО2 неоднократно приезжала на земельный участок, осуществляла уход за ним.

Ответчик ФИО3 в судебном заседание не явился, о дне и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, ходатайств об отложении судебного заседания не поступило, позицию по заявленным требованиям не представил.

Заслушав объяснения участников процесса, исследовав материалы дела, собранные по делу доказательства и дав им оценку в соответствии с требованиями, установленными ст. 67 ГПК РФ, суд находит исковые требования ФИО1 не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Судом установлено, что на основании решения Гурьевского районного суда Калининградской области от 25 декабря 2009 года по делу №2-1006/2009 за ФИО1 зарегистрировано в ЕГРП 23 июня 2010 года право собственности на ? доли в праве общей долевой собственности на земельный участок общей площадью 600 кв.м для ведения садоводства с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес >

5 июля 2013 года на основании указанного решения суда от 25 декабря 2009 года по делу №2-1006/2009 за ФИО3 зарегистрировано в ЕГРП право собственности на ? доли в праве общей долевой собственности на земельный участок общей площадью 600 кв.м для ведения садоводства с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес >

1 апреля 2014 года между ФИО3 и ФИО2 заключен договор дарения ? доли земельного участка, согласно которому ФИО2 приняла в дар от ФИО3 ? доли земельного участка в праве общей долевой собственности общей площадью 600 кв.м для ведения садоводства с кадастровым номером № расположенного по адресу: 

<

адрес > Право собственности ФИО2 на указанный выше объект недвижимости зарегистрировано в ЕГРП 14 апреля 2014 года. 

ФИО1 и ФИО3 приходятся друг другу братом и сестрой.

Указанные обстоятельства не оспаривались сторонами в ходе рассмотрения настоящего дела.

Оспаривая сделку дарения, заключенную между ФИО3 и ФИО2, сторона истца ФИО1 настаивала на том, что данная сделка прикрыта договором купли-продажи и носит возмездный характер, со ссылкой на неосведомленность ее о существе сделки, злоупотребление сторонами сделки своими правами в ущерб праву истца на долю в общем долевом имуществе. В подтверждение своих доводов также ссылались на отсутствие родственных отношений между сторонами по сделке и на конфликтные отношения, сложившиеся между ФИО1 и ФИО3

Исследовав доводы истца по заявленным требованиям, суд приходит к следующему. 

В соответствии с п. 2 ст. 1, п. 1 ст. 9 Гражданского кодекса РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей, в своем интересе и по своему усмотрению.

Согласно ст. 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно п. 2 ст. 244 Гражданского кодекса РФ имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность).

В соответствии с п. 2 ст. 246 Гражданского кодекса РФ участник долевой собственности вправе по своему усмотрению продать, подарить, завещать, отдать в залог свою долю либо распорядиться ею иным образом с соблюдением при ее возмездном отчуждении правил, предусмотренных статьей 250 данного Кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 8 Гражданского кодекса РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим, гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В силу ст. 153 Гражданского кодекса РФ, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Пунктом 2 ст. 218 Гражданского кодекса РФ установлено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В п. 1 ст. 420 Гражданского кодекса РФ указано, что договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

На основании п.п. 1, 4 ст. 421 Гражданского кодекса РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В силу ст. 432 Гражданского кодекса РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора; существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные п. 2 ст. 170 настоящего Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с п. 3 ст. 166 Гражданского кодекса РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В силу п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

По общему правилу п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса РФ).

В соответствии со ст.ст. 549, 556, 558 Гражданского кодекса РФ договор купли-продажи недвижимости представляет собой соглашение, в силу которого одна сторона (продавец) обязуется передать в собственность другой стороне (покупателю) жилое помещение (квартиру), а покупатель обязуется принять это имущество и уплатить за него определенную денежную сумму. Передача недвижимости продавцом и принятие ее покупателем осуществляется по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче.

При заключении договора купли-продажи недвижимости целью покупателя является приобретение права собственности на данное недвижимое имущество, а у продавца - отчуждение своего имущества и получение денежных средств за данное имущество. Обязательным признаком сделки является ее возмездный характер.

Из приведенных норм права следует, что для признания оспариваемого договора дарения ? доли земельного участка притворной сделкой, прикрывающей договор купли-продажи ? доли земельного участка, необходимо установить возмездный характер данной сделки. При этом обязанность по доказыванию возмездного характера сделки возлагается на истца на основании ст. 56 ГПК РФ, согласно которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Однако, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, ФИО1 не представлены доказательства притворности сделки, а именно доказательства, подтверждающие возмездный характер оспариваемого договора дарения доли земельного участка, что спорная сделка была совершена лишь для вида, что намерение ФИО3 было направлено не на безвозмездное отчуждение спорного объекта недвижимости в пользу ФИО2, а на продажу недвижимого имущества и получение денежных средств за отчуждаемое право собственности, достоверных доказательств оплаты денежных средств при заключении между ФИО3 и ФИО2 договора дарения доли земельного участка суду не представлено.

Из пункта 4 договора дарения от 1 апреля 2014 года, следует, что ? доли в праве на спорный земельный участок передана ФИО2 в дар от ФИО3 

Договор дарения в установленном порядке прошел государственную регистрацию.

