РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

31 июля 2017 г. г. Нижневартовск

Нижневартовский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе:

председательствующего судьи Колебиной Е.Э.,

при секретаре Витановой Н.В.,

с участием истца и его представителя по доверенности ФИО,

с участием представителей ответчика директора учреждения ФИО, по доверенности ФИО, ФИО, ФИО, 

с участием представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика Департамента культуры ХМАО-Югры по доверенности ФИО, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-4385/2017 по исковому заявлению ФИО1 к автономному учреждению Ханты-Мансийского автономного округа-Югры 

<

данные изъяты> об отмене приказов, восстановлении в должности и взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО ХМАО-Югры 

<

данные изъяты> об отмене приказов и взыскании компенсации морального вреда, указав в обоснование, что состоит в трудовых отношениях с ответчиком по настоящее время. На основании приказа №-к от 14.04.2017г. он был переведен на должность художественного руководителя с окладом 

<

данные изъяты>. 

<

дата>г. ответчиком был издан приказа №, согласно которому, директор учреждения признал недействительным приказ №-к от 14.04.2017г. «О переводе ФИО1 на должность художественного руководителя и на основании данного приказа в его трудовую книжку обязали внести запись о недействительности приказа о переводе на должность художественного руководителя. С данным приказом он был ознакомлен, и выразил свое несогласие с данным приказом. 

<

дата> в его адрес было направлено уведомление о том, что с 

<

дата> будет изменен размер его должностного оклада с 

<

данные изъяты> на 

<

данные изъяты>. Считает, что фактически ответчик осуществил без законных на то оснований его перевод с должности «художественного руководителя» на должность «главный режиссер», процедура перевода работника на другую работу работодателем не соблюдена. Приказ № от 

<

дата>г. фактически является приказом о его переводе на другую должность, данный перевод считает незаконным. В период с 

<

дата>г. по 

<

дата>г. на основании приказа № он исполнял обязанности директора. 

<

дата>г. ответчиком был издан приказ № о применении дисциплинарных взысканий к работником, в том числе к нему также было применено дисциплинарное взыскание в виде выговора за не предоставление в полном объеме запрашиваемых документов в надзорные органы, повлекшее за собой наложение штрафа на учреждение. Данный приказ он считает незаконным и необоснованным, так как в оспариваемом приказе имеется ссылка на постановление Управления Федеральной антимонопольной службы по ХМАО-Югре о наложении штрафа, так как в тот период он не должен был предоставлять какие-либо документы в надзорные органы. Считает, что приказы вынесены в связи с личными неприязненными отношениями со стороны нового директора учреждения ФИО Неправомерными действиями работодателя ему был причинен моральный вред. Просит отменить приказ № от 

<

дата>г. автономного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа-Югры 

<

данные изъяты>, отменить приказ № от 26.05.2017г. в части наложения на него дисциплинарного взыскания в виде выговора, взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в сумме 

<

данные изъяты>. 

В ходе рассмотрения дела истец неоднократно увеличивал заявленные исковые требования. В окончательном виде просит: 1) отменить приказ № от 

<

дата>г. автономного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа-Югры 

<

данные изъяты> и восстановить его в должности художественного руководителя с 

<

дата>г.; 2) отменить приказ № от 26.05.2017г. в части наложения на него дисциплинарного взыскания в виде выговора; 3) взыскать с ответчика в его пользу задолженность по заработной плате за период с января 2014г. по декабрь 2016г. в сумме 

<

данные изъяты>; 4) взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в сумме 

<

данные изъяты>. В обоснование заявленных требований о взыскании заработной платы указал, что в марте 2017г. в результате проверки Счетной палаты ХМАО-Югры был выявлен факт не полного начисления ему районного коэффициента и северной надбавки на ежемесячную премию в период с октября 2013г. по декабрь 2016г. включительно. Узнав о данном факте, он написал работодателю соответствующее заявление, которое до настоящего времени оставлено без ответа. Согласно расчетным листкам и произведенным им расчетам, за период с января 2014г. по декабрь 2016г. сумма не доначисленных ему районного коэффициента и северной надбавки составила 

<

данные изъяты>. 

В ходе рассмотрения дела судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика был привлечен учредитель АУ ХМАО-Югры «

<

данные изъяты> - Департамент культуры ХМАО-Югры. 

Истец и его представитель по доверенности ФИО в судебном заседании заявленные исковые требования поддержали в полном объеме, пояснив, что приказ № от 

<

дата>г. автономного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа-Югры 

<

данные изъяты> является незаконным, поскольку фактически работодатель перевел работника с одной должности на другую, при этом, установленная трудовым законодательством процедура, работодателем не соблюдена, а следовательно истец подлежит восстановлению в прежней своей должности художественного руководителя. Приказ № от 26.05.2017г. в части наложения на истца дисциплинарного взыскания также считают незаконным, поскольку в качестве основания указано постановление антимонопольной службы о наложении штрафа по делу об административном правонарушении, в котором указано, что учреждение привлекается к административной ответственности за период, когда истец обязанностей директора не исполнял. Также считают, что директор учреждения ФИО не вправе была выносить в отношении истца приказ о наложении дисциплинарного взыскания за ненадлежащее исполнение истцом должностных обязанностей директора. Требования о взыскании задолженности по заработной плате за период с января 2014г. по декабрь 2016г. настаивали в полном объеме, просили не применять пропуск срока на обращение в суд, о применении которого было заявлено ответчиком. В качестве возражений относительно пропуска срока указали, что о нарушенных правах истцу стало известно из результатов проверки счетной палата, до указанного момента о нарушениях ответчика ему было неизвестно. Кроме того, считает, что срок на обращение в суд применению не подлежит, поскольку трудовые отношения между ним и ответчиком не прекращены до настоящего времени. Правильность предоставленных ответчиком контр расчетов по заработной плате не оспаривали, признали данные расчеты верными, однако просили не применять пропуск срока на обращение в суд, удовлетворив требования истца в части взыскания задолженности по заработной плате в полном объеме. 

Представитель ответчика в лице директора учреждения ФИО в судебном заседании заявленные исковые требования не признала в полном объеме, пояснив, что должности «художественного руководителя» в штатном расписании учреждения никогда не было. Прежний директор учреждения ФИО2 своим приказом внес изменения в штатное расписание, переименовав должность «главного режиссера», которая имелась в штатном расписании, на должность «художественного руководителя» и перевел истца на должность «художественного руководителя». Оспариваемые истцом приказы были изданы на основании письма Департамента культуры ХМАО-Югры от 17.05.2017г., которые указали на незаконность действий прежнего директора, осуществившего перевод истца на должность «художественного руководителя», поскольку учредителем учреждения ответчика является Департамент культуры ХМАО-Югры и все изменения, касающиеся штатных расстановок и введения новых штатных единиц, без согласования с Департаментом культуры является невозможным. В данном случае, прежним директором ФИО2 незаконно был издан приказ №-к от 14.04.2017г. о переводе истца на должность художественного руководителя. Поскольку изначально перевод истца являлся незаконным и невозможным, считает, что ею обоснованно был издан приказ № от 

<

дата>г. об отмене приказа №-к от 14.04.2017г. о переводе истца на должность художественного руководителя, какие-либо процедуры предварительного предупреждения в данном случае применяться не должны. Оспариваемые истцом приказы не принесли ему какого-либо вреда и финансовых потерь, поскольку должность главного режиссера и художественного руководителя являются равнозначными и тождественны. Приказ о наложении на истца дисциплинарного взыскания считает законным и обоснованным. Дисциплинарное взыскание было наложено не только за не предоставление в полном объеме в антимонопольную службу необходимых документов, но и за ненадлежащее исполнение истцом должностных обязанностей директора в период с 17.04.2017г. по 16.05.2017г., поскольку в период исполнения истцом обязанностей директора им не были отписаны в работу ни один документ, поручения об исполнении требований надзорных и иных органов не исполнялись и не передавались в работу. Также пояснила, что имеет соответствующие полномочия на издание в отношении истца приказа о наложении дисциплинарного взыскания. В части требований о взыскании заработной платы просила применить пропуск истцом срок на обращение в суд и отказать истцу в удовлетворении требований о взыскании задолженности по заработной плате. В части требований в восстановлении в должности «художественного руководителя» пояснила, что данная должность в настоящее время штатным расписание не предусмотрена, и будет введена только к концу августа 2017г., согласно новому утвержденному штатному расписанию. Действия работодателя считает законными и обоснованными, в связи с чем просит отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме. 

Представители ответчика по доверенности ФИО, ФИО, ФИО в судебном заседании позицию, изложенную директором учреждения, поддержали. Представитель ФИО к требованиям истца о взыскании задолженности по заработной плате просила применить пропуск срока на обращение в суд, установленный ст.392 ТК РФ и отказать в удовлетворении данных требований. Учреждением в 2016 года применялась ошибочная методика начисления премии и истцу начислялась премия с учетом северной надбавки и районного коэффициента, но это не отражалось в расчетном листке, то есть до декабря 2016г. истцу фактически производилась выплата районного коэффициента и северной надбавки. 