Согласно пояснениям ФИО2, оспариваемая сделка носила безвозмездный характер, денежные средства за полученное в дар имущество ею не уплачивались, мотивом дарения доли послужило наличие дружеских отношений между ней и ФИО3 Факт безвозмездного отчуждения ФИО3 принадлежащего ему имущества подтверждается также содержанием договора дарения.

При этом в материалах дела отсутствуют доказательства, позволяющие считать договор дарения ? доли земельного участка, заключенный между ФИО3 и ФИО2, притворной сделкой, связанной с намерением прикрыть договор купли-продажи ? доли земельного участка, поскольку обстоятельства возмездного характера данной сделки ФИО1 не доказаны, а сторонами оспариваемой сделки не признаны.

Суд отклоняет доводы истца о возмездности заключенного договора дарения со ссылкой на сообщение об этом в ходе телефонного разговора ФИО3, поскольку данные доводы объективно ничем не подтверждены.

Доводы стороны истца о том, что доказательствами притворности сделки по дарению спорной доли земельного участка являются те обстоятельства, что между истцом и дарителем сложились конфликтные отношения, поэтому он препятствовал ее преимущественному праву покупки доли земельного участка, не являются основаниями для удовлетворения иска, поскольку указанные обстоятельства с достоверностью не свидетельствуют о том, что спорный договор заключен на возмездной основе.

Судом установлено, что действительная воля сторон договора дарения была направлена именно на заключение договора дарения, а не купли-продажи.

Ссылки истца на злоупотребление ответчиком своими правами, которые направлены в обход закона, а именно ст. 250 Гражданского кодекса РФ, в соответствии с которой истец имеет преимущественно право покупки доли спорного земельного участка, являются голословным и ничем объективно не подтверждены.

При таких обстоятельствах, при оценке оспариваемого договора дарения, судом установлено, что указанная сделка является действительной, поскольку по своему содержанию договор дарения соответствует требованиям закона и иным правовым актам, воля ФИО3 была направлена на безвозмездную передачу в собственность ответчика ФИО2 доли земельного участка и волеизъявление участниками сделки выражено в требуемой законом форме.

Заключая вышеуказанный договор дарения, стороны достигли правового результата, характерного для данной сделки, а именно: доля земельный участка ФИО3 перешла к ФИО2

В соответствии с п. 1 ст. 11 Гражданского кодекса РФ осуществляется судебная защита нарушенных или оспоренных гражданских прав.

В силу ст. 12 Гражданского кодекса РФ защита гражданских прав осуществляется способами, перечисленными в указанной статье, а также иными способами, предусмотренными законом. Истец свободен в выборе способа защиты своего нарушенного права, однако избранный им способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и спорного правоотношения, характеру нарушения. В тех случаях, когда закон предусматривает для конкретного правоотношения определенный способ защиты, лицо, обращающееся в суд, вправе воспользоваться именно этим способом защиты. При этом изложенные основания иска должны соответствовать его предмету, то есть материально-правовому требованию, а в силу ст. 56 ГПК РФ лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

По смыслу ст.ст. 11, 12 Гражданского кодекса РФ и ст. 3 ГПК РФ предъявление иска должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица посредством использования предусмотренных действующим законодательством способов их защиты.

В силу положений ст. 46 Конституции РФ и требований ч. 1 ст. 3 ГПК РФ судебная защита прав гражданина возможна только в случае нарушения или оспаривания его прав, свобод или законных интересов, а способ защиты права должен соответствовать по содержанию нарушенного или оспариваемого права и характеру нарушения. 

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к необоснованности заявленных ФИО1 требований о признании недействительным договора дарения доли земельного участка от 1 апреля 2014 года и применении последствий недействительности сделки.

Разрешая заявление стороны ответчика ФИО2 о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд с настоящим иском на основании п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса РФ, суд приходит к следующему.

Согласно п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. 

Вместе с тем спорный договор дарения от 1 апреля 2014 года оспаривается по признаку его ничтожности, в связи с чем к нему могут быть применены положения п.1 ст. 181 Гражданского кодекса РФ.

Так, в соответствии с п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Как установлено судом, договор дарения ? доли земельного участка был заключен 1 апреля 2014 года, право собственности на спорную долю было зарегистрировано за ФИО2 в ЕГРП 14 апреля 2014 года, в связи с чем срок исковой давности начинает течь с этого периода.

С исковыми требованиями в суд истец обратилась 12 апреля 2018 года, о чем свидетельствует штамп входящей корреспонденции суда, таким образом требования истца заявлены за пределами установленного срока исковой давности. Ходатайств о восстановлении пропущенного срока для обращения в суд истцом не заявлено, как и не представлено доказательств уважительности причин пропуска установленного законом срока.

Учитывая правовую природу и существо правового конфликта, возникшего между сторонами, в силу вышеуказанных норм, суд полагает, что истцом пропущен срок исковой давности для обращения в суд с указанными выше требованиями. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Калининградского областного суда через Гурьевский районный суд Калининградской области в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной мотивированной форме.

Мотивированное решение изготовлено 17 сентября 2018 года. 

Судья Т.А. Макарова