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика Департамента культуры ХМАО-Югры по доверенности ФИО в судебном заседании заявленные исковые требования не признал, поддержал позицию директора АО ХМАО-Югры 

<

данные изъяты>, пояснив, что какие-либо изменения штатного расписания исключительно по инициативе директора являются недопустимыми, поскольку все изменения штатной расстановки невозможны без согласования с Департаментом культуры ХМАО-Югры. Действия ответчика по изданию оспариваемых истцом приказом считает законными, обоснованными, а требования истца необоснованными и не подлежащими удовлетворению. 

Суд, выслушав объяснения истца, представителей сторон, представителя третьего лица, изучив материалы гражданского дела, приходит к следующему.

Материалами дела установлено, что истец состоит в трудовых отношениях с ответчиком с 26.09.2006г. по настоящее время. Учредителем АО ХМАО-Югры 

<

данные изъяты> согласно Уставу является Департамент культуры ХМАО-Югры, то есть учреждение ответчика находится в ведении Департамента культуры ХМАО-Югры. 

Приказом ответчика №-к от 14.04.2017г., за подписью прежнего директора учреждения ФИО, истец на основании собственного заявления был переведен на должность художественного руководителя с ранее занимаемой им должности главного режиссера, установлена тарифная ставка 

<

данные изъяты>. 

Перевод истца на должность художественного руководителя был осуществлен на основании ранее изданного прежним директором учреждения ФИО приказа за № от 13.04.2017г. «О внесении изменений в штатное расписание» /Т.1,л.д.25/, согласно которому, 1.0 ставка должности «главный режиссер» была переименована на 1.0 ставку должности «художественный руководитель» с 14.04.2017г. с выполнением должностных обязанностей, закрепленных в должностной инструкции по должности «художественный руководитель» и переводом ФИО1 на должность художественного руководителя, которая данным приказом директора была отнесена к категории заместителя директора. 

Согласно письменным изменениям к штатному расписанию на 2017г. к приказу № от 13.04.2017г. «О внесении изменений в штатное расписание», с 14.04.2017г. из существующего штатного расписания была исключена должность «главный режиссер» в количестве одной единицы, с окладом 

<

данные изъяты> рублей и включена в штатное расписание должность «художественный руководитель» в количестве одной единицы, с окладом 

<

данные изъяты> рублей. Обе должности были отнесены к подразделению Административно-управленческого персонала. 

Из имеющегося в материалах дела штатного расписания на 2016г., на 2017г. (с изменениями на 15.03.2017г., до 14.04.2017г.) усматривается, что в штате учреждения ответчика имелась только одна штатная единица по должности «главный режиссер», относящейся к Административно-управленческому персоналу. Должность «художественный руководитель» в штатном расписании отсутствовала. 

Штатное расписание с изменениями с 14.04.2017г., в связи с изданием директором учреждения ФИО приказа о включении в штат учреждения должности «художественный руководитель» и исключении из штатного расписания должности «главный режиссер» в установленном порядке не утверждалось. Имеющаяся, в материалах дела копия штатного расписания на 2017г. с изменениями с 14.04.2017г. (Т.2, л.д.1), предоставленная стороной истца, прежним директором ФИО подписано не было. Данное штатное расписание подписано главным бухгалтером ФИО, начальником отдела кадров ФИО и экономистом ФИО Факт существования данного штатного расписания стороной ответчика не оспаривался, однако по утверждению ответчика оно не имеет правового значения, поскольку формировалось сотрудниками учреждения по настоянию и под давлением прежнего директора ФИО 

Должностная инструкция по должности «художественный руководитель» в учреждении отсутствует и не утверждалась. 

Согласно приложению к Положению об оплате труда, должности «художественный руководитель» и «главный режиссер» относятся к художественному персоналу, а не к Административно-управленческому.

Приказом № от 

<

дата>г., за подписью настоящего директора учреждения ФИО, были признаны недействительными приказа прежнего директора учреждения ФИО от 13.04.2017г. № «О внесении изменений в штатное расписание» и от 14.04.2017г. №-к «О переводе ФИО1 на должность художественного руководителя». В данном приказе указано на внесение записи в трудовую книжку ФИО1 главного режиссера. С данным приказом истец был ознакомлен под роспись 18.05.2017г, с приказом не согласен. 

О своем возвращении на должность главного режиссера истец со стороны ответчика не извещался и не предупреждался. С 

<

дата> истец в автоматическом режиме был переведен обратно на должность главного режиссера, с указанной должностью истец был не согласен. 

Данный оспариваемый приказ № от 17.05.2017г. был издан учреждением ответчика на основании письма Департамента культуры ХМАО-Югры от 17.05.2017г. №, согласно которому, Департамент указывал на нелегитимный приказ от 13.04.2017г. № «О внесении изменений в штатное расписание» и переименовании должности главного режиссера в должность художественного руководителя, указывая на то, что должность главного режиссера входит в структуру учреждения, согласованную приказом Департамента от 

<

дата>г. № и исключение ее из структуры, равно как и введение должности художественного руководителя, подлежит согласованию с Департаментом. 

Позиция ответчика основывается на том, что перевод истца прежним директором ФИО с должности «главного режиссера» на должность «художественного руководителя» изначально являлся незаконным, поскольку в соответствии с п.6.12.4 Положения о Департаменте культуры, п.3.2.1 Устава АУ ХМАО-Югры 

<

данные изъяты> внесение изменений в структуру учреждения 

<

данные изъяты> невозможно без согласования с учредителем Департаментом культуры ХМАО-Югры. Все изменения изначально вносятся в организационную структуру учреждения, а затем в штатное расписание, в связи с чем истец занимал должность, которой не существовало в структуре учреждения. 

Исходя из изложенного, следует, что фактически своими действиями прежний директор учреждения 

<

данные изъяты> без согласования с учредителем ввел в структуру учреждения новую должность – «художественного руководителя», исключив при этом должность «главного режиссера». В период с 

<

дата> до 

<

дата> истец находился в должности художественного руководителя. 

Доводы ответчика о том что, истец фактически не исполнял обязанности художественного руководителя, а фактически имело место только переименование должности, судом отклоняются, поскольку соответствующих доказательств суду представлено не было, а по утверждению истца им исполнялись обязанности именно, как художественного руководителя согласно Единому квалификационному справочнику. 

Утверждение должностной инструкции входит в компетенцию директора учреждения согласно Уставу. 

Согласно должностной инструкции главного режиссеры, в обязанности последнего входит осуществление творческого руководства художественным и артистическим персоналом организации исполнительского искусства, обеспечение художественного уровня спектаклей (концертов, представлений), организует разработку перспективных репертуарных планов, относится к категории художественного персонала.

Согласно Единому квалификационному справочнику, должность «художественный руководитель» относится к художественному персоналу. В должностные обязанности входит- руководить в пределах полномочий, определенных учредительными документами и (или) трудовым договором, творческой деятельностью организации исполнительских искусств, неся ответственность за художественно-творческие результаты деятельности организации. Требования к квалификации: высшее профессиональное образование (культуры и искусства) и стаж работы в должности главного режиссера не менее 3 лет или в должности режиссера –постановщика, артиста, руководителя творческого подразделения в сфере исполнительских искусств не менее 5 лет. 

Из представленной истцом карточки образцов подписей к лицевому счету для операций бюджетного учреждения от 21.04.2017г., в том числе за подписью директора Департамента, ФИО1 указан, как лицо имеющее право подписи платежных и иных документов при совершении операций по лицевому счету. При этом в данном документе должность истца указана, как «художественный руководитель». 

Согласно объяснениям ответчика, должность «художественный руководитель» в настоящее время согласована с Департаментом культуры ХМАО-Югры и будет введена в штатное расписание учреждения с середины августа 2017 года. 

Исходя из установленных по делу обстоятельств, суд делает вывод, что прежним директором учреждения ответчика была исключена из штатного расписания штатная единица должности «главного режиссера» и введена новая единица должности «художественный руководитель», то есть с указанного момента должности «главный режиссер» фактически не стало. Отменяя приказ прежнего директора ФИО2 «О внесении изменений в штатное расписание» и «о переводе 

<

данные изъяты> на должность художественного руководителя» своим приказом № от 17.05.2017г. настоящий директор ФИО фактически сократила должность «художественного руководителя», которая раннее была введена директором ФИО Факт того, что данные действия были совершены прежним директором в нарушение локальных документов, то есть без согласования с учредителем, при рассмотрении данного спора правового значения не имеют, поскольку незаконные действия прежнего директора по внесению изменений в штатное расписание в соответствии с принципами трудового законодательства не могут влиять на права работника, поскольку данные обстоятельства от самого работника не зависят.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 

<

дата> N 867-О-О, работодатель в целях осуществления эффективной деятельности организации и рационального управления имуществом (ч. 1 ст. 34, ч. 2 ст. 35 Конституции Российской Федерации) вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала), обеспечивая при этом в соответствии с требованиями ст. 37 Конституции Российской Федерации, закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников. Принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя, который вправе расторгнуть трудовой договор с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации, при условии соблюдения закрепленного Трудовым кодексом Российской Федерации порядка увольнения и гарантий, направленных против возможного произвольного увольнения.

Под сокращением численности работников понимается уменьшение количества работников, занимающих одинаковые должности, а под сокращением штата - исключение из штатного расписания каких-либо должностей или структурных подразделений.

В соответствии с частями 1 и 2 ст. 180 Трудового кодекса РФ при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в соответствии с частью третьей статьи 81 настоящего Кодекса (часть 1). О предстоящем увольнении в связи с сокращением численности или штата работников организации работники предупреждаются работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения (часть 2).

В судебном заседании было установлено и не оспаривалось стороной ответчика, что какой-либо порядок предварительного предупреждения истца о возвращении его на должность «главного режиссера» работодателем не соблюдался, с момента издания приказа № от 17.05.2017г. истец был возвращен на ранее занимаемую им должность «главного режиссера». В установленный трудовым законодательством двухмесячный срок о том, что должность «художественного руководителя» будет исключена из штатного расписания, в связи с необоснованным ее введением прежним директором 

<

данные изъяты> ответчик истца не уведомлял и не предлагал истцу иные должности для работы, при том, что сам истец был не согласен вернуться на должность главного режиссера. 

Доводы стороны ответчика, третьего лица о том, что какой-либо порядок предупреждения соблюдаться в данном случае не должен, так как истец фактически занимал должность которой не существует и которая была введена директором незаконно, судом отклоняются, поскольку противоречат действующему трудовому законодательству, которым регламентирован определенный порядок проведения сокращения штатной единицы работника и определенный порядок изменения существенных условий трудового договора. Вынесение приказа № от 17.05.2017г. о признании недействительными ранее изданных приказов от 13.04.2017г. № и №-к от 14.04.2017г., и о внесении записей в трудовую книжку истца, не может подменять собой порядок, установленный трудовым законодательством.

Поскольку, установленная трудовым законодательством процедура уведомления истца о предстоящих изменениях, работодателем соблюдена не была, суд приходит, что приказ ответчика № от 

<

дата> является незаконным, в связи с чем истец подлежит возвращению в первоначальное положение, то есть на должность «художественного руководителя». Следовательно, требования истца в части восстановления в должности художественного руководителя с 

<

дата> являются обоснованными и подлежат удовлетворению. 

В части требования о признании незаконным и отмене приказа № от 26.05.2017г. о наложении дисциплинарного взыскания, суд приходит к следующему. 

Согласно ст. ст. 192, 193 Трудового кодекса РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде выговора.

Применительно к ст. 192 Трудового кодекса РФ дисциплинарное взыскание может быть применено к работнику за нарушение им трудовой дисциплины, невыполнение трудовых функций, то есть за дисциплинарный проступок. Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил). Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности. Противоправность действий или бездействия работника означает, что они не соответствуют законам, иным нормативным правовым актам, в том числе положениям и уставам о дисциплине, должностным инструкциям.

Как разъяснено в п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> №, работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Обязанность доказать факт совершения работником дисциплинарного проступка, положенного в основу применения к нему дисциплинарного взыскания, возлагается на работодателя, то есть в данном случае на ответчика.

Материалами дела установлено, что на основании приказа № от 14.04.2017г. «О предоставлении права подписи» /Т.1, л.д.42/, на период очередного отпуска директора учреждения ФИО на ФИО1- художественного руководителя, была возложена обязанность исполнения обязанностей директора в период с 17.04.2017г. по 16.05.2017г. Предоставлено право подписи на заключение договоров, учредительных документов, платежных документов ФИО1- художественного руководителя с 17.04.2017г. по 16.05.2017г. 

На основании приказа № от 26.05.2017г. /Т.1, л.д.44-45/, к истцу было применено дисциплинарное взыскание в виде выговора, за ненадлежащее исполнение должностных обязанностей директора в период с 17.04.2016г. по 16.05.2017г., не предоставление в полном объеме запрашиваемых документов в надзорные органы, повлекшие за собой наложение административного штрафа. В соответствии с Актом об отказе от подписания приказа от 29.05.2017г., истец отказался от подписания оспариваемого им приказа. 

В качестве основания к наложению дисциплинарного взыскания в приказе № от 26.05.2017г. указано постановление Управления Федеральной антимонопольной службы по ХМАО-Югры о наложении штрафа по делу об административном правонарушении № от 05.05.2017г. №. 

В соответствии с постановлением № Управления Федеральной антимонопольной службы по ХМАО-Югры о наложении штрафа по делу об административном правонарушении № от 05.05.2017г. /Т.1, л.д. 83-87/, АУ ХМАО-Югры 

<

данные изъяты> было признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.5 ст. 19.8 КоАП РФ, выразившегося в непредставлении сведений (информации) по требованию антимонопольного органа, к учреждению применены меры административной ответственности в виде штрафа в размере 

<

данные изъяты>. При этом в постановлении указано, что учреждение подвергается административному наказанию за непредставление информации по запросу антимонопольного органа-до 

<

дата>, время совершения административного правонарушения- 

<

дата>г. 

Учитывая, что истец исполнял обязанности директора на основании приказа от 14.04.2017г. в период с 17.04.2017г. по 16.05.2017г., а учреждение было подвергнуто административному наказанию за не предоставление документов в срок до 

<

дата>, время совершения административного правонарушения- 

<

дата>г., то есть за нарушение в период которого истец обязанности директора не исполнял, суд приходит к выводу, что приказ № от 26.05.2017г. в части применения к истцу дисциплинарного взыскании в виде выговора является незаконным и не обоснованным. 

Доводы ответчика о том, что к истцу было применено дисциплинарное взыскание в виде выговора не только на основании постановления антимонопольного органа от 05.05.2017г., но за неисполнение иных обязанностей в частности поручений Нижневартовского городского суда об извещении сотрудника учреждения, неисполнение поручений Департамента культуры, администрации города Нижневартовска и иных учреждений, судом отклоняются, поскольку данные документы- нарушения не были указаны в приказе в качестве основания к наложению дисциплинарного взыскания, в связи с чем не имеют правового значения при рассмотрении настоящего спора и не подлежат оценке. 

При этом суд отклоняет доводы истца о том, что подвергнуть истца, исполняющего обязанности директора, дисциплинарному взысканию в виде выговора в порядке иерархии мог только учредитель учреждения –Департамент культуры ХМАО-Югры, поскольку истец принимался на работу именно учреждением в лице его исполнительного органа –директора, который в соответствии с Уставом вправе самостоятельно делегировать часть своих полномочий директора в период своего временного отсутствия, в то время, как заключение и прекращение трудового договора с директором осуществляется Департаментом культуры ХМАО-Югры. 

Также суд отклоняет как безосновательный довод истца о его дискриминации со стороны работодателя, поскольку соответствующих доказательств, подтверждающих указанный факт, суду представлено не было и судом не установлено. 

При этом суд считает необходимым отметить, что требования истца в виде отмены судом приказа № от 17.05.2017г. и отмены приказа № от 26.05.2017г. в части применения к истцу дисциплинарного взыскания удовлетворению не подлежат, поскольку данное действие (отмена приказа) относится к исключительной компетенции работодателя, отмена приказа не может быть произведена судом. Судом подлежит установлению только правомерность издаваемых работодателем приказов. Оспариваемые истцом приказы № от 17.05.2017г. и № от 26.05.2017г., по мнению суда, являются незаконными, поскольку были изданы работодателем в нарушение норм трудового законодательства. 

В части требований истца о взыскании заработной платы за период с января 2014г. по декабрь 2016г., суд приходит к следующему. 

В соответствии с трудовым договором, в редакции дополнительного соглашения от 01.07.2012г., за выполнение обязанностей главного режиссера, истцу был установлен должностной оклад – 

<

данные изъяты>, процентная надбавка за работу в местности, приравненной к районам Крайнего Севера- 50 %, районный коэффициент -1,7, надбавка за выслугу лет -10%; премия (месячная, квартальная) согласно Положению о премировании; другие вознаграждения. 

Считая, что заработная плата за период с января 2014г. по декабрь 2016г. выплачена ответчиком не в полном объеме, а именно без начисления северной надбавки и районного коэффициента на ежемесячную премию, истец обратилась в суд. 

В судебном заседании представителем ответчика было заявлено ходатайство об отказе истцу в удовлетворении заявленных требований, в связи с пропуском срока на обращение в суд.

Согласно ст.392 Трудового кодекса РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Федеральным законом от 03 июля 2016 года № 272-ФЗ ст. 392 ТК РФ была дополнена частью 2, согласно которой за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Статья 392 Трудового кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 03 июля 2016 года № 272-ФЗ) вступила в силу 03 октября 2016 года и, соответственно, применяется к спорным правоотношениям, возникшим после этой даты.

Таким образом, положения статья 392 Трудового кодекса РФ направлены на обеспечение функционирования механизма судебной защиты трудовых прав и в системе действующего правового регулирования призвана гарантировать возможность реализации работниками права на индивидуальные трудовые споры (статья 37, часть 4, Конституции Российской Федерации), устанавливая условия, порядок и сроки для обращения в суд за их разрешением.

Начало течения срока для обращения в суд в соответствии со ст.392 Трудового кодекса Российской Федерации связывает с днем, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права. Своевременность обращения в суд зависит от волеизъявления работника. 

Предусмотренный ст.392 Трудового кодекса РФ срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора является более коротким по сравнению с общим сроком исковой давности, установленным гражданским законодательством. Однако такой срок, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, выступая в качестве одного из необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений, не может быть признан неразумным и несоразмерным; установленные данной статьей сокращенный срок для обращения в суд и правила его исчисления направлены на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника, включая право на своевременную оплату труда, и по своей продолжительности этот срок является достаточным для обращения в суд (Определения от 21.05.1999 № 73-О, от 12.07.2005 № 312-О, от 15 ноября 2007 года № 728-О-О, от 21.02.2008 № 73-О-О и др.).

Статьей 136 Трудового кодекса РФ предусмотрена обязанность работодателя выплачивать заработную плату не реже чем каждые полмесяца, при совпадении дня выплаты с выходным или нерабочим праздничным днем выплата заработной платы производится накануне этого дня.

С учетом существующих в организации сроков выплаты заработной платы, что признано сторонами (25 числа текущего месяца и 10 числа месяца, следующего за расчетным), учитывая обращение истца в суд с требованиями о взыскании задолженности по заработной плате /04.07.2017г./, отсутствие доказательств подтверждающих существования каких либо уважительных причин, препятствующих своевременному обращению в суд с соответствующим иском, подлежит применению по заявлению стороны ответчика срок на обращение в суд, установленный ст.392 Трудового кодекса РФ, в части требований о взыскании задолженности за период с января 2014г. по май 2016г. включительно, так как заработную плату за май 2016г. истец должен был получить не позднее 10 июня 2016г., за июнь 2016г.- не позднее 10 июля 2016г., за июль 2016г.- не позднее 10 августа 2016г. и т.д. 

В соответствии с ч. 3 ст. 392 Трудового кодекса РФ при пропуске по уважительным причинам срока, установленного на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, он может быть восстановлены судом. 

В соответствии с п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора (болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольным членом семьи).

Учитывая, что в силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ стороной истца не было представлено суду доказательств, подтверждающих уважительность причин пропуска срока на обращение в суд по требованиям о взыскании заработной платы за период с января 2014г. по май 2016г. включительно, суд приходит к выводу, что в удовлетворении заявленных истцом требований в указанной части должно быть отказано, в связи с пропуском истцом срока на обращение в суд, установленного ст.392 Трудового кодекса РФ. 

Согласно разъяснениям Верховного Суда РФ в Постановлении Пленума от 17 марта 2004г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» (пункт 56), при рассмотрении дела по иску работника, трудовые отношения с которым не прекращены, о взыскании начисленной, но невыплаченной заработной платы надлежит учитывать, что заявление работодателя о пропуске работником срока на обращение в суд само по себе не может служить основанием для отказа в удовлетворении требования, поскольку в указанном случае срок на обращение в суд не пропущен, так как нарушение носит длящийся характер и обязанность работодателя по своевременной и в полном объеме выплате работнику заработной платы, а тем более задержанных сумм, сохраняется в течение всего периода действия трудового договора.

Из смысла вышеуказанного разъяснения следует, что для признания нарушения трудовых прав длящимся необходимо соблюдение определенных условий, а именно: заработная плата работнику должна быть начислена, но не выплачена, трудовые отношения не должны быть прекращены.

Доводы истца о том, что срок на обращение в суд применению не подлежит, поскольку отношения являются длящимися, являются не состоятельными и основаны на ошибочном толковании норм материального права, поскольку, несмотря на то, что истец продолжает состоять в трудовых отношениях с ответчиком, за спорный период заработная плата в заявленном истцом размере истцу не начислялась. 

За период взыскания заработной платы с июня 2016г. по декабрь 2016г. истцом срок на обращение в суд не пропущен. 

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы. 

Согласно ст.129 Трудового кодекса РФ заработная плата (оплата труда работника) - это вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В силу ст.132 Трудового кодекса РФ заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Согласно ст.135 Трудового кодекса РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Согласно п.1.5 Положения об оплате труда работников АУ ХМАО –Югры 

<

данные изъяты>, утвержденного приказом директора от 

<

дата>, заработная плата работников учреждения состоит из: должностного оклада; стимулирующих выплат; компенсационных выплат, иных выплат.

В соответствии с п.5.6 указанного Положения, раздела 3 «Положения о выплатах стимулирующего характера» АУ ХМАО-Югры 

<

данные изъяты>, премиальные выплаты осуществляются при наличии обоснованной экономии бюджетных средств по фонду оплаты труда.

Из представления Счетной палаты ХМАО-Югры за № от 02.05.2017г. /Т.2/ в адрес АУ ХМАО-Югры 

<

данные изъяты> следует, что в ходе проверки установлено, что ежемесячная премия начислялась работникам учреждения в 2016 года без учета выплаты за работу в местностях с особыми климатическими условиями (районный коэффициент, северная надбавка). 

С января 2017 года начисление ежемесячной премиальной выплаты осуществлялось с учетом указанных надбавок (районный коэффициент, северная надбавка). 

Расчетными листками за период с июня 2016г. по декабрь 2016г. подтверждается, что ежемесячная премия истцу начислялась и выплачивалась без учета северной надбавки и районного коэффициента /Т.1, л.д. 167-170/, что опровергает доводы ответчика о том, что до декабря 2016г. истцу начислялись на премию районный коэффициент и северная надбавка. 

Суд не принимает во внимание доводы ответчика о том, что проверкой счетной платы установлено, что учреждением в 2016 года применялась ошибочная методика начисления премии и истцу начислялась премия с учетом северной надбавки и районного коэффициента, но это не отражалось в расчетном листке, так как данные доводы опровергается представлением Счетной палаты и имеющимися в деле расчетными листками.

Статьей 315 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что оплата труда в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях осуществляется с применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате.

Как предусмотрено ч.ч.1, 3 ст.316, 317 Трудового кодекса РФ размер районного коэффициента и порядок его применения для расчета заработной платы работников организаций, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, устанавливаются Правительством Российской Федерации. Суммы указанных расходов относятся к расходам на оплату труда в полном размере. Лицам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, выплачивается процентная надбавка к заработной плате за стаж работы в данных районах или местностях. Размер процентной надбавки к заработной плате и порядок ее выплаты устанавливаются в порядке, определяемом статьей 316 настоящего Кодекса для установления размера районного коэффициента и порядка его применения.

В ходе рассмотрения дела стороной ответчика был представлен суду бухгалтерский расчет разницы в выплатах.

Согласно данным расчетам за указанный период /с июня 2016г. по декабрь 2016г.) задолженность перед истцом составляет 

<

данные изъяты> (без вычета НДФЛ): июнь 2016г.- недоплачено 

<

данные изъяты>; июль 2016г.- 

<

данные изъяты>; август 2016г.- 

<

данные изъяты>; сентябрь 2016г.- 

<

данные изъяты>; октябрь 2016г.- 

<

данные изъяты>; ноябрь 2016г.- 

<

данные изъяты>; декабрь 2016г.- 

<

данные изъяты> Данный расчет проверен судом и признан верным, поскольку он согласуется с расчетными листками и установленным истцу размер районного коэффициента (1,7) и северной надбавки (50%). Правильность предоставленного стороной ответчика расчета за 2016г. истцом не оспаривалась. 

Таким образом, суд полагает, что требование истца в части недоначисленной и невыплаченной заработной платы подлежит частичному удовлетворению в общей сумме 

<

данные изъяты> (без вычета НДФЛ). 

Согласно ст.237 Трудового кодекса РФ, во всех случаях неправомерных действий (бездействия) работодателя работник имеет право потребовать возмещения морального вреда, если их следствием стали физические или нравственные страдания работника.

При этом, в силу п.63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», поскольку Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Поскольку в судебном заседании установлено, что со стороны ответчика имело место нарушение трудовых прав истца, суд с учетом разумности и справедливости приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в сумме 

<

данные изъяты>. 

В соответствии с ч.1 ст.103 Гражданского процессуального кодекса РФ с ответчика подлежит взысканию в доход бюджета города Нижневартовска государственная пошлина, пропорционально удовлетворенной части исковых требований, в сумме 

<

данные изъяты> (по требованиям неимущественного характера 

<

данные изъяты> по требованиям имущественного характера). 

Руководствуясь ст.ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Признать незаконным приказ № от 

<

дата>г. автономного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа-Югры 

<

данные изъяты>.

Восстановить ФИО1 в должности художественного руководителя с 

<

дата>.

Признать незаконным приказ автономного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа-Югры 

<

данные изъяты> за № от 26.05.2017г. в части применения дисциплинарного взыскания в виде выговора в отношении ФИО1.

Взыскать с автономного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа-Югры 

<

данные изъяты> в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате в сумме 

<

данные изъяты> (без вычета НДФЛ) и компенсацию морального вреда в сумме 

<

данные изъяты>, а всего взыскать 

<

данные изъяты>.

Взыскать с автономного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа-Югры 

<

данные изъяты> в доход муниципального образования города Нижневартовска государственную пошлину в сумме 

<

данные изъяты>. 

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований, отказать. 

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в судебную коллегию по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, через Нижневартовский городской суд. 

Судья Е.Э. Колебина